– У тебя же ноги болят, как ты пойдёшь?
– А сама справишься?
– Конечно, я уже большая девочка.
– Тогда найдёшь книгу прямо на столе.
Я согласно кивнула, и, как только вышла из комнаты и захлопнула за собой дверь, снова обо что-то споткнулась, но устояла на ногах. Посмотрела вниз – опять эта коробка! Да кто её сюда постоянно подбрасывает? Я не удержалась и в очередной раз пнула её. В коробке что-то зазвенело. Очевидно, что там лежит много всякой всячины. Мне стало интересно. Я аккуратно приоткрыла крышку, но там было пусто. Ещё несколько раз проделала то же самое, но в коробке всё так же царила пустота. Я приподняла её, и она показалась мне тяжёлой. Снова открыла – ничего. Ну ладно. Поставила её на стол в прихожей и пошла в библиотеку.
Конечно, книги не оказалось на том месте, где указал Александр, и пришлось немного поискать. Пользуясь случаем, я забралась по лестнице на второй этаж и прогулялась там среди стеллажей, наслаждаясь стариной.
Сверху я заметила то, чего раньше не видела. Быстро спустилась и подошла к столу. Что здесь делает эта безвкусная копилка в форме ёжика? Я схватила её и потрясла. В ответ раздался звон монет и… бой старинных часов у входа. Часы вдруг ожили и напугали меня: двенадцать ударов подряд. Я повертела безделушку в руках, но так и не нашла, как её открыть, а разбивать не хотелось. Не моя же вещь, жалко. А вдруг хозяин заметит пропажу? И я вернула её на место. Опасливо поглядывая на часы, я поспешила уйти.
Когда я вернулась, Александр дремал. Я не стала его будить. Тихонько вышла и прикрыла за собой дверь.
Вечер, как всегда в этих краях, подкрался незаметно, и наступила ночь. Я долго сидела на балконе, читала мифы Древней Греции, пока совсем не стемнело. Наблюдала за луной и окружающим миром. Свет от небоскрёбов отражался на рябой поверхности тёмной воды. Макушки деревьев беспокойно раскачивались, словно переговаривались о чём-то. Яркий лик луны закрыло откуда-то набежавшее облако. И мне давно пора спать, к тому же я замёрзла.
Я зашла в комнату и прикрыла за собой дверь. Зачем включать свет? Глаза и так уже привыкли к темноте. Умылась и переоделась в пижаму. Легла в кровать и потянула одеяло, но оно почему-то не поддавалось. Я быстро нашла причину – на постели развалился Александр. Подложив под голову подушку, он крепко спал. Почему он спит здесь? Комнаты перепутал?
Потрясла его за плечо, но он не просыпался, только буркнул что-то в ответ и, отвернувшись, перевалился на другой бок. Ну ладно. У меня ещё есть покрывало. Я бережно набросила на него плед, чтобы не замёрз, и сама тоже накрылась. Но долго не могла заснуть, смотрела в окно. И когда глаза уже начали слипаться, я увидела нечто, чего быть не должно. Кто они? Зачем пришли? Мне это снится, что ли?
Я протёрла глаза. Точно не сплю. Одна тёмная мужская фигура прислонилась к балконной двери, потянула за ручку, и та тихонько отворилась. За первой тенью скользнули ещё две такие же. Крик ужаса застыл в горле, и я ничего не могла сказать, а лишь нервно трясла спящего Александра. Он протестовал и даже оттолкнул меня. Как можно так крепко спать?
Тем временем тени уже пробрались в комнату и мелкими осторожными шагами приближались к кровати. Я пнула Александра ногой так сильно, что он перевернулся и слетел с кровати, ударился головой о стену.
– Что так грубо? – громко возмутился он, почёсывая ушибленное место.
И тут же две тени набросились на него. Третья подошла ко мне. Я прикрылась одеялом, надеясь, что это меня хоть как-нибудь спасёт.
– Кто вы? Что вам от нас нужно? – кричала я, борясь с нападавшим.
Он схватил меня и хотел утащить за собой, но я не поддавалась. Я вцепилась ему в волосы, отбивалась руками и ногами как могла, но тень явно была сильнее. Меня быстро скрутили покрывалом, как вафельную трубочку.
