Малика. Калейдоскоп судьбы

01.02.2019, 02:12 Автор: Марина Вдовина

Закрыть настройки

Показано 1 из 13 страниц

1 2 3 4 ... 12 13


ЧАСТЬ 2


       

ПРОЛОГ


       (временно отсутствует)
       


       
        ГЛАВА 1


        До прибытия дальней родственницы мы старались обжиться на новом месте. Кате выделили комнату на втором этаже. А когда я попросила тоже комнату на втором, мне отказали: не положено хозяйке жить в гостевых. А я и на первом бы устроилась: это намного удобней, далеко ходить не надо. А то в одном доме можно жить и неделями друг друга не видеть, а сотовой связи здесь нет.
        Сегодня по дому разносились вкуснейшие ароматы всякой снеди, повариха с ног сбилась. Надо же, и зачем столько готовить? Не орда прибывает, а всего лишь одна женщина. Предполагался семейный ужин и всё такое. Для благоприятной обстановки цветочки в вазах. И мы с Катей, на крыльце в ожидании гостьи.
        Наконец-то на горизонте показалась карета. Я вытянулась стрункой, расправила плечи. Надо же держать себя: первая встреча, хочется показать себя с лучшей стороны. Вон и Мозярисис трётся у ворот. Экипаж остановился, и высунувшейся наружу женщине помогли спуститься, затем выгрузили багаж. До ворот расстояние немалое, интересно, как она потащит громадный ящик, в котором наверняка полно вещей, но она и не собиралась его нести, просто вошла в ворота неторопливой походкой и тем же темпом, приближалась к нам.
        Женщине на вид было лет сорок-сорок пять примерно. Одета шикарно, ничего не скажешь: цвета жареного кофе широкополая шляпа и такого же цвета накидка без рукавов, из-под которой проглядывал бордового оттенка гарнитур из блузы и широких юбка-брюк. Оказалось, и здесь носят штаны; это радовало, значит, не будем выделяться среди остальных. Я себе представляла тётушку пышечкой – как зефирка и с добрыми глазами, а эта оказалась метлой худосочной с колючим пронизывающим взглядом. И ни здрасте нам, ни полздрасте, ещё и посмотрела на нас, словно из ушата холодной водой окатила.
       – Добро пожаловать, проходите, – поприветствовали мы эту даму у входа в дом.
        «Тётушка» еле заметно кивнула и окинула нас взглядом с прищуром с головы до пят, проплывая мимо нас. У двери она обернулась, небрежно махнула рукой и сказала:
       – Вам, особое приглашение надо? Не стоим, барышни.
       До Кати, видимо, дошло раньше, она быстро открыла гостье дверь, и мы поплелись следом за ней в дом. Я оглянулась, нет ли по близости Мозярисиса, но того куда-то словно ветром сдуло, а я так надеялась на его присутствие. В холле женщина скинула верхнее одеяние, и его подхватило что-то невидимое. Странно, но я раньше не замечала, никаких привидений в доме. И не факт, что это привидение, но одежду уносило на подвесе, а я и не знала, что так можно! Так называемая тётушка обернулась к нам, снова осмотрела, сделав и так понятный вывод.
       – Вас оказывается двое, не сёстры, сразу видно. И кто из вас моя племянница? – задала она вопрос, и тут же поправила себя: – Породу видно сразу, так значит, это ты, – посмотрела она на меня, а мне так и хотелось сказать что порода у кобыл, а не у людей. – Верно?!
       – Да, верно. Я Мали, то есть Лика (блин, разволновалась я не вовремя). А это моя подруга, она со мной, – ответила я, пряча глаза, и вовсе не от смущения.
       – Екатерина Станиславовна Коркина, э-э, можно Катерина, – представилась Катя слишком уж официально. – Вы понимаете, произошло в некотором роде замыкание, теперь мы с Мали связаны вроде как, и я подумала, почему бы не освоить то немногое, что приобрела. Прошу прощения, если ворвалась к вам, но я в любом случае так поступила бы по личным причинам. – Однако она завернула!
       – Это всё? Хорошо, я вас поняла, Екатерина. Имя вам всё же придётся сменить, скажем, на Кэйтрин или же Кэтти.
       – Простите, можно Катия? Оно ближе к моему, – с напором проговорила подруга.
