Судят по себе. Также, команда Варсона не воспринимает титул "Капитан" как титул. Они полагают, что система просто выводит его звание над головой.
" Причина твоих страданий. "
* Вэйла *
Чонсоль поспешно покинула шаттл, убегая от нахлынувших воспоминаний. Она собиралась занять себя делом-это всегда помогало. Айна и сама могла бы заняться дроном, ведь лишь она может данные в виртуальную карту сконвертировать, но сейчас она занята капсулами.
Кевар вернулся к разбору генератора щитов, который мы возьмём с собой. Двигатели тоже решили демонтировать, но чуть позже, когда определимся с местом. Я осталась с Айной. Прислонившись к стене, не могла ничего поделать с собой: беспокойное чувство отметало всё остальное на задний план, вознося результаты обследований в дела первостепенной важности.
– Резкие повороты мы делаем.– пробормотала я самой себе, с досадой признавая, что не смогу отвлечься сейчас.
– О чём вы?– она продолжала наблюдать за процессом анализа на приборе.
– Да я…– вздохнув, я прислонила затылок к стене и уставилась в потолок. – Неделю назад я готовилась к возможной небольшой войне и убийству местных, а сейчас переживаю за их больных детей, как за своих. Лицемерие, по моему…
– Я так не думаю. Я озвучу общее мнение сказав, что мы с большим энтузиазмом будем искать способ помочь хвостатым, чем стрелять в них. Это не лицемерие, просто появился лучший вариант.
– Думаешь лучший?
– А вы так не считаете?
– …-после короткой паузы, я всё же произнесла вслух исход этой истории, на который я рассчитываю.– Если мы сможем им помочь, то, возможно, у них сложится о нас хорошее впечатление и у нас наладятся доверительные отношения.
– Мне кажется, у нас и так доверительные отношения…по крайней мере у них к нам есть определённое доверие. Эти котятки в капсулах тому подтверждение.
– Нет…это просто необходимость. Если бы им не нужна была помощь, полагаю, они были бы осторожнее и не столь почтительны, учитывая их численное преимущество.– в помещении раздался тихий пиликающий звук.
– А вот и первые отличия! – склонилась ближе к аппарату Айна.
– И что там?!– я резко двинулась от стены в сторону звука.
– Пока показывает отличие в органах…У больных есть какое-то небольшое уплотнение в брюшной полости, 3-5 см.– на экране продолжали сравниваться данные со всех 8 капсул, в которых сканировались дети, и в отдельной его части выводились явные различия.– Состав крови…так…Медь, эритроциты, тромбоциты, лейкоциты, уровень сахаров…Вирус! Это вирус! Или бактерия! Пока не понятно, но в крови у здоровых этого нет!– девушка немного оживилась и расслабилась. Как в прочим и я, словно сбросила гору с плеч, правда ещё рано праздновать.
– Запусти тогда детальный анализ опухолей и этой инородной клетки.
– Уже. – анализ прервался и новым потоком стала отображаться информация о возможном источнике болезни.– Это…прибор не может определить вирус это или бактерия. Она вроде как мертва…все они. Никакой активности.
– А опухоль?
– Она состоит…из этих " мёртвых" неопределённостей.– она нажала пару виртуальных кнопок, переходя в программный код.– Сейчас дам команду на классификацию. Пусть по признакам определит к чему эти штуки ближе по строению. – через несколько секунд программа определила это как вирус, правда только по строению. Метод воздействия его на организм выявить не удалось, так как он был неактивным.
– Да, но раз опухоль состоит из вирусов, значит они всё же живые и копируют себя.
– Что Ватама говорила о болезни? Я не всё запомнила, голова была забита перепрограммированием капсул.
