«Не думаю, что прогонят – хозяева очень радушные. Я почти ничего не делала – отдыхала просто – помогала только чуть – а его матушка меня за дочку приняла. Представь – меня – в прошлом «весёлую девицу» - приняла, да ещё и всем как лучшую хозяюшку расхваливала…»
«Жанна! Сколько раз тебе говорить – ты себя просто почему-то не ценишь! Не осталось на тебе «грязи» - ты как алмаз волшебный – как тебя не измажь – чуть время пройдёт – грязь и дрянь всякая обсохнет – сама отпадёт! Почему – ведь ты у меня такая умная – сама этого не узреешь? Другие видят, но не ты…»
Вообще-то Вайлет в компании красавицы погулял день и второй – красивый город – много интересных мест, а Жанна – лучший проводник. Только потом сам на время сезона в трактире в охранники напросился – взял оплату как все (охранников нанимают много – чтобы какой беды не случилось), а работал за троих – может и больше – очень вежливо пьяных клиентов выводил, а то и по домам разводил – такая у охранника должность, вообще с каждым достаточно мирно договориться мог… Другие бы не смогли.
И ещё – он пару «постоянных охранников» вымуштровал так, что в городе лучших и не найти…
«Привет, братишка! Как ты тут оказался?» - Любава бросилась на шею не к сыну – к Якову.
«Сестрёнка! Как я мечтал тебя найти! Не смог – да и никто бы не смог – тебя от нашего барона – злых ему страданий в послесмертии – родители аж в другом графстве укрыли…»
«Да неужто вы брат и сестра оказываетесь?» - недоумённо спросил Вайлет.
«Троюродные – сын – может и дальше по родству… Только детство у нас было общее – не разлей вода были. Нам даже семью создать никто бы не возбранил. Как я в детстве мечтала за него замуж выйти. Только судьба так сложилась, что бежать из города мне пришлось – благо – родители смогли увезти. Вот я и говорю – прошлое – оно только в прошлом. Это я к тебе – доченька – уразумей наконец! Нет – сынок – не подумай чего плохого – с Михаем – папой твоим – я так была Счастлива, что другой жизни я себе не пожелаю. Но вот первая Любовь… Да – и я так думаю – у Якова тоже жена была лучшая – по другому и быть не могло. Почему детишек нет? Так ведь, Яша?»
«Была – была лучшая. Как я её любил! Тебя бы не меньше, только отыскать не сумел… А деток нет – потому что она из народа, что в Лескорую верует. С ними с самого рождения делают что-то такое, что у них меж собой ребёнки рождаются хорошо, а вот от людей другой веры – это вообще редкость большая…»
Стали они жить – два брата и две сестры – младшая пара «братишка с сестрёнкой» и старшие – такие-же балбесы…
Яков придумал в свой трактир нанять управляющего, повара – да вообще много прислуги, а по всем городкам целую сеть трактиров построить – таких, что клиентов не обманывают, кормят вкусно, поят напитками не поддельными – у него даже вышло… Правда названия он всем трактирам дал «У Непобедимого Воина». Вайлет хотел возражать – но перепереть не смог.
В других сказаниях на этом бы всё и закончилось – мол жили они дальше долго и счастливо…
Только у нас это всего-то половина сказа…
Вот «долго» - это сколько? И «счастливо» - это как?
Вот для Любавы и Якова быть «братом и сестрой» просто в радость – наверное – им большего и не нужно – украдкой за ручки подержаться, за обедом и ужином поговорить в сладость, влюблёнными добрыми глазами друг на друга посмотреть.
Жанна тоже вполне была счастлива – Вайлет – хоть не муж и даже не парень – просто «брат», но разве большего она хоть как-то ждала?
Эти трое действительно были счастливы!
А вот у Вайлета-Костея работа на Богов-Близнецов есть. Не откажешься, но и близким для тебя людям ничего не поведаешь.
А работа не добрая – как бы народ в песнях это не превозносил – подумать только – Непобедимый воитель!
