Когда Тайга спит
Ранней весной тайга просыпалась медленно, словно древний великан, разгибающий усталые плечи. Первые лучи солнца пробивались сквозь густые кроны вековых елей, зажигая в каплях росы крошечные радуги. Воздух был наполнен пьянящим ароматом талой воды, хвои и первых подснежников, пробивающихся сквозь остатки снега.
Ая вышла из своего дома на рассвете. Её движения были лёгкими и грациозными, словно она была лесной кошкой, скользящей между деревьями. В полнолуние она могла полностью превращаться в волчицу – наследие древних предков, передавшееся ей по материнской линии.
Её жилище стояло на небольшой поляне, окружённой вековыми елями. Тишину нарушали только птичьи трели да редкий треск веток под ногами. Три года прошло с тех пор, как ушла бабушка, но Ая не чувствовала себя одинокой – лес всегда отвечал ей шёпотом листвы, скрипом деревьев и далёким волчьим воем.
В тот день она отправилась по следам рыжей лисицы, собирая замёрзшие ягоды брусники. Её крепкие сапоги беззвучно ступали по мягкому мху, а старый шерстяной платок надёжно защищал от утреннего холода.
Внезапный вой разорвал тишину. Резкий, надрывный звук заставил Аи насторожиться. С факелом в руке она направилась к старому дубу, где обнаружила раненого мужчину.
– Ты ранен, – произнесла она, опускаясь рядом.
– Не двигайся. Я помогу, – спокойно сказала она. – Но если ты меня укусишь – оставлю здесь.
– Ты… не простая, – прохрипел он.
– Простая. Просто знаю, как выжить в лесу.
Следующие дни превратились в череду молчаливых забот. Ая ухаживала за незнакомцем, готовила целебные отвары, читала вслух старые книги. И хотя он часто притворялся спящим, она чувствовала, что он наблюдает за ней.
Две луны прошло с тех пор, как Ратмир появился в её доме. Они научились понимать друг друга без слов, их связь становилась всё крепче с каждым днём.
В их доме всегда было уютно. Камин согревал комнату, а на столе всегда стояла свежая выпечка. Ратмир часто наблюдал, как она колдует над котлом, как её волосы развеваются при каждом движении, как она напевает что-то себе под нос.
По вечерам они сидели у огня, и Ая рассказывала ему истории о лесе, о своей бабушке, которая научила её всему, что она знает. Она показывала ему старинные книги, которые бережно хранила, и объясняла, как читать следы зверей, как определять погоду по облакам, как находить целебные травы.
Ратмир не мог отвести от неё взгляд. В его памяти навсегда отпечатались её необычные глаза – один зелёный, другой голубой, словно два драгоценных камня, в которых отражалась вся палитра лесных красок. Её длинные золотистые волосы, обычно заплетённые в свободную косу, иногда выбивались непослушными прядями, обрамляя лицо. В ней было что-то дикое и одновременно невероятно притягательное – стройная фигура с округлыми формами, движения, полные грации и силы.
– Как ты здесь оказалась? – спросил Ратмир однажды вечером, глядя в огонь.
Ая вздохнула, переплетая сухие травы.
– Мои родители были оборотнями из клана Серебряных Волков. Они погибли, когда мне было три года – их застала врасплох стая браконьеров. Бабушка, травница и хранительница древних знаний, нашла меня в лесу и воспитала. Она научила меня всему – и человеческой, и волчьей мудрости.
Ратмир внимательно слушал, не перебивая.
– Ты никогда не рассказывала о своих родителях.
– Это было давно, – тихо ответила Ая. – Но их наследие живёт во мне. Бабушка научила меня контролировать свою волчью сущность, научила использовать целебные травы и понимать язык леса. Она всегда говорила, что я особенная – полукровка с необычной силой.
Ратмир протянул руку и мягко коснулся её плеча. Ая улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень грусти.
– Бабушка всегда говорила, что придёт тот, кто примет меня такой, какая я есть. Кто поймёт мою природу.
