Знакомый холод. И – те же искристые кристаллики, не заметные обычному глазу.
— И все? – Зарница ожидала увидеть больше.
— Все. Больше никакой магии, — подтвердил Бутуз.
Его ловкие пальцы распутывали узелок. Потянул там, дернул тут, и куколка рассыпалась бесформенным клубком резаных нитей. Домовой кинул обрывки в пепельницу и они вспыхнули, чтобы через мгновение опасть невесомым пеплом. Он отправился в раковину, и проточная вода смыла остаточные следы колдовства.
— Она осторожна…
— Или осторожна та, кто подбил её на это. Кукольник здесь – жертва, — Зарница открыла форточку, выветривая едва заметный запах паленой шерсти. – Мне будет нелегко найти организатора.
— А зачем тебе это надо, матушка? – спросил вдруг Бутуз. – Коли не может беременная сама защититься, то что тебе за докука?
— Бутуз! – окрик бичом разорвал застывший воздух.
Домовой вдруг съежился, вобрал голову в плечи и тихо проскрипел:
— Прости, матушка, забылся… Я пойду?
— Иди, — Зарнице было не до проштрафившегося домового. Она даже спать перехотела.
Перед ней стояла дилемма: прямо сейчас начать прочесывать город в поисках ведьмы, способной на такое злодейство, или сначала отдохнуть. С одной стороны, часы времени не остановить, и каждая песчинка приближает к катастрофе. С другой – кто знает, что случится, если у неё не останется сил противостоять врагу? Недооценивать кромешников и тех, кто приходит из-за темной границы, она давно разучилась.
Но прежде, чем прочесывать город, Зарница решила поискать следы колдовства еще в одном месте – в доме самой Вересовой.
Интернет услужливо подсказал, что она совсем недавно, около полугода назад, купила небольшой коттедж в пригородном поселке. Он считался довольно престижным, и цены на дома не радовали. Но, благодаря этому, у Зарницы появился шанс.
На следующем занятии она пожаловалась, что давно хочет съехать из шумного и пыльного города, полного суеты. И мечта поселиться в собственном доме с большой и светлой мастерской вот-вот осуществится, загвоздка в самом доме:
— Понимаете, близость к городу – решающий фактор. Да и сам дом должен быть комфортным. Ну, вы же понимаете? Вода там, отопление не печное, канализация… Нет, можно, конечно, купить что-то в деревне, а потом перестроить «под себя», но это же столько мороки! Да и управляющие компании – это же ужас какой-то!
Вересова купилась. Поняв, что ученица обладает необходимыми средствами, она порекомендовала тот же поселок, в котором жила сама:
— Совершенно проблем нет! Конечно, если есть деньги.
В результате Зарница договорилась посмотреть дом и поселок, чтобы понять, подходит ли ей место.
Оно подходило. Зарница помнила рощу, что много-много лет назад стояла на месте коттеджного массива. Березовая. Светлая. И поселок оказался таким же. Просторным. Уютным. Вдоль идеально ровных дорог сидели березки, но не дикие, как много-много лет назад, а специально выведенные, сортовые. Одинаковые дома кокетливо выглядывали из-за ажурных заборов, но каждый имел свою изюминку: один утопал в цветах, возле другого зеленел идеальный газон, а рядом с третьим махала крыльями декоративная мельница.
А вот жилище Вересовой словно скрывала туманная дымка. Но не та, что вечером вьется между деревьями, или легким облаком устилает заливной луг. Такие туманы – дыхание гнилых болот, что кружат путников, дурят испарениями головы, заманивают в жадно распахнутую пасть бездонной трясины…
— Красивый домик, — Зарница спокойно поднялась на крыльцо, — Уютный?
— Не жалуюсь, — откликнулась Вересова, но улыбка вышла кривоватой.
Внутри царил хаос. Нет, все вещи аккуратно стояли на своих местах, вокруг – ни пылинки. Но воздух словно завивался множеством смерчей, и в этих спиралях присутствовали черные и белые цвета.
