Он-то и предложил добавить один пункт, который подразумевал исключение для правителя. Его предусмотрели нарочно, чтобы сохранить возможность все переиграть. Ваш батюшка последовал этому совету, но он и не подозревал, что Гарлиф предусматривал лазейку для себя.
Мы с Шантером переглянулись.
— Но ведь Гарлиф уничтожил все документы. Вы уверены, что нарушение не навлечет беду на Авельен?
— Я сам не видел договор, но мне о том пункте сказывал ваш батюшка лично. А теперь вы правитель Фриденвелта. А раз так, не стоит отказываться от столь простого решения проблемы, — улыбнулся старый лекарь. — Это не только облегчит ваше состояние, но сделает вас сильнее и устойчивее к магии обоих миров. Подумайте как следует, ваше всемогущество. Времени остается все меньше и меньше. Мое снадобье скоро перестанет действовать, а новая порция вам не поможет.
Гвалт поднялся такой, словно в моей спальне присутствовала группа адептов первокурсников, а не три мудрых человека. Абсид Консунт настаивал на своей версии. Гансо верил в то, что я выдержу и выступал против возвращения в Раадрим. Кто бы мог ожидать, что самый младший из присутствующих такой перестраховщик? А герцог Шантер напоминал сломанные весы, стрелка которых лихорадочно мечется из одной стороны в другую, — с такой скоростью он приводил доводы за, и сам же их опровергал.
Я терпеливо выжидал, пока ближники успокоятся. Иногда стоит давать людям выговориться. Слово взял герцог, как мой советник:
— Арессандро, мальчик мой. А почему бы и нет?
— Я не могу оставить Фриденвелт. Не сейчас, — склонялся я к мнению Гансо, который полагал происходящее происками айосанрийцев.
Секретарь довольно кивнул вихрастой головой и поджал губы.
— А я считаю, сейчас самое время взять передышку. Арессандро, ты сделал все, что мог. Выбил и обезглавил мятежников, навел порядок в государстве. Тебя признали и уважают. Соседи еще под впечатлением от твоих побед, и никто не осмелится напасть на Фриденвелт в твое отсутствие.
— Которое не обязательно афишировать, — хитро сощурился старый иррантиец.
Я нахмурился, взвешивая их слова, а герцог, как бывало в детстве, жестом попросил меня дослушать не перебивая.
Шантер заменил мне отца, так что наши привычки никуда не делись. А еще он никогда меня не подводил, в отличие от родного отца.
— Ты никогда не жил обычной жизнью, Арес. Тебе слишком рано пришлось повзрослеть и взять в руки оружие, так почему бы не устроить передышку? Отпуск?
— Отпуск? — я недоуменно изогнул бровь.
— Да. Или каникулы. Называй это, как тебе больше нравится.
Я задумался, вспомнив, как мы с Лаллой меч… Как я мечтал отдохнуть и оторваться по полной, когда война закончится. И вот она закончилась, а забот стало только больше. И вдруг меня осенила еще одна мысль:
— Что было бы, если Ваэлле удалось осуществить задуманное?
— Было бы очень и очень плохо. Вы не смогли бы находиться одновременно здесь в Авельене рядом с ней и там в Раадриме. Это бы вас убило.
Теперь намного понятнее, отчего я так быстро сгораю, ведь обе мои «причины» — в Раадриме, а я здесь.
— Уговорили, я отправлюсь в Раадрим. Недели будет достаточно? Я мало что знаю о местных обычаях, и могу вызвать подозрения. Что мне грозит, если раадримцы поймут, кто я такой?
— Ничего хорошего, полагаю, — нахмурился герцог Шантер.
— Придется проявить смекалку, — развел руками лекарь. — Вы же как-то умудрялись выжить здесь, пока на троне Фриденвелта сидел мятежник? Если это окажется невозможным по какой-то неучтенной нами причине, просто затаитесь и поживете где-нибудь в уединении.
— А как же договор? Что, если мы ошиблись, и за нарушение на меня или, что гораздо хуже, на Авельен обрушится кара?
