Она хозяйка своей жизни. И, насколько ей позволено внешними условиями, диктуемыми самой Вселенной, она может варьировать внутренние, зависящие от неё.
Аааа… Вот и Участок. Она не уходила отсюда в свой последний рабочий свет, но вот обратно вернулась сама. Это так… странно.
Насколько «странно» будет вновь оказаться внутри? Нерешительно потоптавшись немного перед входной занавесью, она быстро зашла внутрь, справедливо, опять же, полагая, что есть только один способ это проверить.
Бывшее рабочее котти произвело на неё примерно то же впечатление, что и домашнее. Всё было и знакомым, и чужим одновременно. И плюс ко всему здесь, больше не было ощущения безопасности привычного окружения. Впрочем, вероятно, это было расставание с иллюзией безопасности. Её нет нигде.
Амелия приветственно кивнула высунувшему белокурую голову из окошка бывшей её каморки новому секретарю. Новый обитатель. Ага.
Она отвернулась и осмотрелась. Всё было почти как раньше. Кофейный стол кажется… чуть сменил местоположение. Скамья… Выглядела немногим лучше, чем Ами по пробуждению в храмах. Вот кому тоже сильно досталось. Бедная мы мебель.
Бывшая участковая посмотрела через холл. Дыра в стенке у кабинета Майло замазана свежей глиной. Но теперьто все знают, насколько всё это бесполезно. Новую быстро можно продырявить в любой момент. В любом месте. И… В любых работающих здесь.
– Майло у себя. – подал робкий голос новенький. – Моки тоже.
Надо же, какой исполнительный. И такой же растерянный, как и она сама поначалу. Ами с любопытством быстрым шагом подошла к окошку, чуть заглядывая внутрь. Ох, лучше не глядеть… И так понятно, что там бардак. И этот несчастный мальчик один на один с этими бездушными глиняными монстрами! Ужасно.
– И гнусы с Майло… – легкомысленно отмахнулась она. – Я – Ами. Бывшая обитательница этой мрачной пещеры. Приветствую и… сочувствую тебе.
– Ами! Секретара! Ух ты… Как вовремя! – восхитился юный служивый. – Каллиан. Сандра отрядила меня сюда подменить тебя. Скажи мне, что ты возвращаешься к работе, а я могу наконец покинуть это место!
Пришелица улыбнулась уголком рта. Всеми губами улыбаться пока ещё немного мешал уже подсохший и подзаживший шрамик.
– Сказатьто я тебе могу. – многозначительно посмотрела на него она. – Но это будет наглым враньём. В общем… Неее, дружочек. С меня хватит. Видишь эту сумку? Она здесь чтобы помочь мне забрать мои вещи и навсегда уйти отсюда.
– Я тоже хочу такую сумку… Чтобы оказаться отсюда подальше. Вот как, значит… – приуныл служака. – Ну ладно. А… Ты не могла бы мне тут кое с чем помочь? Меня бы сейчас очень выручила хотя бы пара подсказок.
– Помогу, конечно. Жестоко было бы оставлять тебя с этим. – согласилась Ами. – Сейчас я тут немного поброжу и всё равно зайду к тебе сюда. Мимо не проскочу.
Амелия подмигнула слабо улыбнувшемуся замученному храмовнику, положив у входа в каморку свою сумку и продолжив осмотр помещения. Пройдясь по холлу ещё раз, она невольно подошла к месту, где в тот вечерний свет сидел в луже собственной крови раненый Келе…
Уффф. Ну и любит же она пощекотать себе нервы. Всё отмыли, конечно, но если присмотреться… коегде видны застывшие мелкие краснокоричневые брызги… Ох. Картинка вновь всплыла перед её глазами во всех подробностях. Внутри всё сжалось. Ами, испытав момент головокружения, быстро тряхнула головой, убирая видение. Нет. Не нужно. Всё хорошо.
Его могли… Он мог бы сейчас… Нет. Нет, не могли. Он жив, ходит, дышит, говорит и… ест плющики. Они оба сейчас до сих пор в той реальности, где это правда. Всё закончилось хорошо. Все целы. Не волнуйся.
Справившись с приступом паники, она опустила глаза на пол.
