Аннотация к эпизоду
Зайцев разочаровывается в людях. Паскаль и Аякс пьют кофе, сваренный на песке.Ворвавшаяся с морозца в студию Пушкина была чудо как хороша – глаза горели, всегда идеальная прическа растрепалась под капюшоном алого пуховика.
- Какая красота за городом, мальчики, вы не представляете! – с порога воскликнула она, скидывая куртку на руки Аяксу. – Там уже такой снег везде лежит, прямо сказка! Ей-богу, уеду на Новый год в какой-нибудь дом отдыха, буду есть, спать, гулять…
Она прошла в студию, села за стол и с недоумением оглянулась на Серафима, который кемарил в любимом кресле. Несмотря на то, что встречу с медиумом назначили после обеда, блондин из-за событий предыдущей ночи долго не мог уснуть, а когда уснул – нужно было вставать, собираться и ехать в Сити.
Паскаль так и стоял у окна. Когда Серафим приехал, ему даже показалось, что исполинская тень начальника накрыла город, но он вовремя сморгнул.
- Здесь вообще кто-нибудь в курсе, что скоро Новый год? – растерянно спросила Александра у Аякса, поставившего перед ней чашку с цикоричино. – Уже елки везде поставили и иллюминацию начали вешать...
Сползший с дивана Бармалей, подойдя к столу, упал на пол, положив голову Пушкиной на ногу. Та машинально потрепала его по боку.
- Новый год – для нас выходной, – Паскаль ожил и отошел к кофе-машине. – Так что вы вполне можете устроить себе загородный вояж на неделю.
- Почему? Почему выходной? – продирая глаза и зевая, Серафим выбрался из уютного кресла и тоже сел за стол.
- Потому что в Москве на Новый год даже черти празднуют, – засмеялся Аякс, опускаясь на стул рядом. – Александра, так что там с Тамиром?
По неуловимой паузе Серафим понял, что Пушкина ждет, когда Паскаль сварит свой эспрессо и тоже сядет за стол.
- Рядом с Тамиром, несомненно, есть какая-то сущность, – дождавшись его, пояснила Александра, – однако она осторожна, на глаза не показывается…
- А вызвать? – удивился Серафим.
Пушкина посмотрела на него, как учитель на первоклассника:
- Дорогой мой, чтобы кого-то вызвать, надо знать – кого, или, хотя бы, обладать вещью, которая ему принадлежала, – она постаралась максимально смягчить менторский тон, но на щеках блондина все равно заиграл румянец.
- А Тамир что говорит? – заинтересовался Паскаль.
Его чашка была уже пуста, и лицо казалось ожившим, человеческим, а не маской истукана, сокрытого под бесконечными золотыми песками…
Серафим потер глаза. То ли воображение разыгралось, то ли новая реальность властно вмешивалась в физиологию, а, может быть, прогрессировала болезнь, та самая, таблетки от которой он ночью повыкидывал отовсюду, где нашел?
- Тамир… – Пушкина сделала задумчивый глоток и отставила чашку. – У меня сложилось впечатление, что ему что-то известно, но он не собирается говорить об этом мне.
- Почему? – изумился Аякс. – Я бы ради вашей улыбки все тайны выдал, как на духу!
Александра засмеялась.
- Потому что я – женщина, – все еще смеясь, сказала она. – А Тамир из тех, кто никогда не признается в слабости женщине. Думаю, будет правильно, если с ним пообщаешься ты, Паша.
Паскаль кивнул, перевел взгляд на Аякса:
- Набери ему, договорись о встрече.
- Когда?
- Прямо сейчас.
- Есть что-то еще? – Паскаль посмотрел на Пушкину.
- Я вчера раскидывала карты… – Александра постучала идеальными алыми ноготками по столешнице. – Тамиру выпал Рыцарь кубков – это прямое указание, что он регулярно подвергается приворотам.
- Cherchez la femme … – пробормотал Паскаль и поднялся.
Бармалей вскочил, преданно глядя на него.
- Тамир нас ждет, – Аякс тоже встал, убирая телефон в карман джинсов.
Паскаль улыбнулся Пушкиной:
- А вы отдыхайте…
- А я? – возмутился Серафим. – Я тоже хочу отдыхать!
- А ты остаешься на дежурстве, – вкрадчиво сообщил Аякс и заржал, когда блондин показал ему средний палец.
- Подышите там как следует, воздух просто волшебный! – на прощанье посоветовала Александра и упорхнула.
- Далеко ехать? – спросил Паскаль.
- Коттеджный поселок под Пушкиным, – посмотрел на выведенную на монитор карту Аякс. – Леса вокруг. Красота! На ком поедем?
- На змее твоем, – хмыкнул Паскаль. – Кто знает, как часто дороги там чистят?
- Бригада – на выезд! – Аякс, посмотрев на блондина, тоже зевнул. – Ангел, да проснись уже, сколько можно?
Серафим придал лицу максимально серьезное выражение, страстно мечтая о том, чтобы они свалили, оставив его наедине с диваном. И пофиг, что он весь в собачьей шерсти!
