Пробили оба правых колеса. Я чудом не слетел в кювет. Они подбежали и под угрозой расстрела вытащили меня из машины. А потом… — он злобно прошипел, — ударили прикладом по голове. И принялись пинать ногами. Я отключился.
Очнулся Лекс уже в багажнике. За тонированными стёклами темнота. Позже он вслушался в разговоры. Его везли в Спасск-Дальний — в центр города. И когда из обрывков разговора он услышал имя «Саныч», понял: те самые ублюдки, чьи банды дважды пытались ворваться в их посёлок. Саныч, по словам похитителей, специально поставил этих двоих на трассу — ловить путешественников, чтобы те привозили их к нему. Он надеялся узнать о других выживших, которые могли прятаться от его банды.
— Спасся я случайно, — голос Лекса дрожал. — В черте города над одним из зданий висело нечто. Тёмное, гигантское, не отражало света. Эти двое остановились поглазеть. Один вышел из машины чтобы рассмотреть поближе. Я услышал его крики, потом второй рванул к нему. Я не стал терять время. Перелез из багажника на водительское кресло и, не закрывая дверей, вдавил педаль газа в пол.
Проехав полсотни километров, адреналин перестал действовать. Лекса просто скрутило от нечеловеческой боли, которая накатила со всех сторон. Он свернул на просёлок, загнал машину в лес, подальше от трассы, и снова отключился. Очнулся от той же боли. За окнами уже было светло. И недалеко от машины стоял туман — белый, плотный. Лекс не заметил его ночью, когда сознание держалось на волоске, перед тем как отключиться снова.
— Дальше я добирался уже не по федеральной трассе, — тяжело выдохнул он. — Объездными, через Арсеньев, потом просёлками. Было страшно, что снова отключусь. Всё время думал, что эти двое могут меня найти. Или Саныч. Или эта хрень, что в небе висела.
В комнате повисла звенящая тишина. Даже Аня замерла с окровавленной марлей в руках, забыв обрабатывать рану. Иван Сергеевич, приподнявшись на локте, смотрел на Лекса с ужасом и недоверием. Андрей перевёл взгляд на опухшее лицо, на разбитые руки, на безжизненно повисшие плечи — и понял: они вновь стоят на пороге войны за выживание.
— Эти двое могли Санычу доложить, что ты сбежал, — задумчиво пробормотал Андрей, хмурясь. Он прокручивал в голове возможные варианты развития событий, и почти все они были неутешительными.
— Даже если и сказали, — медленно, с трудом выговорил Лекс, — они не знают, откуда я приехал. Я им ничего не говорил. А документов у меня с собой не было.
— Хорошо, — Андрей кивнул, вставая. — Значит, у нас, возможно, ещё есть время, чтобы успеть собраться.
— Куда собраться? — Лекс попытался приподнять голову, но Аня мягко, но настойчиво вернула её обратно.
Андрей коротко, опуская детали, рассказал ему про разговор с Игорем, про бункер под Новосибирском и про приглашение, которое они приняли.
— Ты уверен, что это не подстава? — спросил Лекс, щурясь от боли. В его голосе, хриплом и слабом, проскользнуло сомнение — неожиданное для того, кто всегда действовал на грани риска.
Андрей на мгновение замер. Лёгкое, почти незаметное подозрение закралось и в его душу. Действительно, зачем Игорю всё это? Зачем ему группа выживших из десятка человек? Или это чистый альтруизм? Но он отогнал эту мысль, решив, что сейчас не время для паранойи.
— Почти уверен, что нет, — ответил он твёрже, чем чувствовал. — Зачем ему это нужно?
— Андрей, — Аня поднялась, снимая медицинские перчатки, — помоги отвести его в комнату. Ему сейчас нужен покой. И сон.
Он кивнул и, осторожно подхватив Лекса под локоть, помог ему встать. Тот зашипел сквозь зубы, опираясь на него всей тяжестью. Они медленно, шаг за шагом, двинулись к свободной комнате на первом этаже.
Андрей сидел за кухонным столом, рассеянно жуя завтрак. В голове, как в растревоженном улье, роились дела, заботы и новые, только что появившиеся обстоятельства после рассказа Лекса. В кухню вошёл Степан Валерьевич — прихрамывая, но бодрый. Они вместе принялись размышлять над планом действий, перебирая варианты и отметая нереальные.