Всё в мелкую и крупную выбоину. Коегде тоже замазано глиной. Неудивительно, что у неё столько синяков и ссадин! Она покрыта такими же выбоинами, как этот несчастный пол. И на них обоих останутся шрамы в память о произошедшем. Опять та же мысль.
Не должна ли и она быть мертва, если бы дело происходило в Кантине? Была ли Лейви не единственной, кто поступил в храмы в тот свет в пограничном состоянии?
«Чего сейчас гадать…»
«За что боролись, на то и напоролись. Это ж нам хотелось эпических сражений, а не унылого сидения в каморке. Получите, распишитесь.»
«Как вообще практически цела осталась. В смысле так, что всё на месте.»
Только потому, что она оказалась в тот момент чуть боком к разлетающимся осколкам, летя вслед за спасительно тяжёлой скамьёй, вероятно, взявшей на себя часть урона.
Стена. Толстая стена раскололась как старая упавшая глиняная чашка. Ну и силы было в том потоке… А этот округлый кусок стены помог уцелеть Келе. Но поверхность до этого выступа… Многозначительно намекает на многое. О том, о чём договорились не думать. Но о чём до сих пор снятся кошмары…
– Амиииии!
Хоть звучало это и восторженно, но сосредоточенная Амелия подпрыгнула в испуге.
– Рада тебя видеееееть! – послышалось счастливое продолжение вопля.
«Это твоя подруга Кими. Улыбнуться будет хорошей идеей.»
Кантинка постаралась сменить испуганное выражение лица на приветливое.
– Кими. Я… тоже рада тебя видеть.
Ами тихо резко выдохнула, приходя в себя.
– Отметим встречу безудержным распитием кофе в оффку? – приблизилась Кими, глядя на собеседницу с заговорщицким прищуром.
– Несомненно! – с энтузиазмом ответила бывшая секретара.
– Отлично. – по сэльвски открыто широко улыбнулась участковая.
«Все ли знают, что ухожу? Впрочем, неважно. Невелика новость.»
Кими уже побежала дальше по своим делам. Из своего кабинета вышел Моки. Тихий холл с отголосками аминых воспоминаний стал наполняться вытесняющим болезненные мысли шумом и деловитой суетой жизни.
– Ами. Рад твоему возвращению в здоровом виде. – поприветствовал Моки.
«А так и не скажешь.»
«Тебе зачем его радость?»
«Да не радость это у него, вот увидишь. Чуют мои частицы.»
«Делаем ставки…»
– Ты мне не выдашь коекакие таблички за прошлый малый цикл? – не теряя более времени понапрасну, перешёл к делу участковый. – Ты ещё была тогда. Можешь помнить, где они лежат.
«Ну вот! Так бы сразу.»
«Что я говорила!»
Разумеется, практичный сэльв был искренне рад бывшей секретаре… по своим соображениям.
– Я постараюсь найти, Моки. Но мне вначале нужно оценить сложившуюся в каморке ситуацию. И забрать вещи. Я ухожу.
Амелия выразительно посмотрела на него.
– Ну да. Я наслышан. Потому я и прошу сейчас. Успеешь найти это для меня напоследок? Каллиан не сможет. А я не могу ждать, пока Майло сподобится или Люсилль вернётся… Был бы очень благодарен.
– Хорошо. Сейчас я отмечусь у Майло и приду.
«Всем наплевать на Ами, все хотят Ами использовать…»
Вздохнув, она спешно отправилась внутрь кабинета начальника. Здесь становится слишком шумно и оживлённо для того, чтобы и дальше пугать себя.
– Майло. Я иду собирать вещи и ухожу. Если у тебя есть что передать Люси, моему начальству или ещё комуто в Кантин – я постараюсь упихать это в свою сумку. Только не слишком большое и тяжёлое. Я и так под завязку…
– Хорошо, я понял. Сандра просила тебя зайти к ней, как только появишься в участке. Давай покончим с этим как можно скорее. Дел так много.
Сандра. Хм. Последняя управляющая личность, с кем она здесь ещё не знакома. Вот и… представился повод. И, судя по напряжённым интонациям в голосе Майло, разговор вряд ли будет дружеским.
– Зачем мне идти к ней?
– Ты пока числишься у нас. Приказ начальства.
– Какой смысл в этом сейчас, когда я уже на полпути домой?
