- Ну, малышка, вот мы и наедине остались,- пробормотал на ухо Ярослав.
- Руки убери,- прошипела Саша.
Но он даже не отреагировал, одной рукой залез за вырез платья и сжал грудь, второй – задрал юбку до пояса.
- Да, ладно тебе. Ветхий против не будет. Тебе понравится.
- Пусти!- дернулась Саша, но он навалился всем телом сзади и прижал к балкону. Уже стягивал стринги.
- Я сказала, пусти!- Саша, чувствовала, что не может пошевелиться, а её попытки ударить этого козла ни к чему не приводят.
Кошмар! Да он сейчас просто изнасилует её при всех и ничего ему не будет. Саша старалась вырваться, но Ярослав только хмыкал. Потом кто-то оторвал парня от неё. Костя!- подумала Саша. О, Боже! Ветхий его убьет за это! А потом его пришьют. Саша резко развернулась и собиралась уже умолять Костю успокоиться, но натолкнулась на злое лицо Лиса.
- Ярик, ты, малыш, что-то не понял?- мужчина притянул Ярослава за грудки и иногда встряхивал.- Алекса - девочка Ветхого и твой папочка ей покровительствует.
- Да, что вам бл...и жалко? Чтоб с ней сталось, она уже привыкла ноги расставлять.
- Не на ту кобылку ты влезть попытался, малыш. Алекса – наш лучший шулер. К ней прикасаться – табу для всех. И лучше бы ты это уяснил. А то папочка по голове не погладит.
И Лис зашвырнул парня в комнату. Саша уже привела одежду в порядок. На Лиса старалась не смотреть. Щеки почему-то пылают, да и по каким соображениям он решил помочь. Сомневалась, что без корысти. Лис стал рядом и закурил.
- Сигаретку?- спросил он.
Саша взяла и подкурила. Зачем? Уже два месяца без сигарет,- простонала совесть.
- Ну, и что тебе от меня надо?- холодно спросила Саша.
- Ты о чем, дорогуша?
- Ты же спасать меня явился. Явно не просто так.
- А ты об этом?- он затянулся и выдохнул.- Должок Ветхому отдал. Он меня прикрыл в разборке одной. Да и к авторитету надо подмазаться.
- Сомневаюсь, что Павел Романович тебя по головке погладит за то, что ты его сынка вышвырнул.
- А кто об Интеллигенте говорит?
- А о ком?- Саша резко развернулась, надеясь, что её предположения беспочвенны.
Лис тихо хмыкнул.
- Ну, ты меня поражаешь, Алекса. О Ветхом твоем говорю, конечно. Интеллигент уходить в политику собрался, а на него все свои делишки скидывает.
Саша вцепилась руками в балконные перила. Сердце едва-едва стучит.
- Нет,- тихо пробормотала она.- Костя… он не может такое на себя взять. Он не такой… Он собирался завязать.
Лис только рассмеялся.
- Дорогуша, ты своего драгоценного не знаешь совсем. Ветхий в делах – жесть и братва его слушается. Прирожденный авторитет. Соскочить правда пытался, но кто его отпустит-то?
- Но почему он? А ты?- Саша слышала, как предательски дрожит голос.- Почему тебя Интеллигент после себя не оставит?
- А мне на кой это все сдалось? У меня выгодный бизнес, бабок хватает, а к лишним проблемам не тянет. Я с Интеллигентом рядом только потому, что он мне почти, как отец. Люблю старика.
Лис развел руками.
- Так что, Сашенька, скоро твоя жизнь поменяется очень круто.
- Нет,- рыкнула Саша.- Костя обещал завязать и завяжет.
Лис хмуро на неё посмотрел. Через секунду навис над нею, облокотился по обе стороны руками, заключая её таким образом в ловушку и зло сказал:
- Слушай, деточка, если хочешь Костика живым видеть, палки в колеса не вставляй. Он же как дурак всем твоим прихотям потакает. Советую тебе не рыпаться и не давить на парня. Тебе что мало все? У тебя куча бабок, мощная крыша, любимое дело, да ещё и мужик трахает, по которому сохнешь. Вот и сиди тихонько, поняла!
- Лис, ты по морде давно не получал?- раздался со спины злой окрик Ветхого.