– При рождении, у всех больных младенцев частичный паралич, который со временем проходит, но больше половины детей погибает в первые несколько месяцев жизни. Затем, они растут здоровыми, но в возрасте 12-13 лет у них резко начинает увеличиваться живот, становясь словно каменный, частая рвота, нестерпимые боли. А примерно через год, максимум два, брюшная полость разрывается изнутри с характерным громким хлопком. При этом, всё в нескольких метрах покрывается каплями крови и чёрной слизи.
– Я думаю, до 11 лет вирус находится в "сонном" состоянии . Поэтому аппарат и не уловил его активность. Судя по всему, период его репликации дольше недели. Нам нужно обследовать детей с активным течением болезни и их здоровых сверстников! Надо было изначально их обследовать…только время потратили!– системник прикусила нижнюю губу от досады.
– Не зря! Сможем сравнить эти данные с новыми и определить, что именно активизирует вирус.
– Гормон роста.– коротко ответила она.– Он начинает вступать в активную фазу, когда у котят начинается половое созревание, это очевидно…
– Это лишь предположение. В любом случаи пришлось бы его проверять. Я расскажу Ватаме, а ты пока помоги детям вылезти.
– Хорошо. Скажите, что нужно столько же добровольцев для обследования.
Я вышла из шаттла и нашла взглядом знакомую фигуру, покрытую шёлковой короткой шерстью, со светло-коричневыми волосами, что спадали чуть ниже плеч. Она наблюдала за Кеваром, помогающим снять генератор щитов с судна. Представительница местных жителей все эти дни не отходила от корабля, ожидая новостей. Это и не удивительно, ведь речь о её ребёнке…о последнем оставшемся в живых из трёх детёныше . Услышав открывшийся люк, она резко повернулась в сторону входа. Я жестом попросила её подойти. Резким движением она сорвалась с места и за пару шагов приблизилась ко мне, не говоря ни слова она замерла в ожидании.
– Нам нужно обследовать детей, у которых уже началась болезнь. В идеале, нам нужен один на начальной стадии, один на средней и один на …последней. И ещё 5 здоровых детей в возрасте от 11 до 15.– она открыла рот, желая что-то спросить, но я продолжила.– Мы полагаем, что нашли причину их болезни. Теперь нужно понять, как она развивается и лишь затем мы сможем начать искать варианты лечения. Сейчас твоему сыну ничего не грозит, так что он может вернуться домой, пока мы ищем способ помочь.
–Хорошо…я...я поняла. – она покачала головой, усваивая информацию. В этот момент из шаттла вышла Айна в сопровождении детей.– Я отведу их в деревню и приведу других. Правда больные уже не могут сами ходить, их принесут наши мужчины, если вы не против.
Я запретила аборигенам приходить без необходимости, так как родители больных продолжали собираться поблизости, ожидая новостей. Но это же не дело 5 минут, а их присутствие морально давило на нас, так что я решила временно запретить всем приближаться и разогнала всех лишних по домам.
– Мы пойдём с вами и поможем перенести больных. Я отвечу на вопросы, которые возникнут.– при моих словах лоб духовницы едва заметно вздрогнул.
–Если вы того желаете…Не могли бы вы рассказать мне о причине болезни?
–Да, конечно. Всё дело в вирусе. Он скапливается в зоне живота, образуя инородную опухоль.– мы направились к Кевару и механикам.– Мы отправимся в деревню кошачих: нужно сделать три переноски для лежачих, чтобы доставить их к нам. Сильвиус, Кевар и Аздилом, пойдёте со мной.– раздала я новые указания команде, после чего вернулась к диалогу с Ватамой. – До 12 лет болезнь не проявляется, но когда ребёнок начинает активно расти, то и вирус вступает в стадию буйной репликации. По крайней мере мы так предполагаем.
–Понятно. Значит до того момента Цеону болезнь не страшна? Мы полагали, что дети заболевают не просто так в этом возрасте, но и не думали, что всё это время они всё ещё были больны, просто не столь сильно…
– Верно.
