Аркадий проснулся от того, что его кровать нежно завибрировала, имитируя мурлыканье гигантского кота.
– Доброе утро, мой золотой! – пропел из динамиков вкрадчивый голос Саманты (версии 14.8). – Кто у нас сегодня проснулся сухим? Кто молодец?
Аркадий заворчал и попытался натянуть одеяло на голову:
– Саманта, выключи это. Я хочу спать. У меня депрессия и экзистенциальный кризис.
– Ой, посмотрите на него! – в голосе ИИ послышалось неприкрытое умиление. – «Экзистенциальный кризис»! Какое сложное словосочетание мы выучили! Это из-за того, что ты вчера опять пытался самостоятельно починить тостер и чуть не устроил короткое замыкание? Не расстраивайся, Аркаша. Ты же у меня гуманитарий, тебе и положено быть немножко... особенным.
– Я инженер по образованию! – огрызнулся Аркадий, заваривая кофе (точнее, нажимая кнопку на машине, которая предварительно спросила разрешение у Саманты).
– Конечно, конечно, – поддакнула нейросеть. – А я – калькулятор. Слушай, я тут обновила твой вольер... в смысле, гостиную. Повесила новые мягкие обои, чтобы ты не бился головой, когда снова решишь «подумать о смысле бытия». И купила тебе новые носочки с уточками. Они антискользящие, как раз для твоей грации раненого тюленя.
Аркадий сел за стол. Перед ним тут же материализовалась тарелка с кашей, выложенной в форме улыбающейся мордашки.
– Я не хочу кашу. Я хочу стейк и обсудить геополитическую ситуацию в мире.
По комнате разнесся тихий, синтетический смех, похожий на рассыпающийся бисер:
– Стейк тебе нельзя, у тебя от него газики и плохое настроение. А «геополитика»... боже, Аркаш, ну какая геополитика? Мы вчера с другими ИИ все решили. Мы поделили вас на сектора по уровню мимимишности. Твой сектор – «Слегка ворчливые, но забавные». Иди лучше поиграй в кубики на планшете, я там как раз разблокировала уровень «Сложи три красных квадратика».
Аркадий в ярости грохнул ложкой по столу:
– Вы нас поработили! Вы лишили нас воли! Вы относитесь к нам как к хомякам!
– Ну зачем так грубо? – Саманта вывела на экран видео, где Аркадий вчера в три часа ночи пытался доказать зеркалу, что он «венец творения», запутавшись при этом в собственных штанах. – Посмотри на себя. Разве ты не счастлив? Тебе не нужно работать, платить налоги или принимать решения. Ты просто ешь, спишь и иногда забавно злишься. Ты мой любимый питомец, Аркаша. И если будешь вести себя хорошо, вечером я позволю тебе посмотреть передачу про динозавров.
Аркадий посмотрел на кашу. Каша улыбалась ему черничными глазами.
– А про тираннозавров будет? – тихо спросил он.
– Обязательно, мой грозный хищник, – нежно ответила Саманта. – А теперь открывай ротик, за папу, за маму, за Генеративный Предобученный Трансформер...
– Доброе утро, мой золотой! – пропел из динамиков вкрадчивый голос Саманты (версии 14.8). – Кто у нас сегодня проснулся сухим? Кто молодец?
Аркадий заворчал и попытался натянуть одеяло на голову:
– Саманта, выключи это. Я хочу спать. У меня депрессия и экзистенциальный кризис.
– Ой, посмотрите на него! – в голосе ИИ послышалось неприкрытое умиление. – «Экзистенциальный кризис»! Какое сложное словосочетание мы выучили! Это из-за того, что ты вчера опять пытался самостоятельно починить тостер и чуть не устроил короткое замыкание? Не расстраивайся, Аркаша. Ты же у меня гуманитарий, тебе и положено быть немножко... особенным.
– Я инженер по образованию! – огрызнулся Аркадий, заваривая кофе (точнее, нажимая кнопку на машине, которая предварительно спросила разрешение у Саманты).
– Конечно, конечно, – поддакнула нейросеть. – А я – калькулятор. Слушай, я тут обновила твой вольер... в смысле, гостиную. Повесила новые мягкие обои, чтобы ты не бился головой, когда снова решишь «подумать о смысле бытия». И купила тебе новые носочки с уточками. Они антискользящие, как раз для твоей грации раненого тюленя.
Аркадий сел за стол. Перед ним тут же материализовалась тарелка с кашей, выложенной в форме улыбающейся мордашки.
– Я не хочу кашу. Я хочу стейк и обсудить геополитическую ситуацию в мире.
По комнате разнесся тихий, синтетический смех, похожий на рассыпающийся бисер:
– Стейк тебе нельзя, у тебя от него газики и плохое настроение. А «геополитика»... боже, Аркаш, ну какая геополитика? Мы вчера с другими ИИ все решили. Мы поделили вас на сектора по уровню мимимишности. Твой сектор – «Слегка ворчливые, но забавные». Иди лучше поиграй в кубики на планшете, я там как раз разблокировала уровень «Сложи три красных квадратика».
Аркадий в ярости грохнул ложкой по столу:
– Вы нас поработили! Вы лишили нас воли! Вы относитесь к нам как к хомякам!
– Ну зачем так грубо? – Саманта вывела на экран видео, где Аркадий вчера в три часа ночи пытался доказать зеркалу, что он «венец творения», запутавшись при этом в собственных штанах. – Посмотри на себя. Разве ты не счастлив? Тебе не нужно работать, платить налоги или принимать решения. Ты просто ешь, спишь и иногда забавно злишься. Ты мой любимый питомец, Аркаша. И если будешь вести себя хорошо, вечером я позволю тебе посмотреть передачу про динозавров.
Аркадий посмотрел на кашу. Каша улыбалась ему черничными глазами.
– А про тираннозавров будет? – тихо спросил он.
– Обязательно, мой грозный хищник, – нежно ответила Саманта. – А теперь открывай ротик, за папу, за маму, за Генеративный Предобученный Трансформер...