Зарница очень быстро нашла причину этого неспокойствия – в красном углу, на красивой резной полочке стояли иконы. Над ними шатром раскинулся вышитый рушник, а перед ликами покачивалась на цепочках горящая лампадка.
— Негасимая? – поинтересовалась Зарница, уже зная ответ.
Иконы, все, кроме одной, были красивыми картинками, поставленными здесь скорее для красоты. Но зато та, единственная, словно прожигала взглядом. Она могла стать как спасением хозяйки, так и её погибелью – завихрения в доме создавал конфликт святых ликов и древней магии, что появилась прежде, чем вера в Белого Бога. А в том, что именно в этом доме проводился ритуал, Зарница не сомневалась. Слишком сильное оказалось противостояние – простыми «оберегами», какими в последнее время полюбили наполнять дома люди, здесь не обошлось.
— Чаю? – гостеприимно предложила Вересова.
— Да, спасибо, - кивнула Зарница.
Взгляд рисованных глаз продолжал прожигать, и девушка то и дело оглядывалась на иконостас.
— Нравится? – безошибочно угадала интерес Зарницы хозяйка дома, — От бабушки осталась.
Зарница кивнула. Старый лик. Намоленный. Но он не имел никакого отношения к тому, что здесь не было домового. Эти кромешники не боялись икон, разве что с рядом с особо сильными им было немного неуютно. А вот банники их не очень любили. Здесь же маленький Хозяин просто не пожелал поселиться. И Зарница подозревала, что причиной тому – ритуал, след которого любой кромешник почувствует в любом состоянии.
Что делать, Зарница не знала. Допила чай, попрощалась с гостеприимной хозяйкой и пошла в управляющую контору, взять адреса продающихся домов. Переезжать она не планировала, но желание совершить крупную покупку могло стать хорошим поводом для визитов в «Березовый рай», так назывался этот коттеджный поселок.
Дома проблема не решилась. Зарница то решала лично патрулировать окрестности, то отправить туда Нэша… Но тут же отбрасывала бредовые идеи.
Так ничего и не решив, включила ноутбук – виртуальные визиты в «Квартирку» помогали успокоиться и привести мысли в порядок.
Двое, как и она, собирались в Смоленск. Тут же назначили время встречи и пообещали друг другу постараться найти минутку для личного знакомства. В перерывах между поздравляли с Днем рождения еще одну форумчанку. Зарница выбрала картинку покрасивее, чтобы грядущий год оказался ярче прошедшего.
В списке посетителей мелькнул нужный Зарнице ник. И вскоре к беседе присоединился еще один человек.
Новости у неё оказались не слишком хорошими – беременная подруга легла на сохранение. Ничего мистического в этом не было, но Зарница воспользовалась случаем помочь, тем более, что страница тут же запестрела разными «народными методами». От реальных, до бредовых. Со стороны то, что девушка посоветовала, можно было отнести ко второй части:
— Пусть возьмет пояс мужа и носит.
— Да, я тоже такое слышала, — поддержала Зарницу еще одна форумчанка, — но его надо не снимая носить!
— Что, и ночью?
— Даже в душе! – подтвердила Зарница.
— Но это же неудобно, да и под платьем ремень виден будет!
— А зачем именно ремень? Любой пояс сгодиться!
— Так ведь нет другого! – удивлялись собеседницы.
?Едрить! – не выдержала Зарница, — резинку у него из трусов пусть вынет, и наденет!
Если с выкидышем она ничего не могла поделать, то с остальным… Отдых откладывался. Как и занятия. Заработок таял в туманной дали, и Зарница пообещала, что и это вещевке припомнит. Только поймает.
Ночь прошла перед экраном. Только под утро Зарница позволила себе прикорнуть пару часов, но как только отблеск восходящего солнца осветил небо, завела машину.
«Березовый рай» встретил сонной тишиной. Люди только просыпались, и до того момента, как они выгонят своих железных коней из гаражей, оставалось не меньше часа.