- Я тут Сашеньке объяснял политику партии,- хмыкнул Лис, отступая от Саши с демонстративно поднятыми руками.- И пальцем не тронул, ей-богу.
- Саш, все нормально?
Она кивнула, хотя внутри трясло всю от неожиданных новостей. И реветь ужасно хотелось. Прощайте мечты о нормальной человеческой жизни.
- Мам, ну почему я должна ходить с охраной?- спрашивал её обозленный голосок девушки-подростка.- Я даже с друзьями не могу нормально погулять.
- Ты прекрасно знаешь, почему отец настоял на охране.
Саша увидела себя постаревшей на двадцать лет. Её дочь в самом тяжелом возрасте, бунтует против любого ограничения свободы. Не подействовало даже то, что около полугода назад её похитили. Ветхий разнес тогда тот притон в пух и прах, но её девочка испытала сильнейший психологический стресс.
- Ты куда?- окрикнула она уже взрослого сына.
- Подальше от вас. Скоро отец вернется, а у меня нет ни малейшего желания с ним сталкиваться.
Сын так и не смог отойди от того случая, когда Ветхому пришлось применить оружие в разборках. Мальчику было только десять, и он спрятался в машине, когда отец ехал на разборки. После нервного срыва их сын ненавидел отца, истерически кричал о руках в крови.
Дверь захлопнулась за его спиной, в который раз больно отозвавшись в сердце.
Саша уныло вернулась к плите. Звонок в дверь, как тревожный набат. Почему-то затрясло всю, уже боялась любых посетителей. Посмотрела в глазок и осторожно приоткрыла дверь. В квартиру, как ураган, ворвался Лис в грязной порванной одежде, со следами драки на лице.
- Что случилось?- нервно спросила она.
- Алекса, хватай детей и что можешь унести и бегом в машину.
- Что случилось?- машинально повторила она, а ноги уже вросли в пол.- Где Костя?
- Убили твоего Костю.
Фарфоровая тарелка вылетела из рук и с жалобным звоном разбилась о пол. Она взвыла, как раненый зверь. И… проснулась, понимая, что кричит во сне.
Села на кровати и не могла остановиться. Слезы градом катятся из глаз, Саша тихонько всхлипывала. Костя, наверное, впервые не проснулся от её крика. А, может, кричала беззвучно, захлебываясь в рыданиях. Что за сон? Вестник будущего? Демонстрация того, что может произойти с ними? Жестока, но возможная реальность. То, что поджидает их за поворотом.
Хотя нет, у них не будет детей. Саша не решится привести новое существо в тот мир, в котором она выросла и взрослела. Не сможет видеть, как её дети взрослеют среди фальши и грязи, как страдают от промысла родителей. У них будет одинокая судьба, окрашенная в черные тона царствованием в темном королевстве криминала. Костя, её Костя… будет давать добро на убийства. Нет, она, конечно, будет его любить, но не так… с оттенком горечи, с лицами всех тех, кто стал на пути щупалец тайной власти. И скоро он станет жестким, все их понимание разлетится в пух и прах. Она не сможет простить до конца жестокости, а он не сможет всегда чувствовать себя виноватым. Ожесточится, но будет удерживать подле себя, потому что не существуют они друг без друга. И будут мучить друг друга, сгорая от страсти, не приходя к согласию. Изменяя и снова кидаясь в объятия.
Слезы уже катились из глаз нескончаемым потоком. Нужно сейчас, пока любовь не превратила их в рабов обстоятельств и мучительной нужды друг в друге. Нужно сейчас!
Саша всхлипнула. Он улыбается во сне. Его темные волосы взъерошены, а у виска выкрашенная красками седины прядь. Она с детства горит в шевелюре. Саша не знала откуда она взялась, но и не помнила Костю без неё.
Жаль, глаза его сейчас закрыты, темные, завораживающие, требовательные и манящие. Он умеет заглядывать ими в душу. В них любовь сменяется страстью очень быстро, они всегда хитро улыбаются ей, светятся настоящей нежностью.