       – Можно. Ваше имя слишком вызывающе звучит, для наших мест неприемлемо, – продолжила тётушка.
       – Эм, может, пойдём к столу? Вы, наверное, проголодались с дороги, – предложила я. Если честно, то мне надоело стоять практически в дверях.
        Приехавшая дама прошлась по комнате, а после некоторых раздумий, сказала:
       – Сначала я введу вас в курс дела, барышни, присядьте. За короткий промежуток вам надлежит выучить, как должна держать себя молодая барышня в обществе, не забывайте об этом. Вы не простолюдинки, мода, нравы и обычаи – всё как положено. Я не позволю позорить наш род бестактностью и ненадлежащим поведением, запреты для молодых особ тоже входят в наш небольшой список. Семейный завтрак подразумевает обязательное присутствие. Пока всё, барышни. Обед пусть наверх принесут, и ещё, по пустякам меня не беспокоить, – сказала, как отрезала, и медленно поплыла наверх, виляя грациозно… в общем, тем самым местом, на котором сидят.
        Наверное, стоило подняться с диванчика, но мы остались сидеть на месте, дожидаясь, пока гостья скроется с наших глаз. А ведь она не представилась, наверное, подумала, что мы её обязаны и так знать. Спрашивать у неё будет бестактностью, придётся у Мози поинтересоваться, мог бы и раньше сказать.
        Мы по-быстрому забежали на кухню предупредить кухарку, что общий обед отменяется, но, увидев, как она расстроилась, я поспешила смягчить свои слова, сказав, что обязательно всё отведаем прямо здесь, на кухне. Мы не привередливые, лишний раз столовую накрывать из-за нас сегодня не обязательно. Потом смылись наверх, ко мне, перемывать косточки новоприбывшей. Нам повезло, и Мозю не придётся теребить, выспрашивая, как звать тетку, что только что прибыла. Наша милая Бинни предоставила нам эту информацию на блюдечке. К нам прибыла госпожа Марэлит, не самая дружелюбная особа, если сравнивать, по словам Бинни, с её сводной сестрой – госпожой Йзахильдой. Та разрешает звать себя Хилой, а эта Марэлит – монстр в юбке. Ну, скоро узнаем, что собой представляет госпожа Марэлит, и хорошо, что, нам не придётся с ней жить постоянно.
        Это действительно монстр в юбке, как говорила Бинни. Нам пришлось пережить нехилое количество примерок, ходьбу по канату, пускай и натянутому сантиметров на тридцать от земли, книги на головы нам не пихали, но и этого хватало. Марэлит орудовала маленькой плёточкой.
       – Подбородок втянуть, голову не задирать, – командовала она. – Носочек тянем, спинку держим ровнее, руки не растопыриваем, негоже барышне махать руками, не на станции извозчика зовём.
        Ко всему этому она интеллектуальную часть примешала, как в программе «Что? Где? Когда?»: после занятий давала нам книжку для прочтения, а во время ходьбы по канату спрашивала, не давая времени на длительные раздумья. И всё это после лёгкого завтрака, что проходил с не меньшими извращениями. Хорошо, что оставалось всего три недели.
        В последние дня четыре издевательства над нами прекратились, но это не отменяло нашего примерного поведения. Я вообще не понимаю, зачем нам это – задом вилять и по струнке ходить, если взгляд поднимать на мужчин запрещено, здороваться только в перчатке, рот желательно держать на замке – болтливых не любят, улыбаться не во весь рот – неприлично и ни в коем случае не гоготать прилюдно – это оскорбительно. Мы, в общем-то, не на светский обед собирались, а учиться, причём магии, и я сомневалась, что нам это там пригодится. Но с этой дамой не поспоришь. Вот тебе и порода – ничего подобного!
        В предпоследний день перед отбытием мы сидели дружной компанией у того же дерева, слушая рассказы лешика. Даже искупаться сбегали, пока кое-кто не видел.
