Золушки при делах

19.06.2017, 17:01 Автор: Лесса Каури

Закрыть настройки

Показано 1 из 7 страниц

1 2 3 4 ... 6 7


Весна в Драгобужье пришла с месяц назад. Повсюду вылезли смешные сиреневые и белые кулачки первоцветов. Снег сошёл, обнажив мокнущую хвою и прошлогодние листья, кое-где явили лики небу вершины небольших гор. Но в Чертогах Синих гор все было по-прежнему. Газовые фонари освещали подземные улицы голубоватым холодным светом, на площадях к ним добавлялись магические светильники – разноцветные, забавные, в витражных стёклах и кованых рамах, и светящиеся грибы.
       Цеховой старшина, Синих гор мастер, почтенный Виньогрет Виньогретский сдвинул шторку на окне и выглянул наружу. Стояло раннее утро, здесь, под землёй, отмечаемое мелодичным перезвоном будильных колокольцев и далёким рёвом сирен – с шахт, разработок и со Сталелитейного. Почтенные мастера похохатывали, позёвывали, потягивались, дружески толкали друг друга и спешили на работу. Позже улицы опустеют на какое-то время. А еще позже появятся уважаемые гномеллы, матери семейств, с выводками детей спешащие на рынок, ведь в хозяйстве понимать и помогать матери должны все – от мала до возраста, когда каждый находит себе свою дорогу.
       Виньогрет вздохнул, задёрнул шторку и протёр красные от бессонницы глаза. Над текущим бюджетом страны сидел всю ночь. Смерть Крамполтота сильно снизила стоимость Драгобужских активов, приходилось пересматривать некоторые статьи, прикрывать прорехи. А думать хотелось… о гномеллах. Почтенный старшина снова вздохнул. Его супруга умерла за несколько лет до совершеннолетия Виньовиньи, подарив ему кроме дочери трёх могучих сыновей. Скончалась скоропостижно от болезни сердца… Это надо же! Гномелла, что двоих взрослых отпрысков легко поднимала за пояса – и от сердца! Эти двое давно уже работали на Сталелитейном, обзавелись собственными семьями. Из третьего сына получился прекрасный инженер-изобретатель, кроме того, он проявлял интерес к управленческим наукам. Виньогрет надеялся, что сын пойдёт по его стопам, став Цеховым старшиной и одним из тех, кто решает судьбы Синих гор, но с некоторых пор отнюдь не давил. Стояло перед глазами живым примером полное отчаяния лицо младшей дочки в тот момент, когда он откопал её из-под развалин дома в Вишенроге. Тоже свой путь искала… И что нашла?
       Он раздражённо оттолкнул от себя бумаги. Сразу по возвращении домой, отправил в столицу Ласурии доверенное лицо – найти беглянку, вернуть домой! Не постеснялся бы и попросить о помощи нового друга, Его Величество Редьярда – добрый человек и в воспитании толк знает! Да только пропала Виньовинья, как в недра бездонные канула! Неужели снялась с насиженного места с возлюбленным своим (удушил бы собственной бородой собственными руками!) и вновь отправилась странствовать?..
       Звякнул колокольчик на двери. Один – пауза – два раза. Не из близкого круга кто-то. Не ко времени!
       Виньогрет нажал одну из кнопок на рабочем столе. Дверь щёлкнула, открылась, впуская… Хранителя Королевского Молота.
       Старшина торопливо поднялся, склонился в низком поклоне, поспешил встретить гостя у порога, под руки подвести к гостевому креслу – таковых стояло в его кабинете три, с большим количеством оппонентов спорить Виньогрет считал делом пустым.
       - Моё почтение, уважаемый Хранитель! Выпьете чего-нибудь освежающего?
