- Саес, ты знаешь, куда нам лететь?
- Ты не сможешь лететь долго Кирен, твои крылья слабы, но знаю, что скоро мы встретимся с Хораком.
- С Хораком, - тёмная аж подпрыгнула на месте, - он жив? Ты уверен, что мы найдем его? - Посыпались вопросы.
- Мы встретимся с ним, - отмахиваясь, ответил Саес, - но я не знаю, когда и он жив, хотя был ранен.
- Ты не можешь сказать, - запинаясь, продолжала допрос Кирен, - а Лиена с ним? - Темная с нетерпением уставилась на видящего. Тот не торопился с ответом, и поедал зеленый лук, с маленьким кусочком вареного мяса. Кирен не дожидаясь ответа, принялась сооружать очаг. Мелкими камнями выложила круг и набросала внутрь ветки. Произнесла простое заклинание, и вот уже огонь, потрескивая, поедает сухой корм. Изредка она бросала недовольный взгляд на молчаливого Саеса. В усадьбе они общались мало. Мальчик всегда молчаливо следовал за Фионой или засыпал вопросами горгону, а когда их не было сидел в своих покоях.
- Да, - сказал он, когда Кирен уже не рассчитывала на ответ, - они вместе, но ты неправильно думаешь Кирен, Лиена для олара как дочь.
Темная недовольно фыркнула:
- Нечего себе дочь. - Ее возмущению не было предела. А Саес рассмеялся и вопреки всем правилам видящих, или может в благодарность за спасение сказал:
- Ты будешь хорошей женой Хораку и прекрасной матерью его детям.
Кирен сначала с непониманием смотрела в чистые глаза видящего, а потом, покраснев, смутилась.
- Больше ничего сказать не могу. - Предотвратил Саес возможные вопросы. Кирен согласно кивнула и тоже осмотрела окрестности. Дневное светило стояло уже высоко. Пора двигаться дальше. Беглецы последний раз кинули взгляд на свою родину и с решительным видом двинулись в другую сторону.
Они легко спустились по пологому склону и углубились в небольшой лесок. Изредка перед ними возникали каменные глыбы, но путники обходили препятствие и вновь шли по намеченному пути.
Торопиться им не было нужды. Херомус если и додумается, куда ушли беглецы погоню не пошлёт, нежить все еще продолжает нападать на заставу. Но Кирен решила подстраховаться и ставила маленькие ловушки. Если наступить на такую произойдет маленький взрыв. Урона не нанесет, но шума наделает. Саес смотрел на манипуляции тёмной с легкой улыбкой. Пусть тешиться. Вечером подошли к высокой скале. Решили не обходить, а перелететь. Кирен вырастила черные крылья и, подхватив Саеса, взлетела на вершину. Приземлиться на горе не удалось. Она была остроконечная, и удобной площадки на ней не было. Пришлось беглецам лететь вниз и устраиваться на ночлег в чахлом лесу. Чем дальше путники шли от Киприяса, тем меньше растительности встречалось им. Кирен развела костер, а Саес раскладывал еду на расстеленное полотенчико. Хорошо бы воды набрать, а то запас сока очень мал.
Вокруг стояла тишина. Лишь редкая птица пролетала над головами, а где-то вдалеке выли дикие псы. Кирен передернулась. С этими тварями у нее были свои счеты. Когда-то давно еще маленькой девочкой на них с братом напала стая диких псов. Кирен было тринадцать лет, она не смогла спасти брата. А друзья, с которыми они ходили в лес полакомиться ягодами, слишком поздно сообщили взрослым, что Кирен с братом пропали. В тот день, сидя на дереве и с ненавистью смотря на псов, обгладывающих труп самого родного человека, у Кирен проснулся дар темной. Сила вырвалась спонтанно и когда вышедшие искать детей люди пришли на место схватки, псы были мертвы, а девочка с черными, словно ночь глазами никого не узнавала. Сейчас услышав ненавистный вой, тёмная напряглась, но скоро поняла, что стая находиться очень далеко, а горное эхо словно обманывая, сбивает с толку резонансом. Беглецы поужинали и легли спать, смастерив из мягкой травы что-то наподобие лежанок. Кирен почти засыпала, когда услышала, как хрустнула сухая ветка под чьей-то неосторожной ногой. Секунду и тёмная была на ногах, вытащила из-за голенища большой нож, с которым не расставалась никогда и вспыхивающими искрами глазами уставилась в темноту:
- Саес, - тихо позвала Кирен видящего, - просыпайся кто-то идет.
