Шли они уже не первый час, следуя её совету, он перестал смотреть на ПДА, а точнее спрятал его в карман, если будет рассылка и так почувствует. А потом вышли к странному расширению, вдаль уходили три тоннеля. Она твёрдо выбрала левый, и они сразу же наткнулись на труп сталкера. У него была проломлена грудная клетка, хотя самого орудия нигде не было видно. Немного дальше они увидели холмик из всякого хлама, который валялся в тоннеле, на холмике лежали скудные цветы, которые ещё иногда встречались в Зоне. Маленькая могилка, очень похожая на детскую.
- Это очень плохо, пошли дальше, надеюсь с ним всё в порядке.
С кем и что случилось, он, конечно, не понимал, но решил вопросов не задавать, справедливо посчитав их неуместными. Ещё через час они вышли в довольно большое помещение, наверху была кран балка, ржавая от времени, а в кабине слышался детский плач.
- Стой тут, а лучше спрячься, если ребёнок один, то это очень опасно.
Пришлось послушаться, и он начал искать место, куда можно спрятаться. В итоге ничего лучше не придумал, как забиться между бетонным блоком и стеной. Не прошло и полчаса, как из одного тоннеля показался бюрер, явно бюрер, но лицо было человеческим, просто карлик, которые иногда встречаются на улицах. В руках он нёс крысу, живую обыкновенную крысу, подойдя к ржавой лестнице наверх, он принюхался, и лицо его исказила гримаса ярости.
- Успокойся, – послышался голос сверху, – это я.
- Запах, – прохрипел в ответ карлик.
- Со мной друг, – снова произнесла она, – он спрятался, с тобой же просто так лучше не встречаться.
- Верно, – только и произнёс карлик.
Говорил он односложно и со смесью тоски и ярости. Залез наверх, не выпуская крысу из рук и начал кормить ребёнка. Это было слышно по звукам.
- Выходи, – сказала она, – он не тронет.
Парень выбрался из своего тайника и стал посреди помещения.
- Он сталкер? – прохрипел бюрер.
- Уже нет, он мой ученик.
- Автомат, – снова прохрипел бюрер.
- Сними автомат, – сказала она, и парень положил его на бетонный пол.
- Он у тебя совсем маленький, – заговорила она с бюрером, - так кровью и кормишь?
- А чем ещё? – голос был хриплый не то простуженный, не то сорванный.
- Давай молока принесу что ли, или пошли с нами, еда будет и хороший дом, завтра к ночи дойдём.
- Я сам, – снова прохрипел бюрер с какой-то отрешенной злостью.
- Но тут, же крыс мало, приходится надолго оставлять ребёнка, пошли, вырастет и вернётесь.
С огромным трудом она уговорила бюрера сменить место жительства, решающим был довод, что они нашли именно по плачу ребёнка, значит, и другие могут найти его. На обратной дороге бюрер стал на колени у могилы и долго молчал, они тоже не подавали звуков, что тут скажешь. Ребёнок всю дорогу молчал, а потом захотел есть.
- Потерпи, маленький, скоро выйдем, - нежно успокаивала его женщина, неся на руках.
По пути в тоннеле пробежала шальная крыса и бюрер ловко прихватил её, подняв в воздух и притянув к себе, она визжала, но уже всё для неё выло решено. Кровь крысы досталась малышу, и он напился живительной влаги и перестал плакать. Шли они целый день, останавливаясь только, чтобы покормить ребёнка, сами перекусили быстро и снова двинулись, сегодня было не до аномалий и артефактов, а в итоге пришли в заброшенный бункер. Не такая точка, в которых они ночевали раньше, но вполне цивилизованный бункер из нескольких комнат, правда, ужасно заброшенный. Основным достоинством этого бункера был сохранившийся пищевой склад, с большим запасом консервов, а самое главное, это было сухое молоко, которого было много. Обнюхав запасы сухого молока, его спутница сказала, что вполне пригодное, развела в небольшой колбочке порошок водой, а сверху натянула палец от перчатки.
