Однако – испуганная девушка опомнилась первой: «Быстро хватай рюкзак! На – держи свой дробовик – только не стреляй – ещё меня поранишь! Тут крысы! Много – уже по ногам ползают – надо бежать!»
Мы пробирались по двигающимся тельцам, кого-то давили – неприятные ощущения. Огромное толпище крыс забиралось по нашим ногам, пыталось кусать мелкими, но очень острыми зубками. Если бы не толстые рабочие брюки и не ботинки на мне, и не облегающие, но жёсткие от грязи джинсы и не зимние кроссовки на девушке – нас бы – наверное – просто сожрали. Как хорошо, что она успела проснуться когда стая только-только ворвалась. Быть бы нам кормом для этих вредителей. А так – выше колен они пока не забирались, а если какая и попытается – можно всё-таки стряхнуть…
Мы вывалились на улицу – в самую жару.
Я засмеялся – странно – Джесси успела схватить огромную хозяйственную сумку и даже котелок: «Какая ты хозяйственная!»
«Это же наше богатство! Тут сигареты и крекеры… Я давно это уже собрала – как раз на такой случай. Жаль – о чипсах можно просто забыть – у них в пакетике больше воздуха, чем содержимого. А лопнешь пакет – они слишком быстро портятся и плесневеют. Вот так – жара, чистой воды нет, а воздух очень уж влажный – и от этого только хуже всё…»
Я рассмотрел её подробнее – очень симпатичная женщина. Я не слишком раньше обращал на таких внимание – слишком миниатюрная – ни грудки, ни попочки – схватиться не за что, да и кажется – в кровати чуть прижми – раздавишь… А так – даже зубки ровненькие и улыбка красивая! Наверное – зря не обращал внимания – она красива по-своему…
«Ну и что ты на меня уставился?» - прервала мои размышления Джесси: «Не нравлюсь при дневном свете? Плоская, да?»
Я подошёл и поцеловал её в губки – зачем объяснять, если слова ничего не решают.
Тоненькие ручки обвили мою шею – она ответила! Значит – при дневном свете и я ей совсем уж уродом не показался.
Так вкусно пахнут её длинные волосы, которые щекотят меня на горячем ветру!
Поцелуй длился долго, даже дыхание перехватило (нос немного забит какой-то гадостью, смешанной с пылью), но она отстранилась: «И что мы теперь будем делать? Идти жарко, прятаться негде…»
Я снял рюкзак, спросил: «Ножик есть? Или руками рвать придётся?»
Она протянула мне перочинный ножичек: «Что ты рвать собрался? Хоть не меня?»
Я аккуратно отрезал внешний полотняный карман рюкзака, немного плеснул на него воды из канистры: «Надень на голову в качестве косынки. Такую красоту надо беречь!»
«И где ты красоту увидел? Бен говорил, что я чуть-ли не уродина. Кстати – а ты как без головного убора?»
«Твой муж не разглядел в тебе настоящее чудо? Да пошёл он в задницу! А мне чуть на голову из канистры плеснёшь – так легче будет. Очень не люблю лишних тряпок, что у меня на голове висят – пусть кожа дышит…»
«Ну – вообще-то – думаю – он кому-то из живности в задницу и пошёл… И уже даже вышел…» - пошутила Джесси, поливая меня водой (немножко перестаралась – но ругаться мы точно не будем – сейчас далеко идти – конфликт не нужен совсем): «А ты правда меня симпатичной считаешь?»
«Ты – Красавица. Правда сейчас не совсем подходящее время, чтобы это тебе доказывать – нам побыстрее до леса бы дойти. Там тоже жарко, но хоть тень должна быть… Даже сейчас… Это же Солнце у нас прямо над головой висит – в городе тени и не найдёшь…»
«Да – рановато нас разбудили… Ещё бы пару часов – тень можно было бы найти и тут. Идём!»
Зелень леса помогала слабо. Она была гораздо пышнее, чем я её помнил по прошлым годам, но душный жаркий воздух не деть никуда.
От реки воняло так, что пришлось обходить очень далеко – даже на большом расстоянии ветер доносил ядовитые миазмы. Джесси была уверена, что это запах тухлой рыбы, а я очень уж сомневался – по-моему – рыбы в реке давно уже нет… Вонять может всё что угодно – даже я сам…
Из-за жары и усталости девушка поскользнулась на тропе и наступила на очень острую железяку – это же надо такую красивую планету мы – люди – смогли так изгадить!
