- у вас очень уютно, - проговорила девушка, приняв приглашение хозяйки сесть за стол, который видела раньше и преобразившийся сейчас.
- уже перешли на "вы"? - усмехнулась ведьма.
- у меня язык не поворачивается обращаться на "ты" - призналась Илая.
- только во сне, и только в месте, где я прожила большую свою часть, я могу прийти к тебе во сне.
- теперь я понимаю, почему вы любили этот дом, - девушка продолжала осматриваться.
- когда я жила здесь раньше, всегда было так.
- вы очень красивая женщина, и мне действительно жаль, что с вами такое случилось, - произнесла Илая, жалея, что не встретила Глорию именно такой, прирожденной наставницей.
- моё время прошло, но ты, не упусти своё, - Эндиария мягко, словно дочери, улыбнулась, - нам пора, уже почти рассвет, я лишь хотела показать, как здесь всё выглядело раньше.
Когда Илая проснулась, за окном уже поднялось солнце, а Глория проснулась и умывалась на кровати.
- здравствуйте, - улыбнулась Илая, заметив тотема.
- я же просила, давай, как и раньше на "ты", - недовольно проворчала кошка.
- хорошо, хорошо.
Илая поднялась, осматриваясь заново, но теперь новым взглядом. Девушка сопоставляла детали из своего сна и в реальности.
Глория подошла к дальнему углу комнаты, позвав за собой ведьму. Взору открылся небольшой шкаф с книгами. Дерево, из которого он сделан, потрескалось и местами рассохлось, полки прогнулись под тяжестью веков. В воздухе витает запах старого дерева, пыли и, возможно, легкий аромат древней бумаги.
Книги, которые он оберегал, сохранились, их переплеты потускнели, страницы пожелтели и стали хрупкими, но слова, заключенные в них, по-прежнему живы. Здесь можно найти фолианты в кожаных переплетах, скромные издания в бумажных обложках и даже тетради с записями.
Смахнув пыль, Илая взяла книгу в кожаном переплёте, раскрывая. В ней говорилось об основах, которые должна знать каждая ведьма, следующая книга удивила новыми зельями. Книга за книгой, страница за страницей, девушка пролистывала, попутно вчитываясь.
Всё, что здесь было, это кладец знаний, который Илая мечтала увезти с собой, а от личных записей и наблюдений Эндиарии, ведьма и вовсе, пришла в восторг. Зелья, которые раньше казались сказкой, теперь были подробно описаны в тетради ведьмы.
Собрав большинство книг и тетрадей, Илая с сожалением взглянула на пару томов азов магии, закрыв рюкзак с ценным грузом.
- можем идти?
- пока ещё нет, - кошка направилась на улицу, за ней последовала и ведьма.
Обойдя дом, теперь стояли у края болота, в нос ударил запах затухлой воды. Вокруг царила тишина, прерываемая изредкими поквакиваниями.
- зачем мы сюда пришли?
- я хочу пройтись по месту, где тогда упала.
Глория направилась вперед, Илая осторожно следовала за ней, готовая в любой момент поймать её.
Дойдя до высоких камышей, достигающих человеческого роста, кошка остановилась.
- тут.
- тут ты упала? - с сомнением осматривая местность.
- да.
- ты уверена? Здесь прямая поверхность, а до начала воды ещё сантиметров тридцать. Тут надо очень постараться, чтобы упасть. Или раньше было всё не так?
- точно также, - угрюмо пробормотала Глория.
- тогда очень странно, что ты закончила жизнь здесь.
- очень странно...
Ведьма взяла на руки котенка, выходя на тропинку, направившись к выходу из леса. По мнению Илаи, то, что случилось с Глорией, была не случайность, с большой долей вероятности, тут постарался охотник. Но, к сожалению, узнать кто это, невозможно.
Чуть позже, девушка на руках с Глорий, вышли на дорогу, где ходил автобус, прождав около получаса, Илая и питомица ехали в автобусе.
- это кто у тебя? - поинтересовались бабушка сидящая справа.
Оторвавшись от видов за окном, девушка обратила внимание на собеседницу.