— Валерьевич, — сказал Андрей, отодвигая пустую тарелку, — сегодня нам кровь из носу нужно решить, как раздобыть радиостанцию. Связь с бункером — это сейчас главное.
— Есть одна мысль, — старик задумчиво потёр щетину. — Возьму Антона и прокатимся.
— Добро, — Андрей удовлетворённо кивнул. — Нам ещё нужно прикинуть дорогу до Новосибирска, план сбора и транспорт подходящий найти. Всё и сразу, как всегда.
— Всё сделаем, не переживай, — Степан Валерьевич положил тяжёлую ладонь ему на плечо. — И всё же ты прав.
— В чём? — Андрей поднял на него усталые глаза.
— Нам нужен перерыв. Выходной, что ли. Иначе мы себя загоним.
Андрей помолчал, потом кивнул, соглашаясь.
— Давай так: к вечеру все дела сделаем, а потом все вместе сходим на побережье, мясо пожарим.
— Вот и ладушки, — протянул Степан Валерьевич с улыбкой, впервые за долгое время почти искренней. — Тогда пойду, Антона напрягу. А то его Элька совсем расслабила.
— Погоди, — Андрей мягко, но настойчиво остановил его. — Пока мясо не разморозилось окончательно, нужно холодильники какие-нибудь привезти. Чтобы мясо не пропало.
— Давай сделаем проще, — старик почесал затылок, прикидывая что-то в уме. — Генератор привезём. И в дом напротив его установим. А холодильники… — он махнул рукой, — по соседним домам их полно. Притащим пару штук, подключим.
— Пойдёт, — твёрдо сказал Андрей, кивая.
Спустя полчаса в доме завертелась привычная суета: женщины занялись бытовыми делами — уборкой, готовкой, стиркой, чтобы хоть как-то отвлечься. Мужчины же сосредоточенно готовились к выезду, проверяли оружие, собирали рюкзаки, переговаривались короткими, деловыми фразами. В этом круговороте дел, планов и надежд на вечерний шашлык было что-то почти нормальное, мирное. Почти как в той, прошлой жизни.
Когда сборы подходили к концу, Степан Валерьевич тихонько позвал Андрея, и они вышли во двор.
— Слушай, мы сами сгоняем, — сказал он, понизив голос, будто не хотел, чтобы кто-то ещё слышал. — Тебе и тут достаточно дел. Хватит с тебя приключений на эту неделю. Лучше девчонок береги.
Андрей молча кивнул, соглашаясь.
— Ты уже решил, где искать радиостанцию? — спросил он, прислонившись к забору. — И как мы вообще разберёмся, что с ней делать?
— Не школьники же, в конце концов, — улыбнулся старик. — И вслепую мыкаться не будем. Сейчас снова на кораблик сгоняем и напряжём Игоря. Пусть нас просветит, что и где можно взять. И, собственно, как всё это в работу пустить.
— Здорово придумал, — улыбнулся Андрей.
— Да чего там думать, — старик махнул рукой. — Благо есть у кого спросить. Не зря же у них в бункере связисты есть.
— Понял. Только осторожно, хорошо?
— Всё будет нормально, — Степан Валерьевич похлопал его по плечу. — Вы пока тут поляну накрывайте, а мы, думаю, успеем вернуться к этому времени.
Из дома вышли Антон и Рави — с рюкзаками, готовые к дороге. Они принялись грузиться в автомобиль, помогая друг другу. Антон засовывал свой рюкзак в салон, громко чертыхался, когда тот никак не хотел пролезать между креслами.
— Андрюха! — выкрикнул он наконец. — Я там мясо в кастрюле замариновал, пока вы с Лексом возились. Смотри, чтобы котяра не лез туда.
— Хорошо, — усмехнулся Андрей. — Присмотрю.
Степан Валерьевич крякнул, уселся поудобнее, хлопнул дверцей, и «Раптор» ожил, заурчал двигателем. Через минуту красный внедорожник, доехав до перекрёстка, скрылся за поворотом.