- Ну, вот и соска, теперь посмотрим, как он будет есть.
Малыш артачился и возмущался, но проголодавшись, накинулся на молоко и с удовольствием начал поглощать его. Бюрер прижался к её плечу и тихо заплакал.
- Там жена была? – с одной стороны бередить старую рану не стоит, а с другой лучше высказать горе.
- Там тихо было, артефактов нет, сталкеры не ходили, она просто гуляла с ним, – бюрер ревел в голос, почему-то он доверял этой маленькой женщине, как матери.
- Она даже защититься не могла, не умела просто, зачем он это сделал? – продолжал реветь бюрер.
Рассказал он и о том, что прибежал на выстрелы и просто сплющил грудь сталкеру, но было поздно, хорошо хоть малыш не пострадал, так он и похоронил её там, а кормить пришлось кровью крыс. Вообще было странно, что бюрер говорит, да и сам он был не обычным, не похожим на тех обезьян с гадкими мордочками, которые населяют многие подвалы Зоны. Они сидели, пока бюрер совсем не успокоился, потом она поцеловала спящего малыша, и они ушли, оставив бюреру карту ключ от этого подземелья.
- Оставайся хоть насовсем, потом навестишь могилу, никто её не тронет. – Попрощавшись с бюрером, они ушли
- Это Алекс, один из трёх, они были добровольцами, видно жизнь так достала их, что они сбежали ещё в ту Зону и согласились на эксперимент. Что-то с Зоной происходит, женщин не было среди них, но вот получилось, же потомство от самки, которая была из обезьян, видно новое поколение сближается как-то с людьми генетически. Их двое осталось, Макс погиб, защищая своих животных собратьев, а Игорь живёт на севере, там спокойно относительно, но у него детей нет, да он и жену не заводит, отшельник.
Она рассказывала ему всё это, когда они снова шли по Зоне. Снова аномалии и снова он учился, на этот раз она остановила его возле странной, точнее странной по ощущениям. Все сталкеры слышали про временную петлю, но побывать доводилось немногим, молодые парни становились стариками и со сталкерством обычно завязывали, Был, правда, один, который сильно помолодел, но это единственный раз.
- Хорошенько вникай, тут совсем другие ощущения, время как бы заворачивается вихрем и все, кто проходит прямо, идут к своей старости, в принципе можно и умереть от старости за пару часов.
- А помолодеть?
- Можно, он видно испугался чего то и задом вышел. Тебе-то зачем, годы на плечи давят?
- Я теоретически спросил, – застеснялся парень.
- Вот я тебе теоретически и рассказала, – она улыбнулась так загадочно, что понять её стало просто невозможно. – Ты давай вникай, а то придётся мне тебя грудью кормить, если не запомнишь.
Шутки шутками, а аномалию он запомнил на всю жизнь, в следующий раз метров за десять остановился.
- Ну, так далеко не обязательно, но молодец, – похвалила она его, – они нечасто встречаются.
- Я всё-таки не понимаю её суть, – сказал он задумчиво, – она возвращает и ускоряет время или биологически меняет организм?
- Время не линия, время это река, оно течёт, поворачивает, меняет направление, а здесь просто водоворот, который может выкинуть вперёд или назад, но только твоё тело, разум остаётся при тебе.
- А можно это как то контролировать?
- Очень трудно, но некоторым это удаётся, – она немного смутилась, но потом встряхнула головой и снова стала прежней, строгой учительницей.
- Пошли, теперь наш путь в Припять.
- Ого! – удивился он, – хотя с тобой куда угодно.
- Со мной или за мной?
- И с тобой и за тобой, – убеждённо сказал он, - хоть на край света.