Охранник на въезде тоже клевал носом. Пропуска или приглашения у Зарницы не было, но на грани времени магия особенно сильна. Мужчина в темно-зеленой форме зевнул и нажал кнопку. Темно-синие ворота отъехали в сторону, едва слышно шурша хорошо отлаженным механизмом, а потом столь же тихо вернулись на место. Охранник даже не заметил происшедшего. Он улыбался, видя во сне что-то очень приятное.
Вересова не ждала гостей. Растерянный, сонный взгляд следил за Зарницей, пока она шла от ворот к дому.
— Что-то случилось?
— Да, нам надо поговорить. Это важно.
Но хозяйка не желала принимать никого в такое время. Она попыталась заступить Зарнице дорогу, но та просто отодвинула её в сторону.
— Я вызову охрану! Или позвоню в милицию! – возмутилась Вересова.
— Как будет угодно. Но только после нашего разговора. Поверьте, у меня тоже нет никакого желания устраивать разборки ни свет, ни заря. Но вы не оставили мне выбора.
Вересова вошла следом за незваной гостьей в большую комнату, предназначенную для приема гостей.
— Присаживайтесь! – Зарница не собиралась уступать инициативу. Воздействовать на растерянного человека гораздо легче.
И Вересова послушно уселась на мягкий стул.
— Взгляните, — Анна протянула ей телефон, на экране которого улыбалась молодая пара, — Узнаете?
— Да. Они у меня куклу купили.
— А помните какую? Дашеньку. Куклу, в которую вы подселили душу нерожденного ребенка.
— Что за бред… - уставилась на Зарницу Вересова.
— Бред? А вот эту женщину узнаете? А вот эту?
Она листала фото, каждое показывая растерявшемуся мастеру.
— Только не говорите, что не помните лица тех, у кого брали волосы для ритуала. Я вам даже имена этих кукол назову.
— Все, я звоню в милицию! – вскочила хозяйка дома.
— Сидеть! – скомандовала Зарница, и Вересова рухнула обратно на стул. – И не пытайтесь встать. Не пытайтесь, я сказала. Все равно не получится. Светлана! Ну неужели вы сами не поняли, что делаете что-то не то? Неужели ни разу не поинтересовались, что происходит с семьями, в которые пришли эти ваши куклы, а главное – что сталось с беременными? Нет? Ну, так я скажу – ни один ребенок не родился.
— Кто вы? – голос Вересовой едва звучал в огромной комнате.
— Не важно. Главное, я еще могу помочь вам. И тем, кого вы не успели убить. Не вздрагивайте, я просто называю вещи своими именами.
Зарница замолчала, давай возможность Вересовой осмыслить происходящее.
— Я ведь не просто так вчера спросила, уютно ли вам в этом доме. И вы замешкались с ответом… И я знаю, почему.
Она подошла к иконостасу. Женщина со старинной картины смотрела грустно и строго, словно не одобряя действия ни хозяйки дома, ни её незванной гостьи. Зарница отвернулась.
— У вас тут икона намоленная. А они колдовских ритуалов не приемлют, тем более тех, что с навью связаны. А ей здесь разит просто. Признайтесь – слышали шорохи? А голоса?
Вересова побледнела:
— Плач детский…
— После этого и лампадку купили, да? И гасить не позволяли, свечи жгли… Да только без толку. Иконы, конечно, от нави защитят, но ты сама ворота открыла. И то, что кукол унесла, тоже делу не поможет. Они там мастерскую отравляют, а здесь – твои ритуалы дом тому миру отдают. Лучше сама расскажи, что и как делала. Если мне гадать не придется, быстрее справлюсь, замолчат голоса. И призраки уйдут.
Вересова облизала пересохшие губы, но когда попыталась что-то сказать, из горла вылетел только тихий хрип.
— О, да тут печать! – удивилась Зарница и отошла к иконам.
Среди них она безошибочно нашла освященные в церкви и развернула их ликами к стене:
— Не смотрите пока. Не для ваших глаз.
Особенно бережно она отнеслась к старинной иконе:
— Дом этот под твоей защитой, но прости, пока я тут похозяйничаю, потом мой след выметешь.