Саес нехотя встал и совсем не остерегаясь, протирал сонные глаза. Вокруг словно красные огоньки светились глаза. Было слышно, что кто-то огромный фыркает и надрывно вздыхает. Кирен задом попятилась к видящему и заслонила его от надвигающихся монстров. Раздался страшный и такой знакомый рев, а затем, ломая маленькие кустики и молодые деревца на маленькую полянку, вывалился черный таг.
- Танк, - удивленно воскликнула Кирен, но позы не поменяла, со страхом ожидая, что будет делать питомец горгоны. Таг встряхнул шипастой головой, освобождаясь от мелких веточек и листьев, а потом шумно вдохнул запах беглецов. И тут на и без того тесную полянку стали выходить другие черные таги. Кирен насчитала девять вместе с Танком и в ужасе пятилась, отталкивая Саеса в лес. Ящерицы рыкали друг на друга и молотили страшными хвостами по жухлой траве.
- Не бойся Кирен, - вдруг весело зашептал за ухом Саес, - они спорят, кому ты будешь принадлежать. И я знаю кто победит.
- Откуда ты знаешь, - также шепотом спросила удивленная Кирен, - ты их понимаешь?
- Нет, я просто видел тебя верхом на ней. - Сказал Саес и указал на самую большую самку. Та словно, наконец, выиграла большой спор, вразвалку нервно швыряя хвостом траву пошла на Кирен. Темная замерла и с каким-то затаенным любопытством смотрела на тагу. Лиена рассказывала о том, как нашла Танка и как они инициировали родство душ, тогда ее душила зависть, и она тоже мечтала о таком питомце. Сейчас, когда ее мечта стоит рядом стало страшно, ведь укус тага смертелен и были случаи, когда инициированные умирали, не принимая слияние.
Самка подошла ближе и что-то рыкнула другим тагам. Стая отступила подальше. Кирен нечего не оставалось, как подать руку. Очень аккуратно тага укусила ладонь темной и в то же время из раны по руке к телу покатились мелкие колючие шарики. Кирен чувствовала, как по венам течет яд, чувствовала, как он растворяется в ней и чье-то присутствие касается ее сущности. Темная потеряла сознание. У каждого слияние проходит по - разному и сейчас антрацитовая самка с тревогой обнюхивала голову своей хозяйки. Саес потормошил женщину и спокойным голосом увещевал очнуться. Когда Кирен пришла в себя, было уже утро. Стая черных тагов вповалку лежали на краю поляны. Рядом посапывал Саес. Почувствовав, что хозяйка проснулась, вскинула голову ее тага. Кирен улыбнулась, это было приятно.
- Я называю тебя Ласа. - Нежно сказала темная. Укус на руке уже затянулся и теперь лишь белый шрам указывал на слияние. Ласа нетерпеливо подскочила к Кирен и, требуя ласки, ткнулась прохладным носом в ладонь. Рядом проснулся Танк. Женщине показалось, что таг тоскливо посмотрел на них и жалобно рыкнул.
- Нечего Танк, - сонно потягиваясь хриплым со сна голосом, сказал Саес, - очень скоро мы найдем Лиену, и ты сможешь выказать ей свою обиду.
Кирен сочувственно посмотрела на тага и вдруг с удивлением поняла, что вся стая теперь будет идти за ними. Словно подтверждая ее догадку, таги с надеждой смотрели на тёмную. Ласа переводила глаза с хозяйки на своих сородичей, и в голове у женщины мелькали образы совместного похода.
- Ну что ж, - развела руками темная, - еду себе добываете сами.