Через час, когда носилки были готовы, мы отправились в деревню, в которой жила семья Туклума. Как оказалось, кошачьи состоят из нескольких племён, расселившихся по округе, а Туклум у них верховный вождь, при том у каждого племени есть ещё и свой вождь.
Идти пришлось около 10 км и чем ближе мы приближались, тем напряжённей мне казалась Ватама. Я начала подозревать что-то неладное и внимательно следить за происходящим вокруг. Правда так ничего и не произошло.
Местность была немного холмистая, лес не особо густой, так как деревья были огромны- более 20 метров в высоту. От того они росли довольно далеко друг от друга.
Выйдя к небольшой речке, мы продолжили движение вдоль неё и через 30 минут дошли до места назначения. В воде играли дети, где-то слышались глухие стуки, разговоры. Некоторые местные заготавливали плоды для хранения и подвешивали коренья для сушки. Другие занимались сбором этих самых плодов и корений. Кто-то перетирал какие-то стебли в синий порошок. Я спросила у Ватамы и она подтвердила мою догадку – сезон плодоношения подходит к концу. Несколько тех огромных мохнатых животных, которые были с ними при нашей первой встрече, мирно лежали неподалёку. Они у них выполняют и роль транспорта и роль источника пищи. – Мы кормим их только особой травой в течении сезона. Тогда их… – жена вождя замялась и продолжила, но менее громко. – Их экскременты становятся съедобны… – она напряглась ещё сильнее. Что мне совершенно не нравилось и нервировало, будоража воображение и заставляя ждать ножа в спину.
Деревня расположилась в окружении трёх больших холмов. Вернее, холмы и были деревней – местные жили в норах, вырытых в грунте. В центре небольшая ровная полянка, с камнями, уложенными на ней в круги. Входы в норы по спирали поднимались от основания холмов к вершинам. Жилища максимально напоминали убежища полевых грызунов: пещерка в земле, сено на полу, внутри тепло и сухо. А небольшие оранжевые камни освещали помещения. Дождевая вода по вырытым желобам отводилась от пристанищ местных. Камнями они обложили стены хранилища еды. Не знаю чего я ожидала, но всё это показалось мне таким… органичным что-ли. Одним словом, я не была удивлена ни в хорошем, ни в плохом смысле.
Поговорив с вождём и родителями , мы уложили больных на носилки и отправились обратно. Много вопросов никто не задавал, достаточно было сказать, что нам надо их осмотреть, чтобы попытаться помочь.
Дети нас с интересом разглядывали, задавали разные вопросы, особенно те, что были больны и видели нас в первый раз. Так как они не могли ходить, то не присутствовали на общем шествии к нашему шаттлу неделей ранее. Спрашивали о том, что за небом, на что похож наш дом, как мы спустились и правда ли мы можем разбивать каменные горы в пыль. Я была максимально осторожна в подборе слов. Все с интересом слушали мои ответы, в том числе и те трое крепких котов, которые помогали нести больных.
Ватама всё так же была молчалива и задумчива.
– В общем, место хорошо подойдёт для базы. Долина довольно длинная, можно будет что-то выращивать, река рядом, горы с двух сторон с крутыми склонами. Есть железная и медная жилы.– к нашему возвращению Айна и Чонсоль завершили конвертирование данных с дрона.
– Река подтапливать не будет?– поинтересовался Кевар.
– Признаков вроде нет, но можно будет вырыть траншею вдоль неё, около двух метров глубиной и шириной в метр и выложить расплавленным камнем. На всякий случай.
– Здания тоже можно выложить из переплавленных камней, раз их там под рукой полно. Довольно прочно. Из двух двигателей соберём большой аналог лазерного резака и используем для нагрева пород. Залить в формы и можно строить. В любом случаи, летать на этих движках уже опасно, а так, хоть полезны будут первое время.– озвучил свою идею Роил.
– Согласна. Но может лучше вытесать убежище прямо в скале?– Чонсоль уже отошла от утренних терзаний и выглядела намного собраннее.