Я подскочил на её вскрик, она для меня стала уже очень важной – даже за такое короткое время: «Любимая! Ты сильно поранилась?»
«Да нет – царапина. Даже крови немного… Но – пожалуй – дальше ты пойдёшь без меня… Неприятности тоже случаются…» - грустно сказала она.
«Ты лапочку сильно подвернула? Ушиблась? Слишком больно?» - я не мог понять – в чём проблема.
«А вот – смотри!» - она подняла ножку – часть подошвы кроссовка была просто срезана. Большой пальчик тоже был повреждён – кровь уже капала гораздо сильнее.
«Снимай быстро!» - я подошёл к ней, отрезал от её косынки полоску ткани – пожалуй – это было самым чистым сейчас – с остальным точно инфекцию можно занести.
Она послушно сняла кроссовок. Я нежно забинтовал её бедненький пальчик, не удержался и поцеловал красивую ступню.
«Надевай обратно. Не жмёт?» - меня интересовало её здоровье прежде всего.
«Да всё нормально. Говорю – дальше всё равно идти не смогу. Босая? По этим острым осколкам, мусору. Как ты это себе это представляешь?» - она чуть не расплакалась.
«Главное – здоровье – остальное поправимо,» - я точно знал – девушка дойдёт! Что будет потом – сейчас думать рано. Не дойдёт – значит – донесу… Она должна жить…
«Как это теперь исправишь?» - всё-таки усталость и жара привели к истерике, хотя до этого она держалась даже лучше, чем я.
Я отрезал нижнюю часть моих брючин, кусок коры дерева и примотал это всё к пострадавшему кроссовку: «Примерно вот так… Попробуй – можешь идти?»
Она взглянула на меня изумлённо, потом решила пошутить: «Ой! Мальчик в коротких теперь штанишках решил обо мне позаботиться? Ты себе ноги не обожжёшь? Солнышко – оно очень жестокое!»
«Милая, тут всё-таки тень… Как твоя ножка?»
«Да нормально… А с чего ты меня «любимой», «милой» зовёшь? Ещё и «красавицей»? Ты такой кобель, что на любой кусок мяса готов броситься?» - вот девушек вообще не поймёшь. Что ей теперь не нравится?
«Ну – Джесси – вероятно – я и кобель – собака я старая… Только ты уж точно не «любой кусок мяса». Поверь – Солнышко…»
«Солнышко – это что-то жестокое? Ведь от него мы и страдаем…»
«Солнышко – это что-то прекрасное – это то, что даёт жизнь. Мы всё изгадили, но всё равно – Солнце – очень красивая звезда…»
«Ладно… Мне нравится… Идём?»
Джесси хромала – чем дальше, тем больше. Глупая и слишком гордая девочка очень стеснялась на меня даже опереться. Только через большой промежуток времени сначала согласилась отдать мне свою сумку (не слишком тяжело – но всё-таки), потом котелок, только потом взяла меня под руку. Почти в самом конце пути позволила себе опереться на моё плечо.
Её ещё и приручать надо? Да я бы даже хотел её почти невесомое тельце нести. Но нет – слишком мы гордые…
Наконец мы пришли – пещера – вот она. Внутри холодок, но вонь просто жуткая – кто-то сдох и уже успел разложиться…
Искать другой вход? А он есть?
«За что нас так?» - совсем расплакалась Джесси – нервы у девчонки точно не железные.
Я тоже не могу крепкими нервишками похвастаться – но сейчас я – поддержка и опора – других нет…
«Солнце… Посиди тут – всё-таки тень. Я обследую – может там – глубже – не так и воняет. Держи дробовик – если на меня нападёт там кто-то большой – три выстрела явно не хватит… А тебе будет спокойнее…»
Недалеко от входа в пещеру валялись два трупа собак. Похоже они дрались до смерти – убили друг друга, так и разложились… Странно – в городе собаки – стайные животные. Что произошло с этими?
Да не всё ли равно?
