- Пальто отдашь, отвезу в химчистку, - вдруг произнес он, помогая набросить на плечи верхнюю одежду.
Взгляд Марины непроизвольно скользнул на грудь мужчине, где на светлом кашемире выделялось темное пятно от «Отвертки».
- Стирать не буду, - упрямо вздернула она подбородок.
- И не сомневаюсь, - фыркнул в ответ блондин. Он тоже оделся, набросив на плечи то же темное пальто, в котором щеголял вчера.
- С пальто все в порядке, я его отстирала, - призналась Марина, когда Дан выводил ее из клуба. Она все еще рассчитывала, что удастся отвертеться от сопровождения.
В ответ блондин только плечами пожал, но ее не отпустил. Махнул на входе охранникам, придержал дверь, пропуская молодую женщину вперед, и снова ухватив ее за руку, повел вдоль клуба. Он шел не торопясь, приноравливаясь к неуверенным шагам спутницы, путающейся в собственных ногах и про себя проклиная высокие каблуки, держал ее за руку, чуть повыше локтя. Не сильно, но крепко, так, что и не вырвешься.
- Я правда, могу сама добраться до дома, - в очередной раз попыталась уговорить его Марина. – Вызову такси и…
- Я нисколько в этом не сомневаюсь, - спокойно отозвался Дан. – Но поскольку сегодня ты назвала меня своим мужчиной, то вынужден проводить до дома.
- Когда это? – опешила Марина и даже остановилась.
- Что когда? – Дану тоже пришлось остановиться. Он повернул голову и посмотрел на Марину с легким недоумением.
- Когда я назвала вас своим мужчиной? Не было такого!
Саркастически приподнятая бровь напомнила о полутемной зале ночного клуба, злом Вадиме и ее неосторожной просьбе. Пришлось вздыхать и молча топать дальше.
Внедорожник Дана Марина тоже опознала сразу, что было удивительно, поскольку в автомобилях она вовсе не разбиралась. А может, все дело было в том, что на стоянке для персонала больше не было таких огромных машин?
Пиликнула сигнализация, машина сверкнула фарами. Марина вздохнула и, недобро глянув на сопровождающего, забралась на переднее пассажирское сидение. Почему-то в этот момент в памяти всплыла блондинка, сидевшая на этом самом месте только вчера, и стало почти обидно.
Тихо заурчал мотор.
- Куда ехать? – и все-таки в голосе Дана звучала насмешка.
Марина нахмурилась, но адрес назвала. Машина плавно тронулась с места.
- Богдан.
- А? – молодая женщина вскинула голову и посмотрела на мужчину.
- Меня зовут Богдан, - пояснил он.
- Марина, - пожала плечами в ответ.
- Вот и познакомились.
И они снова замолчали.
Марина смотрела в окно и нервничала. Ей не нравилась ситуация и она понятия не имела, что делать дальше. По всему выходило, что стоило бы завести какой-нибудь легкий ни к чему не обязывающий разговор, но слова почему-то застревали в горле. А мысли упорно возвращались к ночному клубу и тому моменту, когда она обернулась и увидела, что «Отвертка» стекает по лицу Богдана. Вздохнула и потянулась за телефоном, решив предупредить Вику, чтобы не та искала ее по всему клубу. Сообщение было отправлено, Марина еще проверила почту на всякий случай и чтобы убить время и только после этого сунула телефон в карман куртки.
Машина остановилась. Молодая женщина недоуменно покосилась на Богдана, затем перевела взгляд на окно – они уже приехали. Все-таки «Пирамида» находилась не так далеко от ее дома. По ночным улицам города дорога заняла что-то около пятнадцати минут.
В воздухе повисла неловкость. Марина все еще пыталась найти подходящие случаю и ситуации слова, но они никак не желали находиться. Она нервничала еще больше и судорожно сжимала и разжимала пальцы.
Краем глаза она вдруг заметила, что Богдан потянулся в ее сторону. Тело отреагировало быстрее, чем молодая женщина успела вообще осознать, что происходит. Марина резко отшатнулась в сторону и практически вжалась в спинку сидения. Богдан взглянул на нее вопросительно. Всего мгновение они смотрели друг другу глаза в глаза, а затем мужчина просто отстегнул ремень безопасности. Сдержать вздох облегчения не получилось.