Андрей стоял возле забора, докуривал и размышлял о том, что скоро им предстоит непростой путь в Новосибирск. И что-то подсказывало ему — это будет далеко не конечный пункт назначения. Ещё до исчезновения человечества путешествие на автомобиле на такое расстояние было тем ещё приключением. А сейчас… сейчас оно будет похоже на испытание. Требовалось продумать всё до мелочей. Чем он и планировал заняться сегодня — составить список, распределить задачи, прикинуть маршрут. Чтобы потом не метаться в панике.
Вернувшись в дом, Андрей направился на кухню и сразу заметил, как рыжий кот, стоя возле кастрюли, принюхивается, вытянув шею.
— Ну-ка брысь! — гаркнул Андрей.
Мохнатый, поняв, что его застукали, быстро спрыгнул со столешницы и медленно побрёл в сторону подоконника.
Проводив его взглядом с прищуром, Андрей налил кофе, устроился на одном из стульев за столом, достал телефон, открыл приложение для заметок и принялся набрасывать краткие пункты.
Первым пунктом — «Радиостанция». Этим вопросом уже занялся Валерьевич, и можно было временно вычеркнуть его из головы.
Вторым — «Продовольствие». Тут необходимо коллективное мнение. Всё же предпочтения у всех разные, да и брать продукты на весь путь от Владивостока до Новосибирска казалось неразумным. Ведь можно же пополнять запасы по дороге в городах.
Третьим — «Транспорт». Андрей задумался. Взять ли ему «Лексус» из гаража их дома, ключи от которого висели там же, и дать своему верному «Форестеру» заслуженный, но, возможно, преждевременный покой? С одной стороны, «Лексус» — это комфорт, вместительность и надёжность. С другой — «Форестер» проверен в деле, он, как старый друг, никогда не подводил. Андрей вздохнул и поставил в заметках: «Транспорт — обсудить с Антоном, всё же он автослесарь и сможет провести диагностику автомобилей перед дальней поездкой».
Четвёртым пунктом он написал «Маршрут». Бумажные карты, атласы дорог. Определить объездные пути, возможные опасные участки — всё это нужно было продумать заранее.
Пятым — «Оружие и боеприпасы». Проверить, пересчитать, привезти из военной части недостающее. «С этим вопросом лучше справится Валерьевич», — подумал Андрей.
И, наконец, шестым, самым важным, — «Люди». Кто едет. А кто решит остаться. Вопрос, от которого ныло в груди.
На кухню вошли Аня и Эльвира, тихо о чём-то переговариваясь, но Андрей не повернулся в их сторону — он был полностью поглощён размышлениями, глядя в светящийся экран телефона.
— Завещание пишешь? — усмехнулась Эльвира, проходя мимо.
— Не переживай, тебя в нём не планирую указывать, — ответил Андрей, не отрываясь от экрана.
— А чё так? — фыркнула она и, отвернувшись, решительно распахнула холодильник, рыская взглядом по содержимому.
Аня мягко опустилась на стул напротив Андрея, помедлила, собираясь с мыслями, и тихо спросила:
— Я понимаю, что Благовещенск немного в стороне от нашего пути… Но можно будет заехать туда? Хотя бы на часик?
Андрей оторвался от телефона, поднял голову и посмотрел на неё. В её глазах была такая напряжённая надежда, что у него кольнуло в груди.
— Как раз об этом думаю, — сказал он. — Обязательно заедем. Если мы потратим на это даже целый день — ничего страшного не случится.
— Спасибо, — Аня тепло, благодарно посмотрела ему в глаза.
Андрей не выдержал этого взгляда — смущённо уставился в экран, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Он вдруг вспомнил свои школьные годы, когда так же краснел при разговоре с девочкой, которая была ему интересна. Только теперь он был взрослым мужчиной, пережившим конец света, и смущаться перед женщиной, сидящей напротив, было… странно. Нелепо. Но приятно.
Он поймал себя на мысли, что она ему нравится. Не только внешне, но и потому, что рядом с ней хотелось быть собой, говорить, молчать, просто находиться рядом. Она словно будоражила его, заставляла чувствовать себя живым. Словно это была какая-то магия, которая не спрашивала разрешения.
Но мысли о жене и сыне вставали стеной. Они не могли позволить ему расслабиться, поступить как Антон — отбросить прошлое и жить настоящим, не оглядываясь. Вероятно, уже никогда он не сможет чувствовать жизнь так же свободно, как прежде. Это пугало. Но и отрезвляло одновременно.
