И хоть Лиза бегала в школе на отлично, но ребята были старше её и видно было что сельская жизнь, сельские заботы, давали им преимущество в физической подготовке и поэтому они быстро догнали её. Один из них грубо схватил её за плечо и резко остановил.
- Не трогайте её, - услышала Лиза громкий и строгий голос Никиты. - Она со мной!
Двое ребят смотрели на бегущего к ним Никиту.
- Ты её знаешь? - спросил один из них.
- Конечно, - крикнул друг Лизы подбегая к ним. - Отпусти её, - приказал строго он и взял Елизавету за руку. Один из тех плохих парней убрал свою руку/лапищу с плечика девочки.
- Невеста, что ли? - весело спросил один из них.
- Откуда ты её взял? - спросил другой насмехаясь.
- Кирилл, Митя, прекратите позориться, пожалуйста, - сказал Никита и посмотрев на Лизу, сказал: «Пошли, я освободился».
- Эээ, так не пойдёт, - протянул один из них и схватил Никиту за рукав рубашки. - Кто она такая?
- Кирюха, перестань, - сказал спокойно знакомый Лизы. - Мы торопимся!
- Да щас, - сказал другой, видимо это был Митя.
Никита, облизнув губы угрюмо посмотрел на ребят.
- Лиза, иди, я тебя догоню, - строго сказал он и жёстко посмотрел на девочку. Она, повинуясь его словам (была в них какая-то мужская сила) быстро пошла в сторону, откуда она до этого прибежала, предвкушая что-то очень и очень нехорошее. «И чего они ко мне и к Нике прицепились? Видно заняться больше здесь нечем, кроме как задираться к другим…» - думала девочка, быстро снова унося ноги. «Какое-то место бега», - думала она. - «Вместо того чтоб творить, писать красоту местности я одно только здесь бегаю-бегаю…». Она уже успела отойти на приличное расстояние и тут услышала громкие крики и обернулась. Это выкрикивал один из тех задиристых парней слова, которые строго настрого запрещалось в школе творчества не то что произносить, но и даже хранить в голове. Лиза, не привыкшая к подобным бранным словам, хоть и некоторые из них не знала, но услышав сразу поняла их не самый глубокий смысл. «Как же всё мерзко…», - подумала с отвращением девочка и увидела, как Никита заехал Кириллу в ухо. Тот упал на землю, а Митя стал помогать встать на ноги другу. Никита же накинулся и на Митю сверху с ударом по спине. И они оба покатились по земле. Лиза стояла не то что в шоке, а просто в оцепенении. «Они сейчас убьют Ники», - подумала испуганно она и побежала на помощь к новому другу по дороге выискивая палку или что-то чем можно было бы защититься. Но не найдя ничего она подбежала к ребятам и увидела, что все трое лежат на траве и тяжело дыша смеются.
- Ники, ты как? - тревожно спросила она, подбегая к другу.
- О, и невеста тут как тут, - сказал весело Кирилл и перевернулся со спины на живот.
- Отвали, - буркнул Никита и посмотрел на Лизу улыбаясь. - Это я не тебе.
У него шла кровь из краешка губы. Но он видимо этого не замечал. Митя же отдышавшись сказал:
- Чуваки, сколько времени?
Кирилл, посмотрев на ручные часы сказал: «тысяча триста двадцать два». И все рассмеялись. Одна Лиза с грустью смотрела на всю эту сцену и спрашивала себя думая: «Что я здесь делаю?».
- Опаздываю, - спохватился Митя и вскочив на ноги подал руку Кириллу, тот встал. Потом протянул руку помощи Никите, но тот отказался и проворно прыжком стал на ноги.
- Выпендрёжник, - весело назвал его Кирилл. А Никита улыбнулся Лизе. Но девочка стояла без участия.
- Ты чего такая грустная? - спросил её новый знакомый.
- У тебя кровь на губе, - сказала она, посмотрев на него с некоторым отвращением.
- Ерунда, - весело сказал Митя и подойдя к Лизе немного наклонив голову важным тоном сказал: «Рад был с вами познакомится».
