– Почему ты сидишь без света?
Этот голос – мягкий, бархатный, она узнала бы его из тысячи. И этот свежий запах петитгрейна, кардамона и кедра смешанный с запахом чистого мужского тела, создающий настоящую лесную симфонию. Запах хвойного леса после дождя, мха, цитруса и древесной нотки.
У Миланы перехватило дыхание. Сердце, на месте которого ещё минуту назад была обнажённая пустота, сорвалось в галоп.
Он был всего в нескольких шагах от неё. Дышать стало совсем тяжело. Казалось, что в лёгких застыла вода, а ноги приросли к полу.
Она сделала один шаг, второй и застыла. Словно боялась, что он развернётся и исчезнет за дверью. Она не поняла в какой момент отвлеклась, и в какое мгновение он оказался рядом. Ощутив на губах его поцелуй, прильнула сильнее, приоткрыв рот, дала возможность его языку проникнуть вглубь и исследовать его. Возбуждение накатывало волнами.
Она хотела его до одури, до изнеможения, как сучка во время течки. Жажда по его ласкам разрывала на части, срывала с ритма дыхание, заставляла покрываться ознобом.
Его горячее дыхание касалось её открытой шеи, поднимая тоненькие волоски, заставляя её тело дрожать и передавать эту едва сдерживаемую дрожь его телу и сильным, обнимавшим её рукам. Она закрыла глаза, чтобы полностью погрузиться в пьянящие ощущения, сильнее почувствовать сладкий яд, который наполнив низ живота медленно растекался по всему телу. Она не заметила, как он развернул её спиной к себе, прижал плотнее, давая ей почувствовать силу его желания. Она задвигала попой, то прилипая к его паху, то отодвигаясь. Двигала упругими ягодицами из стороны в сторону, взад, вперёд. Давая ему понять, что и она хочет его так же сильно, как и он.
Он провел кончиком носа по её шее, шумно втянул запах, губами коснулся мочки уха, слегка прикусил её, затем облизал.
«Как зверь, как хищник, облизывает свою самку во время течки». – Мелькнула мысль и погасла.
От этой нехитрой ласки она задрожала ещё сильнее, задвигалась быстрее и негромко застонала. Его грудь, дрогнув завибрировала мелкой дрожью. Он прижал её к себе не оставив между ними ни миллиметра. Они оказались под властью страсти и уже ничего не могло их остановить. Она развернулась к нему лицом, и сама припала к его губам, в то время как руки нашли и, уже лихорадочно пытались расстегнуть пряжку ремня.
Все, что случилось потом, произошло быстро. Слияние тел, губ, душ. На несколько секунд они стали единым целым, словно срослись, как два сиамских близнеца. Страсть бешенная, неконтролируемая жажда любви поглотила их и это было прекрасно.
А после, он снял её со стола, прижал к себе и вновь поцеловал.
– Мне нужно одеться.
– Да, милая. – Он подал ей трусики, которые подобрал с ковра. Пока она приводила себя в порядок, он застегнул пуговицы на сорочке, затем вжикнул молнией и щёлкнул пряжкой ремня. Сердце постепенно приходило в норму и руки перестали дрожать. В тело возвращалась истраченная энергия.
Она вернулась из комнаты, в которой был умывальник. Чистенькая. Свежая. Как будто не она всего несколько минут назад участвовала в бешенной скачке.
– Поедем ко мне. – Обнимая её и прижимая к себе предложил Федерико, надеясь, что она согласится.
– Нет. Я не могу.
– Почему?
– У меня сын. Я не могу оставить его на ночь.
– Он один?
– С няней, но это не имеет значения. Я должна вернуться домой. Прости.
Ему не хотелось её отпускать, с ней он дышал полной грудью, без неё ощущал пустоту, как будто вселенная замирала в ожидании их следующей встречи.
Они встретились на следующий день, он пригласил её в ресторан. В тот ресторан, в котором он ещё раньше увидел её с родителями. После ресторана поехали в его квартиру в центре Москвы. Он купил её несколько месяцев назад, когда познакомился с Миланой. У него было несколько квартир в Москве и все для разных случаев. Он не мог, да и не хотел возить любовниц в дом, в котором когда-то был счастлив с Анечкой. Там был их общий мир, окутанный счастьем, завёрнутый в её заливистый смех и связанный незримой силой.