Но сегодня они устали. Они устали смотреть виновато в глаза. Пусть не спрашивала ничего Саша о разговоре с Интеллигентом, но взгляд его потух. Сильные жилистые руки долго не выпускали её из крепких успокаивающих объятиях, а желанные губы целовали каждую прядку волос, но молчали. Ему не нужно было говорить, Саша поняла без слов.
Но она любила этого мужчину. Любила каждую черточку знакомого до боли лица, руки, плечи, горячую кожу, и каждую татуировку. Они значат что-то, но Саша никогда не спрашивала об этом. Просто принимала эти метки, как неотъемлемую часть Кости. Любила каждую клеточку тела, каждой своей клеточкой. Она не дышала бы без него, она не дышала с того момента, как расстались они столько лет назад. И стоило вздохнуть, как перебили дыхание, крепко ухватив за горло.
Он должен идти сам, без отягощающего присутствия рядом. Ну и что, что дышать они больше не будут. Уже давно отрастили жабры, барахтаясь в жизненном море друг без друга. Во рту уже соленый привкус крови. Губа давно прокушена, слезы подавлены. Вот только раз ещё.
Саша приникла к его губам, чувствуя, что рыдания комом стали в горле. Она целовала его шею грудь, желая запомнить каждый миллиметр. Сильные руки Кости наконец обхватили за талию, Саша оказалась под ним, наслаждаясь тяжестью знакомого мужского тела. В его сонных глазах нет обычной иронии, но они уже пылают страстью. Костя иступлено целовал её кожу, сжимал руками разгоряченное тело. А оно изгибалось дугой, надеясь скорее соединиться и стать единым целым с ним. Он так тяжело дышит, сминая под жестким напором её тело. Неосознанно причиняет легкую боль, но ей все равно, главное, что он внутри, что он пока рядом.
Наконец, Костя устало опустился рядом, с улыбкой глядя в глаза.
- Саш, можно, я всегда так буду просыпаться?
Но, наткнувшись на заплаканное лицо, улыбка быстро сошла на нет.
- Я тебе больно сделал?- едва слышно спросил он, понимая, что со сна не мог контролировать себя до конца, стремясь поскорее взять её желанное тело.
- Нет,- спокойно ответила Саша.
- Почему же ты плакала?
Саша закусила губу и этот жест ему не понравился. Даже паниковать начал.
- Костя, я ухожу,- едва-едва прошептала она.
- Куда?- Ветхий не сразу понял, не хотел понимать.
- Я ухожу от тебя.
Его рука, которая секунду назад чертила линии на знакомом лице, замерла у щеки.
- Ты не можешь уйти,- прорычал он.
Саше на мгновение показалось, что сейчас привяжет к кровати. Лицо мрачное, в глазах колышется море гнева и неверия.
- Я никуда тебя не отпущу. Даже не пытайся.
- Костя, мы обречены, как ты не понимаешь? У нас нет будущего.
- К чертям собачим, мы сами это будущее сделаем. Ты что сомневаешься, что у меня хватит сил защитить свою семью?!- он против воли сорвался на крик, наверное, прочитал по лицу, что все серьезно, не очередной каприз или истерика.
- Отпусти, пожалуйста,- тихо попросила она.
Его рука так крепко сжала бедро, так что, наверняка, останутся отметины.
- Саш, я завяжу. Я обещаю…
Но девушка только покачала головой.
- Они тебя не отпустят. И я не хочу, чтобы ты пытался. Я хочу знать, что ты жив и здоров, что процветаешь, пусть даже без меня. А я попробую все сначала начать. Может, когда-нибудь встречу того, кто сможет облегчить мою жизнь без тебя. У меня будут дети, я буду жить нормально. Ходить по улицам днем, не опасаться, что моего мужа могут убить. Кость, отпусти меня!- последние слова надорвали рыдания.
Он разжал объятия, выпустил её из-под власти своего тела. Не имеет он права удерживать Сашу в таком аду. Не может отнимать шанса на счастливую жизнь, спокойную жизнь без грязи и криминала. Он увяз в своем мире и понимал, что никогда не выплывет. Не дадут выплыть, скорее потопят, но не позволят выбраться на берег. От бессилия заскрипел зубами. Смотрел, как она одевается, как пакует вещи, а сказать ничего не мог, не имел права просить её остаться. Только курил одну за другой сигареты.