– Напоминаю. Ты ещё не писала заявления об уходе.
– Понятно. И дело только в этом?
– Заодно и подпишем у главы храмов и поставим её в известность.
– Разве она ещё не в курсе?
– В окончательную известность.
Майло устало и серьёзно посмотрел на упирающуюся служивую. Взгляд его явственно говорил: «Как с тобой тяжело.»
Это так. Ей и самой с собой очень тяжело. Майло и четверть этого груза никогда не чувствовал.
– Предлагаешь мне получить горку нагоняев напоследок? – задумчиво произнесла Амелия. – Ладно. Пойдём.
Начальник облегчённо вздохнул, и они покинули кабинет.
Моки, всё ещё ожидавший важных для него табличек, переместился к окошку архива. То ли пытаясь добиться их выдачи от Каллиана, то ли ожидая появления Ами.
– Моки, прости. – развела руками бывшая секретара. – Нас ждёт Сандра.
– Ааа.. ладно. – махнул рукой тот. – Попытаться стоило.
Ами и Майло отправились к административному корпусу, примыкавшему к храму.
Подлая погода всё ещё была замечательной, а храмовые комплексы – очень красивыми. И эта огромная площадь, которой они разделены… Зачем она была такой огромной? Для того чтобы на ней можно было сразу всех собрать? Для праздников? Непонятно. Но красиво.
Красивое небо, красивые здания, красивый вид на горизонте, лес, гора, город. Прощайте.
Кантинка украдкой стёрла подступившую слезу и ускорила шаг, стараясь не отставать от задумчивого главного, спешащего разделаться с этим делом и приступить к более важным. Начальник, проведя служаку через коридоры администрации и сандрину секретару, быстро доставил её в кабинет главы храмов.
Та встретила их хмурым взглядом. Кивнув Майло, она обратилась к Амелии.
– Рада видеть тебя в целости. Как самочувствие?
– Нормально.
Бывшая храмовница изо всех сил старалась не робеть. Зачем это сейчас? Глава храмов больше не очень важная персона для неё. Да и… никогда не была ею для не признающей авторитетов Ами.
– Не стоило… так подставляться. Тебя едва вернули в плотный мир.
– Да. Местные храмы творят чудеса. Кантин мог бы уже попрощаться со мной.
– Это да. Но здесь ты… в принципе могла бы вообще не участвовать в обороне. Это не входит в твои должностные обязанности. Сильно на усмотрение, так скажем.
«К чему всё это?»
– Ну, я и усмотрела, что в мои обязанности храмовой служаки входит не давать какимто совершенно посторонним типам хулигански разносить участок. Можно сказать, что я просто поддерживала порядок в помещении. А также, помимо этого, мне следует сообщать, что к Майло нельзя без записи.
Сандра вздохнула, видимо, не зная, что сразу противопоставить этому потоку псевдоразумной речи. Потому просто согласилась.
– Ну да. Всего не предугадаешь. В договоре между городами было отдельно указано, что стажирующиеся не будут участвовать в боевых действиях. Потому как… условия работы везде разные. И квалификация соответственно. В общем, это не твоя и не наша вина, но влететь мы все могли очень серьёзно.
Ами нахмурилась.
– Я понимаю. К чести Майло могу сказать, было сделано всё, чтобы отстранить меня от любых активных действий. – максимально любезно процедила она сквозь зубы, начиная закипать изнутри. – Мы все понимаем, что мне не положено попадать в подобные ситуации. А громилам не положено вламываться в участок. Их почемуто не предупредили.
Бывшая секретара выжидающе уставилась на начальницу. Перечисляя, фактически, причины своего ухода, она чувствовала, как её дипломатический настрой постепенно сходит на нет.
«Мы ничуть не сожалеем о произошедшем. И сделали бы то же самое при тех же обстоятельствах вновь.»
«К чему всё это? Если ей явно нечего предъявить нам. К чему вызывать сюда?»
«Всё равно нас не обошло бы.»
«Каковы были бы альтернативы? В любом случае досталось бы. Даже если бы мы, не выходя из каморки, скажем, швыряли бы в нападавших таблички с отчётами. Помещение одно и тут невольно пришлось бы принимать участие.»
Сандра это тоже прекрасно понимала. Главная храмовница вздохнула и перевела взгляд на окно.