Почти месяц Федерико и Милана наслаждались обществом друг друга. Каждый вечер он забирал её с работы. Они ехали в какой-нибудь ресторан или в другие примечательные места, где она ещё не была. Ужинали, а потом отправлялись на квартиру, а после он отвозил её домой, чтобы утром забрать и привезти на работу.
Встречи с Миланой нарушили привычный ритм жизни Федерико. На них уходило много времени. Ему давно нужно было лететь в Бразилию, затем в Грецию, заключать контракты, но главное выставка высокой моды в Шанхае. Отец требовал, чтобы Федерико полетел сам лично.
Ему не хотелось оставлять Милану одну. Он предложил ей лететь с ним. Но она отказалась.
– Почему, милая? Я оплачу все расходы и дополнительно переведу на твой счет миллион долларов. Соглашайся. Уверяю, тебе понравится, особенно выставка высокой моды.
– Нет, Федерико. У меня клаустрофобия, я панически боюсь высоты и замкнутого пространства. Не сердись.
– Очень жаль. Меня не будет пару недель, может, больше. Обещаешь, что дождёшься?
– Конечно дождусь. Куда же я денусь.
– Я буду скучать.
– И я.
Если бы она тогда знала, что эта поездка вновь разрушит их отношение то, наверное, побежала бы бегом вслед за самолётом.
Федерико отсутствовал почти месяц. Он звонил Милане каждый день, а она всё равно скучала, и с каждым днём всё больше. Ещё совсем недавно она мечтала отомстить бывшему любовнику за смерть Дани. Именно с этой мыслью она первый раз вошла в его офис. Теперь что-то изменилось. Он оказался тем мужчиной, который возродил в ней женщину, кто вернул её к жизни. Он, и никто другой, вылечил её и сделал вновь полноценной.
Она много думала, анализировала, взвешивала. И наконец пришла к выводу что Борис Петрович прав и у Федерико действительно не было выбора. Он ведь постоянно в разъездах, а малышу требовался уход, только поэтому её сынишка оказался в Доме ребёнка. А вот родная бабушка должна была оставить его у себя, а не отдавать чужим людям.
Вся вина опять ложилась на плечи Ирины Монтеро и Мартина.
Простив Федерико, Милана начала мечтать о будущем. Теперь оно стало прорисовываться чётко. Их отношения с Федерико крепли, казалось так будет и дальше. Но жизнь часто преподносит сюрпризы, всё расставляя по тем местах, которые для неё кажутся наиболее удобными. А тот, кто строил планы, выстраивая для себя лестницу счастья и успеха, в один миг мог подвернуть ногу на прогнившей или сломанной ступени и упасть вниз, очутившись там, откуда невозможно подняться. И тогда вся жизнь катиться под откос, а мысли, осаждающие мозг превращают её в ад.
И только тот, кто, обладает неимоверной силой воли, может сжать её в кулак, чтобы встать и пойти. Часто преодолевая часть пути ползком, иногда вставая на четвереньки. Но в конце, опять шагая в полный рост.
Никто никогда не зовёт беду, не планирует неприятности, они приходят сами и всегда в тот момент, когда их не ждут.
Милана решила, что пришло время поговорить с Федерико и рассказать ему о том, как Анна Корсак превратилась в Милану Горскую. Возможно, узнав правду, он не захочет иметь с ней никаких дел. Может любовь его испариться вместе с Миланой Горской. Странно, что он не узнал её. Не так сильно она изменилась, волосы перекрасила, да линзы стала носить, чтобы изменить цвет глаз.
Хотелось посмотреть, как он отреагирует на это известие. А ещё он должен знать, что Тёма его сын, но скажет она ему об этом только в том случае, если будет уверена, что он действительно её любит.
Новый день был в самом разгаре. Милана взглянула на часы, время обеденное. Именно то время, когда машина Федерико подъезжала к зданию, в котором находился её офис и они вместе отправлялись на обед. Но с тех пор, как он уехал она обедала одна, да и вряд ли это можно было назвать обедом. Так перекус. Лёгкий овощной салатик и чашка кофе без сахара, но обязательно с молоком.