Лиза молча грустно посмотрела на него. Её всё происходящее удивляло особенно такая быстрая перемена в общении между ребятами. То они ругаются и дерутся, то потом смеются - ничего не ясно, никакой определённости. Вот у ребят, с которыми она училась в изо-школе ей не приходилось видеть таких резких смен настроений и поведений. Они были все более-менее сдержанные в своих проявлениях чувств. О том, чтобы драться между собой и речи не могло быть, ведь это опасно для рук - как потом творить? Да и вообще, это плохой тон… а здесь… Сразу видно, что они никак не причастны к миру искусства.
Митя немного сконфуженный таким странным поведением девочки не стал больше занимать её время и крикнув друзьям: «Пока» побежал в сторону фермы. И тут у Лизы сложился пазлик, она поняла, что Митя - это видимо и есть тот самый друг Никиты, который сегодня работает во второю смену пастушком. Нуда. Нуда. Всё так и есть. Вот он и побежал на послеобеденную работу.
- Митя, у нас трудяга, - сказал весело Кирилл, обращаясь к девочке и похлопав по плечу молчавшего друга добавил гордо: «Да и Никита твой настоящий мужик! Держись его - не пропадёшь!».
Лиза улыбнулась. Никита тоже.
- Ладно, мне пора, - сказал уже очень серьёзно Кирилл и пожав руку Никите пошёл в сторону неведомого Лизе села.
- Это мои друзья, - решил пояснить наконец-то Никита, когда друг уже отошёл от них на приличное расстояние.
- Ну и друзья, у тебя конечно, - ответила она, цедя слова.
- Хорошие, друзья, - заступился парень. - Очень хорошие!
- Один из них тебе губу разбил, - сказала она, показывая на кровь.
- Пустяк, - небрежно ответил друг Лизы и вытер рукавом рубашки губы. Девочка всё ещё немного смущенно и ошарашенно смотрела на него. - Так, пошли теперь твоих друзей искать, - командовал парень и потянул девочку за руку в сторону откуда они пришли до этого. Лиза почувствовала, что его рука была очень сильной и немного грубой-шершавой, но его пальцы держали её пальчики очень трепетно. И они шли так секунд десять, а потом Никита немного смутившись отпустил её.
- Я понимаю, что отнимаю у тебя твоё время, но не переживай, - начала говорить девочка почему-то немного деловитым тоном. - Если ты поможешь мне найти мой класс - я тебе заплачу!
- Та иди ты, - буркнул парень, махнув рукой. Девочка почувствовала, что снова обидела парня своими глупыми словами. Никита хмурился и молча шёл, думая: «Видно я совсем как бедняк выгляжу, раз она мне платить хочет. Ей стыдно идти рядом со мной. Ну и ладно!».
- Водохранилище там, - прервав молчание сказал он и пошёл немного быстрее её. - Не отставай!
И он даже сорвался на лёгкий бег. Лиза побежала за ним.
- Чего ты так торопишься? - спросила она.
- Как чего? - искренне удивился парень. - Ты ж хотела вернуться к своим незамеченной, а уже сколько времени отсутствуешь? Час, полтора? Наверняка уже засекли, что тебя нет!
И Лиза мысленно согласилась с ним. И они побежали.
- Давай, быстрее, - громко подгонял Никита, Лизу оборачиваясь к ней. Девочка послушно бежала за новым другом и вдруг к ней пришло осознание, что вот совсем скоро она снова воссоединится со своим творческим классом, увидит Руслану и Костика. Но ведь они уже не её друзья, какими были прежние годы, они уже чужие для неё люди. А этот новый её знакомый хоть и чудаковатый, но хороший-хороший. И Лиза заранее почувствовала неизбежную боль расставания с ним и остановилась.
- Тебе плохо? - тревожась спросил Никита и развернувшись подбежал к ней.
- Да, - ответила она и села, размякнув на траву.
- Водички попить надо, - испуганно сказал парень. - Я сгоняю, подожди меня здесь.
- Да не надо мне воды, - тихо сказала девочка и посмотрела на нового друга. Никита угрюмо и озадаченно смотрел на неё сверху вниз. - Прежде чем мы расстанемся с тобой, можно я тебе кое-что расскажу? Только ты не смейся!