— Уверен, это бы уже случилось, но — нет. А столь могущественному магу и опытному стратегу и тактику, как вы, не составит труда во всем разобраться на месте.
Ну да, мне ведь даже выходить не обязательно. Представил, как дни напролет стану бродить по тому особняку, любуясь на запустение и тоскливо глядя в окно. Нет уж! Затворником я точно быть не собираюсь, а лучше разузнаю побольше о мире, о магии, о людях, которые там живут, раз выдалась такая возможность.
— Говоришь, та девушка, что тебя вызвала, адептка магической академии? — задумчиво поинтересовался герцог Шантер. — Ты и сам не столь далек от того возраста, когда ее заканчивают. Даже омолаживающие чары не потребуются, чтобы сойти за старшекурсника.
— Академия магии? — я удивленно вскинул брови. — Вы предлагаете мне отправиться туда?
— Почему нет? Найдешь магичку, позовешь на свидание. Попробуешь вкус нормальной жизни, не озираясь по сторонам в поисках очередного предателя и не думая о государственных делах ежеминутно. Развеешься и повеселишься. Наверстаешь упущенное... — вдруг хитро подмигнул советник.
— Приударьте за той крошкой, вашество! Она ведь не знает, кто вы на самом деле и будет с вами искренней, — выпалил Гансо и смущенно покраснел.
Да уж, подобное мне не пришло бы в голову.
— А заодно научитесь чему-нибудь новому и полезному, — предположил с истинно иррантийской мудростью лекарь.
Раадрим. Особняк рода Андери. Раннее утро
Ирис Кроу, адептка
Я выспалась.
Нет, не так. Я ВЫСПАЛАСЬ!
Наверное, впервые с тех пор, как поступила в академию, чувствую себя с утра бодрой. А сон! Какой же мне приснился сон!
С улыбкой сажусь, потягиваюсь и…
— Йархи!
Конечно же, никаких йархов и прочей нечисти здесь нет. Незатейливое ругательство само срывается с губ, когда обнаруживаю, что все еще нахожусь в особняке Андери. Я что, провела здесь всю ночь? Скажи кому, посчитают сумасшедшей. Это же надо, — не просто прийти сюда, а еще и мирно продрыхнуть до самого рассвета, не думая о проклятьях и призраках!
Надо было поспорить с кем-нибудь на деньги, все прибыль. И почему отличные мысли всегда приходят с опозданием?
Тем не менее я цела, невредима и…
Это пока я невредима, а что будет вечером? А вечером — дуэль!
Подскочив, хватаюсь за голову, и тут же что-то глухо падает с дивана на пол.
Гримуар!
Обвожу взглядом пустой и неожиданно уютный в солнечном свете холл и поднимаю книгу. Сажусь, положив ее на колени, глажу переплет. Нет, это был не сон! Я действительно провела ритуал и призвала невесть кого!
Яркой вспышкой приходит воспоминание о поцелуе, катится вдоль позвоночника приятными мурашками, отдается томительной негой в кончиках пальцев.
О, Вездесущий!
От мысли, что целовалась с демоном и мне даже понравилось, становится не по себе. Кстати, а чем завершился ритуал подчинения, и где тот, кого я призвала?
Последнее, что помню, — как плавлюсь от волны незнакомых и таких ярких ощущений, одновременно завязывая дрожащими пальцами артефакт абсолютного подчинения на шее демона. И отблеск ярости в темных глазах, что выплескивается за радужки.
ОН ПОНЯЛ!
Но что случилось потом? Ай, неважно. Надо подумать о том, как победить без демона-защитника. Я и влезла-то во все это только из-за дурацкой дуэли. Украла Алый гримуар, стащила артефакт у любимой тетушки. Пробралась в запретное место…
Нарушений хватит, чтобы испортить себе жизнь, а виноват во всем племянничек нашей ректорши — сноб и задавака Руфус Маклюс. Мимо таких, как он, я стараюсь ходить осторожно и по-тихому. Обхожу десятой дорогой, но не на этот раз…
Шла к концу последняя лекция по призыву темных сущностей. Я вполуха слушала Олафа Норна, нашего декана, и думала о выпускном экзамене в понедельник утром. Осталось сдать его на отлично и получить черный диплом, только в этом случае у меня был шанс попасть на практику в императорский дворец.
