Все имущество Лилибет я бы немедленно выставила на торги. Сказала бы, что привыкла жить в другом месте. Ну а после вернулась бы в Бельвиль с крупной суммой денег на счету. Естественно, уже как настоящая я, потому как нужда в маскараде бы отпала.
— И вы с Квентином сыграли бы свадьбу и жили бы долго и счастливо, — заключил Патрик.
— Да, конечно, — подозрительно быстро ответила Мариэлла. — Ну а Катрина со временем вернулась бы из тюрьмы. Впрочем, ее дальнейшая судьба меня уже совершенно не волновала бы. Никаких новых гадостей я ей делать больше не собиралась.
— Поразительное великодушие с вашей стороны, — ядовито отметил Патрик.
В последний раз легонько погладил кристалл, пробудив тем самым очередную бурю молочного тумана внутри него, а затем взял — и небрежно засунул его обратно в карман.
Мариэлла с нескрываемым облегчением перевела после этого дыхание. Приободрилась, выпрямилась и кокетливо поправила светлые волосы, пушистой волной разметавшиеся по плечам.
— Так что, господин Чейс, вы получили ответы на все свои вопросы? — медовым голоском проворковала она.
— Кроме одного, самого важного, — ответил он. — Кто же убил бедолагу Квентина Флейма?
— Уж явно не я, — тут же огрызнулась Мариэлла.
— Мне показалось, вы не особо скорбите из-за его смерти.
Мариэлла немедленно всхлипнула. Выудила из кармана платья носовой платок и прижала его краешек к уголку совершенно сухого глаза.
— Вы ошибаетесь, — проговорила сдавленно. — Мне очень, очень больно.
Патрик досадливо поморщился, видимо, не оценив представления, но пресекать ее кривляния не стал.
— У вас есть какие-нибудь предположения по поводу того, кто мог желать зла? — спросил он.
— Только она. — Мариэлла с готовностью ткнула в меня указательным пальцем. Прошипела с нескрываемой ненавистью: — Поди, узнала про наши планы. Все-таки ведьма, а стало быть, чутье на неприятности у нее воистину демоническое. Вот и решила бить на опережение.
— Поэтому вы так рьяно обвиняли Катрину в убийстве?
— Ага, — подтвердила Мариэлла. — Зуб даю, это она. Потому что больше некому.
— Ну почему же, — не согласился с ней Патрик. — А Витор? Вдруг он узнал про ваши отношения у него за спиной, воспылал ревностью и решил поквитаться с более удачливым соперником?
— Кто, это тряпка? — Мариэлла брезгливо сморщилась. — Да этот маменькин сынок мямля и размазня полнейшая. Это во-первых. А во-вторых, он был со мной, считай, весь день.
— Пока еще неизвестно точное время убийства, — напомнил Патрик. — Вдруг в тот момент, когда вы отправились в лавку Катрины, чтобы предъявить ей обвинение в краже?
Мариэлла выразительно закатила глаза, всем своим видом показывая, насколько не верит в эту версию.
— Витор хныкать начинает, когда пальцем бумагу случайно порежет, — бросила она презрительно. — У него кишка тонка кого-то убить. Тем более Квентин старался держаться от него подальше. Говорил, что ему было как-то неловко в его присутствии.
— Неловко? — Патрик издал короткий едкий смешок. — Интересное вы выбрали слово. Кстати, а как Квентин отнесся к тому, что вам пришлось завести роман с Витором? Наверное, ему было еще более неловко наблюдать за вашими поцелуями и объятиями.
— На людях мы старались не проявлять чувств, — холодно сказала Мариэлла. — И уж тем более я не позволяла ничего лишнего при Квентине.
— Но Витор уверен, что вы беременны, — напомнил Патрик. — Стало быть, до постели дело у вас все-таки дошло.
Я поежилась от его слов. Казалось бы, я уже должна привыкнуть к самому факту измены Витора. Но при каждом упоминании об его предательстве в сердце словно вгоняют тупую иглу.