В одну из ночей, когда луна была особенно яркой, а звёзды казались такими близкими, что можно было дотянуться рукой, они сидели на крыльце её дома. Ратмир взял её руку в свою, и их пальцы переплелись.
– Ты особенная, – прошептал он. – Я никогда не встречал никого похожего на тебя.
Ая улыбнулась, глядя на него своими разноцветными глазами. В их глубине отражались отблески костра и звёздное небо. Она чувствовала, как её сердце бьётся чаще при его прикосновении и знала – он принимает её такой, какая она есть, со всеми её особенностями.
Ратмир притянул её ближе, его взгляд стал более глубоким. Их губы встретились в нежном поцелуе, который постепенно становился всё более глубоким. В эту ночь они поняли, что связаны не только судьбой, но и чем-то гораздо более сильным.
Дни летели незаметно. Они проводили время вместе: охотились, собирали ягоды, гуляли по лесу. Ая показывала Ратмиру свои любимые места, рассказывала о каждом дереве, каждой травинке, словно они были её старыми друзьями. С каждым днём их связь становилась всё крепче, и Ратмир всё отчётливее понимал то, что он чувствует к девушке не просто влечение, а нечто большее. Истинная. Он был уверен, что нашёл именно её.
– Знаешь, – сказал он однажды утром, наблюдая, как она собирает ягоды на поляне, – когда я впервые увидел тебя, я понял, что ты особенная. Но только сейчас я понимаю, насколько ты важна для меня.
Ая подняла голову, её глаза сияли в лучах утреннего солнца.
– Я чувствую то же самое. Словно мы всегда были предназначены друг для друга.
Их взгляды встретились. Ратмир подошёл ближе и его руки нежно обхватили её талию.
– Ты моя, – прошептал он, прижимая её к себе. – И я не отпущу тебя.
Ая прильнула к нему, вдыхая его запах – запах леса, зверя и мужчины. Их тела отзывались друг на друга, словно две части единого целого.
– Я чувствую это, – прошептала она, когда их губы разомкнулись. – Ты – мой.
Их страсть разгоралась с каждым днём. По ночам, когда весь лес засыпал, они исследовали друг друга, познавая все грани своей связи. Ратмир открывал для неё новые ощущения, а Ая дарила ему свою нежность и страсть.
– Ты делаешь меня сильнее, – шептал он, скользя руками по её телу. – С тобой я чувствую себя целым.
Ая отвечала ему тихими стонами, растворяясь в его объятиях. Их тела двигались в едином ритме, создавая свою собственную мелодию страсти и любви.
Однажды утром, когда первые лучи солнца коснулись их спящих тел, Ратмир проснулся первым. Он смотрел на её спокойное лицо, на то, как она дышит, и понимал – он должен уйти. Его стая нуждалась в нём, а ей будет лучше без него. Он слишком многое утаил, ей не место в мире из которого он пришёл.
Тихо, чтобы не разбудить её, Ратмир поднялся с постели. Собрал свои вещи, которые успел починить за время пребывания в её доме. Написал короткую записку, положив её на стол рядом с их общим портретом, который Ая нарисовала недавно. Уходил не оборачиваясь, зная, что ещё один взгляд на оборотницу навсегда прикуёт его рядом с ней.
Когда первые лучи солнца проникли в комнату, Ая открыла глаза. Ратмира рядом не было. Она села в постели, чувствуя, как сердце сжимается от нехорошего предчувствия. На столе заметила сложенный лист бумаги.
"Ая,
Я должен вернуться к своей стае. Прости, что ухожу, не попрощавшись. Но я не мог иначе. Прости.
Ратмир"
Слезы покатились по её щекам, когда она дочитала записку. Её сердце словно разорвалось на части. Как он мог уйти, не сказав ни слова? Не попрощавшись? Но он ушёл, оставив после себя пустоту и ландыш. Такой же одинокий как и она сама.
Дни тянулись медленно и тоскливо. Ая не находила себе места. Лес, который всегда был её убежищем, теперь казался пустым и холодным. Она бродила по знакомым тропам, но нигде не было ни следа Ратмира.