Дан покачал головой и вернулся на свое место. Ждать и дальше Марина не стала. Распахнула дверь.
- Спасибо, что подвезли, - бросила через плечо и почти вывалилась из машины, не дожидаясь пока Богдан выйдет, чтобы проводить ее. – До свидания.
Проклиная каблуки и неровный асфальт, уговаривая себя не оглядываться, Марина поспешила к подъезду. Соседнему. Идея возникла неожиданно, только что и молодая женщина привела ее в исполнение не раздумывая. Благо домофон тут был сломан, и попасть внутрь подъезда труда не составит.
Марина заскочила в подъезд и захлопнула за собой тяжелую металлическую дверь. Прислонилась к ней спиной и длинно выдохнула. Сердце колотилось, точно сумасшедшее, дыхание сбоило, а колени тряслись так, что казалось, еще немного и Марина точно распластается прямо на грязном полу. Несколько минут молодая женщина просто стояла, пытаясь привести мысли в порядок, а дыхание в норму, затем обернулась и приникла к небольшому окошку в двери. С ее места были видны только габаритные огни автомобиля Богдана. Уезжать он не торопился.
- Да что он там застрял? – возмутилась она, пританцовывая на месте в нетерпении.
Очень не хотелось, чтобы ее кто-нибудь застукал в чужом подъезде, объяснить, что она тут делает, было бы затруднительно. Да и выпитые в клубе коктейли напоминали о себе вполне естественными позывами.
А Богдан уезжать и не собирался.
Богдан наблюдал за удаляющейся фигуркой и задумчиво потирал пальцем подбородок – привычка, появившаяся еще в детстве и от которой он никак не мог избавиться. Девушка ему понравилась. Что странно, поскольку обычно он предпочитал совершенно иной тип женщин. Но было в ней что-то, что зацепило. Или все дело в том, что в отличие от большинства женщин, с которыми он обычно встречался, она не желала продолжения знакомства и пыталась как можно скорее избавиться от его общества?
Странно. Но не так уж и необъяснимо, на самом-то деле, учитывая их первую встречу. Вчера.
Мужчина хмыкнул, вспомнив, как она разозлилась на слова Незабудки. Гордая.
Марина скрылась за тяжелой металлической дверью и по-хорошему, Богдану стоило уехать, но он продолжал сидеть в машине и смотреть в ночь. Затем встряхнулся и вытащил из кармана телефон.
Илья ответил почти сразу.
- Как там у вас? – поинтересовался Богдан.
- Да все так же, - отозвался старый друг. Было слышно, что он что-то жует, на заднем плане раздавались приглушенные голоса.
- Выяснил, что я просил?
- Да, просмотрел камеры. Навел справки, - хохотнул начальник охраны клуба. – Кабинет заказан на имя Богуша младшего. Они там, кстати, все еще заседают. Заказ до часа ночи. Компания обычная, они всегда вместе ходят: Нефедова, Богуш, Марков, Лисицкий. Знакомые все личности. Девочка эта в клубе в первый раз. Я ее не знаю. Пришла она с Богушем.
- Понятно, - задумчиво произнес Богдан. Он помолчал немного, подумал, затем добавил: - Ты вроде с Богушем учился вместе. Можешь узнать про нее?
- Я со страшим учился, - отозвался Илья. – С младшим не особо знаком.
- И все же.
- Зачем тебе такие сложности, Лис? – фыркнул Илья в трубку. – С каких пор у тебя не получается закадрить девчонку? Да они на тебя сами вешаются. И эта исключением не станет. Позови девочку в ресторан, приведи еще раз в клуб – и все, снимай сливки.
- Илья, - Богдан покачал головой, не желая ввязываться в спор. Мнение Ильи относительно женщин было известно всем. Да он и не скрывал этого. – Просто скажи, сделаешь или нет?