ОБНОВЛЕНО 08.04 В 08:30
— Квентин был очень недоволен этим обстоятельством, — после крохотной заминки призналась Мариэлла. — Но он понимал, что это необходимо для успеха нашего общего дела. Любила-то я все равно его, а не Витора. Поэтому согласился потерпеть.
Кадык Патрика как-то странно дернулся, как будто в последний момент он проглотил какое-то слово.
— И не вам меня осуждать, — тут же ощетинилась Мариэлла. — Вы ничуть не лучше меня, раз завели шашни с замужней женщиной.
После чего смерила заодно и меня возмущенным взглядом.
— Недолго ты, Катрина Трелони, горевала из-за измены, — прошипела подобно растревоженной гадюке. — Мигом утешение нашла в чужих объятиях.
Патрик искоса глянул на меня и выразительно покачал головой, запрещая отвечать на обвинение.
А зря, очень зря. Язык так и чесался высказать в адрес Мариэллы пару «ласковых».
Впрочем, Патрик прав. Нет смысла вступать с ней в перепалку. Услышанное во время допроса еще раз доказало мне, что Мариэлла никогда не признает свою вину в чем-либо. По-моему, она искренне верует в то, что просто не может быть неправа. Она даже в воровстве моих драгоценностей не видит ничего дурного.
— Последний вопрос, госпожа Вустер, — холодно проговорил Патрик. — Знакомый Квентина, который обещал вам помочь с иллюзорными чарами. Как его звали?
— Понятия не имею, — призналась Мариэлла.
Патрик недоверчиво изогнул бровь.
— Неужели?
— Это был какой-то давний приятель Квентина, — пояснила Мариэлла. — Я его ни разу в жизни не видела.
— И Квентин ничего вам про него не рассказывал?
— Что-то рассказывал. — Мариэлла небрежно повела плечами. — Но, если честно, я особо его не слушала. Главное, что он был готов выполнить поставленную перед ним задачу. А остальное — мелочи.
Патрик неполную минуту молча смотрел на Мариэллу, словно желая определить, не врет ли она. Но на этот раз она совершенно спокойно выдержала его взгляд.
— Ну что же, госпожа Вустер, — после долгой паузы медленно протянул он. — Пожалуй, на этом я завершу наш разговор.
— Наконец-то! — обрадовалась Мариэлла.
Немедленно вскочила на ноги и провела рукой по волосам, поправляя прическу.
— Кстати, и не надейтесь, что вам сойдет с рук ваше самоуправство, — фыркнула с нескрываемой угрозой. — Как только я вернусь домой и увижу дядю…
— Боюсь, с возвращением домой вам придется подождать.
Патрик тоже встал. С нескрываемым наслаждением повел плечами, разминая их.
— В смысле? — немедленно насторожилась Мариэлла. — На что вы намекаете?
— Не намекаю, а говорю прямо, — бархатно исправил ее Патрик. — Вам придется провести некоторое время в камере предварительного заключения. И это не обсуждается.
Подарил милую улыбку ошеломленной Мариэлле. Прищелкнул пальцами, и стена блокирующих чар, заключивших комнату в подобие непроницаемого кокона, особенно ярко вспыхнула напоследок — и исчезла.
— Кстати, вот и Джоффри вернулся, — продолжил Патрик.
В тот же момент раздался громкий стук, а еще через секунду рыжий полицейский опасливо приоткрыл дверь.
— Там это, — пробормотал он. — Я сидел и ждал, когда вы меня позовете, но вдруг явился господин Трезор Вустер. Мне пришлось рассказать ему про убийство и про то…
Замялся, привычным образом покраснев. Но прежде быстро посмотрел на Мариэллу.
— Ты рассказал ему про задержание его племянницы, — без особых проблем завершил оборванную фразу Патрик.
— Да, — чуть слышно признался Джоффри. — И господин Трезор…
Договорить он опять не сумел. Потому что мгновением позже от мощного толчка в спину буквально перелетел через порог, лишь каким-то чудом не растянувшись на полу.
— И кто посмел арестовать мою племянницу? — прогремело гневное из коридора. — Да я этому столичному хлыщу сейчас такое устрою!