Например – уничтожить банду разбойников, которые целое какое-то графство в страхе держат. Местный граф с ними сделать ничего не может – часть войска уничтожат, да и уйдут в леса непролазные…
Чем не благое дело?
А ежели разобраться? Как выходит?
Эти люди разбойничают только потому, что им свои семьи хоть как-то кормить нужно. Недоброе дело затеяли – только они ли виноваты? Староста их селения со своим казначеем их просто по варварски грабить начали – такой оброк запросили, что местный граф даже придумать не мог. Вот они и подались в разбой.
Вроде бы мужиков – лиходеев уничтожил – а их семьям потом голодать совсем…
Другой пример – дракона жуткого истребить, который скот непомерно ворует, стойла, курятники и – почему-то – туалеты на участках селян непомерно жжёт.
Когда Костей дракона (а это драконица оказалась) в ловушку заманил – шея её меж двух дубов вековых, что слишком близко росли, застряла – и отпиливать голову начал пилой с алмазными зубьями (таким орудием его Боги-Близнецы снабдили – сперва он и не понял – в битве от этого какой прок) – иначе никак с этой злобной животиной и не справиться – очень уж крепка броня – каждая чешуйка покрепче оружейного железа будет, из которого доспехи делают, драконица вдруг взмолилась: «Не убивай! У меня детки есть – их кормить – поить нужно… Без меня и моих лиходейств им даже не выжить!»
Вайлету такую настоящую красоту убивать не слишком хотелось (а красивее дракона – зверя просто не может быть) – потому он сначала разговор завёл: «А селянам как быть? Ты у них скотину воруешь – а они тоже жить хотят!»
«Много вас – человеков развелось слишком. Раньше тут дикие земли были – леса и степь – драконы тут испокон веков жили и кормились лесным или степным зверьём. Только человеки размножились – в лесах дичь почти перебили – зайцы да лисы одни и остались – а для дракона это совсем не пища – пока изловишь – энергии потратишь больше чем получишь потом от добычи. А степи распахали под поля или луга для выпаса скота. Дикого зверья уже нет – снова только зайцы и остались. Раньше целые стада диких буйволов тут водились. Поди – ты уже о таком звере и не слышал совсем. Куда деваться, если детишки постоянно жрать хотят – почти не прокормишь – а кроме домашних животных никого и нет? Воровать и приходится…»
«Твои дети настолько прожорливые?»
«А ты сам подумай – им быстро расти нужно – откуда они для этого силы возьмут, если не через еду? Мне самой только одна корова или лошадь в неделю и нужна. Но не им!»
«Почему ты только в этом графстве воруешь? Летала бы на дальние расстояния – тебя бы и не заметили…»
«А не могу – нельзя от гнезда далеко отлетать. Оно на земле устроено – иначе детишки повыпадут – такая у них особенность – лезть куда не надо. А они беззащитны сейчас – хоть уже и не крохи совсем – их даже не только стая волков – их стая ворон расклевать может. Вот и ношусь туда-сюда…»
«Ладно – скот бы тебе даже простили – наверное… Амбары, стойла, курятники – зачем жжёшь? А уж туалеты тебе как не угодили?»
«Пойми – эти человеки грязные – совсем глупость делают – свои стойла, курятники, а особенно – туалеты – вычищают и в верховье реки всю гадость сливают – почти у самых истоков. Так у них давно уж заведено. Выше я воды зачерпнуть – чтобы детишкам попить отнести – не способна – глубины не хватает. А ниже – гадость течёт! Мы такое пить никак не можем. Мне глубина нужна, а там дрянь… Например – вот ты – сможешь со всеми человеками договориться, чтобы гадость такую не делали? Реку не пачкали?»
«Пожалуй, что и не смогу…»
«А мне – дракону – как договариваться с человеками, если и ты – Непобедимый Воитель – не сможешь им разъяснить всё как надобно?»