— Поделишься планами? — тихо спросила Аня, продолжая смотреть на него.
— Да, давай делись уже, — усмехнулась Эльвира, приоткрывая крышку кастрюли с мясом. Аромат маринада мгновенно разнёсся по кухне, и она зажмурилась от удовольствия. — Сто лет уже шашлык не ела.
Андрей положил телефон на стол, отхлебнул остывший кофе и медленно заговорил:
— Начнём с продовольствия.
— А чего думать? — перебила Эльвира в своей привычной манере. — Мясо есть. Фарш накрутим. И так уж и быть — налеплю вам пельменей в дорогу. Холодильник какой-нибудь поставим в грузовик со всеми вещами и будем варить на ночёвках. — Она задумалась на секунду, потом щёлкнула пальцами. — Ах да! Грузовик же найти надо. Скажу Энтони, чтобы поискал.
— Энтони? — удивлённо улыбнулась Аня, поворачиваясь к ней.
Андрей, сдерживая смех, переглянулся с ней.
— Ну, Антон, в смысле, — недоумённо таращилась на них Эльвира. — Ай, ну вас! — махнула она рукой и, прихватив бутылку с соком, присела за стол рядом с Аней. — Чего вы прицепились?
— Как скажешь, — Андрей наконец не выдержал и улыбнулся, чувствуя, как напряжение последних дней понемногу отпускает. — Ладно, поехали дальше по списку. У нас тут ещё транспорт, оружие, маршрут… И самое главное — кто вообще едет.
— Не поняла… — поперхнулась соком Эльвира. — Есть те, кто не поедет?
— Мало ли, — пожал плечами Андрей. — Кто-то решит остаться. Вопреки здравому смыслу.
— Не думаю, что кто-то останется, — твёрдо сказала Аня.
— Дай-то бог, — протянул Андрей и посмотрел на Эльвиру. — Ты, кстати, так и не сказала: что за опыт у тебя с огнестрелом? И откуда такое желание готовить на нашу ораву?
— Как-нибудь потом расскажу, — Эльвира отмахнулась. — Может, даже сегодня. Если шашлык дадите. И наливать будете.
— Шашлык сама возьмёшь, — усмехнулся Андрей. — А вот наливать вряд ли…
— Фу… — скривилась Эльвира. — Ты чего такой скучный?
— Эля, перестань, — мягко попросила Аня.
— Капец вы оба скучные, — беззлобно бросила Эльвира, поднимаясь из-за стола. — Может, Сергеевич меня поддержит. — Игриво добавила она и вышла из кухни.
— Тяжёлый характер, — вздохнул Андрей, провожая её взглядом. — Но с ней не соскучишься.
— Она просто… прячется. За этой маской, — тихо сказала Аня. — Уверена, у неё есть причины. И, возможно, очень серьёзные.
Андрей молча кивнул и задумался о том, что в этом новом мире у каждого за плечами был груз, который они несли молча. И не всегда имело смысл спрашивать, что внутри. Иногда важнее было просто быть рядом. Даже с теми, кто колется и огрызается.
— Лекс в каком состоянии? — спросил Андрей, теребя телефон в руках.
Аня вздохнула, и лицо её омрачилось.
— Избили его сильно. Боюсь, как бы последствий не было. С левым глазом возможны проблемы, шрамы на лице останутся… и ребро одно сломано.
— Уроды, — прошипел Андрей, и кулаки его сжались сами собой.
— Сейчас он спит, после укола, — продолжила Аня. — Ему желательно меньше двигать мышцами лица. Да и сон — лучший помощник в лечении.
— Нам выезжать уже через несколько дней, — Андрей покачал головой. — Боюсь, ему за рулём будет тяжело.
— Он тоже за это переживал, пока не уснул, — Аня посмотрела ему прямо в глаза. — Но я почти уверена, что он справится.
— Не перестаю удивляться твоему оптимизму, — тихо, почти шёпотом, сказал Андрей, вглядываясь в её лицо. И снова от её взгляда в груди разлилось тепло.