       Тоннертротт пришёл без Молота, значит, разговор пойдёт личный и можно выпить!
       - С удовольствием позавтракаю с тобой, почтенный Старшина! – прошамкал Хранитель, лукаво улыбаясь. – Слыхал я о твоей чудесной ветчине! Желаю отведать!
       Склонив голову в знак согласия, Виньогрет откинул на столе деревянную панель, под которой располагались несколько кнопок. Нажал их в определённой последовательности. Тоннертротт внимательно следил за ним.
       - Рофельхаарт придумал, - довольно улыбнулся Старшина, - младшенький мой. Закодировал те блюда, что я люблю и чаще всего ем. Стоит мне набрать этот код здесь – номер блюда высвечивается на кухне.
       - Однако! – удивился посетитель. – Приятно видеть, как умнеют дети старых соратников, уважаемый мастер!
       - Воистину! – расцвёл тот.
       Спустя несколько минут в кабинет вошла дородная гномелла, легко неся по блюду на каждой ладони. Ловко составила их на стол. На блюдах истекала прозрачной морозной слезой пышная буженина и розовая ветчина, украшенные цельными солёными грибочками и кислой капусткой. Финьорина, экономка в доме Виньогрета, достала из высеченного из цельного дубового ствола буфета штоф самогона, хрустальные стопки, составила на стол. Поклонилась и бесшумно исчезла.
       Виньогрет широко повёл рукой, приглашая отведать яства.
       Почтенные гномы закусили. Выпили. Крякнули. Снова закусили.
       - Итак, - сказал Тоннертротт, с довольным видом откидываясь на спинку кресла, - Его Величество Редьярд ночью прислал порталом вестника – договор найден и может быть предоставлен по первому нашему требованию для экспертизы. Но с условием.
       - С каким же? – спокойно спросил Старшина.
       Все верно. В подобной ситуации он бы тоже поставил условие. А то и несколько!
       - Договор будет доставлен в Синие чертоги его старшим сыном, и он не выпустит его из рук, дабы не допустить подмены. Думаю, не стоит говорить, что случится, если на Его Высочество Аркея будет совершено нападение здесь, у нас?
       - Спаси Руфус и Торус! – сделал оберегающий жест Виньогрет.
       - В связи с этим я объявляю десятидневную подготовку к Великому Мастеровому Сходу. Думаю, этого будет достаточно для обеспечения безопасности пребывания Его Высочества у нас и вызова всех отсутствующих Цеховых старшин. Важно убедить всех в том, что договор подлинный!
       Цеховой страшина задумчиво разлил по новой. Ласурский принц вряд ли пробудет в Чертогах больше времени, необходимого для ознакомления всех Цеховых старшин с личным мастеровым клеймом Его Величества на договоре – а это всего несколько часов. Впрочем, и за несколько часов может случится всякое!
       - Что требуется от меня, почтенный Хранитель? Помогу, чем смогу!
       - Тебя, уважаемый Виньогрет, прошу не вмешиваться в дискуссии, каковые обязательно возникнут, а тако же соблюдать спокойствие и невозмутимость, что подобают Цеховому старшине. В общем, всё то, с чем ты прекрасно справляешься!
       Тоннертротт выпил, снова насладился ветчиной и отбыл, оставив Виньогрета в недоумении.
       Отдёрнув шторку и глядя на заспешивших за провизией гномелл с гномёнками, Цеховой старшина раз за разом задавал себе вопрос: «Ради чего приходил такой уважаемый гном, как Хранитель Королевского Молота?» И не находил ответа.
       
