— Ну да, действительно! Подождем, когда она придет к нему ночью и зарубит! — Разозлился мой друг. — Ран, ты же знаешь, я на твоей стороне. Давай я это сделаю, а?
— Ты в своем уме? — Угрожающе подавил я. — Что ты предлагаешь?
Кави тут же сбавил градус напряжения и отпрянул.
— Ничего такого, в чем ты хочешь меня обвинить. — Он ухмыльнулся. — На самом деле, после того, что я сделаю, меня ни в чем нельзя будет обвинить.
— Следи за языком! — Пригрозил. — Не смей ее трогать! Какая бы она не была…
— Да я же не убивать ее собираюсь, успокойся! — Возмутился Кави. — Я просто хотел подставить ее на задании и уволить! Боги, как же плохо ты обо мне думаешь!
— Ха-ха! Да-да, дело только в наших мыслях, — позабавился Грум, даже я улыбнулся. — Вспомним только, как кое-кто однажды вознамерился решить вопрос с жильем попыткой взрыва.
Кави спокойно воспринял это на свой счет и без эмоций ответил:
— Это было давно. Я был молод и импульсивен.
— Конечно, дедуля! — Хохотнул Грум. — Сейчас ты вырос и больше не совершаешь глупостей!
— Он прав, Кави, — поддержал я.
— Ты-то с чего на его сторону пошел?! — Разозлился друг.
— И это говоришь мне ты, — хмыкнул.
Кави скривился, растер шею, якобы это сейчас требовалось, а потом лишь произнес:
— Я же говорю — я был молод.
Грум и я обменялись ухмылками.
— Слушайте, да я же не против, чтобы она жила не тужила, но подальше от дома Кайтранов. Что плохого в предосторожностях?
А вот тут я был согласен с лучшим другом. Конечно, когда юрисконсульт живет в доме мага высшей степени, так гораздо удобнее ходить на задания и решать множественные вопросы. Однако, если Валетта уже угрожает моей жизни…
До сих пор не могу поверить в то, что она — наемница и рядом со мной, чтобы подстроить несчастный случай. Как такая девушка, как она, может ввязать во что-то подобное?
— Так или иначе, но переселять ее сейчас будет не разумно, — заметил я. Кави вынужден был со мной согласиться. — Нужно выждать.
— Но я буду дежурить у ее комнаты! — Заявил Кави. — Ран… — он немного смягчился, — постарайся выполнить все задания побыстрее.
Побыстрее. Медленно улыбнулся и внутри все невольно сжалось. Грум понял все сразу и уткнулся в свою кружку. Но Кави был слишком увлечен сложившейся ситуацией, поэтому не сразу вспомнил.
— Пару недель и все закончено! — Подстегивал мой друг.
Я глянул на него все еще с этой защитной полуулыбкой.
— Скоро октябрь, — произнес я.
Снова все вспомнилось, снова все вернулось. Никогда, это никогда не уйдет.
Кави изменился в лице мгновенно, чуть осунулся и теперь смотрел на меня совсем по-другому. Сочувствие, которое он хотел всеми силами скрыть за безразличием, пробивалось, словно вода, прорвавшая дамбу.
— Верно, — только и смог вымолвить мой друг, а потом спрятал взгляд на мгновение. Вернулся ко мне он уже с улыбкой и глубоким откликом в глазах. Поддержка. — Как всегда? Маршрут полностью?
— Как всегда, — подтвердил я и только притворился, что улыбаюсь от радости.
Молчание затянулось на несколько напряженных минут.
— Ты точно не хочешь, чтобы я поехал с тобой? — В очередной раз предложил Кави.
Ответ на этот вопрос не требовался, все его знали, но Кави продолжал по старой доброй традиции его задавать. Мне было приятно это слышать каждый раз, несмотря на то, что я всегда давал отрицательный ответ.
Несмотря на упадочное настроение, с друзьями мы провели в трактире еще несколько часов. Отвлеклись и просто хорошо проводили время. Даже взялись поучаствовать в местных забавах и в пух и прах разбили крепких наемников, остановившихся здесь проездом.