«Извини – всё равно голову тебе отпилить придётся – мне тебя жалко, но тебя убить Боги-Близнецы мне заказали…» - Вайлету было жалко драконицу – такая красивая!
«Не губи! Помилуй! Детишкам без меня не выжить – а они – считай – надежда для драконьего племени. Очень редко родятся – нас изведёшь – возможно – всё наше племя вымрет!»
Жалко, что драконов в мире не останется – знатная зверюга, но если Боги-Сиамские Близнецы что-то заказали – от работы никак не отвертишься…
Погибла драконица, да ещё и детишек её умертвить пришлось – чтобы они от голодной смерти долго не мучились и от жажды. Такого зверя себе не возьмёшь – просто прокормить не сможешь.
Вот барды поют, что Непобедимый воин Великое Дело сделал – от дракона почти целое графство спас…
А на душе боль остаётся – мир такой Красоты лишил!
Постепенно – с заданиями – душа Костея крепла (или хуже становилась – циничнее?) – не во всём стоит и разбираться, не обо всех думать. Заказ Богов всё равно выполнишь…
Так – от задания к заданию всё больше Вайлету становилось более «безразлично».
Заданий было множество, но давайте лишь третий пример приведём?
От этого задания жизнь самого Воителя гораздо хуже стала – сам Король на него осерчал, да и многие графья тоже. Лишь граф, в чьих владениях домик Вайлета находился, его привечать не перестал.
Один из графов Королевства своё графство довёл почти до разорения – такие налоги на городки и сёла установил, что многие от голодной смерти вымирать стали. Ему лишь бы балы, да увеселения – не понимает он, что если с человека взять больше, чем тот отдать может – человеку и семье его не выжить…
Мало того – селища, что нужную сумму собрать не могли – граф вообще сжигал…
Ну и по мелочи – женщин насильничал слишком многих, честный люд благородный кровей просто ради веселья пытками жуткими до смерти доводил.
Богам-Близнецам этот граф не потому противен стал – просто он Богине-Морталии служить начал, да и Богу Войны – Харосу чем-то мешал. А у Богов свои игры и свои склоки.
В общем-то Костей графа очень по тихому убил – никто заметить не должен был.
Только барды почему-то и этот «подвиг» Непобедимому воину в своих песнях приписали.
Вообще-то наследный сын графа стал править графством гораздо более мудро (хотя и у него свои «перегибы» были) – селян, женщин и честный люд тиранить прекратил, хозяйство почти из пепла поднял – хорошее графство стало…
Чем не хорошо?
Оказалось – плохо…
Зловещий граф с другими королевствами очень правильно в политику играл – увеселения не столь для него – как для дипломатических посольств были… Он от войны королевства удерживал.
А его сын (хоть и хозяйственник хороший) – в политике дуб дубом – ничего не смыслит.
Началась война – запылали баронства.
Вот этого Король простить просто не мог. А где сам Король – там и остальная часть дворянства.
Кто виноват?
А тот, о ком в песнях барды поют – Непобедимый воин. Уничтожать пока не след – но немилость королевскую оказать всегда можно – к двору не пускать – и к другим дворам!
Вайлет уже тогда понял – если отказаться от задания Богов никак нельзя – особенно сильно переживать просто не стоит – иначе никаких жизненных сил просто не хватит…
Последний пример – пусть будет именно тот, который Вайлета вообще заставил перестать о чужих людях думать. Если они сами о себе заботятся не хотят и о детях своих, да ещё и перечат сильно – что он с ними поделать способен?
«Слушай, брат Безтиний! Наше оружие себе вроде девчонку завёл. Хоть и считает её «сестрой» - всё равно её мнение ценит. Она его Становлению не помешает?» - спросил Мраак.