— Кстати, — Аня отвела глаза, но улыбнулась, — меня Антон немного научил основам вождения и базовому обслуживанию машины. Так что я тоже попробую проехать несколько километров.
Очнулся Лекс уже в багажнике. За тонированными стёклами темнота. Позже он вслушался в разговоры. Его везли в Спасск-Дальний — в центр города. И когда из обрывков разговора он услышал имя «Саныч», понял: те самые ублюдки, чьи банды дважды пытались ворваться в их посёлок. Саныч, по словам похитителей, специально поставил этих двоих на трассу — ловить путешественников, чтобы те привозили их к нему. Он надеялся узнать о других выживших, которые могли прятаться от его банды.
— Спасся я случайно, — голос Лекса дрожал. — В черте города над одним из зданий висело нечто. Тёмное, гигантское, не отражало света. Эти двое остановились поглазеть. Один вышел из машины чтобы рассмотреть поближе. Я услышал его крики, потом второй рванул к нему. Я не стал терять время. Перелез из багажника на водительское кресло и, не закрывая дверей, вдавил педаль газа в пол.
Проехав полсотни километров, адреналин перестал действовать. Лекса просто скрутило от нечеловеческой боли, которая накатила со всех сторон. Он свернул на просёлок, загнал машину в лес, подальше от трассы, и снова отключился. Очнулся от той же боли. За окнами уже было светло. И недалеко от машины стоял туман — белый, плотный. Лекс не заметил его ночью, когда сознание держалось на волоске, перед тем как отключиться снова.
— Дальше я добирался уже не по федеральной трассе, — тяжело выдохнул он. — Объездными, через Арсеньев, потом просёлками. Было страшно, что снова отключусь. Всё время думал, что эти двое могут меня найти. Или Саныч. Или эта хрень, что в небе висела.
В комнате повисла звенящая тишина. Даже Аня замерла с окровавленной марлей в руках, забыв обрабатывать рану. Иван Сергеевич, приподнявшись на локте, смотрел на Лекса с ужасом и недоверием. Андрей перевёл взгляд на опухшее лицо, на разбитые руки, на безжизненно повисшие плечи — и понял: они вновь стоят на пороге войны за выживание.
— Эти двое могли Санычу доложить, что ты сбежал, — задумчиво пробормотал Андрей, хмурясь. Он прокручивал в голове возможные варианты развития событий, и почти все они были неутешительными.
— Даже если и сказали, — медленно, с трудом выговорил Лекс, — они не знают, откуда я приехал. Я им ничего не говорил. А документов у меня с собой не было.
— Хорошо, — Андрей кивнул, вставая. — Значит, у нас, возможно, ещё есть время, чтобы успеть собраться.
— Куда собраться? — Лекс попытался приподнять голову, но Аня мягко, но настойчиво вернула её обратно.
Андрей коротко, опуская детали, рассказал ему про разговор с Игорем, про бункер под Новосибирском и про приглашение, которое они приняли.
— Ты уверен, что это не подстава? — спросил Лекс, щурясь от боли. В его голосе, хриплом и слабом, проскользнуло сомнение — неожиданное для того, кто всегда действовал на грани риска.
Андрей на мгновение замер. Лёгкое, почти незаметное подозрение закралось и в его душу. Действительно, зачем Игорю всё это? Зачем ему группа выживших из десятка человек? Или это чистый альтруизм? Но он отогнал эту мысль, решив, что сейчас не время для паранойи.
— Почти уверен, что нет, — ответил он твёрже, чем чувствовал. — Зачем ему это нужно?
— Андрей, — Аня поднялась, снимая медицинские перчатки, — помоги отвести его в комнату. Ему сейчас нужен покой. И сон.
Он кивнул и, осторожно подхватив Лекса под локоть, помог ему встать. Тот зашипел сквозь зубы, опираясь на него всей тяжестью. Они медленно, шаг за шагом, двинулись к свободной комнате на первом этаже.
Андрей сидел за кухонным столом, рассеянно жуя завтрак. В голове, как в растревоженном улье, роились дела, заботы и новые, только что появившиеся обстоятельства после рассказа Лекса. В кухню вошёл Степан Валерьевич — прихрамывая, но бодрый. Они вместе принялись размышлять над планом действий, перебирая варианты и отметая нереальные.