Это была довольно пожилая старушка, на лице заметки следы вечного недовольства, морщины, глубокие и резкие, словно бороздили ее лоб, отражая бесконечные претензии к миру. Глаза смотрят с такой проницательностью, что кажется, будто она видит тебя насквозь, и непременно находит там что-то, что можно раскритиковать, хотя сейчас и пыталась казаться доброй. Цвет глаз – выцветший, как старая фотография, но в них все еще горит огонек раздражения.
Ее волосы, если их можно так назвать, – тонкие, седые пряди, собраны под платком. Слишком длинная юбка, колючий свитер, цвета – приглушенные, серые, коричневые, как будто она старается слиться с окружающей обстановкой, чтобы никто не заметил ее присутствия, но при этом ее вредность все равно пробивается сквозь эту маскировку.
- какая хорошенькая, а можно мне её потрогать? - голос был низкий, скрипучий, как несмазанная дверь.
- конеч....
Всё произошло в один момент, пока Илая ещё не успела договорить разрешение, бабушка протянула руку к шёрстке кошки, та выгнулась дугой, не давая до себя дотронуться, продолжив шипеть.
- какая у тебя вредная кошка, таких топить надо, - старушка брезгливо отдёрнула руку.
- сама утопись, старая, - проворчала Глория.
- ты чего? - шикнула на её Илая, радуясь, что они в самом конце автобуса и не так много людей.
- узнала, стало быть, - усмехнулась старушка, взглянув на вернувшуюся в исходное положение Глорию.
- тебя забудешь, - проворчала кошка, прищурив глазки, пристально изучая собеседницу.
- всё-таки, стала тотемом, - злорадствовала старушка.
- ну стала и что, - Глория всё ещё была не довольна разговором.
- ещё и у такой молоденькой, совсем зеленой ведьмы...
- обучу подрастающее поколение, будет покруче меня, - заявила Глория.
- современные ведьмы уже не те, раздобрели, - старушка тихо выругалась.
- а вы значит, - встряла в диалог Илая, которой надоело просто слушать унижения, - хорошая ведьма.
- кто ведьма, я? - старушка залилась смехом, - кого ты из неё хочешь вырастить, если она не может отличить ведьму от кикиморы?
- вы что, кикимора?
Илая была в полнейшем шоке, впервые в жизни, увидев болотную кикимору так близко, и даже не на картинке. Они вообще считались мифом, даже среди ведьм, говорят, что либо они отлично прячутся, либо просто вымерли все давным-давно.
В сказках у людей, кикимор представляли девушками с длинными зелеными волосами, которые жили в реках или болотах, но самом деле, всё было далеко не так.
Кикиморами могли быть не только девушки, да и редко таковые попадутся, чаще всего это такие же, как и сегодняшняя знакомая, старушки, вечно не довольные жизнью. Они питались людскими возмущениями, нередко их сами и создавая.
- ну девочка, тебе ещё учиться и учиться. Ладно, пошла я.
Старушка поднялась со своего места и бодрой походкой направилась к выходу. Когда она вышла, ведьма решила продолжить расспрос.
- Глория, ты её знаешь, а откуда?
- это моя соседка, если можно так сказать, - пробурчала кошка, - она жила в болоте за моим домом, мы виделись частенько и не было ни одного раза, чтобы мы не сцепились.
- что вам там было делить?
- и сама не знаю, но каждый раз появлялась причина. То она мне запретит собирать травы у болота, то она ночью всю живность у моего дома распугает, а мне потом помощников ходи ищи по всему лесу.
- помощников?
- ну, конечно, звери - лучшие помощники ведьм. Ты что, - кошка обреченно посмотрела на свою ведьму, - даже этого не знаешь?
- ну, вот сейчас, узнала, - застеснялась Илая.
- в общем, мы постоянно с ней ругались, особенно она смеялась надо мной, когда я искала из животных себе тотема. Илка, так зовут кикимору, мне всегда говорила, что не надо искать саму себя. Без тотема помру, и сама им стану. И оказалась права, кикимора престарелая.