Завтра, уже завтра, Федерико будет в Москве. При этой мысли её сердце взволнованно затрепетало. Тело в предвкушении его прикосновений покрылось холодным ознобом, приятное тепло подкатило к низу живота, вызывая сладостную истому. Чтобы не распалять себя она встала и прихватив с собой сумочку, вышла из-за стола, чтобы пойти к выходу.
В этот момент дверь открылась, и секретарь с радостной улыбкой на лице доложила: к вам посетитель, Милана Борисовна.
«Федерико, неужели прилетел раньше?»– Её щёки мгновенно запылали розовым пламенем.
Но это был Эмиль Кроозье. Милана разочарованно вздохнула, но, чтобы не выдать себя засияла широкой улыбкой.
– Ангел мой. Я рад видеть вас в прекрасном настроении. Он пошёл к ней навстречу, не оставляя ей выбора. Они встретились посредине комнаты.
– Эмиль, я тоже рада вас видеть. Надолго в Москву?
– Как обычно, на пару дней. Могу ли я пригласить вас поужинать со мной сегодня вечером?
– Не уверена. Эмиль, я не хочу вас огорчать, но должна сказать, что у меня есть мужчина, которого я люблю, поэтому наши встречи не могут иметь продолжение. Моему жениху не понравится, если я и впредь буду принимать ваши приглашения.
– Жаль, очень жаль. – Француз опустил голову и несколько секунд над чем-то раздумывал.
– Миланочка, сердечко моё, вы уверены, что этот мужчина именно тот, человек, который вам нужен? Может, это просто влюблённость? И, если так, тогда я готов подождать. Возможно, через некоторое время вы рассмотрите его получше и поймёте, что он не сможет сделать вас счастливой.
– Эмиль. Вы замечательный. Но то, о чём вы сейчас говорите не случится. Это не влюблённость. Я люблю и уверена, что только с ним буду счастлива.
– Ну что ж, мне горько, больно и весьма обидно. Но я умею проигрывать и, если вы согласитесь остаться моим другом буду очень, очень рад.
– Конечно, соглашусь.
– Тогда моё предложение поужинать остаётся в силе.
– Хорошо.
– Я заеду в семь. А сейчас вы куда-то собрались?
– Время обеденное, хотела зайти в кафе, выпить кофе. Проводите меня?
– С удовольствием.
Не всегда всё получается так, как мы задумывает. Иногда маленькая ошибка или случайность может изменить ход истории. Именно такая случайность произошла через минуту.
Уже дойдя до двери, Милана спохватилась, что оставила мобильный телефон на столе.
– Простите, Эмиль, я последнее время такая рассеянная. Забыла телефон, а мне должны позвонить. Она быстро вернулась к столу, взяла телефон и положив его в сумочку, уже собиралась вернуться к Кроозье, поджидавшему у двери.
Но случайность на то и случайность, чтобы ломать все планы.
Неудачно развернувшись, Милана неожиданно оступилась и на ровном месте подвернула ногу. Острая боль пронзила щиколотку.
Чтобы не упасть, женщина по инерции схватилась за спинку стула, но рука, не удержавшись, сорвалась, и она стала падать на опрокинутый стул.
В считанные секунды Эмиль оказался рядом и успел подхватить Милану на руки прежде, чем она упала на пол.
– О, мой Бог. Ангел мой. Какое счастье, что вы целы. Вы, не ушиблись?
– Нога. Моя нога, – всхлипнула Милана. – Очень больно, я, кажется, подвернула, а может даже, сломала её.
– Сейчас, птичка моя, потерпите. Я посажу вас на диван, и мы осмотрим вашу ножку.
Но он не успел. Помешал ему Злой рок или стечение обстоятельств.
Только едва он с Миланой на руках сделал шаг к дивану, как дверь распахнулась, и в помещение вошёл Федерико Монтеро. Понадобилось одно мгновение, чтобы увидеть, как у испанца брови, превратившись в домики, поползли вверх.
– Федо, – едва слышно прошептала женщина.