В это самое время Александр дрался с теми двумя. Они не давали ему продыху. Но, увидев, что со мной делает третий, он крикнул:
– Света! – будто это хоть как-то могло мне сейчас помочь.
Александр разъярился и начал бить своих противников ожесточённее, пока те не повалились на пол, корчась от боли. Затем он подбежал к нам, со всей силы врезал моему обидчику, и тот отлетел, прихватив с собой настольную лампу. Стеклянное основание с грохотом разбилось о мраморный пол, множество осколков разлетелось во все стороны. Пока я выкручивалась из пледа, наступила голыми ногами на мелкие стёклышки, и на ковре тут же появились кроваво-красные следы и пятна.
Пользуясь временным замешательством противника, Александр схватил меня за руку, и мы выбежали из комнаты. Но на нашем пути возникло ещё три человека, скрывающих лица под чёрными масками. Мы попятились к окну. Александр схватил коробку, которую я так неосторожно оставила на столе, и кинул её в противников. Из неё вылетело много разного хлама, что немало удивило меня, но я не успела рассмотреть безделушки. Резкая боль пронзила моё сердце, в глазах на миг потемнело. Но времени останавливаться и размышлять не было: мы метнулись к переходу, а злодеи кинулись за нами. В какой-то момент я обернулась – нас преследовала уже целая толпа.
Мы добежали до библиотеки, влетели внутрь и заперли дверь, заблокировав её тяжёлым книжным шкафом. Еле-еле пододвинули его! Люди снаружи пытались сломать наши баррикады. Мы одновременно обернулись: здесь нас тоже поджидала парочка злодеев. Не сговариваясь, мы попятились к лестнице. Александр долго приглядывался к толстым книгам на столе, будто выбирая «жертву», чтобы пульнуть в преследователей. И вдруг крикнул мне:
– Поднимайся! – Я, перепрыгивая через старинные ступеньки, мигом оказалась наверху и видела, как Александр всё-таки выбрал несколько «жертв» и забросал ими противников, а затем поднялся ко мне.
Снова схватил мою руку. Мы подбежали к окну. Александр распахнул высокие витражные створки, затем наружные рамы и первой пропустил меня, а сам вылез следом. Как же здесь высоко! Хлипкий каменный выступ и металлический низкий бортик отделяли нас от неминуемого падения вниз.
– Ступай аккуратнее, – повторял он, придерживая меня за локоть.
– Ага… – протянула я, поглядывая на обрыв под домом.
– Аккуратнее, но побыстрее, прошу тебя, – поторопил он.
Дом органично вписался в окружающую среду, и это помогло нам. Мы дошли до самого последнего окна. Стену дома съедала грубая скальная порода. По естественным выступам мы спустились, как по лестнице, вниз. Александр придержал меня, когда мы залезали в окно первого этажа. В темноте мы прокрались к гаражу, забрались в его чёрную машину. Автоматические ворота были открыты, и мы вылетели наружу.
В боковом зеркале я увидела несколько человек, беспорядочно мельтешащих по дороге. Кое-кто даже попытался догнать нас бегом, но вскоре исчез из поля зрения. Наша машина неслась с бешеной скоростью, будто хотела улететь с холма.
– Можно не так быстро гнать?! – выкрикнула я.
Александр прижал педаль тормоза, но машина не замедлила ход, а разгонялась всё сильнее, улетая вниз по склону. Он переключил режим, но и это не помогло.
– Что происходит?
– Тормоза не работают! – крикнул он, резко нажимая на педаль тормоза и попутно выкручивая руль, пытаясь вписаться в очередной крутой поворот.
– Вот гады! – уж и не знаю, кого именно я обвиняла.
Внезапно нам навстречу вылетела другая машина и ослепила ярким светом фар. Александр сигналил как мог, но водитель не реагировал и мчался прямо на нас. Тогда я потянулась и крутанула руль – мы улетели влево. Наша машина скользила среди высоких хмурых деревьев. Кустарники и камни несколько замедлили движение, нижние острые ветки елей оглушительно скребли по кузову, ломались, впиваясь в стёкла и разбивая их. Мы оставляли позади лишь голые стволы.
– Пристегнись! – скомандовал мой водитель и сам тоже потянулся к моему ремню.