Но воняли даже не они – под куполом пещеры была целая колония летучих мышей. Естественно помёт, по которому бегают огромные тараканы и крысы…
Я свою девочку привёл вот сюда? Жуть!
Хотя… А с каких это пор я Джесси считаю своей девочкой? Разве это чудо сможет полюбить меня – теперь «мальчика в коротких штанишках»?
Ладно – разбираться с этим буду потом.
Сейчас надо обследовать глубины пещеры.
Обжигая руки зажигалкой я пробирался глубже… Разветвления…
Но если идти только вдоль левой стены? Тогда не заблудишься…
Вообще-то пещера и зажигалка! Если тут есть выход метана или другого горючего газа – может быть взрыв…
Но а что делать? Своей ценности я не чувствовал… А Джессика? Канистру с водой я оставил возле входа… Женщина выживала без меня – даже когда её муж «потерялся» - погиб или просто сбежал. Думаю – сможет ещё пожить…
Чем глубже я продвигался в пещеру, тем запах становился слабее…
И тут мне предстали нереальные красоты – огромные залы… Сталактиты и сталагмиты (я не помню – что сверху, а что снизу растёт) переплетались в самых немысленных узорах – покуда хватало света от зажигалки. Чёрт! Так жжёт пальцы. Но разве я куда-то тороплюсь? Можно потушить огонёк, дать остыть.
Самое главное – посреди одного из залов было озеро – там даже водилась какая-то явно слепая рыба. А если выключить зажигалку – по стенам ползали звёздочки! Да – это всего лишь какие-то светящиеся слизни, но без света это было действительно красиво!
И тут есть вода… Невероятно холодная, но впервые за много дней можно обмыть своё тело!
Как хорошо, что цивилизация не добралась сюда!
Конечно – одежду надо сохранить сухой – если снаружи – настоящий жаркий ад – тут всё-таки слишком прохладно…
Я купался в озере… Наверное – пить эту воду не стоит – мало ли что – но если вскипятить?
Костёр тут тоже не разожжёшь, но если маленькая моя женщина будет жить тут – я вполне смогу выйти, набрать сучьев и принести ей животворную влагу в её котелке… А котелок можно остужать и тут…
Я так увлёкся «купанием» в холодной воде, что чуть не забыл о Джесси… Бедняжка жарится снаружи – пока я расслабляюсь тут…
Нет – надо забрать её сюда… Тут явно лучше…
По дороге назад моя зажигалка окончательно сдохла…
Как хорошо, что я держался только одной стены… Надо будет попросить Джессику не гулять тут – заблудиться можно навечно… Я точно выберусь – главное – руками проверять путь перед собой – не разбить дурную голову о сталактит…
Это было долго… Очень долго!
Когда я наконец-то выбрался – Джесси – моя девочка (Теперь точно моя!) была в полуобмороке от жары.
«Солнце… Дай зажигалку и идём внутрь… Попытайся закрыть прекрасные глазоньки и не рассматривать всё вокруг! Я тебя понесу… Косынку – наверное – надо смочить и дышать через неё… Вначале слишком воняет, но дальше ждёт нереальная Красота!»
«Прекрасные глазоньки? Это уже что-то новое… Ладно – мне всё равно – я уже сдохла…»
«Нет, Любимая – ты будешь жить!»
Я нёс тельце нереальной красавицы! Она просто несравненна! Она будет жить! Если не для себя – хотя бы чтобы моя жизнь не была такой унылой! Я – эгоист, но эта девочка – мой стимул продолжать жизнь!
Когда я успел так влюбиться в неё? Не знаю. Но если мир заканчивается – разве время что-то значит?
Какой-то мужчина мог вот её не ценить? Да он просто полный Идиот! Да – я – дурак… Но он точно хуже! Будет она моей? Разве это что-то хоть значит? Джессика должна выжить! Это – Главное…
Вообще-то – главное – не ударить её тельце обо что-то… Я вообще её по варварски тащу – на плече – одна рука мне нужна, чтобы подсвечивать путь зажигалкой…
А в узких проходах? Её приходится вообще тянуть за собой – девушка то и дело теряет сознание!
Не ударить, не ушибить, не повредить её маленькое хрупкое тельце.