        Ещё мы с Катей этим вечером добрались до верхнего, четвёртого этажа. Его снаружи не видно совсем. Ключик, найденный мной в разбитой вазе, оказался тем самым, что отпирает дверь на этом этаже, я его тогда в верхний ящик тумбы кинула и забыла, а нынче решила примерить к замочной скважине – подошёл. Это было обычное рабочее помещение, одна сторона под лабораторию, затемнённая, и светлая, через которую видно облака – зона для чтения самая подходящая. И стол для этого имелся, массивный, крепкий, наверное, за ним сидеть удобно, но не проверяла. Ничего сверхинтересного, просто спрятанная комната. Полок в ней было немного, всего две – одна со склянками и пузырьками, а на другой только одна книга стояла, я её с собой забрала. В библиотеке, что на моей половине, книг много, а просто почитать нечего, я пока для этих книг не созрела, не понятны они для моего восприятия, в некоторых только картинки рассматривала. Одну такую с собой положила, она об обитаемых нелюдях этого мира, и тварях, которые, бывает, появлялись из недр тёмных скоплений. Решила попозже разобраться.
        ***
        Ну вот мы и собрались. До ближайшего города нас Агдар подбросил, пока гуляли по рынку, прибыла карета с вещами, а там на стационарный портал – и в город Адвин нас перебросило и на той же карете, до Многофункционального Адвинского Института Магии и Боевых навыков. Во докуда докатили.
        Наш экипаж остановился у самых ворот института, прибывающие толпились небольшими группами, наверное, учащиеся, больно уж жестикулировали, и лица от встречи у многих радостные. За воротами самого института, словно муравьи, толпились разнокалиберные личности, не оставляя свободного пятачка пространства.
        Про институт говорить-то особо нечего: большой, но не дворец и не замок, вполне обычное серое здание, похожее на глобус со шпилем посередине, позади которого высокая многоэтажка, на букву Ю смахивала. Мы вылезли из коробки с жёсткими лавками, по-другому не назвать, наш багаж поставили рядом, я рассматривала тех, кто толпился у здания, поглядывая поверх голов, если дотягивалась: тут явно не все люди. Не сказала бы, что мне непривычно, скорее, необычно стоять среди хвостатых, горбатых, крылатых, мохнатых, вполне обычных на первый взгляд людей и необычных, если приглядеться. Меня кто-то толкнул, я запнулась о нашу поклажу – вот нетерпеливые! Транспорт, в котором мы ехали, свернул в сторону, давая место следующему.
        Мы с Катей потащили сундук: он был один на двоих, не считая тряпичных сумок, перекинутых через плечо.
       – Дорогу, разойдись, пропустите, – покрикивала Катя, направляя меня, куда идти. – Левее, прямо, прямо, так, правее. Дорогу, проходим, не мешаем, ага, правее, я сказала! – и так далее. Ей-то видно, а у меня на затылке глаз нет, двигаться только по пути со всеми, иначе – снесут, затопчут.
       – Ой?! – вопросительно посмотрела на подругу: у самых ворот наступила на кого-то и уперлась спиной в того, кто выходил.
       – Упс. Простите, пропустите – девушкам тяжело, молодой человек, подвиньтесь. Я вам говорю, в сторону отойдите!
       Я оглянулась, прошептав:
       – Простите, я вас не заметила! Ай!
       Ручка от ящика, который мы тащили, осталась в моих руках, а тяжесть обрушилась у ног, придавив мне пальцы на левой ноге. Я по инерции дёрнулась (это, знаете ли, больно), задела локтем молодого человека, который до сих пор стоял за мной. Ой, как мне себя жа-а-лко, а ещё здесь столько народу, взвыть хочется, но я только закусила нижнюю губу.
       – Молодой человек, не видите, девушке плохо, помогли бы?! – Катя из-за ящика не могла протиснуться, а ещё мы перегородили дорогу остальным входящим и выходящим. За нами столпились прибывающие. – Подождите, не пихайтесь, у нас непредвиденная ситуация! – распихивала Катюха особо настырных. – Желающие помочь есть? – крикнула она в толпу. – Ой, стойте! Отпустите! Поставьте меня на ноги! – Какой-то прыткий громила подхватил Катьку на руки. – Не меня – вот этот ящик, – указала она, зависая на руках того, кто её держал.