«Вообще-то – братец – ты в людях так и не разобрался. Это не он её завёл – девушка к нему сама прибилась и прикипела. Всё дела нашей сестрицы – Латхи. Наша сестрёнка ему так мстит… Что скажу – ещё бы парочку таких вздорных, себялюбивых и ревнивых Богинь как Богиня Любви – мы бы точно без дела сидели совсем. «Добрая» Богиня, а дела поделывает такие, что не нам чета. Девушка ему никак не повредит – когда-то потом – очень поможет нам выковать из него Настоящее Оружие! Пока её мы трогать не станем – для неё и козней Латхи хватит…»
«Почему он тогда в Чёрной Магии так плохо прогрессирует?»
«А вот это – как раз – надо поправить. Пусть нам правильную жертву принесёт – Магии в нём от этого точно прибавится. Не знаю – думаю – злобы тоже. Как раз как нам надо!»
«Слышишь, Вайлет?» - произнёс Безтиний, мерцая своими ядовито-зелёными глазами во мраке храма: «Заданьице новое для тебя – очень важное…»
«У вас – Богов – неважных и не бывает,» - грустно ответил Воитель.
«Да тут всё несложно – вот совсем – может быть и развлечёшься… Нужно только принести в жертву одну из девиц – причём даже не в землях Королевств – в далёком Падишахстве…»
«Разве это может развлечение принести – девушку убить?»
«Так там сначала конкурс будет – вообще – великое празднество. Повеселишься сначала. Там красавиц на признаки наличия ума и красоты судить будут… Надо ту, которая выиграет в жертву принести.»
«Так надо ещё и самую умную и красивую убить?» - ужаснулся Вайлет.
«Не обязательно самую умную и красивую. Разве ты не слыхал о чём я говорю? Надо именно ту, которая выиграет. Так что у тебя целое пространство для манёвров есть. Самую умную и красивую, а ещё и добрую – если захочешь – можешь в живых оставить – конечно – если тебе не всё равно, да и если сумеешь… Одно условие – у тебя только три попытки – больше мы тебе не позволяем… Иди…»
«Брат, а что это было вообще? Ты ему – похоже воли дал даже больше, чем всегда,» - спросил Мраак.
«Пусть постарается… Думаю – это его о многом заставит потом поразмыслить. Большего не скажу – иначе тебе неинтересно будет за процессом следить…»
Великому Падишаху Эль-Данто очень надоело внимание его 999 жён. Эти постоянные женские склоки, домогательства, драки и ревность… Когда-то – пока жён было только 21 – его невероятно увлекали красивые женщины.
Сейчас он любил (действительно очень любил) только одну – его прекрасную Немиру. Женщине было далеко за сорок – красотой юности она уже не блистала, но по прежнему – милые формы (он очень любил женщин-воинов), строгое лицо (которое только с ним становилось добродушным и улыбчивым), сила и ловкость – она могла победить любого воина его Падишахства – даже сразу нескольких лучших одновременно. А какая она умная и находчивая – невероятный собеседник. Даже если она что-то не знает (а этого в мире было очень уж мало) – чуть объяснишь – она понимает с полуслова и сразу имеет своё собственное мнение по этому вопросу. Мнение может совсем не совпадать с мнением Эль-Данто – но Немира – мудрая женщина – спорить будет так, что никогда не оскорбит – даже малым словом. Вообще – она – если не с Падишахом или не с их детьми находится (мальчиков она родила ровно столько, сколько надо – что говорить про девочек?) – она постоянно либо тренируется по боевым искусствам (Пришлось ей выписывать учителей из других стран – она сама бы могла учить любого местного учителя на тысячи вёрст вокруг – очень даже хорошо бы обучила (с ней в воинских искусствах даже очень немногие заморские учителя справляются – да и то – очень ненадолго – что сказать – женщина-воин), вот только по правилам Веры – женщина не имеет право обучать мужчин), либо по танцам у неё тренировка (И тут местные учителя ей и в подмётки не годятся. Снова пришлось раскошелиться и заказать ей заморских вообще – как там их – горе… Что там дальше? А – вот – хореографов… Только пару месяцев занятий – и она этого известного горе… - нет – хореографа уже посрамит – способность к обучению у неё просто невероятна), либо в библио… – как там? О! Библиотеке! Занимается (тоже все книги мира, которые где-то печатают, а где-то от руки
«Жанна! Сколько раз тебе говорить – ты себя просто почему-то не ценишь! Не осталось на тебе «грязи» - ты как алмаз волшебный – как тебя не измажь – чуть время пройдёт – грязь и дрянь всякая обсохнет – сама отпадёт! Почему – ведь ты у меня такая умная – сама этого не узреешь? Другие видят, но не ты…»
***
Вообще-то Вайлет в компании красавицы погулял день и второй – красивый город – много интересных мест, а Жанна – лучший проводник. Только потом сам на время сезона в трактире в охранники напросился – взял оплату как все (охранников нанимают много – чтобы какой беды не случилось), а работал за троих – может и больше – очень вежливо пьяных клиентов выводил, а то и по домам разводил – такая у охранника должность, вообще с каждым достаточно мирно договориться мог… Другие бы не смогли.