После этого Зарница обхватила сзади шею Вересовой и, приникнув губами к затылку, быстро зашептала старинный наговор, отпирающий запертое, размыкающий замкнутое и освобождающий скованное.
Вересова закашлялась. Сильно, надсадно, словно пыталась выплюнуть что-то крупное, застрявшее в горле. В панике она попыталась вырваться из рук Зарницы, но та только крепче сжала пальцы, не позволяя нарушить должный черед действий.
Через несколько минут дыхание выровнялось. Паника отступила, и взгляд Вересовой прояснился. И только после этого Зарница ослабила хватку.
— Теперь рассказывай.
Хозяйка дома даже не пыталась противиться. Утренняя гостья, по приказу которой отнялись ноги, потом фокус с голосом… Зарница знала, что делала – напуганного человека легче сломать, подчинить, заставить сделать все, что угодно. И чем сильнее и темнее страх, тем меньше сил понадобится.
— Я с ними в Ярославле познакомилась, — Вересова шептала, словно боялась даже собственного голоса.
— С «ними»? – удивилась Зарница.
— Да. Они называли себя Птичка и Пташка. Хотя второй больше подошло бы имя Болтушка. Говорила без остановки.
— Хорошо, - поддержала испуганную собеседницу Зарница. – А дальше что было?
— Я с куклами сидела на Ярмарке, так они подошли, поохали, поахали, сказали, что у меня талант…
— Они не врали. Ты, — перешла Зарница на менее официальный стиль разговора, — наделена даром Созидания. Таких и ищут те, от кого держаться подальше надо. Но едрить-колотить, они даже не скрывались! Птичка и Пташка. С чувством юмора у сестер явно все в порядке!
— А откуда ты знаешь, что они сестры?
— Что, не ошиблась? – горько усмехнулась Зарница. – Не отвлекайся, рассказывай дальше.
— В общем, сказали они, что есть старинный ритуал, который кукольные мастера используют. Мол, после этого куклы словно живые становятся. Ну, и рассказали, что для него надо волос у беременной добыть. Мол, у тех, кто ребенка ждет, особо сильная энергетика, и они поделятся частичкой своего счастья…
— Короче, ты этот ритуал провела.
— Да, — закивала Вересова. – Кукла и вправду получилась как живая.
— Ну, еще бы! Ты же к ней душу нерожденного ребенка привязала, — Зарнице хотелось взять тяжелый резной стул и начать громить все вокруг, превращая в пустоту место проведения страшного колдовства.
— Ой! – глаза Вересовой сделались просто огромными. Больше она ничего сказать не могла, задохнувшись от ужаса.
— Вещевки это были. Не люди. Сороки-оборотни. Вроде летают, стрекочут, сплетни разносят, да и пусть бы… Да только питаются эти твари нерожденными детьми. Из чрева матери достают, да и жрут, паскуды. А на место ребенка или голик кладут, или краюху хлебную, а то и полено. В общем, что поблизости валяется. А ты, получается, им доступ к еде открыла, самим-то нелегко сейчас промышлять.
— И… что делать?
— Волосы давай. Те, что еще не использовала.
Вересова послушно принесла пять прозрачных пакетиков. В каждом лежал аккуратно свернутый женский волос.
— Говоришь, в Ярославле познакомилась?
— А они что, могут вот так запросто из Ярославля… сюда?
— Нет. На своих крыльях они разве что область облетят. А вот ритуал может открыть им переход прямо к месту кормежки. К беременной, то есть. Показывай, где и что делала, а там посмотрим.
Зарница не ошиблась. Ритуал оказался тем самым, что позволял вещевкам в мгновение ока преодолеть огромные расстояния и возвращаться обратно. Именно поэтому отследить их было практически невозможно – колдуньи не привязывались к месту.
— Вот, — Вересова воспроизвела ритуал, используя вместо волоса нитку, которую Зарница выдернула из своей одежды.