        А молодой мужчина, которого я толкнула, скорей всего, кого-то встречал, потому что я видела, как он кому-то машет – тому, кто снаружи. На меня же смотрел сердито, словно это я нарочно толкаюсь и не пропускаю. Может, до молодого мужчины дошло, что надо помочь, а может, просто, чтобы побыстрей проскочить и отвязаться от нас, в общем, сдвинул он наш ящик от прохода, освободив мне ногу, и помог прислониться к ограде с внутренней стороны входа, теперь уже выхода, естественно. Как бы я за свои придавленные пальчики ни переживала, всё равно украдкой разглядывала незнакомца, что так неудачно подвернулся мне. А незнакомец ничего: красив, высок, подтянут физически, у него притягательные серые глаза, на которые спускалась длинная пепельная челка, при том, что затылок коротко стриженный, высокий лоб, густые брови придавали лицу большую выразительность, а прямой нос и выделяющиеся скулы добавляли некой серьёзности.
       – Что же вы столь неосмотрительны, барышня? – заговорил он со мной. – Снимите туфлю, я осмотрю. – Я чуть не подавилась, а незнакомец, присев на колено, продолжил: – В наш век подобное, – указал он, на наш ящик,– переносят с помощью левитации. На крайний случай носильщик должен был вам помочь. В наш век с помощью левитации можно пронести любые вещи, а вы столь грубо расталкиваете прохожих. – Можно подумать, мы каждый день сундуки таскаем. – Вы поступать? – сменил он тему. Неужели так заметно, что не местные?
       – Поступать, – ответила я. – Простите великодушно, но я действительно вас не видела, мне так неловко, – заговорила я, смущённо пряча глаза, вспоминая теткины уроки. – Не могли бы вы мне помочь добраться до пункта приема абитуриентов, надеюсь, вас не затруднит помочь немного покалеченной девушке?
       – Вам не стоило поднимать столь тяжёлую вещь, когда это можно отнести левитацией! – явно пристыдили меня, чуть улыбнувшись уголком губ (словно я знать об этом, как о чём-то само собой разумеющемся должна, а я не знаю; даже в поместье мне об этом не говорили).
        Я залилась румянцем, хотя какой румянец на смуглой коже?!
       – Ну и чего расселись? – Катя нисколько себе не изменила! Подруга подошла к нам со своим новым спутником.
       – Это моя подруга, – не стала я уточнять: мне не представлялись, и меня об имени не спрашивали, соответственно, я и Катино произносить не стала. – Мы вместе поступать будем. Так вы мне поможете?
       – Разумеется!
       – И куда? – спросила Катя, поглядывая на нас. Позади нее стоял крепкий детина с добрыми глазами, носом картошкой, незаметной ямочкой у рта и прической «ежик в бурьяне», то есть стрижено-кучерявый. Рядом стоял наш ящик.
       – Идёмте. – Меня подхватили на руки. Наш провожатый очень даже притягательной наружности, в том смысле, что я больше ни на кого не глядела. И к тому же током его не шандарахало, как некоторых раньше.
        Выгрузив меня среди огромной толпы, незнакомец откланялся.
       – Прошу меня простить. Вам следует занять очередь. Приём – вон в то крыло, – указал он на змеящуюся вереницу людей, и скрылся в толпе (надо было спросить его имя, хотя бы для приличия). Наш новоиспечённый носильщик попросил занять и ему очередь и с нашего позволения скрылся искать женское общежитие.
        Нас вписали в книгу поступающих, выдали карту, талончики на комнаты для коменданта и сообщили, что нужно прибыть с утра в зал сто семнадцать четвёртого корпуса, вход справа, и тому подобное, и так далее. Вот так мы вступили в ряды новобранцев института магии.
        В комнате, что значилась теперь за мной, жила ещё одна девушка, на атлета похожа. Которую, кстати, звали Зили (если сравнивать с нашими автомобилями марки «ЗИЛ» – очень даже похожа, в том смысле, что крупная и без выпендрёжа). Сама комната вполне вместительная, примерно пять на пять, на двоих вполне нормально. Хорошо, что в комнате имелся туалет и раковина для умывания, а вот душ – общий, но на каждом этаже свой. Кате отдельно от меня комнату дали, этажом ниже, сундук пока у неё оставили.
       

Показано 1 из 13 страниц

1 2 3 4 ... 12 13