Я уже миллион раз ударился, рассадил себе лоб – кровь заливает глаза… Но ушибить её – этого я себе не прощу…
Аккуратно раздеваю её – одежда должна остаться сухой, погружаю в холодную воду…
Она очнулась и начинает пить прямо из озера! Что я наделал!
Вынимаю из воды и одеваю её снова – она не должна замёрзнуть…
Сую пару таблеток, которые она определила как антибиотик широкого действия в её рот: «Маленькая – глотай!» - я вообще не знаю нужную дозировку – надеюсь – не отравлю… Но врачей тут нет!
Она глотает, потом недоумённо смотрит на меня: «Зачем ты всё это делаешь? Вот я тебе зачем?»
«Не уверен, Солнце – нужен ли я тебе, но ты просто моё спасение…»
Она вдруг вздрагивает: «Все наши припасы остались снаружи! Их ещё украдут!»
«Я схожу… Ты себя как чувствуешь?»
«Да – нормально всё… Беги!»
Я возвращаюсь за припасами – моя канистра с водой никого не привлекла, дробовик тоже, но её сумку успели погрызть крысы… Отгоняю… Что за невезение!
Снова пробираюсь к ней – хорошо, что она взяла так много зажигалок…
Девочка сидит в озере прямо в одежде… И она – так уже видно – очень замёрзла… Дрожит вся…
Оставлять её одну было явно не нужно – она очень хотела пить, но упала. Выбраться не смогла – хорошо хоть не утонула…
Что за чёрт!
Снимаю с себя свою грязную одежду, переодеваю её озябшее тельце. Я голый – мне холодно, но главное – чтобы она не разболелась! Вылечить я её не смогу…
Ложусь так, чтобы не раздавить, отогреть…
Мне холодно – ну и чёрт с этим!
Джесси заболела – у неё жар и девочка бредит…
Что с ней я даже понять не могу – перегрелась, переохладилась, отравилась водой, простудилась или подхватила какую-то заразу, когда поранила ножку? Пальчик на её ножке распух – и – кажется – пульсирует!
Кладу мокрые компрессы на её лоб, пою таблетками – не знаю по какой системе – дашь меньше – только воспитаешь бессмертных микробов и бактерий, дашь больше – просто отравишь. А ведь ещё – она могла ошибиться – вдруг это не антибиотик!
Хочется просто выть…
Но я нужен ей…
И ещё приходится оставить её одну – мне холодно – я тоже могу заболеть – моя одежда на ней, её мокрая… А ведь чтобы она выжила – я должен быть здоров!
Выбегаю из пещеры – развешиваю её одежду на ветру. Пришлось ещё и стирать – мокрые тряпочки пролежали довольно долго – они уже нехорошо пахнут…
Снова бегу к этому великовозрастному беспомощному ребёночку…
Мои синяки, ссадины и порезы о сталактиты и сталагмиты – разве это сейчас важно?
Джесси становится лучше. Она просит есть – но крекеры она просто не хочет – она хочет бульон!
И где его взять?
Снова оставляю её одну, выметаюсь наружу… Делаю себе очень примитивный лук – ещё бы и стрелять научиться! Дробовик точно не поможет – это единственная наша защита, да и три выстрела могут дать слишком мало.
Пока учился стрелять из лука – убил несколько летучих мышей – они днём висят под потолком пещеры неподвижно и несколько крыс – это труднее, но тоже можно…
Ладно – можно считать – первые уроки по стрельбе из лука я уже получил.
Только где достойная дичь?
Даже птицы в лесу не поют – непонятно – издохли совсем или просто попрятались от жары?
Блуждаю по лесу – по моим ощущениям слишком долго… Хоть бы одно шевеление в кустах. Я не знаю – какой я стрелок, но для Джесси я бы уж точно расстарался попасть…
Но кроме ветра листву никто не шевелит!
От безнадёги возвращаюсь, поднимаю трупики летучих мышей и крыс, которых я убил.
Я ведь даже освежевать дичь не сумею!
Пробую на этом – на том, что есть…
Развожу костёр – он никак не хочет правильно гореть, хоть сухих сучьев и много…
В драгоценном котелке Джессики есть вода (хорошо хоть я не забыл его захватить с собой – пришлось бы бежать). Эта вода уже даже закипела.
