– Но если его нужно было убеждать в пользе побега, то с чего бы тебе сомневаться? Если мы не покинем остров, то всей твоей затее конец! И мне тоже! Ты же говорил, что поможешь мне спастись…
-Да какой же это побег, - апатично и вяло возражал волшебник. – Ты сама сказала, что мы идем на праздник вместе с принцем…
-Какая разница?! – всплеснула руками Джуп, начиная подозревать, что Мимулус попросту ищет причину, чтобы остаться на месте и тихо умереть перед камином в гостиной. – Мы выберемся из усадьбы – вот что главное! Пока принц будет веселиться и праздновать, ты, Мимму, подготовишь все для магического перемещения. Мы очутимся далеко-далеко от Ирисовой Горечи и продолжим свой путь в Росендаль. А если не выйдет – что ж, уйдем обычным образом, как это принято в моих родных краях, и спрячемся в лесу. Все лучше, чем терпеть здесь издевательства от птиц и гоблинов!
-Но магическая девиация…
-Я в этом ничего не понимаю, - отрезала Джуп, - но, кажется, ты говорил, что она не так сильна в мирах Туманности. И мы можем идти в Росендаль окольными путями!
-Ты рассуждаешь так, словно путешествие между мирами – это поездка на ярмарку в соседний город! – чуть живее проворчал мэтр Абревиль, косясь на нее с недовольством. – На главной дороге с путешественников берут подати, поэтому нужно свернуть в сторону и толкать повозку по бездорожью, тратя в десять раз больше времени и усилий…
-И в чем же разница? – осведомилась Джуп.
Мимулус открыл было рот, чтобы объяснить, как глупо воспринимать путешествия между мирами столь примитивным образом, но затем лицо его приобрело озадаченное выражение, а рот сам по себе закрылся.
-Пожалуй, что разницы и правда нет, - наконец признал он.
-Вот! – обрадовалась Джунипер, старательно не замечая, что выражение лица у волшебника стало еще более кислым. – Значит, именно так мы и поступим. Не знаю, сколько у нас будет времени, но ты уж постарайся найти такое заклинание, которое перенесет нас подальше от леса.
-А как же принц? – вдруг спросил Мимулус.
-Но мы же не бросим его одного! – решительно сказала Джуп, хотя по ее насупившимся бровям было видно, что во имя этой уверенности ей приходится делать над собой усилие. – С нами будет сатир-лодочник, который доставит его обратно. И, к тому же, его будут окружать подданные, которые отнесутся к нему с почтением – если он назовет себя и потребует доставить его домой. Ну а гнев господина Заразихи… Ноа не привыкать к нему. Знаешь, Мимму, этот старый гоблин полностью подчинил себе принца и сломил его волю. Это ведь только кажется, что главный здесь Ноа, а на самом деле его приучили к полной беспомощности… - и голос ее едва заметно дрогнул.
Мимулус тем временем немного ожил, и, слушая ее сбивчивую речь, с кряхтением приподнялся, растирая затекшую спину.
-Ох, да я ничуть за него не переживаю, - сказал он сварливо. – Еще тогда, в лесу, я сказал, что с ним ничего плохого не случится, если мы просто оставим его на месте. Это владения Ирисов, и наследнику обязательно придут на помощь, не фавны, так сатиры. Я имел в виду – не заподозрит ли он неладное? Если Его Ирисовое Высочество поймет, что мы пытаемся сбежать от него, то нам крышка! Нынешнее наше положение еще покажется нам райским! Он смертельно обидится и сразу же отдаст нас Заразихе, не сомневайся. Быть может, лучше не рисковать? Если разобраться, то я мог бы попытаться совершить переход на какой-нибудь здешней лестнице, если мы найдем укромный уголок, где нет ни единого гоблина или кобольда… или утопленницы-поломойки…
-Нет-нет, - успокоила его Джуп, снова слегка хмурясь из-за смутного недовольства собой. – Принц ничего не подозревает. Ему эта затея кажется очень веселой. Он обещал мне рассказать, как сумел выбраться из дома в прошлый раз – без него мы точно не справимся и заблудимся в здешнем лабиринте. А еще я попросила, чтобы он помог вернуть твои сумки с чародейскими штуками. Соврала, что с ними ты куда лучше сможешь защитить его от опасности. Его Цветочество скажет Заразихе, что желает посмотреть, нет ли в наших вещах каких-нибудь диковинок, и прикажет принести их ему в спальню, - тут она вздохнула. – Наверняка, он уже копается там, позабыв обо всем, что я говорила. Надеюсь, он не найдет ничего предосудительного.