“Он должен был оставить какой-то знак”, – думала она, исследуя каждый уголок леса. Но всё было тщетно.
Зов истинных был неумолим. Она ощущала глубокую тоску, и это чувство не сравнится с тем одиночеством в котором она находилась три года со смерти бабушки. Через неделю после его исчезновения Ая поняла – она должна найти Ратмира.
С рассветом следующего дня она отправилась в путь. Обернувшись белой волчицей, Ая пыталась унюхать след своего волка. Её сердце билось в такт шагам, а в ушах звучал его голос. Она знала – он жив. И она должна его найти.
“Я найду тебя, Ратмир”, – шептала она, двигаясь всё глубже в лес. – “Я найду тебя, даже если придётся пройти через весь мир”
Долгий путь лежал перед Аей. Снег давно сошёл, земля потемнела от весенних дождей, и первые листья робко распустились на деревьях. Она шла вперёд, ведомая лишь запахом, что связывал её с Ратмиром. Порой она превращалась в волчицу — белую, как зимняя вьюга, бесшумную, как ночная тень. Бежала ночами, скрываясь от охотников, питалась дичью, что попадалась на пути.
Она знала: он где-то на юге. Там, где деревья растут реже, а воздух прогревается быстрее. Где живут богатые стаи, владеющие обширными землями, силой и властью.
Когда она наконец нашла его след, сердце замерло. Он был рядом. Не в глуши лесной, не в одиночестве — а в большом поселении, за высоким частоколом из потемневших от времени брёвен, окружённом бдительной охраной.
Дома здесь были величественны — с черепичными крышами, украшенными искусной резьбой наличниками. Оборотни ходили по мощеным улицам в дорогих мехах, дети играли во дворах, старейшины собирались у костров, обсуждая важные дела. Всё здесь говорило о силе и единстве. Это была не просто община — это была правящая стая.
Ая осторожно подкралась к воротам , скользя между тенями, словно призрак. Её белая шерсть позволяла оставаться незамеченной даже зорким стражникам.
Но она уже увидела его. Он шествовал по главной улице — воплощение силы и власти. Ратмир возвышался над толпой, словно древний воин: широкие плечи, гордая осанка, длинные кожаные одежды, украшенные тонкой золотой вышивкой. Его чёрные волосы были собраны в тугую косу, а черты лица оставались непроницаемой маской.
Он был не один. Рядом с ним шла женщина, чья красота была подобна пламени — рыжие волосы, словно языки огня, обрамляли точёное лицо с пронзительными карими глазами. В каждом её движении чувствовалась грация хищницы, в каждом взгляде — сила истинной волчицы. Такие женщины рождаются, чтобы править и покорять, чтобы их портреты висели в залах власти, а имена передавались из поколения в поколение.
Её тёмные одежды, украшенные серебряной вышивкой, мерцали в лучах солнца, а серьги в форме лун покачивались в такт походке, создавая едва уловимый музыкальный ритм. Каждое её движение было исполнено достоинства и власти, каждый взгляд — наполнен уверенностью в своей неотразимости.
Ая замерла, наблюдая за этой парой. В её душе зародилось недоброе предчувствие, когда она увидела, как естественно эта рыжая красавица держится рядом с Ратмиром, как её рука едва заметно касается его локтя, как её смех звучит в ответ на его тихие слова.
- Кто она?! - пронеслось в голове Аи
Ратмир почувствовал запах раньше, чем увидел. Резкий, знакомый, родной аромат. Сердце сжалось в тисках боли. Он остановился. Женщина рядом нахмурилась:
— Что случилось?
— Ничего, — коротко ответил он.
Но уже через мгновение увидел её.
Белая волчица. Призрачная тень из прошлого. Она проникла в поселение никем не замеченная, словно сама судьба привела её сюда. И вот — обратилась в человека.
Голая. Мокрая от росы. Грязная после долгого пути. Но с глазами, горящими ярче звёзд.
— Ратмир! — закричала она, и её голос эхом отразился от стен домов.