И как только мы защёлкнули ремни безопасности, перед нами возникло непреодолимое препятствие. Толстый ствол дерева остановил нашу машину. Последнее, что я видела, – Александр машинально выключил зажигание. Его рука обмякла. Он отключился. Стало темно.
Рукой нащупала острые травинки, попыталась выдернуть – не вышло. На глаза словно тяжёлые камни накидали, веки совсем не поднимаются. Попробовала ещё раз, другой, третий… Ура, получилось! Но радоваться было нечему. Я лежала, не смея сдвинуться с места, земля неприятно холодила спину. Чёрное небо надо мной закрывают острые ели. Повернула голову – и ужаснулась. Александр лежит рядом без движения.
Я попыталась подняться, не получилось. Ещё раз – будто парализовало. Потянулась к его безжизненной руке, рвала пальцами землю, чтобы быстрее добраться до цели. Наконец, нащупала его запястье и только тогда смогла хоть чуть-чуть успокоиться. Слабый пульс. Он жив. Из глаз хлынули слёзы радости. Я даже попыталась что-то сказать ему, но голос меня не слушался.
Ослепительный свет фонаря заставил закрыть глаза. Кто-то подошёл и навис надо мной.
– Ну что, очнулась? – произнёс знакомый до боли голос.
Я снова открыла глаза, пытаясь разглядеть лицо говорящего. Андрей погладил меня по голове и с ненавистью взглянул на Александра.
– Твой друг сильно пострадал, но так ему и надо, – ехидно произнёс он и направился к своей жертве.
Я схватила Андрея за край куртки, но грубая материя проскользнула между слабыми пальцами. Он даже не заметил моих напрасных усилий…
Андрей начал шарить по карманам Александра. Грубыми пальцами прощупал жилетку и быстро лишил её верхних пуговиц, рванув края в разные стороны. На груди прятался потайной карман. Одно ловкое движение – и он вытянул оттуда нечто маленькое и круглое. В темноте я не сразу разглядела предмет, но в упавшем свете фонаря узнала свою заветную монетку, моего «ёжика». И потянулась к ней рукой, бесполезно хватая воздух.
Андрей мгновение вертел монету, рассматривая, и затем убрал её подальше, спрятал к себе в карман. И снова подошёл ко мне. Я взлетела в воздух и улетала всё дальше и дальше от разбитой машины и моего любимого.
Ты лежишь на кровати и беззаботно болтаешь ногами. Подложила под грудь подушку, чтобы было удобнее. Облокотилась левой рукой, подпирая голову, правой – придерживаешь книгу, чтобы внезапный шаловливый поток ветра из открытого окна нечаянно не перелистнул страницы. Я подошёл и присел рядом. Но ты меня будто не замечаешь?.. Что ты там такое читаешь?
Я нагнулся, присмотрелся к белым безжизненным страницам. Гораздо интереснее рассматривать тебя… Мне так нравится, когда ты чем-то занята! Твой серьёзный, упорный взгляд, когда ты пытаешься что-то понять. Время от времени твои губы едва заметно повторяют прочитанное. Переверни страницу, отвлекись хоть на секунду!.. Взгляни на меня! Ветер, помоги мне! Но ты продолжаешь игнорировать меня, хитрая. Хватит играть со мной. Я скоро не выдержу.
Интересно, ты понимаешь, какая ты сейчас особенно красивая? Как же мне хочется тебя обнять!.. И я прилёг рядом. Моя рука долго скользила по твоей изящной спине. Но ты всё ещё меня не замечаешь? Пришлось защекотать. Этого ты хоть испугаешься?
– Ну… хватит, – слышу я в ответ, но это меня никогда не останавливало.
И я продолжаю свою игру. Прижимаюсь всё ближе, обнимаю тебя, целую, но снова слышу:
– Хватит, ты мне мешаешь.
Ты пытаешься отодвинуться от меня, но я тебя преследую.
– Я уже несколько раз читаю одно и то же. Ничего не могу понять. Отстань.
Ты ещё ни разу не взглянула на меня. Так не пойдёт. Я закрываю книгу, но ты сопротивляешься.
– Ну что такое? – в твоём голосе слышно возмущение, но ты уже хочешь поддаться мне.