*****
Зона плакала по настоящему, не часто она так плачет, не тихо и грустно, а навзрыд. Кого-то она оплакивала, кого-то близкого и родного, кто стоил её слёз. Сегодня они решили не выходить на поверхность, в такой дождь нечего делать наверху, а срочных дел не было. Любовные игры они на время отложили, вволю насладившись ими, а учить в бункере было нечему.
- Почему у меня такое чувство, что нам непременно надо наружу? – спросил он её неожиданно.
- Просто одной маленькой женщине плохо, она плачет, а ты настоящий мужчина и не можешь спокойно этого выносить.
- Ты сейчас явно не о себе, – он правильно понял эту часть её слов, – тогда о ком?
- О Зоне, конечно, она плачет, или ты думаешь, что этот дождь просто льётся с неба?
- Так может надо помочь?
- Может и надо, а может, и нет, если потеря велика, то чем мы поможем, мы же не боги, чтобы вернуть жизнь или повернуть время вспять, хотя иногда можно конечно и попробовать.
Уже не первый день они вместе и даже не первый месяц, он знает и умеет уже столько, сколько не умеет ни один сталкер, но иногда он не может её понять.
- А нельзя у неё спросить, вдруг она хочет помощи, а некому.
- Можно и спросить, но не тут, ты всё-таки рыцарь по своей натуре, – немного усмехнувшись, изрекла она, – одевайся.
Поход по улицам Припяти ещё то занятие, аномалии они уже давно не принимали за трудности. Он ещё не мог отличить простой камешек от слабого артефакта. Но уж в аномалиях разбирался очень неплохо. Зато хватало зомби, которые вообще не управлялись. и «Монолит», эти фанатики были похуже зомби. Но и она не была простым сталкером. В такую погоду даже «Монолит» сидел по норкам, ограничиваясь визуальным наблюдением. Так что, перелезая через подоконники, переползая за кустарниками, а иногда и спускаясь в подвалы, они дошли до кинотеатра «Прометей».
- Это здесь, пошли за мной, – она прошла в служебное помещение со швабрами тряпками и прочими атрибутами «мастеров чистоты», конечно от времени это всё превратилось в обычный хлам.
Но она достала карту ключ и приложила к плакату « чисто не там где убирают, а там, где не мусорят», глупость из времён существования Союза. Послышалось лёгкое гудение, и задняя стенка отъехала назад, открыв вход в подвал, ступени начинались сразу за стеной. Когда они спустились вниз, она приложила ключ к уже вполне современной панели и стена вернулась на своё место.
- Тут могут быть любые неожиданности, хотя все, наверное, уже разбежались, я выходила последняя, и никого внутри не было.
Они пошли по коридорам, уходящим вниз, шли долго и по его предположениям оказались уже за городом.
- Ты прав, но это единственный из оставшихся входов, – она снова прочла его мысли.
Примерно через час они пришли в зал, в котором была картина полного разгрома, в следующем оказались сломанные клетки, дальше медицинское оборудование, а ещё дальше был какой-то агрегат, назначение которого он так и не смог определить.
- Это аналог «Исполнителя желаний», только не артефакт, но он тоже может связаться с сущностью Зоны, я как раз работала тут, когда этот придурок выпустил животных, сюда Серафим никого не пустил, так что всё в рабочем состоянии.
Она обошла установку, проверила всё внимательно. Включила рубильник, подав напряжение. Странно, в Зоне всегда хватало электричества , несмотря на остановку станции, очередная загадка этого места. Порой даже выкрученные лампочки ярко светились и даже с оборванной нитью. Потом она начала раздеваться и предложила ему присоединиться.
- Ты же сам хочешь спросить у неё, а не твой комбинезон.
Тем временем в центре установки раскрылись створки, и открылась камера, вроде флюорографа, только без глупых пластинок по стенам.
- Пошли, я установила на десять минут, потом всё отключится.