26 глава
Мне снился страшный сон. Кругом степь на многие километры лишь голая без единого деревца земля. Ветер сильный срывает капюшон с моей головы, бьет холодными порывами по лицу. Облака темные полные не пролитого дождя летят низко, словно боятся высоты. Я поднимаю руки, но они мужские, с тонкими сильными пальцами. Между ними пробегают разряды, маленькие молнии, которые вдруг превращаются в мощный поток слепой магии. На земле зажигается гигантская руна, я стою прямо посередине бурлящего лавой знака. Поднимаю руки вверх, говорю громким чуть хрипловатым мужским голосом на знакомом рычащем языке длинное заклинание. Столп света вырывается из моих рук, а лава из руны поднимается, словно адское пламя, сжигая меня за секунды. Я кричу... и просыпаюсь, подпрыгиваю на кровати и дико озираюсь. Что это еще такое. Только ужасов мне не хватало. Что мне снилось, то чему я была свидетельницей, или... или это тварь мне подарочки шлет.
Вдруг раздался страшный шум. Стены вокруг затряслись и с потолка посыпались мелкие камни. Я слилась со своей стихией. Камень вокруг был пронизан жгутами чужеродной магии. Мне стало страшно, казалось, словно тысячи иголок впились в мое тело, но моя личина словно щит не давала проникнуть чему-то ужасному внутрь.
Лиена Лиена, - трясет за плечи Хорак, я стону и открываю глаза. Олар отшатнулся и вовремя саккараш почти достали до щеки раздался лязг стали. Да что это такое.
- Что с тобой? - Стараясь перекричать грохот, спрашивает Хорак.- Твои глаза черны, очнись Лиена, эриухи прорыли туннель и напали.
Я села и постаралась воздвигнуть вокруг стену, за которую не может пройти страшный рев черного хаоса. Видимо слышала его только я, так, как олар с удивлением таращился на меня. Из носа пошла кровь, темная почти черная. Мысленно дала приказ саккараш успокоиться, и скоро полог тишины накрыл комнату. Я словно оглохла, воздух вибрировал от давления, но, слава богу, не слышала жуткого стона камня. Хорак уже собирает мои вещи и рассказывает, что происходит.
- Эриухи прорыли туннель, всего за одну ночь. Все коридоры блокированы, мы должны уходить в Игнор, пока они не нашли и туннель наружу.
В комнату заскочил Марцел и еще двое людей. Наследник Киприяса был испуган, но на лице была написана решимость бороться до конца.
- Вы готовы? - Спросил он Хорака, а потом с удивлением посмотрел на меня. - Что с ней опять? - Голос его дрогнул.
- Нечего страшного, - ответила я вместо олара, - сейчас все пройдет.
Я натянула сапоги и собрала саккараш в узел. Много сил уходило, чтобы гасить их ярость.
-Идем. - Коротко сказал Хорак.
- Где Дроб? - Спросила я.
- Он ждет в переходах. - Ответил олар. В большом зале была неразбериха. Хорошо еще что, планируя атаку на Грааба, Дроб увел детей и женщин цефов в империю. Но все равно осталось много мелкого народца, а они точно не воины. В сопровождении гномов с небольшими сумками, только самое необходимое, длинной вереницей они тянулись к тайному выходу. Откуда-то вынырнул Дроб. На нем была легкая кольчуга, длинные волосы торчали в разные стороны за поясом странный топор, светящийся и гудящий, словно перегруженные провода. Взгляд как у сумасшедшего, рот искривлен злым оскалом.
- Уходим, - коротко бросил он нам и в последний раз оглянул покои, которые долгое время были ему домом, пошел вслед за цефами. Когда последний гном зашел в туннель Бад завалил вход.
- У нас есть несколько часов, пока падет последняя защита ворот. - Тихо сказал цеф. Камень вокруг содрогался в агонии. Я не могла понять, что это за сила. Ведь чудовище обладает темным даром, но то, что высасывало энергию из камня, была чуждая этому миру сила. От догадки, что мелькнула в голове, я запнулась. Это хаос. То же чувство что возникало около проклятых земель. Словно внутри рвотный комок, пытается выбраться наружу.
- Тебе плохо? - Поддержал под локоть Марцел. Последнее время он уделял мне очень много времени, и я уже начала подумывать, что нравлюсь королевичу.
- Нет, все нормально, - ответила я, просто мне пришла в голову страшная мысль.
Я перестала говорить, потому что бежать и говорить было трудно. Дроб все время оглядывался, а под конец приостановился и бежал рядом.