Все вокруг замерли. Кто-то отшатнулся в ужасе. Кто-то прикрыл глаза, не в силах смотреть на наготу чужачки. Кто-то начал перешёптываться, обсуждая невиданное зрелище.
Ая бросилась к нему, не замечая ни холода, ни осуждающих взглядов. Её сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди.
Ратмир стоял неподвижно, словно статуя. В его глазах отражалась целая гамма чувств — от радости до боли, от любви до отчаяния. Но лицо оставалось каменным.
Рыжая женщина, стоявшая рядом с ним, оскалилась:
— Кто ты такая, чтобы так себя вести?
Ая не слышала её. Она видела только Ратмира, только его глаза, в которых читалась такая знакомая боль.
— Ратмир… — прошептала она, падая перед ним на колени, не замечая холода земли. — Я нашла тебя…
Он отвернулся, и в этот миг что-то внутри Аи разбилось на тысячи осколков.
— Уберите её, — произнёс он холодным, чужим голосом. — Она здесь нежеланная гостья.
Стражники схватили её, но Ая не сопротивлялась. В её душе уже бушевала такая буря, что физическая боль казалась ничтожной.
— Ратмир! — крикнула она, пока её уводили. — Ты не можешь так со мной поступить! Ты же знаешь, что я твоя истинная пара!
Но он молчал, и этот молчание было страшнее любых слов.
В темнице было темно и холодно. Ая свернулась калачиком, пытаясь согреться. Её тело дрожало не от холода, а от боли, что разрывала сердце.
“Это не может быть правдой”, — думала она, глядя на сырые стены. “Он не может меня предать…”
Но в глубине души она уже знала ответ. Знала, что судьба снова сыграла с ней злую шутку. Знала, что её сердце, только начавшее оживать, снова будет разбито.
И не подозревала, что самое страшное испытание ждёт её впереди.
— Я нашла тебя! — воскликнула она, падая перед ним на колени. — Я искала тебя неделями…
— Зачем? — спросил он ледяным тоном, не сводя взгляда с её обнажённого тела.
— Мы… ты же чувствуешь! Мы истинная пара!
Ратмир бросил взгляд на Ираду. Та молчала, но её глаза метали молнии.
— Я не знаю тебя, — процедил он сквозь зубы. — Здесь тебе не место.
Толпа начала собираться. Старейшины выходили из домов, люди подходили ближе. Это был момент, которого они все ждали — обряд единения должен был начаться завтра. Но теперь появилась чужачка — испытание для Ратмира.
— Ты чувствуешь связь! — крикнула Ая, в её голосе звенели слёзы. — Почему ты молчишь?!
— Я — глава стаи, — произнёс он, возвышаясь над ней. — И я не признаю тебя как свою пару.
Слова повисли в воздухе тяжёлым свинцовым облаком. Ая замерла, её лицо стало мертвенно-бледным.
— Это ложь, — прошептала она, с трудом выталкивая слова из горла.
— Это мой долг, — ответил он, не отводя взгляда.
“Почему я не могу сказать ей правду?” — думал Ратмир, глядя на Аю. Внутри него словно рвали на части живьём. “Я люблю её. Я всегда буду любить. Но если я выберу её — погибнет вся стая. Если я не женюсь на Ираде, клан Северных Лисиц объявит войну. Они хотят нашу землю, наше влияние. И только этот брак может сохранить мир”. “Я должен сделать выбор. Между ней и сотней жизней”. “Прости меня, Ая… Прости…”
— Ты лжёшь себе, — сказала Ая, поднимая голову. — И мне. Ты просто боишься быть собой.
— Я — глава стаи, — повторил он. — И я требую, чтобы ты покинула эту землю. Сейчас же.
Толпа загудела. Кто-то согласно кивал, кто-то сочувствовал. Но никто не вмешивался.
— Совет! — провозгласил один из старейшин. — Нужно решить судьбу чужачки.
На площади собрались все. Старейшины заняли свои места на скамьях, вожди кланов наблюдали. Ратмир стоял в центре, Ая — перед ним.
— Она нарушила границу, — сказал один из стариков. — Пришла без позволения, нарушила священный порядок.