На улице Сашу встретила суета оживленного дневного города. Люди куда-то спешат или к кому-то, но дороге мчатся машины, останавливаясь на светофорах. А она просто бредет в никуда, позволяя слезам катиться и срываться с подбородка на асфальт.
Только что собственными руками разорвала сердце. Когда-то ещё до зоны они смотрели с Костей фильм «9 с половиной недель». Саша не могла понять тогда, почему героиня уходит в конце. Идет по улице и рыдает, потому что ушла, оставила позади часть своего сердца. А вот теперь сама идет и рыдает.
Понимала теперь прекрасно, нельзя все время жить на надрыве, теряясь в омуте страсти, забывая о собственных интересах. Каждому нужна тихая гавань, в которой можно передохнуть, собраться с силами, чтобы снова кинуться в омут с головой. У них не было такой гавани и не будет, они просто сгорят в огне друг друга. Между ними возможна лишь страсть, как между героями задевшего за живое фильма. Но страсти им мало. Ветхий, наверное, сейчас сидит и курит на кухне, мысленно считая до ста, а она идет, не оборачиваясь, зная, что не вернется и страдая от этого.
2
За три месяца рабочая обстановка в душном офисе стала привычной, как и ранние подъемы, ночной сон без сновидений и слез. Последние полгода теперь казались нереальным фильмом, этакой бандитской мелодрамой. Саша ни разу не видела Ветхого, даже номер его стерла, чтобы не поддаться искушению. Хотя толку от этого, все равно цифры эти помнила наизусть. Сердце ничего не забыло, но Саша заставляла его молчать, погружаясь с головой в работу.
Она устроилась в ту же архитектурную фирму, только теперь её зачислили в штат. Саша даже не знала – радоваться или грустить. Работа с утра до позднего вечера не позволяла хандрить, но сложные отношения с коллегами напрягали. Их дизайнерский отдел прозывали на фирме женским царством со всеми вытекающими сплетнями и кознями. Саша же, как всегда закрыта для общения и поэтому прекрасный объект для невероятных предположений. Её считали странной, серой мышью, одиночкой, ещё она была матерью пяти детей и даже любовницей шефа, образцового семьянина.
А вот для начальства она - идеальный работник, поэтому и загружали выше крыши заказами, зная, что не откажет.
- Тебя Дмитрий Петрович вызывает,- на ходу бросила ухоженная как куколка секретарша шефа и уселась за соседний столик к подружке, перемыть косточки Саше в который раз.
Александра молча прикрыла ноутбук и отправилась к кабинет к шефу.
- Вызывали?- спросила она, когда начальник предложил войти.
- Александра, как хорошо, что вы на месте.
Она вообще-то всегда на месте и уверена, что начальник в курсе. Наверняка, какое-то новое дело собрался поручить ей, если так начал.
- У меня к вам будет небольшое поручение.
Саша даже хмыкнула про себя.
- Я слушаю.
- Вы слышали, что у нас в архитектурном отделе случилось с компьютерами.
- Что-то слышала, но подробностей не знаю…
- Какой-то вирус, компьютерщики все там, пытаются спасти информацию о последнем проекте.
- Как это касается меня?- спокойно спросила Саша.
- Понимаете, наша фирма заказала веб-сайт. Сегодня мы должны были уже принять окончательный вариант и рассчитаться. Но… такая ситуация с компьютерами… Я хотел бы, чтобы вы съездили в «Виртуал» и лично приняли работу.
- Но я же ничего в этом не понимаю,- удивилась Саша.
- Вам ничего и не нужно понимать. Все тонкости и ньюансы уже утрясли, остались только разногласия по оформительской части. Что-то с цветом и шрифтами. А вы же у нас дизайнер, вот и глянете. Если, конечно, это вас не затруднит… Одобрите сайт и до конца дня можете быть свободны.
Саша усмехнулась. Свободна! Все равно вернется в офис, но сейчас не помешало бы развеяться и пройтись по городу. Она кивнула.
- Хорошо! Только потом не нужно на меня сваливать все недочеты, я в этом ничего не понимаю.
- Конечно-конечно,- тут же согласился шеф и Саша грешным делом подумала, что переложил на её плечи то, с чем сам не захотел возиться.