На его лице не дрогнул ни один мускул. Он стоял и смотрел на них. Жёсткий, самоуверенный, волевой, непроницаемая глыба с холодными, как у волка глазами. Машина, робот, беспощадный и холодный. Такой наступит и пойдёт дальше. И не тронут его стенания и слёзы безвинных жертв.
Сейчас он ничего не ощущал кроме злости и агрессии. Только благодаря сильной натуре ему удалось загнать неконтролируемые чувства далеко внутрь. Чтобы не сорваться ему помогал чётко работающий мозг.
Милана испуганно замерла, она никогда не видела Федерико таким жёстким и агрессивным, похожим на дьявола, у которого по нервам струится яд.
От страха у неё сбилось дыхание, а сердце, скользнув по позвоночнику достигло пяток. Она хотело что-то сказать, но он заговорил первым.
– Я думал, что встретил, наконец, свою единственную ту, с которой хотел бы прожить всю жизнь. Женщину, которой мог бы подарить весь мир. Но я опять ошибся. Ты просто шлюха, обычная, нет не обычная. Элитная шлюха.
Он громко выдохнул яд из лёгких. Но в душе по-прежнему полыхал огонь, выбивая искры из глаз. И досада с яростью никак не утихали. Швырнув в сторону дивана, стоящего у дверей букет, он развернулся, чтобы уйти, но возле дверей остановился и вновь выплюнул.
– Держи крепче, Кроозье, а то не удержись и завтра найдёшь её в другой постели, с другим мужиком. Шлюхи они такие, не могут долго сидеть на одном члене.
Он вышел, оставив дверь открытой.
Пока шёл к лифту:
Шлюха, шлюха. Шлюха. – Стучало в его голове.
Шлюха. Шлюха, шлюха, – отзывалось, в её мозгах.
Сейчас он испытывал весь спектр отрицательных эмоций. И самое главное, что давило на мозг это осознание своей ущербности и понимание того, что им пренебрегли, унизили, предпочли другого.
Эмиль опустил свою ношу на диван и обессиленно присел у её ног. Он сразу понял, что Федерико Монтеро именно тот мужчина, в которого влюблена Милана. Не вызывало сомнения, что и Федерико влюблён в эту прекрасную женщину. Иначе не было бы этого выброса дикой, необузданной ревности. Эмилю стало жаль, что именно Федерико сумел покорить эту красавицу. Но как и когда? Впрочем, это уже не имело значения. Кроозье был не глуп и понимал, что в битве с Монтеро у него нет шансов. Испанец умел держать жертву. И если он её наметил, то ей уже от него никуда не деться. И отвоевать её он никому не позволит.
Пока Эмиль, раздумывая над превратностями судьбы, осматривал ногу Миланы, она, закусив нижнюю губу, беззвучно плакала. Как Федерико мог так плохо подумать о ней? Обидел, оскорбил. После такого унижения стыдно смотреть в глаза Кроозье.
Эти мысли сжигали её изнутри, но она сумела взять себя в руки. Успокоилась быстро. Благодаря своим новым родителям Милана научилась мгновенно впитывать информацию и держать лицо. Вот и сейчас она загнала свою боль глубоко внутрь. Главное не показать, как ей горько, и никто не должен видеть её слёзы.
– Ангел мой. Я думаю, у вас вывих, я могу сделать повязку сам или же, если хотите, отвезу вас к врачу.
– Спасибо, Эмиль. Я позвоню отцу, он заберёт меня и всё сделает сам. Он знает, что делать с такими травмами. Думаю, обойтись без врача.
– Тогда хотя бы повязку и холодный компресс. У вас в офисе есть лёд?
– Есть, конечно. Я сейчас позвоню секретарю.
– Не волнуйтесь, я всё сделаю сам. – Он быстро метнулся в приёмную и через минуту уже накладывал ей тугую повязку, а затем, накрыв травмированную ногу полотенцем, положил сверху грелку со льдом.
– Ну вот, теперь можете звонить отцу.
– Спасибо, Эмиль.
– Ангел мой, я сожалею, что вы не сможете сегодня поужинать со мной. Но через месяц я опять буду в Москве и тогда не приму никаких возражений.