— Понятно. Пепельницу принеси… И бумагу. Обычную, для принтера.
— И все? – Зарница ожидала увидеть больше.
— Все. Больше никакой магии, — подтвердил Бутуз.
Его ловкие пальцы распутывали узелок. Потянул там, дернул тут, и куколка рассыпалась бесформенным клубком резаных нитей. Домовой кинул обрывки в пепельницу и они вспыхнули, чтобы через мгновение опасть невесомым пеплом. Он отправился в раковину, и проточная вода смыла остаточные следы колдовства.
— Она осторожна…
— Или осторожна та, кто подбил её на это. Кукольник здесь – жертва, — Зарница открыла форточку, выветривая едва заметный запах паленой шерсти. – Мне будет нелегко найти организатора.
— А зачем тебе это надо, матушка? – спросил вдруг Бутуз. – Коли не может беременная сама защититься, то что тебе за докука?
— Бутуз! – окрик бичом разорвал застывший воздух.
Домовой вдруг съежился, вобрал голову в плечи и тихо проскрипел:
— Прости, матушка, забылся… Я пойду?
— Иди, — Зарнице было не до проштрафившегося домового. Она даже спать перехотела.
Перед ней стояла дилемма: прямо сейчас начать прочесывать город в поисках ведьмы, способной на такое злодейство, или сначала отдохнуть. С одной стороны, часы времени не остановить, и каждая песчинка приближает к катастрофе. С другой – кто знает, что случится, если у неё не останется сил противостоять врагу? Недооценивать кромешников и тех, кто приходит из-за темной границы, она давно разучилась.
Но прежде, чем прочесывать город, Зарница решила поискать следы колдовства еще в одном месте – в доме самой Вересовой.
Интернет услужливо подсказал, что она совсем недавно, около полугода назад, купила небольшой коттедж в пригородном поселке. Он считался довольно престижным, и цены на дома не радовали. Но, благодаря этому, у Зарницы появился шанс.
На следующем занятии она пожаловалась, что давно хочет съехать из шумного и пыльного города, полного суеты. И мечта поселиться в собственном доме с большой и светлой мастерской вот-вот осуществится, загвоздка в самом доме:
— Понимаете, близость к городу – решающий фактор. Да и сам дом должен быть комфортным. Ну, вы же понимаете? Вода там, отопление не печное, канализация… Нет, можно, конечно, купить что-то в деревне, а потом перестроить «под себя», но это же столько мороки! Да и управляющие компании – это же ужас какой-то!
Вересова купилась. Поняв, что ученица обладает необходимыми средствами, она порекомендовала тот же поселок, в котором жила сама:
— Совершенно проблем нет! Конечно, если есть деньги.
В результате Зарница договорилась посмотреть дом и поселок, чтобы понять, подходит ли ей место.
Оно подходило. Зарница помнила рощу, что много-много лет назад стояла на месте коттеджного массива. Березовая. Светлая. И поселок оказался таким же. Просторным. Уютным. Вдоль идеально ровных дорог сидели березки, но не дикие, как много-много лет назад, а специально выведенные, сортовые. Одинаковые дома кокетливо выглядывали из-за ажурных заборов, но каждый имел свою изюминку: один утопал в цветах, возле другого зеленел идеальный газон, а рядом с третьим махала крыльями декоративная мельница.
А вот жилище Вересовой словно скрывала туманная дымка. Но не та, что вечером вьется между деревьями, или легким облаком устилает заливной луг. Такие туманы – дыхание гнилых болот, что кружат путников, дурят испарениями головы, заманивают в жадно распахнутую пасть бездонной трясины…
— Красивый домик, — Зарница спокойно поднялась на крыльцо, — Уютный?
— Не жалуюсь, — откликнулась Вересова, но улыбка вышла кривоватой.
Внутри царил хаос. Нет, все вещи аккуратно стояли на своих местах, вокруг – ни пылинки. Но воздух словно завивался множеством смерчей, и в этих спиралях присутствовали черные и белые цвета.