– Майло сообщил, что ты собираешься уходить. – несколько отстранённо произнесла она.
– Так и есть. – кивнула Ами, радуясь переходу к делу. – Пишу заявление, собираю вещи и выдвигаюсь в Кантин прямо в сей свет. Простите за срыв вашей программы обмена, но всё с самого начала пошло не так, когда моё начальство «забыло» о том, что здесь нужна секретара, прислав просто наименее нужную в данный момент сотрудницу.
– Да. Жаль, что такая важная сейчас затея, как попытка улучшить взаимопонимание и наладить более эффективное сотрудничество между городами с треском провалилась. Если бы мы действовали сообща, могли бы быстрее разобраться с нашими нынешними… Проблемами. Но… что делать. Мы хотя бы попытались.
– Видит Майло, я тоже пыталась изо всех сил.
– Да. Он упоминал об этом.
«Ну, хоть за это спасибо.»
– Касаемо нашего инцидента. – Сандра перевела пристальный взгляд на Ами. – Давай поступим так… Мы не будем включать ни в отчёты, ни в твою характеристику факт того, что тебе чуть не повезло… не рассчитать мощность удара. Мы все понимаем, что силы были не равны и ситуация к тому привела… В общем, пометка об убийстве не будет добавлена к твоему досье… и мы скроем эту часть из отчётов. Это облегчит тебе дальнейшую службу. Но и ты, пожалуйста, не распространяйся о своём активном участии в том деле. Это облегчит жизнь всем нам.
«Да легко.»
«Самой бы забыть.»
«Только бы сны ещё перестали донимать.»
– Спасибо. – ответила Ами. – Конечно. Я и сама буду рада никогда не вспоминать об этом.
– Что скажешь про шрамы?
– Тут надо будет подумать. На пьяную драку не спишешь, когда все знают о нападении на участок.
– Это да. Тут врать нужно очень аккуратно. Будет хорошо заметно.
– Я обязательно чтонибудь придумаю.
– Сообщи мне потом, что именно. Чтобы у нас не было несогласованности.
– Хорошо.
– Ты… точно решила покинуть нас досрочно?
– Да.
«И наш отсиженный в этой тёмной каморке зад скажет за это спасибо.»
– Тогда вот табличка. Пиши заявление.
– Я… не смогу. – пожала плечами Ами. – Я бы рада.
– Ах, да… – спохватилась Сандра. – Хотя Финиан, я слышала, иного мнения… Ну, пиши на чём можешь, там разберёмся, как мы с Майло это подписывать будем.
Она обернулась к участковому.
– Както же подписывались эти договоры между нами и кантинскими? – нахмурилась она. – Я просто не помню. Тогда такая суета была…
– Просто было два экземпляра, помоему. – почесал тот шляпу.
Сандра обернулась к Амелии.
– Ты совсем не можешь ведьмовать?
– Совсем.
Ами покачала головой, демонстративно проводя пальцем по пустой подготовленной для неё Сандрой табличке. И… глаза её расширились от изумления, гипнотизируя место, над которым прошёл палец.
На глине остался чёткий выжженный тёмный с прозрачной окантовкой след! Чуть глубже, чем полагалось… Но он был явственным! Не отвертишься…
Амелия подняла ошалевший взгляд на своего начальника. Тот тоже смотрел на линию не отрываясь.
– Это… это я? – ошеломлённо щурясь, пробормотала она. – Это… не я. Это… уже здесь было?
Сандра покачала головой.
– Не было. Табличка была чистой.
Ами судорожно сглотнула.
– Я не… Я… Я не уверена, что смогу повторить это… – наконец выдохнула она, обретая дар болееменее связной речи.
– Подпись поставить сможешь? – быстро перешла к делу Сандра, пока та не пришла в себя окончательно.
– Попробую…
Кантинка провела пальцем по табличке, с ужасом наблюдая, как на той как будто бы сами по себе проявляются буквы её имени… То еле видные, то прожигающие табличку насквозь и… отпечатывающиеся на сандрином представительном начальском столе.
Ужас.
Палец при этом оставался холодным. Как такое может быть?! Непостижимо. И… подло! Дар! Какого гнуса ты проявляешься сейчас?! Вот так. После всех этих навозных циклов жизни… Нахмыря такая упыриная внезапность?