Этот голос – мягкий, бархатный, она узнала бы его из тысячи. И этот свежий запах петитгрейна, кардамона и кедра смешанный с запахом чистого мужского тела, создающий настоящую лесную симфонию. Запах хвойного леса после дождя, мха, цитруса и древесной нотки.
У Миланы перехватило дыхание. Сердце, на месте которого ещё минуту назад была обнажённая пустота, сорвалось в галоп.
Он был всего в нескольких шагах от неё. Дышать стало совсем тяжело. Казалось, что в лёгких застыла вода, а ноги приросли к полу.
Она сделала один шаг, второй и застыла. Словно боялась, что он развернётся и исчезнет за дверью. Она не поняла в какой момент отвлеклась, и в какое мгновение он оказался рядом. Ощутив на губах его поцелуй, прильнула сильнее, приоткрыв рот, дала возможность его языку проникнуть вглубь и исследовать его. Возбуждение накатывало волнами.
Она хотела его до одури, до изнеможения, как сучка во время течки. Жажда по его ласкам разрывала на части, срывала с ритма дыхание, заставляла покрываться ознобом.
Его горячее дыхание касалось её открытой шеи, поднимая тоненькие волоски, заставляя её тело дрожать и передавать эту едва сдерживаемую дрожь его телу и сильным, обнимавшим её рукам. Она закрыла глаза, чтобы полностью погрузиться в пьянящие ощущения, сильнее почувствовать сладкий яд, который наполнив низ живота медленно растекался по всему телу. Она не заметила, как он развернул её спиной к себе, прижал плотнее, давая ей почувствовать силу его желания. Она задвигала попой, то прилипая к его паху, то отодвигаясь. Двигала упругими ягодицами из стороны в сторону, взад, вперёд. Давая ему понять, что и она хочет его так же сильно, как и он.
Он провел кончиком носа по её шее, шумно втянул запах, губами коснулся мочки уха, слегка прикусил её, затем облизал.
«Как зверь, как хищник, облизывает свою самку во время течки». – Мелькнула мысль и погасла.
От этой нехитрой ласки она задрожала ещё сильнее, задвигалась быстрее и негромко застонала. Его грудь, дрогнув завибрировала мелкой дрожью. Он прижал её к себе не оставив между ними ни миллиметра. Они оказались под властью страсти и уже ничего не могло их остановить. Она развернулась к нему лицом, и сама припала к его губам, в то время как руки нашли и, уже лихорадочно пытались расстегнуть пряжку ремня.
Все, что случилось потом, произошло быстро. Слияние тел, губ, душ. На несколько секунд они стали единым целым, словно срослись, как два сиамских близнеца. Страсть бешенная, неконтролируемая жажда любви поглотила их и это было прекрасно.
А после, он снял её со стола, прижал к себе и вновь поцеловал.
– Мне нужно одеться.
– Да, милая. – Он подал ей трусики, которые подобрал с ковра. Пока она приводила себя в порядок, он застегнул пуговицы на сорочке, затем вжикнул молнией и щёлкнул пряжкой ремня. Сердце постепенно приходило в норму и руки перестали дрожать. В тело возвращалась истраченная энергия.
Она вернулась из комнаты, в которой был умывальник. Чистенькая. Свежая. Как будто не она всего несколько минут назад участвовала в бешенной скачке.
– Поедем ко мне. – Обнимая её и прижимая к себе предложил Федерико, надеясь, что она согласится.
– Нет. Я не могу.
– Почему?
– У меня сын. Я не могу оставить его на ночь.
– Он один?
– С няней, но это не имеет значения. Я должна вернуться домой. Прости.
Ему не хотелось её отпускать, с ней он дышал полной грудью, без неё ощущал пустоту, как будто вселенная замирала в ожидании их следующей встречи.
Они встретились на следующий день, он пригласил её в ресторан. В тот ресторан, в котором он ещё раньше увидел её с родителями. После ресторана поехали в его квартиру в центре Москвы. Он купил её несколько месяцев назад, когда познакомился с Миланой. У него было несколько квартир в Москве и все для разных случаев. Он не мог, да и не хотел возить любовниц в дом, в котором когда-то был счастлив с Анечкой. Там был их общий мир, окутанный счастьем, завёрнутый в её заливистый смех и связанный незримой силой.