- Что могло произойти? - Недоумевал он. - Все было как всегда, он был слаб, собирался приносить жертвы, пить силу, а тут...- Дроб тряхнул почти распустившимися косицами.
-Он не тёмный. - Сказала я. Гном посмотрел с удивлением, обернулся ушедший вперед Марцел. - Он тварь хаоса, измененный, не просто убийца, а выжидающий своего часа умный противник. Скорее всего, на мгновенную атаку его подвигло то, что он почуял опасность.
Гном запнулся, топор прочертил по стене зигзаг, посыпались искры. В тоже время чуть впереди, дробя в мелкую крошку камень, вывалились эриухи. Я заметила, что они были странные. Чуть выше и шире, а кожа переливалась черным змеями. Черт. Силой стихии кинула большой камень, лежащий рядом. Придавила одного, на остальных напали Хорак с Марцелом. Измененные эриухи прибывали.
- Уводи всех! - Крикнул Дроб, Баду, тот согласно кивнул и, не оглядываясь, побежал за уходящими вдаль цефами. Эриухи разделились. Одни побежали вслед за цефами, другие напирали на нас. В полутемном туннеле было не развернуться. Сменяя друг друга Дроб Хорак и Марцел вели ожесточенный бой. Я видела все словно в замедленной съемке. От ужасного рева я почти оглохла, но нашла в себе силы на заклинание. Ему научил Бад. Туннель ощерился десятками острых шипов. Проткнутые насквозь эриухи дергались в агонии, а я продолжала взрывать по длине туннеля шипастую смерть. Понадеялась, что с несколькими эриухами цефы справятся, завалила туннель. Все… мы в ловушке. Мои товарищи уже устали, лиц из-за крови не было видно. Топор Дроба выполнял основную защиту. После его ударов твари уже не поднимались, зато у тех, кого ранили или убивали люди, раны заживали прямо на глазах. Страшное зрелище. Я слилась с камнем. Было больно. Словно меня пронзали тысячи нитей сосущие силы. Я чувствовала смрадный запах смерти. Смерти после, которой нет покоя.
Как делать туннели я теоретически знала, а до практики дела так и не дошло. Но как говориться глаза боятся, а руки делают. Туннель у меня выходил кривой, узкий и ненадежный, но за мной слышались учащенные дыхание друзей, и приходилось работать на полную силу. Не знаю, сколько времени мы продвигались вверх, Марцел был ранен, и пришлось создавать щит, тот который лечит. И еще я чувствовала, что, если мы в скором времени не покинем туннель, нас найдет тот, кто держит в своих силах все происходящие события. Я усмехнулась. Как самонадеянны мы были. Из туннеля попали в заброшенные залы. Высокий свод мерцал наростами светящегося гриба, а большие люстры поблескивали умирающим огнем. Кругом царило запустение. Пахло нечистотами и плесенью. Здесь камень стонал меньше, да почти не чувствовался запах хаоса. Один за другим из туннеля выскочили товарищи по несчастью, и из последних сил я завалила на уже вылезающих наружу эриухов верх туннеля, закрыв этим вход к нам. Со стоном упала на пол и затихла. Не было сил даже говорить. Рядом шумно дышали другие.
- Где мы? - Спросил Марцел.
- Мне кажется мы в покоях младших, они близко к поверхности земли. - Сопя, ответил Дроб.
- Надеюсь, твои люди спаслись. - Сочувственно сказал Хорак.
- Они выживут. - Уверенно прошептал гном. - Бад хороший маг. Что будем делать? - Меняя тему, продолжил Дроб.
- Выбираться отсюда, - фыркнула я, - по возможности живыми.
- Ты что-то говорила про тварей хаоса. - Подал голос королевич.
Я села и помахала онемевшими руками. Пришлось много магичить, непривычно.
- Если я правильно думаю, то наш противник не тёмный, а тварь хаоса, изменённая.
Все молча, пытались осознать мои слова.
- Это... этого не может быть. - С дрожью в голосе сказал Дроб.
- Я чувствую хаос и у меня были видения, - собравшись с силами, быстро пробормотала, - эта тварь была когда-то эльфом. В этом я уверена.