Зарница очень быстро нашла причину этого неспокойствия – в красном углу, на красивой резной полочке стояли иконы. Над ними шатром раскинулся вышитый рушник, а перед ликами покачивалась на цепочках горящая лампадка.
— Негасимая? – поинтересовалась Зарница, уже зная ответ.
Иконы, все, кроме одной, были красивыми картинками, поставленными здесь скорее для красоты. Но зато та, единственная, словно прожигала взглядом. Она могла стать как спасением хозяйки, так и её погибелью – завихрения в доме создавал конфликт святых ликов и древней магии, что появилась прежде, чем вера в Белого Бога. А в том, что именно в этом доме проводился ритуал, Зарница не сомневалась. Слишком сильное оказалось противостояние – простыми «оберегами», какими в последнее время полюбили наполнять дома люди, здесь не обошлось.
— Чаю? – гостеприимно предложила Вересова.
— Да, спасибо, - кивнула Зарница.
Взгляд рисованных глаз продолжал прожигать, и девушка то и дело оглядывалась на иконостас.
— Нравится? – безошибочно угадала интерес Зарницы хозяйка дома, — От бабушки осталась.
Зарница кивнула. Старый лик. Намоленный. Но он не имел никакого отношения к тому, что здесь не было домового. Эти кромешники не боялись икон, разве что с рядом с особо сильными им было немного неуютно. А вот банники их не очень любили. Здесь же маленький Хозяин просто не пожелал поселиться. И Зарница подозревала, что причиной тому – ритуал, след которого любой кромешник почувствует в любом состоянии.
Что делать, Зарница не знала. Допила чай, попрощалась с гостеприимной хозяйкой и пошла в управляющую контору, взять адреса продающихся домов. Переезжать она не планировала, но желание совершить крупную покупку могло стать хорошим поводом для визитов в «Березовый рай», так назывался этот коттеджный поселок.
Дома проблема не решилась. Зарница то решала лично патрулировать окрестности, то отправить туда Нэша… Но тут же отбрасывала бредовые идеи.
Так ничего и не решив, включила ноутбук – виртуальные визиты в «Квартирку» помогали успокоиться и привести мысли в порядок.
Двое, как и она, собирались в Смоленск. Тут же назначили время встречи и пообещали друг другу постараться найти минутку для личного знакомства. В перерывах между поздравляли с Днем рождения еще одну форумчанку. Зарница выбрала картинку покрасивее, чтобы грядущий год оказался ярче прошедшего.
В списке посетителей мелькнул нужный Зарнице ник. И вскоре к беседе присоединился еще один человек.
Новости у неё оказались не слишком хорошими – беременная подруга легла на сохранение. Ничего мистического в этом не было, но Зарница воспользовалась случаем помочь, тем более, что страница тут же запестрела разными «народными методами». От реальных, до бредовых. Со стороны то, что девушка посоветовала, можно было отнести ко второй части:
— Пусть возьмет пояс мужа и носит.
— Да, я тоже такое слышала, — поддержала Зарницу еще одна форумчанка, — но его надо не снимая носить!
— Что, и ночью?
— Даже в душе! – подтвердила Зарница.
— Но это же неудобно, да и под платьем ремень виден будет!
— А зачем именно ремень? Любой пояс сгодиться!
— Так ведь нет другого! – удивлялись собеседницы.
?Едрить! – не выдержала Зарница, — резинку у него из трусов пусть вынет, и наденет!
Если с выкидышем она ничего не могла поделать, то с остальным… Отдых откладывался. Как и занятия. Заработок таял в туманной дали, и Зарница пообещала, что и это вещевке припомнит. Только поймает.
Ночь прошла перед экраном. Только под утро Зарница позволила себе прикорнуть пару часов, но как только отблеск восходящего солнца осветил небо, завела машину.
«Березовый рай» встретил сонной тишиной. Люди только просыпались, и до того момента, как они выгонят своих железных коней из гаражей, оставалось не меньше часа.