Глава 1
Ранней весной тайга просыпалась медленно, словно древний великан, разгибающий усталые плечи. Первые лучи солнца пробивались сквозь густые кроны вековых елей, зажигая в каплях росы крошечные радуги. Воздух был наполнен пьянящим ароматом талой воды, хвои и первых подснежников, пробивающихся сквозь остатки снега.
Ая вышла из своего дома на рассвете. Её движения были лёгкими и грациозными, словно она была лесной кошкой, скользящей между деревьями. В полнолуние она могла полностью превращаться в волчицу – наследие древних предков, передавшееся ей по материнской линии.
Её жилище стояло на небольшой поляне, окружённой вековыми елями. Тишину нарушали только птичьи трели да редкий треск веток под ногами. Три года прошло с тех пор, как ушла бабушка, но Ая не чувствовала себя одинокой – лес всегда отвечал ей шёпотом листвы, скрипом деревьев и далёким волчьим воем.
В тот день она отправилась по следам рыжей лисицы, собирая замёрзшие ягоды брусники. Её крепкие сапоги беззвучно ступали по мягкому мху, а старый шерстяной платок надёжно защищал от утреннего холода.
Внезапный вой разорвал тишину. Резкий, надрывный звук заставил Аи насторожиться. С факелом в руке она направилась к старому дубу, где обнаружила раненого мужчину.
– Ты ранен, – произнесла она, опускаясь рядом.
– Не двигайся. Я помогу, – спокойно сказала она. – Но если ты меня укусишь – оставлю здесь.
– Ты… не простая, – прохрипел он.
– Простая. Просто знаю, как выжить в лесу.
Следующие дни превратились в череду молчаливых забот. Ая ухаживала за незнакомцем, готовила целебные отвары, читала вслух старые книги. И хотя он часто притворялся спящим, она чувствовала, что он наблюдает за ней.
Две луны прошло с тех пор, как Ратмир появился в её доме. Они научились понимать друг друга без слов, их связь становилась всё крепче с каждым днём.
В их доме всегда было уютно. Камин согревал комнату, а на столе всегда стояла свежая выпечка. Ратмир часто наблюдал, как она колдует над котлом, как её волосы развеваются при каждом движении, как она напевает что-то себе под нос.
По вечерам они сидели у огня, и Ая рассказывала ему истории о лесе, о своей бабушке, которая научила её всему, что она знает. Она показывала ему старинные книги, которые бережно хранила, и объясняла, как читать следы зверей, как определять погоду по облакам, как находить целебные травы.
Ратмир не мог отвести от неё взгляд. В его памяти навсегда отпечатались её необычные глаза – один зелёный, другой голубой, словно два драгоценных камня, в которых отражалась вся палитра лесных красок. Её длинные золотистые волосы, обычно заплетённые в свободную косу, иногда выбивались непослушными прядями, обрамляя лицо. В ней было что-то дикое и одновременно невероятно притягательное – стройная фигура с округлыми формами, движения, полные грации и силы.
– Как ты здесь оказалась? – спросил Ратмир однажды вечером, глядя в огонь.
Ая вздохнула, переплетая сухие травы.
– Мои родители были оборотнями из клана Серебряных Волков. Они погибли, когда мне было три года – их застала врасплох стая браконьеров. Бабушка, травница и хранительница древних знаний, нашла меня в лесу и воспитала. Она научила меня всему – и человеческой, и волчьей мудрости.
Ратмир внимательно слушал, не перебивая.
– Ты никогда не рассказывала о своих родителях.
– Это было давно, – тихо ответила Ая. – Но их наследие живёт во мне. Бабушка научила меня контролировать свою волчью сущность, научила использовать целебные травы и понимать язык леса. Она всегда говорила, что я особенная – полукровка с необычной силой.
Ратмир протянул руку и мягко коснулся её плеча. Ая улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень грусти.
– Бабушка всегда говорила, что придёт тот, кто примет меня такой, какая я есть. Кто поймёт мою природу.