Каждый год для лучших выпускников академии Шан-Дарах выделялись несколько мест. Эта практика — большая удача и отличный старт карьеры. Все годы обучения я мечтала лишь об этом. Вездесущий, хоть бы у меня получилось!
— Адепты, какая структура лучше всего подходит для удержания демонических сущностей? — прозвучал вопрос декана.
С десяток рук взлетело к потолку. Я знала ответ, но предпочла не высовываться. В последнее время в преподавателей словно йархи вселились, из-за любой мелочи можно было потерять баллы. Я уже умудрилась лишиться десятка всего за две недели до окончания.
С Олафом Норном дела обстояли еще хуже. Стоило не так на него посмотреть, как заносчивый декан снимал баллы. И в моей ситуации выгоднее было промолчать, сохранив то, что есть, чем попытаться приумножить с риском потерять куда больше.
— Маклюс? — декан определился с жертвой.
— Пентаграмма, декан Норн, — лениво отозвался заносчивый одногруппник.
— Верно. Плюс балл адепт Маклюс.
Под потолком тихо звякнуло — это дух-хранитель академии начислил Руфусу заработанное.
Вот за что это ему целый балл пожаловали?! Он же ничего такого не сказал, это программа первого курса!
Причина такого отношения ясна. Мистресс Войси-Лауди только в этом году заняла должность ректора академии Шан-Дарах, и некоторые преподаватели считали, что, облизывая ее племянника, угождают новому руководству. Декан Норн не стал исключением, а кроме того, он неровно дышал к Стерве и из кожи вон лез, чтобы ей угодить.
И все же обидно! С меня бы три шкуры содрали ради половины балла, а тут… Я честно попыталась смириться с несправедливостью, но не вышло. Да кто он такой, этот Маклюс? Просто еще один высший мерзавец, который смотрит на всех, кто ниже происхождением, как на грязь под ногами!
Я гневно буравила взглядом разноцветный затылок везунчика. Левая половина головы Руфуса была фамильного блондинистого цвета, а вот правая подкачала и позорно алела. Впрочем, мало кто осмелился бы упрекнуть внука Алого Луча этим изъяном, намекающим на то, что отец Руфуса — демон. Не смущал он и первую красавицу факультета — Люсиль Берки.
Некоронованная королева, Блондинка Номер Один, на всех занятиях сидела за одной партой со своим парнем, и эти двое друг друга стоили!
Если описать все гадости, что они творили вместе, получилось бы томов двести. И для меня лично в них нашлось бы сотни три страничек!
— Чего пялишься, Кроу? Влюбилась? — почувствовав мой взгляд, повернулась Люсиль.
Тихий шелест голосов пронесся по аудитории. Приятели звездной парочки жадно захлопали ресницами в ожидании развлечения.
Ну уж нет! Обойдетесь!
Промолчав, я уткнулась в тетрадь, сделав вид, что не желаю ссоры, а сама присмотрелась в поисках подходящего воздушного духа. Нужен был совсем малюсенький. Такой, чтобы подчинился без круга призыва. Воздушник не заставил себя ждать, этих существ всегда и везде множество. И я даже подчинять его не стала, лишь немного скорректировала траекторию и скорость полета. Дух пронесся над столом Люсиль, сбросив на пол тетради и письменные принадлежности.
— Адептка Берки, что происходит? — тут же рассердился декан Норн.
В последнее время любое нарушение вгоняло его в неистовство.
— Это все Кроу! Это она призвала воздушника! Я все видела! — наобоум попыталась уличить меня Берки.
Она права, но насчет того, что видела, врет. Не видела, а догадалась. Но одной догадки мало, ничего доказать Люсиль не сможет, как и Норн. В том-то и заключается прелесть моей маленькой мести. Мало ли что напугало воздушника. Я-то тут при чем?
— Магистр Норн, адептка Кроу ведет себя неподобающим образом и мешает всем заниматься, — вмешался в перепалку Руфус Маклюс, разыгрывая пай-мальчика.