Охранник на въезде тоже клевал носом. Пропуска или приглашения у Зарницы не было, но на грани времени магия особенно сильна. Мужчина в темно-зеленой форме зевнул и нажал кнопку. Темно-синие ворота отъехали в сторону, едва слышно шурша хорошо отлаженным механизмом, а потом столь же тихо вернулись на место. Охранник даже не заметил происшедшего. Он улыбался, видя во сне что-то очень приятное.
Вересова не ждала гостей. Растерянный, сонный взгляд следил за Зарницей, пока она шла от ворот к дому.
— Что-то случилось?
— Да, нам надо поговорить. Это важно.
Но хозяйка не желала принимать никого в такое время. Она попыталась заступить Зарнице дорогу, но та просто отодвинула её в сторону.
— Я вызову охрану! Или позвоню в милицию! – возмутилась Вересова.
— Как будет угодно. Но только после нашего разговора. Поверьте, у меня тоже нет никакого желания устраивать разборки ни свет, ни заря. Но вы не оставили мне выбора.
Вересова вошла следом за незваной гостьей в большую комнату, предназначенную для приема гостей.
— Присаживайтесь! – Зарница не собиралась уступать инициативу. Воздействовать на растерянного человека гораздо легче.
И Вересова послушно уселась на мягкий стул.
— Взгляните, — Анна протянула ей телефон, на экране которого улыбалась молодая пара, — Узнаете?
— Да. Они у меня куклу купили.
— А помните какую? Дашеньку. Куклу, в которую вы подселили душу нерожденного ребенка.
— Что за бред… - уставилась на Зарницу Вересова.
— Бред? А вот эту женщину узнаете? А вот эту?
Она листала фото, каждое показывая растерявшемуся мастеру.
— Только не говорите, что не помните лица тех, у кого брали волосы для ритуала. Я вам даже имена этих кукол назову.
— Все, я звоню в милицию! – вскочила хозяйка дома.
— Сидеть! – скомандовала Зарница, и Вересова рухнула обратно на стул. – И не пытайтесь встать. Не пытайтесь, я сказала. Все равно не получится. Светлана! Ну неужели вы сами не поняли, что делаете что-то не то? Неужели ни разу не поинтересовались, что происходит с семьями, в которые пришли эти ваши куклы, а главное – что сталось с беременными? Нет? Ну, так я скажу – ни один ребенок не родился.
— Кто вы? – голос Вересовой едва звучал в огромной комнате.
— Не важно. Главное, я еще могу помочь вам. И тем, кого вы не успели убить. Не вздрагивайте, я просто называю вещи своими именами.
Зарница замолчала, давай возможность Вересовой осмыслить происходящее.
— Я ведь не просто так вчера спросила, уютно ли вам в этом доме. И вы замешкались с ответом… И я знаю, почему.
Она подошла к иконостасу. Женщина со старинной картины смотрела грустно и строго, словно не одобряя действия ни хозяйки дома, ни её незванной гостьи. Зарница отвернулась.
— У вас тут икона намоленная. А они колдовских ритуалов не приемлют, тем более тех, что с навью связаны. А ей здесь разит просто. Признайтесь – слышали шорохи? А голоса?
Вересова побледнела:
— Плач детский…
— После этого и лампадку купили, да? И гасить не позволяли, свечи жгли… Да только без толку. Иконы, конечно, от нави защитят, но ты сама ворота открыла. И то, что кукол унесла, тоже делу не поможет. Они там мастерскую отравляют, а здесь – твои ритуалы дом тому миру отдают. Лучше сама расскажи, что и как делала. Если мне гадать не придется, быстрее справлюсь, замолчат голоса. И призраки уйдут.
Вересова облизала пересохшие губы, но когда попыталась что-то сказать, из горла вылетел только тихий хрип.
— О, да тут печать! – удивилась Зарница и отошла к иконам.
Среди них она безошибочно нашла освященные в церкви и развернула их ликами к стене:
— Не смотрите пока. Не для ваших глаз.
Особенно бережно она отнеслась к старинной иконе:
— Дом этот под твоей защитой, но прости, пока я тут похозяйничаю, потом мой след выметешь.