- Ты не сможешь лететь долго Кирен, твои крылья слабы, но знаю, что скоро мы встретимся с Хораком.
- С Хораком, - тёмная аж подпрыгнула на месте, - он жив? Ты уверен, что мы найдем его? - Посыпались вопросы.
- Мы встретимся с ним, - отмахиваясь, ответил Саес, - но я не знаю, когда и он жив, хотя был ранен.
- Ты не можешь сказать, - запинаясь, продолжала допрос Кирен, - а Лиена с ним? - Темная с нетерпением уставилась на видящего. Тот не торопился с ответом, и поедал зеленый лук, с маленьким кусочком вареного мяса. Кирен не дожидаясь ответа, принялась сооружать очаг. Мелкими камнями выложила круг и набросала внутрь ветки. Произнесла простое заклинание, и вот уже огонь, потрескивая, поедает сухой корм. Изредка она бросала недовольный взгляд на молчаливого Саеса. В усадьбе они общались мало. Мальчик всегда молчаливо следовал за Фионой или засыпал вопросами горгону, а когда их не было сидел в своих покоях.
- Да, - сказал он, когда Кирен уже не рассчитывала на ответ, - они вместе, но ты неправильно думаешь Кирен, Лиена для олара как дочь.
Темная недовольно фыркнула:
- Нечего себе дочь. - Ее возмущению не было предела. А Саес рассмеялся и вопреки всем правилам видящих, или может в благодарность за спасение сказал:
- Ты будешь хорошей женой Хораку и прекрасной матерью его детям.
Кирен сначала с непониманием смотрела в чистые глаза видящего, а потом, покраснев, смутилась.
- Больше ничего сказать не могу. - Предотвратил Саес возможные вопросы. Кирен согласно кивнула и тоже осмотрела окрестности. Дневное светило стояло уже высоко. Пора двигаться дальше. Беглецы последний раз кинули взгляд на свою родину и с решительным видом двинулись в другую сторону.
Они легко спустились по пологому склону и углубились в небольшой лесок. Изредка перед ними возникали каменные глыбы, но путники обходили препятствие и вновь шли по намеченному пути.
Торопиться им не было нужды. Херомус если и додумается, куда ушли беглецы погоню не пошлёт, нежить все еще продолжает нападать на заставу. Но Кирен решила подстраховаться и ставила маленькие ловушки. Если наступить на такую произойдет маленький взрыв. Урона не нанесет, но шума наделает. Саес смотрел на манипуляции тёмной с легкой улыбкой. Пусть тешиться. Вечером подошли к высокой скале. Решили не обходить, а перелететь. Кирен вырастила черные крылья и, подхватив Саеса, взлетела на вершину. Приземлиться на горе не удалось. Она была остроконечная, и удобной площадки на ней не было. Пришлось беглецам лететь вниз и устраиваться на ночлег в чахлом лесу. Чем дальше путники шли от Киприяса, тем меньше растительности встречалось им. Кирен развела костер, а Саес раскладывал еду на расстеленное полотенчико. Хорошо бы воды набрать, а то запас сока очень мал.
Вокруг стояла тишина. Лишь редкая птица пролетала над головами, а где-то вдалеке выли дикие псы. Кирен передернулась. С этими тварями у нее были свои счеты. Когда-то давно еще маленькой девочкой на них с братом напала стая диких псов. Кирен было тринадцать лет, она не смогла спасти брата. А друзья, с которыми они ходили в лес полакомиться ягодами, слишком поздно сообщили взрослым, что Кирен с братом пропали. В тот день, сидя на дереве и с ненавистью смотря на псов, обгладывающих труп самого родного человека, у Кирен проснулся дар темной. Сила вырвалась спонтанно и когда вышедшие искать детей люди пришли на место схватки, псы были мертвы, а девочка с черными, словно ночь глазами никого не узнавала. Сейчас услышав ненавистный вой, тёмная напряглась, но скоро поняла, что стая находиться очень далеко, а горное эхо словно обманывая, сбивает с толку резонансом. Беглецы поужинали и легли спать, смастерив из мягкой травы что-то наподобие лежанок. Кирен почти засыпала, когда услышала, как хрустнула сухая ветка под чьей-то неосторожной ногой. Секунду и тёмная была на ногах, вытащила из-за голенища большой нож, с которым не расставалась никогда и вспыхивающими искрами глазами уставилась в темноту:
- Саес, - тихо позвала Кирен видящего, - просыпайся кто-то идет.