       

***


       Весенние ветры были сильными, тёплыми. Их так любил Эдгар Мореход! Смотрел своими грозовыми глазами вдаль, смолил трубочку, а ноздри хищно шевелились – старый моряк чуял скорую навигацию, как гончая – охоту, мечтал увидеть, как торговые караваны покинут порт, чтобы уйти через весной успокоенный пролив в Гаракен или дальше, к окраинам Дикоземья. Эта страсть к перемене мест жила в нём с раннего детства, сохранилась она и в дочке, ныне именуемой Её Высочеством Брунгильдой Ласуринг, герцогиней рю Мерсаль. Бруни, ни разу не покидавшая родной Вишенрог, каждую весну приходила на пляж и смотрела вдаль – как когда-то отец – и в груди трепетно и нежно пела страсть к приключениям, так и не нашедшая выхода среди чугунков и сковородок. Вот и сегодня Её Высочество, не так давно с этими самыми чугунками и сковородками расставшаяся, стояла на уже подсохшем песке столичного пляжа, что спускался к морю от Набережной Русалок, и смотрела вдаль, задумчиво вертя перстень с огромным рубином на безымянном пальце левой руки. Сие чудовищное украшение преподнёс ей Его Величество Редьярд Третий, получив известие о скором появлении наследника.
       Пустой пляж. Пустое море. Штиль. Крики чаек. И непривычное тепло внутри. Тепло, говорящее о новой жизни. Даже несмотря на перстень-переросток, Бруни никогда ещё не была так счастлива. И никогда так не нуждалась в тишине и покое! «Уверенность в своих силах придёт позже, Ваше Высочество, во втором триместре, - говорил королевский целитель. - Сейчас ваш организм свыкается с новой ролью, поэтому возможны неконтролируемые эмоции, раздражительность, вялость, некоторая утомляемость…» Мэтр Жужин ошибся. Энергия била в принцессе ключом, да таким, что через пару месяцев от неё шарахались как Королевский казначей, так и Городской глава, и Смотритель приютов и училищ, и ректор Военного университета. Только иногда силы покидали Бруни, и вот тогда ей нужны были минуты уединения… которые она с удовольствием провела бы с мужем. Однако, увы, тот был человеком куда более занятым.
       Ходили слухи, что Его Величество Редьярд собирается скоро вернуться из бессрочного отпуска, проводимого в Невьянском замке, где он надолго и прочно «окопался» вместе с официальной фавориткой герцогиней Агнешкой рю Филонель и некоторой частью свиты. С одной стороны, Бруни ждала этого, радуясь появлению у Кая времени для жены, с другой – и в этом стеснялась себе признаться – не хотела. Она видела, как под давлением ответственности меняется супруг. Ей казалось, это – то пламя, в котором выковывается клинок, дивный, острый, опасный, который невозможно ни погнуть, ни сломать. Да, она беззаветно любила мужа, но как гражданка Ласурии уже обожала будущего короля.
       Губы Бруни тронула улыбка. Надо же, какими словами стала думать! «Гражданка»! Гражданка Моринг…
       Скользнула взглядом по небу – солнце уже высоко. Пора возвращаться назад, во дворец.
       - Я здесь, - раздался тихий голос из-за спины.
       Григо Хризопраз не оставлял её одну в прогулках по городу и за его пределами, пусть иллюзорная внешность и не давала людям узнать свою принцессу.
       - Едем! – приказала Матушка.
       В последний раз обежала глазами пляж – небо с росчерками редких чаек, море… Решительно развернулась и направилась на набережную, где ждал неприметный экипаж.
       Сев в карету, посмотрела на Григо. Тот держал во рту трубку, но при принцессе не курил. В руках у него была голубая бархатная папка с вензелями – для документов. Бруни кротко вздохнула.
       По прибытии во дворец её взяла в оборот герцогиня рю Воронн. Статс-дама после новостей о беременности Её Высочества держала в ежовых рукавицах режим её питания и сна, и никакие уговоры, срочные дела или неудовольствие решимость Её Светлости поколебать не могли.
       Бруни торопливо ела, мечтая побыстрее увидеть тарелку пустой (тогда будет выпущена из-за стола зоркой Фироной) и пойти в кабинет, к своему рабочему месту, теперь заваленному бумагами не хуже стоящего напротив стола мужа. Но едва шагнула в гостиную, как её позвал Григо.
       - Ваше Высочество, вам записка!
       И протянул наскоро оторванный от какого-то документа клочок бумаги. Матушка, взяв его, прочитала слово, написанное большими угловатыми буквами: «ПРАИЗВОЛ»!
       - Григо, что это значит?
       Тот улыбнулся – то ли сделается очень серьёзным, то ли захохочет:
       - К вам в неприёмный день пришла некая матрона Мипидо… Дворцовая охрана стойко держит оборону!
       - Клози! – воскликнула Бруни. – Ну что же ты стоишь, веди её сюда!