После чего в комнату величаво вплыл господин бургомистр Бельвиля собственной персоной.
— И вы с Квентином сыграли бы свадьбу и жили бы долго и счастливо, — заключил Патрик.
— Да, конечно, — подозрительно быстро ответила Мариэлла. — Ну а Катрина со временем вернулась бы из тюрьмы. Впрочем, ее дальнейшая судьба меня уже совершенно не волновала бы. Никаких новых гадостей я ей делать больше не собиралась.
— Поразительное великодушие с вашей стороны, — ядовито отметил Патрик.
В последний раз легонько погладил кристалл, пробудив тем самым очередную бурю молочного тумана внутри него, а затем взял — и небрежно засунул его обратно в карман.
Мариэлла с нескрываемым облегчением перевела после этого дыхание. Приободрилась, выпрямилась и кокетливо поправила светлые волосы, пушистой волной разметавшиеся по плечам.
— Так что, господин Чейс, вы получили ответы на все свои вопросы? — медовым голоском проворковала она.
— Кроме одного, самого важного, — ответил он. — Кто же убил бедолагу Квентина Флейма?
— Уж явно не я, — тут же огрызнулась Мариэлла.
— Мне показалось, вы не особо скорбите из-за его смерти.
Мариэлла немедленно всхлипнула. Выудила из кармана платья носовой платок и прижала его краешек к уголку совершенно сухого глаза.
— Вы ошибаетесь, — проговорила сдавленно. — Мне очень, очень больно.
Патрик досадливо поморщился, видимо, не оценив представления, но пресекать ее кривляния не стал.
— У вас есть какие-нибудь предположения по поводу того, кто мог желать зла? — спросил он.
— Только она. — Мариэлла с готовностью ткнула в меня указательным пальцем. Прошипела с нескрываемой ненавистью: — Поди, узнала про наши планы. Все-таки ведьма, а стало быть, чутье на неприятности у нее воистину демоническое. Вот и решила бить на опережение.
— Поэтому вы так рьяно обвиняли Катрину в убийстве?
— Ага, — подтвердила Мариэлла. — Зуб даю, это она. Потому что больше некому.
— Ну почему же, — не согласился с ней Патрик. — А Витор? Вдруг он узнал про ваши отношения у него за спиной, воспылал ревностью и решил поквитаться с более удачливым соперником?
— Кто, это тряпка? — Мариэлла брезгливо сморщилась. — Да этот маменькин сынок мямля и размазня полнейшая. Это во-первых. А во-вторых, он был со мной, считай, весь день.
— Пока еще неизвестно точное время убийства, — напомнил Патрик. — Вдруг в тот момент, когда вы отправились в лавку Катрины, чтобы предъявить ей обвинение в краже?
Мариэлла выразительно закатила глаза, всем своим видом показывая, насколько не верит в эту версию.
— Витор хныкать начинает, когда пальцем бумагу случайно порежет, — бросила она презрительно. — У него кишка тонка кого-то убить. Тем более Квентин старался держаться от него подальше. Говорил, что ему было как-то неловко в его присутствии.
— Неловко? — Патрик издал короткий едкий смешок. — Интересное вы выбрали слово. Кстати, а как Квентин отнесся к тому, что вам пришлось завести роман с Витором? Наверное, ему было еще более неловко наблюдать за вашими поцелуями и объятиями.
— На людях мы старались не проявлять чувств, — холодно сказала Мариэлла. — И уж тем более я не позволяла ничего лишнего при Квентине.
— Но Витор уверен, что вы беременны, — напомнил Патрик. — Стало быть, до постели дело у вас все-таки дошло.
Я поежилась от его слов. Казалось бы, я уже должна привыкнуть к самому факту измены Витора. Но при каждом упоминании об его предательстве в сердце словно вгоняют тупую иглу.
ОБНОВЛЕНО 08.04 В 08:30
— Квентин был очень недоволен этим обстоятельством, — после крохотной заминки призналась Мариэлла. — Но он понимал, что это необходимо для успеха нашего общего дела. Любила-то я все равно его, а не Витора. Поэтому согласился потерпеть.