Саес нехотя встал и совсем не остерегаясь, протирал сонные глаза. Вокруг словно красные огоньки светились глаза. Было слышно, что кто-то огромный фыркает и надрывно вздыхает. Кирен задом попятилась к видящему и заслонила его от надвигающихся монстров. Раздался страшный и такой знакомый рев, а затем, ломая маленькие кустики и молодые деревца на маленькую полянку, вывалился черный таг.
- Танк, - удивленно воскликнула Кирен, но позы не поменяла, со страхом ожидая, что будет делать питомец горгоны. Таг встряхнул шипастой головой, освобождаясь от мелких веточек и листьев, а потом шумно вдохнул запах беглецов. И тут на и без того тесную полянку стали выходить другие черные таги. Кирен насчитала девять вместе с Танком и в ужасе пятилась, отталкивая Саеса в лес. Ящерицы рыкали друг на друга и молотили страшными хвостами по жухлой траве.
- Не бойся Кирен, - вдруг весело зашептал за ухом Саес, - они спорят, кому ты будешь принадлежать. И я знаю кто победит.
- Откуда ты знаешь, - также шепотом спросила удивленная Кирен, - ты их понимаешь?
- Нет, я просто видел тебя верхом на ней. - Сказал Саес и указал на самую большую самку. Та словно, наконец, выиграла большой спор, вразвалку нервно швыряя хвостом траву пошла на Кирен. Темная замерла и с каким-то затаенным любопытством смотрела на тагу. Лиена рассказывала о том, как нашла Танка и как они инициировали родство душ, тогда ее душила зависть, и она тоже мечтала о таком питомце. Сейчас, когда ее мечта стоит рядом стало страшно, ведь укус тага смертелен и были случаи, когда инициированные умирали, не принимая слияние.
Самка подошла ближе и что-то рыкнула другим тагам. Стая отступила подальше. Кирен нечего не оставалось, как подать руку. Очень аккуратно тага укусила ладонь темной и в то же время из раны по руке к телу покатились мелкие колючие шарики. Кирен чувствовала, как по венам течет яд, чувствовала, как он растворяется в ней и чье-то присутствие касается ее сущности. Темная потеряла сознание. У каждого слияние проходит по - разному и сейчас антрацитовая самка с тревогой обнюхивала голову своей хозяйки. Саес потормошил женщину и спокойным голосом увещевал очнуться. Когда Кирен пришла в себя, было уже утро. Стая черных тагов вповалку лежали на краю поляны. Рядом посапывал Саес. Почувствовав, что хозяйка проснулась, вскинула голову ее тага. Кирен улыбнулась, это было приятно.
- Я называю тебя Ласа. - Нежно сказала темная. Укус на руке уже затянулся и теперь лишь белый шрам указывал на слияние. Ласа нетерпеливо подскочила к Кирен и, требуя ласки, ткнулась прохладным носом в ладонь. Рядом проснулся Танк. Женщине показалось, что таг тоскливо посмотрел на них и жалобно рыкнул.
- Нечего Танк, - сонно потягиваясь хриплым со сна голосом, сказал Саес, - очень скоро мы найдем Лиену, и ты сможешь выказать ей свою обиду.
Кирен сочувственно посмотрела на тага и вдруг с удивлением поняла, что вся стая теперь будет идти за ними. Словно подтверждая ее догадку, таги с надеждой смотрели на тёмную. Ласа переводила глаза с хозяйки на своих сородичей, и в голове у женщины мелькали образы совместного похода.
- Ну что ж, - развела руками темная, - еду себе добываете сами.