Кабину заволокло фиолетовым туманом, в голове всё завертелось и они увидели женщину, плачущую у озера, она плакала грустно и безнадёжно, как плачет человек, которому приходится всё терять. На мгновение она оторвалась от своего занятия и посмотрела на них.
- Здравствуй, что не нравлюсь такая? – сказала она, обращаясь к его спутнице.
- Что произошло, почему ты плачешь, кто тебя обидел?
- Они решили взять меня под полный контроль и у них, похоже, получается, я уже мало что могу, они начинают играть мною, как куклой, менять аномалии, создавать мутантов, а я просто не могу ничего сделать, я почему-то у них под контролем всё больше и больше. Ты знаешь, как это страшно, потерять самоё себя.
- Ужас, опять эти умники?
- Они что-то построили и наращивают мощность, а оно контролирует меня.
- Это очень плохо, надо что-то делать, надо их остановить раз и навсегда.
- Мне некому помочь, все, кто был верен мне, у них под контролем. К тому же они создали барьер и к ним не подойти.
- Ну что, рыцарь, будем помогать даме? – обратилась она к спутнику, – видимо мы последние в этом мире, кто ещё в состоянии ей помочь.
- А мы справимся?
- Главное попробовать и не отступать, если ты способен идти до конца, то ты сможешь больше, чем думаешь, к тому же это наш дом, а жить в доме, в котором кто-то хозяйничает, как то не хочется.
- Тогда пошли, – он посмотрел в её синие глаза, – до конца.
Видение исчезло, и они снова стояли в кабине агрегата. На душе было погано, но надо, же что–то делать со всем этим.
- С чего начнём? – Спросил он у своей спутницы.
- С посещения одного необычного места, надо вооружиться и подготовиться, – сказала она одеваясь.
*****
Они снова шли по Зоне, грязные и уставшие, шли второй день без остановок. По пути не проронили ни слова, да и о чём говорить, раз собрались на войну, то тут как то не до лишних разговоров. Учить больше нет нужды, если уцелеют, то никто им не мешает продолжить обучение. А если нет … тогда вообще всё зря. Куда вела его маленькая женщина и зачем, он не спрашивал, полностью доверяя спутнице, аномалии и мутанты больше не интересовали их, а она просто убирала их с дороги, едва махнув рукой. Ноги отяжелели от комьев грязи, но даже это не отвлекало от продвижения, шли на восток. По мосту, полному аномалий, прошли, как по мостовой, она достала один из пеналов с камешками и рассовала их в свою шишку на конце палки, а потом просто пошла, сказав держаться близко, так и перешли, хотя мост этот забрал не одну сталкерскую жизнь. Пройти мимо бандитов им помог Серафим. Когда их уже собирались ограбить, материализовался за спиной и сходу убил главаря, банда потеряла управление и разбежалась.
- Спасибо, сынок, – сказала она, будто прощаясь, и пошли дальше.
Наконец к утру третьего дня они дошли до места, дверь бункера открылась тяжело, но он помог ей и они попали внутрь. Склад, по-другому и не назвать это место. На полках лежали артефакты, куда хватало глаз, были полки с артефактами. Рядом стояли контейнеры, артефакты светились и искрились, просто лежали, некоторые висели в воздухе, не касаясь земли.
- Отдохни пока, я тут поработаю.
Он не стал спорить, устал и сильно, этот марш его вымотал основательно, поэтому улёгся на какую-то лавку. Сон наступил неожиданно, буквально свалившись откуда-то, а проснулся он оттого, что упал с лавки. Его наставницы и любимой нигде не было, и он пошёл её искать. В дальнем углу на столе стоял компьютер, и маленькая женщина что-то тщательно набирала, проверяла, а потом сохранила и протянула флешку
- Сохрани в любом случае, – её голос дрогнул.
Такой он видел её первый раз, обычно уверенная в себе женщина, а сейчас похожа скорее на маленького и беззащитного ребёнка. Он обнял её и прижал к себе, как маленькую, а та уронила ему на грудь голову и так они стояли несколько минут.