Почти месяц Федерико и Милана наслаждались обществом друг друга. Каждый вечер он забирал её с работы. Они ехали в какой-нибудь ресторан или в другие примечательные места, где она ещё не была. Ужинали, а потом отправлялись на квартиру, а после он отвозил её домой, чтобы утром забрать и привезти на работу.
Встречи с Миланой нарушили привычный ритм жизни Федерико. На них уходило много времени. Ему давно нужно было лететь в Бразилию, затем в Грецию, заключать контракты, но главное выставка высокой моды в Шанхае. Отец требовал, чтобы Федерико полетел сам лично.
Ему не хотелось оставлять Милану одну. Он предложил ей лететь с ним. Но она отказалась.
– Почему, милая? Я оплачу все расходы и дополнительно переведу на твой счет миллион долларов. Соглашайся. Уверяю, тебе понравится, особенно выставка высокой моды.
– Нет, Федерико. У меня клаустрофобия, я панически боюсь высоты и замкнутого пространства. Не сердись.
– Очень жаль. Меня не будет пару недель, может, больше. Обещаешь, что дождёшься?
– Конечно дождусь. Куда же я денусь.
– Я буду скучать.
– И я.
Если бы она тогда знала, что эта поездка вновь разрушит их отношение то, наверное, побежала бы бегом вслед за самолётом.
Прода от 08.01.2025, 16:18
Глава 44
Федерико отсутствовал почти месяц. Он звонил Милане каждый день, а она всё равно скучала, и с каждым днём всё больше. Ещё совсем недавно она мечтала отомстить бывшему любовнику за смерть Дани. Именно с этой мыслью она первый раз вошла в его офис. Теперь что-то изменилось. Он оказался тем мужчиной, который возродил в ней женщину, кто вернул её к жизни. Он, и никто другой, вылечил её и сделал вновь полноценной.
Она много думала, анализировала, взвешивала. И наконец пришла к выводу что Борис Петрович прав и у Федерико действительно не было выбора. Он ведь постоянно в разъездах, а малышу требовался уход, только поэтому её сынишка оказался в Доме ребёнка. А вот родная бабушка должна была оставить его у себя, а не отдавать чужим людям.
Вся вина опять ложилась на плечи Ирины Монтеро и Мартина.
Простив Федерико, Милана начала мечтать о будущем. Теперь оно стало прорисовываться чётко. Их отношения с Федерико крепли, казалось так будет и дальше. Но жизнь часто преподносит сюрпризы, всё расставляя по тем местах, которые для неё кажутся наиболее удобными. А тот, кто строил планы, выстраивая для себя лестницу счастья и успеха, в один миг мог подвернуть ногу на прогнившей или сломанной ступени и упасть вниз, очутившись там, откуда невозможно подняться. И тогда вся жизнь катиться под откос, а мысли, осаждающие мозг превращают её в ад.
И только тот, кто, обладает неимоверной силой воли, может сжать её в кулак, чтобы встать и пойти. Часто преодолевая часть пути ползком, иногда вставая на четвереньки. Но в конце, опять шагая в полный рост.
Никто никогда не зовёт беду, не планирует неприятности, они приходят сами и всегда в тот момент, когда их не ждут.
Милана решила, что пришло время поговорить с Федерико и рассказать ему о том, как Анна Корсак превратилась в Милану Горскую. Возможно, узнав правду, он не захочет иметь с ней никаких дел. Может любовь его испариться вместе с Миланой Горской. Странно, что он не узнал её. Не так сильно она изменилась, волосы перекрасила, да линзы стала носить, чтобы изменить цвет глаз.
Хотелось посмотреть, как он отреагирует на это известие. А ещё он должен знать, что Тёма его сын, но скажет она ему об этом только в том случае, если будет уверена, что он действительно её любит.
Новый день был в самом разгаре. Милана взглянула на часы, время обеденное. Именно то время, когда машина Федерико подъезжала к зданию, в котором находился её офис и они вместе отправлялись на обед. Но с тех пор, как он уехал она обедала одна, да и вряд ли это можно было назвать обедом. Так перекус. Лёгкий овощной салатик и чашка кофе без сахара, но обязательно с молоком.