И ещё – он пару «постоянных охранников» вымуштровал так, что в городе лучших и не найти…
***
«Привет, братишка! Как ты тут оказался?» - Любава бросилась на шею не к сыну – к Якову.
«Сестрёнка! Как я мечтал тебя найти! Не смог – да и никто бы не смог – тебя от нашего барона – злых ему страданий в послесмертии – родители аж в другом графстве укрыли…»
«Да неужто вы брат и сестра оказываетесь?» - недоумённо спросил Вайлет.
«Троюродные – сын – может и дальше по родству… Только детство у нас было общее – не разлей вода были. Нам даже семью создать никто бы не возбранил. Как я в детстве мечтала за него замуж выйти. Только судьба так сложилась, что бежать из города мне пришлось – благо – родители смогли увезти. Вот я и говорю – прошлое – оно только в прошлом. Это я к тебе – доченька – уразумей наконец! Нет – сынок – не подумай чего плохого – с Михаем – папой твоим – я так была Счастлива, что другой жизни я себе не пожелаю. Но вот первая Любовь… Да – и я так думаю – у Якова тоже жена была лучшая – по другому и быть не могло. Почему детишек нет? Так ведь, Яша?»
«Была – была лучшая. Как я её любил! Тебя бы не меньше, только отыскать не сумел… А деток нет – потому что она из народа, что в Лескорую верует. С ними с самого рождения делают что-то такое, что у них меж собой ребёнки рождаются хорошо, а вот от людей другой веры – это вообще редкость большая…»
***
Стали они жить – два брата и две сестры – младшая пара «братишка с сестрёнкой» и старшие – такие-же балбесы…
Яков придумал в свой трактир нанять управляющего, повара – да вообще много прислуги, а по всем городкам целую сеть трактиров построить – таких, что клиентов не обманывают, кормят вкусно, поят напитками не поддельными – у него даже вышло… Правда названия он всем трактирам дал «У Непобедимого Воина». Вайлет хотел возражать – но перепереть не смог.
В других сказаниях на этом бы всё и закончилось – мол жили они дальше долго и счастливо…
Только у нас это всего-то половина сказа…
Вот «долго» - это сколько? И «счастливо» - это как?
***
Вот для Любавы и Якова быть «братом и сестрой» просто в радость – наверное – им большего и не нужно – украдкой за ручки подержаться, за обедом и ужином поговорить в сладость, влюблёнными добрыми глазами друг на друга посмотреть.
Жанна тоже вполне была счастлива – Вайлет – хоть не муж и даже не парень – просто «брат», но разве большего она хоть как-то ждала?
Эти трое действительно были счастливы!
А вот у Вайлета-Костея работа на Богов-Близнецов есть. Не откажешься, но и близким для тебя людям ничего не поведаешь.
А работа не добрая – как бы народ в песнях это не превозносил – подумать только – Непобедимый воитель!
Например – уничтожить банду разбойников, которые целое какое-то графство в страхе держат. Местный граф с ними сделать ничего не может – часть войска уничтожат, да и уйдут в леса непролазные…
Чем не благое дело?