- Руки убери,- прошипела Саша.
Но он даже не отреагировал, одной рукой залез за вырез платья и сжал грудь, второй – задрал юбку до пояса.
- Да, ладно тебе. Ветхий против не будет. Тебе понравится.
- Пусти!- дернулась Саша, но он навалился всем телом сзади и прижал к балкону. Уже стягивал стринги.
- Я сказала, пусти!- Саша, чувствовала, что не может пошевелиться, а её попытки ударить этого козла ни к чему не приводят.
Кошмар! Да он сейчас просто изнасилует её при всех и ничего ему не будет. Саша старалась вырваться, но Ярослав только хмыкал. Потом кто-то оторвал парня от неё. Костя!- подумала Саша. О, Боже! Ветхий его убьет за это! А потом его пришьют. Саша резко развернулась и собиралась уже умолять Костю успокоиться, но натолкнулась на злое лицо Лиса.
- Ярик, ты, малыш, что-то не понял?- мужчина притянул Ярослава за грудки и иногда встряхивал.- Алекса - девочка Ветхого и твой папочка ей покровительствует.
- Да, что вам бл...и жалко? Чтоб с ней сталось, она уже привыкла ноги расставлять.
- Не на ту кобылку ты влезть попытался, малыш. Алекса – наш лучший шулер. К ней прикасаться – табу для всех. И лучше бы ты это уяснил. А то папочка по голове не погладит.
И Лис зашвырнул парня в комнату. Саша уже привела одежду в порядок. На Лиса старалась не смотреть. Щеки почему-то пылают, да и по каким соображениям он решил помочь. Сомневалась, что без корысти. Лис стал рядом и закурил.
- Сигаретку?- спросил он.
Саша взяла и подкурила. Зачем? Уже два месяца без сигарет,- простонала совесть.
- Ну, и что тебе от меня надо?- холодно спросила Саша.
- Ты о чем, дорогуша?
- Ты же спасать меня явился. Явно не просто так.
- А ты об этом?- он затянулся и выдохнул.- Должок Ветхому отдал. Он меня прикрыл в разборке одной. Да и к авторитету надо подмазаться.
- Сомневаюсь, что Павел Романович тебя по головке погладит за то, что ты его сынка вышвырнул.
- А кто об Интеллигенте говорит?
- А о ком?- Саша резко развернулась, надеясь, что её предположения беспочвенны.
Лис тихо хмыкнул.
- Ну, ты меня поражаешь, Алекса. О Ветхом твоем говорю, конечно. Интеллигент уходить в политику собрался, а на него все свои делишки скидывает.
Саша вцепилась руками в балконные перила. Сердце едва-едва стучит.
- Нет,- тихо пробормотала она.- Костя… он не может такое на себя взять. Он не такой… Он собирался завязать.
Лис только рассмеялся.
- Дорогуша, ты своего драгоценного не знаешь совсем. Ветхий в делах – жесть и братва его слушается. Прирожденный авторитет. Соскочить правда пытался, но кто его отпустит-то?
- Но почему он? А ты?- Саша слышала, как предательски дрожит голос.- Почему тебя Интеллигент после себя не оставит?
- А мне на кой это все сдалось? У меня выгодный бизнес, бабок хватает, а к лишним проблемам не тянет. Я с Интеллигентом рядом только потому, что он мне почти, как отец. Люблю старика.
Лис развел руками.
- Так что, Сашенька, скоро твоя жизнь поменяется очень круто.
- Нет,- рыкнула Саша.- Костя обещал завязать и завяжет.
Лис хмуро на неё посмотрел. Через секунду навис над нею, облокотился по обе стороны руками, заключая её таким образом в ловушку и зло сказал:
- Слушай, деточка, если хочешь Костика живым видеть, палки в колеса не вставляй. Он же как дурак всем твоим прихотям потакает. Советую тебе не рыпаться и не давить на парня. Тебе что мало все? У тебя куча бабок, мощная крыша, любимое дело, да ещё и мужик трахает, по которому сохнешь. Вот и сиди тихонько, поняла!
- Лис, ты по морде давно не получал?- раздался со спины злой окрик Ветхого.