-Если бы там было хоть что-то предосудительное, - проворчал мэтр Абревиль, невольно вздрогнув, - то Заразиха давным-давно скормил бы меня ужам и жабам. Но, возможно, там осталось несколько билетов почтовой службы Росендаля. Хотя, что это я… Мне больше не удастся ими воспользоваться. Почтовые повозки – только для чародеев с лицензией… - и его лицо вновь стало безвольным и унылым.
-То, что они пару раз не сработали как положено – еще ничего не значит, - с горячностью воскликнула Джуп, которая все больше убеждалась, что чародей потерял остатки своего небогатого жизнелюбия вместе с тягой к свободе. – Мы не должны сдаваться, ведь иначе дама Эсфер победит! И твой самый храбрый в жизни поступок окажется бессмысленным!..
-Думаешь, я поступил храбро?.. – жалобно спросил мэтр Абревиль, и Джуп показалось, что он сейчас неотличим от принца Ноа, который недавно спрашивал у нее: «…Думаешь, возвращение прежней жизни не сделало бы меня счастливым?..». Порой нет ничего важнее, чем дать на подобный вопрос нужный ответ – и ему вовсе не обязательно быть полностью правдивым.
-Конечно! – ответила она безо всякой запинки и без тени сомнения. – Не думаю, что кто-то еще решился на такое! Вмешаться в интриги такой страшной дамы, как Эсфер!.. Для этого нужно неимоверное количество мужества и отваги!
-Это потому, что мало кто понимает глубинную суть магического права и нерушимость его принципов!.. – тихо пробрюзжал Мимулус, но было видно, что на самом деле ему очень понравилось услышанное.
-Так что же, - нетерпеливо сказала Джуп, не давая мэтру ни единого мига на раздумье. – Ты готов сегодня сбежать из Ирисовой Горечи?
-Д-да, - с некоторой запинкой ответил Мимулус, и вновь вздрогнул – теперь уж от мыслей о собственной беспримерной дерзости.
-…Тогда дождись, когда твои сороки уснут, и немедленно иди к покоям Его Цветочества! Ничего не бойся. Перед тем, как идти сюда, я оставила у приоткрытых дверей бутылку с нектаром - и дежурные кобольды ее тут же вылакали. Затем выждала всего-то несколько минут – и они даже не заметили, как я прошла мимо них. Не теряй времени и сразу же заходи в комнаты Ноа, я буду ждать тебя там!..
И Джуп, напоследок обняв волшебника, исчезла так тихо и ловко, словно всю жизнь прожила в лесной усадьбе, скрывая свои тайные хитрые затеи от глаз челяди и домоправителей; если бы ее сейчас увидел кто-то из прежних знакомых, то непременно отметил, что в ней появилось что-то чудное и нечеловеческое – то ли озорной блеск глаз, то ли быстрота движений, а может ее улыбка стала походить на ту, которой улыбался время от времени сам принц Ноа. Мимулусу оставалось только с завистью вздыхать: он все еще не обжился в Ирисовой Горечи и одно только предложение Джуп пройти без сопровождения от гостиной до покоев принца вызывало у него панику.
Джунипер уже привычно преодолела путь от гостиной до спальни принца, перепрыгивая через ступеньки крутых лестниц и прячась, едва только впереди слышался визг гоблинов. Ей отчего-то вновь дышалось легко и свободно – и она задумалась, не связано ли это с тем, что Ноа этим вечером от души веселится в предвкушении побега. «Не значит ли это, что действие нашего общего проклятия ослабевает, если Ноа становится чуть счастливее?» - промелькнула в ее голове какая-то чужая, слишком смелая догадка. Вряд ли кто-то знал ответ на этот вопрос – сам мэтр Абревиль наверняка затруднился бы на него ответить!.. Более того – он вряд ли сумел бы сопоставить колебания настроений двух жертв проклятия, ведь всё, что происходило в области людских и нелюдских чувств, было для него гораздо непонятнее, чем самые сложные казусы в области магического права.