Жарко так, что я уже не совсем понимаю, что делаю – закидываю в котелок «трупы мерзких животных» - ничего – отмою котелочек потом…
На какое-то время теряюсь в забытьи – бессонное время
Мы пробирались по двигающимся тельцам, кого-то давили – неприятные ощущения. Огромное толпище крыс забиралось по нашим ногам, пыталось кусать мелкими, но очень острыми зубками. Если бы не толстые рабочие брюки и не ботинки на мне, и не облегающие, но жёсткие от грязи джинсы и не зимние кроссовки на девушке – нас бы – наверное – просто сожрали. Как хорошо, что она успела проснуться когда стая только-только ворвалась. Быть бы нам кормом для этих вредителей. А так – выше колен они пока не забирались, а если какая и попытается – можно всё-таки стряхнуть…
Мы вывалились на улицу – в самую жару.
Я засмеялся – странно – Джесси успела схватить огромную хозяйственную сумку и даже котелок: «Какая ты хозяйственная!»
«Это же наше богатство! Тут сигареты и крекеры… Я давно это уже собрала – как раз на такой случай. Жаль – о чипсах можно просто забыть – у них в пакетике больше воздуха, чем содержимого. А лопнешь пакет – они слишком быстро портятся и плесневеют. Вот так – жара, чистой воды нет, а воздух очень уж влажный – и от этого только хуже всё…»
Я рассмотрел её подробнее – очень симпатичная женщина. Я не слишком раньше обращал на таких внимание – слишком миниатюрная – ни грудки, ни попочки – схватиться не за что, да и кажется – в кровати чуть прижми – раздавишь… А так – даже зубки ровненькие и улыбка красивая! Наверное – зря не обращал внимания – она красива по-своему…
«Ну и что ты на меня уставился?» - прервала мои размышления Джесси: «Не нравлюсь при дневном свете? Плоская, да?»
Я подошёл и поцеловал её в губки – зачем объяснять, если слова ничего не решают.
Тоненькие ручки обвили мою шею – она ответила! Значит – при дневном свете и я ей совсем уж уродом не показался.
Так вкусно пахнут её длинные волосы, которые щекотят меня на горячем ветру!
Поцелуй длился долго, даже дыхание перехватило (нос немного забит какой-то гадостью, смешанной с пылью), но она отстранилась: «И что мы теперь будем делать? Идти жарко, прятаться негде…»
Я снял рюкзак, спросил: «Ножик есть? Или руками рвать придётся?»
Она протянула мне перочинный ножичек: «Что ты рвать собрался? Хоть не меня?»
Я аккуратно отрезал внешний полотняный карман рюкзака, немного плеснул на него воды из канистры: «Надень на голову в качестве косынки. Такую красоту надо беречь!»
«И где ты красоту увидел? Бен говорил, что я чуть-ли не уродина. Кстати – а ты как без головного убора?»
«Твой муж не разглядел в тебе настоящее чудо? Да пошёл он в задницу! А мне чуть на голову из канистры плеснёшь – так легче будет. Очень не люблю лишних тряпок, что у меня на голове висят – пусть кожа дышит…»
«Ну – вообще-то – думаю – он кому-то из живности в задницу и пошёл… И уже даже вышел…» - пошутила Джесси, поливая меня водой (немножко перестаралась – но ругаться мы точно не будем – сейчас далеко идти – конфликт не нужен совсем): «А ты правда меня симпатичной считаешь?»
«Ты – Красавица. Правда сейчас не совсем подходящее время, чтобы это тебе доказывать – нам побыстрее до леса бы дойти. Там тоже жарко, но хоть тень должна быть… Даже сейчас… Это же Солнце у нас прямо над головой висит – в городе тени и не найдёшь…»
«Да – рановато нас разбудили… Ещё бы пару часов – тень можно было бы найти и тут. Идём!»
***
Зелень леса помогала слабо. Она была гораздо пышнее, чем я её помнил по прошлым годам, но душный жаркий воздух не деть никуда.
От реки воняло так, что пришлось обходить очень далеко – даже на большом расстоянии ветер доносил ядовитые миазмы. Джесси была уверена, что это запах тухлой рыбы, а я очень уж сомневался – по-моему – рыбы в реке давно уже нет… Вонять может всё что угодно – даже я сам…
***
Из-за жары и усталости девушка поскользнулась на тропе и наступила на очень острую железяку – это же надо такую красивую планету мы – люди – смогли так изгадить!