Коротко обернувшись, он многообещающе посмотрел на меня, и в этом взгляде было обещание неминуемой кары.
Декан Норн прямо-таки с удовольствием переключился на мою скромную персону. Мне показалось, что он даже выдохнул, когда ему подсказали новую жертву.
— Адептка Кроу, желаете что-нибудь сказать в свое оправдание?
— Простите, декан Норн, но мне не за что оправдываться. Я не виновата в том, что произошло, — я сама честность. — Возможно, адептка Берки случайно все уронила, но испугалась вашего недовольства?
— Хорошо. Может, тогда добавите что-нибудь к ответу адепта Маклюса?
Ох, как же мне не нравится его тон! Подозрительно мягкий и вкрадчивый. Подстава! Не отвечу — гарантированно баллы снимет. Отвечу… Эх, Норн терпеть не может умников. Наверняка начнет придираться. Но делать нечего.
— Как вы верно заметили, декан Норн, для призыва лучше всего годятся структуры, кратные пяти. Но это не только пентаграмма. Если речь идет о высших демонических сущностях, уместнее использовать декаграмму. Она гораздо надежнее и позволяет выстроить тройной усиленный контур защиты.
— Какие глубокие познания, адептка Кроу! — деланно восхитился моим ответом преподаватель. — Вы собираетесь призывать высшие демонические сущности? — вопрос был с подвохом.
— Ну что вы, декан Норн! — я схватилась за сердце. — Призыв высших демонических сущностей запрещен Конвенцией «О магических преступлениях Тенидара». К тому же это большой риск, как для жизни призывателя, так и для окружающих.
Хотел меня подловить? Не выйдет! У меня твердая пятерка по магическому праву.
Руфус Маклюс так и сидел вполоборота, не спуская с меня глаз, и я невольно покосилась на него. Сколько же ненависти! И было из-за чего? Неужели обычное соперничество двух отличников, вызывает у него ко мне подобные чувства?
— Тогда откуда столь обширные познания, адептка Кроу? — не унимался декан. — Мы не затрагиваем призыв высших демонов на занятиях, это изучают боевые призыватели на спецкурсах и то лишь по лицензии, выданной имперской комиссией магов, — нашел к чему придраться декан.
— Мои знания не выбиваются из программы академии. Я лишь изучала дополнительную литературу в библиотеке, когда готовилась к дипломной работе. Все книги из общедоступного фонда, — смягчая слова, постаралась обезоруживающе улыбнуться.
Не сработало. У других срабатывает, а у меня никогда. Наверное, потому что Олаф Норн предпочитает, чтобы ему улыбались блондинки. А мои волосы черные, как смоль, и непокорно торчат, как им вздумается?
— Садитесь, адептка Кроу. Минус балл!
Характерный шелест под потолком уведомил, что у меня стало еще на драгоценный балл меньше!
Спорить с деканом было глупо и чревато последствиями. Все равно ничего не докажу, но сдержаться не вышло.
— Декан Норн, вы сняли мне балл за дополнительные знания?!
Аудитория согласно загудела. Не одна я была здесь жертвой деканского произвола, да только ни один голос в мою поддержку не раздался. Все тряслись за собственные баллы. Оно и правильно, наверное…
— Знания знаниям рознь, адептка, — продолжал измываться декан. — Теперь я вдвойне переживаю за ваше будущее.
— Что вы имеете в виду, декан Норн?
— Увеличение магического потенциала в результате связи с высшим демоном, конечно же. Вы ведь это замыслили, Кроу? — он сказал это с таким победным видом, будто раскусил мой тайный замысел.
Его поддержали «понимающие» смешки приспешников Маклюса, и я окончательно забыла об осторожности.
— Мой магический потенциал гораздо выше среднего, магистр Норн. Намного выше. И вы прекрасно об этом осведомлены. Я не испытываю потребности его увеличивать. А вы? — Тишина в аудитории меня отрезвила. Упс! Кажется, я ляпнула лишнего сгоряча…— Простите, декан Норн…
— Минус десять баллов, адептка! — зарычал декан, сверкая глазами.