Наконец, ты посмотрела мне в глаза, недовольная. Теперь не отступлю! Прижимаю тебя к своей груди ещё сильнее, сердце бешено колотится. Мне за ним не угнаться! Твои губы манят меня. Вечность целовал бы и не отпускал. Почему ты снова вырываешься? Убегаешь? Не успеваю удержать тебя, и ты уже вылетела за дверь.
– Постой! – только и могу крикнуть тебе вслед. – Куда ты?
И я погнался за тобой.
– Не убегай!
Ты снова не надела тапочки. Простынешь, глупая.
Я преследовал тебя до библиотеки. Ты захлопнула перед моим носом дверь, но не успела запереть замок. Я распахнул её. Ты быстро уселась за стол, прижала ноги к груди. Опять увлеклась своей книгой. Да что в ней такого, что интереснее меня?
Я подошёл сзади, обнял тебя за плечи и прижался губами к твоей нежной шее. Твои волосы защекотали мне нос. Хочется чихнуть, но я сдерживаюсь, почёсывая кончик носа. Всё, с меня хватит! Я придвинул стул и сел рядом.
– Что там такого интересного? – я обиделся.
– Подожди, ещё минутку… – ты подняла правую руку.
Опять возражаешь. Но и это я в тебе люблю.
– Ты скоро закончишь?
– Минута ещё не прошла, – проговорила ты, не глядя на меня.
Можно подумать, что я веду себя как ребёнок, требующий внимания. Но я твой любимый мужчина. Я ловлю каждый твой вздох. Обрати на меня внимание, оно мне сейчас так необходимо!
– Ну почему ты меня всё время отвлекаешь? Я только начала разбираться, а ты сбиваешь меня.
– С чем разбираться?
– Я читаю про дешифровку письменности майя, – и ты повернула книгу обложкой ко мне.
– Могла бы спросить меня. Здесь много таких книг.
Я поднялся и прошёл к стеллажу возле двери. Достал с верхней полки два тома и подошёл обратно:
– Вот, держи.
– Спасибо, тоже пригодится, – ты отодвинула мои подношения в сторону.
Опять споришь?
– Что значит «пригодится»? В этой книге очень подробно написано про цифры майя.
– Да знаю я, – и ты отмахнулась рукой.
– Тогда смотри, какая это цифра?
Я вырвал из блокнота чистый лист и ручкой провёл на нём чёрточку.
– Это пять, – ответила ты, задорно улыбаясь.
– Верно. – Тогда мне захотелось подловить тебя, и я начал расспрашивать, рисуя над чёрточкой точки, зачёркивая всё и изображая новые цифры.
– Почему тебе всё время хочется проверять мои знания? Ты как учитель. Постоянно экзаменуешь меня. Я даже боюсь, как в школе: если вдруг неправильно отвечу, какую оценку получу?
Я люблю твой смех. Твои глаза чуть-чуть прищуриваются, появляются игривые складочки, а на щёчке – ямочка. Так и хочется тебя поцеловать! Что я сейчас и делаю. Но ты всегда смущаешься отчего-то, и тогда появляется желание расцеловать тебя ещё больше.
– Ну вот, опять начинаешь, – возражаешь ты и отодвигаешь стул так далеко, что мне уже не дотянуться до тебя.
Неожиданно кольнуло сердце. Казалось, ещё чуть-чуть – и слёзы вырвутся наружу. Но я сдержался. Неописуемый страх овладел моим сознанием. Захотелось прижать тебя к себе и не отпускать ни на секунду. Я схватил тебя, мою любимую, усадил к себе на колени, крепко обнял и прижался головой к твоей груди.
– Что?.. Что случилось? – от удивления ты начала заикаться.
Твоя нежная рука опустилась на мою голову, поглаживая и лаская мочку уха, расправляя пряди волос. Как же я это люблю!..
– Скажи…
– Я вдруг подумал: что будет, если ты уйдёшь?
Ты слегка улыбнулась и хихикнула, прижав к губам маленький кулачок:
– Почему я должна уйти?
– Не знаю… Я очень этого боюсь. Я не смогу жить без тебя!..
– Ну почему ты опять говоришь об этом? Никуда я не уйду.
– Правда?
Ты кивнула, улыбнулась и поцеловала меня в губы. Думаешь, что этим успокоишь? Но сердце моё бьётся всё так же быстро, словно пытается убежать от меня. Тоже. Новая беспокойная мысль внезапно вырвалась наружу:
– А сама справишься?