- Всё, расслабились, и хватит, – голос стал тем же ровным и уверенным, что и всегда, – пора за работу.
Она брала артефакты со стеллажей и раскладывала их на столе, а после создала из них какие-то немыслимые сборки и разложила по контейнерам.
- Это очень плохо, пошли дальше, надеюсь с ним всё в порядке.
С кем и что случилось, он, конечно, не понимал, но решил вопросов не задавать, справедливо посчитав их неуместными. Ещё через час они вышли в довольно большое помещение, наверху была кран балка, ржавая от времени, а в кабине слышался детский плач.
- Стой тут, а лучше спрячься, если ребёнок один, то это очень опасно.
Пришлось послушаться, и он начал искать место, куда можно спрятаться. В итоге ничего лучше не придумал, как забиться между бетонным блоком и стеной. Не прошло и полчаса, как из одного тоннеля показался бюрер, явно бюрер, но лицо было человеческим, просто карлик, которые иногда встречаются на улицах. В руках он нёс крысу, живую обыкновенную крысу, подойдя к ржавой лестнице наверх, он принюхался, и лицо его исказила гримаса ярости.
- Успокойся, – послышался голос сверху, – это я.
- Запах, – прохрипел в ответ карлик.
- Со мной друг, – снова произнесла она, – он спрятался, с тобой же просто так лучше не встречаться.
- Верно, – только и произнёс карлик.
Говорил он односложно и со смесью тоски и ярости. Залез наверх, не выпуская крысу из рук и начал кормить ребёнка. Это было слышно по звукам.
- Выходи, – сказала она, – он не тронет.
Парень выбрался из своего тайника и стал посреди помещения.
- Он сталкер? – прохрипел бюрер.
- Уже нет, он мой ученик.
- Автомат, – снова прохрипел бюрер.
- Сними автомат, – сказала она, и парень положил его на бетонный пол.
- Он у тебя совсем маленький, – заговорила она с бюрером, - так кровью и кормишь?
- А чем ещё? – голос был хриплый не то простуженный, не то сорванный.
- Давай молока принесу что ли, или пошли с нами, еда будет и хороший дом, завтра к ночи дойдём.
- Я сам, – снова прохрипел бюрер с какой-то отрешенной злостью.
- Но тут, же крыс мало, приходится надолго оставлять ребёнка, пошли, вырастет и вернётесь.
С огромным трудом она уговорила бюрера сменить место жительства, решающим был довод, что они нашли именно по плачу ребёнка, значит, и другие могут найти его. На обратной дороге бюрер стал на колени у могилы и долго молчал, они тоже не подавали звуков, что тут скажешь. Ребёнок всю дорогу молчал, а потом захотел есть.
- Потерпи, маленький, скоро выйдем, - нежно успокаивала его женщина, неся на руках.
По пути в тоннеле пробежала шальная крыса и бюрер ловко прихватил её, подняв в воздух и притянув к себе, она визжала, но уже всё для неё выло решено. Кровь крысы досталась малышу, и он напился живительной влаги и перестал плакать. Шли они целый день, останавливаясь только, чтобы покормить ребёнка, сами перекусили быстро и снова двинулись, сегодня было не до аномалий и артефактов, а в итоге пришли в заброшенный бункер. Не такая точка, в которых они ночевали раньше, но вполне цивилизованный бункер из нескольких комнат, правда, ужасно заброшенный. Основным достоинством этого бункера был сохранившийся пищевой склад, с большим запасом консервов, а самое главное, это было сухое молоко, которого было много. Обнюхав запасы сухого молока, его спутница сказала, что вполне пригодное, развела в небольшой колбочке порошок водой, а сверху натянула палец от перчатки.
- Ну, вот и соска, теперь посмотрим, как он будет есть.
Малыш артачился и возмущался, но проголодавшись, накинулся на молоко и с удовольствием начал поглощать его. Бюрер прижался к её плечу и тихо заплакал.