У меня потемнело в глазах.
— Декан Норн… — я едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.
Мы с Шантером переглянулись.
— Но ведь Гарлиф уничтожил все документы. Вы уверены, что нарушение не навлечет беду на Авельен?
— Я сам не видел договор, но мне о том пункте сказывал ваш батюшка лично. А теперь вы правитель Фриденвелта. А раз так, не стоит отказываться от столь простого решения проблемы, — улыбнулся старый лекарь. — Это не только облегчит ваше состояние, но сделает вас сильнее и устойчивее к магии обоих миров. Подумайте как следует, ваше всемогущество. Времени остается все меньше и меньше. Мое снадобье скоро перестанет действовать, а новая порция вам не поможет.
Гвалт поднялся такой, словно в моей спальне присутствовала группа адептов первокурсников, а не три мудрых человека. Абсид Консунт настаивал на своей версии. Гансо верил в то, что я выдержу и выступал против возвращения в Раадрим. Кто бы мог ожидать, что самый младший из присутствующих такой перестраховщик? А герцог Шантер напоминал сломанные весы, стрелка которых лихорадочно мечется из одной стороны в другую, — с такой скоростью он приводил доводы за, и сам же их опровергал.
Я терпеливо выжидал, пока ближники успокоятся. Иногда стоит давать людям выговориться. Слово взял герцог, как мой советник:
— Арессандро, мальчик мой. А почему бы и нет?
— Я не могу оставить Фриденвелт. Не сейчас, — склонялся я к мнению Гансо, который полагал происходящее происками айосанрийцев.
Секретарь довольно кивнул вихрастой головой и поджал губы.
— А я считаю, сейчас самое время взять передышку. Арессандро, ты сделал все, что мог. Выбил и обезглавил мятежников, навел порядок в государстве. Тебя признали и уважают. Соседи еще под впечатлением от твоих побед, и никто не осмелится напасть на Фриденвелт в твое отсутствие.
— Которое не обязательно афишировать, — хитро сощурился старый иррантиец.
Я нахмурился, взвешивая их слова, а герцог, как бывало в детстве, жестом попросил меня дослушать не перебивая.
Шантер заменил мне отца, так что наши привычки никуда не делись. А еще он никогда меня не подводил, в отличие от родного отца.
— Ты никогда не жил обычной жизнью, Арес. Тебе слишком рано пришлось повзрослеть и взять в руки оружие, так почему бы не устроить передышку? Отпуск?
— Отпуск? — я недоуменно изогнул бровь.
— Да. Или каникулы. Называй это, как тебе больше нравится.
Я задумался, вспомнив, как мы с Лаллой меч… Как я мечтал отдохнуть и оторваться по полной, когда война закончится. И вот она закончилась, а забот стало только больше. И вдруг меня осенила еще одна мысль:
— Что было бы, если Ваэлле удалось осуществить задуманное?
— Было бы очень и очень плохо. Вы не смогли бы находиться одновременно здесь в Авельене рядом с ней и там в Раадриме. Это бы вас убило.
Теперь намного понятнее, отчего я так быстро сгораю, ведь обе мои «причины» — в Раадриме, а я здесь.
— Уговорили, я отправлюсь в Раадрим. Недели будет достаточно? Я мало что знаю о местных обычаях, и могу вызвать подозрения. Что мне грозит, если раадримцы поймут, кто я такой?
— Ничего хорошего, полагаю, — нахмурился герцог Шантер.
— Придется проявить смекалку, — развел руками лекарь. — Вы же как-то умудрялись выжить здесь, пока на троне Фриденвелта сидел мятежник? Если это окажется невозможным по какой-то неучтенной нами причине, просто затаитесь и поживете где-нибудь в уединении.
— А как же договор? Что, если мы ошиблись, и за нарушение на меня или, что гораздо хуже, на Авельен обрушится кара?
— Уверен, это бы уже случилось, но — нет. А столь могущественному магу и опытному стратегу и тактику, как вы, не составит труда во всем разобраться на месте.