В одну из ночей, когда луна была особенно яркой, а звёзды казались такими близкими, что можно было дотянуться рукой, они сидели на крыльце её дома. Ратмир взял её руку в свою, и их пальцы переплелись.
– Ты особенная, – прошептал он. – Я никогда не встречал никого похожего на тебя.
Ая улыбнулась, глядя на него своими разноцветными глазами. В их глубине отражались отблески костра и звёздное небо. Она чувствовала, как её сердце бьётся чаще при его прикосновении и знала – он принимает её такой, какая она есть, со всеми её особенностями.
Ратмир притянул её ближе, его взгляд стал более глубоким. Их губы встретились в нежном поцелуе, который постепенно становился всё более глубоким. В эту ночь они поняли, что связаны не только судьбой, но и чем-то гораздо более сильным.
Дни летели незаметно. Они проводили время вместе: охотились, собирали ягоды, гуляли по лесу. Ая показывала Ратмиру свои любимые места, рассказывала о каждом дереве, каждой травинке, словно они были её старыми друзьями. С каждым днём их связь становилась всё крепче, и Ратмир всё отчётливее понимал то, что он чувствует к девушке не просто влечение, а нечто большее. Истинная. Он был уверен, что нашёл именно её.
– Знаешь, – сказал он однажды утром, наблюдая, как она собирает ягоды на поляне, – когда я впервые увидел тебя, я понял, что ты особенная. Но только сейчас я понимаю, насколько ты важна для меня.
Ая подняла голову, её глаза сияли в лучах утреннего солнца.
– Я чувствую то же самое. Словно мы всегда были предназначены друг для друга.
Их взгляды встретились. Ратмир подошёл ближе и его руки нежно обхватили её талию.
– Ты моя, – прошептал он, прижимая её к себе. – И я не отпущу тебя.
Ая прильнула к нему, вдыхая его запах – запах леса, зверя и мужчины. Их тела отзывались друг на друга, словно две части единого целого.
– Я чувствую это, – прошептала она, когда их губы разомкнулись. – Ты – мой.
Их страсть разгоралась с каждым днём. По ночам, когда весь лес засыпал, они исследовали друг друга, познавая все грани своей связи. Ратмир открывал для неё новые ощущения, а Ая дарила ему свою нежность и страсть.
– Ты делаешь меня сильнее, – шептал он, скользя руками по её телу. – С тобой я чувствую себя целым.
Ая отвечала ему тихими стонами, растворяясь в его объятиях. Их тела двигались в едином ритме, создавая свою собственную мелодию страсти и любви.
Однажды утром, когда первые лучи солнца коснулись их спящих тел, Ратмир проснулся первым. Он смотрел на её спокойное лицо, на то, как она дышит, и понимал – он должен уйти. Его стая нуждалась в нём, а ей будет лучше без него. Он слишком многое утаил, ей не место в мире из которого он пришёл.
Тихо, чтобы не разбудить её, Ратмир поднялся с постели. Собрал свои вещи, которые успел починить за время пребывания в её доме. Написал короткую записку, положив её на стол рядом с их общим портретом, который Ая нарисовала недавно. Уходил не оборачиваясь, зная, что ещё один взгляд на оборотницу навсегда прикуёт его рядом с ней.
Когда первые лучи солнца проникли в комнату, Ая открыла глаза. Ратмира рядом не было. Она села в постели, чувствуя, как сердце сжимается от нехорошего предчувствия. На столе заметила сложенный лист бумаги.
"Ая,
Я должен вернуться к своей стае. Прости, что ухожу, не попрощавшись. Но я не мог иначе. Прости.
Ратмир"
Слезы покатились по её щекам, когда она дочитала записку. Её сердце словно разорвалось на части. Как он мог уйти, не сказав ни слова? Не попрощавшись? Но он ушёл, оставив после себя пустоту и ландыш. Такой же одинокий как и она сама.
Дни тянулись медленно и тоскливо. Ая не находила себе места. Лес, который всегда был её убежищем, теперь казался пустым и холодным. Она бродила по знакомым тропам, но нигде не было ни следа Ратмира.