– Конечно, я уже большая девочка.
– Тогда найдёшь книгу прямо на столе.
Я согласно кивнула, и, как только вышла из комнаты и захлопнула за собой дверь, снова обо что-то споткнулась, но устояла на ногах. Посмотрела вниз – опять эта коробка! Да кто её сюда постоянно подбрасывает? Я не удержалась и в очередной раз пнула её. В коробке что-то зазвенело. Очевидно, что там лежит много всякой всячины. Мне стало интересно. Я аккуратно приоткрыла крышку, но там было пусто. Ещё несколько раз проделала то же самое, но в коробке всё так же царила пустота. Я приподняла её, и она показалась мне тяжёлой. Снова открыла – ничего. Ну ладно. Поставила её на стол в прихожей и пошла в библиотеку.
Конечно, книги не оказалось на том месте, где указал Александр, и пришлось немного поискать. Пользуясь случаем, я забралась по лестнице на второй этаж и прогулялась там среди стеллажей, наслаждаясь стариной.
Сверху я заметила то, чего раньше не видела. Быстро спустилась и подошла к столу. Что здесь делает эта безвкусная копилка в форме ёжика? Я схватила её и потрясла. В ответ раздался звон монет и… бой старинных часов у входа. Часы вдруг ожили и напугали меня: двенадцать ударов подряд. Я повертела безделушку в руках, но так и не нашла, как её открыть, а разбивать не хотелось. Не моя же вещь, жалко. А вдруг хозяин заметит пропажу? И я вернула её на место. Опасливо поглядывая на часы, я поспешила уйти.
Когда я вернулась, Александр дремал. Я не стала его будить. Тихонько вышла и прикрыла за собой дверь.
Глава 15. Я знаю, я люблю тебя
Вечер, как всегда в этих краях, подкрался незаметно, и наступила ночь. Я долго сидела на балконе, читала мифы Древней Греции, пока совсем не стемнело. Наблюдала за луной и окружающим миром. Свет от небоскрёбов отражался на рябой поверхности тёмной воды. Макушки деревьев беспокойно раскачивались, словно переговаривались о чём-то. Яркий лик луны закрыло откуда-то набежавшее облако. И мне давно пора спать, к тому же я замёрзла.
Я зашла в комнату и прикрыла за собой дверь. Зачем включать свет? Глаза и так уже привыкли к темноте. Умылась и переоделась в пижаму. Легла в кровать и потянула одеяло, но оно почему-то не поддавалось. Я быстро нашла причину – на постели развалился Александр. Подложив под голову подушку, он крепко спал. Почему он спит здесь? Комнаты перепутал?
Потрясла его за плечо, но он не просыпался, только буркнул что-то в ответ и, отвернувшись, перевалился на другой бок. Ну ладно. У меня ещё есть покрывало. Я бережно набросила на него плед, чтобы не замёрз, и сама тоже накрылась. Но долго не могла заснуть, смотрела в окно. И когда глаза уже начали слипаться, я увидела нечто, чего быть не должно. Кто они? Зачем пришли? Мне это снится, что ли?
Я протёрла глаза. Точно не сплю. Одна тёмная мужская фигура прислонилась к балконной двери, потянула за ручку, и та тихонько отворилась. За первой тенью скользнули ещё две такие же. Крик ужаса застыл в горле, и я ничего не могла сказать, а лишь нервно трясла спящего Александра. Он протестовал и даже оттолкнул меня. Как можно так крепко спать?
Тем временем тени уже пробрались в комнату и мелкими осторожными шагами приближались к кровати. Я пнула Александра ногой так сильно, что он перевернулся и слетел с кровати, ударился головой о стену.
– Что так грубо? – громко возмутился он, почёсывая ушибленное место.
И тут же две тени набросились на него. Третья подошла ко мне. Я прикрылась одеялом, надеясь, что это меня хоть как-нибудь спасёт.
– Кто вы? Что вам от нас нужно? – кричала я, борясь с нападавшим.
Он схватил меня и хотел утащить за собой, но я не поддавалась. Я вцепилась ему в волосы, отбивалась руками и ногами как могла, но тень явно была сильнее. Меня быстро скрутили покрывалом, как вафельную трубочку.