- Рассказывай, - серьёзно ответил он и внимательно посмотрел на девочку.
- Я никому про это не рассказывала, а мне перед кем-то хочется выговориться, - стесняясь оправдывалась она.
- Синдром попутчика, - ухмыльнувшись сказал Никита. Лиза удивлённо посмотрела на него. - Ну это когда, двое незнакомых людей встречаются где-либо, чаще это бывает в поезде и выговаривают друг друга накипевшую внутри себя толи желчь толи обиду толи радость зная наперёд, что они больше, когда достигнут цели не встретятся, а значит можно без утайки всё рассказать, а потом распрощаться и аля-улю гони гусей!
Лиза ухмыльнулась.
- Рассказывай уже, что у тебя стряслось? - сказал, улыбаясь ей Никита. И только сейчас почему-то Лиза заметила, что он очень красиво улыбается. И она внимательно вглядывалась в его лицо, пытаясь запомнить все-все детальки его как сейчас она только рассмотрела очень красивых черт лица. Он улыбался и она, запомнив этот кадр, решила обязательно написать его портрет, когда вернётся домой именно в этом ракурсе!
- Понимаешь, Ники, у меня этот год выдался очень неудачным годом в плане дружеских отношений, - начала она ему открывать закупоренную рану в сердце. Она рассказывала ему с самого начала учебного года и потихоньку открываясь она отрывала от раны пласты загрубевшей кожи… Она чувствовала, что рана живая и она не заросла… И что она всё время себя только обманывала, что «всё прошло и всё хорошо». Нет, всё оказывается было не хорошо. Никита внимательно слушал её, и поняв, что рассказ её будет не коротким, сел рядышком с ней. И глядя вперёд «в никуда» слушал и лечил её тем самым. «Как хорошо, что он на меня не смотрит», - подумала она и не стыдясь рассказала, и о том, что произошло в конце учебного года, но уже в художественной школе и о подлости Руси, и о странном поведении Костика и о том, что теперь у неё вообще не осталось ни одного друга ни в обычной школе, ни в изо и ей от этого очень больно, одиноко и грустно на душе.
- Я что такая плохая? - спросила она почему-то сквозь слёзы у Никиты.
- Нет, - ответил он тихо. - Просто… - и он замолчал.
- Тогда почему все так ко мне относятся?
- Как?
- Пренебрежительно, - подобрала она слово, как казалось ей чётко передающее её чувствования.
- Та нет здесь дело не в пренебрежении, - размышляя вслух медленно говорил Никита.
- Всё так сложно, - продолжала Лиза.
- Да ничего тут сложного нет, - решительно сказал наконец-то парень. - Просто ты не умеешь постоять за себя! Вот и всё!
Елизавета с грустью смотрела на него.
- Надо было в морду дать этой твой Русе, а не сидеть молча, когда она дурила весь класс, что мол это её идея и комикс и всё такое, - оживлённо и громко сказал Никита.
- Да как же ей врезать, если она моя подружка?
- Какая подружка? Она же предала тебя!
И Елизавета умолкла.
- Ты должна уметь за себя постоять, - продолжал новый знакомый. - Нужно было встать и всем объявить, что это твоя идея была, а не Руси. Надо было всем сказать, что она врёт! И твёрдо заявить, раз работа оказалось удачной, то ты тоже должна поехать в Петербург. Пусть Руся едет на правах рисовальщика-исполнителя, а ты на правах автора идеи - ну или как там оно у вас называется… Я просто не шарю в этих всех ваших терминах…
- Ты не понимаешь, - начала оправдываться Лиза. - Они бы мне не поверили. Ведь когда я сказала, об этом Костику, он просто сказал, что я ей завидую и всё придумала…
- Дурак, твой Костик недалёкий, - насмешливо сказал Никита. - Тоже мне авторитет с носками!
- Там подпись стоит на картинах Русина, а значит это её работа… - тяжело вздохнув сказала Елизавета. - И теперь она поедет и будет создавать мультик, а я нет…
- Ой, тоже меня удивили, анимационная студия, - фыркнув небрежно сказал Никита. - Купили два компьютера и сидят шпарят на них свои комиксы в программах.