Между тем, владелец шерсти уже стоял под дверью, радостно виляя хвостом – он-то этой ночью дрых без задних ног.
- Какая красота за городом, мальчики, вы не представляете! – с порога воскликнула она, скидывая куртку на руки Аяксу. – Там уже такой снег везде лежит, прямо сказка! Ей-богу, уеду на Новый год в какой-нибудь дом отдыха, буду есть, спать, гулять…
Она прошла в студию, села за стол и с недоумением оглянулась на Серафима, который кемарил в любимом кресле. Несмотря на то, что встречу с медиумом назначили после обеда, блондин из-за событий предыдущей ночи долго не мог уснуть, а когда уснул – нужно было вставать, собираться и ехать в Сити.
Паскаль так и стоял у окна. Когда Серафим приехал, ему даже показалось, что исполинская тень начальника накрыла город, но он вовремя сморгнул.
- Здесь вообще кто-нибудь в курсе, что скоро Новый год? – растерянно спросила Александра у Аякса, поставившего перед ней чашку с цикоричино. – Уже елки везде поставили и иллюминацию начали вешать...
Сползший с дивана Бармалей, подойдя к столу, упал на пол, положив голову Пушкиной на ногу. Та машинально потрепала его по боку.
- Новый год – для нас выходной, – Паскаль ожил и отошел к кофе-машине. – Так что вы вполне можете устроить себе загородный вояж на неделю.
- Почему? Почему выходной? – продирая глаза и зевая, Серафим выбрался из уютного кресла и тоже сел за стол.
- Потому что в Москве на Новый год даже черти празднуют, – засмеялся Аякс, опускаясь на стул рядом. – Александра, так что там с Тамиром?
По неуловимой паузе Серафим понял, что Пушкина ждет, когда Паскаль сварит свой эспрессо и тоже сядет за стол.
- Рядом с Тамиром, несомненно, есть какая-то сущность, – дождавшись его, пояснила Александра, – однако она осторожна, на глаза не показывается…
- А вызвать? – удивился Серафим.
Пушкина посмотрела на него, как учитель на первоклассника:
- Дорогой мой, чтобы кого-то вызвать, надо знать – кого, или, хотя бы, обладать вещью, которая ему принадлежала, – она постаралась максимально смягчить менторский тон, но на щеках блондина все равно заиграл румянец.
- А Тамир что говорит? – заинтересовался Паскаль.
Его чашка была уже пуста, и лицо казалось ожившим, человеческим, а не маской истукана, сокрытого под бесконечными золотыми песками…
Серафим потер глаза. То ли воображение разыгралось, то ли новая реальность властно вмешивалась в физиологию, а, может быть, прогрессировала болезнь, та самая, таблетки от которой он ночью повыкидывал отовсюду, где нашел?
- Тамир… – Пушкина сделала задумчивый глоток и отставила чашку. – У меня сложилось впечатление, что ему что-то известно, но он не собирается говорить об этом мне.
- Почему? – изумился Аякс. – Я бы ради вашей улыбки все тайны выдал, как на духу!
Александра засмеялась.
- Потому что я – женщина, – все еще смеясь, сказала она. – А Тамир из тех, кто никогда не признается в слабости женщине. Думаю, будет правильно, если с ним пообщаешься ты, Паша.
Паскаль кивнул, перевел взгляд на Аякса:
- Набери ему, договорись о встрече.
- Когда?
- Прямо сейчас.
- Есть что-то еще? – Паскаль посмотрел на Пушкину.
- Я вчера раскидывала карты… – Александра постучала идеальными алыми ноготками по столешнице. – Тамиру выпал Рыцарь кубков – это прямое указание, что он регулярно подвергается приворотам.
- Cherchez la femme … – пробормотал Паскаль и поднялся.
Бармалей вскочил, преданно глядя на него.
- Тамир нас ждет, – Аякс тоже встал, убирая телефон в карман джинсов.
Паскаль улыбнулся Пушкиной:
- А вы отдыхайте…
- А я? – возмутился Серафим. – Я тоже хочу отдыхать!
- А ты остаешься на дежурстве, – вкрадчиво сообщил Аякс и заржал, когда блондин показал ему средний палец.
- Подышите там как следует, воздух просто волшебный! – на прощанье посоветовала Александра и упорхнула.
- Далеко ехать? – спросил Паскаль.
- Коттеджный поселок под Пушкиным, – посмотрел на выведенную на монитор карту Аякс. – Леса вокруг. Красота! На ком поедем?
- На змее твоем, – хмыкнул Паскаль. – Кто знает, как часто дороги там чистят?
- Бригада – на выезд! – Аякс, посмотрев на блондина, тоже зевнул. – Ангел, да проснись уже, сколько можно?
Серафим придал лицу максимально серьезное выражение, страстно мечтая о том, чтобы они свалили, оставив его наедине с диваном. И пофиг, что он весь в собачьей шерсти!
Между тем, владелец шерсти уже стоял под дверью, радостно виляя хвостом – он-то этой ночью дрых без задних ног.