Аааа… Вот и Участок. Она не уходила отсюда в свой последний рабочий свет, но вот обратно вернулась сама. Это так… странно.
Насколько «странно» будет вновь оказаться внутри? Нерешительно потоптавшись немного перед входной занавесью, она быстро зашла внутрь, справедливо, опять же, полагая, что есть только один способ это проверить.
Бывшее рабочее котти произвело на неё примерно то же впечатление, что и домашнее. Всё было и знакомым, и чужим одновременно. И плюс ко всему здесь, больше не было ощущения безопасности привычного окружения. Впрочем, вероятно, это было расставание с иллюзией безопасности. Её нет нигде.
Амелия приветственно кивнула высунувшему белокурую голову из окошка бывшей её каморки новому секретарю. Новый обитатель. Ага.
Она отвернулась и осмотрелась. Всё было почти как раньше. Кофейный стол кажется… чуть сменил местоположение. Скамья… Выглядела немногим лучше, чем Ами по пробуждению в храмах. Вот кому тоже сильно досталось. Бедная мы мебель.
Бывшая участковая посмотрела через холл. Дыра в стенке у кабинета Майло замазана свежей глиной. Но теперьто все знают, насколько всё это бесполезно. Новую быстро можно продырявить в любой момент. В любом месте. И… В любых работающих здесь.
– Майло у себя. – подал робкий голос новенький. – Моки тоже.
Надо же, какой исполнительный. И такой же растерянный, как и она сама поначалу. Ами с любопытством быстрым шагом подошла к окошку, чуть заглядывая внутрь. Ох, лучше не глядеть… И так понятно, что там бардак. И этот несчастный мальчик один на один с этими бездушными глиняными монстрами! Ужасно.
– И гнусы с Майло… – легкомысленно отмахнулась она. – Я – Ами. Бывшая обитательница этой мрачной пещеры. Приветствую и… сочувствую тебе.
– Ами! Секретара! Ух ты… Как вовремя! – восхитился юный служивый. – Каллиан. Сандра отрядила меня сюда подменить тебя. Скажи мне, что ты возвращаешься к работе, а я могу наконец покинуть это место!
Пришелица улыбнулась уголком рта. Всеми губами улыбаться пока ещё немного мешал уже подсохший и подзаживший шрамик.
– Сказатьто я тебе могу. – многозначительно посмотрела на него она. – Но это будет наглым враньём. В общем… Неее, дружочек. С меня хватит. Видишь эту сумку? Она здесь чтобы помочь мне забрать мои вещи и навсегда уйти отсюда.
– Я тоже хочу такую сумку… Чтобы оказаться отсюда подальше. Вот как, значит… – приуныл служака. – Ну ладно. А… Ты не могла бы мне тут кое с чем помочь? Меня бы сейчас очень выручила хотя бы пара подсказок.
– Помогу, конечно. Жестоко было бы оставлять тебя с этим. – согласилась Ами. – Сейчас я тут немного поброжу и всё равно зайду к тебе сюда. Мимо не проскочу.
Амелия подмигнула слабо улыбнувшемуся замученному храмовнику, положив у входа в каморку свою сумку и продолжив осмотр помещения. Пройдясь по холлу ещё раз, она невольно подошла к месту, где в тот вечерний свет сидел в луже собственной крови раненый Келе…
Уффф. Ну и любит же она пощекотать себе нервы. Всё отмыли, конечно, но если присмотреться… коегде видны застывшие мелкие краснокоричневые брызги… Ох. Картинка вновь всплыла перед её глазами во всех подробностях. Внутри всё сжалось. Ами, испытав момент головокружения, быстро тряхнула головой, убирая видение. Нет. Не нужно. Всё хорошо.
Его могли… Он мог бы сейчас… Нет. Нет, не могли. Он жив, ходит, дышит, говорит и… ест плющики. Они оба сейчас до сих пор в той реальности, где это правда. Всё закончилось хорошо. Все целы. Не волнуйся.
Справившись с приступом паники, она опустила глаза на пол.
Всё в мелкую и крупную выбоину. Коегде тоже замазано глиной. Неудивительно, что у неё столько синяков и ссадин! Она покрыта такими же выбоинами, как этот несчастный пол. И на них обоих останутся шрамы в память о произошедшем. Опять та же мысль.