- Ты думаешь это так просто?
- А чё там сложного, если уметь? - всё также спокойно и пренебрежительно продолжал парень. - Тоже мне удивили! Вон если бы они… - и он замолчал.
- Что? - недовольно спросила Елизавета.
- Вон у моего папки уже месяц как камень «идёт». Болезнь в почках такая, - тихо пояснил Никита. - Мы кинулись, в ближайший город, в твой Бердянск, а у вас их не дробят - ну это операция такая. Врачи сказали надо везти папу в Симферополь. Мы поздно кинулись, пока мама все справки оформляла, узи пока новое сделали, камень ему там что-то перекрыл и у папы даже нога отказала позавчера. Пришлось такси срочно нанимать и везти его в Крым. А сегодня утром его прооперировали уже…
- И что?
- Слава Богу, хорошо, - тихо сказал Никита и помолчал. - Я, когда на ферме был, звонил маме - спрашивал…
- Слава Богу, - тоже тихо сказала Елизавета.
- Так что ты со своими мультиками тут паришься, делать тебе больше нечего, а у людей заботы поважнее, как бы не умереть, - укоризненно сказал парень. - Вон в нашем селе вообще врача нет, маме пришлось очень сильно договаривать чтоб в… Короче… Все твои проблемы - это мелочи житейские, а серьёзных бед у тебя слава Богу пока не было!
Лиза посмотрела на Никиту, а тот посмотрев на неё цокнул языком. Ей стало жаль парня. Она ведь не знала, что у него в семье такое горе. И зачем она только ему открылась? Никита, видимо почувствовав её настроение ласково и улыбаясь сказал: «Не переживай за меня, ты же не знала… Я ж тебе не говорил про папу, да и вообще в селе никто об этом не знает… Родители сказали молчать обо всём. Поэтому все окей», - и он подмигнул ей. И этот его мимический жест был немного неумелым, и он выглядел сейчас смешно. Но по-юношески это было очень трогательно и Лизе очень понравилось.
- Хорошо, что ты мне всё рассказала, - продолжал поддерживать девочку парень. - Ну и пусть валит эта Руся в Питер, может это её первый и последний шанс побывать в творческой среде. С её умениями она там явно не задержится! Воровкам и интриганкам там не место!
Лиза улыбнулась.
- Да и вообще Лиза, ты что книжки не читаешь? - наконец-то снова взбодрившись, весело спросил Никита, вставая на ноги. - Почитай Библию и о том, как бедный Давид бегал/скрывался от царя Саула. Саул ему завидовал, боялся, что Давид займёт его трон и что? Преследовал бедного Давидушку. Почитай-почитай, полезно будет! И что царь Давид делал в ответ на злобу тестя? Он мог бы легко убить обидчика, но нет, он боялся Бога и уклонялся от кровной защиты себя. И Бог, как и сказал: «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам…» так спустя годы и совершил: царь Саул трагически умер, а Давид заслужено стал царём. Бог всё расставил на свои места, надо только дать Ему на это время. Но я также думаю, что для Давида те гонения были полезны в то время и поэтому Господь их и допустил. Ведь теперь, благодаря тем грустным дням в жизни Давида мы имеем им написанные такие крутые псалмы, как семнадцатый, пятьдесят первый, пятьдесят третий, пятьдесят шестой, пятьдесят восьмой. Вот послушай из семнадцатого: «Он простер руку с высоты и взял меня, и извлек меня из вод многих; избавил меня от врага моего сильного и от ненавидящих меня, которые были сильнее меня. Они восстали на меня в день бедствия моего, но Господь был мне опорою. Он вывел меня на пространное место и избавил меня, ибо Он благоволит ко мне. Воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих вознаградил меня, ибо я хранил пути Господни и не был нечестивым пред Богом моим; ибо все заповеди Его предо мною, и от уставов Его я не отступал. Я был непорочен пред Ним и остерегался, чтобы не согрешить мне; и воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих пред очами Его. С милостивым Ты поступаешь милостиво, с мужем искренним - искренно, с чистым - чисто, а с лукавым - по лукавству его, ибо Ты людей угнетенных спасаешь, а очи надменные унижаешь.», - и парень с интересом пострел на девочку.