– Можно, но я думаю, что это может быть опасно в случаи землетрясений. Нужно помнить о них, раз вулкан рядом. Пусть он и потухший.– Роил облокотился на одну из капсул с больным котёнком внутри. Тот мирно сопел, так как мы включили в модулях звукоизоляцию и наши разговоры не беспокоили малышей.
– Лучше в центре долины. А под скалой можно сделать бункер , соединив его подземным тоннелем с базой. Хотя надо разобраться сначала с нашими мохнатыми друзьями и нашими отношениями. Если всё будет хорошо, то поговорим о присвоении себе той долины и начнём строить. Если нет, то поищем другое место: планета большая.– я глянула в одну из капсул, на смотрящую какой-то фильм девчушку. Она явно не понимала и единого слова из фильма, но картина её завораживала: неизвестные растения, пейзажи и вещи, которых она никогда не видела, здания до небес и летающие машины. Для них это всё было интереснее сюжета.– Есть что-нибудь?
– Да! Как я и полагала, при гормоне роста вирус активно копирует себя. Сейчас завершается детальное сканирование опухоли и состав вируса. Минут через 15 будет готово. Вы были правы утром, сказав, что мы не зря потратили время обследуя тех малышей. С этими данными процесс значительно быстрее проходит.
– Что с сравнительным анализом по лекарствам?– день был довольно насыщенный, но я не чувствовала и тени усталости.
– Ну…из наших лекарств им полезны будут только сорбенты и противоядие универсальное. Всё остальное бесполезно или даже может быть опасным.
В помещении воцарилась тишина. Мы все ждали конца сканирования, чтобы наконец определиться со своими дальнейшими действиями.
– Я хочу комнату с отдельной ванной.– нарушил неловкое молчание Роил.– А ещё лучше целую квартиру с кухней, гостиной, спальней…
– И аппаратом для закатывания губ.– усмехнулась Айна.– Мы не центр элитного жилья строить будем, мечтатель.
– А почему бы нет? Нас не так много, на 15-20 квартир или домиков камня не хватит что ли?
– Ну если сам строить будешь- вперёд! Я тебе попить приносить буду.– рассмеялась аналитик.
– И правда, почему бы и нет. Нужно адаптироваться и привыкать к нашим новым реалиям…Теперь эта планета наш дом. По крайней мере на ближайшие годы уж точно. Так устроимся же с комфортом.– поддержала я предложение инженера.
– Оо! Начальство дало добро!– он хлопнул в ладоши с победным видом.
Так мы и провели время за планированием будущего жилья, пока завершалось сканирование детей. Это нас немного расслабило. Месяц был довольно напряжённым для нас всех.
– Готово!– подскочила Айна к монитору.– Так так так! Вирус жрёт гормон роста! Опухоль вырезать бесполезно, репликация вируса происходит в головном мозге, в аналоге мозжечка. Состоит она из вирусов, иммунных клеток носителя и…Вот чёрт!– её глаза округлились.– Она окружена пузырьками с парами нитроглицерина! Вирусы их выделяют!
– Вот и причина взрыва брюшной полости!– перебила её Чонсоль.
– Эта хрень!-глаза Айны ещё сильнее округлились.– Она…она посылает электромагнитные сигналы…
– В смысле?– я немного не поняла о чём речь.
– Вирус состоит на 60% из кремния и генерирует электромагнитные сигналы. Это биомашина! Мать его робот с биологической оболочкой!
* Ватама *
После рождения второго ребёнка, Тиамы, у которой тоже были признаки болезни, я спросила небеса, почему они не ответили на мои молитвы. Может я недостаточно молилась? Или моя вера недостаточно сильна? Или Бог считает меня недостойной своей милости? Я продолжала прокручивать эти вопросы у себя в голове, пока у меня не возникла мысль: " Может Бог меня слышит, но не понимает чего я прошу?"