- а может быть это она тебя...ну...в болото скинула?
- не знаю, но вообще не должна, им запрещено ведьм трогать, мы вроде как, по рангу их выше, - задумчиво пробормотала кошка.
- по рангу может и выше, но незаметно сделать землю более скользкой, вполне могла, - внесла предложение Илая.
- не исключено.
Следующий разговор между ведьмой и тотемом случился только в поезде. В купе никого кроме них больше не наблюдалось, и девушка решила немного поболтать.
- Глория, расскажи мне о своей жизни, - Илая удобно уселась на постели.
Девушке даже понравились такие дальние поездке на поезде, пообещав себе, что хотела бы практиковать такое чаще.
Такие путешествия ощущались иначе, когда солнце клонится к закату, а мир вокруг окрашивается в мягкие, золотистые оттенки, начинается особенное время. Это не просто перемещение из одной точки в другую, это целое приключение, окутанное тайной и умиротворением.
С первыми сумерками, когда городские огни начинают мерцать, словно рассыпанные бриллианты, поезд плавно трогается с места. Легкий толчок, и мир за окном начинает медленно скользить назад, уступая место наступающей темноте. Приглушенный свет, тихий гул колес, мерное покачивание – все это создает ощущение уюта и защищенности.
За окном сначала мелькают последние отблески заката, затем небо темнеет, и на нем загораются первые звезды. Они кажутся ближе и ярче, чем днем, словно приглашая в свой безмолвный танец. Иногда проносятся редкие огни деревень или одинокие фонари, создавая мимолетные картины, которые тут же растворяются в темноте.
Мерное движение поезда убаюкивает, унося прочь тревоги и заботы. Кажется, что время замедляет свой ход, позволяя насладиться моментом, располагая на душевные разговоры.
- даже не знаю, что тебе рассказать, - Глория уселась на другом конце кровати, немного задумавшись.
- а расскажи, заходили ли к тебе люди?
- конечно, таскались ещё как, особенно, молоденькие парни.
- ого, а можно поподробнее? – Илая вся обратилась вслух, готовая к откровениям своей подруги. После того, как она видела Глорию в образе ведьмы, называть её питомицей, было как-то глупо.
- я помню был паренёк, небольшого роста, упитанный, по одёжке сразу видно из богатой семьи, хотел найти себе жену.
- а ты что?
- отправила на болото, он там встретил Илку, но почему-то не оценил.
Илая рассмеялась, представляя себе молодого пухлого паренька, изнеженного заботой маменьки и нянек, который придя к болоту ждал деву невиданной красоты, а получил старушку недовольную жизнью.
- за что ты так с ним? – отсмеявшись решила уточнить ведьма.
- за что? Он приперся ко мне, когда, как я от людей ушла. Спрашивается, зачем лезть, когда видишь, человек живет отдельно от всех, значит, не жаждет общения.
- а кто ещё был?
- был ещё красивый, молодой солдатик его величества, - кошка даже мурлыкнула, вспоминая их встречу, - он потерялся в лесу и набрел на мой дом.
- а ты что?
- пригрела, накормила и спать уложила, - невооруженным взглядом было понятно, что это воспоминание гораздо приятнее для тотема, чем прошлое.
- а потом?
- а потом он прожил со мной неделю и проболтался, что оказывается у него дома есть жена.
- ой.
- не ой, летел от меня, только пятки сверкали. Ладно, довольно на сегодня воспоминай, пора спать, - и не дожидаясь ответа, кошка свернулась калачиком.
За окном сгустилась бархатная темнота, лишь редкие огоньки проносящихся мимо деревень и станций нарушали ее безмятежность. Поезд мерно покачивался, убаюкивая.
Сначала Илая пыталась сопротивляться, лежа на боку, в голове роились мысли, планы, воспоминания, но каждый новый стук колес, каждый легкий толчок вагона, казалось, мягко вытеснял их, уступая место нарастающей дремоте.
Воздух в купе стал теплее, пропитанный легким запахом пыли и чего-то неуловимо домашнего. Мир за окном стал еще более абстрактным, превратившись в калейдоскоп мерцающих огней.