“Он должен был оставить какой-то знак”, – думала она, исследуя каждый уголок леса. Но всё было тщетно.
Зов истинных был неумолим. Она ощущала глубокую тоску, и это чувство не сравнится с тем одиночеством в котором она находилась три года со смерти бабушки. Через неделю после его исчезновения Ая поняла – она должна найти Ратмира.
С рассветом следующего дня она отправилась в путь. Обернувшись белой волчицей, Ая пыталась унюхать след своего волка. Её сердце билось в такт шагам, а в ушах звучал его голос. Она знала – он жив. И она должна его найти.
“Я найду тебя, Ратмир”, – шептала она, двигаясь всё глубже в лес. – “Я найду тебя, даже если придётся пройти через весь мир”
Глава 2
Долгий путь лежал перед Аей. Снег давно сошёл, земля потемнела от весенних дождей, и первые листья робко распустились на деревьях. Она шла вперёд, ведомая лишь запахом, что связывал её с Ратмиром. Порой она превращалась в волчицу — белую, как зимняя вьюга, бесшумную, как ночная тень. Бежала ночами, скрываясь от охотников, питалась дичью, что попадалась на пути.
Она знала: он где-то на юге. Там, где деревья растут реже, а воздух прогревается быстрее. Где живут богатые стаи, владеющие обширными землями, силой и властью.
Когда она наконец нашла его след, сердце замерло. Он был рядом. Не в глуши лесной, не в одиночестве — а в большом поселении, за высоким частоколом из потемневших от времени брёвен, окружённом бдительной охраной.
Дома здесь были величественны — с черепичными крышами, украшенными искусной резьбой наличниками. Оборотни ходили по мощеным улицам в дорогих мехах, дети играли во дворах, старейшины собирались у костров, обсуждая важные дела. Всё здесь говорило о силе и единстве. Это была не просто община — это была правящая стая.
Ая осторожно подкралась к воротам , скользя между тенями, словно призрак. Её белая шерсть позволяла оставаться незамеченной даже зорким стражникам.
Но она уже увидела его. Он шествовал по главной улице — воплощение силы и власти. Ратмир возвышался над толпой, словно древний воин: широкие плечи, гордая осанка, длинные кожаные одежды, украшенные тонкой золотой вышивкой. Его чёрные волосы были собраны в тугую косу, а черты лица оставались непроницаемой маской.
Он был не один. Рядом с ним шла женщина, чья красота была подобна пламени — рыжие волосы, словно языки огня, обрамляли точёное лицо с пронзительными карими глазами. В каждом её движении чувствовалась грация хищницы, в каждом взгляде — сила истинной волчицы. Такие женщины рождаются, чтобы править и покорять, чтобы их портреты висели в залах власти, а имена передавались из поколения в поколение.
Её тёмные одежды, украшенные серебряной вышивкой, мерцали в лучах солнца, а серьги в форме лун покачивались в такт походке, создавая едва уловимый музыкальный ритм. Каждое её движение было исполнено достоинства и власти, каждый взгляд — наполнен уверенностью в своей неотразимости.
Ая замерла, наблюдая за этой парой. В её душе зародилось недоброе предчувствие, когда она увидела, как естественно эта рыжая красавица держится рядом с Ратмиром, как её рука едва заметно касается его локтя, как её смех звучит в ответ на его тихие слова.
- Кто она?! - пронеслось в голове Аи
Ратмир почувствовал запах раньше, чем увидел. Резкий, знакомый, родной аромат. Сердце сжалось в тисках боли. Он остановился. Женщина рядом нахмурилась:
— Что случилось?
— Ничего, — коротко ответил он.
Но уже через мгновение увидел её.
Белая волчица. Призрачная тень из прошлого. Она проникла в поселение никем не замеченная, словно сама судьба привела её сюда. И вот — обратилась в человека.
Голая. Мокрая от росы. Грязная после долгого пути. Но с глазами, горящими ярче звёзд.
— Ратмир! — закричала она, и её голос эхом отразился от стен домов.