- Не трогайте её, - услышала Лиза громкий и строгий голос Никиты. - Она со мной!
Двое ребят смотрели на бегущего к ним Никиту.
- Ты её знаешь? - спросил один из них.
- Конечно, - крикнул друг Лизы подбегая к ним. - Отпусти её, - приказал строго он и взял Елизавету за руку. Один из тех плохих парней убрал свою руку/лапищу с плечика девочки.
- Невеста, что ли? - весело спросил один из них.
- Откуда ты её взял? - спросил другой насмехаясь.
- Кирилл, Митя, прекратите позориться, пожалуйста, - сказал Никита и посмотрев на Лизу, сказал: «Пошли, я освободился».
- Эээ, так не пойдёт, - протянул один из них и схватил Никиту за рукав рубашки. - Кто она такая?
- Кирюха, перестань, - сказал спокойно знакомый Лизы. - Мы торопимся!
- Да щас, - сказал другой, видимо это был Митя.
Никита, облизнув губы угрюмо посмотрел на ребят.
- Лиза, иди, я тебя догоню, - строго сказал он и жёстко посмотрел на девочку. Она, повинуясь его словам (была в них какая-то мужская сила) быстро пошла в сторону, откуда она до этого прибежала, предвкушая что-то очень и очень нехорошее. «И чего они ко мне и к Нике прицепились? Видно заняться больше здесь нечем, кроме как задираться к другим…» - думала девочка, быстро снова унося ноги. «Какое-то место бега», - думала она. - «Вместо того чтоб творить, писать красоту местности я одно только здесь бегаю-бегаю…». Она уже успела отойти на приличное расстояние и тут услышала громкие крики и обернулась. Это выкрикивал один из тех задиристых парней слова, которые строго настрого запрещалось в школе творчества не то что произносить, но и даже хранить в голове. Лиза, не привыкшая к подобным бранным словам, хоть и некоторые из них не знала, но услышав сразу поняла их не самый глубокий смысл. «Как же всё мерзко…», - подумала с отвращением девочка и увидела, как Никита заехал Кириллу в ухо. Тот упал на землю, а Митя стал помогать встать на ноги другу. Никита же накинулся и на Митю сверху с ударом по спине. И они оба покатились по земле. Лиза стояла не то что в шоке, а просто в оцепенении. «Они сейчас убьют Ники», - подумала испуганно она и побежала на помощь к новому другу по дороге выискивая палку или что-то чем можно было бы защититься. Но не найдя ничего она подбежала к ребятам и увидела, что все трое лежат на траве и тяжело дыша смеются.
- Ники, ты как? - тревожно спросила она, подбегая к другу.
- О, и невеста тут как тут, - сказал весело Кирилл и перевернулся со спины на живот.
- Отвали, - буркнул Никита и посмотрел на Лизу улыбаясь. - Это я не тебе.
У него шла кровь из краешка губы. Но он видимо этого не замечал. Митя же отдышавшись сказал:
- Чуваки, сколько времени?
Кирилл, посмотрев на ручные часы сказал: «тысяча триста двадцать два». И все рассмеялись. Одна Лиза с грустью смотрела на всю эту сцену и спрашивала себя думая: «Что я здесь делаю?».
- Опаздываю, - спохватился Митя и вскочив на ноги подал руку Кириллу, тот встал. Потом протянул руку помощи Никите, но тот отказался и проворно прыжком стал на ноги.
- Выпендрёжник, - весело назвал его Кирилл. А Никита улыбнулся Лизе. Но девочка стояла без участия.
- Ты чего такая грустная? - спросил её новый знакомый.
- У тебя кровь на губе, - сказала она, посмотрев на него с некоторым отвращением.
- Ерунда, - весело сказал Митя и подойдя к Лизе немного наклонив голову важным тоном сказал: «Рад был с вами познакомится».