- Да куда ж я денусь, - вздохнул Илья. На заднем плане что-то зашумело, затрещало, голоса стали громче. Начальник охраны отвлекся, отвечая на заданный ему вопрос, а затем в трубке раздалось ругательство. – Слышь, Лис, тут это… Незабудка появилась. И не одна.
Богдан скривился, взъерошил волосы пятерней и прикрыл глаза.
- Присмотри за ней. Я скоро буду.
- Нет вопросов, - без особого энтузиазма отозвался Илья. – Не задерживайся. Она не одна пришла, с этим своим…
- Уже еду.
Богдан сбросил вызов.
Когда машина наконец отъехала, Марина с облегчением выдохнула. Постояла еще несколько минут, удостоверяясь в том, что Богдан не вернется, и выскользнула на улицу.
Пряталась она в соседнем подъезде и почему-то решила не обходить по кругу, а пробраться напрямик, у самой стены дома. Бдительные старушки разбили во дворе небольшой палисадник, высадили клумбы и обычно строго следили за тем, чтобы все эти цветочки никто не трогал.
Пробираясь вдоль стены дома к родному подъезду, Марина ругала сама себя на чем свет стоит. Что за глупость была переться по бездорожью? Теперь вот следи за тем, чтобы каблуки не увязли во вскопанной земле, ступай осторожно, чтобы не споткнуться.
- Дура, - бубнила она себе под нос. – И чего поперлась сюда? Два шага в сторону и нормальная дорога, асфальт.
Она все-таки споткнулась, зацепившись каблуком за какой-то торчащий из земли корень, рухнула на колени, в последний момент, успев выставить перед собой руки. Больно ударилась коленями, оцарапала ладони и точно испортила брюки.
Настроение, и так далекое от радужного, рухнуло в самую глубокую пропасть.
Уже дома, Марина прислонилась спиной к двери и протяжно застонала. Объехала вниз и побилась затылком о дверь. Закрыла глаза. Ну вот почему она такая… И вела себя сегодня совершенно не как взрослая и самостоятельная женщина, тридцати одного года от роду, а как пятнадцатилетняя сикилявка, у которой в голове ветер. Даже стыдно за себя и свое поведение.
Марина еще пару раз стукнулась затылком о дверь. Тяжело вздохнула и, подтянув по очереди ноги, стянула сразу один ботинок, затем второй. Отбросила в сторону, не сильно заботясь о том, что они упали как попало. Затем стащила через голову сумочку и точно также швырнула ее на пол.
Сидеть и дальше сил уже не оставалось. Организм, еще в соседнем подъезде сигнализировавший о том, что пора навестить уборную, теперь так и вовсе уже непрозрачно на это намекал. Пришлось вставать, кряхтя и ругаясь на саму себя и идти в туалет.
Забравшись под одеяло, Марина долго ворочалась. Прокручивала в голове события сегодняшнего вечера, злилась на саму себя за идиотское поведение, даже включила ночник и взяла читалку, намереваясь хоть так скоротать время и нагнать сон. Но, то ли книга была неинтересная, то ли настроение не способствовало чтению, но дальше третьей страницы она все равно не продвинулась.
Уснула Марина снова после двух часов ночи и спала отвратительно.
Утро воскресенья началось неприлично рано для выходного дня. С кровати Марина поднялась в начале девятого утра. Невыспавшаяся, раздраженная, злая на весь мир и на себя в частности, молодая женщина занялась обычными утренними делами. Сварила себе кофе, но, на удивление, должного удовольствия от любимого напитка не получила. Кофе горчил, к тому же, Марина обожгла нёбо и просто вылила большую половину в раковину. Затем долго стояла под душем, никак не в силах справиться с напором воды: то неприлично слабым, то чересчур сильным. Силком запихала в себя завтрак, о чем почти сразу же пожалела, ощутив неприятную тяжесть в желудке и тошноту.
День становился все хуже и хуже.
Марина слонялась по квартире, не зная куда приткнуться. В мыслях царил настоящий кавардак. Настроение было отвратительнейшее. Позвонила мама, сообщая, что через несколько часов они с Николаем Ивановичем выедут с дачи. Интересовалась, как Марина провела вчерашний вечер, развлеклась ли в клубе.