Глава 16.
" Причина твоих страданий. "
* Вэйла *
Чонсоль поспешно покинула шаттл, убегая от нахлынувших воспоминаний. Она собиралась занять себя делом-это всегда помогало. Айна и сама могла бы заняться дроном, ведь лишь она может данные в виртуальную карту сконвертировать, но сейчас она занята капсулами.
Кевар вернулся к разбору генератора щитов, который мы возьмём с собой. Двигатели тоже решили демонтировать, но чуть позже, когда определимся с местом. Я осталась с Айной. Прислонившись к стене, не могла ничего поделать с собой: беспокойное чувство отметало всё остальное на задний план, вознося результаты обследований в дела первостепенной важности.
– Резкие повороты мы делаем.– пробормотала я самой себе, с досадой признавая, что не смогу отвлечься сейчас.
– О чём вы?– она продолжала наблюдать за процессом анализа на приборе.
– Да я…– вздохнув, я прислонила затылок к стене и уставилась в потолок. – Неделю назад я готовилась к возможной небольшой войне и убийству местных, а сейчас переживаю за их больных детей, как за своих. Лицемерие, по моему…
– Я так не думаю. Я озвучу общее мнение сказав, что мы с большим энтузиазмом будем искать способ помочь хвостатым, чем стрелять в них. Это не лицемерие, просто появился лучший вариант.
– Думаешь лучший?
– А вы так не считаете?
– …-после короткой паузы, я всё же произнесла вслух исход этой истории, на который я рассчитываю.– Если мы сможем им помочь, то, возможно, у них сложится о нас хорошее впечатление и у нас наладятся доверительные отношения.
– Мне кажется, у нас и так доверительные отношения…по крайней мере у них к нам есть определённое доверие. Эти котятки в капсулах тому подтверждение.
– Нет…это просто необходимость. Если бы им не нужна была помощь, полагаю, они были бы осторожнее и не столь почтительны, учитывая их численное преимущество.– в помещении раздался тихий пиликающий звук.
– А вот и первые отличия! – склонилась ближе к аппарату Айна.
– И что там?!– я резко двинулась от стены в сторону звука.
– Пока показывает отличие в органах…У больных есть какое-то небольшое уплотнение в брюшной полости, 3-5 см.– на экране продолжали сравниваться данные со всех 8 капсул, в которых сканировались дети, и в отдельной его части выводились явные различия.– Состав крови…так…Медь, эритроциты, тромбоциты, лейкоциты, уровень сахаров…Вирус! Это вирус! Или бактерия! Пока не понятно, но в крови у здоровых этого нет!– девушка немного оживилась и расслабилась. Как в прочим и я, словно сбросила гору с плеч, правда ещё рано праздновать.
– Запусти тогда детальный анализ опухолей и этой инородной клетки.
– Уже. – анализ прервался и новым потоком стала отображаться информация о возможном источнике болезни.– Это…прибор не может определить вирус это или бактерия. Она вроде как мертва…все они. Никакой активности.
– А опухоль?
– Она состоит…из этих " мёртвых" неопределённостей.– она нажала пару виртуальных кнопок, переходя в программный код.– Сейчас дам команду на классификацию. Пусть по признакам определит к чему эти штуки ближе по строению. – через несколько секунд программа определила это как вирус, правда только по строению. Метод воздействия его на организм выявить не удалось, так как он был неактивным.
– Да, но раз опухоль состоит из вирусов, значит они всё же живые и копируют себя.
– Что Ватама говорила о болезни? Я не всё запомнила, голова была забита перепрограммированием капсул.
– При рождении, у всех больных младенцев частичный паралич, который со временем проходит, но больше половины детей погибает в первые несколько месяцев жизни. Затем, они растут здоровыми, но в возрасте 12-13 лет у них резко начинает увеличиваться живот, становясь словно каменный, частая рвота, нестерпимые боли. А примерно через год, максимум два, брюшная полость разрывается изнутри с характерным громким хлопком. При этом, всё в нескольких метрах покрывается каплями крови и чёрной слизи.