А ежели разобраться? Как выходит?
Эти люди разбойничают только потому, что им свои семьи хоть как-то кормить нужно. Недоброе дело затеяли – только они ли виноваты? Староста их селения со своим казначеем их просто по варварски грабить начали – такой оброк запросили, что местный граф даже придумать не мог. Вот они и подались в разбой.
Вроде бы мужиков – лиходеев уничтожил – а их семьям потом голодать совсем…
Другой пример – дракона жуткого истребить, который скот непомерно ворует, стойла, курятники и – почему-то – туалеты на участках селян непомерно жжёт.
Когда Костей дракона (а это драконица оказалась) в ловушку заманил – шея её меж двух дубов вековых, что слишком близко росли, застряла – и отпиливать голову начал пилой с алмазными зубьями (таким орудием его Боги-Близнецы снабдили – сперва он и не понял – в битве от этого какой прок) – иначе никак с этой злобной животиной и не справиться – очень уж крепка броня – каждая чешуйка покрепче оружейного железа будет, из которого доспехи делают, драконица вдруг взмолилась: «Не убивай! У меня детки есть – их кормить – поить нужно… Без меня и моих лиходейств им даже не выжить!»
Вайлету такую настоящую красоту убивать не слишком хотелось (а красивее дракона – зверя просто не может быть) – потому он сначала разговор завёл: «А селянам как быть? Ты у них скотину воруешь – а они тоже жить хотят!»
«Много вас – человеков развелось слишком. Раньше тут дикие земли были – леса и степь – драконы тут испокон веков жили и кормились лесным или степным зверьём. Только человеки размножились – в лесах дичь почти перебили – зайцы да лисы одни и остались – а для дракона это совсем не пища – пока изловишь – энергии потратишь больше чем получишь потом от добычи. А степи распахали под поля или луга для выпаса скота. Дикого зверья уже нет – снова только зайцы и остались. Раньше целые стада диких буйволов тут водились. Поди – ты уже о таком звере и не слышал совсем. Куда деваться, если детишки постоянно жрать хотят – почти не прокормишь – а кроме домашних животных никого и нет? Воровать и приходится…»
«Твои дети настолько прожорливые?»
«А ты сам подумай – им быстро расти нужно – откуда они для этого силы возьмут, если не через еду? Мне самой только одна корова или лошадь в неделю и нужна. Но не им!»
«Почему ты только в этом графстве воруешь? Летала бы на дальние расстояния – тебя бы и не заметили…»
«А не могу – нельзя от гнезда далеко отлетать. Оно на земле устроено – иначе детишки повыпадут – такая у них особенность – лезть куда не надо. А они беззащитны сейчас – хоть уже и не крохи совсем – их даже не только стая волков – их стая ворон расклевать может. Вот и ношусь туда-сюда…»
«Ладно – скот бы тебе даже простили – наверное… Амбары, стойла, курятники – зачем жжёшь? А уж туалеты тебе как не угодили?»
«Пойми – эти человеки грязные – совсем глупость делают – свои стойла, курятники, а особенно – туалеты – вычищают и в верховье реки всю гадость сливают – почти у самых истоков. Так у них давно уж заведено. Выше я воды зачерпнуть – чтобы детишкам попить отнести – не способна – глубины не хватает. А ниже – гадость течёт! Мы такое пить никак не можем. Мне глубина нужна, а там дрянь… Например – вот ты – сможешь со всеми человеками договориться, чтобы гадость такую не делали? Реку не пачкали?»
«Пожалуй, что и не смогу…»
«А мне – дракону – как договариваться с человеками, если и ты – Непобедимый Воитель – не сможешь им разъяснить всё как надобно?»
«Извини – всё равно голову тебе отпилить придётся – мне тебя жалко, но тебя убить Боги-Близнецы мне заказали…» - Вайлету было жалко драконицу – такая красивая!