В это самое время Александр дрался с теми двумя. Они не давали ему продыху. Но, увидев, что со мной делает третий, он крикнул:
– Света! – будто это хоть как-то могло мне сейчас помочь.
Александр разъярился и начал бить своих противников ожесточённее, пока те не повалились на пол, корчась от боли. Затем он подбежал к нам, со всей силы врезал моему обидчику, и тот отлетел, прихватив с собой настольную лампу. Стеклянное основание с грохотом разбилось о мраморный пол, множество осколков разлетелось во все стороны. Пока я выкручивалась из пледа, наступила голыми ногами на мелкие стёклышки, и на ковре тут же появились кроваво-красные следы и пятна.
Пользуясь временным замешательством противника, Александр схватил меня за руку, и мы выбежали из комнаты. Но на нашем пути возникло ещё три человека, скрывающих лица под чёрными масками. Мы попятились к окну. Александр схватил коробку, которую я так неосторожно оставила на столе, и кинул её в противников. Из неё вылетело много разного хлама, что немало удивило меня, но я не успела рассмотреть безделушки. Резкая боль пронзила моё сердце, в глазах на миг потемнело. Но времени останавливаться и размышлять не было: мы метнулись к переходу, а злодеи кинулись за нами. В какой-то момент я обернулась – нас преследовала уже целая толпа.
Мы добежали до библиотеки, влетели внутрь и заперли дверь, заблокировав её тяжёлым книжным шкафом. Еле-еле пододвинули его! Люди снаружи пытались сломать наши баррикады. Мы одновременно обернулись: здесь нас тоже поджидала парочка злодеев. Не сговариваясь, мы попятились к лестнице. Александр долго приглядывался к толстым книгам на столе, будто выбирая «жертву», чтобы пульнуть в преследователей. И вдруг крикнул мне:
– Поднимайся! – Я, перепрыгивая через старинные ступеньки, мигом оказалась наверху и видела, как Александр всё-таки выбрал несколько «жертв» и забросал ими противников, а затем поднялся ко мне.
Снова схватил мою руку. Мы подбежали к окну. Александр распахнул высокие витражные створки, затем наружные рамы и первой пропустил меня, а сам вылез следом. Как же здесь высоко! Хлипкий каменный выступ и металлический низкий бортик отделяли нас от неминуемого падения вниз.
– Ступай аккуратнее, – повторял он, придерживая меня за локоть.
– Ага… – протянула я, поглядывая на обрыв под домом.
– Аккуратнее, но побыстрее, прошу тебя, – поторопил он.
Дом органично вписался в окружающую среду, и это помогло нам. Мы дошли до самого последнего окна. Стену дома съедала грубая скальная порода. По естественным выступам мы спустились, как по лестнице, вниз. Александр придержал меня, когда мы залезали в окно первого этажа. В темноте мы прокрались к гаражу, забрались в его чёрную машину. Автоматические ворота были открыты, и мы вылетели наружу.
В боковом зеркале я увидела несколько человек, беспорядочно мельтешащих по дороге. Кое-кто даже попытался догнать нас бегом, но вскоре исчез из поля зрения. Наша машина неслась с бешеной скоростью, будто хотела улететь с холма.
– Можно не так быстро гнать?! – выкрикнула я.
Александр прижал педаль тормоза, но машина не замедлила ход, а разгонялась всё сильнее, улетая вниз по склону. Он переключил режим, но и это не помогло.
– Что происходит?
– Тормоза не работают! – крикнул он, резко нажимая на педаль тормоза и попутно выкручивая руль, пытаясь вписаться в очередной крутой поворот.
– Вот гады! – уж и не знаю, кого именно я обвиняла.
Внезапно нам навстречу вылетела другая машина и ослепила ярким светом фар. Александр сигналил как мог, но водитель не реагировал и мчался прямо на нас. Тогда я потянулась и крутанула руль – мы улетели влево. Наша машина скользила среди высоких хмурых деревьев. Кустарники и камни несколько замедлили движение, нижние острые ветки елей оглушительно скребли по кузову, ломались, впиваясь в стёкла и разбивая их. Мы оставляли позади лишь голые стволы.
– Пристегнись! – скомандовал мой водитель и сам тоже потянулся к моему ремню.