Ну да, мне ведь даже выходить не обязательно. Представил, как дни напролет стану бродить по тому особняку, любуясь на запустение и тоскливо глядя в окно. Нет уж! Затворником я точно быть не собираюсь, а лучше разузнаю побольше о мире, о магии, о людях, которые там живут, раз выдалась такая возможность.
— Говоришь, та девушка, что тебя вызвала, адептка магической академии? — задумчиво поинтересовался герцог Шантер. — Ты и сам не столь далек от того возраста, когда ее заканчивают. Даже омолаживающие чары не потребуются, чтобы сойти за старшекурсника.
— Академия магии? — я удивленно вскинул брови. — Вы предлагаете мне отправиться туда?
— Почему нет? Найдешь магичку, позовешь на свидание. Попробуешь вкус нормальной жизни, не озираясь по сторонам в поисках очередного предателя и не думая о государственных делах ежеминутно. Развеешься и повеселишься. Наверстаешь упущенное... — вдруг хитро подмигнул советник.
— Приударьте за той крошкой, вашество! Она ведь не знает, кто вы на самом деле и будет с вами искренней, — выпалил Гансо и смущенно покраснел.
Да уж, подобное мне не пришло бы в голову.
— А заодно научитесь чему-нибудь новому и полезному, — предположил с истинно иррантийской мудростью лекарь.
ГЛАВА 5. Дуэлянтка поневоле
Раадрим. Особняк рода Андери. Раннее утро
Ирис Кроу, адептка
Я выспалась.
Нет, не так. Я ВЫСПАЛАСЬ!
Наверное, впервые с тех пор, как поступила в академию, чувствую себя с утра бодрой. А сон! Какой же мне приснился сон!
С улыбкой сажусь, потягиваюсь и…
— Йархи!
Конечно же, никаких йархов и прочей нечисти здесь нет. Незатейливое ругательство само срывается с губ, когда обнаруживаю, что все еще нахожусь в особняке Андери. Я что, провела здесь всю ночь? Скажи кому, посчитают сумасшедшей. Это же надо, — не просто прийти сюда, а еще и мирно продрыхнуть до самого рассвета, не думая о проклятьях и призраках!
Надо было поспорить с кем-нибудь на деньги, все прибыль. И почему отличные мысли всегда приходят с опозданием?
Тем не менее я цела, невредима и…
Это пока я невредима, а что будет вечером? А вечером — дуэль!
Подскочив, хватаюсь за голову, и тут же что-то глухо падает с дивана на пол.
Гримуар!
Обвожу взглядом пустой и неожиданно уютный в солнечном свете холл и поднимаю книгу. Сажусь, положив ее на колени, глажу переплет. Нет, это был не сон! Я действительно провела ритуал и призвала невесть кого!
Яркой вспышкой приходит воспоминание о поцелуе, катится вдоль позвоночника приятными мурашками, отдается томительной негой в кончиках пальцев.
О, Вездесущий!
От мысли, что целовалась с демоном и мне даже понравилось, становится не по себе. Кстати, а чем завершился ритуал подчинения, и где тот, кого я призвала?
Последнее, что помню, — как плавлюсь от волны незнакомых и таких ярких ощущений, одновременно завязывая дрожащими пальцами артефакт абсолютного подчинения на шее демона. И отблеск ярости в темных глазах, что выплескивается за радужки.
ОН ПОНЯЛ!
Но что случилось потом? Ай, неважно. Надо подумать о том, как победить без демона-защитника. Я и влезла-то во все это только из-за дурацкой дуэли. Украла Алый гримуар, стащила артефакт у любимой тетушки. Пробралась в запретное место…
Нарушений хватит, чтобы испортить себе жизнь, а виноват во всем племянничек нашей ректорши — сноб и задавака Руфус Маклюс. Мимо таких, как он, я стараюсь ходить осторожно и по-тихому. Обхожу десятой дорогой, но не на этот раз…
Шла к концу последняя лекция по призыву темных сущностей. Я вполуха слушала Олафа Норна, нашего декана, и думала о выпускном экзамене в понедельник утром. Осталось сдать его на отлично и получить черный диплом, только в этом случае у меня был шанс попасть на практику в императорский дворец.