«Не губи! Помилуй! Детишкам без меня не выжить – а они – считай – надежда для драконьего племени. Очень редко родятся – нас изведёшь – возможно – всё наше племя вымрет!»
Жалко, что драконов в мире не останется – знатная зверюга, но если Боги-Сиамские Близнецы что-то заказали – от работы никак не отвертишься…
Погибла драконица, да ещё и детишек её умертвить пришлось – чтобы они от голодной смерти долго не мучились и от жажды. Такого зверя себе не возьмёшь – просто прокормить не сможешь.
Вот барды поют, что Непобедимый воин Великое Дело сделал – от дракона почти целое графство спас…
А на душе боль остаётся – мир такой Красоты лишил!
Постепенно – с заданиями – душа Костея крепла (или хуже становилась – циничнее?) – не во всём стоит и разбираться, не обо всех думать. Заказ Богов всё равно выполнишь…
Так – от задания к заданию всё больше Вайлету становилось более «безразлично».
Заданий было множество, но давайте лишь третий пример приведём?
От этого задания жизнь самого Воителя гораздо хуже стала – сам Король на него осерчал, да и многие графья тоже. Лишь граф, в чьих владениях домик Вайлета находился, его привечать не перестал.
Один из графов Королевства своё графство довёл почти до разорения – такие налоги на городки и сёла установил, что многие от голодной смерти вымирать стали. Ему лишь бы балы, да увеселения – не понимает он, что если с человека взять больше, чем тот отдать может – человеку и семье его не выжить…
Мало того – селища, что нужную сумму собрать не могли – граф вообще сжигал…
Ну и по мелочи – женщин насильничал слишком многих, честный люд благородный кровей просто ради веселья пытками жуткими до смерти доводил.
Богам-Близнецам этот граф не потому противен стал – просто он Богине-Морталии служить начал, да и Богу Войны – Харосу чем-то мешал. А у Богов свои игры и свои склоки.
В общем-то Костей графа очень по тихому убил – никто заметить не должен был.
Только барды почему-то и этот «подвиг» Непобедимому воину в своих песнях приписали.
Вообще-то наследный сын графа стал править графством гораздо более мудро (хотя и у него свои «перегибы» были) – селян, женщин и честный люд тиранить прекратил, хозяйство почти из пепла поднял – хорошее графство стало…
Чем не хорошо?
Оказалось – плохо…
Зловещий граф с другими королевствами очень правильно в политику играл – увеселения не столь для него – как для дипломатических посольств были… Он от войны королевства удерживал.
А его сын (хоть и хозяйственник хороший) – в политике дуб дубом – ничего не смыслит.
Началась война – запылали баронства.
Вот этого Король простить просто не мог. А где сам Король – там и остальная часть дворянства.
Кто виноват?
А тот, о ком в песнях барды поют – Непобедимый воин. Уничтожать пока не след – но немилость королевскую оказать всегда можно – к двору не пускать – и к другим дворам!
Вайлет уже тогда понял – если отказаться от задания Богов никак нельзя – особенно сильно переживать просто не стоит – иначе никаких жизненных сил просто не хватит…
Последний пример – пусть будет именно тот, который Вайлета вообще заставил перестать о чужих людях думать. Если они сами о себе заботятся не хотят и о детях своих, да ещё и перечат сильно – что он с ними поделать способен?
***
«Слушай, брат Безтиний! Наше оружие себе вроде девчонку завёл. Хоть и считает её «сестрой» - всё равно её мнение ценит. Она его Становлению не помешает?» - спросил Мраак.
«Вообще-то – братец – ты в людях так и не разобрался. Это не он её завёл – девушка к нему сама прибилась и прикипела. Всё дела нашей сестрицы – Латхи. Наша сестрёнка ему так мстит… Что скажу – ещё бы парочку таких вздорных, себялюбивых и ревнивых Богинь как Богиня Любви – мы бы точно без дела сидели совсем. «Добрая» Богиня, а дела поделывает такие, что не нам чета. Девушка ему никак не повредит – когда-то потом – очень поможет нам выковать из него Настоящее Оружие! Пока её мы трогать не станем – для неё и козней Латхи хватит…»
«Почему он тогда в Чёрной Магии так плохо прогрессирует?»