- Там жена была? – с одной стороны бередить старую рану не стоит, а с другой лучше высказать горе.
- Там тихо было, артефактов нет, сталкеры не ходили, она просто гуляла с ним, – бюрер ревел в голос, почему-то он доверял этой маленькой женщине, как матери.
- Она даже защититься не могла, не умела просто, зачем он это сделал? – продолжал реветь бюрер.
Рассказал он и о том, что прибежал на выстрелы и просто сплющил грудь сталкеру, но было поздно, хорошо хоть малыш не пострадал, так он и похоронил её там, а кормить пришлось кровью крыс. Вообще было странно, что бюрер говорит, да и сам он был не обычным, не похожим на тех обезьян с гадкими мордочками, которые населяют многие подвалы Зоны. Они сидели, пока бюрер совсем не успокоился, потом она поцеловала спящего малыша, и они ушли, оставив бюреру карту ключ от этого подземелья.
- Оставайся хоть насовсем, потом навестишь могилу, никто её не тронет. – Попрощавшись с бюрером, они ушли
- Это Алекс, один из трёх, они были добровольцами, видно жизнь так достала их, что они сбежали ещё в ту Зону и согласились на эксперимент. Что-то с Зоной происходит, женщин не было среди них, но вот получилось, же потомство от самки, которая была из обезьян, видно новое поколение сближается как-то с людьми генетически. Их двое осталось, Макс погиб, защищая своих животных собратьев, а Игорь живёт на севере, там спокойно относительно, но у него детей нет, да он и жену не заводит, отшельник.
Она рассказывала ему всё это, когда они снова шли по Зоне. Снова аномалии и снова он учился, на этот раз она остановила его возле странной, точнее странной по ощущениям. Все сталкеры слышали про временную петлю, но побывать доводилось немногим, молодые парни становились стариками и со сталкерством обычно завязывали, Был, правда, один, который сильно помолодел, но это единственный раз.
- Хорошенько вникай, тут совсем другие ощущения, время как бы заворачивается вихрем и все, кто проходит прямо, идут к своей старости, в принципе можно и умереть от старости за пару часов.
- А помолодеть?
- Можно, он видно испугался чего то и задом вышел. Тебе-то зачем, годы на плечи давят?
- Я теоретически спросил, – застеснялся парень.
- Вот я тебе теоретически и рассказала, – она улыбнулась так загадочно, что понять её стало просто невозможно. – Ты давай вникай, а то придётся мне тебя грудью кормить, если не запомнишь.
Шутки шутками, а аномалию он запомнил на всю жизнь, в следующий раз метров за десять остановился.
- Ну, так далеко не обязательно, но молодец, – похвалила она его, – они нечасто встречаются.
- Я всё-таки не понимаю её суть, – сказал он задумчиво, – она возвращает и ускоряет время или биологически меняет организм?
- Время не линия, время это река, оно течёт, поворачивает, меняет направление, а здесь просто водоворот, который может выкинуть вперёд или назад, но только твоё тело, разум остаётся при тебе.
- А можно это как то контролировать?
- Очень трудно, но некоторым это удаётся, – она немного смутилась, но потом встряхнула головой и снова стала прежней, строгой учительницей.
- Пошли, теперь наш путь в Припять.
- Ого! – удивился он, – хотя с тобой куда угодно.
- Со мной или за мной?
- И с тобой и за тобой, – убеждённо сказал он, - хоть на край света.
*****
Зона плакала по настоящему, не часто она так плачет, не тихо и грустно, а навзрыд. Кого-то она оплакивала, кого-то близкого и родного, кто стоил её слёз. Сегодня они решили не выходить на поверхность, в такой дождь нечего делать наверху, а срочных дел не было. Любовные игры они на время отложили, вволю насладившись ими, а учить в бункере было нечему.