Молодой женщине пришлось выкручиваться, рассказывать о том, что все было замечательно, и она хорошо отдохнула, а голос недовольный потому, что проснулась рано и не смогла нормально отдохнуть. Ирина Дмитриевна вроде бы поверила или, по крайней мере, сделала вид, что поверила и распрощалась с дочерью.
Марина же снова принялась слоняться по квартире. Она то включала телевизор, несколько минут переключала каналы, то пыталась слушать музыку. Ничего не приносило успокоения и удовольствия. Раздражение нарастало. Точки кипения Марина достигла, когда вошла в свою комнату, решив почитать, и почти споткнулась о собственные брюки, изгвазданные в земле и небрежно брошенные прямо на пол. Это и решило все.
Молодая женщина решила заняться домашними делами. Собрала одежду и загрузила стиральную машинку, пропылесосила в квартире, развесила почти сухие вещи на балконе и снова загрузила машинку, протерла пыль, полила все цветы, и занялась приготовлением ужина к приезду родителей. Простые и понятные дела все же сделали свое дело, и молодая женщина немного успокоилась, перестала то и дело замирать на месте, вспоминая тот или иной момент вчерашнего вечера.
Ужин был почти готов, когда раздался звонок. Посчитав, что это вернулись родители, Марина не глядя, распахнула входную дверь.
На пороге стоял Вадим.
- Ты? – удивленно выдохнула она. Визита бывшего своего кавалера Марина никак не ожидала.
- Привет, - Герасимов попытался улыбнуться.
- Зачем пришел? – быть любезной не хотелось, как и вообще разговаривать с этим человеком, но вытолкать Вадима за дверь уже было поздно – он вошел в квартиру.
- Нам надо поговорить. Выяснить все до конца. Тогда… все так быстро и спонтанно получилось, что…
- С женой своей все выясняй, - довольно грубо ответила Марина. Весь вид Герасимова заставлял ее злиться. Возвращались все те чувства, что она испытывала еще сегодня утром: злость, раздражение, желание разреветься.
- Мариш, - Вадим скривился и попытался приблизиться. Пришлось отступать вглубь коридора. – Я понимаю, что ты злишься и считаешь себя брошенной, но…
- Брошенной? Ты рехнулся, Герасимов, это вроде я дала тебе от ворот поворот. С чего мне обижаться? Что ты тут же нашел мне замену? Так флаг в руки – барабан на шею. Мне с тобой делить уже пять лет как нечего. – Все это Марина выпалила не задумываясь. Впрочем, именно так она и думала и уж точно не жалела, что в свое время отказала Вадиму и так и не пошла за него замуж. Большой любви между ними не было, а связывать свою жизнь с патологическим ревнивцем ей вот никак не улыбалось.
- Я понимаю, - Вадим попытался улыбнуться, но Марина видела, что ему это дается с трудом. Он начинал злиться, на скулах ходили желваки, даже пальцы то и дело сжимались и разжимались.
«Быть скандалу, - обреченно подумала Марина. – Герасимов никогда не знал на каком моменте нужно остановиться».
- Ты считаешь, что я поступил плохо. Что не должен был сразу же искать тебе замену. И да, я согласен, мне стоило уговорить тебя, попытаться объяснить, - он говорил и говорил, Марина же время от времени теряла нить его рассуждений. Стояла напротив, прижимаясь спиной к шкафу в прихожей, смотрела на того, с кем когда-то была довольно близка и… скучала.
- Слушай, Герасимов, - наконец решилась она прервать его словоизлияния, - может, хватит уже? Ну, было и было, пять лет уж прошло, пора забыть и двигаться дальше. Ты женат, у меня своя жизнь…
- Ага, - Вадим ухмыльнулся, - то-то я смотрю ты забыла. До сих пор никого себе не нашла. Тот хмырь, с которым вчера в баре была не в счет и не пытайся убедить меня в обратном.
- Почему это? – Марине вот даже как-то обидно стало. За себя, ну и за Богдана, само собой. Ей на ум даже пришла крамольная мыслишка о том, что если вдруг придется выбирать между Богданом и Вадимом, то… последний даже к рассмотрению допущен не будет. Это же очевидно, разве нет?