«А вот это – как раз – надо поправить. Пусть нам правильную жертву принесёт – Магии в нём от этого точно прибавится. Не знаю – думаю – злобы тоже. Как раз как нам надо!»
***
«Слышишь, Вайлет?» - произнёс Безтиний, мерцая своими ядовито-зелёными глазами во мраке храма: «Заданьице новое для тебя – очень важное…»
«У вас – Богов – неважных и не бывает,» - грустно ответил Воитель.
«Да тут всё несложно – вот совсем – может быть и развлечёшься… Нужно только принести в жертву одну из девиц – причём даже не в землях Королевств – в далёком Падишахстве…»
«Разве это может развлечение принести – девушку убить?»
«Так там сначала конкурс будет – вообще – великое празднество. Повеселишься сначала. Там красавиц на признаки наличия ума и красоты судить будут… Надо ту, которая выиграет в жертву принести.»
«Так надо ещё и самую умную и красивую убить?» - ужаснулся Вайлет.
«Не обязательно самую умную и красивую. Разве ты не слыхал о чём я говорю? Надо именно ту, которая выиграет. Так что у тебя целое пространство для манёвров есть. Самую умную и красивую, а ещё и добрую – если захочешь – можешь в живых оставить – конечно – если тебе не всё равно, да и если сумеешь… Одно условие – у тебя только три попытки – больше мы тебе не позволяем… Иди…»
***
«Брат, а что это было вообще? Ты ему – похоже воли дал даже больше, чем всегда,» - спросил Мраак.
«Пусть постарается… Думаю – это его о многом заставит потом поразмыслить. Большего не скажу – иначе тебе неинтересно будет за процессом следить…»
***
Великому Падишаху Эль-Данто очень надоело внимание его 999 жён. Эти постоянные женские склоки, домогательства, драки и ревность… Когда-то – пока жён было только 21 – его невероятно увлекали красивые женщины.
Сейчас он любил (действительно очень любил) только одну – его прекрасную Немиру. Женщине было далеко за сорок – красотой юности она уже не блистала, но по прежнему – милые формы (он очень любил женщин-воинов), строгое лицо (которое только с ним становилось добродушным и улыбчивым), сила и ловкость – она могла победить любого воина его Падишахства – даже сразу нескольких лучших одновременно. А какая она умная и находчивая – невероятный собеседник. Даже если она что-то не знает (а этого в мире было очень уж мало) – чуть объяснишь – она понимает с полуслова и сразу имеет своё собственное мнение по этому вопросу. Мнение может совсем не совпадать с мнением Эль-Данто – но Немира – мудрая женщина – спорить будет так, что никогда не оскорбит – даже малым словом. Вообще – она – если не с Падишахом или не с их детьми находится (мальчиков она родила ровно столько, сколько надо – что говорить про девочек?) – она постоянно либо тренируется по боевым искусствам (Пришлось ей выписывать учителей из других стран – она сама бы могла учить любого местного учителя на тысячи вёрст вокруг – очень даже хорошо бы обучила (с ней в воинских искусствах даже очень немногие заморские учителя справляются – да и то – очень ненадолго – что сказать – женщина-воин), вот только по правилам Веры – женщина не имеет право обучать мужчин), либо по танцам у неё тренировка (И тут местные учителя ей и в подмётки не годятся. Снова пришлось раскошелиться и заказать ей заморских вообще – как там их – горе… Что там дальше? А – вот – хореографов… Только пару месяцев занятий – и она этого известного горе… - нет – хореографа уже посрамит – способность к обучению у неё просто невероятна), либо в библио… – как там? О! Библиотеке! Занимается (тоже все книги мира, которые где-то печатают, а где-то от руки