Девушка не заметила, как уснула, но что было ещё более неожиданней, так это, увидеть Глорию в своём сне, в виде ведьмы.
- Эндиария?
- о, научилась даже выговаривать моё имя, мы идем на рекорд, усмехнулась женщина, сидя за тем самым столом в своём доме.
- как? Ты же не можешь…
- я и сама в шоке, но получилось. Чего стоишь, присаживайся.
Илая села на предложенный стул, рассматривая собеседницу, как и в прошлый раз, её наряд не изменился.
- теперь можешь спрашивать, что интересно узнать. Во сне, гораздо интереснее рассказывать истории, особенно, когда можешь что-то и показать.
- а расскажи, почему ты так не любишь Алику?
Эндиария вздохнула, не оживав такого вопроса, но деваться некуда, сама предложила, за язык никто не тянул.
- твоя Алика очень похожа на свою бабку, такая же наглая и упрямая.
- ты знала её бабушку? – в очередной раз за короткое время, Илая снова прибывала в шоке.
- знала, она приходила ко мне разбираться.
Вмиг, перед и Илая переместилась на улицу, сначала не понимая в чем дело, но заметив не знакомую женщину, похожую на Алику, но старше, поняла, это воспоминания.
- зачем заманила к себе моего мужа?
Женщина стояла на улице, но упорно кричала в сторону дома, из которого показалась Эндиария, только выглядела теперь иначе, и внешне, лет на десять моложе. Её черные, как смоль, волосы ниспадали почти до самых пят, создавая эффект настоящего водопада. Лицо у нее было тонкое, с высокими скулами и большими, зелеными глазами, которые смотрели прямо и уверенно. Одежда ее была такой же яркой и запоминающейся, как и она сама. Это было длинное платье, сшитое из нескольких кусков ткани разных, но гармонирующих цветов – глубокого бордового, золотистого и темно-зеленого. По всей поверхности платья шла замысловатая вышивка серебряными и золотыми нитями, а по подолу были нашиты мелкие, блестящие монетки, которые издавали нежный звон при ходьбе. На талии – широкий, кожаный пояс с тиснением, а на шее – массивное, старинное ожерелье с крупными камнями. В ее облике чувствовалась какая-то особая стать и уверенность.
- какого ещё мужа?
- моего мужа, который тут с тобой жил! – крикнула женщина постарше.
С Аликой у неё было много общего, поставь их рядом, это практически близнецы. Ей было около тридцати пяти на вид, и ее красота была той, что приходит с опытом и уверенностью. Черные, как ночь, волосы были уложены в простую, но изящную прическу, открывая шею и плечи. Ее глаза, глубокие и внимательные, казалось, видели больше, чем обычные люди. Одежда была под стать ей – темное, струящееся платье, возможно, из плотного шелка или бархата, сдержанного кроя, но с интересными деталями. Может быть, это были серебряные нити, вышитые по краю рукавов, или необычный воротник, или же просто идеальная посадка, которая говорила о безупречном вкусе. В ее облике не было ничего кричащего, но каждый элемент одежды, каждый жест излучал уверенность и некую магическую притягательность.
- ах, этот, - ведьма, та которую жители ближайшего села прозвали Хозяйкой гиблых мест приблизилась на пару шагов, - помню такого, молчал неделю где-то, что жена имеется.
- снимай свой приворот!
- мой? – Эндиария усмехнулась, - а свой сначала снять не хочешь? Ещё и чар всяких по навешала на него, как на новогоднюю елку.
- не твоего ума дело! – злилась гостья.
- а женила ты его на себе также, приворотом?
- не твоё дело!
- ну раз не моё, то сама со всем и разберешься. Не смею больше задерживать.
На этом воспоминание оборвалось и Илая оказалась снова перед Эндиарией, которой уже привыкла видеть.
- а что было дальше?
- ничего, сняла она с него приворот, но по незнанию не рассчитала силы, и свой приворот, со всеми чарами сняла тоже. Он и ушел от неё. А эта недоведьма, ещё долго ходила ко мне и досаждала.