- Почему у меня такое чувство, что нам непременно надо наружу? – спросил он её неожиданно.
- Просто одной маленькой женщине плохо, она плачет, а ты настоящий мужчина и не можешь спокойно этого выносить.
- Ты сейчас явно не о себе, – он правильно понял эту часть её слов, – тогда о ком?
- О Зоне, конечно, она плачет, или ты думаешь, что этот дождь просто льётся с неба?
- Так может надо помочь?
- Может и надо, а может, и нет, если потеря велика, то чем мы поможем, мы же не боги, чтобы вернуть жизнь или повернуть время вспять, хотя иногда можно конечно и попробовать.
Уже не первый день они вместе и даже не первый месяц, он знает и умеет уже столько, сколько не умеет ни один сталкер, но иногда он не может её понять.
- А нельзя у неё спросить, вдруг она хочет помощи, а некому.
- Можно и спросить, но не тут, ты всё-таки рыцарь по своей натуре, – немного усмехнувшись, изрекла она, – одевайся.
Поход по улицам Припяти ещё то занятие, аномалии они уже давно не принимали за трудности. Он ещё не мог отличить простой камешек от слабого артефакта. Но уж в аномалиях разбирался очень неплохо. Зато хватало зомби, которые вообще не управлялись. и «Монолит», эти фанатики были похуже зомби. Но и она не была простым сталкером. В такую погоду даже «Монолит» сидел по норкам, ограничиваясь визуальным наблюдением. Так что, перелезая через подоконники, переползая за кустарниками, а иногда и спускаясь в подвалы, они дошли до кинотеатра «Прометей».
- Это здесь, пошли за мной, – она прошла в служебное помещение со швабрами тряпками и прочими атрибутами «мастеров чистоты», конечно от времени это всё превратилось в обычный хлам.
Но она достала карту ключ и приложила к плакату « чисто не там где убирают, а там, где не мусорят», глупость из времён существования Союза. Послышалось лёгкое гудение, и задняя стенка отъехала назад, открыв вход в подвал, ступени начинались сразу за стеной. Когда они спустились вниз, она приложила ключ к уже вполне современной панели и стена вернулась на своё место.
- Тут могут быть любые неожиданности, хотя все, наверное, уже разбежались, я выходила последняя, и никого внутри не было.
Они пошли по коридорам, уходящим вниз, шли долго и по его предположениям оказались уже за городом.
- Ты прав, но это единственный из оставшихся входов, – она снова прочла его мысли.
Примерно через час они пришли в зал, в котором была картина полного разгрома, в следующем оказались сломанные клетки, дальше медицинское оборудование, а ещё дальше был какой-то агрегат, назначение которого он так и не смог определить.
- Это аналог «Исполнителя желаний», только не артефакт, но он тоже может связаться с сущностью Зоны, я как раз работала тут, когда этот придурок выпустил животных, сюда Серафим никого не пустил, так что всё в рабочем состоянии.
Она обошла установку, проверила всё внимательно. Включила рубильник, подав напряжение. Странно, в Зоне всегда хватало электричества , несмотря на остановку станции, очередная загадка этого места. Порой даже выкрученные лампочки ярко светились и даже с оборванной нитью. Потом она начала раздеваться и предложила ему присоединиться.
- Ты же сам хочешь спросить у неё, а не твой комбинезон.
Тем временем в центре установки раскрылись створки, и открылась камера, вроде флюорографа, только без глупых пластинок по стенам.
- Пошли, я установила на десять минут, потом всё отключится.
Кабину заволокло фиолетовым туманом, в голове всё завертелось и они увидели женщину, плачущую у озера, она плакала грустно и безнадёжно, как плачет человек, которому приходится всё терять. На мгновение она оторвалась от своего занятия и посмотрела на них.
- Здравствуй, что не нравлюсь такая? – сказала она, обращаясь к его спутнице.
- Что произошло, почему ты плачешь, кто тебя обидел?