Не должна ли и она быть мертва, если бы дело происходило в Кантине? Была ли Лейви не единственной, кто поступил в храмы в тот свет в пограничном состоянии?
«Чего сейчас гадать…»
«За что боролись, на то и напоролись. Это ж нам хотелось эпических сражений, а не унылого сидения в каморке. Получите, распишитесь.»
«Как вообще практически цела осталась. В смысле так, что всё на месте.»
Только потому, что она оказалась в тот момент чуть боком к разлетающимся осколкам, летя вслед за спасительно тяжёлой скамьёй, вероятно, взявшей на себя часть урона.
Стена. Толстая стена раскололась как старая упавшая глиняная чашка. Ну и силы было в том потоке… А этот округлый кусок стены помог уцелеть Келе. Но поверхность до этого выступа… Многозначительно намекает на многое. О том, о чём договорились не думать. Но о чём до сих пор снятся кошмары…
– Амиииии!
Хоть звучало это и восторженно, но сосредоточенная Амелия подпрыгнула в испуге.
– Рада тебя видеееееть! – послышалось счастливое продолжение вопля.
«Это твоя подруга Кими. Улыбнуться будет хорошей идеей.»
Кантинка постаралась сменить испуганное выражение лица на приветливое.
– Кими. Я… тоже рада тебя видеть.
Ами тихо резко выдохнула, приходя в себя.
– Отметим встречу безудержным распитием кофе в оффку? – приблизилась Кими, глядя на собеседницу с заговорщицким прищуром.
– Несомненно! – с энтузиазмом ответила бывшая секретара.
– Отлично. – по сэльвски открыто широко улыбнулась участковая.
«Все ли знают, что ухожу? Впрочем, неважно. Невелика новость.»
Кими уже побежала дальше по своим делам. Из своего кабинета вышел Моки. Тихий холл с отголосками аминых воспоминаний стал наполняться вытесняющим болезненные мысли шумом и деловитой суетой жизни.
– Ами. Рад твоему возвращению в здоровом виде. – поприветствовал Моки.
«А так и не скажешь.»
«Тебе зачем его радость?»
«Да не радость это у него, вот увидишь. Чуют мои частицы.»
«Делаем ставки…»
– Ты мне не выдашь коекакие таблички за прошлый малый цикл? – не теряя более времени понапрасну, перешёл к делу участковый. – Ты ещё была тогда. Можешь помнить, где они лежат.
«Ну вот! Так бы сразу.»
«Что я говорила!»
Разумеется, практичный сэльв был искренне рад бывшей секретаре… по своим соображениям.
– Я постараюсь найти, Моки. Но мне вначале нужно оценить сложившуюся в каморке ситуацию. И забрать вещи. Я ухожу.
Амелия выразительно посмотрела на него.
– Ну да. Я наслышан. Потому я и прошу сейчас. Успеешь найти это для меня напоследок? Каллиан не сможет. А я не могу ждать, пока Майло сподобится или Люсилль вернётся… Был бы очень благодарен.
– Хорошо. Сейчас я отмечусь у Майло и приду.
«Всем наплевать на Ами, все хотят Ами использовать…»
Вздохнув, она спешно отправилась внутрь кабинета начальника. Здесь становится слишком шумно и оживлённо для того, чтобы и дальше пугать себя.
– Майло. Я иду собирать вещи и ухожу. Если у тебя есть что передать Люси, моему начальству или ещё комуто в Кантин – я постараюсь упихать это в свою сумку. Только не слишком большое и тяжёлое. Я и так под завязку…
– Хорошо, я понял. Сандра просила тебя зайти к ней, как только появишься в участке. Давай покончим с этим как можно скорее. Дел так много.
Сандра. Хм. Последняя управляющая личность, с кем она здесь ещё не знакома. Вот и… представился повод. И, судя по напряжённым интонациям в голосе Майло, разговор вряд ли будет дружеским.
– Зачем мне идти к ней?
– Ты пока числишься у нас. Приказ начальства.
– Какой смысл в этом сейчас, когда я уже на полпути домой?
– Напоминаю. Ты ещё не писала заявления об уходе.
– Понятно. И дело только в этом?