Взгляд Марины непроизвольно скользнул на грудь мужчине, где на светлом кашемире выделялось темное пятно от «Отвертки».
- Стирать не буду, - упрямо вздернула она подбородок.
- И не сомневаюсь, - фыркнул в ответ блондин. Он тоже оделся, набросив на плечи то же темное пальто, в котором щеголял вчера.
- С пальто все в порядке, я его отстирала, - призналась Марина, когда Дан выводил ее из клуба. Она все еще рассчитывала, что удастся отвертеться от сопровождения.
В ответ блондин только плечами пожал, но ее не отпустил. Махнул на входе охранникам, придержал дверь, пропуская молодую женщину вперед, и снова ухватив ее за руку, повел вдоль клуба. Он шел не торопясь, приноравливаясь к неуверенным шагам спутницы, путающейся в собственных ногах и про себя проклиная высокие каблуки, держал ее за руку, чуть повыше локтя. Не сильно, но крепко, так, что и не вырвешься.
- Я правда, могу сама добраться до дома, - в очередной раз попыталась уговорить его Марина. – Вызову такси и…
- Я нисколько в этом не сомневаюсь, - спокойно отозвался Дан. – Но поскольку сегодня ты назвала меня своим мужчиной, то вынужден проводить до дома.
- Когда это? – опешила Марина и даже остановилась.
- Что когда? – Дану тоже пришлось остановиться. Он повернул голову и посмотрел на Марину с легким недоумением.
- Когда я назвала вас своим мужчиной? Не было такого!
Саркастически приподнятая бровь напомнила о полутемной зале ночного клуба, злом Вадиме и ее неосторожной просьбе. Пришлось вздыхать и молча топать дальше.
Внедорожник Дана Марина тоже опознала сразу, что было удивительно, поскольку в автомобилях она вовсе не разбиралась. А может, все дело было в том, что на стоянке для персонала больше не было таких огромных машин?
Пиликнула сигнализация, машина сверкнула фарами. Марина вздохнула и, недобро глянув на сопровождающего, забралась на переднее пассажирское сидение. Почему-то в этот момент в памяти всплыла блондинка, сидевшая на этом самом месте только вчера, и стало почти обидно.
Прода от 24.10.2017, 12:25
Тихо заурчал мотор.
- Куда ехать? – и все-таки в голосе Дана звучала насмешка.
Марина нахмурилась, но адрес назвала. Машина плавно тронулась с места.
- Богдан.
- А? – молодая женщина вскинула голову и посмотрела на мужчину.
- Меня зовут Богдан, - пояснил он.
- Марина, - пожала плечами в ответ.
- Вот и познакомились.
И они снова замолчали.
Марина смотрела в окно и нервничала. Ей не нравилась ситуация и она понятия не имела, что делать дальше. По всему выходило, что стоило бы завести какой-нибудь легкий ни к чему не обязывающий разговор, но слова почему-то застревали в горле. А мысли упорно возвращались к ночному клубу и тому моменту, когда она обернулась и увидела, что «Отвертка» стекает по лицу Богдана. Вздохнула и потянулась за телефоном, решив предупредить Вику, чтобы не та искала ее по всему клубу. Сообщение было отправлено, Марина еще проверила почту на всякий случай и чтобы убить время и только после этого сунула телефон в карман куртки.
Машина остановилась. Молодая женщина недоуменно покосилась на Богдана, затем перевела взгляд на окно – они уже приехали. Все-таки «Пирамида» находилась не так далеко от ее дома. По ночным улицам города дорога заняла что-то около пятнадцати минут.
В воздухе повисла неловкость. Марина все еще пыталась найти подходящие случаю и ситуации слова, но они никак не желали находиться. Она нервничала еще больше и судорожно сжимала и разжимала пальцы.
Краем глаза она вдруг заметила, что Богдан потянулся в ее сторону. Тело отреагировало быстрее, чем молодая женщина успела вообще осознать, что происходит. Марина резко отшатнулась в сторону и практически вжалась в спинку сидения. Богдан взглянул на нее вопросительно. Всего мгновение они смотрели друг другу глаза в глаза, а затем мужчина просто отстегнул ремень безопасности. Сдержать вздох облегчения не получилось.