Кобольды и гоблины, дежурившие у дверей Его Цветочества, мирно похрапывали, как им и полагалось – принц сегодня потребовал самый старый и крепкий нектар из своих погребов. Джуп проскользнула в покои принца так же незаметно, как и ушла. Уставшие, охрипшие, но довольные сороки самозабвенно перекрикивали друг друга, а Ноа, лежа среди подушек, потягивал нектар из бутылки и делал вид, будто внимательно слушает. Завидев Джуп, он встрепенулся, и только самоупоение Сплетни и Небылицы не позволили им заметить, как просияло лицо Его Цветочества – или, быть может, уродливый облик принца не позволял видеть никому, кроме самой Джуп, такие перемены?..
Джунипер Скиптон не могла этого знать наверняка. Но невольно улыбнулась ему в ответ, позабыв на миг о том, что Ноа – враг, которого нужно обвести вокруг пальца.
-Этот волшебник нам все испортит! – повторял Ноа, прохаживаясь взад-вперед по комнате. Он пожелал придворным птицам спокойной ночи и приказал им отправляться на насест, оставил еще одну бутылку с нектаром для мирно спящих охранников-гоблинов, и теперь изнывал от желания побыстрее начать приключение. Недавний страх перед возможными опасностями растаял как дым – Его Цветочество предвкушал веселье на празднике, радовался тому, что обведет строгого Заразиху вокруг пальца и прихлебывал время от времени нектар. Все это вместе делало его воистину неудержимым.
-Мэтр Абревиль появится, едва только Сплетня с Небылицей уснут, - сказала Джуп, которой тоже было не по себе, но свое волнение она изо всех сил скрывала.
-Я вынудил их трещать столько, что они должны были свалиться, не долетев до гостиной! – воскликнул Ноа, нетерпеливо притопывая босой ногой. – А твой чародей все не идет! Ты уверена, что он нам нужен? Я посмотрел, что лежит в его сумке – и это сплошной бумажный сор! С буквами! Только людям могло прийти в голову свести магию к такому скучному делу, как буквы на бумаге!..
-О, Мимулус нам сегодня просто необходим! – горячо воскликнула Джуп, больше всего тревожась, что принц откажется ждать чародея, и весь ее замысел рухнет.
-Мне он не показался сколько-нибудь толковым, - с сомнением заметил принц. – Он ведь крючкотвор? Законник?.. Как нам пригодится маг-законник на веселом празднике? Будет проверять, не противоречит ли Росендальскому Уложению танцы фавнов?.. И чем он сможет меня защитить, если разбирается только в правилах и законах, которые связывают любого по рукам и ногам? Его магическое право только и знает, что запрещать всякое веселье и вольное, настоящее волшебство!
-У него множество других талантов, и он очень, очень храбрый! - еще с большей пылкостью воскликнула Джунипер, и услышь ее мэтр Абревиль – наверняка бы покраснел от удовольствия.
-Мне так не показалось, - сказал принц еще сердитее, но Джунипер, не давая ему погрузиться в раздумья о сомнительной пользе мэтра Абревиля, поспешно спросила:
-А как мы выйдем из вашего поместья? У вас есть ключи ото всех дверей?
Его Цветочество сразу же помрачнел, и стало ясно, что ключи ото всех дверей в Ирисовой Горечи имеются только у Заразихи и госпожи Живокость. Джуп, поняв, что принца уязвил этот вопрос, неловко исправилась:
-Но вы же как-то сбежали в первый раз... Вы воспользовались веревочной лестницей? Нет?.. Тайным ходом?.. Заразиха знает о нем?!
Тут лицо Ноа приобрело одновременно смущенное и довольное выражение: определенно, он гордился той своей хитростью, но в ней что-то не соответствовало его высокому положению.