– Я думаю, до 11 лет вирус находится в "сонном" состоянии . Поэтому аппарат и не уловил его активность. Судя по всему, период его репликации дольше недели. Нам нужно обследовать детей с активным течением болезни и их здоровых сверстников! Надо было изначально их обследовать…только время потратили!– системник прикусила нижнюю губу от досады.
– Не зря! Сможем сравнить эти данные с новыми и определить, что именно активизирует вирус.
– Гормон роста.– коротко ответила она.– Он начинает вступать в активную фазу, когда у котят начинается половое созревание, это очевидно…
– Это лишь предположение. В любом случаи пришлось бы его проверять. Я расскажу Ватаме, а ты пока помоги детям вылезти.
– Хорошо. Скажите, что нужно столько же добровольцев для обследования.
Я вышла из шаттла и нашла взглядом знакомую фигуру, покрытую шёлковой короткой шерстью, со светло-коричневыми волосами, что спадали чуть ниже плеч. Она наблюдала за Кеваром, помогающим снять генератор щитов с судна. Представительница местных жителей все эти дни не отходила от корабля, ожидая новостей. Это и не удивительно, ведь речь о её ребёнке…о последнем оставшемся в живых из трёх детёныше . Услышав открывшийся люк, она резко повернулась в сторону входа. Я жестом попросила её подойти. Резким движением она сорвалась с места и за пару шагов приблизилась ко мне, не говоря ни слова она замерла в ожидании.
– Нам нужно обследовать детей, у которых уже началась болезнь. В идеале, нам нужен один на начальной стадии, один на средней и один на …последней. И ещё 5 здоровых детей в возрасте от 11 до 15.– она открыла рот, желая что-то спросить, но я продолжила.– Мы полагаем, что нашли причину их болезни. Теперь нужно понять, как она развивается и лишь затем мы сможем начать искать варианты лечения. Сейчас твоему сыну ничего не грозит, так что он может вернуться домой, пока мы ищем способ помочь.
–Хорошо…я...я поняла. – она покачала головой, усваивая информацию. В этот момент из шаттла вышла Айна в сопровождении детей.– Я отведу их в деревню и приведу других. Правда больные уже не могут сами ходить, их принесут наши мужчины, если вы не против.
Я запретила аборигенам приходить без необходимости, так как родители больных продолжали собираться поблизости, ожидая новостей. Но это же не дело 5 минут, а их присутствие морально давило на нас, так что я решила временно запретить всем приближаться и разогнала всех лишних по домам.
– Мы пойдём с вами и поможем перенести больных. Я отвечу на вопросы, которые возникнут.– при моих словах лоб духовницы едва заметно вздрогнул.
–Если вы того желаете…Не могли бы вы рассказать мне о причине болезни?
–Да, конечно. Всё дело в вирусе. Он скапливается в зоне живота, образуя инородную опухоль.– мы направились к Кевару и механикам.– Мы отправимся в деревню кошачих: нужно сделать три переноски для лежачих, чтобы доставить их к нам. Сильвиус, Кевар и Аздилом, пойдёте со мной.– раздала я новые указания команде, после чего вернулась к диалогу с Ватамой. – До 12 лет болезнь не проявляется, но когда ребёнок начинает активно расти, то и вирус вступает в стадию буйной репликации. По крайней мере мы так предполагаем.
–Понятно. Значит до того момента Цеону болезнь не страшна? Мы полагали, что дети заболевают не просто так в этом возрасте, но и не думали, что всё это время они всё ещё были больны, просто не столь сильно…
– Верно.
Через час, когда носилки были готовы, мы отправились в деревню, в которой жила семья Туклума. Как оказалось, кошачьи состоят из нескольких племён, расселившихся по округе, а Туклум у них верховный вождь, при том у каждого племени есть ещё и свой вождь.