Дан покачал головой и вернулся на свое место. Ждать и дальше Марина не стала. Распахнула дверь.
- Спасибо, что подвезли, - бросила через плечо и почти вывалилась из машины, не дожидаясь пока Богдан выйдет, чтобы проводить ее. – До свидания.
Проклиная каблуки и неровный асфальт, уговаривая себя не оглядываться, Марина поспешила к подъезду. Соседнему. Идея возникла неожиданно, только что и молодая женщина привела ее в исполнение не раздумывая. Благо домофон тут был сломан, и попасть внутрь подъезда труда не составит.
Марина заскочила в подъезд и захлопнула за собой тяжелую металлическую дверь. Прислонилась к ней спиной и длинно выдохнула. Сердце колотилось, точно сумасшедшее, дыхание сбоило, а колени тряслись так, что казалось, еще немного и Марина точно распластается прямо на грязном полу. Несколько минут молодая женщина просто стояла, пытаясь привести мысли в порядок, а дыхание в норму, затем обернулась и приникла к небольшому окошку в двери. С ее места были видны только габаритные огни автомобиля Богдана. Уезжать он не торопился.
- Да что он там застрял? – возмутилась она, пританцовывая на месте в нетерпении.
Очень не хотелось, чтобы ее кто-нибудь застукал в чужом подъезде, объяснить, что она тут делает, было бы затруднительно. Да и выпитые в клубе коктейли напоминали о себе вполне естественными позывами.
А Богдан уезжать и не собирался.
***
Богдан наблюдал за удаляющейся фигуркой и задумчиво потирал пальцем подбородок – привычка, появившаяся еще в детстве и от которой он никак не мог избавиться. Девушка ему понравилась. Что странно, поскольку обычно он предпочитал совершенно иной тип женщин. Но было в ней что-то, что зацепило. Или все дело в том, что в отличие от большинства женщин, с которыми он обычно встречался, она не желала продолжения знакомства и пыталась как можно скорее избавиться от его общества?
Странно. Но не так уж и необъяснимо, на самом-то деле, учитывая их первую встречу. Вчера.
Мужчина хмыкнул, вспомнив, как она разозлилась на слова Незабудки. Гордая.
Марина скрылась за тяжелой металлической дверью и по-хорошему, Богдану стоило уехать, но он продолжал сидеть в машине и смотреть в ночь. Затем встряхнулся и вытащил из кармана телефон.
Илья ответил почти сразу.
- Как там у вас? – поинтересовался Богдан.
- Да все так же, - отозвался старый друг. Было слышно, что он что-то жует, на заднем плане раздавались приглушенные голоса.
- Выяснил, что я просил?
- Да, просмотрел камеры. Навел справки, - хохотнул начальник охраны клуба. – Кабинет заказан на имя Богуша младшего. Они там, кстати, все еще заседают. Заказ до часа ночи. Компания обычная, они всегда вместе ходят: Нефедова, Богуш, Марков, Лисицкий. Знакомые все личности. Девочка эта в клубе в первый раз. Я ее не знаю. Пришла она с Богушем.
- Понятно, - задумчиво произнес Богдан. Он помолчал немного, подумал, затем добавил: - Ты вроде с Богушем учился вместе. Можешь узнать про нее?
- Я со страшим учился, - отозвался Илья. – С младшим не особо знаком.
- И все же.
- Зачем тебе такие сложности, Лис? – фыркнул Илья в трубку. – С каких пор у тебя не получается закадрить девчонку? Да они на тебя сами вешаются. И эта исключением не станет. Позови девочку в ресторан, приведи еще раз в клуб – и все, снимай сливки.
- Илья, - Богдан покачал головой, не желая ввязываться в спор. Мнение Ильи относительно женщин было известно всем. Да он и не скрывал этого. – Просто скажи, сделаешь или нет?
- Да куда ж я денусь, - вздохнул Илья. На заднем плане что-то зашумело, затрещало, голоса стали громче. Начальник охраны отвлекся, отвечая на заданный ему вопрос, а затем в трубке раздалось ругательство. – Слышь, Лис, тут это… Незабудка появилась. И не одна.