- уже перешли на "вы"? - усмехнулась ведьма.
- у меня язык не поворачивается обращаться на "ты" - призналась Илая.
- только во сне, и только в месте, где я прожила большую свою часть, я могу прийти к тебе во сне.
- теперь я понимаю, почему вы любили этот дом, - девушка продолжала осматриваться.
- когда я жила здесь раньше, всегда было так.
- вы очень красивая женщина, и мне действительно жаль, что с вами такое случилось, - произнесла Илая, жалея, что не встретила Глорию именно такой, прирожденной наставницей.
- моё время прошло, но ты, не упусти своё, - Эндиария мягко, словно дочери, улыбнулась, - нам пора, уже почти рассвет, я лишь хотела показать, как здесь всё выглядело раньше.
Когда Илая проснулась, за окном уже поднялось солнце, а Глория проснулась и умывалась на кровати.
- здравствуйте, - улыбнулась Илая, заметив тотема.
- я же просила, давай, как и раньше на "ты", - недовольно проворчала кошка.
- хорошо, хорошо.
Илая поднялась, осматриваясь заново, но теперь новым взглядом. Девушка сопоставляла детали из своего сна и в реальности.
Глория подошла к дальнему углу комнаты, позвав за собой ведьму. Взору открылся небольшой шкаф с книгами. Дерево, из которого он сделан, потрескалось и местами рассохлось, полки прогнулись под тяжестью веков. В воздухе витает запах старого дерева, пыли и, возможно, легкий аромат древней бумаги.
Книги, которые он оберегал, сохранились, их переплеты потускнели, страницы пожелтели и стали хрупкими, но слова, заключенные в них, по-прежнему живы. Здесь можно найти фолианты в кожаных переплетах, скромные издания в бумажных обложках и даже тетради с записями.
Смахнув пыль, Илая взяла книгу в кожаном переплёте, раскрывая. В ней говорилось об основах, которые должна знать каждая ведьма, следующая книга удивила новыми зельями. Книга за книгой, страница за страницей, девушка пролистывала, попутно вчитываясь.
Всё, что здесь было, это кладец знаний, который Илая мечтала увезти с собой, а от личных записей и наблюдений Эндиарии, ведьма и вовсе, пришла в восторг. Зелья, которые раньше казались сказкой, теперь были подробно описаны в тетради ведьмы.
Собрав большинство книг и тетрадей, Илая с сожалением взглянула на пару томов азов магии, закрыв рюкзак с ценным грузом.
- можем идти?
- пока ещё нет, - кошка направилась на улицу, за ней последовала и ведьма.
Обойдя дом, теперь стояли у края болота, в нос ударил запах затухлой воды. Вокруг царила тишина, прерываемая изредкими поквакиваниями.
- зачем мы сюда пришли?
- я хочу пройтись по месту, где тогда упала.
Глория направилась вперед, Илая осторожно следовала за ней, готовая в любой момент поймать её.
Дойдя до высоких камышей, достигающих человеческого роста, кошка остановилась.
- тут.
- тут ты упала? - с сомнением осматривая местность.
- да.
- ты уверена? Здесь прямая поверхность, а до начала воды ещё сантиметров тридцать. Тут надо очень постараться, чтобы упасть. Или раньше было всё не так?
- точно также, - угрюмо пробормотала Глория.
- тогда очень странно, что ты закончила жизнь здесь.
- очень странно...
Ведьма взяла на руки котенка, выходя на тропинку, направившись к выходу из леса. По мнению Илаи, то, что случилось с Глорией, была не случайность, с большой долей вероятности, тут постарался охотник. Но, к сожалению, узнать кто это, невозможно.
Чуть позже, девушка на руках с Глорий, вышли на дорогу, где ходил автобус, прождав около получаса, Илая и питомица ехали в автобусе.
- это кто у тебя? - поинтересовались бабушка сидящая справа.
Оторвавшись от видов за окном, девушка обратила внимание на собеседницу.