Кадык Патрика как-то странно дернулся, как будто в последний момент он проглотил какое-то слово.
— И не вам меня осуждать, — тут же ощетинилась Мариэлла. — Вы ничуть не лучше меня, раз завели шашни с замужней женщиной.
После чего смерила заодно и меня возмущенным взглядом.
— Недолго ты, Катрина Трелони, горевала из-за измены, — прошипела подобно растревоженной гадюке. — Мигом утешение нашла в чужих объятиях.
Патрик искоса глянул на меня и выразительно покачал головой, запрещая отвечать на обвинение.
А зря, очень зря. Язык так и чесался высказать в адрес Мариэллы пару «ласковых».
Впрочем, Патрик прав. Нет смысла вступать с ней в перепалку. Услышанное во время допроса еще раз доказало мне, что Мариэлла никогда не признает свою вину в чем-либо. По-моему, она искренне верует в то, что просто не может быть неправа. Она даже в воровстве моих драгоценностей не видит ничего дурного.
— Последний вопрос, госпожа Вустер, — холодно проговорил Патрик. — Знакомый Квентина, который обещал вам помочь с иллюзорными чарами. Как его звали?
— Понятия не имею, — призналась Мариэлла.
Патрик недоверчиво изогнул бровь.
— Неужели?
— Это был какой-то давний приятель Квентина, — пояснила Мариэлла. — Я его ни разу в жизни не видела.
— И Квентин ничего вам про него не рассказывал?
— Что-то рассказывал. — Мариэлла небрежно повела плечами. — Но, если честно, я особо его не слушала. Главное, что он был готов выполнить поставленную перед ним задачу. А остальное — мелочи.
Патрик неполную минуту молча смотрел на Мариэллу, словно желая определить, не врет ли она. Но на этот раз она совершенно спокойно выдержала его взгляд.
— Ну что же, госпожа Вустер, — после долгой паузы медленно протянул он. — Пожалуй, на этом я завершу наш разговор.
— Наконец-то! — обрадовалась Мариэлла.
Немедленно вскочила на ноги и провела рукой по волосам, поправляя прическу.
— Кстати, и не надейтесь, что вам сойдет с рук ваше самоуправство, — фыркнула с нескрываемой угрозой. — Как только я вернусь домой и увижу дядю…
— Боюсь, с возвращением домой вам придется подождать.
Патрик тоже встал. С нескрываемым наслаждением повел плечами, разминая их.
— В смысле? — немедленно насторожилась Мариэлла. — На что вы намекаете?
— Не намекаю, а говорю прямо, — бархатно исправил ее Патрик. — Вам придется провести некоторое время в камере предварительного заключения. И это не обсуждается.
Подарил милую улыбку ошеломленной Мариэлле. Прищелкнул пальцами, и стена блокирующих чар, заключивших комнату в подобие непроницаемого кокона, особенно ярко вспыхнула напоследок — и исчезла.
— Кстати, вот и Джоффри вернулся, — продолжил Патрик.
В тот же момент раздался громкий стук, а еще через секунду рыжий полицейский опасливо приоткрыл дверь.
— Там это, — пробормотал он. — Я сидел и ждал, когда вы меня позовете, но вдруг явился господин Трезор Вустер. Мне пришлось рассказать ему про убийство и про то…
Замялся, привычным образом покраснев. Но прежде быстро посмотрел на Мариэллу.
— Ты рассказал ему про задержание его племянницы, — без особых проблем завершил оборванную фразу Патрик.
— Да, — чуть слышно признался Джоффри. — И господин Трезор…
Договорить он опять не сумел. Потому что мгновением позже от мощного толчка в спину буквально перелетел через порог, лишь каким-то чудом не растянувшись на полу.
— И кто посмел арестовать мою племянницу? — прогремело гневное из коридора. — Да я этому столичному хлыщу сейчас такое устрою!
После чего в комнату величаво вплыл господин бургомистр Бельвиля собственной персоной.