-Улитки, - наконец сказал он, глядя на Джуп искоса. - Я воспользовался улитками. И Заразиха, разумеется, понятия об этом не имеет!
-Улитками?! – воскликнула она, ничего не понимая. – Теми, что ползают по стенам усадьбы? Но как?!
-Я приказываю им, - от смущения Ноа отвечал все отрывистее. – Они слушаются меня. Ползут туда, куда я укажу. Если постараться, то можно их выстроить в подобие лестницы, опоясывающей всю усадьбу. Возможно, улитки повинуются из-за того, что они – мои подданные, как и все прочие обитатели леса. Но, если честно, я думаю, это потому, что я их кормлю…
Тут Джуп припомнила все жалобы на улиток разом – и то, что их слишком много развелось в Ирисовой Горечи, и то, что их кто-то прикармливает – возможно, кухарка, - и возмутительный случай, когда скопление улиток заклеило все выходы из усадьбы…
-Так это вы, Ваще Цветочество! – воскликнула она потрясенно. – Это вы сманили сюда всех улиток! И это вы пакостите, заклеивая ими то окна, то двери!..
Принц молчал, и темное его лицо как будто подсвечивалось изнутри алыми углями.
-Ох, да мне же просто скучно! – наконец пробормотал он раздраженно и несколько виновато. – Неужели в этом унылом заточении мне не положено даже такой малости, как кормить и обучать улиток?!
-Нет! – запротестовала Джуп. – Я вовсе не это имела в виду! Я ничуть вас не осуждаю, Ваше Цветочество! Наоборот – это… это великолепно! Я и не думала, что вы умеете находить общий язык с какими-то бессловесными существами, ведь… - тут она хотела сказать, что у принца и с говорящими-то созданиями ничего не выходит, но прикусила язык. - …Ведь они такие сложные и непонятные!
-У меня же есть ручные сороки. Хоть они и говорящие, но все же – птицы, и не слишком большого ума, - сказал Ноа с нарочитой небрежностью. – А раньше, в моем прежнем дворце было полно живности, и я даже переманил несколько кошек от своей… - тут пришла его очередь прикусить язык, но Джуп поняла, что он говорит о кошках своей мачехи, Эсфер. Ей раньше не приходило в голову, что и болтливые сороки, и кошки-убийцы – это прежде всего домашние питомцы. Стало быть, цветочные нелюди умели ладить с животными и птицами, и, возможно, даже по-своему любили их.
Однако Его Цветочество, дрессирующий улиток – это было так странно и неожиданно, что она не нашлась, что еще сказать, и подошла к окну, на которое указывал все еще заметно смущенный принц. В лунном свете было хорошо видно ту самую лестницу из улиточьих раковин – она тянулась от самого окна куда-то вдаль и вниз, обвивая усадьбу по спирали и теряясь в тумане. Сотни огромных улиток по приказу принца сползлись отовсюду, выстроившись цепочкой, и замерли, спрятавшись в свои дома-раковины. Ширины лестницы вполне доставало, чтобы идти вдоль стены, как по уступу, но, в целом, предприятие выглядело достаточно рискованно. Веревочная лестница или тайный ход были бы куда предсказуемее, надежнее и понятнее.
-Улиточья лестница выдержит наш вес? – спросила Джуп встревоженно.
-Меня же выдержала! – чуть свысока ответил Ноа, оценивающе осматривая ее. – Но ты, конечно, куда тяжелее… Я говорил тебе, Джуп Скиптон, что твоей фигуре недостает изящества, а…
-…а моя рука толщиной с вашу шею, - продолжила Джуп, закатив глаза. – Да, говорили, Ваше Цветочество, и не один раз.
-Но я думаю, что мои улитки достаточно клейкие и цепкие, чтобы выдержать этот тяжкий груз, - сказал принц, довольно жмурясь. – Я приказал им выстроиться в несколько рядов и держать строй до самого рассвета, чтобы мы могли вернуться тем же путем. Ну а утром они вновь залепят намертво входные двери - и окно Заразихи, это мое особое пожелание!..
-Ох, как же это все не понравится мэтру Абревилю… - пробормотала Джуп. В самом деле, волшебник, так ценивший порядок и правила приличия, просто обязан был возмутиться, узнав, что план побега включает в себя столь нелепую составляющую.