Завтра, уже завтра, Федерико будет в Москве. При этой мысли её сердце взволнованно затрепетало. Тело в предвкушении его прикосновений покрылось холодным ознобом, приятное тепло подкатило к низу живота, вызывая сладостную истому. Чтобы не распалять себя она встала и прихватив с собой сумочку, вышла из-за стола, чтобы пойти к выходу.
В этот момент дверь открылась, и секретарь с радостной улыбкой на лице доложила: к вам посетитель, Милана Борисовна.
«Федерико, неужели прилетел раньше?»– Её щёки мгновенно запылали розовым пламенем.
Но это был Эмиль Кроозье. Милана разочарованно вздохнула, но, чтобы не выдать себя засияла широкой улыбкой.
– Ангел мой. Я рад видеть вас в прекрасном настроении. Он пошёл к ней навстречу, не оставляя ей выбора. Они встретились посредине комнаты.
– Эмиль, я тоже рада вас видеть. Надолго в Москву?
– Как обычно, на пару дней. Могу ли я пригласить вас поужинать со мной сегодня вечером?
– Не уверена. Эмиль, я не хочу вас огорчать, но должна сказать, что у меня есть мужчина, которого я люблю, поэтому наши встречи не могут иметь продолжение. Моему жениху не понравится, если я и впредь буду принимать ваши приглашения.
– Жаль, очень жаль. – Француз опустил голову и несколько секунд над чем-то раздумывал.
– Миланочка, сердечко моё, вы уверены, что этот мужчина именно тот, человек, который вам нужен? Может, это просто влюблённость? И, если так, тогда я готов подождать. Возможно, через некоторое время вы рассмотрите его получше и поймёте, что он не сможет сделать вас счастливой.
– Эмиль. Вы замечательный. Но то, о чём вы сейчас говорите не случится. Это не влюблённость. Я люблю и уверена, что только с ним буду счастлива.
– Ну что ж, мне горько, больно и весьма обидно. Но я умею проигрывать и, если вы согласитесь остаться моим другом буду очень, очень рад.
– Конечно, соглашусь.
– Тогда моё предложение поужинать остаётся в силе.
– Хорошо.
– Я заеду в семь. А сейчас вы куда-то собрались?
– Время обеденное, хотела зайти в кафе, выпить кофе. Проводите меня?
– С удовольствием.
Не всегда всё получается так, как мы задумывает. Иногда маленькая ошибка или случайность может изменить ход истории. Именно такая случайность произошла через минуту.
Уже дойдя до двери, Милана спохватилась, что оставила мобильный телефон на столе.
– Простите, Эмиль, я последнее время такая рассеянная. Забыла телефон, а мне должны позвонить. Она быстро вернулась к столу, взяла телефон и положив его в сумочку, уже собиралась вернуться к Кроозье, поджидавшему у двери.
Но случайность на то и случайность, чтобы ломать все планы.
Неудачно развернувшись, Милана неожиданно оступилась и на ровном месте подвернула ногу. Острая боль пронзила щиколотку.
Чтобы не упасть, женщина по инерции схватилась за спинку стула, но рука, не удержавшись, сорвалась, и она стала падать на опрокинутый стул.
В считанные секунды Эмиль оказался рядом и успел подхватить Милану на руки прежде, чем она упала на пол.
– О, мой Бог. Ангел мой. Какое счастье, что вы целы. Вы, не ушиблись?
– Нога. Моя нога, – всхлипнула Милана. – Очень больно, я, кажется, подвернула, а может даже, сломала её.
– Сейчас, птичка моя, потерпите. Я посажу вас на диван, и мы осмотрим вашу ножку.
Но он не успел. Помешал ему Злой рок или стечение обстоятельств.
Только едва он с Миланой на руках сделал шаг к дивану, как дверь распахнулась, и в помещение вошёл Федерико Монтеро. Понадобилось одно мгновение, чтобы увидеть, как у испанца брови, превратившись в домики, поползли вверх.
– Федо, – едва слышно прошептала женщина.