Все вокруг замерли. Кто-то отшатнулся в ужасе. Кто-то прикрыл глаза, не в силах смотреть на наготу чужачки. Кто-то начал перешёптываться, обсуждая невиданное зрелище.
Ая бросилась к нему, не замечая ни холода, ни осуждающих взглядов. Её сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди.
Ратмир стоял неподвижно, словно статуя. В его глазах отражалась целая гамма чувств — от радости до боли, от любви до отчаяния. Но лицо оставалось каменным.
Рыжая женщина, стоявшая рядом с ним, оскалилась:
— Кто ты такая, чтобы так себя вести?
Ая не слышала её. Она видела только Ратмира, только его глаза, в которых читалась такая знакомая боль.
— Ратмир… — прошептала она, падая перед ним на колени, не замечая холода земли. — Я нашла тебя…
Он отвернулся, и в этот миг что-то внутри Аи разбилось на тысячи осколков.
— Уберите её, — произнёс он холодным, чужим голосом. — Она здесь нежеланная гостья.
Стражники схватили её, но Ая не сопротивлялась. В её душе уже бушевала такая буря, что физическая боль казалась ничтожной.
— Ратмир! — крикнула она, пока её уводили. — Ты не можешь так со мной поступить! Ты же знаешь, что я твоя истинная пара!
Но он молчал, и этот молчание было страшнее любых слов.
В темнице было темно и холодно. Ая свернулась калачиком, пытаясь согреться. Её тело дрожало не от холода, а от боли, что разрывала сердце.
“Это не может быть правдой”, — думала она, глядя на сырые стены. “Он не может меня предать…”
Но в глубине души она уже знала ответ. Знала, что судьба снова сыграла с ней злую шутку. Знала, что её сердце, только начавшее оживать, снова будет разбито.
И не подозревала, что самое страшное испытание ждёт её впереди.
— Я нашла тебя! — воскликнула она, падая перед ним на колени. — Я искала тебя неделями…
— Зачем? — спросил он ледяным тоном, не сводя взгляда с её обнажённого тела.
— Мы… ты же чувствуешь! Мы истинная пара!
Ратмир бросил взгляд на Ираду. Та молчала, но её глаза метали молнии.
— Я не знаю тебя, — процедил он сквозь зубы. — Здесь тебе не место.
Толпа начала собираться. Старейшины выходили из домов, люди подходили ближе. Это был момент, которого они все ждали — обряд единения должен был начаться завтра. Но теперь появилась чужачка — испытание для Ратмира.
— Ты чувствуешь связь! — крикнула Ая, в её голосе звенели слёзы. — Почему ты молчишь?!
— Я — глава стаи, — произнёс он, возвышаясь над ней. — И я не признаю тебя как свою пару.
Слова повисли в воздухе тяжёлым свинцовым облаком. Ая замерла, её лицо стало мертвенно-бледным.
— Это ложь, — прошептала она, с трудом выталкивая слова из горла.
— Это мой долг, — ответил он, не отводя взгляда.
“Почему я не могу сказать ей правду?” — думал Ратмир, глядя на Аю. Внутри него словно рвали на части живьём. “Я люблю её. Я всегда буду любить. Но если я выберу её — погибнет вся стая. Если я не женюсь на Ираде, клан Северных Лисиц объявит войну. Они хотят нашу землю, наше влияние. И только этот брак может сохранить мир”. “Я должен сделать выбор. Между ней и сотней жизней”. “Прости меня, Ая… Прости…”
— Ты лжёшь себе, — сказала Ая, поднимая голову. — И мне. Ты просто боишься быть собой.
— Я — глава стаи, — повторил он. — И я требую, чтобы ты покинула эту землю. Сейчас же.
Толпа загудела. Кто-то согласно кивал, кто-то сочувствовал. Но никто не вмешивался.
— Совет! — провозгласил один из старейшин. — Нужно решить судьбу чужачки.
На площади собрались все. Старейшины заняли свои места на скамьях, вожди кланов наблюдали. Ратмир стоял в центре, Ая — перед ним.
— Она нарушила границу, — сказал один из стариков. — Пришла без позволения, нарушила священный порядок.