Идти пришлось около 10 км и чем ближе мы приближались, тем напряжённей мне казалась Ватама. Я начала подозревать что-то неладное и внимательно следить за происходящим вокруг. Правда так ничего и не произошло.
Местность была немного холмистая, лес не особо густой, так как деревья были огромны- более 20 метров в высоту. От того они росли довольно далеко друг от друга.
Выйдя к небольшой речке, мы продолжили движение вдоль неё и через 30 минут дошли до места назначения. В воде играли дети, где-то слышались глухие стуки, разговоры. Некоторые местные заготавливали плоды для хранения и подвешивали коренья для сушки. Другие занимались сбором этих самых плодов и корений. Кто-то перетирал какие-то стебли в синий порошок. Я спросила у Ватамы и она подтвердила мою догадку – сезон плодоношения подходит к концу. Несколько тех огромных мохнатых животных, которые были с ними при нашей первой встрече, мирно лежали неподалёку. Они у них выполняют и роль транспорта и роль источника пищи. – Мы кормим их только особой травой в течении сезона. Тогда их… – жена вождя замялась и продолжила, но менее громко. – Их экскременты становятся съедобны… – она напряглась ещё сильнее. Что мне совершенно не нравилось и нервировало, будоража воображение и заставляя ждать ножа в спину.
Деревня расположилась в окружении трёх больших холмов. Вернее, холмы и были деревней – местные жили в норах, вырытых в грунте. В центре небольшая ровная полянка, с камнями, уложенными на ней в круги. Входы в норы по спирали поднимались от основания холмов к вершинам. Жилища максимально напоминали убежища полевых грызунов: пещерка в земле, сено на полу, внутри тепло и сухо. А небольшие оранжевые камни освещали помещения. Дождевая вода по вырытым желобам отводилась от пристанищ местных. Камнями они обложили стены хранилища еды. Не знаю чего я ожидала, но всё это показалось мне таким… органичным что-ли. Одним словом, я не была удивлена ни в хорошем, ни в плохом смысле.
Поговорив с вождём и родителями , мы уложили больных на носилки и отправились обратно. Много вопросов никто не задавал, достаточно было сказать, что нам надо их осмотреть, чтобы попытаться помочь.
Дети нас с интересом разглядывали, задавали разные вопросы, особенно те, что были больны и видели нас в первый раз. Так как они не могли ходить, то не присутствовали на общем шествии к нашему шаттлу неделей ранее. Спрашивали о том, что за небом, на что похож наш дом, как мы спустились и правда ли мы можем разбивать каменные горы в пыль. Я была максимально осторожна в подборе слов. Все с интересом слушали мои ответы, в том числе и те трое крепких котов, которые помогали нести больных.
Ватама всё так же была молчалива и задумчива.
*******************************************
– В общем, место хорошо подойдёт для базы. Долина довольно длинная, можно будет что-то выращивать, река рядом, горы с двух сторон с крутыми склонами. Есть железная и медная жилы.– к нашему возвращению Айна и Чонсоль завершили конвертирование данных с дрона.
– Река подтапливать не будет?– поинтересовался Кевар.
– Признаков вроде нет, но можно будет вырыть траншею вдоль неё, около двух метров глубиной и шириной в метр и выложить расплавленным камнем. На всякий случай.
– Здания тоже можно выложить из переплавленных камней, раз их там под рукой полно. Довольно прочно. Из двух двигателей соберём большой аналог лазерного резака и используем для нагрева пород. Залить в формы и можно строить. В любом случаи, летать на этих движках уже опасно, а так, хоть полезны будут первое время.– озвучил свою идею Роил.
– Согласна. Но может лучше вытесать убежище прямо в скале?– Чонсоль уже отошла от утренних терзаний и выглядела намного собраннее.