-Да какой же это побег, - апатично и вяло возражал волшебник. – Ты сама сказала, что мы идем на праздник вместе с принцем…
-Какая разница?! – всплеснула руками Джуп, начиная подозревать, что Мимулус попросту ищет причину, чтобы остаться на месте и тихо умереть перед камином в гостиной. – Мы выберемся из усадьбы – вот что главное! Пока принц будет веселиться и праздновать, ты, Мимму, подготовишь все для магического перемещения. Мы очутимся далеко-далеко от Ирисовой Горечи и продолжим свой путь в Росендаль. А если не выйдет – что ж, уйдем обычным образом, как это принято в моих родных краях, и спрячемся в лесу. Все лучше, чем терпеть здесь издевательства от птиц и гоблинов!
-Но магическая девиация…
-Я в этом ничего не понимаю, - отрезала Джуп, - но, кажется, ты говорил, что она не так сильна в мирах Туманности. И мы можем идти в Росендаль окольными путями!
-Ты рассуждаешь так, словно путешествие между мирами – это поездка на ярмарку в соседний город! – чуть живее проворчал мэтр Абревиль, косясь на нее с недовольством. – На главной дороге с путешественников берут подати, поэтому нужно свернуть в сторону и толкать повозку по бездорожью, тратя в десять раз больше времени и усилий…
-И в чем же разница? – осведомилась Джуп.
Мимулус открыл было рот, чтобы объяснить, как глупо воспринимать путешествия между мирами столь примитивным образом, но затем лицо его приобрело озадаченное выражение, а рот сам по себе закрылся.
-Пожалуй, что разницы и правда нет, - наконец признал он.
-Вот! – обрадовалась Джунипер, старательно не замечая, что выражение лица у волшебника стало еще более кислым. – Значит, именно так мы и поступим. Не знаю, сколько у нас будет времени, но ты уж постарайся найти такое заклинание, которое перенесет нас подальше от леса.
-А как же принц? – вдруг спросил Мимулус.
-Но мы же не бросим его одного! – решительно сказала Джуп, хотя по ее насупившимся бровям было видно, что во имя этой уверенности ей приходится делать над собой усилие. – С нами будет сатир-лодочник, который доставит его обратно. И, к тому же, его будут окружать подданные, которые отнесутся к нему с почтением – если он назовет себя и потребует доставить его домой. Ну а гнев господина Заразихи… Ноа не привыкать к нему. Знаешь, Мимму, этот старый гоблин полностью подчинил себе принца и сломил его волю. Это ведь только кажется, что главный здесь Ноа, а на самом деле его приучили к полной беспомощности… - и голос ее едва заметно дрогнул.
Мимулус тем временем немного ожил, и, слушая ее сбивчивую речь, с кряхтением приподнялся, растирая затекшую спину.
-Ох, да я ничуть за него не переживаю, - сказал он сварливо. – Еще тогда, в лесу, я сказал, что с ним ничего плохого не случится, если мы просто оставим его на месте. Это владения Ирисов, и наследнику обязательно придут на помощь, не фавны, так сатиры. Я имел в виду – не заподозрит ли он неладное? Если Его Ирисовое Высочество поймет, что мы пытаемся сбежать от него, то нам крышка! Нынешнее наше положение еще покажется нам райским! Он смертельно обидится и сразу же отдаст нас Заразихе, не сомневайся. Быть может, лучше не рисковать? Если разобраться, то я мог бы попытаться совершить переход на какой-нибудь здешней лестнице, если мы найдем укромный уголок, где нет ни единого гоблина или кобольда… или утопленницы-поломойки…
-Нет-нет, - успокоила его Джуп, снова слегка хмурясь из-за смутного недовольства собой. – Принц ничего не подозревает. Ему эта затея кажется очень веселой. Он обещал мне рассказать, как сумел выбраться из дома в прошлый раз – без него мы точно не справимся и заблудимся в здешнем лабиринте. А еще я попросила, чтобы он помог вернуть твои сумки с чародейскими штуками. Соврала, что с ними ты куда лучше сможешь защитить его от опасности. Его Цветочество скажет Заразихе, что желает посмотреть, нет ли в наших вещах каких-нибудь диковинок, и прикажет принести их ему в спальню, - тут она вздохнула. – Наверняка, он уже копается там, позабыв обо всем, что я говорила. Надеюсь, он не найдет ничего предосудительного.