Богдан скривился, взъерошил волосы пятерней и прикрыл глаза.
- Присмотри за ней. Я скоро буду.
- Нет вопросов, - без особого энтузиазма отозвался Илья. – Не задерживайся. Она не одна пришла, с этим своим…
- Уже еду.
Богдан сбросил вызов.
***
Когда машина наконец отъехала, Марина с облегчением выдохнула. Постояла еще несколько минут, удостоверяясь в том, что Богдан не вернется, и выскользнула на улицу.
Пряталась она в соседнем подъезде и почему-то решила не обходить по кругу, а пробраться напрямик, у самой стены дома. Бдительные старушки разбили во дворе небольшой палисадник, высадили клумбы и обычно строго следили за тем, чтобы все эти цветочки никто не трогал.
Пробираясь вдоль стены дома к родному подъезду, Марина ругала сама себя на чем свет стоит. Что за глупость была переться по бездорожью? Теперь вот следи за тем, чтобы каблуки не увязли во вскопанной земле, ступай осторожно, чтобы не споткнуться.
- Дура, - бубнила она себе под нос. – И чего поперлась сюда? Два шага в сторону и нормальная дорога, асфальт.
Она все-таки споткнулась, зацепившись каблуком за какой-то торчащий из земли корень, рухнула на колени, в последний момент, успев выставить перед собой руки. Больно ударилась коленями, оцарапала ладони и точно испортила брюки.
Настроение, и так далекое от радужного, рухнуло в самую глубокую пропасть.
Уже дома, Марина прислонилась спиной к двери и протяжно застонала. Объехала вниз и побилась затылком о дверь. Закрыла глаза. Ну вот почему она такая… И вела себя сегодня совершенно не как взрослая и самостоятельная женщина, тридцати одного года от роду, а как пятнадцатилетняя сикилявка, у которой в голове ветер. Даже стыдно за себя и свое поведение.
Марина еще пару раз стукнулась затылком о дверь. Тяжело вздохнула и, подтянув по очереди ноги, стянула сразу один ботинок, затем второй. Отбросила в сторону, не сильно заботясь о том, что они упали как попало. Затем стащила через голову сумочку и точно также швырнула ее на пол.
Сидеть и дальше сил уже не оставалось. Организм, еще в соседнем подъезде сигнализировавший о том, что пора навестить уборную, теперь так и вовсе уже непрозрачно на это намекал. Пришлось вставать, кряхтя и ругаясь на саму себя и идти в туалет.
Забравшись под одеяло, Марина долго ворочалась. Прокручивала в голове события сегодняшнего вечера, злилась на саму себя за идиотское поведение, даже включила ночник и взяла читалку, намереваясь хоть так скоротать время и нагнать сон. Но, то ли книга была неинтересная, то ли настроение не способствовало чтению, но дальше третьей страницы она все равно не продвинулась.
Уснула Марина снова после двух часов ночи и спала отвратительно.
Прода от 24.10.2017, 23:06
Утро воскресенья началось неприлично рано для выходного дня. С кровати Марина поднялась в начале девятого утра. Невыспавшаяся, раздраженная, злая на весь мир и на себя в частности, молодая женщина занялась обычными утренними делами. Сварила себе кофе, но, на удивление, должного удовольствия от любимого напитка не получила. Кофе горчил, к тому же, Марина обожгла нёбо и просто вылила большую половину в раковину. Затем долго стояла под душем, никак не в силах справиться с напором воды: то неприлично слабым, то чересчур сильным. Силком запихала в себя завтрак, о чем почти сразу же пожалела, ощутив неприятную тяжесть в желудке и тошноту.
День становился все хуже и хуже.
Марина слонялась по квартире, не зная куда приткнуться. В мыслях царил настоящий кавардак. Настроение было отвратительнейшее. Позвонила мама, сообщая, что через несколько часов они с Николаем Ивановичем выедут с дачи. Интересовалась, как Марина провела вчерашний вечер, развлеклась ли в клубе.