26 глава
Мне снился страшный сон. Кругом степь на многие километры лишь голая без единого деревца земля. Ветер сильный срывает капюшон с моей головы, бьет холодными порывами по лицу. Облака темные полные не пролитого дождя летят низко, словно боятся высоты. Я поднимаю руки, но они мужские, с тонкими сильными пальцами. Между ними пробегают разряды, маленькие молнии, которые вдруг превращаются в мощный поток слепой магии. На земле зажигается гигантская руна, я стою прямо посередине бурлящего лавой знака. Поднимаю руки вверх, говорю громким чуть хрипловатым мужским голосом на знакомом рычащем языке длинное заклинание. Столп света вырывается из моих рук, а лава из руны поднимается, словно адское пламя, сжигая меня за секунды. Я кричу... и просыпаюсь, подпрыгиваю на кровати и дико озираюсь. Что это еще такое. Только ужасов мне не хватало. Что мне снилось, то чему я была свидетельницей, или... или это тварь мне подарочки шлет.
Вдруг раздался страшный шум. Стены вокруг затряслись и с потолка посыпались мелкие камни. Я слилась со своей стихией. Камень вокруг был пронизан жгутами чужеродной магии. Мне стало страшно, казалось, словно тысячи иголок впились в мое тело, но моя личина словно щит не давала проникнуть чему-то ужасному внутрь.
Лиена Лиена, - трясет за плечи Хорак, я стону и открываю глаза. Олар отшатнулся и вовремя саккараш почти достали до щеки раздался лязг стали. Да что это такое.
- Что с тобой? - Стараясь перекричать грохот, спрашивает Хорак.- Твои глаза черны, очнись Лиена, эриухи прорыли туннель и напали.
Я села и постаралась воздвигнуть вокруг стену, за которую не может пройти страшный рев черного хаоса. Видимо слышала его только я, так, как олар с удивлением таращился на меня. Из носа пошла кровь, темная почти черная. Мысленно дала приказ саккараш успокоиться, и скоро полог тишины накрыл комнату. Я словно оглохла, воздух вибрировал от давления, но, слава богу, не слышала жуткого стона камня. Хорак уже собирает мои вещи и рассказывает, что происходит.
- Эриухи прорыли туннель, всего за одну ночь. Все коридоры блокированы, мы должны уходить в Игнор, пока они не нашли и туннель наружу.
В комнату заскочил Марцел и еще двое людей. Наследник Киприяса был испуган, но на лице была написана решимость бороться до конца.
- Вы готовы? - Спросил он Хорака, а потом с удивлением посмотрел на меня. - Что с ней опять? - Голос его дрогнул.
- Нечего страшного, - ответила я вместо олара, - сейчас все пройдет.
Я натянула сапоги и собрала саккараш в узел. Много сил уходило, чтобы гасить их ярость.
-Идем. - Коротко сказал Хорак.
- Где Дроб? - Спросила я.
- Он ждет в переходах. - Ответил олар. В большом зале была неразбериха. Хорошо еще что, планируя атаку на Грааба, Дроб увел детей и женщин цефов в империю. Но все равно осталось много мелкого народца, а они точно не воины. В сопровождении гномов с небольшими сумками, только самое необходимое, длинной вереницей они тянулись к тайному выходу. Откуда-то вынырнул Дроб. На нем была легкая кольчуга, длинные волосы торчали в разные стороны за поясом странный топор, светящийся и гудящий, словно перегруженные провода. Взгляд как у сумасшедшего, рот искривлен злым оскалом.
- Уходим, - коротко бросил он нам и в последний раз оглянул покои, которые долгое время были ему домом, пошел вслед за цефами. Когда последний гном зашел в туннель Бад завалил вход.
- У нас есть несколько часов, пока падет последняя защита ворот. - Тихо сказал цеф. Камень вокруг содрогался в агонии. Я не могла понять, что это за сила. Ведь чудовище обладает темным даром, но то, что высасывало энергию из камня, была чуждая этому миру сила. От догадки, что мелькнула в голове, я запнулась. Это хаос. То же чувство что возникало около проклятых земель. Словно внутри рвотный комок, пытается выбраться наружу.
- Тебе плохо? - Поддержал под локоть Марцел. Последнее время он уделял мне очень много времени, и я уже начала подумывать, что нравлюсь королевичу.
- Нет, все нормально, - ответила я, просто мне пришла в голову страшная мысль.
Я перестала говорить, потому что бежать и говорить было трудно. Дроб все время оглядывался, а под конец приостановился и бежал рядом.