-Если бы там было хоть что-то предосудительное, - проворчал мэтр Абревиль, невольно вздрогнув, - то Заразиха давным-давно скормил бы меня ужам и жабам. Но, возможно, там осталось несколько билетов почтовой службы Росендаля. Хотя, что это я… Мне больше не удастся ими воспользоваться. Почтовые повозки – только для чародеев с лицензией… - и его лицо вновь стало безвольным и унылым.
-То, что они пару раз не сработали как положено – еще ничего не значит, - с горячностью воскликнула Джуп, которая все больше убеждалась, что чародей потерял остатки своего небогатого жизнелюбия вместе с тягой к свободе. – Мы не должны сдаваться, ведь иначе дама Эсфер победит! И твой самый храбрый в жизни поступок окажется бессмысленным!..
-Думаешь, я поступил храбро?.. – жалобно спросил мэтр Абревиль, и Джуп показалось, что он сейчас неотличим от принца Ноа, который недавно спрашивал у нее: «…Думаешь, возвращение прежней жизни не сделало бы меня счастливым?..». Порой нет ничего важнее, чем дать на подобный вопрос нужный ответ – и ему вовсе не обязательно быть полностью правдивым.
-Конечно! – ответила она безо всякой запинки и без тени сомнения. – Не думаю, что кто-то еще решился на такое! Вмешаться в интриги такой страшной дамы, как Эсфер!.. Для этого нужно неимоверное количество мужества и отваги!
-Это потому, что мало кто понимает глубинную суть магического права и нерушимость его принципов!.. – тихо пробрюзжал Мимулус, но было видно, что на самом деле ему очень понравилось услышанное.
-Так что же, - нетерпеливо сказала Джуп, не давая мэтру ни единого мига на раздумье. – Ты готов сегодня сбежать из Ирисовой Горечи?
-Д-да, - с некоторой запинкой ответил Мимулус, и вновь вздрогнул – теперь уж от мыслей о собственной беспримерной дерзости.
-…Тогда дождись, когда твои сороки уснут, и немедленно иди к покоям Его Цветочества! Ничего не бойся. Перед тем, как идти сюда, я оставила у приоткрытых дверей бутылку с нектаром - и дежурные кобольды ее тут же вылакали. Затем выждала всего-то несколько минут – и они даже не заметили, как я прошла мимо них. Не теряй времени и сразу же заходи в комнаты Ноа, я буду ждать тебя там!..
И Джуп, напоследок обняв волшебника, исчезла так тихо и ловко, словно всю жизнь прожила в лесной усадьбе, скрывая свои тайные хитрые затеи от глаз челяди и домоправителей; если бы ее сейчас увидел кто-то из прежних знакомых, то непременно отметил, что в ней появилось что-то чудное и нечеловеческое – то ли озорной блеск глаз, то ли быстрота движений, а может ее улыбка стала походить на ту, которой улыбался время от времени сам принц Ноа. Мимулусу оставалось только с завистью вздыхать: он все еще не обжился в Ирисовой Горечи и одно только предложение Джуп пройти без сопровождения от гостиной до покоев принца вызывало у него панику.
Джунипер уже привычно преодолела путь от гостиной до спальни принца, перепрыгивая через ступеньки крутых лестниц и прячась, едва только впереди слышался визг гоблинов. Ей отчего-то вновь дышалось легко и свободно – и она задумалась, не связано ли это с тем, что Ноа этим вечером от души веселится в предвкушении побега. «Не значит ли это, что действие нашего общего проклятия ослабевает, если Ноа становится чуть счастливее?» - промелькнула в ее голове какая-то чужая, слишком смелая догадка. Вряд ли кто-то знал ответ на этот вопрос – сам мэтр Абревиль наверняка затруднился бы на него ответить!.. Более того – он вряд ли сумел бы сопоставить колебания настроений двух жертв проклятия, ведь всё, что происходило в области людских и нелюдских чувств, было для него гораздо непонятнее, чем самые сложные казусы в области магического права.
