Напряжение плотнее оседает в воздухе. Поле вокруг них кажется необычно безжизненным. Местом встречи было решено выбрать нейтральную территорию между Ламандией и Реем. На никому ненужном отрезке земли, где далеко впереди стоит родовой замок Алистер. Но Каталина уверена, что Созидательница найдет их. И это самое безопасное место для подобных встреч. Ветер резко затихает, а в воздухе отчетливо пахнет грозой. Сердце Изабеллы бьется так быстро, что она не осознает, в какой момент нащупывает ладонь Каталины, крепко ее сжимая. А женщина никак не реагирует на этот жест. Лишь сжимает ладонь принцессы в ответ, прекрасно понимая, какие чувства ее одолевают. Страх. Животный, поднимающийся из самых глубин. Ужасное предчувствие сдавливает горло, а магия внутри бурлит в ответ на приближение Созидательницы. Первый раскат грома, кажется, сотрясает саму землю. Изабелла вскрикивает и прячется за спину Эмиля. Каталина тяжело сглатывает и медленно вдыхает в себя разреженный воздух.
- Осталось немного, - произносит король Ламандии.
Императрица молча кивает. По телу проходит дрожь, горло словно сдавливают железные тиски. С каждым раскатом грома страх подкрадывается все ближе. Яркая вспышка света заставляет всех троих крепко зажмуриться, лишь бы не ослепнуть. Изабелла дрожит, цепляясь за Эмиля, как за спасательный круг. Секунды растягиваются в вечность, и Каталина понимает, что не сможет вынести этого напряжения.
- Как же приятно увидеть знакомые лица спустя шестьдесят лет.
Невыносимо громкий голос Созидательницы буквально пробирается под кожу, достигая самых глубин души. Холод сковывает тело императрицы, не позволяя даже пошевелиться. Внутри просыпается ярость, что крепко спала шестьдесят лет.
Но как же странно видеть ее здесь, на земле! Изабелла судорожно выдыхает, наблюдая за богиней из-за спины короля Ламандии. Сейчас она вовсе не кажется столь далекой и нереальной, как в своем царстве. Здесь она похожа на обычного живого человека, способного уничтожить их мир одним взмахом руки. А какая сила от нее исходит! Тени клубятся в руках богини и расходятся в разные стороны. Принцесса Рея невольно вздрагивает, вспоминая, как эти самые тени владели ее телом и разумом.
Черные глаза богини внимательно всматриваются в Каталину, будто ища в ней нечто важное, а затем лениво скользят по Эмилю, останавливаясь на Изабелле. Губы Созидательницы изгибаются в жестокой усмешке, которая не может предвещать ничего хорошего.
- Хитрая лиса примкнула к предателям? Какое досадное огорчение. Но ничего, я настолько великодушна, что лисичка все равно получит свою награду.
Тени под ногами богини шипят и скалятся, выражая недовольство своей госпожи. Изабелла делает глубокий вдох и сжимает ладони в кулаки, выходя из-за спины Эмиля.
- Ты обманула меня! – отвечает принцесса. – Ты заставила меня забрать силу Каталины, но не рассказала и доли правды. И я не стану больше служить тебе, злодейка!
Созидательница громко смеется, и тени расползаются еще дальше, незаметно заключая их в плотное кольцо.
- Маленькая Каталина думает, что Огненная дева поможет ей избежать кары за предательство?
- А я не бегу. И я не предавала твое доверие. Я сделала то, чего желало мое сердце.
- Что ж, тогда сначала я уничтожу тебя, а затем и твоего принца. Это доставит мне великое удовольствие после столь долгого ожидания.
Серое небо над Ламандией окрашивается оранжевыми всполохами пламени и белым холодным светом. Две стихии слились в одно против баланса жизни. У них нет ни единого шанса победить, но даже Изабелла не стремится сбежать с поля боя. Ее ярость достигает предела, заставляя девушку гореть неконтролируемым пламенем. Каталина обеспокоенно следит за принцессой, но не стремится помешать. Сейчас это самый лучший отвлекающий маневр из всех.
Впервые за сотню лет лед и пламя стоят на одной стороне, сражаясь за единую цель.
Довольная улыбка не сходит с лица Созидательницы. Она с легкостью отбивает все атаки. Разум богини заслоняют злость, жажда мести и ощущение скорой победы. Она настолько поглощена собственными чувствами, что не обращает внимания на мельчайшие детали в поведении своих противников, которые в другой момент заставили бы задуматься. И ей не доставляет труда следить одновременно и за женщинами, и за королем, который остается в стороне, с силой сжимая рукоять собственного меча.
Король Ламандии стискивает зубы, наблюдая за тем, как Каталина и Изабелла рискуют собой, чтобы привести их план в исполнение. Сейчас даже злость на принцессу Рея больше не имеет значения. Все они сражаются за единую цель. За собственное будущее. Если бы только у него была магия! Он мог бы помочь, а не беспомощно стоять в стороне. Как же Эмилю хочется рвануть вперед, оказаться в центре битвы, сразить Созидательницу мечом. Или вновь умереть за свою любовь. Но он должен довериться Каталине. Стоять в стороне и ждать своего часа. Ведь самое главное еще впереди.
Но как может он, Эмиль Кавана, ничего не делать, когда в душе бурлит ярость, требуя выхода, а перед глазами встают бесчисленные окровавленные тела собственных солдат? Когда разум заполняется воспоминаниями об их последней битве, положившей конец магической войне. Когда та, кто виновен в их смерти, стоит здесь, откровенно торжествуя над ними?
Созидательница отбивается от волны пламени, улучив момент, чтобы отправить своих верных теней разобраться с королем Ламандии. Волки послушно огибают женщин, увлеченных битвой, и направляются к мужчине, предчувствуя скорый пир. Богиня так ловко отвлекает внимание Каталины, что та не сразу замечает неладное.
- Эмиль, нет!
Императрица отвлекается, уже сделав шаг в сторону мужчины, и открывается для атак Созидательницы. Заклинание богини настигает ее так внезапно, что женщина не уверена, что ярче вспыхивает в сознании: боль, которая разливается по всему телу, или удивление? Каталина кричит, когда призрачные жгуты сковывают конечности, и падает на землю, едва не встретившись с ней лицом. Сердце женщины бьется быстро, и она может лишь беспомощно наблюдать за тем, как тени окружают ее любимого.
Но Эмиль Кавана не настолько глуп, чтобы прийти на встречу с Созидательницей с обычным мечом. Мужчина удобней перехватывает рукоять клинка и становится в стойку, напряженно следя за движениями волков. Тени окружают короля, заключая его в плотное кольцо. Эмиль хищно улыбается, подпуская волков как можно ближе. Он слышит, как кричит Каталина, но не позволяет себе обернуться. Сердце болезненно сжимается, и мужчине требуется мгновение, чтобы сосредоточиться на цели. Король Ламандии делает резкий выпад вперед. Меч входит в тело одного из волков по самую рукоять и вспыхивает ярким голубым светом. Тень громко взвизгивает, съеживается и испаряется.
Созидательница разочарованно рычит и посылает в Эмиля волну тьмы, которую тот рассеивает своим антимагическим мечом. Король чувствует прилив сил и решимость. Но он совершенно забывает, что сзади подстерегают другие волки. Одной из теней удается подобраться достаточно близко, чтобы застать Эмиля врасплох. Мужчина вскрикивает, когда острые зубы волка впиваются в его предплечье, и выпускает меч из рук. Тени шипят и обходят оружие стороной, сосредотачиваясь на короле.
В этот момент Изабелла вспыхивает ярким пламенем, отвлекая богиню от Эмиля и позволяя ему самому разобраться с волками. Она не стремится нападать, зная, что закончится все плачевно, но следует плану, создавая видимость сопротивления. И у принцессы это получается так хорошо, что невозможно не восхититься. Созидательница хмурится, наблюдая за неуловимой девушкой.
- Кажется, вам, детишки, совсем жить надоело, - произносит богиня, отмахиваясь от столь нелепых попыток.
Конечно, никто из них троих не обманывается ложными надеждами. Победить Созидательницу невозможно. Ведь нет никого в мире сильней. А этим жалким смертным остается лишь играть на ее человеческих чувствах, не остывших за последние шестьдесят лет. Стоит богине сделать одно движение руками, как Изабеллу накрывает темнота, а яркое пламя тухнет. Каталина различает боль на лице девушки, прежде чем тьма скрывает ее из виду.
Смех богини разносится над полем, откликаясь глубоко в сердце императрицы. И ей стоит больших усилий остаться на месте и не пытаться сопротивляться. Все должно выглядеть естественно. Где-то сбоку стонет Эмиль, которому удалось отбиться от волков. Каталина крепче сжимает зубы, замечая, что левая рука мужчины кровоточит и безвольно висит вдоль тела.
- Даже не пытайся применить ко мне свои игрушки, охотник, - произносит Созидательница, останавливаясь над Эмилем. – И лучше оставайся лежать, пока я тебя снова не убила.
Король Ламандии сжимает губы, чтобы не сказать лишнего. Это испытание намного сложнее, чем все предыдущие. Насколько легче было бы броситься навстречу смерти, защищая то, что дорого, чем лежать безвольной куклой, не имея возможности ответить. Созидательница снова смеется, и тени сбегаются к ее ногам, формируясь в призрачного коня. Богиня ловко взбирается на спину животного, оглянувшись на своих поверженных врагов.
- В этот раз я закончу начатое и даже собственная дочь не сумеет мне помешать.
Топот копыт от теней кажется настолько реальным, будто богиня не сотворила только что своего скакуна из ничего. Эмиль судорожно выдыхает и откидывает голову на холодную землю, чувствуя пульсирующую боль в руке. На какое-то время воцаряется тишина. Каталина ощущает, как сильно бьется сердце в груди, эхом отдаваясь в ушах. Страх сковывает тело прочней, чем призрачные путы. Еще секунда, и они не смогут помешать Созидательнице уничтожить силу.
Каталина делает глубокий вдох, пытаясь собрать мысли воедино.
- Эмиль.
- Да? – отзывается мужчина, даже не стараясь пошевелиться.
- Давай меч. Быстро.
Король Ламандии тяжело вздыхает и поднимается на ноги. Подбирает с земли клинок, игнорируя боль, и стремительно подходит к Каталине. Вид любимой женщины, скованной по рукам и ногам силой богини, приводит его в ярость. Она права, пора действовать. Эмиль рассеивает магию, помогая императрице подняться с холодной земли. Каталина решительно забирает меч из рук мужчины и рассеивает тьму вокруг принцессы.
Изабелла судорожно хватает ртом воздух и раскрывает глаза, в которых плещется страх. Но стоит ей заметить перед собой Каталину, как взгляд становится осмысленным, а руки перестают летать из стороны в сторону.
- Что… что случилось?
- Все хорошо, дорогая, - Каталина порывисто прижимает принцессу к себе, нежно гладя ее по волосам. Столь неожиданный жест поражает девушку до глубины души, но она не стремится отстраниться, позволяя себе на краткую секунду расслабиться. – Ты молодец. Ты все сделала правильно. Мы справились.
Императрица отстраняется и мрачно оглядывает своих спутников. Настал черед следующего шага.
- Нам пора, - озвучивает общую мысль Каталина. – Если не хотим дать Созидательнице победить.
- Скачем так быстро, как только можем, - кричит Эмиль, взбираясь на спину своей кобылы. – Я не желаю видеть собственный дворец в руинах!
Бок о бок они скачут вслед за Созидательницей в сторону столицы. Они знают, что не успеют застать ее до въезда в город. Главное, не дать богине первой добраться до силы. Это их единственный шанс победить. Изабелла встает в седле, позволяя лошади ускорить бег. Ветер запутывается в ее волосах, и девушка довольно улыбается. Адреналин бежит по ее венам, совершенно лишая страха. Остается лишь возбуждение и решимость. Она никогда не чувствовала себя такой нужной и сильной! И стоит поблагодарить за шанс Каталину. Как бы абсурдно это не звучало.
Эмиль мрачнеет с каждой секундой. Чем глубже они продвигаются в Ламандию, тем больше страх сжимает его сердце. Да, они переселили всех жителей на окраину королевства. Опустошили столицу, сделали все, чтобы богиня никому не причинила вреда. Но будет ли этого достаточно? Где-то там, в темных подвалах дворца его ждет Миростас, готовый помочь с самым главным. И если Созидательница доберется до него раньше…
- Эмиль.
Голос Каталины звучит неразборчиво из-за ветра, но король все равно обращает на нее взгляд. Видел ли он когда-либо ее такой серьезной и мрачной? Конечно, видел. В тот день, когда они шли на свой последний бой. Когда божественный воин воткнул в его сердце клинок. И он, даже умирающий, ощущал ее боль и отчаяние. Уже тогда их прочно связала нить, не истончившаяся за шестьдесят лет.
С каждым шагом лошади сердце Каталины стучит лишь быстрей. Страх разрастается внутри, а мысли лихорадочно мечутся из угла в угол. Императрица призывает силу, и ее глаза вспыхивают голубым светом. Холод разливается по венам, отчищая разум, но не избавляя от чувств до конца. Ярость подпитывает ее решимость. Исход этого боя решит их дальнейшую судьбу. На земле останется лишь одна. И Каталина Алистер не собирается уступать свое место даже богине.
Столица встречает путников необычайной тишиной. Над головой раздаются раскаты грома, а молнии бьют в землю недалеко от тех мест, где пробегают лошади. Каталина ежится от неприятного предчувствия. Ей вовсе не нравится безмолвие столицы. Словно жизнь здесь вымерла в одно мгновение. И они до сих пор не встретили Созидательницу.
Это плохо. Очень плохо.
Эмиль ускоряет бег, подгоняемый страхом и злостью. И Каталина с Изабеллой даже не пытаются его остановить. Они обе прекрасно понимают, что движет королем. Женщины пришпоривают лошадей, силясь поравняться с Эмилем. Они проносятся по улицам так быстро, что для любого прохожего оказались бы всего лишь размытым пятном. Но никто не встречается им по пути.
Ворота во дворец оказываются распахнуты настежь. Эмиль хмурится еще больше, направляя свою лошадь к главному входу. Да, они с Миростасом очистили столицу перед визитом богини, но страх все равно не отпускает короля Ламандии. Он ужасно боится, что в порыве ярости Созидательница уничтожит его дворец. То единственное, что осталось после родителей и брата. Эмиль спрыгивает с лошади у крыльца и устремляется во дворец. Каталина и Изабелла остаются на улице, не поспевая за своим спутником.
- Да в нем силы больше, чем в нас двоих, - усмехается принцесса, спрыгивая на землю.
Каталина следует ее примеру и тяжело вздыхает. Она не смогла бы остановить Эмиля, даже если бы захотела. Ее одолевал страх за жизнь возлюбленного, но и сама императрица поступила бы точно так же. Женщина протягивает руку Изабелле, которую та с готовностью принимает.
- Я знаю, что мы с тобой недолюбливаем друг друга, но у нас нет иного выбора.
- Давай без лирики, Каталина, - обрывает ее принцесса. – Я не собираюсь сегодня умирать. Я ужасно хочу посмотреть, на что мы способны, действуя заодно.
Улыбка принцессы не остается без ответа. Каталина просто не может противостоять столь заразительному энтузиазму девушки. Она делает глубокий вдох, сжимая крепче ладонь Изабеллы. Действительно, пора проверить свою теорию и узнать, насколько разрушительна объединенная сила льда и пламени.
Вместе женщины входят в безмолвный дворец и уверенно двигаются вперед, прислушиваясь к любым звукам, которые помогут найти Эмиля. Но они не слышат даже эха его шагов. Каталина ведет Изабеллу за собой, вспоминая, где находятся темницы дворца. Коридор за коридором оказываются совершенно пусты. И это не вселяет в них никаких надежд.
- Осталось немного, - произносит король Ламандии.
Императрица молча кивает. По телу проходит дрожь, горло словно сдавливают железные тиски. С каждым раскатом грома страх подкрадывается все ближе. Яркая вспышка света заставляет всех троих крепко зажмуриться, лишь бы не ослепнуть. Изабелла дрожит, цепляясь за Эмиля, как за спасательный круг. Секунды растягиваются в вечность, и Каталина понимает, что не сможет вынести этого напряжения.
- Как же приятно увидеть знакомые лица спустя шестьдесят лет.
Невыносимо громкий голос Созидательницы буквально пробирается под кожу, достигая самых глубин души. Холод сковывает тело императрицы, не позволяя даже пошевелиться. Внутри просыпается ярость, что крепко спала шестьдесят лет.
Но как же странно видеть ее здесь, на земле! Изабелла судорожно выдыхает, наблюдая за богиней из-за спины короля Ламандии. Сейчас она вовсе не кажется столь далекой и нереальной, как в своем царстве. Здесь она похожа на обычного живого человека, способного уничтожить их мир одним взмахом руки. А какая сила от нее исходит! Тени клубятся в руках богини и расходятся в разные стороны. Принцесса Рея невольно вздрагивает, вспоминая, как эти самые тени владели ее телом и разумом.
Черные глаза богини внимательно всматриваются в Каталину, будто ища в ней нечто важное, а затем лениво скользят по Эмилю, останавливаясь на Изабелле. Губы Созидательницы изгибаются в жестокой усмешке, которая не может предвещать ничего хорошего.
- Хитрая лиса примкнула к предателям? Какое досадное огорчение. Но ничего, я настолько великодушна, что лисичка все равно получит свою награду.
Тени под ногами богини шипят и скалятся, выражая недовольство своей госпожи. Изабелла делает глубокий вдох и сжимает ладони в кулаки, выходя из-за спины Эмиля.
- Ты обманула меня! – отвечает принцесса. – Ты заставила меня забрать силу Каталины, но не рассказала и доли правды. И я не стану больше служить тебе, злодейка!
Созидательница громко смеется, и тени расползаются еще дальше, незаметно заключая их в плотное кольцо.
- Маленькая Каталина думает, что Огненная дева поможет ей избежать кары за предательство?
- А я не бегу. И я не предавала твое доверие. Я сделала то, чего желало мое сердце.
- Что ж, тогда сначала я уничтожу тебя, а затем и твоего принца. Это доставит мне великое удовольствие после столь долгого ожидания.
Серое небо над Ламандией окрашивается оранжевыми всполохами пламени и белым холодным светом. Две стихии слились в одно против баланса жизни. У них нет ни единого шанса победить, но даже Изабелла не стремится сбежать с поля боя. Ее ярость достигает предела, заставляя девушку гореть неконтролируемым пламенем. Каталина обеспокоенно следит за принцессой, но не стремится помешать. Сейчас это самый лучший отвлекающий маневр из всех.
Впервые за сотню лет лед и пламя стоят на одной стороне, сражаясь за единую цель.
Довольная улыбка не сходит с лица Созидательницы. Она с легкостью отбивает все атаки. Разум богини заслоняют злость, жажда мести и ощущение скорой победы. Она настолько поглощена собственными чувствами, что не обращает внимания на мельчайшие детали в поведении своих противников, которые в другой момент заставили бы задуматься. И ей не доставляет труда следить одновременно и за женщинами, и за королем, который остается в стороне, с силой сжимая рукоять собственного меча.
Король Ламандии стискивает зубы, наблюдая за тем, как Каталина и Изабелла рискуют собой, чтобы привести их план в исполнение. Сейчас даже злость на принцессу Рея больше не имеет значения. Все они сражаются за единую цель. За собственное будущее. Если бы только у него была магия! Он мог бы помочь, а не беспомощно стоять в стороне. Как же Эмилю хочется рвануть вперед, оказаться в центре битвы, сразить Созидательницу мечом. Или вновь умереть за свою любовь. Но он должен довериться Каталине. Стоять в стороне и ждать своего часа. Ведь самое главное еще впереди.
Но как может он, Эмиль Кавана, ничего не делать, когда в душе бурлит ярость, требуя выхода, а перед глазами встают бесчисленные окровавленные тела собственных солдат? Когда разум заполняется воспоминаниями об их последней битве, положившей конец магической войне. Когда та, кто виновен в их смерти, стоит здесь, откровенно торжествуя над ними?
Созидательница отбивается от волны пламени, улучив момент, чтобы отправить своих верных теней разобраться с королем Ламандии. Волки послушно огибают женщин, увлеченных битвой, и направляются к мужчине, предчувствуя скорый пир. Богиня так ловко отвлекает внимание Каталины, что та не сразу замечает неладное.
- Эмиль, нет!
Императрица отвлекается, уже сделав шаг в сторону мужчины, и открывается для атак Созидательницы. Заклинание богини настигает ее так внезапно, что женщина не уверена, что ярче вспыхивает в сознании: боль, которая разливается по всему телу, или удивление? Каталина кричит, когда призрачные жгуты сковывают конечности, и падает на землю, едва не встретившись с ней лицом. Сердце женщины бьется быстро, и она может лишь беспомощно наблюдать за тем, как тени окружают ее любимого.
Но Эмиль Кавана не настолько глуп, чтобы прийти на встречу с Созидательницей с обычным мечом. Мужчина удобней перехватывает рукоять клинка и становится в стойку, напряженно следя за движениями волков. Тени окружают короля, заключая его в плотное кольцо. Эмиль хищно улыбается, подпуская волков как можно ближе. Он слышит, как кричит Каталина, но не позволяет себе обернуться. Сердце болезненно сжимается, и мужчине требуется мгновение, чтобы сосредоточиться на цели. Король Ламандии делает резкий выпад вперед. Меч входит в тело одного из волков по самую рукоять и вспыхивает ярким голубым светом. Тень громко взвизгивает, съеживается и испаряется.
Созидательница разочарованно рычит и посылает в Эмиля волну тьмы, которую тот рассеивает своим антимагическим мечом. Король чувствует прилив сил и решимость. Но он совершенно забывает, что сзади подстерегают другие волки. Одной из теней удается подобраться достаточно близко, чтобы застать Эмиля врасплох. Мужчина вскрикивает, когда острые зубы волка впиваются в его предплечье, и выпускает меч из рук. Тени шипят и обходят оружие стороной, сосредотачиваясь на короле.
В этот момент Изабелла вспыхивает ярким пламенем, отвлекая богиню от Эмиля и позволяя ему самому разобраться с волками. Она не стремится нападать, зная, что закончится все плачевно, но следует плану, создавая видимость сопротивления. И у принцессы это получается так хорошо, что невозможно не восхититься. Созидательница хмурится, наблюдая за неуловимой девушкой.
- Кажется, вам, детишки, совсем жить надоело, - произносит богиня, отмахиваясь от столь нелепых попыток.
Конечно, никто из них троих не обманывается ложными надеждами. Победить Созидательницу невозможно. Ведь нет никого в мире сильней. А этим жалким смертным остается лишь играть на ее человеческих чувствах, не остывших за последние шестьдесят лет. Стоит богине сделать одно движение руками, как Изабеллу накрывает темнота, а яркое пламя тухнет. Каталина различает боль на лице девушки, прежде чем тьма скрывает ее из виду.
Смех богини разносится над полем, откликаясь глубоко в сердце императрицы. И ей стоит больших усилий остаться на месте и не пытаться сопротивляться. Все должно выглядеть естественно. Где-то сбоку стонет Эмиль, которому удалось отбиться от волков. Каталина крепче сжимает зубы, замечая, что левая рука мужчины кровоточит и безвольно висит вдоль тела.
- Даже не пытайся применить ко мне свои игрушки, охотник, - произносит Созидательница, останавливаясь над Эмилем. – И лучше оставайся лежать, пока я тебя снова не убила.
Король Ламандии сжимает губы, чтобы не сказать лишнего. Это испытание намного сложнее, чем все предыдущие. Насколько легче было бы броситься навстречу смерти, защищая то, что дорого, чем лежать безвольной куклой, не имея возможности ответить. Созидательница снова смеется, и тени сбегаются к ее ногам, формируясь в призрачного коня. Богиня ловко взбирается на спину животного, оглянувшись на своих поверженных врагов.
- В этот раз я закончу начатое и даже собственная дочь не сумеет мне помешать.
Топот копыт от теней кажется настолько реальным, будто богиня не сотворила только что своего скакуна из ничего. Эмиль судорожно выдыхает и откидывает голову на холодную землю, чувствуя пульсирующую боль в руке. На какое-то время воцаряется тишина. Каталина ощущает, как сильно бьется сердце в груди, эхом отдаваясь в ушах. Страх сковывает тело прочней, чем призрачные путы. Еще секунда, и они не смогут помешать Созидательнице уничтожить силу.
Каталина делает глубокий вдох, пытаясь собрать мысли воедино.
- Эмиль.
- Да? – отзывается мужчина, даже не стараясь пошевелиться.
- Давай меч. Быстро.
Король Ламандии тяжело вздыхает и поднимается на ноги. Подбирает с земли клинок, игнорируя боль, и стремительно подходит к Каталине. Вид любимой женщины, скованной по рукам и ногам силой богини, приводит его в ярость. Она права, пора действовать. Эмиль рассеивает магию, помогая императрице подняться с холодной земли. Каталина решительно забирает меч из рук мужчины и рассеивает тьму вокруг принцессы.
Изабелла судорожно хватает ртом воздух и раскрывает глаза, в которых плещется страх. Но стоит ей заметить перед собой Каталину, как взгляд становится осмысленным, а руки перестают летать из стороны в сторону.
- Что… что случилось?
- Все хорошо, дорогая, - Каталина порывисто прижимает принцессу к себе, нежно гладя ее по волосам. Столь неожиданный жест поражает девушку до глубины души, но она не стремится отстраниться, позволяя себе на краткую секунду расслабиться. – Ты молодец. Ты все сделала правильно. Мы справились.
Императрица отстраняется и мрачно оглядывает своих спутников. Настал черед следующего шага.
- Нам пора, - озвучивает общую мысль Каталина. – Если не хотим дать Созидательнице победить.
- Скачем так быстро, как только можем, - кричит Эмиль, взбираясь на спину своей кобылы. – Я не желаю видеть собственный дворец в руинах!
Бок о бок они скачут вслед за Созидательницей в сторону столицы. Они знают, что не успеют застать ее до въезда в город. Главное, не дать богине первой добраться до силы. Это их единственный шанс победить. Изабелла встает в седле, позволяя лошади ускорить бег. Ветер запутывается в ее волосах, и девушка довольно улыбается. Адреналин бежит по ее венам, совершенно лишая страха. Остается лишь возбуждение и решимость. Она никогда не чувствовала себя такой нужной и сильной! И стоит поблагодарить за шанс Каталину. Как бы абсурдно это не звучало.
Эмиль мрачнеет с каждой секундой. Чем глубже они продвигаются в Ламандию, тем больше страх сжимает его сердце. Да, они переселили всех жителей на окраину королевства. Опустошили столицу, сделали все, чтобы богиня никому не причинила вреда. Но будет ли этого достаточно? Где-то там, в темных подвалах дворца его ждет Миростас, готовый помочь с самым главным. И если Созидательница доберется до него раньше…
- Эмиль.
Голос Каталины звучит неразборчиво из-за ветра, но король все равно обращает на нее взгляд. Видел ли он когда-либо ее такой серьезной и мрачной? Конечно, видел. В тот день, когда они шли на свой последний бой. Когда божественный воин воткнул в его сердце клинок. И он, даже умирающий, ощущал ее боль и отчаяние. Уже тогда их прочно связала нить, не истончившаяся за шестьдесят лет.
С каждым шагом лошади сердце Каталины стучит лишь быстрей. Страх разрастается внутри, а мысли лихорадочно мечутся из угла в угол. Императрица призывает силу, и ее глаза вспыхивают голубым светом. Холод разливается по венам, отчищая разум, но не избавляя от чувств до конца. Ярость подпитывает ее решимость. Исход этого боя решит их дальнейшую судьбу. На земле останется лишь одна. И Каталина Алистер не собирается уступать свое место даже богине.
Столица встречает путников необычайной тишиной. Над головой раздаются раскаты грома, а молнии бьют в землю недалеко от тех мест, где пробегают лошади. Каталина ежится от неприятного предчувствия. Ей вовсе не нравится безмолвие столицы. Словно жизнь здесь вымерла в одно мгновение. И они до сих пор не встретили Созидательницу.
Это плохо. Очень плохо.
Эмиль ускоряет бег, подгоняемый страхом и злостью. И Каталина с Изабеллой даже не пытаются его остановить. Они обе прекрасно понимают, что движет королем. Женщины пришпоривают лошадей, силясь поравняться с Эмилем. Они проносятся по улицам так быстро, что для любого прохожего оказались бы всего лишь размытым пятном. Но никто не встречается им по пути.
Ворота во дворец оказываются распахнуты настежь. Эмиль хмурится еще больше, направляя свою лошадь к главному входу. Да, они с Миростасом очистили столицу перед визитом богини, но страх все равно не отпускает короля Ламандии. Он ужасно боится, что в порыве ярости Созидательница уничтожит его дворец. То единственное, что осталось после родителей и брата. Эмиль спрыгивает с лошади у крыльца и устремляется во дворец. Каталина и Изабелла остаются на улице, не поспевая за своим спутником.
- Да в нем силы больше, чем в нас двоих, - усмехается принцесса, спрыгивая на землю.
Каталина следует ее примеру и тяжело вздыхает. Она не смогла бы остановить Эмиля, даже если бы захотела. Ее одолевал страх за жизнь возлюбленного, но и сама императрица поступила бы точно так же. Женщина протягивает руку Изабелле, которую та с готовностью принимает.
- Я знаю, что мы с тобой недолюбливаем друг друга, но у нас нет иного выбора.
- Давай без лирики, Каталина, - обрывает ее принцесса. – Я не собираюсь сегодня умирать. Я ужасно хочу посмотреть, на что мы способны, действуя заодно.
Улыбка принцессы не остается без ответа. Каталина просто не может противостоять столь заразительному энтузиазму девушки. Она делает глубокий вдох, сжимая крепче ладонь Изабеллы. Действительно, пора проверить свою теорию и узнать, насколько разрушительна объединенная сила льда и пламени.
Вместе женщины входят в безмолвный дворец и уверенно двигаются вперед, прислушиваясь к любым звукам, которые помогут найти Эмиля. Но они не слышат даже эха его шагов. Каталина ведет Изабеллу за собой, вспоминая, где находятся темницы дворца. Коридор за коридором оказываются совершенно пусты. И это не вселяет в них никаких надежд.