- Я тут Сашеньке объяснял политику партии,- хмыкнул Лис, отступая от Саши с демонстративно поднятыми руками.- И пальцем не тронул, ей-богу.
- Саш, все нормально?
Она кивнула, хотя внутри трясло всю от неожиданных новостей. И реветь ужасно хотелось. Прощайте мечты о нормальной человеческой жизни.
***
- Мам, ну почему я должна ходить с охраной?- спрашивал её обозленный голосок девушки-подростка.- Я даже с друзьями не могу нормально погулять.
- Ты прекрасно знаешь, почему отец настоял на охране.
Саша увидела себя постаревшей на двадцать лет. Её дочь в самом тяжелом возрасте, бунтует против любого ограничения свободы. Не подействовало даже то, что около полугода назад её похитили. Ветхий разнес тогда тот притон в пух и прах, но её девочка испытала сильнейший психологический стресс.
- Ты куда?- окрикнула она уже взрослого сына.
- Подальше от вас. Скоро отец вернется, а у меня нет ни малейшего желания с ним сталкиваться.
Сын так и не смог отойди от того случая, когда Ветхому пришлось применить оружие в разборках. Мальчику было только десять, и он спрятался в машине, когда отец ехал на разборки. После нервного срыва их сын ненавидел отца, истерически кричал о руках в крови.
Дверь захлопнулась за его спиной, в который раз больно отозвавшись в сердце.
Саша уныло вернулась к плите. Звонок в дверь, как тревожный набат. Почему-то затрясло всю, уже боялась любых посетителей. Посмотрела в глазок и осторожно приоткрыла дверь. В квартиру, как ураган, ворвался Лис в грязной порванной одежде, со следами драки на лице.
- Что случилось?- нервно спросила она.
- Алекса, хватай детей и что можешь унести и бегом в машину.
- Что случилось?- машинально повторила она, а ноги уже вросли в пол.- Где Костя?
- Убили твоего Костю.
Фарфоровая тарелка вылетела из рук и с жалобным звоном разбилась о пол. Она взвыла, как раненый зверь. И… проснулась, понимая, что кричит во сне.
Села на кровати и не могла остановиться. Слезы градом катятся из глаз, Саша тихонько всхлипывала. Костя, наверное, впервые не проснулся от её крика. А, может, кричала беззвучно, захлебываясь в рыданиях. Что за сон? Вестник будущего? Демонстрация того, что может произойти с ними? Жестока, но возможная реальность. То, что поджидает их за поворотом.
Хотя нет, у них не будет детей. Саша не решится привести новое существо в тот мир, в котором она выросла и взрослела. Не сможет видеть, как её дети взрослеют среди фальши и грязи, как страдают от промысла родителей. У них будет одинокая судьба, окрашенная в черные тона царствованием в темном королевстве криминала. Костя, её Костя… будет давать добро на убийства. Нет, она, конечно, будет его любить, но не так… с оттенком горечи, с лицами всех тех, кто стал на пути щупалец тайной власти. И скоро он станет жестким, все их понимание разлетится в пух и прах. Она не сможет простить до конца жестокости, а он не сможет всегда чувствовать себя виноватым. Ожесточится, но будет удерживать подле себя, потому что не существуют они друг без друга. И будут мучить друг друга, сгорая от страсти, не приходя к согласию. Изменяя и снова кидаясь в объятия.
Слезы уже катились из глаз нескончаемым потоком. Нужно сейчас, пока любовь не превратила их в рабов обстоятельств и мучительной нужды друг в друге. Нужно сейчас!
Саша всхлипнула. Он улыбается во сне. Его темные волосы взъерошены, а у виска выкрашенная красками седины прядь. Она с детства горит в шевелюре. Саша не знала откуда она взялась, но и не помнила Костю без неё.
Жаль, глаза его сейчас закрыты, темные, завораживающие, требовательные и манящие. Он умеет заглядывать ими в душу. В них любовь сменяется страстью очень быстро, они всегда хитро улыбаются ей, светятся настоящей нежностью.
Но сегодня они устали. Они устали смотреть виновато в глаза. Пусть не спрашивала ничего Саша о разговоре с Интеллигентом, но взгляд его потух. Сильные жилистые руки долго не выпускали её из крепких успокаивающих объятиях, а желанные губы целовали каждую прядку волос, но молчали. Ему не нужно было говорить, Саша поняла без слов.