Я подскочил на её вскрик, она для меня стала уже очень важной – даже за такое короткое время: «Любимая! Ты сильно поранилась?»
«Да нет – царапина. Даже крови немного… Но – пожалуй – дальше ты пойдёшь без меня… Неприятности тоже случаются…» - грустно сказала она.
«Ты лапочку сильно подвернула? Ушиблась? Слишком больно?» - я не мог понять – в чём проблема.
«А вот – смотри!» - она подняла ножку – часть подошвы кроссовка была просто срезана. Большой пальчик тоже был повреждён – кровь уже капала гораздо сильнее.
«Снимай быстро!» - я подошёл к ней, отрезал от её косынки полоску ткани – пожалуй – это было самым чистым сейчас – с остальным точно инфекцию можно занести.
Она послушно сняла кроссовок. Я нежно забинтовал её бедненький пальчик, не удержался и поцеловал красивую ступню.
«Надевай обратно. Не жмёт?» - меня интересовало её здоровье прежде всего.
«Да всё нормально. Говорю – дальше всё равно идти не смогу. Босая? По этим острым осколкам, мусору. Как ты это себе это представляешь?» - она чуть не расплакалась.
«Главное – здоровье – остальное поправимо,» - я точно знал – девушка дойдёт! Что будет потом – сейчас думать рано. Не дойдёт – значит – донесу… Она должна жить…
«Как это теперь исправишь?» - всё-таки усталость и жара привели к истерике, хотя до этого она держалась даже лучше, чем я.
Я отрезал нижнюю часть моих брючин, кусок коры дерева и примотал это всё к пострадавшему кроссовку: «Примерно вот так… Попробуй – можешь идти?»
Она взглянула на меня изумлённо, потом решила пошутить: «Ой! Мальчик в коротких теперь штанишках решил обо мне позаботиться? Ты себе ноги не обожжёшь? Солнышко – оно очень жестокое!»
«Милая, тут всё-таки тень… Как твоя ножка?»
«Да нормально… А с чего ты меня «любимой», «милой» зовёшь? Ещё и «красавицей»? Ты такой кобель, что на любой кусок мяса готов броситься?» - вот девушек вообще не поймёшь. Что ей теперь не нравится?
«Ну – Джесси – вероятно – я и кобель – собака я старая… Только ты уж точно не «любой кусок мяса». Поверь – Солнышко…»
«Солнышко – это что-то жестокое? Ведь от него мы и страдаем…»
«Солнышко – это что-то прекрасное – это то, что даёт жизнь. Мы всё изгадили, но всё равно – Солнце – очень красивая звезда…»
«Ладно… Мне нравится… Идём?»
***
Джесси хромала – чем дальше, тем больше. Глупая и слишком гордая девочка очень стеснялась на меня даже опереться. Только через большой промежуток времени сначала согласилась отдать мне свою сумку (не слишком тяжело – но всё-таки), потом котелок, только потом взяла меня под руку. Почти в самом конце пути позволила себе опереться на моё плечо.
Её ещё и приручать надо? Да я бы даже хотел её почти невесомое тельце нести. Но нет – слишком мы гордые…
Наконец мы пришли – пещера – вот она. Внутри холодок, но вонь просто жуткая – кто-то сдох и уже успел разложиться…
Искать другой вход? А он есть?
«За что нас так?» - совсем расплакалась Джесси – нервы у девчонки точно не железные.
Я тоже не могу крепкими нервишками похвастаться – но сейчас я – поддержка и опора – других нет…
«Солнце… Посиди тут – всё-таки тень. Я обследую – может там – глубже – не так и воняет. Держи дробовик – если на меня нападёт там кто-то большой – три выстрела явно не хватит… А тебе будет спокойнее…»
***
Недалеко от входа в пещеру валялись два трупа собак. Похоже они дрались до смерти – убили друг друга, так и разложились… Странно – в городе собаки – стайные животные. Что произошло с этими?
Да не всё ли равно?
Но воняли даже не они – под куполом пещеры была целая колония летучих мышей. Естественно помёт, по которому бегают огромные тараканы и крысы…
Я свою девочку привёл вот сюда? Жуть!