       - Не могу, Ваше Высочество! Её нет в списке постоянных посетителей! – хмыкнул тот.
       - Он у вас есть? – строго спросила Бруни. – Этот список?
       - Конечно! Я же сам его составляю, основываясь на ваших ежедневных планах!
       - Дайте!
       Секретарь порылся в голубой папке и протянул принцессе список. Она размашисто вписала имя и вернула его Хризопразу.
       Тот прочитал и посмотрел на Бруни с изумлением.
       - Что? – уточнила она.
       - Здесь написано «Туча Клози»…
       В золотых глазах плескался смех.
       - Пресвятые тапочки! Отдайте! – потребовала Матушка. Вписала верное имя и добавила «Немедленная аудиенция».
       - Так-то лучше! - секретарь, всё ещё посмеиваясь, забрал список и вышел.
       Бруни догадывалась, что он мухлюет с перемещениями внутри дворца, поскольку путь из одного его конца в другой зачастую занимал у Григо подозрительно мало времени. Вот и сейчас мощное контральто Тучи Клози послышалось достаточно быстро. Дюжие гвардейцы в синих мундирах у двери покоев королевской четы заволновались, заслышав его, что же говорить о Матушке Бруни? Так звучала её прошлая жизнь, друзья, которых она надеялась не потерять в настоящей!
       Двери распахнулись, впуская главу Гильдии прачек. Матрона Мипидо, в платье цвета томатного соуса, подбитом мехом плаще и красном капоре напоминала помидор сорта «Бычье сердце» - такие выращивали на юге страны и осенью привозили на Вишенрогские рынки. Там они важно лежали на деревянных подносах, поблёскивая багрово-красными боками и подавляя окружающие овощи габаритами.
       Клозильда всхлипнула, стиснула пухлые руки и попыталась поклониться с изяществом битюга, по ошибке зашедшего в посудную лавку.
       - Клози, моя дорогая Клози! – воскликнула Бруни, бросаясь к ней и пытаясь удержать от поясного поклона. – Как я рада! Дай-ка посмотрю на тебя – ты прямо цветёшь!
       - Да ты тож неплохо смотришься, Твоё Высочество! – та явно собиралась взрыднуть. – Даже те симпатичные, но сердитые солдатики на входе во дворец не смогут покобелить моего мнения и испортить настроение от встречи с тобой! Ой… то есть вами!
       - Наедине обращайся ко мне, как прежде, прошу, - сказала Бруни, подводя её к дивану и заставляя сесть, - расскажи, что там у нас, как там?
       - Всё путём, - заулыбалась Клози, - Мастер Пип освоил оборотничью кухню, да так, что к нему зубастые со всего Вишенрога столоваться приходят и нахваливают! Вдова Рашписа померла седьмого дня. Прямо во сне и отбыла в чертоги Пресветлой – хорошая смерть, всем бы так! Да вот денег на похороны еле наскребли! Кварталом собирали – своих-то сбережений у нее, как вы… ты знаешь, и не было. А Виеленна твоя никак замуж собралась за Питера, только оба делают морды каменны, едва речь заходит о летнем тепле. Видать, огласки хотят избежать, да только модистки уж нашептали, что дева приходила на платья поглазеть.
       - А вы с мастером Висту не надумали еще? – скрывая улыбку, поинтересовалась Бруни.
       Туча всплеснула руками.
       - Вот с энтого я и должна была начать, Твоё Высочество! Сговорились мы с Вистунчиком ожениться, и – что важно! – таково наше обоюдное желание! Но поскольку мы с ним люди непростые, главы Гильдий, праздновать, надо полагать, будет весь квартал!
       - Надо полагать! – засмеялась Матушка и даже в ладоши захлопала.
       «Чуйство» зародившееся и расцветшее не её глазах, было одним из тех чудес, что придавали жизни смысл.
       - Вот мы и хотим сделать это на Весенний бал! Во-первых, потеплеет уже, а во-вторых, - Клозильда лукаво блеснула глазами, - денежки сэкономим на музыкантах, благо в городе из-за Большого Поэтического турнира их будет как крыс на Центральном рынке!
       - От всего сердца поздравляю вас! – Бруни обняла Клози, где достала, и расцеловала в обе щеки. – И мастеру Вистуну передай мои поздравления! Ваше обоюдное счастье делает и меня счастливее!
       - Тогда и ты осчастливь нас, Матушка Бруни, - поднялась матрона Мипидо и поклонилась, - будь моей подружкой на свадьбе… ежели то, конечно, позволительно для принцессы.
       Бруни нахмурилась. Не успела подумать о том, кто мог знать наверняка, как он уже стоял рядом. Клозильда Мипидо испуганно вскрикнула – так мгновенно Григо Хризопраз появился из-за дверей.
       - Прецедентов не было, Ваше Высочество! – сообщил тот. – Но кто мешает вам его создать?
       - Не нужны мне цеденты на свадьбе! – насупилась Туча Клози. -
       

Показано 1 из 7 страниц

1 2 3 4 ... 6 7