- Что могло произойти? - Недоумевал он. - Все было как всегда, он был слаб, собирался приносить жертвы, пить силу, а тут...- Дроб тряхнул почти распустившимися косицами.
-Он не тёмный. - Сказала я. Гном посмотрел с удивлением, обернулся ушедший вперед Марцел. - Он тварь хаоса, измененный, не просто убийца, а выжидающий своего часа умный противник. Скорее всего, на мгновенную атаку его подвигло то, что он почуял опасность.
Гном запнулся, топор прочертил по стене зигзаг, посыпались искры. В тоже время чуть впереди, дробя в мелкую крошку камень, вывалились эриухи. Я заметила, что они были странные. Чуть выше и шире, а кожа переливалась черным змеями. Черт. Силой стихии кинула большой камень, лежащий рядом. Придавила одного, на остальных напали Хорак с Марцелом. Измененные эриухи прибывали.
- Уводи всех! - Крикнул Дроб, Баду, тот согласно кивнул и, не оглядываясь, побежал за уходящими вдаль цефами. Эриухи разделились. Одни побежали вслед за цефами, другие напирали на нас. В полутемном туннеле было не развернуться. Сменяя друг друга Дроб Хорак и Марцел вели ожесточенный бой. Я видела все словно в замедленной съемке. От ужасного рева я почти оглохла, но нашла в себе силы на заклинание. Ему научил Бад. Туннель ощерился десятками острых шипов. Проткнутые насквозь эриухи дергались в агонии, а я продолжала взрывать по длине туннеля шипастую смерть. Понадеялась, что с несколькими эриухами цефы справятся, завалила туннель. Все… мы в ловушке. Мои товарищи уже устали, лиц из-за крови не было видно. Топор Дроба выполнял основную защиту. После его ударов твари уже не поднимались, зато у тех, кого ранили или убивали люди, раны заживали прямо на глазах. Страшное зрелище. Я слилась с камнем. Было больно. Словно меня пронзали тысячи нитей сосущие силы. Я чувствовала смрадный запах смерти. Смерти после, которой нет покоя.
Как делать туннели я теоретически знала, а до практики дела так и не дошло. Но как говориться глаза боятся, а руки делают. Туннель у меня выходил кривой, узкий и ненадежный, но за мной слышались учащенные дыхание друзей, и приходилось работать на полную силу. Не знаю, сколько времени мы продвигались вверх, Марцел был ранен, и пришлось создавать щит, тот который лечит. И еще я чувствовала, что, если мы в скором времени не покинем туннель, нас найдет тот, кто держит в своих силах все происходящие события. Я усмехнулась. Как самонадеянны мы были. Из туннеля попали в заброшенные залы. Высокий свод мерцал наростами светящегося гриба, а большие люстры поблескивали умирающим огнем. Кругом царило запустение. Пахло нечистотами и плесенью. Здесь камень стонал меньше, да почти не чувствовался запах хаоса. Один за другим из туннеля выскочили товарищи по несчастью, и из последних сил я завалила на уже вылезающих наружу эриухов верх туннеля, закрыв этим вход к нам. Со стоном упала на пол и затихла. Не было сил даже говорить. Рядом шумно дышали другие.
- Где мы? - Спросил Марцел.
- Мне кажется мы в покоях младших, они близко к поверхности земли. - Сопя, ответил Дроб.
- Надеюсь, твои люди спаслись. - Сочувственно сказал Хорак.
- Они выживут. - Уверенно прошептал гном. - Бад хороший маг. Что будем делать? - Меняя тему, продолжил Дроб.
- Выбираться отсюда, - фыркнула я, - по возможности живыми.
- Ты что-то говорила про тварей хаоса. - Подал голос королевич.
Я села и помахала онемевшими руками. Пришлось много магичить, непривычно.
- Если я правильно думаю, то наш противник не тёмный, а тварь хаоса, изменённая.
Все молча, пытались осознать мои слова.
- Это... этого не может быть. - С дрожью в голосе сказал Дроб.
- Я чувствую хаос и у меня были видения, - собравшись с силами, быстро пробормотала, - эта тварь была когда-то эльфом. В этом я уверена.