Лиза молча грустно посмотрела на него. Её всё происходящее удивляло особенно такая быстрая перемена в общении между ребятами. То они ругаются и дерутся, то потом смеются - ничего не ясно, никакой определённости. Вот у ребят, с которыми она училась в изо-школе ей не приходилось видеть таких резких смен настроений и поведений. Они были все более-менее сдержанные в своих проявлениях чувств. О том, чтобы драться между собой и речи не могло быть, ведь это опасно для рук - как потом творить? Да и вообще, это плохой тон… а здесь… Сразу видно, что они никак не причастны к миру искусства.
Митя немного сконфуженный таким странным поведением девочки не стал больше занимать её время и крикнув друзьям: «Пока» побежал в сторону фермы. И тут у Лизы сложился пазлик, она поняла, что Митя - это видимо и есть тот самый друг Никиты, который сегодня работает во второю смену пастушком. Нуда. Нуда. Всё так и есть. Вот он и побежал на послеобеденную работу.
- Митя, у нас трудяга, - сказал весело Кирилл, обращаясь к девочке и похлопав по плечу молчавшего друга добавил гордо: «Да и Никита твой настоящий мужик! Держись его - не пропадёшь!».
Лиза улыбнулась. Никита тоже.
- Ладно, мне пора, - сказал уже очень серьёзно Кирилл и пожав руку Никите пошёл в сторону неведомого Лизе села.
- Это мои друзья, - решил пояснить наконец-то Никита, когда друг уже отошёл от них на приличное расстояние.
- Ну и друзья, у тебя конечно, - ответила она, цедя слова.
- Хорошие, друзья, - заступился парень. - Очень хорошие!
- Один из них тебе губу разбил, - сказала она, показывая на кровь.
- Пустяк, - небрежно ответил друг Лизы и вытер рукавом рубашки губы. Девочка всё ещё немного смущенно и ошарашенно смотрела на него. - Так, пошли теперь твоих друзей искать, - командовал парень и потянул девочку за руку в сторону откуда они пришли до этого. Лиза почувствовала, что его рука была очень сильной и немного грубой-шершавой, но его пальцы держали её пальчики очень трепетно. И они шли так секунд десять, а потом Никита немного смутившись отпустил её.
- Я понимаю, что отнимаю у тебя твоё время, но не переживай, - начала говорить девочка почему-то немного деловитым тоном. - Если ты поможешь мне найти мой класс - я тебе заплачу!
- Та иди ты, - буркнул парень, махнув рукой. Девочка почувствовала, что снова обидела парня своими глупыми словами. Никита хмурился и молча шёл, думая: «Видно я совсем как бедняк выгляжу, раз она мне платить хочет. Ей стыдно идти рядом со мной. Ну и ладно!».
- Водохранилище там, - прервав молчание сказал он и пошёл немного быстрее её. - Не отставай!
И он даже сорвался на лёгкий бег. Лиза побежала за ним.
- Чего ты так торопишься? - спросила она.
- Как чего? - искренне удивился парень. - Ты ж хотела вернуться к своим незамеченной, а уже сколько времени отсутствуешь? Час, полтора? Наверняка уже засекли, что тебя нет!
И Лиза мысленно согласилась с ним. И они побежали.
- Давай, быстрее, - громко подгонял Никита, Лизу оборачиваясь к ней. Девочка послушно бежала за новым другом и вдруг к ней пришло осознание, что вот совсем скоро она снова воссоединится со своим творческим классом, увидит Руслану и Костика. Но ведь они уже не её друзья, какими были прежние годы, они уже чужие для неё люди. А этот новый её знакомый хоть и чудаковатый, но хороший-хороший. И Лиза заранее почувствовала неизбежную боль расставания с ним и остановилась.
- Тебе плохо? - тревожась спросил Никита и развернувшись подбежал к ней.
- Да, - ответила она и села, размякнув на траву.
- Водички попить надо, - испуганно сказал парень. - Я сгоняю, подожди меня здесь.
- Да не надо мне воды, - тихо сказала девочка и посмотрела на нового друга. Никита угрюмо и озадаченно смотрел на неё сверху вниз. - Прежде чем мы расстанемся с тобой, можно я тебе кое-что расскажу? Только ты не смейся!
- Рассказывай, - серьёзно ответил он и внимательно посмотрел на девочку.