Каждый год для лучших выпускников академии Шан-Дарах выделялись несколько мест. Эта практика — большая удача и отличный старт карьеры. Все годы обучения я мечтала лишь об этом. Вездесущий, хоть бы у меня получилось!
— Адепты, какая структура лучше всего подходит для удержания демонических сущностей? — прозвучал вопрос декана.
С десяток рук взлетело к потолку. Я знала ответ, но предпочла не высовываться. В последнее время в преподавателей словно йархи вселились, из-за любой мелочи можно было потерять баллы. Я уже умудрилась лишиться десятка всего за две недели до окончания.
С Олафом Норном дела обстояли еще хуже. Стоило не так на него посмотреть, как заносчивый декан снимал баллы. И в моей ситуации выгоднее было промолчать, сохранив то, что есть, чем попытаться приумножить с риском потерять куда больше.
— Маклюс? — декан определился с жертвой.
— Пентаграмма, декан Норн, — лениво отозвался заносчивый одногруппник.
— Верно. Плюс балл адепт Маклюс.
Под потолком тихо звякнуло — это дух-хранитель академии начислил Руфусу заработанное.
Вот за что это ему целый балл пожаловали?! Он же ничего такого не сказал, это программа первого курса!
Причина такого отношения ясна. Мистресс Войси-Лауди только в этом году заняла должность ректора академии Шан-Дарах, и некоторые преподаватели считали, что, облизывая ее племянника, угождают новому руководству. Декан Норн не стал исключением, а кроме того, он неровно дышал к Стерве и из кожи вон лез, чтобы ей угодить.
И все же обидно! С меня бы три шкуры содрали ради половины балла, а тут… Я честно попыталась смириться с несправедливостью, но не вышло. Да кто он такой, этот Маклюс? Просто еще один высший мерзавец, который смотрит на всех, кто ниже происхождением, как на грязь под ногами!
Я гневно буравила взглядом разноцветный затылок везунчика. Левая половина головы Руфуса была фамильного блондинистого цвета, а вот правая подкачала и позорно алела. Впрочем, мало кто осмелился бы упрекнуть внука Алого Луча этим изъяном, намекающим на то, что отец Руфуса — демон. Не смущал он и первую красавицу факультета — Люсиль Берки.
Некоронованная королева, Блондинка Номер Один, на всех занятиях сидела за одной партой со своим парнем, и эти двое друг друга стоили!
Если описать все гадости, что они творили вместе, получилось бы томов двести. И для меня лично в них нашлось бы сотни три страничек!
— Чего пялишься, Кроу? Влюбилась? — почувствовав мой взгляд, повернулась Люсиль.
Тихий шелест голосов пронесся по аудитории. Приятели звездной парочки жадно захлопали ресницами в ожидании развлечения.
Ну уж нет! Обойдетесь!
Промолчав, я уткнулась в тетрадь, сделав вид, что не желаю ссоры, а сама присмотрелась в поисках подходящего воздушного духа. Нужен был совсем малюсенький. Такой, чтобы подчинился без круга призыва. Воздушник не заставил себя ждать, этих существ всегда и везде множество. И я даже подчинять его не стала, лишь немного скорректировала траекторию и скорость полета. Дух пронесся над столом Люсиль, сбросив на пол тетради и письменные принадлежности.
— Адептка Берки, что происходит? — тут же рассердился декан Норн.
В последнее время любое нарушение вгоняло его в неистовство.
— Это все Кроу! Это она призвала воздушника! Я все видела! — наобоум попыталась уличить меня Берки.
Она права, но насчет того, что видела, врет. Не видела, а догадалась. Но одной догадки мало, ничего доказать Люсиль не сможет, как и Норн. В том-то и заключается прелесть моей маленькой мести. Мало ли что напугало воздушника. Я-то тут при чем?
— Магистр Норн, адептка Кроу ведет себя неподобающим образом и мешает всем заниматься, — вмешался в перепалку Руфус Маклюс, разыгрывая пай-мальчика.