– Заодно и подпишем у главы храмов и поставим её в известность.
– Разве она ещё не в курсе?
– В окончательную известность.
Майло устало и серьёзно посмотрел на упирающуюся служивую. Взгляд его явственно говорил: «Как с тобой тяжело.»
Это так. Ей и самой с собой очень тяжело. Майло и четверть этого груза никогда не чувствовал.
– Предлагаешь мне получить горку нагоняев напоследок? – задумчиво произнесла Амелия. – Ладно. Пойдём.
Начальник облегчённо вздохнул, и они покинули кабинет.
Моки, всё ещё ожидавший важных для него табличек, переместился к окошку архива. То ли пытаясь добиться их выдачи от Каллиана, то ли ожидая появления Ами.
– Моки, прости. – развела руками бывшая секретара. – Нас ждёт Сандра.
– Ааа.. ладно. – махнул рукой тот. – Попытаться стоило.
Ами и Майло отправились к административному корпусу, примыкавшему к храму.
Подлая погода всё ещё была замечательной, а храмовые комплексы – очень красивыми. И эта огромная площадь, которой они разделены… Зачем она была такой огромной? Для того чтобы на ней можно было сразу всех собрать? Для праздников? Непонятно. Но красиво.
Красивое небо, красивые здания, красивый вид на горизонте, лес, гора, город. Прощайте.
Кантинка украдкой стёрла подступившую слезу и ускорила шаг, стараясь не отставать от задумчивого главного, спешащего разделаться с этим делом и приступить к более важным. Начальник, проведя служаку через коридоры администрации и сандрину секретару, быстро доставил её в кабинет главы храмов.
Та встретила их хмурым взглядом. Кивнув Майло, она обратилась к Амелии.
– Рада видеть тебя в целости. Как самочувствие?
– Нормально.
Бывшая храмовница изо всех сил старалась не робеть. Зачем это сейчас? Глава храмов больше не очень важная персона для неё. Да и… никогда не была ею для не признающей авторитетов Ами.
– Не стоило… так подставляться. Тебя едва вернули в плотный мир.
– Да. Местные храмы творят чудеса. Кантин мог бы уже попрощаться со мной.
– Это да. Но здесь ты… в принципе могла бы вообще не участвовать в обороне. Это не входит в твои должностные обязанности. Сильно на усмотрение, так скажем.
«К чему всё это?»
– Ну, я и усмотрела, что в мои обязанности храмовой служаки входит не давать какимто совершенно посторонним типам хулигански разносить участок. Можно сказать, что я просто поддерживала порядок в помещении. А также, помимо этого, мне следует сообщать, что к Майло нельзя без записи.
Сандра вздохнула, видимо, не зная, что сразу противопоставить этому потоку псевдоразумной речи. Потому просто согласилась.
– Ну да. Всего не предугадаешь. В договоре между городами было отдельно указано, что стажирующиеся не будут участвовать в боевых действиях. Потому как… условия работы везде разные. И квалификация соответственно. В общем, это не твоя и не наша вина, но влететь мы все могли очень серьёзно.
Ами нахмурилась.
– Я понимаю. К чести Майло могу сказать, было сделано всё, чтобы отстранить меня от любых активных действий. – максимально любезно процедила она сквозь зубы, начиная закипать изнутри. – Мы все понимаем, что мне не положено попадать в подобные ситуации. А громилам не положено вламываться в участок. Их почемуто не предупредили.
Бывшая секретара выжидающе уставилась на начальницу. Перечисляя, фактически, причины своего ухода, она чувствовала, как её дипломатический настрой постепенно сходит на нет.
«Мы ничуть не сожалеем о произошедшем. И сделали бы то же самое при тех же обстоятельствах вновь.»
«К чему всё это? Если ей явно нечего предъявить нам. К чему вызывать сюда?»
«Всё равно нас не обошло бы.»
«Каковы были бы альтернативы? В любом случае досталось бы. Даже если бы мы, не выходя из каморки, скажем, швыряли бы в нападавших таблички с отчётами. Помещение одно и тут невольно пришлось бы принимать участие.»
Сандра это тоже прекрасно понимала. Главная храмовница вздохнула и перевела взгляд на окно.
– Майло сообщил, что ты собираешься уходить. – несколько отстранённо произнесла она.