Это была довольно пожилая старушка, на лице заметки следы вечного недовольства, морщины, глубокие и резкие, словно бороздили ее лоб, отражая бесконечные претензии к миру. Глаза смотрят с такой проницательностью, что кажется, будто она видит тебя насквозь, и непременно находит там что-то, что можно раскритиковать, хотя сейчас и пыталась казаться доброй. Цвет глаз – выцветший, как старая фотография, но в них все еще горит огонек раздражения.
Ее волосы, если их можно так назвать, – тонкие, седые пряди, собраны под платком. Слишком длинная юбка, колючий свитер, цвета – приглушенные, серые, коричневые, как будто она старается слиться с окружающей обстановкой, чтобы никто не заметил ее присутствия, но при этом ее вредность все равно пробивается сквозь эту маскировку.
- какая хорошенькая, а можно мне её потрогать? - голос был низкий, скрипучий, как несмазанная дверь.
- конеч....
Всё произошло в один момент, пока Илая ещё не успела договорить разрешение, бабушка протянула руку к шёрстке кошки, та выгнулась дугой, не давая до себя дотронуться, продолжив шипеть.
- какая у тебя вредная кошка, таких топить надо, - старушка брезгливо отдёрнула руку.
- сама утопись, старая, - проворчала Глория.
- ты чего? - шикнула на её Илая, радуясь, что они в самом конце автобуса и не так много людей.
- узнала, стало быть, - усмехнулась старушка, взглянув на вернувшуюся в исходное положение Глорию.
- тебя забудешь, - проворчала кошка, прищурив глазки, пристально изучая собеседницу.
- всё-таки, стала тотемом, - злорадствовала старушка.
- ну стала и что, - Глория всё ещё была не довольна разговором.
- ещё и у такой молоденькой, совсем зеленой ведьмы...
- обучу подрастающее поколение, будет покруче меня, - заявила Глория.
- современные ведьмы уже не те, раздобрели, - старушка тихо выругалась.
- а вы значит, - встряла в диалог Илая, которой надоело просто слушать унижения, - хорошая ведьма.
- кто ведьма, я? - старушка залилась смехом, - кого ты из неё хочешь вырастить, если она не может отличить ведьму от кикиморы?
- вы что, кикимора?
Илая была в полнейшем шоке, впервые в жизни, увидев болотную кикимору так близко, и даже не на картинке. Они вообще считались мифом, даже среди ведьм, говорят, что либо они отлично прячутся, либо просто вымерли все давным-давно.
В сказках у людей, кикимор представляли девушками с длинными зелеными волосами, которые жили в реках или болотах, но самом деле, всё было далеко не так.
Кикиморами могли быть не только девушки, да и редко таковые попадутся, чаще всего это такие же, как и сегодняшняя знакомая, старушки, вечно не довольные жизнью. Они питались людскими возмущениями, нередко их сами и создавая.
- ну девочка, тебе ещё учиться и учиться. Ладно, пошла я.
Старушка поднялась со своего места и бодрой походкой направилась к выходу. Когда она вышла, ведьма решила продолжить расспрос.
- Глория, ты её знаешь, а откуда?
- это моя соседка, если можно так сказать, - пробурчала кошка, - она жила в болоте за моим домом, мы виделись частенько и не было ни одного раза, чтобы мы не сцепились.
- что вам там было делить?
- и сама не знаю, но каждый раз появлялась причина. То она мне запретит собирать травы у болота, то она ночью всю живность у моего дома распугает, а мне потом помощников ходи ищи по всему лесу.
- помощников?
- ну, конечно, звери - лучшие помощники ведьм. Ты что, - кошка обреченно посмотрела на свою ведьму, - даже этого не знаешь?
- ну, вот сейчас, узнала, - застеснялась Илая.
- в общем, мы постоянно с ней ругались, особенно она смеялась надо мной, когда я искала из животных себе тотема. Илка, так зовут кикимору, мне всегда говорила, что не надо искать саму себя. Без тотема помру, и сама им стану. И оказалась права, кикимора престарелая.
- а может быть это она тебя...ну...в болото скинула?