- Я никому про это не рассказывала, а мне перед кем-то хочется выговориться, - стесняясь оправдывалась она.
- Синдром попутчика, - ухмыльнувшись сказал Никита. Лиза удивлённо посмотрела на него. - Ну это когда, двое незнакомых людей встречаются где-либо, чаще это бывает в поезде и выговаривают друг друга накипевшую внутри себя толи желчь толи обиду толи радость зная наперёд, что они больше, когда достигнут цели не встретятся, а значит можно без утайки всё рассказать, а потом распрощаться и аля-улю гони гусей!
Лиза ухмыльнулась.
- Рассказывай уже, что у тебя стряслось? - сказал, улыбаясь ей Никита. И только сейчас почему-то Лиза заметила, что он очень красиво улыбается. И она внимательно вглядывалась в его лицо, пытаясь запомнить все-все детальки его как сейчас она только рассмотрела очень красивых черт лица. Он улыбался и она, запомнив этот кадр, решила обязательно написать его портрет, когда вернётся домой именно в этом ракурсе!
- Понимаешь, Ники, у меня этот год выдался очень неудачным годом в плане дружеских отношений, - начала она ему открывать закупоренную рану в сердце. Она рассказывала ему с самого начала учебного года и потихоньку открываясь она отрывала от раны пласты загрубевшей кожи… Она чувствовала, что рана живая и она не заросла… И что она всё время себя только обманывала, что «всё прошло и всё хорошо». Нет, всё оказывается было не хорошо. Никита внимательно слушал её, и поняв, что рассказ её будет не коротким, сел рядышком с ней. И глядя вперёд «в никуда» слушал и лечил её тем самым. «Как хорошо, что он на меня не смотрит», - подумала она и не стыдясь рассказала, и о том, что произошло в конце учебного года, но уже в художественной школе и о подлости Руси, и о странном поведении Костика и о том, что теперь у неё вообще не осталось ни одного друга ни в обычной школе, ни в изо и ей от этого очень больно, одиноко и грустно на душе.
- Я что такая плохая? - спросила она почему-то сквозь слёзы у Никиты.
- Нет, - ответил он тихо. - Просто… - и он замолчал.
- Тогда почему все так ко мне относятся?
- Как?
- Пренебрежительно, - подобрала она слово, как казалось ей чётко передающее её чувствования.
- Та нет здесь дело не в пренебрежении, - размышляя вслух медленно говорил Никита.
- Всё так сложно, - продолжала Лиза.
- Да ничего тут сложного нет, - решительно сказал наконец-то парень. - Просто ты не умеешь постоять за себя! Вот и всё!
Елизавета с грустью смотрела на него.
- Надо было в морду дать этой твой Русе, а не сидеть молча, когда она дурила весь класс, что мол это её идея и комикс и всё такое, - оживлённо и громко сказал Никита.
- Да как же ей врезать, если она моя подружка?
- Какая подружка? Она же предала тебя!
И Елизавета умолкла.
- Ты должна уметь за себя постоять, - продолжал новый знакомый. - Нужно было встать и всем объявить, что это твоя идея была, а не Руси. Надо было всем сказать, что она врёт! И твёрдо заявить, раз работа оказалось удачной, то ты тоже должна поехать в Петербург. Пусть Руся едет на правах рисовальщика-исполнителя, а ты на правах автора идеи - ну или как там оно у вас называется… Я просто не шарю в этих всех ваших терминах…
- Ты не понимаешь, - начала оправдываться Лиза. - Они бы мне не поверили. Ведь когда я сказала, об этом Костику, он просто сказал, что я ей завидую и всё придумала…
- Дурак, твой Костик недалёкий, - насмешливо сказал Никита. - Тоже мне авторитет с носками!
- Там подпись стоит на картинах Русина, а значит это её работа… - тяжело вздохнув сказала Елизавета. - И теперь она поедет и будет создавать мультик, а я нет…
- Ой, тоже меня удивили, анимационная студия, - фыркнув небрежно сказал Никита. - Купили два компьютера и сидят шпарят на них свои комиксы в программах.
- Ты думаешь это так просто?