– Так и есть. – кивнула Ами, радуясь переходу к делу. – Пишу заявление, собираю вещи и выдвигаюсь в Кантин прямо в сей свет. Простите за срыв вашей программы обмена, но всё с самого начала пошло не так, когда моё начальство «забыло» о том, что здесь нужна секретара, прислав просто наименее нужную в данный момент сотрудницу.
– Да. Жаль, что такая важная сейчас затея, как попытка улучшить взаимопонимание и наладить более эффективное сотрудничество между городами с треском провалилась. Если бы мы действовали сообща, могли бы быстрее разобраться с нашими нынешними… Проблемами. Но… что делать. Мы хотя бы попытались.
– Видит Майло, я тоже пыталась изо всех сил.
– Да. Он упоминал об этом.
«Ну, хоть за это спасибо.»
– Касаемо нашего инцидента. – Сандра перевела пристальный взгляд на Ами. – Давай поступим так… Мы не будем включать ни в отчёты, ни в твою характеристику факт того, что тебе чуть не повезло… не рассчитать мощность удара. Мы все понимаем, что силы были не равны и ситуация к тому привела… В общем, пометка об убийстве не будет добавлена к твоему досье… и мы скроем эту часть из отчётов. Это облегчит тебе дальнейшую службу. Но и ты, пожалуйста, не распространяйся о своём активном участии в том деле. Это облегчит жизнь всем нам.
«Да легко.»
«Самой бы забыть.»
«Только бы сны ещё перестали донимать.»
– Спасибо. – ответила Ами. – Конечно. Я и сама буду рада никогда не вспоминать об этом.
– Что скажешь про шрамы?
– Тут надо будет подумать. На пьяную драку не спишешь, когда все знают о нападении на участок.
– Это да. Тут врать нужно очень аккуратно. Будет хорошо заметно.
– Я обязательно чтонибудь придумаю.
– Сообщи мне потом, что именно. Чтобы у нас не было несогласованности.
– Хорошо.
– Ты… точно решила покинуть нас досрочно?
– Да.
«И наш отсиженный в этой тёмной каморке зад скажет за это спасибо.»
– Тогда вот табличка. Пиши заявление.
Глава храмов протянула ей глиняный лист.
– Я… не смогу. – пожала плечами Ами. – Я бы рада.
– Ах, да… – спохватилась Сандра. – Хотя Финиан, я слышала, иного мнения… Ну, пиши на чём можешь, там разберёмся, как мы с Майло это подписывать будем.
Она обернулась к участковому.
– Както же подписывались эти договоры между нами и кантинскими? – нахмурилась она. – Я просто не помню. Тогда такая суета была…
– Просто было два экземпляра, помоему. – почесал тот шляпу.
Сандра обернулась к Амелии.
– Ты совсем не можешь ведьмовать?
– Совсем.
Ами покачала головой, демонстративно проводя пальцем по пустой подготовленной для неё Сандрой табличке. И… глаза её расширились от изумления, гипнотизируя место, над которым прошёл палец.
На глине остался чёткий выжженный тёмный с прозрачной окантовкой след! Чуть глубже, чем полагалось… Но он был явственным! Не отвертишься…
Амелия подняла ошалевший взгляд на своего начальника. Тот тоже смотрел на линию не отрываясь.
– Это… это я? – ошеломлённо щурясь, пробормотала она. – Это… не я. Это… уже здесь было?
Сандра покачала головой.
– Не было. Табличка была чистой.
Ами судорожно сглотнула.
– Я не… Я… Я не уверена, что смогу повторить это… – наконец выдохнула она, обретая дар болееменее связной речи.
– Подпись поставить сможешь? – быстро перешла к делу Сандра, пока та не пришла в себя окончательно.
– Попробую…
Кантинка провела пальцем по табличке, с ужасом наблюдая, как на той как будто бы сами по себе проявляются буквы её имени… То еле видные, то прожигающие табличку насквозь и… отпечатывающиеся на сандрином представительном начальском столе.
Ужас.
Палец при этом оставался холодным. Как такое может быть?! Непостижимо. И… подло! Дар! Какого гнуса ты проявляешься сейчас?! Вот так. После всех этих навозных циклов жизни… Нахмыря такая упыриная внезапность?