На его лице не дрогнул ни один мускул. Он стоял и смотрел на них. Жёсткий, самоуверенный, волевой, непроницаемая глыба с холодными, как у волка глазами. Машина, робот, беспощадный и холодный. Такой наступит и пойдёт дальше. И не тронут его стенания и слёзы безвинных жертв.
Сейчас он ничего не ощущал кроме злости и агрессии. Только благодаря сильной натуре ему удалось загнать неконтролируемые чувства далеко внутрь. Чтобы не сорваться ему помогал чётко работающий мозг.
Милана испуганно замерла, она никогда не видела Федерико таким жёстким и агрессивным, похожим на дьявола, у которого по нервам струится яд.
От страха у неё сбилось дыхание, а сердце, скользнув по позвоночнику достигло пяток. Она хотело что-то сказать, но он заговорил первым.
– Я думал, что встретил, наконец, свою единственную ту, с которой хотел бы прожить всю жизнь. Женщину, которой мог бы подарить весь мир. Но я опять ошибся. Ты просто шлюха, обычная, нет не обычная. Элитная шлюха.
Он громко выдохнул яд из лёгких. Но в душе по-прежнему полыхал огонь, выбивая искры из глаз. И досада с яростью никак не утихали. Швырнув в сторону дивана, стоящего у дверей букет, он развернулся, чтобы уйти, но возле дверей остановился и вновь выплюнул.
– Держи крепче, Кроозье, а то не удержись и завтра найдёшь её в другой постели, с другим мужиком. Шлюхи они такие, не могут долго сидеть на одном члене.
Он вышел, оставив дверь открытой.
Пока шёл к лифту:
Шлюха, шлюха. Шлюха. – Стучало в его голове.
Шлюха. Шлюха, шлюха, – отзывалось, в её мозгах.
Сейчас он испытывал весь спектр отрицательных эмоций. И самое главное, что давило на мозг это осознание своей ущербности и понимание того, что им пренебрегли, унизили, предпочли другого.
Прода от 09.01.2025, 11:09
Глава 45
Эмиль опустил свою ношу на диван и обессиленно присел у её ног. Он сразу понял, что Федерико Монтеро именно тот мужчина, в которого влюблена Милана. Не вызывало сомнения, что и Федерико влюблён в эту прекрасную женщину. Иначе не было бы этого выброса дикой, необузданной ревности. Эмилю стало жаль, что именно Федерико сумел покорить эту красавицу. Но как и когда? Впрочем, это уже не имело значения. Кроозье был не глуп и понимал, что в битве с Монтеро у него нет шансов. Испанец умел держать жертву. И если он её наметил, то ей уже от него никуда не деться. И отвоевать её он никому не позволит.
Пока Эмиль, раздумывая над превратностями судьбы, осматривал ногу Миланы, она, закусив нижнюю губу, беззвучно плакала. Как Федерико мог так плохо подумать о ней? Обидел, оскорбил. После такого унижения стыдно смотреть в глаза Кроозье.
Эти мысли сжигали её изнутри, но она сумела взять себя в руки. Успокоилась быстро. Благодаря своим новым родителям Милана научилась мгновенно впитывать информацию и держать лицо. Вот и сейчас она загнала свою боль глубоко внутрь. Главное не показать, как ей горько, и никто не должен видеть её слёзы.
– Ангел мой. Я думаю, у вас вывих, я могу сделать повязку сам или же, если хотите, отвезу вас к врачу.
– Спасибо, Эмиль. Я позвоню отцу, он заберёт меня и всё сделает сам. Он знает, что делать с такими травмами. Думаю, обойтись без врача.
– Тогда хотя бы повязку и холодный компресс. У вас в офисе есть лёд?
– Есть, конечно. Я сейчас позвоню секретарю.
– Не волнуйтесь, я всё сделаю сам. – Он быстро метнулся в приёмную и через минуту уже накладывал ей тугую повязку, а затем, накрыв травмированную ногу полотенцем, положил сверху грелку со льдом.
– Ну вот, теперь можете звонить отцу.
– Спасибо, Эмиль.
– Ангел мой, я сожалею, что вы не сможете сегодня поужинать со мной. Но через месяц я опять буду в Москве и тогда не приму никаких возражений.