Коротко обернувшись, он многообещающе посмотрел на меня, и в этом взгляде было обещание неминуемой кары.
Декан Норн прямо-таки с удовольствием переключился на мою скромную персону. Мне показалось, что он даже выдохнул, когда ему подсказали новую жертву.
— Адептка Кроу, желаете что-нибудь сказать в свое оправдание?
— Простите, декан Норн, но мне не за что оправдываться. Я не виновата в том, что произошло, — я сама честность. — Возможно, адептка Берки случайно все уронила, но испугалась вашего недовольства?
— Хорошо. Может, тогда добавите что-нибудь к ответу адепта Маклюса?
Ох, как же мне не нравится его тон! Подозрительно мягкий и вкрадчивый. Подстава! Не отвечу — гарантированно баллы снимет. Отвечу… Эх, Норн терпеть не может умников. Наверняка начнет придираться. Но делать нечего.
— Как вы верно заметили, декан Норн, для призыва лучше всего годятся структуры, кратные пяти. Но это не только пентаграмма. Если речь идет о высших демонических сущностях, уместнее использовать декаграмму. Она гораздо надежнее и позволяет выстроить тройной усиленный контур защиты.
— Какие глубокие познания, адептка Кроу! — деланно восхитился моим ответом преподаватель. — Вы собираетесь призывать высшие демонические сущности? — вопрос был с подвохом.
— Ну что вы, декан Норн! — я схватилась за сердце. — Призыв высших демонических сущностей запрещен Конвенцией «О магических преступлениях Тенидара». К тому же это большой риск, как для жизни призывателя, так и для окружающих.
Хотел меня подловить? Не выйдет! У меня твердая пятерка по магическому праву.
Руфус Маклюс так и сидел вполоборота, не спуская с меня глаз, и я невольно покосилась на него. Сколько же ненависти! И было из-за чего? Неужели обычное соперничество двух отличников, вызывает у него ко мне подобные чувства?
— Тогда откуда столь обширные познания, адептка Кроу? — не унимался декан. — Мы не затрагиваем призыв высших демонов на занятиях, это изучают боевые призыватели на спецкурсах и то лишь по лицензии, выданной имперской комиссией магов, — нашел к чему придраться декан.
— Мои знания не выбиваются из программы академии. Я лишь изучала дополнительную литературу в библиотеке, когда готовилась к дипломной работе. Все книги из общедоступного фонда, — смягчая слова, постаралась обезоруживающе улыбнуться.
Не сработало. У других срабатывает, а у меня никогда. Наверное, потому что Олаф Норн предпочитает, чтобы ему улыбались блондинки. А мои волосы черные, как смоль, и непокорно торчат, как им вздумается?
— Садитесь, адептка Кроу. Минус балл!
Характерный шелест под потолком уведомил, что у меня стало еще на драгоценный балл меньше!
Спорить с деканом было глупо и чревато последствиями. Все равно ничего не докажу, но сдержаться не вышло.
— Декан Норн, вы сняли мне балл за дополнительные знания?!
Аудитория согласно загудела. Не одна я была здесь жертвой деканского произвола, да только ни один голос в мою поддержку не раздался. Все тряслись за собственные баллы. Оно и правильно, наверное…
— Знания знаниям рознь, адептка, — продолжал измываться декан. — Теперь я вдвойне переживаю за ваше будущее.
— Что вы имеете в виду, декан Норн?
— Увеличение магического потенциала в результате связи с высшим демоном, конечно же. Вы ведь это замыслили, Кроу? — он сказал это с таким победным видом, будто раскусил мой тайный замысел.
Его поддержали «понимающие» смешки приспешников Маклюса, и я окончательно забыла об осторожности.
— Мой магический потенциал гораздо выше среднего, магистр Норн. Намного выше. И вы прекрасно об этом осведомлены. Я не испытываю потребности его увеличивать. А вы? — Тишина в аудитории меня отрезвила. Упс! Кажется, я ляпнула лишнего сгоряча…— Простите, декан Норн…
— Минус десять баллов, адептка! — зарычал декан, сверкая глазами.
У меня потемнело в глазах.
— Декан Норн… — я едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.