Хотя… А с каких это пор я Джесси считаю своей девочкой? Разве это чудо сможет полюбить меня – теперь «мальчика в коротких штанишках»?
Ладно – разбираться с этим буду потом.
Сейчас надо обследовать глубины пещеры.
Обжигая руки зажигалкой я пробирался глубже… Разветвления…
Но если идти только вдоль левой стены? Тогда не заблудишься…
Вообще-то пещера и зажигалка! Если тут есть выход метана или другого горючего газа – может быть взрыв…
Но а что делать? Своей ценности я не чувствовал… А Джессика? Канистру с водой я оставил возле входа… Женщина выживала без меня – даже когда её муж «потерялся» - погиб или просто сбежал. Думаю – сможет ещё пожить…
Чем глубже я продвигался в пещеру, тем запах становился слабее…
И тут мне предстали нереальные красоты – огромные залы… Сталактиты и сталагмиты (я не помню – что сверху, а что снизу растёт) переплетались в самых немысленных узорах – покуда хватало света от зажигалки. Чёрт! Так жжёт пальцы. Но разве я куда-то тороплюсь? Можно потушить огонёк, дать остыть.
Самое главное – посреди одного из залов было озеро – там даже водилась какая-то явно слепая рыба. А если выключить зажигалку – по стенам ползали звёздочки! Да – это всего лишь какие-то светящиеся слизни, но без света это было действительно красиво!
И тут есть вода… Невероятно холодная, но впервые за много дней можно обмыть своё тело!
Как хорошо, что цивилизация не добралась сюда!
Конечно – одежду надо сохранить сухой – если снаружи – настоящий жаркий ад – тут всё-таки слишком прохладно…
Я купался в озере… Наверное – пить эту воду не стоит – мало ли что – но если вскипятить?
Костёр тут тоже не разожжёшь, но если маленькая моя женщина будет жить тут – я вполне смогу выйти, набрать сучьев и принести ей животворную влагу в её котелке… А котелок можно остужать и тут…
Я так увлёкся «купанием» в холодной воде, что чуть не забыл о Джесси… Бедняжка жарится снаружи – пока я расслабляюсь тут…
Нет – надо забрать её сюда… Тут явно лучше…
По дороге назад моя зажигалка окончательно сдохла…
Как хорошо, что я держался только одной стены… Надо будет попросить Джессику не гулять тут – заблудиться можно навечно… Я точно выберусь – главное – руками проверять путь перед собой – не разбить дурную голову о сталактит…
Это было долго… Очень долго!
Когда я наконец-то выбрался – Джесси – моя девочка (Теперь точно моя!) была в полуобмороке от жары.
«Солнце… Дай зажигалку и идём внутрь… Попытайся закрыть прекрасные глазоньки и не рассматривать всё вокруг! Я тебя понесу… Косынку – наверное – надо смочить и дышать через неё… Вначале слишком воняет, но дальше ждёт нереальная Красота!»
«Прекрасные глазоньки? Это уже что-то новое… Ладно – мне всё равно – я уже сдохла…»
«Нет, Любимая – ты будешь жить!»
Я нёс тельце нереальной красавицы! Она просто несравненна! Она будет жить! Если не для себя – хотя бы чтобы моя жизнь не была такой унылой! Я – эгоист, но эта девочка – мой стимул продолжать жизнь!
Когда я успел так влюбиться в неё? Не знаю. Но если мир заканчивается – разве время что-то значит?
Какой-то мужчина мог вот её не ценить? Да он просто полный Идиот! Да – я – дурак… Но он точно хуже! Будет она моей? Разве это что-то хоть значит? Джессика должна выжить! Это – Главное…
Вообще-то – главное – не ударить её тельце обо что-то… Я вообще её по варварски тащу – на плече – одна рука мне нужна, чтобы подсвечивать путь зажигалкой…
А в узких проходах? Её приходится вообще тянуть за собой – девушка то и дело теряет сознание!
Не ударить, не ушибить, не повредить её маленькое хрупкое тельце.
Я уже миллион раз ударился, рассадил себе лоб – кровь заливает глаза… Но ушибить её – этого я себе не прощу…
Аккуратно раздеваю её – одежда должна остаться сухой, погружаю в холодную воду…
Она очнулась и начинает пить прямо из озера! Что я наделал!