И как только мы защёлкнули ремни безопасности, перед нами возникло непреодолимое препятствие. Толстый ствол дерева остановил нашу машину. Последнее, что я видела, – Александр машинально выключил зажигание. Его рука обмякла. Он отключился. Стало темно.
Рукой нащупала острые травинки, попыталась выдернуть – не вышло. На глаза словно тяжёлые камни накидали, веки совсем не поднимаются. Попробовала ещё раз, другой, третий… Ура, получилось! Но радоваться было нечему. Я лежала, не смея сдвинуться с места, земля неприятно холодила спину. Чёрное небо надо мной закрывают острые ели. Повернула голову – и ужаснулась. Александр лежит рядом без движения.
Я попыталась подняться, не получилось. Ещё раз – будто парализовало. Потянулась к его безжизненной руке, рвала пальцами землю, чтобы быстрее добраться до цели. Наконец, нащупала его запястье и только тогда смогла хоть чуть-чуть успокоиться. Слабый пульс. Он жив. Из глаз хлынули слёзы радости. Я даже попыталась что-то сказать ему, но голос меня не слушался.
Ослепительный свет фонаря заставил закрыть глаза. Кто-то подошёл и навис надо мной.
– Ну что, очнулась? – произнёс знакомый до боли голос.
Я снова открыла глаза, пытаясь разглядеть лицо говорящего. Андрей погладил меня по голове и с ненавистью взглянул на Александра.
– Твой друг сильно пострадал, но так ему и надо, – ехидно произнёс он и направился к своей жертве.
Я схватила Андрея за край куртки, но грубая материя проскользнула между слабыми пальцами. Он даже не заметил моих напрасных усилий…
Андрей начал шарить по карманам Александра. Грубыми пальцами прощупал жилетку и быстро лишил её верхних пуговиц, рванув края в разные стороны. На груди прятался потайной карман. Одно ловкое движение – и он вытянул оттуда нечто маленькое и круглое. В темноте я не сразу разглядела предмет, но в упавшем свете фонаря узнала свою заветную монетку, моего «ёжика». И потянулась к ней рукой, бесполезно хватая воздух.
Андрей мгновение вертел монету, рассматривая, и затем убрал её подальше, спрятал к себе в карман. И снова подошёл ко мне. Я взлетела в воздух и улетала всё дальше и дальше от разбитой машины и моего любимого.
Глава 16. Запомни
Ты лежишь на кровати и беззаботно болтаешь ногами. Подложила под грудь подушку, чтобы было удобнее. Облокотилась левой рукой, подпирая голову, правой – придерживаешь книгу, чтобы внезапный шаловливый поток ветра из открытого окна нечаянно не перелистнул страницы. Я подошёл и присел рядом. Но ты меня будто не замечаешь?.. Что ты там такое читаешь?
Я нагнулся, присмотрелся к белым безжизненным страницам. Гораздо интереснее рассматривать тебя… Мне так нравится, когда ты чем-то занята! Твой серьёзный, упорный взгляд, когда ты пытаешься что-то понять. Время от времени твои губы едва заметно повторяют прочитанное. Переверни страницу, отвлекись хоть на секунду!.. Взгляни на меня! Ветер, помоги мне! Но ты продолжаешь игнорировать меня, хитрая. Хватит играть со мной. Я скоро не выдержу.
Интересно, ты понимаешь, какая ты сейчас особенно красивая? Как же мне хочется тебя обнять!.. И я прилёг рядом. Моя рука долго скользила по твоей изящной спине. Но ты всё ещё меня не замечаешь? Пришлось защекотать. Этого ты хоть испугаешься?
– Ну… хватит, – слышу я в ответ, но это меня никогда не останавливало.
И я продолжаю свою игру. Прижимаюсь всё ближе, обнимаю тебя, целую, но снова слышу:
– Хватит, ты мне мешаешь.
Ты пытаешься отодвинуться от меня, но я тебя преследую.
– Я уже несколько раз читаю одно и то же. Ничего не могу понять. Отстань.
Ты ещё ни разу не взглянула на меня. Так не пойдёт. Я закрываю книгу, но ты сопротивляешься.
– Ну что такое? – в твоём голосе слышно возмущение, но ты уже хочешь поддаться мне.