Кобольды и гоблины, дежурившие у дверей Его Цветочества, мирно похрапывали, как им и полагалось – принц сегодня потребовал самый старый и крепкий нектар из своих погребов. Джуп проскользнула в покои принца так же незаметно, как и ушла. Уставшие, охрипшие, но довольные сороки самозабвенно перекрикивали друг друга, а Ноа, лежа среди подушек, потягивал нектар из бутылки и делал вид, будто внимательно слушает. Завидев Джуп, он встрепенулся, и только самоупоение Сплетни и Небылицы не позволили им заметить, как просияло лицо Его Цветочества – или, быть может, уродливый облик принца не позволял видеть никому, кроме самой Джуп, такие перемены?..
Джунипер Скиптон не могла этого знать наверняка. Но невольно улыбнулась ему в ответ, позабыв на миг о том, что Ноа – враг, которого нужно обвести вокруг пальца.
Глава 43. Улитки Его Цветочества
-Этот волшебник нам все испортит! – повторял Ноа, прохаживаясь взад-вперед по комнате. Он пожелал придворным птицам спокойной ночи и приказал им отправляться на насест, оставил еще одну бутылку с нектаром для мирно спящих охранников-гоблинов, и теперь изнывал от желания побыстрее начать приключение. Недавний страх перед возможными опасностями растаял как дым – Его Цветочество предвкушал веселье на празднике, радовался тому, что обведет строгого Заразиху вокруг пальца и прихлебывал время от времени нектар. Все это вместе делало его воистину неудержимым.
-Мэтр Абревиль появится, едва только Сплетня с Небылицей уснут, - сказала Джуп, которой тоже было не по себе, но свое волнение она изо всех сил скрывала.
-Я вынудил их трещать столько, что они должны были свалиться, не долетев до гостиной! – воскликнул Ноа, нетерпеливо притопывая босой ногой. – А твой чародей все не идет! Ты уверена, что он нам нужен? Я посмотрел, что лежит в его сумке – и это сплошной бумажный сор! С буквами! Только людям могло прийти в голову свести магию к такому скучному делу, как буквы на бумаге!..
-О, Мимулус нам сегодня просто необходим! – горячо воскликнула Джуп, больше всего тревожась, что принц откажется ждать чародея, и весь ее замысел рухнет.
-Мне он не показался сколько-нибудь толковым, - с сомнением заметил принц. – Он ведь крючкотвор? Законник?.. Как нам пригодится маг-законник на веселом празднике? Будет проверять, не противоречит ли Росендальскому Уложению танцы фавнов?.. И чем он сможет меня защитить, если разбирается только в правилах и законах, которые связывают любого по рукам и ногам? Его магическое право только и знает, что запрещать всякое веселье и вольное, настоящее волшебство!
-У него множество других талантов, и он очень, очень храбрый! - еще с большей пылкостью воскликнула Джунипер, и услышь ее мэтр Абревиль – наверняка бы покраснел от удовольствия.
-Мне так не показалось, - сказал принц еще сердитее, но Джунипер, не давая ему погрузиться в раздумья о сомнительной пользе мэтра Абревиля, поспешно спросила:
-А как мы выйдем из вашего поместья? У вас есть ключи ото всех дверей?
Его Цветочество сразу же помрачнел, и стало ясно, что ключи ото всех дверей в Ирисовой Горечи имеются только у Заразихи и госпожи Живокость. Джуп, поняв, что принца уязвил этот вопрос, неловко исправилась:
-Но вы же как-то сбежали в первый раз... Вы воспользовались веревочной лестницей? Нет?.. Тайным ходом?.. Заразиха знает о нем?!
Тут лицо Ноа приобрело одновременно смущенное и довольное выражение: определенно, он гордился той своей хитростью, но в ней что-то не соответствовало его высокому положению.
-Улитки, - наконец сказал он, глядя на Джуп искоса. - Я воспользовался улитками. И Заразиха, разумеется, понятия об этом не имеет!