Вынимаю из воды и одеваю её снова – она не должна замёрзнуть…
Сую пару таблеток, которые она определила как антибиотик широкого действия в её рот: «Маленькая – глотай!» - я вообще не знаю нужную дозировку – надеюсь – не отравлю… Но врачей тут нет!
Она глотает, потом недоумённо смотрит на меня: «Зачем ты всё это делаешь? Вот я тебе зачем?»
«Не уверен, Солнце – нужен ли я тебе, но ты просто моё спасение…»
Она вдруг вздрагивает: «Все наши припасы остались снаружи! Их ещё украдут!»
«Я схожу… Ты себя как чувствуешь?»
«Да – нормально всё… Беги!»
Я возвращаюсь за припасами – моя канистра с водой никого не привлекла, дробовик тоже, но её сумку успели погрызть крысы… Отгоняю… Что за невезение!
Снова пробираюсь к ней – хорошо, что она взяла так много зажигалок…
Девочка сидит в озере прямо в одежде… И она – так уже видно – очень замёрзла… Дрожит вся…
Оставлять её одну было явно не нужно – она очень хотела пить, но упала. Выбраться не смогла – хорошо хоть не утонула…
Что за чёрт!
Снимаю с себя свою грязную одежду, переодеваю её озябшее тельце. Я голый – мне холодно, но главное – чтобы она не разболелась! Вылечить я её не смогу…
Ложусь так, чтобы не раздавить, отогреть…
Мне холодно – ну и чёрт с этим!
***
Джесси заболела – у неё жар и девочка бредит…
Что с ней я даже понять не могу – перегрелась, переохладилась, отравилась водой, простудилась или подхватила какую-то заразу, когда поранила ножку? Пальчик на её ножке распух – и – кажется – пульсирует!
Кладу мокрые компрессы на её лоб, пою таблетками – не знаю по какой системе – дашь меньше – только воспитаешь бессмертных микробов и бактерий, дашь больше – просто отравишь. А ведь ещё – она могла ошибиться – вдруг это не антибиотик!
Хочется просто выть…
Но я нужен ей…
И ещё приходится оставить её одну – мне холодно – я тоже могу заболеть – моя одежда на ней, её мокрая… А ведь чтобы она выжила – я должен быть здоров!
Выбегаю из пещеры – развешиваю её одежду на ветру. Пришлось ещё и стирать – мокрые тряпочки пролежали довольно долго – они уже нехорошо пахнут…
Снова бегу к этому великовозрастному беспомощному ребёночку…
Мои синяки, ссадины и порезы о сталактиты и сталагмиты – разве это сейчас важно?
***
Джесси становится лучше. Она просит есть – но крекеры она просто не хочет – она хочет бульон!
И где его взять?
Снова оставляю её одну, выметаюсь наружу… Делаю себе очень примитивный лук – ещё бы и стрелять научиться! Дробовик точно не поможет – это единственная наша защита, да и три выстрела могут дать слишком мало.
Пока учился стрелять из лука – убил несколько летучих мышей – они днём висят под потолком пещеры неподвижно и несколько крыс – это труднее, но тоже можно…
Ладно – можно считать – первые уроки по стрельбе из лука я уже получил.
Только где достойная дичь?
Даже птицы в лесу не поют – непонятно – издохли совсем или просто попрятались от жары?
Блуждаю по лесу – по моим ощущениям слишком долго… Хоть бы одно шевеление в кустах. Я не знаю – какой я стрелок, но для Джесси я бы уж точно расстарался попасть…
Но кроме ветра листву никто не шевелит!
От безнадёги возвращаюсь, поднимаю трупики летучих мышей и крыс, которых я убил.
Я ведь даже освежевать дичь не сумею!
Пробую на этом – на том, что есть…
Развожу костёр – он никак не хочет правильно гореть, хоть сухих сучьев и много…
В драгоценном котелке Джессики есть вода (хорошо хоть я не забыл его захватить с собой – пришлось бы бежать). Эта вода уже даже закипела.
Жарко так, что я уже не совсем понимаю, что делаю – закидываю в котелок «трупы мерзких животных» - ничего – отмою котелочек потом…
На какое-то время теряюсь в забытьи – бессонное время