- не знаю, но вообще не должна, им запрещено ведьм трогать, мы вроде как, по рангу их выше, - задумчиво пробормотала кошка.
- по рангу может и выше, но незаметно сделать землю более скользкой, вполне могла, - внесла предложение Илая.
- не исключено.
Следующий разговор между ведьмой и тотемом случился только в поезде. В купе никого кроме них больше не наблюдалось, и девушка решила немного поболтать.
- Глория, расскажи мне о своей жизни, - Илая удобно уселась на постели.
Девушке даже понравились такие дальние поездке на поезде, пообещав себе, что хотела бы практиковать такое чаще.
Такие путешествия ощущались иначе, когда солнце клонится к закату, а мир вокруг окрашивается в мягкие, золотистые оттенки, начинается особенное время. Это не просто перемещение из одной точки в другую, это целое приключение, окутанное тайной и умиротворением.
С первыми сумерками, когда городские огни начинают мерцать, словно рассыпанные бриллианты, поезд плавно трогается с места. Легкий толчок, и мир за окном начинает медленно скользить назад, уступая место наступающей темноте. Приглушенный свет, тихий гул колес, мерное покачивание – все это создает ощущение уюта и защищенности.
За окном сначала мелькают последние отблески заката, затем небо темнеет, и на нем загораются первые звезды. Они кажутся ближе и ярче, чем днем, словно приглашая в свой безмолвный танец. Иногда проносятся редкие огни деревень или одинокие фонари, создавая мимолетные картины, которые тут же растворяются в темноте.
Мерное движение поезда убаюкивает, унося прочь тревоги и заботы. Кажется, что время замедляет свой ход, позволяя насладиться моментом, располагая на душевные разговоры.
- даже не знаю, что тебе рассказать, - Глория уселась на другом конце кровати, немного задумавшись.
- а расскажи, заходили ли к тебе люди?
- конечно, таскались ещё как, особенно, молоденькие парни.
- ого, а можно поподробнее? – Илая вся обратилась вслух, готовая к откровениям своей подруги. После того, как она видела Глорию в образе ведьмы, называть её питомицей, было как-то глупо.
- я помню был паренёк, небольшого роста, упитанный, по одёжке сразу видно из богатой семьи, хотел найти себе жену.
- а ты что?
- отправила на болото, он там встретил Илку, но почему-то не оценил.
Илая рассмеялась, представляя себе молодого пухлого паренька, изнеженного заботой маменьки и нянек, который придя к болоту ждал деву невиданной красоты, а получил старушку недовольную жизнью.
- за что ты так с ним? – отсмеявшись решила уточнить ведьма.
- за что? Он приперся ко мне, когда, как я от людей ушла. Спрашивается, зачем лезть, когда видишь, человек живет отдельно от всех, значит, не жаждет общения.
- а кто ещё был?
- был ещё красивый, молодой солдатик его величества, - кошка даже мурлыкнула, вспоминая их встречу, - он потерялся в лесу и набрел на мой дом.
- а ты что?
- пригрела, накормила и спать уложила, - невооруженным взглядом было понятно, что это воспоминание гораздо приятнее для тотема, чем прошлое.
- а потом?
- а потом он прожил со мной неделю и проболтался, что оказывается у него дома есть жена.
- ой.
- не ой, летел от меня, только пятки сверкали. Ладно, довольно на сегодня воспоминай, пора спать, - и не дожидаясь ответа, кошка свернулась калачиком.
За окном сгустилась бархатная темнота, лишь редкие огоньки проносящихся мимо деревень и станций нарушали ее безмятежность. Поезд мерно покачивался, убаюкивая.
Сначала Илая пыталась сопротивляться, лежа на боку, в голове роились мысли, планы, воспоминания, но каждый новый стук колес, каждый легкий толчок вагона, казалось, мягко вытеснял их, уступая место нарастающей дремоте.
Воздух в купе стал теплее, пропитанный легким запахом пыли и чего-то неуловимо домашнего. Мир за окном стал еще более абстрактным, превратившись в калейдоскоп мерцающих огней.