– Можно, но я думаю, что это может быть опасно в случаи землетрясений. Нужно помнить о них, раз вулкан рядом. Пусть он и потухший.– Роил облокотился на одну из капсул с больным котёнком внутри. Тот мирно сопел, так как мы включили в модулях звукоизоляцию и наши разговоры не беспокоили малышей.
– Лучше в центре долины. А под скалой можно сделать бункер , соединив его подземным тоннелем с базой. Хотя надо разобраться сначала с нашими мохнатыми друзьями и нашими отношениями. Если всё будет хорошо, то поговорим о присвоении себе той долины и начнём строить. Если нет, то поищем другое место: планета большая.– я глянула в одну из капсул, на смотрящую какой-то фильм девчушку. Она явно не понимала и единого слова из фильма, но картина её завораживала: неизвестные растения, пейзажи и вещи, которых она никогда не видела, здания до небес и летающие машины. Для них это всё было интереснее сюжета.– Есть что-нибудь?
– Да! Как я и полагала, при гормоне роста вирус активно копирует себя. Сейчас завершается детальное сканирование опухоли и состав вируса. Минут через 15 будет готово. Вы были правы утром, сказав, что мы не зря потратили время обследуя тех малышей. С этими данными процесс значительно быстрее проходит.
– Что с сравнительным анализом по лекарствам?– день был довольно насыщенный, но я не чувствовала и тени усталости.
– Ну…из наших лекарств им полезны будут только сорбенты и противоядие универсальное. Всё остальное бесполезно или даже может быть опасным.
В помещении воцарилась тишина. Мы все ждали конца сканирования, чтобы наконец определиться со своими дальнейшими действиями.
– Я хочу комнату с отдельной ванной.– нарушил неловкое молчание Роил.– А ещё лучше целую квартиру с кухней, гостиной, спальней…
– И аппаратом для закатывания губ.– усмехнулась Айна.– Мы не центр элитного жилья строить будем, мечтатель.
– А почему бы нет? Нас не так много, на 15-20 квартир или домиков камня не хватит что ли?
– Ну если сам строить будешь- вперёд! Я тебе попить приносить буду.– рассмеялась аналитик.
– И правда, почему бы и нет. Нужно адаптироваться и привыкать к нашим новым реалиям…Теперь эта планета наш дом. По крайней мере на ближайшие годы уж точно. Так устроимся же с комфортом.– поддержала я предложение инженера.
– Оо! Начальство дало добро!– он хлопнул в ладоши с победным видом.
Так мы и провели время за планированием будущего жилья, пока завершалось сканирование детей. Это нас немного расслабило. Месяц был довольно напряжённым для нас всех.
– Готово!– подскочила Айна к монитору.– Так так так! Вирус жрёт гормон роста! Опухоль вырезать бесполезно, репликация вируса происходит в головном мозге, в аналоге мозжечка. Состоит она из вирусов, иммунных клеток носителя и…Вот чёрт!– её глаза округлились.– Она окружена пузырьками с парами нитроглицерина! Вирусы их выделяют!
– Вот и причина взрыва брюшной полости!– перебила её Чонсоль.
– Эта хрень!-глаза Айны ещё сильнее округлились.– Она…она посылает электромагнитные сигналы…
– В смысле?– я немного не поняла о чём речь.
– Вирус состоит на 60% из кремния и генерирует электромагнитные сигналы. Это биомашина! Мать его робот с биологической оболочкой!
***************************************************
* Ватама *
После рождения второго ребёнка, Тиамы, у которой тоже были признаки болезни, я спросила небеса, почему они не ответили на мои молитвы. Может я недостаточно молилась? Или моя вера недостаточно сильна? Или Бог считает меня недостойной своей милости? Я продолжала прокручивать эти вопросы у себя в голове, пока у меня не возникла мысль: " Может Бог меня слышит, но не понимает чего я прошу?"