После этого Зарница обхватила сзади шею Вересовой и, приникнув губами к затылку, быстро зашептала старинный наговор, отпирающий запертое, размыкающий замкнутое и освобождающий скованное.
Вересова закашлялась. Сильно, надсадно, словно пыталась выплюнуть что-то крупное, застрявшее в горле. В панике она попыталась вырваться из рук Зарницы, но та только крепче сжала пальцы, не позволяя нарушить должный черед действий.
Через несколько минут дыхание выровнялось. Паника отступила, и взгляд Вересовой прояснился. И только после этого Зарница ослабила хватку.
— Теперь рассказывай.
Хозяйка дома даже не пыталась противиться. Утренняя гостья, по приказу которой отнялись ноги, потом фокус с голосом… Зарница знала, что делала – напуганного человека легче сломать, подчинить, заставить сделать все, что угодно. И чем сильнее и темнее страх, тем меньше сил понадобится.
— Я с ними в Ярославле познакомилась, — Вересова шептала, словно боялась даже собственного голоса.
— С «ними»? – удивилась Зарница.
— Да. Они называли себя Птичка и Пташка. Хотя второй больше подошло бы имя Болтушка. Говорила без остановки.
— Хорошо, - поддержала испуганную собеседницу Зарница. – А дальше что было?
— Я с куклами сидела на Ярмарке, так они подошли, поохали, поахали, сказали, что у меня талант…
— Они не врали. Ты, — перешла Зарница на менее официальный стиль разговора, — наделена даром Созидания. Таких и ищут те, от кого держаться подальше надо. Но едрить-колотить, они даже не скрывались! Птичка и Пташка. С чувством юмора у сестер явно все в порядке!
— А откуда ты знаешь, что они сестры?
— Что, не ошиблась? – горько усмехнулась Зарница. – Не отвлекайся, рассказывай дальше.
— В общем, сказали они, что есть старинный ритуал, который кукольные мастера используют. Мол, после этого куклы словно живые становятся. Ну, и рассказали, что для него надо волос у беременной добыть. Мол, у тех, кто ребенка ждет, особо сильная энергетика, и они поделятся частичкой своего счастья…
— Короче, ты этот ритуал провела.
— Да, — закивала Вересова. – Кукла и вправду получилась как живая.
— Ну, еще бы! Ты же к ней душу нерожденного ребенка привязала, — Зарнице хотелось взять тяжелый резной стул и начать громить все вокруг, превращая в пустоту место проведения страшного колдовства.
— Ой! – глаза Вересовой сделались просто огромными. Больше она ничего сказать не могла, задохнувшись от ужаса.
— Вещевки это были. Не люди. Сороки-оборотни. Вроде летают, стрекочут, сплетни разносят, да и пусть бы… Да только питаются эти твари нерожденными детьми. Из чрева матери достают, да и жрут, паскуды. А на место ребенка или голик кладут, или краюху хлебную, а то и полено. В общем, что поблизости валяется. А ты, получается, им доступ к еде открыла, самим-то нелегко сейчас промышлять.
— И… что делать?
— Волосы давай. Те, что еще не использовала.
Вересова послушно принесла пять прозрачных пакетиков. В каждом лежал аккуратно свернутый женский волос.
— Говоришь, в Ярославле познакомилась?
— А они что, могут вот так запросто из Ярославля… сюда?
— Нет. На своих крыльях они разве что область облетят. А вот ритуал может открыть им переход прямо к месту кормежки. К беременной, то есть. Показывай, где и что делала, а там посмотрим.
Зарница не ошиблась. Ритуал оказался тем самым, что позволял вещевкам в мгновение ока преодолеть огромные расстояния и возвращаться обратно. Именно поэтому отследить их было практически невозможно – колдуньи не привязывались к месту.
— Вот, — Вересова воспроизвела ритуал, используя вместо волоса нитку, которую Зарница выдернула из своей одежды.
— Понятно. Пепельницу принеси… И бумагу. Обычную, для принтера.