Девушка не заметила, как уснула, но что было ещё более неожиданней, так это, увидеть Глорию в своём сне, в виде ведьмы.
- Эндиария?
- о, научилась даже выговаривать моё имя, мы идем на рекорд, усмехнулась женщина, сидя за тем самым столом в своём доме.
- как? Ты же не можешь…
- я и сама в шоке, но получилось. Чего стоишь, присаживайся.
Илая села на предложенный стул, рассматривая собеседницу, как и в прошлый раз, её наряд не изменился.
- теперь можешь спрашивать, что интересно узнать. Во сне, гораздо интереснее рассказывать истории, особенно, когда можешь что-то и показать.
- а расскажи, почему ты так не любишь Алику?
Эндиария вздохнула, не оживав такого вопроса, но деваться некуда, сама предложила, за язык никто не тянул.
- твоя Алика очень похожа на свою бабку, такая же наглая и упрямая.
- ты знала её бабушку? – в очередной раз за короткое время, Илая снова прибывала в шоке.
- знала, она приходила ко мне разбираться.
Вмиг, перед и Илая переместилась на улицу, сначала не понимая в чем дело, но заметив не знакомую женщину, похожую на Алику, но старше, поняла, это воспоминания.
- зачем заманила к себе моего мужа?
Женщина стояла на улице, но упорно кричала в сторону дома, из которого показалась Эндиария, только выглядела теперь иначе, и внешне, лет на десять моложе. Её черные, как смоль, волосы ниспадали почти до самых пят, создавая эффект настоящего водопада. Лицо у нее было тонкое, с высокими скулами и большими, зелеными глазами, которые смотрели прямо и уверенно. Одежда ее была такой же яркой и запоминающейся, как и она сама. Это было длинное платье, сшитое из нескольких кусков ткани разных, но гармонирующих цветов – глубокого бордового, золотистого и темно-зеленого. По всей поверхности платья шла замысловатая вышивка серебряными и золотыми нитями, а по подолу были нашиты мелкие, блестящие монетки, которые издавали нежный звон при ходьбе. На талии – широкий, кожаный пояс с тиснением, а на шее – массивное, старинное ожерелье с крупными камнями. В ее облике чувствовалась какая-то особая стать и уверенность.
- какого ещё мужа?
- моего мужа, который тут с тобой жил! – крикнула женщина постарше.
С Аликой у неё было много общего, поставь их рядом, это практически близнецы. Ей было около тридцати пяти на вид, и ее красота была той, что приходит с опытом и уверенностью. Черные, как ночь, волосы были уложены в простую, но изящную прическу, открывая шею и плечи. Ее глаза, глубокие и внимательные, казалось, видели больше, чем обычные люди. Одежда была под стать ей – темное, струящееся платье, возможно, из плотного шелка или бархата, сдержанного кроя, но с интересными деталями. Может быть, это были серебряные нити, вышитые по краю рукавов, или необычный воротник, или же просто идеальная посадка, которая говорила о безупречном вкусе. В ее облике не было ничего кричащего, но каждый элемент одежды, каждый жест излучал уверенность и некую магическую притягательность.
- ах, этот, - ведьма, та которую жители ближайшего села прозвали Хозяйкой гиблых мест приблизилась на пару шагов, - помню такого, молчал неделю где-то, что жена имеется.
- снимай свой приворот!
- мой? – Эндиария усмехнулась, - а свой сначала снять не хочешь? Ещё и чар всяких по навешала на него, как на новогоднюю елку.
- не твоего ума дело! – злилась гостья.
- а женила ты его на себе также, приворотом?
- не твоё дело!
- ну раз не моё, то сама со всем и разберешься. Не смею больше задерживать.
На этом воспоминание оборвалось и Илая оказалась снова перед Эндиарией, которой уже привыкла видеть.
- а что было дальше?
- ничего, сняла она с него приворот, но по незнанию не рассчитала силы, и свой приворот, со всеми чарами сняла тоже. Он и ушел от неё. А эта недоведьма, ещё долго ходила ко мне и досаждала.