-Улитками?! – воскликнула она, ничего не понимая. – Теми, что ползают по стенам усадьбы? Но как?!
-Я приказываю им, - от смущения Ноа отвечал все отрывистее. – Они слушаются меня. Ползут туда, куда я укажу. Если постараться, то можно их выстроить в подобие лестницы, опоясывающей всю усадьбу. Возможно, улитки повинуются из-за того, что они – мои подданные, как и все прочие обитатели леса. Но, если честно, я думаю, это потому, что я их кормлю…
Тут Джуп припомнила все жалобы на улиток разом – и то, что их слишком много развелось в Ирисовой Горечи, и то, что их кто-то прикармливает – возможно, кухарка, - и возмутительный случай, когда скопление улиток заклеило все выходы из усадьбы…
-Так это вы, Ваще Цветочество! – воскликнула она потрясенно. – Это вы сманили сюда всех улиток! И это вы пакостите, заклеивая ими то окна, то двери!..
Принц молчал, и темное его лицо как будто подсвечивалось изнутри алыми углями.
-Ох, да мне же просто скучно! – наконец пробормотал он раздраженно и несколько виновато. – Неужели в этом унылом заточении мне не положено даже такой малости, как кормить и обучать улиток?!
-Нет! – запротестовала Джуп. – Я вовсе не это имела в виду! Я ничуть вас не осуждаю, Ваше Цветочество! Наоборот – это… это великолепно! Я и не думала, что вы умеете находить общий язык с какими-то бессловесными существами, ведь… - тут она хотела сказать, что у принца и с говорящими-то созданиями ничего не выходит, но прикусила язык. - …Ведь они такие сложные и непонятные!
-У меня же есть ручные сороки. Хоть они и говорящие, но все же – птицы, и не слишком большого ума, - сказал Ноа с нарочитой небрежностью. – А раньше, в моем прежнем дворце было полно живности, и я даже переманил несколько кошек от своей… - тут пришла его очередь прикусить язык, но Джуп поняла, что он говорит о кошках своей мачехи, Эсфер. Ей раньше не приходило в голову, что и болтливые сороки, и кошки-убийцы – это прежде всего домашние питомцы. Стало быть, цветочные нелюди умели ладить с животными и птицами, и, возможно, даже по-своему любили их.
Однако Его Цветочество, дрессирующий улиток – это было так странно и неожиданно, что она не нашлась, что еще сказать, и подошла к окну, на которое указывал все еще заметно смущенный принц. В лунном свете было хорошо видно ту самую лестницу из улиточьих раковин – она тянулась от самого окна куда-то вдаль и вниз, обвивая усадьбу по спирали и теряясь в тумане. Сотни огромных улиток по приказу принца сползлись отовсюду, выстроившись цепочкой, и замерли, спрятавшись в свои дома-раковины. Ширины лестницы вполне доставало, чтобы идти вдоль стены, как по уступу, но, в целом, предприятие выглядело достаточно рискованно. Веревочная лестница или тайный ход были бы куда предсказуемее, надежнее и понятнее.
-Улиточья лестница выдержит наш вес? – спросила Джуп встревоженно.
-Меня же выдержала! – чуть свысока ответил Ноа, оценивающе осматривая ее. – Но ты, конечно, куда тяжелее… Я говорил тебе, Джуп Скиптон, что твоей фигуре недостает изящества, а…
-…а моя рука толщиной с вашу шею, - продолжила Джуп, закатив глаза. – Да, говорили, Ваше Цветочество, и не один раз.
-Но я думаю, что мои улитки достаточно клейкие и цепкие, чтобы выдержать этот тяжкий груз, - сказал принц, довольно жмурясь. – Я приказал им выстроиться в несколько рядов и держать строй до самого рассвета, чтобы мы могли вернуться тем же путем. Ну а утром они вновь залепят намертво входные двери - и окно Заразихи, это мое особое пожелание!..
-Ох, как же это все не понравится мэтру Абревилю… - пробормотала Джуп. В самом деле, волшебник, так ценивший порядок и правила приличия, просто обязан был возмутиться, узнав, что план побега включает в себя столь нелепую составляющую.