- А чё там сложного, если уметь? - всё также спокойно и пренебрежительно продолжал парень. - Тоже мне удивили! Вон если бы они… - и он замолчал.
- Что? - недовольно спросила Елизавета.
- Вон у моего папки уже месяц как камень «идёт». Болезнь в почках такая, - тихо пояснил Никита. - Мы кинулись, в ближайший город, в твой Бердянск, а у вас их не дробят - ну это операция такая. Врачи сказали надо везти папу в Симферополь. Мы поздно кинулись, пока мама все справки оформляла, узи пока новое сделали, камень ему там что-то перекрыл и у папы даже нога отказала позавчера. Пришлось такси срочно нанимать и везти его в Крым. А сегодня утром его прооперировали уже…
- И что?
- Слава Богу, хорошо, - тихо сказал Никита и помолчал. - Я, когда на ферме был, звонил маме - спрашивал…
- Слава Богу, - тоже тихо сказала Елизавета.
- Так что ты со своими мультиками тут паришься, делать тебе больше нечего, а у людей заботы поважнее, как бы не умереть, - укоризненно сказал парень. - Вон в нашем селе вообще врача нет, маме пришлось очень сильно договаривать чтоб в… Короче… Все твои проблемы - это мелочи житейские, а серьёзных бед у тебя слава Богу пока не было!
Лиза посмотрела на Никиту, а тот посмотрев на неё цокнул языком. Ей стало жаль парня. Она ведь не знала, что у него в семье такое горе. И зачем она только ему открылась? Никита, видимо почувствовав её настроение ласково и улыбаясь сказал: «Не переживай за меня, ты же не знала… Я ж тебе не говорил про папу, да и вообще в селе никто об этом не знает… Родители сказали молчать обо всём. Поэтому все окей», - и он подмигнул ей. И этот его мимический жест был немного неумелым, и он выглядел сейчас смешно. Но по-юношески это было очень трогательно и Лизе очень понравилось.
- Хорошо, что ты мне всё рассказала, - продолжал поддерживать девочку парень. - Ну и пусть валит эта Руся в Питер, может это её первый и последний шанс побывать в творческой среде. С её умениями она там явно не задержится! Воровкам и интриганкам там не место!
Лиза улыбнулась.
- Да и вообще Лиза, ты что книжки не читаешь? - наконец-то снова взбодрившись, весело спросил Никита, вставая на ноги. - Почитай Библию и о том, как бедный Давид бегал/скрывался от царя Саула. Саул ему завидовал, боялся, что Давид займёт его трон и что? Преследовал бедного Давидушку. Почитай-почитай, полезно будет! И что царь Давид делал в ответ на злобу тестя? Он мог бы легко убить обидчика, но нет, он боялся Бога и уклонялся от кровной защиты себя. И Бог, как и сказал: «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам…» так спустя годы и совершил: царь Саул трагически умер, а Давид заслужено стал царём. Бог всё расставил на свои места, надо только дать Ему на это время. Но я также думаю, что для Давида те гонения были полезны в то время и поэтому Господь их и допустил. Ведь теперь, благодаря тем грустным дням в жизни Давида мы имеем им написанные такие крутые псалмы, как семнадцатый, пятьдесят первый, пятьдесят третий, пятьдесят шестой, пятьдесят восьмой. Вот послушай из семнадцатого: «Он простер руку с высоты и взял меня, и извлек меня из вод многих; избавил меня от врага моего сильного и от ненавидящих меня, которые были сильнее меня. Они восстали на меня в день бедствия моего, но Господь был мне опорою. Он вывел меня на пространное место и избавил меня, ибо Он благоволит ко мне. Воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих вознаградил меня, ибо я хранил пути Господни и не был нечестивым пред Богом моим; ибо все заповеди Его предо мною, и от уставов Его я не отступал. Я был непорочен пред Ним и остерегался, чтобы не согрешить мне; и воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих пред очами Его. С милостивым Ты поступаешь милостиво, с мужем искренним - искренно, с чистым - чисто, а с лукавым - по лукавству его, ибо Ты людей угнетенных спасаешь, а очи надменные унижаешь.», - и парень с интересом пострел на девочку.