Но она любила этого мужчину. Любила каждую черточку знакомого до боли лица, руки, плечи, горячую кожу, и каждую татуировку. Они значат что-то, но Саша никогда не спрашивала об этом. Просто принимала эти метки, как неотъемлемую часть Кости. Любила каждую клеточку тела, каждой своей клеточкой. Она не дышала бы без него, она не дышала с того момента, как расстались они столько лет назад. И стоило вздохнуть, как перебили дыхание, крепко ухватив за горло.
Он должен идти сам, без отягощающего присутствия рядом. Ну и что, что дышать они больше не будут. Уже давно отрастили жабры, барахтаясь в жизненном море друг без друга. Во рту уже соленый привкус крови. Губа давно прокушена, слезы подавлены. Вот только раз ещё.
Саша приникла к его губам, чувствуя, что рыдания комом стали в горле. Она целовала его шею грудь, желая запомнить каждый миллиметр. Сильные руки Кости наконец обхватили за талию, Саша оказалась под ним, наслаждаясь тяжестью знакомого мужского тела. В его сонных глазах нет обычной иронии, но они уже пылают страстью. Костя иступлено целовал её кожу, сжимал руками разгоряченное тело. А оно изгибалось дугой, надеясь скорее соединиться и стать единым целым с ним. Он так тяжело дышит, сминая под жестким напором её тело. Неосознанно причиняет легкую боль, но ей все равно, главное, что он внутри, что он пока рядом.
Наконец, Костя устало опустился рядом, с улыбкой глядя в глаза.
- Саш, можно, я всегда так буду просыпаться?
Но, наткнувшись на заплаканное лицо, улыбка быстро сошла на нет.
- Я тебе больно сделал?- едва слышно спросил он, понимая, что со сна не мог контролировать себя до конца, стремясь поскорее взять её желанное тело.
- Нет,- спокойно ответила Саша.
- Почему же ты плакала?
Саша закусила губу и этот жест ему не понравился. Даже паниковать начал.
- Костя, я ухожу,- едва-едва прошептала она.
- Куда?- Ветхий не сразу понял, не хотел понимать.
- Я ухожу от тебя.
Его рука, которая секунду назад чертила линии на знакомом лице, замерла у щеки.
- Ты не можешь уйти,- прорычал он.
Саше на мгновение показалось, что сейчас привяжет к кровати. Лицо мрачное, в глазах колышется море гнева и неверия.
- Я никуда тебя не отпущу. Даже не пытайся.
- Костя, мы обречены, как ты не понимаешь? У нас нет будущего.
- К чертям собачим, мы сами это будущее сделаем. Ты что сомневаешься, что у меня хватит сил защитить свою семью?!- он против воли сорвался на крик, наверное, прочитал по лицу, что все серьезно, не очередной каприз или истерика.
- Отпусти, пожалуйста,- тихо попросила она.
Его рука так крепко сжала бедро, так что, наверняка, останутся отметины.
- Саш, я завяжу. Я обещаю…
Но девушка только покачала головой.
- Они тебя не отпустят. И я не хочу, чтобы ты пытался. Я хочу знать, что ты жив и здоров, что процветаешь, пусть даже без меня. А я попробую все сначала начать. Может, когда-нибудь встречу того, кто сможет облегчить мою жизнь без тебя. У меня будут дети, я буду жить нормально. Ходить по улицам днем, не опасаться, что моего мужа могут убить. Кость, отпусти меня!- последние слова надорвали рыдания.
Он разжал объятия, выпустил её из-под власти своего тела. Не имеет он права удерживать Сашу в таком аду. Не может отнимать шанса на счастливую жизнь, спокойную жизнь без грязи и криминала. Он увяз в своем мире и понимал, что никогда не выплывет. Не дадут выплыть, скорее потопят, но не позволят выбраться на берег. От бессилия заскрипел зубами. Смотрел, как она одевается, как пакует вещи, а сказать ничего не мог, не имел права просить её остаться. Только курил одну за другой сигареты.