— Валерьевич, — сказал Андрей, отодвигая пустую тарелку, — сегодня нам кровь из носу нужно решить, как раздобыть радиостанцию. Связь с бункером — это сейчас главное.
— Есть одна мысль, — старик задумчиво потёр щетину. — Возьму Антона и прокатимся.
— Добро, — Андрей удовлетворённо кивнул. — Нам ещё нужно прикинуть дорогу до Новосибирска, план сбора и транспорт подходящий найти. Всё и сразу, как всегда.
— Всё сделаем, не переживай, — Степан Валерьевич положил тяжёлую ладонь ему на плечо. — И всё же ты прав.
— В чём? — Андрей поднял на него усталые глаза.
— Нам нужен перерыв. Выходной, что ли. Иначе мы себя загоним.
Андрей помолчал, потом кивнул, соглашаясь.
— Давай так: к вечеру все дела сделаем, а потом все вместе сходим на побережье, мясо пожарим.
— Вот и ладушки, — протянул Степан Валерьевич с улыбкой, впервые за долгое время почти искренней. — Тогда пойду, Антона напрягу. А то его Элька совсем расслабила.
— Погоди, — Андрей мягко, но настойчиво остановил его. — Пока мясо не разморозилось окончательно, нужно холодильники какие-нибудь привезти. Чтобы мясо не пропало.
— Давай сделаем проще, — старик почесал затылок, прикидывая что-то в уме. — Генератор привезём. И в дом напротив его установим. А холодильники… — он махнул рукой, — по соседним домам их полно. Притащим пару штук, подключим.
— Пойдёт, — твёрдо сказал Андрей, кивая.
Спустя полчаса в доме завертелась привычная суета: женщины занялись бытовыми делами — уборкой, готовкой, стиркой, чтобы хоть как-то отвлечься. Мужчины же сосредоточенно готовились к выезду, проверяли оружие, собирали рюкзаки, переговаривались короткими, деловыми фразами. В этом круговороте дел, планов и надежд на вечерний шашлык было что-то почти нормальное, мирное. Почти как в той, прошлой жизни.
Глава 34
Когда сборы подходили к концу, Степан Валерьевич тихонько позвал Андрея, и они вышли во двор.
— Слушай, мы сами сгоняем, — сказал он, понизив голос, будто не хотел, чтобы кто-то ещё слышал. — Тебе и тут достаточно дел. Хватит с тебя приключений на эту неделю. Лучше девчонок береги.
Андрей молча кивнул, соглашаясь.
— Ты уже решил, где искать радиостанцию? — спросил он, прислонившись к забору. — И как мы вообще разберёмся, что с ней делать?
— Не школьники же, в конце концов, — улыбнулся старик. — И вслепую мыкаться не будем. Сейчас снова на кораблик сгоняем и напряжём Игоря. Пусть нас просветит, что и где можно взять. И, собственно, как всё это в работу пустить.
— Здорово придумал, — улыбнулся Андрей.
— Да чего там думать, — старик махнул рукой. — Благо есть у кого спросить. Не зря же у них в бункере связисты есть.
— Понял. Только осторожно, хорошо?
— Всё будет нормально, — Степан Валерьевич похлопал его по плечу. — Вы пока тут поляну накрывайте, а мы, думаю, успеем вернуться к этому времени.
Из дома вышли Антон и Рави — с рюкзаками, готовые к дороге. Они принялись грузиться в автомобиль, помогая друг другу. Антон засовывал свой рюкзак в салон, громко чертыхался, когда тот никак не хотел пролезать между креслами.
— Андрюха! — выкрикнул он наконец. — Я там мясо в кастрюле замариновал, пока вы с Лексом возились. Смотри, чтобы котяра не лез туда.
— Хорошо, — усмехнулся Андрей. — Присмотрю.
Степан Валерьевич крякнул, уселся поудобнее, хлопнул дверцей, и «Раптор» ожил, заурчал двигателем. Через минуту красный внедорожник, доехав до перекрёстка, скрылся за поворотом.
