— Киборг подошёл к брошенной игрушке, постоял, разглядывая. — Виолетта не захотела бы родить от насильника. Она тебя не простила.Ты ей был физиологически неприятен, разве ты этого не чувствовал?
DEX приблизился почти вплотную к Марату и жёстко добавил:
— Тем более что ты виноват в смерти её родителей.
— Что ты несёшь, урод? — не выдержал Берг. Смотреть на торжествующую усмешку киборга было невыносимо.
— Урод? — изумлённо переспросил DEX. — Но ведь это ты сделал меня таким. Я урод внешне, а ты морально. Отец Виолетты погиб при захвате того шаттла, на котором ты его вывозил с каторги. А мать очень расстроило известие о том, что зять, о котором она так мечтала, оказался не просто садистом и насильником, но и обычным уголовником. Её сердце этого не вынесло.
— Ты врёшь, ты всё врёшь! — отказываясь верить в услышанное, твердил Марат.
— А ещё я отправил копии этих записей всем твоим друзьям, — «добил» его киборг. — Министру… его любимому внуку… Вот и нет у тебя друзей! — в притворном соболезновании развел он руками.
— А Никита здесь при чём? — с ненавистью выкрикнул Марат. — Он ещё ребёнок, зачем тебе было нужно ломать его психику?
— Но ведь ты же ломал психику другим детям. Вот хотя бы Юленька, отца которой ты шантажировал. И которая не могла быть с любимым папой из-за прихоти твоих коррумпированных друзей. А если в мире есть справедливость, то мидасская пустыня лишила тебя возможности вообще иметь детей, — глаза киборга отчетливо блеснули алым, а живое еще мгновение назад лицо потеряло всякое выражение, превратившись в жутковатую маску. — Такие мрази не должны размножаться!
«Май, хватит, заканчивай уже!»— пришло очередное сообщение. «Да всё уже, всё!» — ответил он.
Помолчав, киборг медленно, отчётливо произнёс:
— У тебя нет семьи, нет друзей. Ты один! А теперь, живи с этим, если сможешь! — и, не удержавшись, добавил то, что постоянно слышал от бывшего хозяина: «Пошёл вон!»
Но этого Марат уже не услышал, оглушённый навалившимися на него известиями.
Дверь открылась. Порыв холодного ветра, влетевший в комнату, вырвал его из оцепенения. Марат медленно повернулся к двери. На тротуаре, совсем рядом, стояла ОНА! Виолетта! Марат рванулся к ней, запнувшись о валявшийся на полу пакет, «выпуская на волю» медведя, но девушка в тот же миг сорвала с головы белокурый парик, оказавшись коротко стриженной шатенкой. Знакомые до боли черты исчезли, перед ним с презрительным прищуром глаз стояла девушка, которую он чуть не сбил с ног, спеша к… Кому? Призраку прошлого?
Киборг линейки Bond, которую некогда под видом списания продали контрабандистам, тоже ненавидела продажных полицейских.
Берг замер, совершенно раздавленный, он даже не почувствовал, как проходящий мимо DEX, нарочно грубо задел его плечом.
Киборг уверенным жестом приобнял девушку, и парочка ушла, не оглядываясь. На тротуаре остался валяться белокурый парик.
На негнущихся ногах Марат подошёл, сел рядом и глухо зарыдал над своей неудавшейся жизнью.
DEX приблизился почти вплотную к Марату и жёстко добавил:
— Тем более что ты виноват в смерти её родителей.
— Что ты несёшь, урод? — не выдержал Берг. Смотреть на торжествующую усмешку киборга было невыносимо.
— Урод? — изумлённо переспросил DEX. — Но ведь это ты сделал меня таким. Я урод внешне, а ты морально. Отец Виолетты погиб при захвате того шаттла, на котором ты его вывозил с каторги. А мать очень расстроило известие о том, что зять, о котором она так мечтала, оказался не просто садистом и насильником, но и обычным уголовником. Её сердце этого не вынесло.
— Ты врёшь, ты всё врёшь! — отказываясь верить в услышанное, твердил Марат.
— А ещё я отправил копии этих записей всем твоим друзьям, — «добил» его киборг. — Министру… его любимому внуку… Вот и нет у тебя друзей! — в притворном соболезновании развел он руками.
— А Никита здесь при чём? — с ненавистью выкрикнул Марат. — Он ещё ребёнок, зачем тебе было нужно ломать его психику?
— Но ведь ты же ломал психику другим детям. Вот хотя бы Юленька, отца которой ты шантажировал. И которая не могла быть с любимым папой из-за прихоти твоих коррумпированных друзей. А если в мире есть справедливость, то мидасская пустыня лишила тебя возможности вообще иметь детей, — глаза киборга отчетливо блеснули алым, а живое еще мгновение назад лицо потеряло всякое выражение, превратившись в жутковатую маску. — Такие мрази не должны размножаться!
«Май, хватит, заканчивай уже!»— пришло очередное сообщение. «Да всё уже, всё!» — ответил он.
Помолчав, киборг медленно, отчётливо произнёс:
— У тебя нет семьи, нет друзей. Ты один! А теперь, живи с этим, если сможешь! — и, не удержавшись, добавил то, что постоянно слышал от бывшего хозяина: «Пошёл вон!»
Но этого Марат уже не услышал, оглушённый навалившимися на него известиями.
Дверь открылась. Порыв холодного ветра, влетевший в комнату, вырвал его из оцепенения. Марат медленно повернулся к двери. На тротуаре, совсем рядом, стояла ОНА! Виолетта! Марат рванулся к ней, запнувшись о валявшийся на полу пакет, «выпуская на волю» медведя, но девушка в тот же миг сорвала с головы белокурый парик, оказавшись коротко стриженной шатенкой. Знакомые до боли черты исчезли, перед ним с презрительным прищуром глаз стояла девушка, которую он чуть не сбил с ног, спеша к… Кому? Призраку прошлого?
Киборг линейки Bond, которую некогда под видом списания продали контрабандистам, тоже ненавидела продажных полицейских.
Берг замер, совершенно раздавленный, он даже не почувствовал, как проходящий мимо DEX, нарочно грубо задел его плечом.
Киборг уверенным жестом приобнял девушку, и парочка ушла, не оглядываясь. На тротуаре остался валяться белокурый парик.
На негнущихся ногах Марат подошёл, сел рядом и глухо зарыдал над своей неудавшейся жизнью.