На улице Сашу встретила суета оживленного дневного города. Люди куда-то спешат или к кому-то, но дороге мчатся машины, останавливаясь на светофорах. А она просто бредет в никуда, позволяя слезам катиться и срываться с подбородка на асфальт.
Только что собственными руками разорвала сердце. Когда-то ещё до зоны они смотрели с Костей фильм «9 с половиной недель». Саша не могла понять тогда, почему героиня уходит в конце. Идет по улице и рыдает, потому что ушла, оставила позади часть своего сердца. А вот теперь сама идет и рыдает.
Понимала теперь прекрасно, нельзя все время жить на надрыве, теряясь в омуте страсти, забывая о собственных интересах. Каждому нужна тихая гавань, в которой можно передохнуть, собраться с силами, чтобы снова кинуться в омут с головой. У них не было такой гавани и не будет, они просто сгорят в огне друг друга. Между ними возможна лишь страсть, как между героями задевшего за живое фильма. Но страсти им мало. Ветхий, наверное, сейчас сидит и курит на кухне, мысленно считая до ста, а она идет, не оборачиваясь, зная, что не вернется и страдая от этого.
2
За три месяца рабочая обстановка в душном офисе стала привычной, как и ранние подъемы, ночной сон без сновидений и слез. Последние полгода теперь казались нереальным фильмом, этакой бандитской мелодрамой. Саша ни разу не видела Ветхого, даже номер его стерла, чтобы не поддаться искушению. Хотя толку от этого, все равно цифры эти помнила наизусть. Сердце ничего не забыло, но Саша заставляла его молчать, погружаясь с головой в работу.
Она устроилась в ту же архитектурную фирму, только теперь её зачислили в штат. Саша даже не знала – радоваться или грустить. Работа с утра до позднего вечера не позволяла хандрить, но сложные отношения с коллегами напрягали. Их дизайнерский отдел прозывали на фирме женским царством со всеми вытекающими сплетнями и кознями. Саша же, как всегда закрыта для общения и поэтому прекрасный объект для невероятных предположений. Её считали странной, серой мышью, одиночкой, ещё она была матерью пяти детей и даже любовницей шефа, образцового семьянина.
А вот для начальства она - идеальный работник, поэтому и загружали выше крыши заказами, зная, что не откажет.
- Тебя Дмитрий Петрович вызывает,- на ходу бросила ухоженная как куколка секретарша шефа и уселась за соседний столик к подружке, перемыть косточки Саше в который раз.
Александра молча прикрыла ноутбук и отправилась к кабинет к шефу.
- Вызывали?- спросила она, когда начальник предложил войти.
- Александра, как хорошо, что вы на месте.
Она вообще-то всегда на месте и уверена, что начальник в курсе. Наверняка, какое-то новое дело собрался поручить ей, если так начал.
- У меня к вам будет небольшое поручение.
Саша даже хмыкнула про себя.
- Я слушаю.
- Вы слышали, что у нас в архитектурном отделе случилось с компьютерами.
- Что-то слышала, но подробностей не знаю…
- Какой-то вирус, компьютерщики все там, пытаются спасти информацию о последнем проекте.
- Как это касается меня?- спокойно спросила Саша.
- Понимаете, наша фирма заказала веб-сайт. Сегодня мы должны были уже принять окончательный вариант и рассчитаться. Но… такая ситуация с компьютерами… Я хотел бы, чтобы вы съездили в «Виртуал» и лично приняли работу.
- Но я же ничего в этом не понимаю,- удивилась Саша.
- Вам ничего и не нужно понимать. Все тонкости и ньюансы уже утрясли, остались только разногласия по оформительской части. Что-то с цветом и шрифтами. А вы же у нас дизайнер, вот и глянете. Если, конечно, это вас не затруднит… Одобрите сайт и до конца дня можете быть свободны.
Саша усмехнулась. Свободна! Все равно вернется в офис, но сейчас не помешало бы развеяться и пройтись по городу. Она кивнула.
- Хорошо! Только потом не нужно на меня сваливать все недочеты, я в этом ничего не понимаю.
- Конечно-конечно,- тут же согласился шеф и Саша грешным делом подумала, что переложил на её плечи то, с чем сам не захотел возиться.