Андрей стоял возле забора, докуривал и размышлял о том, что скоро им предстоит непростой путь в Новосибирск. И что-то подсказывало ему — это будет далеко не конечный пункт назначения. Ещё до исчезновения человечества путешествие на автомобиле на такое расстояние было тем ещё приключением. А сейчас… сейчас оно будет похоже на испытание. Требовалось продумать всё до мелочей. Чем он и планировал заняться сегодня — составить список, распределить задачи, прикинуть маршрут. Чтобы потом не метаться в панике.
Вернувшись в дом, Андрей направился на кухню и сразу заметил, как рыжий кот, стоя возле кастрюли, принюхивается, вытянув шею.
— Ну-ка брысь! — гаркнул Андрей.
Мохнатый, поняв, что его застукали, быстро спрыгнул со столешницы и медленно побрёл в сторону подоконника.
Проводив его взглядом с прищуром, Андрей налил кофе, устроился на одном из стульев за столом, достал телефон, открыл приложение для заметок и принялся набрасывать краткие пункты.
Первым пунктом — «Радиостанция». Этим вопросом уже занялся Валерьевич, и можно было временно вычеркнуть его из головы.
Вторым — «Продовольствие». Тут необходимо коллективное мнение. Всё же предпочтения у всех разные, да и брать продукты на весь путь от Владивостока до Новосибирска казалось неразумным. Ведь можно же пополнять запасы по дороге в городах.
Третьим — «Транспорт». Андрей задумался. Взять ли ему «Лексус» из гаража их дома, ключи от которого висели там же, и дать своему верному «Форестеру» заслуженный, но, возможно, преждевременный покой? С одной стороны, «Лексус» — это комфорт, вместительность и надёжность. С другой — «Форестер» проверен в деле, он, как старый друг, никогда не подводил. Андрей вздохнул и поставил в заметках: «Транспорт — обсудить с Антоном, всё же он автослесарь и сможет провести диагностику автомобилей перед дальней поездкой».
Четвёртым пунктом он написал «Маршрут». Бумажные карты, атласы дорог. Определить объездные пути, возможные опасные участки — всё это нужно было продумать заранее.
Пятым — «Оружие и боеприпасы». Проверить, пересчитать, привезти из военной части недостающее. «С этим вопросом лучше справится Валерьевич», — подумал Андрей.
И, наконец, шестым, самым важным, — «Люди». Кто едет. А кто решит остаться. Вопрос, от которого ныло в груди.
На кухню вошли Аня и Эльвира, тихо о чём-то переговариваясь, но Андрей не повернулся в их сторону — он был полностью поглощён размышлениями, глядя в светящийся экран телефона.
— Завещание пишешь? — усмехнулась Эльвира, проходя мимо.
— Не переживай, тебя в нём не планирую указывать, — ответил Андрей, не отрываясь от экрана.
— А чё так? — фыркнула она и, отвернувшись, решительно распахнула холодильник, рыская взглядом по содержимому.
Аня мягко опустилась на стул напротив Андрея, помедлила, собираясь с мыслями, и тихо спросила:
— Я понимаю, что Благовещенск немного в стороне от нашего пути… Но можно будет заехать туда? Хотя бы на часик?
Андрей оторвался от телефона, поднял голову и посмотрел на неё. В её глазах была такая напряжённая надежда, что у него кольнуло в груди.
— Как раз об этом думаю, — сказал он. — Обязательно заедем. Если мы потратим на это даже целый день — ничего страшного не случится.
— Спасибо, — Аня тепло, благодарно посмотрела ему в глаза.
Андрей не выдержал этого взгляда — смущённо уставился в экран, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Он вдруг вспомнил свои школьные годы, когда так же краснел при разговоре с девочкой, которая была ему интересна. Только теперь он был взрослым мужчиной, пережившим конец света, и смущаться перед женщиной, сидящей напротив, было… странно. Нелепо. Но приятно.
Он поймал себя на мысли, что она ему нравится. Не только внешне, но и потому, что рядом с ней хотелось быть собой, говорить, молчать, просто находиться рядом. Она словно будоражила его, заставляла чувствовать себя живым. Словно это была какая-то магия, которая не спрашивала разрешения.
Но мысли о жене и сыне вставали стеной. Они не могли позволить ему расслабиться, поступить как Антон — отбросить прошлое и жить настоящим, не оглядываясь. Вероятно, уже никогда он не сможет чувствовать жизнь так же свободно, как прежде. Это пугало. Но и отрезвляло одновременно.