- Они решили взять меня под полный контроль и у них, похоже, получается, я уже мало что могу, они начинают играть мною, как куклой, менять аномалии, создавать мутантов, а я просто не могу ничего сделать, я почему-то у них под контролем всё больше и больше. Ты знаешь, как это страшно, потерять самоё себя.
- Ужас, опять эти умники?
- Они что-то построили и наращивают мощность, а оно контролирует меня.
- Это очень плохо, надо что-то делать, надо их остановить раз и навсегда.
- Мне некому помочь, все, кто был верен мне, у них под контролем. К тому же они создали барьер и к ним не подойти.
- Ну что, рыцарь, будем помогать даме? – обратилась она к спутнику, – видимо мы последние в этом мире, кто ещё в состоянии ей помочь.
- А мы справимся?
- Главное попробовать и не отступать, если ты способен идти до конца, то ты сможешь больше, чем думаешь, к тому же это наш дом, а жить в доме, в котором кто-то хозяйничает, как то не хочется.
- Тогда пошли, – он посмотрел в её синие глаза, – до конца.
Видение исчезло, и они снова стояли в кабине агрегата. На душе было погано, но надо, же что–то делать со всем этим.
- С чего начнём? – Спросил он у своей спутницы.
- С посещения одного необычного места, надо вооружиться и подготовиться, – сказала она одеваясь.
*****
Они снова шли по Зоне, грязные и уставшие, шли второй день без остановок. По пути не проронили ни слова, да и о чём говорить, раз собрались на войну, то тут как то не до лишних разговоров. Учить больше нет нужды, если уцелеют, то никто им не мешает продолжить обучение. А если нет … тогда вообще всё зря. Куда вела его маленькая женщина и зачем, он не спрашивал, полностью доверяя спутнице, аномалии и мутанты больше не интересовали их, а она просто убирала их с дороги, едва махнув рукой. Ноги отяжелели от комьев грязи, но даже это не отвлекало от продвижения, шли на восток. По мосту, полному аномалий, прошли, как по мостовой, она достала один из пеналов с камешками и рассовала их в свою шишку на конце палки, а потом просто пошла, сказав держаться близко, так и перешли, хотя мост этот забрал не одну сталкерскую жизнь. Пройти мимо бандитов им помог Серафим. Когда их уже собирались ограбить, материализовался за спиной и сходу убил главаря, банда потеряла управление и разбежалась.
- Спасибо, сынок, – сказала она, будто прощаясь, и пошли дальше.
Наконец к утру третьего дня они дошли до места, дверь бункера открылась тяжело, но он помог ей и они попали внутрь. Склад, по-другому и не назвать это место. На полках лежали артефакты, куда хватало глаз, были полки с артефактами. Рядом стояли контейнеры, артефакты светились и искрились, просто лежали, некоторые висели в воздухе, не касаясь земли.
- Отдохни пока, я тут поработаю.
Он не стал спорить, устал и сильно, этот марш его вымотал основательно, поэтому улёгся на какую-то лавку. Сон наступил неожиданно, буквально свалившись откуда-то, а проснулся он оттого, что упал с лавки. Его наставницы и любимой нигде не было, и он пошёл её искать. В дальнем углу на столе стоял компьютер, и маленькая женщина что-то тщательно набирала, проверяла, а потом сохранила и протянула флешку
- Сохрани в любом случае, – её голос дрогнул.
Такой он видел её первый раз, обычно уверенная в себе женщина, а сейчас похожа скорее на маленького и беззащитного ребёнка. Он обнял её и прижал к себе, как маленькую, а та уронила ему на грудь голову и так они стояли несколько минут.
- Всё, расслабились, и хватит, – голос стал тем же ровным и уверенным, что и всегда, – пора за работу.
Она брала артефакты со стеллажей и раскладывала их на столе, а после создала из них какие-то немыслимые сборки и разложила по контейнерам.