Наконец, ты посмотрела мне в глаза, недовольная. Теперь не отступлю! Прижимаю тебя к своей груди ещё сильнее, сердце бешено колотится. Мне за ним не угнаться! Твои губы манят меня. Вечность целовал бы и не отпускал. Почему ты снова вырываешься? Убегаешь? Не успеваю удержать тебя, и ты уже вылетела за дверь.
– Постой! – только и могу крикнуть тебе вслед. – Куда ты?
И я погнался за тобой.
– Не убегай!
Ты снова не надела тапочки. Простынешь, глупая.
Я преследовал тебя до библиотеки. Ты захлопнула перед моим носом дверь, но не успела запереть замок. Я распахнул её. Ты быстро уселась за стол, прижала ноги к груди. Опять увлеклась своей книгой. Да что в ней такого, что интереснее меня?
Я подошёл сзади, обнял тебя за плечи и прижался губами к твоей нежной шее. Твои волосы защекотали мне нос. Хочется чихнуть, но я сдерживаюсь, почёсывая кончик носа. Всё, с меня хватит! Я придвинул стул и сел рядом.
– Что там такого интересного? – я обиделся.
– Подожди, ещё минутку… – ты подняла правую руку.
Опять возражаешь. Но и это я в тебе люблю.
– Ты скоро закончишь?
– Минута ещё не прошла, – проговорила ты, не глядя на меня.
Можно подумать, что я веду себя как ребёнок, требующий внимания. Но я твой любимый мужчина. Я ловлю каждый твой вздох. Обрати на меня внимание, оно мне сейчас так необходимо!
– Ну почему ты меня всё время отвлекаешь? Я только начала разбираться, а ты сбиваешь меня.
– С чем разбираться?
– Я читаю про дешифровку письменности майя, – и ты повернула книгу обложкой ко мне.
– Могла бы спросить меня. Здесь много таких книг.
Я поднялся и прошёл к стеллажу возле двери. Достал с верхней полки два тома и подошёл обратно:
– Вот, держи.
– Спасибо, тоже пригодится, – ты отодвинула мои подношения в сторону.
Опять споришь?
– Что значит «пригодится»? В этой книге очень подробно написано про цифры майя.
– Да знаю я, – и ты отмахнулась рукой.
– Тогда смотри, какая это цифра?
Я вырвал из блокнота чистый лист и ручкой провёл на нём чёрточку.
– Это пять, – ответила ты, задорно улыбаясь.
– Верно. – Тогда мне захотелось подловить тебя, и я начал расспрашивать, рисуя над чёрточкой точки, зачёркивая всё и изображая новые цифры.
– Почему тебе всё время хочется проверять мои знания? Ты как учитель. Постоянно экзаменуешь меня. Я даже боюсь, как в школе: если вдруг неправильно отвечу, какую оценку получу?
Я люблю твой смех. Твои глаза чуть-чуть прищуриваются, появляются игривые складочки, а на щёчке – ямочка. Так и хочется тебя поцеловать! Что я сейчас и делаю. Но ты всегда смущаешься отчего-то, и тогда появляется желание расцеловать тебя ещё больше.
– Ну вот, опять начинаешь, – возражаешь ты и отодвигаешь стул так далеко, что мне уже не дотянуться до тебя.
Неожиданно кольнуло сердце. Казалось, ещё чуть-чуть – и слёзы вырвутся наружу. Но я сдержался. Неописуемый страх овладел моим сознанием. Захотелось прижать тебя к себе и не отпускать ни на секунду. Я схватил тебя, мою любимую, усадил к себе на колени, крепко обнял и прижался головой к твоей груди.
– Что?.. Что случилось? – от удивления ты начала заикаться.
Твоя нежная рука опустилась на мою голову, поглаживая и лаская мочку уха, расправляя пряди волос. Как же я это люблю!..
– Скажи…
– Я вдруг подумал: что будет, если ты уйдёшь?
Ты слегка улыбнулась и хихикнула, прижав к губам маленький кулачок:
– Почему я должна уйти?
– Не знаю… Я очень этого боюсь. Я не смогу жить без тебя!..
– Ну почему ты опять говоришь об этом? Никуда я не уйду.
– Правда?
Ты кивнула, улыбнулась и поцеловала меня в губы. Думаешь, что этим успокоишь? Но сердце моё бьётся всё так же быстро, словно пытается убежать от меня. Тоже. Новая беспокойная мысль внезапно вырвалась наружу:
