Я задумалась. Своих оборотные мне удавалось останавливать, а вот с такими не сталкивалась…
— Надо попробовать, — ответила я.
— Я буду вас охранять, — заверил меня Александр Сергеевич. — Кстати, мы уже дошли до вашего дома.
— Действительно, — смущённо ответила я.
Я и не заметила, как пролетела дорога. Александр Сергеевич пообещал мне всего хорошего, дождался, пока я войду в подъезд и после этого я услышала свист.
Пару дней спустя
Как я и обещала, в полнолуние я снимала проклятие с оборотней. Александр Сергеевич был со мной рядом на всякий случай и обещал меня спасти в случае нападения.
Ровно в полночь мы оказались около дома Бориса Ивановича. Он вышел к нам навстречу из подъезда, крупный волк. Я испугалась, зажмурилась, и в этот момент волк напал. К счастью, у Александра Сергеевича оказалась реакция лучше. Пару минут, и мы оказались на растущем неподалёку дереве. Вот здесь я могла действовать.
Волк к нам приближался, а я стояла и смотрела ему в глаза.
— Я сейчас вступлю с ним в битву, — сказал Александр Сергеевич.
И в этот момент произошло чудо — волк превратился в Бориса Ивановича в его домашней одежде. Я на него долго смотрела. На этом и строится моя, так сказать, антимагия. Или контрмагия. Или просто магия.
В общем, к сильному изумлению моих начальников магия с зама была снята.
— Как вы это делаете? — спрашивал Борис Иванович.
Я пожала плечами.
— У Егора примерно также с вампирами, — вмешался Александр Сергеевич. — Тоже ничего не делает, смотрит, а потом вампир в человека обращается. Даже я. Егор — это мой двоюродный брат, о котором я говорил, — ответил на мой недоумённый взгляд директор.
— Ясно.
Борис Иванович задумался, а потом велел мне с остальных снимать заклинание.
— Если вам нетрудно нам помочь, Виктория, — добавил вежливо Александр Сергеевич.
Я согласилась. В конце концов, и на эту авантюру согласилась потому, что хотела помочь людям. Людям надо помогать, мы в своём посёлке привыкли помогать и своим, и чужим. На взаимопомощи и держится мир. По крайней мере, я всегда в это верила.
Три месяца спустя
Заклятия я той ночью со всех оборотней сняла. Испугалась, правда, в процессе, но всё же сняла. Точнее, снимала, потому что на следующую ночь оборотни опять превратились, и мне снова пришлось возвращать их в человеческий вид. Александр Сергеевич меня сильно отблагодарил, даже премию мне выписывает за это. Ну и обещал к своим присмотреться, потому что в его клане тоже есть анти, только их там называют недомагами.
— За что вы так с ними? — спросила я.
Мне было обидно за, считай, сородичей.
Александр Сергеевич прямо на меня тогда посмотрел.
— Виктория, вы знаете, на чём держится власть наших кланов?
— Нет, да и…
— Наследство. Мой клан, или, вернее, раньше два моих клана стремились к власти. Для того чтобы её удержать, они специально искали людей, подобных им. Это сейчас мы более открыты, потому что друг с другом все перемешались, но до этого… Клан Егора в своё время тоже к нашему привлекли потому что столкнулись с чем-то, что оказалось нами не пробито, поэтому подсчитали за сильнейшую магию. Ваш клан, наверное, тоже таков.
Я открыла рот, чтобы сказать, что мой клан не такой, и закрыла его обратно. Просто вспомнила, как смотрели на мою маму, обычного человека. Да и к анти тоже было неоднозначное отношение. Как минимум до тех пор, пока клан не поделился на три части в плане способностей.
— И теперь… Теперь это знание всё меняет.
— Познаете теперь светлую силу анти, — сказала я.
— Светлую? Ну не знаю, — Александр Сергеевич неожиданно засмеялся. — Когда Егор появляется в своей компании, то начинается паника. Люди, считающие себя значимыми, потому что владеют магическими способностями, вмиг теряют свою значимость и превращаются в обычных людей. Я и тех вампиров, которые на вас напали, тоже познакомился с Егором… В общем, светлой эту силу из наших никто не считает. Хотя, наверное, зря. Светлая сила анти… Мне нравится.
А я стояла, раскрыв рот, когда услышала о напавших на меня вампиров. Получается, Александр Сергеевич, не только их уволил, но и ещё постарался, чтобы они мне не навредили. Вдруг и провожал он меня потому, что опасался повторного нападения вампиров?
Чувство сильной признательности наполнило моё сердце. Александр Сергеевич получил ещё один плюс от меня.
Отсмеявшись, директор отпустил меня, спросив напоследок про цвет силы магов. Я ответила и вернулась к своей работе.
Вернее, попыталась, потому что слова Александра Сергеевича не выходили из моей головы. По большому счету, какая из моей бабушки тёмная ведьма? Наоборот, она любящий и заботливый человек, всегда была добра и никогда не использовала свои способности, чтобы кому-то навредить. С другой стороны, именно бабушка научила меня отделять светлые антиспособностей от самих, непосредственно, способностей. Видимо, иначе она маленькому ребёнку не смогла объяснить разницу между этими вещами. Подумав, я решила переговорить с бабушкой на эту тему.
Месяц спустя
Мои отношения с Ромой закончились. Пару дней назад он объявил о нашем с ним расставании. Я несильно расстроилась, потому что сама уже начинала думать о разрыве. Но сама тенденция меня огорчала.
Бабушка с мамой наперебой утешали меня, что я ещё встречу своего принца на белом коне и раз ушло, то было не моим. Мне это подняло немного настроение.
А после я с головой ушла в работу. Как раз был рабочий сезон, нужно было найти кучу людей, и я снова погрузилась в мир вакансий.
С Александром Сергеевичем больше не выпадало шансов поговорить о наших кланов, да и с остальными, честно говоря, тоже. Только мелькали кандидаты, я старалась прикидывать, насколько они могут быть опасными, чтобы не повторилась прошлая ситуация. Ещё Борис Иванович как-то попросил меня взять одного кандидата, как он пояснил — из «наших», и минус одна вакансия.
Однажды меня навестил папа. Он уже разобрался со своей юридической гибелью, опротестовал все соответствующие документы и теперь по всем законам жив.
Мама выглядела встревоженной, когда я пришла домой и увидела там папу. Он рассказал мне о семейном проклятии.
— Когда-то мы допустили ошибку, нас прокляли, и теперь мы под старость лет должны сходить с ума, потом несчастный случай происходит. Поэтому, чтобы избежать данной проблемы, мы тем или иным способом притворяемся неживыми. Я выбрал юридическую сторону вопроса, мой папа в свою очередь разнёс слух о своей якобы гибели. Тебе решать, Вика, как притворятся. Но сделать это нужно и как можно скорее. Я тебе помогу в любом случае.
Папа ушёл, а я ощутила тревогу. Мне не понравился сам факт проклятия, действующего, похоже, не одно поколение, и я решила посоветоваться с кем-то, кто мог бы мне помочь снять его.
Начала я, конечно, с бабушки и мамы. Но они сами были в шоке и не знали ничего про проклятия. Тогда я обратилась к Александру Сергеевичу.
— Семейное проклятие? — задумчиво спросил тот. — Я знаю, что есть определённые алгоритмы для достижения целей, сочетающие разные магические воздействия, их называют программами. Обычно они кратковременные, но мне встречались те, что действовали много лет. Но несколько десятилетий?.. Но да, программы надо выполнять до конца, точнее, доводить их до конца с минимальными потерями. Здесь твой папа прав. Точнее… мне придётся спрашивать. Но я обязательно помогу тебе, Вика. В этом можешь даже не сомневаться!
— Спасибо, — искренне ответила я.
Неделю спустя
Александр Сергеевич вызвал меня в свой кабинет. Мужчина обсудил мою проблему с людьми своего клана.
— Как я и думал, это семейное проклятие — это такая долгоиграющая программа, присоединяющая к себе другие, по видимости; и её тоже можно завершить. Ваш папа что-то рассказывал о проклятии? Упоминал о его истоках?
— Нет. Но я у него спрошу.
— Не надо. Вполне возможно, с проклятием потому и не смогли справиться, что только посторонние люди могут завершить это проклятие. Я всё возьму на себя, Виктория.
— Спасибо!
Мне захотелось просто расцеловать своего начальника. К счастью, я остановила этот порыв.
После этого, доверив Александру Сергеевичу свою судьбу, я вернулась к работе, по мере сил стараясь не думать о пугающем проклятии и о том чувстве вины, что как червь разъедал мне сердце.
Два месяца спустя
Неожиданно дело спасения меня затянулось на несколько месяцев. Со мной ничего не происходило, поэтому я не торопила, старалась не торопить, но сама ситуация меня всё же нервировала. Я стала допускать ошибки в работе. Меня за них строго отчитали.
После этого я стала работать медленнее, чтобы лучше выполнять свою работу.
Александр Сергеевич как-то согласился меня ещё раз проводить. Он мягко отчитал за ошибки и сказал, что над моим делом он уже работает.
— Хотя ваше проклятие оказалось сложным. Неудивительно, что клан вашего папы так быстро сдался. С другой стороны, как я понял, клан вашего папы — гипнотизёры?
— Да.
— Ну, а гипнотизёры отдалены от магии, гипнозом-то и простой человек может овладеть. В моём клане мы стремимся о магии знать всё, программы различные постоянно используем. Хотя, не спорю, сила анти и стала для нас потрясением. Да…
Я внимательно слушала.
— Я всё же справлюсь с вашим проклятием, Виктория, — сказал Александр Сергеевич несколько минут спустя. — Можете не сомневаться и больше не нервничайте.
Я поверила, целиком и полностью доверившись этому человеку, строгому, но благородному.
И пообещала себе быть впредь внимательнее.
Две недели спустя
Неделю спустя Александр Сергеевич пригласил меня в свой кабинет. Там он мне торжественно объявил, что он разобрался с моим проклятием.
— Пришлось, правда, архивы поднимать, но я добился своей цели. Дело, кстати, было в следующем — ваши предки хотели поразить моих предков, в результате гипнозом и анти намудрили какую-то программу, после которой мой дальний предок выпал из окна.
— О боги!
Александр Сергеевич кивнул и продолжил:
— После этого мои предки пожелали вашим такую же кончину. Просто пожелали, ничего не делали. И это пожелание неожиданно стало свершаться.
— А!..
Я не знала, что сказать — и про связь клана Александра Сергеевича с моим, и про само проклятие, и то, что и по отцовской линии у меня были анти (я всё время думала, что дело в моём деде по материнской линии), поэтому просто стояла, раскрыв рот. Александр Сергеевич рассмеялся.
— Я не зря два с половиной месяца потратил на ваше проклятие — в итоге удивил красивую и умную девушку.
А вот теперь я смутилась.
— Кстати, дело ещё могло быть и в программе сохранения рода. Тоже наткнулся на одну историю вашего клана, как велели ему исчезнуть, разработали целую программу, а проклятие обернулось против своих создателей. Правда, в их случае дело ограничилось лишь уничтожением фамилии. Да… давно меня интересовала история клана бывшей жены, теперь заодно и ответ на этот вопрос получил.
— Вашей жены?
— Да, почему у них одни девочки рождались одно время. Теперь понял.
— Надо же…
Я всего этого не знала, да и не интересовалось особо историей папиного клана. Мои родители развелись, когда я была маленькой, и после этого папа бывал в моей жизни лишь эпизодически. Вот и воспринимала я его соответствующе.
— И ещё я узнал, что клан вашего отца жил в **ск, а потом почему-то переехал в **ов, — Александр Сергеевич назвал маленький город, в котором я одно время жила. — Возможно, тоже в рамках программы. Интересный на самом деле случай, из разряда, как не надо делать программы. Но теперь обе эти программы завершились, не переживайте, Виктория.
— Я и не переживала. Я была уверена, что вы меня спасёте.
Неудобно получилось. Александр Сергеевич остановился и внимательно смотрел на меня какое-то время, словно что-то старался увидеть. В этот момент поднялся сильный весенний ветер, и я вздрогнула. Одета я была сегодня не по погоде.
— Пойдёмте, Виктория, я вас провожу.
После Александр Сергеевич перевёл разговор на работу. Я отвечала, и так у нас быстро пролетела дорога с разговорами.
Месяц спустя
Сразу после отмены проклятия ко мне приехал папа. Он подтвердил, что проклятие теперь снято, и сказал, что мне очень повезло с начальством. Меня хватило только на то, чтобы вежливо кивать головой.
После той прогулки Александр Сергеевич больше со мной не разговаривал. Я скучала, понимая, что этот чужой для меня человек слишком сильно входит в моё сердце.
Но делать было нечего. Я старалась его забыть, сидела в соцсетях и онлайн, общаясь со сверстниками, и попутно ища подходящую съёмную квартиру, чтобы также была поближе к работе. Да, я до сих пор не переехала от родных, хотя прошёл уже почти год на новой работе. Честно скажу, активно не пыталась, мне было хорошо дома с близкими, но после небольшой семейной ссоры с бабушкой, я решила попытать счастья и найти себе новое жильё. Вот только найти близкую от работы квартиру, приличную и с небольшой арендной платой у меня никак не получалось.
На личном фронте также было пусто. Может, поэтому голова и думала об Александре Сергеевиче больше положенного. Не знаю.
В скором времени пошли слухи об увольнении Бориса Ивановича. Мне очень хотелось спросить у Александра Сергеевича, но я не могла, ждала, заставила себя ждать, когда он обратит на меня внимание.
И дождалась. Однажды Александр Сергеевич снова вызвался проводить меня до дома.
— Не думаю, конечно, что вам угрожает опасность, но всё же я вас провожу, — хмуро, как мне показалось, сказал Александр Сергеевич.
— Вы о чём?
Я действительно не поняла его слова.
— Я вас охраняю от Бори. Он после своего увольнения сам не свой.
— А…
— Я увольняю его за дело, за те махинации, что он проворачивал и собирался проворачивать за моей спиной.
— А… Мне очень жаль.
Александр Сергеевич остановился и как-то странно посмотрел на меня.
— Извините за столь резкий тон, Виктория, просто я не ожидал этого от Бори. Мы не были друзьями, но как деловому партнёру, я ему сильно доверял, а теперь вот, вскрылись его махинации. Вся бухгалтерия помогала Боре, и там тоже — все наши. Не ожидал. Мы привыкли доверять своим родным.
Я застыла, не ожидая такой откровенности от своего начальника. Потом поблагодарила его за эту откровенность, вспомнив, что в качестве поддержки за такое благодарят. Александр Сергеевич ничего не ответил, и мы с ним молча шли некоторое время.
— Как вам у нас работается? — вдруг спросил Александр Сергеевич.
— Хорошо. Я ведь у вас почти год, было бы плохо — давно бы ушла. Менеджеру по персоналу несложно найти работу.
— Но разбрасываться чересчур вариантами тоже не стоит. Рынок вещь динамическая… Ладно. Я рад, что вам у нас нравится, Виктория.
— Поэтому вы меня провожаете?..
Глупо получилось. Я задала вопрос, который, наверное, не стоило бы задавать. С другой стороны, имею ли я права знать, почему генеральный директор не в первый раз провожает меня?..
— Я вас охраняю, Виктория. Сначала от вампиров своего клана, теперь от Бори. Мне нетрудно и за вас спокойно. Есть ещё какие-либо вопросы?
Я смутилась. Мне была приятна такая забота.
— Нет… Спасибо.
Неделю спустя
Дни пролетали незаметно. Я нашла на какой-то момент новую квартиру, но её в первый же мой день затопили соседи сверху, пришлось выселяться, пока хозяйка не закончит с ремонтом. Да и с бабушкой я давно уже помирилась и подумала, что, может быть, это знак свыше.
— Надо попробовать, — ответила я.
— Я буду вас охранять, — заверил меня Александр Сергеевич. — Кстати, мы уже дошли до вашего дома.
— Действительно, — смущённо ответила я.
Я и не заметила, как пролетела дорога. Александр Сергеевич пообещал мне всего хорошего, дождался, пока я войду в подъезд и после этого я услышала свист.
Пару дней спустя
Как я и обещала, в полнолуние я снимала проклятие с оборотней. Александр Сергеевич был со мной рядом на всякий случай и обещал меня спасти в случае нападения.
Ровно в полночь мы оказались около дома Бориса Ивановича. Он вышел к нам навстречу из подъезда, крупный волк. Я испугалась, зажмурилась, и в этот момент волк напал. К счастью, у Александра Сергеевича оказалась реакция лучше. Пару минут, и мы оказались на растущем неподалёку дереве. Вот здесь я могла действовать.
Волк к нам приближался, а я стояла и смотрела ему в глаза.
— Я сейчас вступлю с ним в битву, — сказал Александр Сергеевич.
И в этот момент произошло чудо — волк превратился в Бориса Ивановича в его домашней одежде. Я на него долго смотрела. На этом и строится моя, так сказать, антимагия. Или контрмагия. Или просто магия.
В общем, к сильному изумлению моих начальников магия с зама была снята.
— Как вы это делаете? — спрашивал Борис Иванович.
Я пожала плечами.
— У Егора примерно также с вампирами, — вмешался Александр Сергеевич. — Тоже ничего не делает, смотрит, а потом вампир в человека обращается. Даже я. Егор — это мой двоюродный брат, о котором я говорил, — ответил на мой недоумённый взгляд директор.
— Ясно.
Борис Иванович задумался, а потом велел мне с остальных снимать заклинание.
— Если вам нетрудно нам помочь, Виктория, — добавил вежливо Александр Сергеевич.
Я согласилась. В конце концов, и на эту авантюру согласилась потому, что хотела помочь людям. Людям надо помогать, мы в своём посёлке привыкли помогать и своим, и чужим. На взаимопомощи и держится мир. По крайней мере, я всегда в это верила.
Три месяца спустя
Заклятия я той ночью со всех оборотней сняла. Испугалась, правда, в процессе, но всё же сняла. Точнее, снимала, потому что на следующую ночь оборотни опять превратились, и мне снова пришлось возвращать их в человеческий вид. Александр Сергеевич меня сильно отблагодарил, даже премию мне выписывает за это. Ну и обещал к своим присмотреться, потому что в его клане тоже есть анти, только их там называют недомагами.
— За что вы так с ними? — спросила я.
Мне было обидно за, считай, сородичей.
Александр Сергеевич прямо на меня тогда посмотрел.
— Виктория, вы знаете, на чём держится власть наших кланов?
— Нет, да и…
— Наследство. Мой клан, или, вернее, раньше два моих клана стремились к власти. Для того чтобы её удержать, они специально искали людей, подобных им. Это сейчас мы более открыты, потому что друг с другом все перемешались, но до этого… Клан Егора в своё время тоже к нашему привлекли потому что столкнулись с чем-то, что оказалось нами не пробито, поэтому подсчитали за сильнейшую магию. Ваш клан, наверное, тоже таков.
Я открыла рот, чтобы сказать, что мой клан не такой, и закрыла его обратно. Просто вспомнила, как смотрели на мою маму, обычного человека. Да и к анти тоже было неоднозначное отношение. Как минимум до тех пор, пока клан не поделился на три части в плане способностей.
— И теперь… Теперь это знание всё меняет.
— Познаете теперь светлую силу анти, — сказала я.
— Светлую? Ну не знаю, — Александр Сергеевич неожиданно засмеялся. — Когда Егор появляется в своей компании, то начинается паника. Люди, считающие себя значимыми, потому что владеют магическими способностями, вмиг теряют свою значимость и превращаются в обычных людей. Я и тех вампиров, которые на вас напали, тоже познакомился с Егором… В общем, светлой эту силу из наших никто не считает. Хотя, наверное, зря. Светлая сила анти… Мне нравится.
А я стояла, раскрыв рот, когда услышала о напавших на меня вампиров. Получается, Александр Сергеевич, не только их уволил, но и ещё постарался, чтобы они мне не навредили. Вдруг и провожал он меня потому, что опасался повторного нападения вампиров?
Чувство сильной признательности наполнило моё сердце. Александр Сергеевич получил ещё один плюс от меня.
Отсмеявшись, директор отпустил меня, спросив напоследок про цвет силы магов. Я ответила и вернулась к своей работе.
Вернее, попыталась, потому что слова Александра Сергеевича не выходили из моей головы. По большому счету, какая из моей бабушки тёмная ведьма? Наоборот, она любящий и заботливый человек, всегда была добра и никогда не использовала свои способности, чтобы кому-то навредить. С другой стороны, именно бабушка научила меня отделять светлые антиспособностей от самих, непосредственно, способностей. Видимо, иначе она маленькому ребёнку не смогла объяснить разницу между этими вещами. Подумав, я решила переговорить с бабушкой на эту тему.
Месяц спустя
Мои отношения с Ромой закончились. Пару дней назад он объявил о нашем с ним расставании. Я несильно расстроилась, потому что сама уже начинала думать о разрыве. Но сама тенденция меня огорчала.
Бабушка с мамой наперебой утешали меня, что я ещё встречу своего принца на белом коне и раз ушло, то было не моим. Мне это подняло немного настроение.
А после я с головой ушла в работу. Как раз был рабочий сезон, нужно было найти кучу людей, и я снова погрузилась в мир вакансий.
С Александром Сергеевичем больше не выпадало шансов поговорить о наших кланов, да и с остальными, честно говоря, тоже. Только мелькали кандидаты, я старалась прикидывать, насколько они могут быть опасными, чтобы не повторилась прошлая ситуация. Ещё Борис Иванович как-то попросил меня взять одного кандидата, как он пояснил — из «наших», и минус одна вакансия.
Однажды меня навестил папа. Он уже разобрался со своей юридической гибелью, опротестовал все соответствующие документы и теперь по всем законам жив.
Мама выглядела встревоженной, когда я пришла домой и увидела там папу. Он рассказал мне о семейном проклятии.
— Когда-то мы допустили ошибку, нас прокляли, и теперь мы под старость лет должны сходить с ума, потом несчастный случай происходит. Поэтому, чтобы избежать данной проблемы, мы тем или иным способом притворяемся неживыми. Я выбрал юридическую сторону вопроса, мой папа в свою очередь разнёс слух о своей якобы гибели. Тебе решать, Вика, как притворятся. Но сделать это нужно и как можно скорее. Я тебе помогу в любом случае.
Папа ушёл, а я ощутила тревогу. Мне не понравился сам факт проклятия, действующего, похоже, не одно поколение, и я решила посоветоваться с кем-то, кто мог бы мне помочь снять его.
Начала я, конечно, с бабушки и мамы. Но они сами были в шоке и не знали ничего про проклятия. Тогда я обратилась к Александру Сергеевичу.
— Семейное проклятие? — задумчиво спросил тот. — Я знаю, что есть определённые алгоритмы для достижения целей, сочетающие разные магические воздействия, их называют программами. Обычно они кратковременные, но мне встречались те, что действовали много лет. Но несколько десятилетий?.. Но да, программы надо выполнять до конца, точнее, доводить их до конца с минимальными потерями. Здесь твой папа прав. Точнее… мне придётся спрашивать. Но я обязательно помогу тебе, Вика. В этом можешь даже не сомневаться!
— Спасибо, — искренне ответила я.
Неделю спустя
Александр Сергеевич вызвал меня в свой кабинет. Мужчина обсудил мою проблему с людьми своего клана.
— Как я и думал, это семейное проклятие — это такая долгоиграющая программа, присоединяющая к себе другие, по видимости; и её тоже можно завершить. Ваш папа что-то рассказывал о проклятии? Упоминал о его истоках?
— Нет. Но я у него спрошу.
— Не надо. Вполне возможно, с проклятием потому и не смогли справиться, что только посторонние люди могут завершить это проклятие. Я всё возьму на себя, Виктория.
— Спасибо!
Мне захотелось просто расцеловать своего начальника. К счастью, я остановила этот порыв.
После этого, доверив Александру Сергеевичу свою судьбу, я вернулась к работе, по мере сил стараясь не думать о пугающем проклятии и о том чувстве вины, что как червь разъедал мне сердце.
Два месяца спустя
Неожиданно дело спасения меня затянулось на несколько месяцев. Со мной ничего не происходило, поэтому я не торопила, старалась не торопить, но сама ситуация меня всё же нервировала. Я стала допускать ошибки в работе. Меня за них строго отчитали.
После этого я стала работать медленнее, чтобы лучше выполнять свою работу.
Александр Сергеевич как-то согласился меня ещё раз проводить. Он мягко отчитал за ошибки и сказал, что над моим делом он уже работает.
— Хотя ваше проклятие оказалось сложным. Неудивительно, что клан вашего папы так быстро сдался. С другой стороны, как я понял, клан вашего папы — гипнотизёры?
— Да.
— Ну, а гипнотизёры отдалены от магии, гипнозом-то и простой человек может овладеть. В моём клане мы стремимся о магии знать всё, программы различные постоянно используем. Хотя, не спорю, сила анти и стала для нас потрясением. Да…
Я внимательно слушала.
— Я всё же справлюсь с вашим проклятием, Виктория, — сказал Александр Сергеевич несколько минут спустя. — Можете не сомневаться и больше не нервничайте.
Я поверила, целиком и полностью доверившись этому человеку, строгому, но благородному.
И пообещала себе быть впредь внимательнее.
Две недели спустя
Неделю спустя Александр Сергеевич пригласил меня в свой кабинет. Там он мне торжественно объявил, что он разобрался с моим проклятием.
— Пришлось, правда, архивы поднимать, но я добился своей цели. Дело, кстати, было в следующем — ваши предки хотели поразить моих предков, в результате гипнозом и анти намудрили какую-то программу, после которой мой дальний предок выпал из окна.
— О боги!
Александр Сергеевич кивнул и продолжил:
— После этого мои предки пожелали вашим такую же кончину. Просто пожелали, ничего не делали. И это пожелание неожиданно стало свершаться.
— А!..
Я не знала, что сказать — и про связь клана Александра Сергеевича с моим, и про само проклятие, и то, что и по отцовской линии у меня были анти (я всё время думала, что дело в моём деде по материнской линии), поэтому просто стояла, раскрыв рот. Александр Сергеевич рассмеялся.
— Я не зря два с половиной месяца потратил на ваше проклятие — в итоге удивил красивую и умную девушку.
А вот теперь я смутилась.
— Кстати, дело ещё могло быть и в программе сохранения рода. Тоже наткнулся на одну историю вашего клана, как велели ему исчезнуть, разработали целую программу, а проклятие обернулось против своих создателей. Правда, в их случае дело ограничилось лишь уничтожением фамилии. Да… давно меня интересовала история клана бывшей жены, теперь заодно и ответ на этот вопрос получил.
— Вашей жены?
— Да, почему у них одни девочки рождались одно время. Теперь понял.
— Надо же…
Я всего этого не знала, да и не интересовалось особо историей папиного клана. Мои родители развелись, когда я была маленькой, и после этого папа бывал в моей жизни лишь эпизодически. Вот и воспринимала я его соответствующе.
— И ещё я узнал, что клан вашего отца жил в **ск, а потом почему-то переехал в **ов, — Александр Сергеевич назвал маленький город, в котором я одно время жила. — Возможно, тоже в рамках программы. Интересный на самом деле случай, из разряда, как не надо делать программы. Но теперь обе эти программы завершились, не переживайте, Виктория.
— Я и не переживала. Я была уверена, что вы меня спасёте.
Неудобно получилось. Александр Сергеевич остановился и внимательно смотрел на меня какое-то время, словно что-то старался увидеть. В этот момент поднялся сильный весенний ветер, и я вздрогнула. Одета я была сегодня не по погоде.
— Пойдёмте, Виктория, я вас провожу.
После Александр Сергеевич перевёл разговор на работу. Я отвечала, и так у нас быстро пролетела дорога с разговорами.
Месяц спустя
Сразу после отмены проклятия ко мне приехал папа. Он подтвердил, что проклятие теперь снято, и сказал, что мне очень повезло с начальством. Меня хватило только на то, чтобы вежливо кивать головой.
После той прогулки Александр Сергеевич больше со мной не разговаривал. Я скучала, понимая, что этот чужой для меня человек слишком сильно входит в моё сердце.
Но делать было нечего. Я старалась его забыть, сидела в соцсетях и онлайн, общаясь со сверстниками, и попутно ища подходящую съёмную квартиру, чтобы также была поближе к работе. Да, я до сих пор не переехала от родных, хотя прошёл уже почти год на новой работе. Честно скажу, активно не пыталась, мне было хорошо дома с близкими, но после небольшой семейной ссоры с бабушкой, я решила попытать счастья и найти себе новое жильё. Вот только найти близкую от работы квартиру, приличную и с небольшой арендной платой у меня никак не получалось.
На личном фронте также было пусто. Может, поэтому голова и думала об Александре Сергеевиче больше положенного. Не знаю.
В скором времени пошли слухи об увольнении Бориса Ивановича. Мне очень хотелось спросить у Александра Сергеевича, но я не могла, ждала, заставила себя ждать, когда он обратит на меня внимание.
И дождалась. Однажды Александр Сергеевич снова вызвался проводить меня до дома.
— Не думаю, конечно, что вам угрожает опасность, но всё же я вас провожу, — хмуро, как мне показалось, сказал Александр Сергеевич.
— Вы о чём?
Я действительно не поняла его слова.
— Я вас охраняю от Бори. Он после своего увольнения сам не свой.
— А…
— Я увольняю его за дело, за те махинации, что он проворачивал и собирался проворачивать за моей спиной.
— А… Мне очень жаль.
Александр Сергеевич остановился и как-то странно посмотрел на меня.
— Извините за столь резкий тон, Виктория, просто я не ожидал этого от Бори. Мы не были друзьями, но как деловому партнёру, я ему сильно доверял, а теперь вот, вскрылись его махинации. Вся бухгалтерия помогала Боре, и там тоже — все наши. Не ожидал. Мы привыкли доверять своим родным.
Я застыла, не ожидая такой откровенности от своего начальника. Потом поблагодарила его за эту откровенность, вспомнив, что в качестве поддержки за такое благодарят. Александр Сергеевич ничего не ответил, и мы с ним молча шли некоторое время.
— Как вам у нас работается? — вдруг спросил Александр Сергеевич.
— Хорошо. Я ведь у вас почти год, было бы плохо — давно бы ушла. Менеджеру по персоналу несложно найти работу.
— Но разбрасываться чересчур вариантами тоже не стоит. Рынок вещь динамическая… Ладно. Я рад, что вам у нас нравится, Виктория.
— Поэтому вы меня провожаете?..
Глупо получилось. Я задала вопрос, который, наверное, не стоило бы задавать. С другой стороны, имею ли я права знать, почему генеральный директор не в первый раз провожает меня?..
— Я вас охраняю, Виктория. Сначала от вампиров своего клана, теперь от Бори. Мне нетрудно и за вас спокойно. Есть ещё какие-либо вопросы?
Я смутилась. Мне была приятна такая забота.
— Нет… Спасибо.
Неделю спустя
Дни пролетали незаметно. Я нашла на какой-то момент новую квартиру, но её в первый же мой день затопили соседи сверху, пришлось выселяться, пока хозяйка не закончит с ремонтом. Да и с бабушкой я давно уже помирилась и подумала, что, может быть, это знак свыше.