— Поделишься планами? — тихо спросила Аня, продолжая смотреть на него.
— Да, давай делись уже, — усмехнулась Эльвира, приоткрывая крышку кастрюли с мясом. Аромат маринада мгновенно разнёсся по кухне, и она зажмурилась от удовольствия. — Сто лет уже шашлык не ела.
Андрей положил телефон на стол, отхлебнул остывший кофе и медленно заговорил:
— Начнём с продовольствия.
— А чего думать? — перебила Эльвира в своей привычной манере. — Мясо есть. Фарш накрутим. И так уж и быть — налеплю вам пельменей в дорогу. Холодильник какой-нибудь поставим в грузовик со всеми вещами и будем варить на ночёвках. — Она задумалась на секунду, потом щёлкнула пальцами. — Ах да! Грузовик же найти надо. Скажу Энтони, чтобы поискал.
— Энтони? — удивлённо улыбнулась Аня, поворачиваясь к ней.
Андрей, сдерживая смех, переглянулся с ней.
— Ну, Антон, в смысле, — недоумённо таращилась на них Эльвира. — Ай, ну вас! — махнула она рукой и, прихватив бутылку с соком, присела за стол рядом с Аней. — Чего вы прицепились?
— Как скажешь, — Андрей наконец не выдержал и улыбнулся, чувствуя, как напряжение последних дней понемногу отпускает. — Ладно, поехали дальше по списку. У нас тут ещё транспорт, оружие, маршрут… И самое главное — кто вообще едет.
— Не поняла… — поперхнулась соком Эльвира. — Есть те, кто не поедет?
— Мало ли, — пожал плечами Андрей. — Кто-то решит остаться. Вопреки здравому смыслу.
— Не думаю, что кто-то останется, — твёрдо сказала Аня.
— Дай-то бог, — протянул Андрей и посмотрел на Эльвиру. — Ты, кстати, так и не сказала: что за опыт у тебя с огнестрелом? И откуда такое желание готовить на нашу ораву?
— Как-нибудь потом расскажу, — Эльвира отмахнулась. — Может, даже сегодня. Если шашлык дадите. И наливать будете.
— Шашлык сама возьмёшь, — усмехнулся Андрей. — А вот наливать вряд ли…
— Фу… — скривилась Эльвира. — Ты чего такой скучный?
— Эля, перестань, — мягко попросила Аня.
— Капец вы оба скучные, — беззлобно бросила Эльвира, поднимаясь из-за стола. — Может, Сергеевич меня поддержит. — Игриво добавила она и вышла из кухни.
— Тяжёлый характер, — вздохнул Андрей, провожая её взглядом. — Но с ней не соскучишься.
— Она просто… прячется. За этой маской, — тихо сказала Аня. — Уверена, у неё есть причины. И, возможно, очень серьёзные.
Андрей молча кивнул и задумался о том, что в этом новом мире у каждого за плечами был груз, который они несли молча. И не всегда имело смысл спрашивать, что внутри. Иногда важнее было просто быть рядом. Даже с теми, кто колется и огрызается.
— Лекс в каком состоянии? — спросил Андрей, теребя телефон в руках.
Аня вздохнула, и лицо её омрачилось.
— Избили его сильно. Боюсь, как бы последствий не было. С левым глазом возможны проблемы, шрамы на лице останутся… и ребро одно сломано.
— Уроды, — прошипел Андрей, и кулаки его сжались сами собой.
— Сейчас он спит, после укола, — продолжила Аня. — Ему желательно меньше двигать мышцами лица. Да и сон — лучший помощник в лечении.
— Нам выезжать уже через несколько дней, — Андрей покачал головой. — Боюсь, ему за рулём будет тяжело.
— Он тоже за это переживал, пока не уснул, — Аня посмотрела ему прямо в глаза. — Но я почти уверена, что он справится.
— Не перестаю удивляться твоему оптимизму, — тихо, почти шёпотом, сказал Андрей, вглядываясь в её лицо. И снова от её взгляда в груди разлилось тепло.
— Кстати, — Аня отвела глаза, но улыбнулась, — меня Антон немного научил основам вождения и базовому обслуживанию машины. Так что я тоже попробую проехать несколько километров.