Молодой женщине пришлось выкручиваться, рассказывать о том, что все было замечательно, и она хорошо отдохнула, а голос недовольный потому, что проснулась рано и не смогла нормально отдохнуть. Ирина Дмитриевна вроде бы поверила или, по крайней мере, сделала вид, что поверила и распрощалась с дочерью.
Марина же снова принялась слоняться по квартире. Она то включала телевизор, несколько минут переключала каналы, то пыталась слушать музыку. Ничего не приносило успокоения и удовольствия. Раздражение нарастало. Точки кипения Марина достигла, когда вошла в свою комнату, решив почитать, и почти споткнулась о собственные брюки, изгвазданные в земле и небрежно брошенные прямо на пол. Это и решило все.
Молодая женщина решила заняться домашними делами. Собрала одежду и загрузила стиральную машинку, пропылесосила в квартире, развесила почти сухие вещи на балконе и снова загрузила машинку, протерла пыль, полила все цветы, и занялась приготовлением ужина к приезду родителей. Простые и понятные дела все же сделали свое дело, и молодая женщина немного успокоилась, перестала то и дело замирать на месте, вспоминая тот или иной момент вчерашнего вечера.
Ужин был почти готов, когда раздался звонок. Посчитав, что это вернулись родители, Марина не глядя, распахнула входную дверь.
На пороге стоял Вадим.
- Ты? – удивленно выдохнула она. Визита бывшего своего кавалера Марина никак не ожидала.
- Привет, - Герасимов попытался улыбнуться.
- Зачем пришел? – быть любезной не хотелось, как и вообще разговаривать с этим человеком, но вытолкать Вадима за дверь уже было поздно – он вошел в квартиру.
- Нам надо поговорить. Выяснить все до конца. Тогда… все так быстро и спонтанно получилось, что…
- С женой своей все выясняй, - довольно грубо ответила Марина. Весь вид Герасимова заставлял ее злиться. Возвращались все те чувства, что она испытывала еще сегодня утром: злость, раздражение, желание разреветься.
- Мариш, - Вадим скривился и попытался приблизиться. Пришлось отступать вглубь коридора. – Я понимаю, что ты злишься и считаешь себя брошенной, но…
- Брошенной? Ты рехнулся, Герасимов, это вроде я дала тебе от ворот поворот. С чего мне обижаться? Что ты тут же нашел мне замену? Так флаг в руки – барабан на шею. Мне с тобой делить уже пять лет как нечего. – Все это Марина выпалила не задумываясь. Впрочем, именно так она и думала и уж точно не жалела, что в свое время отказала Вадиму и так и не пошла за него замуж. Большой любви между ними не было, а связывать свою жизнь с патологическим ревнивцем ей вот никак не улыбалось.
- Я понимаю, - Вадим попытался улыбнуться, но Марина видела, что ему это дается с трудом. Он начинал злиться, на скулах ходили желваки, даже пальцы то и дело сжимались и разжимались.
«Быть скандалу, - обреченно подумала Марина. – Герасимов никогда не знал на каком моменте нужно остановиться».
- Ты считаешь, что я поступил плохо. Что не должен был сразу же искать тебе замену. И да, я согласен, мне стоило уговорить тебя, попытаться объяснить, - он говорил и говорил, Марина же время от времени теряла нить его рассуждений. Стояла напротив, прижимаясь спиной к шкафу в прихожей, смотрела на того, с кем когда-то была довольно близка и… скучала.
- Слушай, Герасимов, - наконец решилась она прервать его словоизлияния, - может, хватит уже? Ну, было и было, пять лет уж прошло, пора забыть и двигаться дальше. Ты женат, у меня своя жизнь…
- Ага, - Вадим ухмыльнулся, - то-то я смотрю ты забыла. До сих пор никого себе не нашла. Тот хмырь, с которым вчера в баре была не в счет и не пытайся убедить меня в обратном.
- Почему это? – Марине вот даже как-то обидно стало. За себя, ну и за Богдана, само собой. Ей на ум даже пришла крамольная мыслишка о том, что если вдруг придется выбирать между Богданом и Вадимом, то… последний даже к рассмотрению допущен не будет. Это же очевидно, разве нет?