Ближе к ночи, довольные и уставшие, мы отправились обратно домой. Спать пошел хоть и еле доплелся до кровати, но все же был рад, что отвлекся. Мысли имеют привычку навязчиво надоедать.
Спал, как всегда, без задних ног. Но не почувствовать чье-то присутствие просто не смог. Открыл глаза — кто-то подкрадывается сзади. Сначала шальная мысль — приснилось. Но нет, шаги вполне реальны.
И тут я вспомнил слова Кави. Крадется. Она пыталась меня убить.
Сделав глубокий вздох, я уже даже не расстроился. Глупо было приходить сюда среди ночи. На что она рассчитывала? На эффект неожиданности?
— Решила больше не пытаться подловить на заданиях? — Хмыкнул я и сел.
Остановилась. Я почувствовал угрозу и обернулся как раз вовремя, ведь острый нож метил мне прямо в сердце. Но тут, в сумерках полуночной комнаты, я вдруг понял одну страшную вещь: это была не Валетта.
В руках зажат кухонный нож, хилое тельце, только один здоровый глаз…
— Верт, — выдохнул в ужасе и даже позволил ему чуть усилить напор.
Верт. Мой маленький Верт? Тот самый, которого я нашел едва живого и привел в свой дом? Что я сделал не так? Насолил ему? Оскорбил? Унизил? Обидел? Впервые с тех пор, как Валетта меня чуть не убила, я пожалел, что сейчас передо мной не она.
Верт, самый лучший из всех людей на земле, и… с ножом? На меня?
Оттолкнул его и поднялся, пытаясь хоть как-то призвать свой здравый смысл. Но как? Как?!
— Верт, пожалуйста…
Он не слушал, снова бросился на меня с ножом. В этот раз я оттолкнул его чуть сильнее. Рука не поднималась причинить ему боль. Но, так или иначе, после второй попытки я оттолкнул его так сильно, что он ударился спиной о дверь и осел на пол.
— Прости, — я приблизился и хотел помочь. — Верт, если что-то было не так, ты бы сказал, я…
Но резкое движение и из раны на руке идет кровь.
Верт. Как же так?
— Верт, пожалуйста. Я не хочу причинять тебе боль, но если ты еще раз нападешь, я…
Даже вслух это озвучивать было страшно. Нет, я не смогу, кого угодно я могу ранить, но только не его. Это продолжало уничтожать меня изнутри.
Не знаю, подействовал ли мои слова, но что-то в решимости Верта поменялось. Подскочив на ноги, он почему-то решил бежать. Дернул на себя ручку и выскочил в коридор.
— Верт! — Я бросился за ним, а он потерялся в коридорах…
Что? В смысле — потерялся? Да эти коридоры он знал лучше, чем свои пять пальцев.
На лестнице раздался топот, секунда и перед Вертом появился Кави. Он услышал шум и естественно прибежал, однако ситуация была для него еще более загадочной, чем для меня.
— Что происходит? — Спросил Кави.
А Верт, то ли испугавшись, то ли просто растерявшись, вдруг резко бросился на Кави с ножом. Мой друг, конечно, тоже сильно удивился, ведь подобное не ожидаешь. Но Кави тоже был не промах, потому также, как и я раньше, оттолкнул Верта в сторону и тот упал на пол, не устояв на ногах.
— Хозяин! Все в порядке? — Выбежали и другие обитатели дома Кайтранов.
Спрашивала Мойла. И точно так же, как и мы с Кави, все приходили в откровенное состояние шока. Никто не понимал, что происходит, почему это происходит и, главное — что будет дальше?
— Хозяин! У Вас кровь!
Мойла хотела было перебежать отделявшее нас расстояние, но старик Тогар, крепкий и здоровенный детина, удержал ее. И правильно сделал. Верт снова вскочил на ноги и принялся атаковать. Тогар едва успел оттащить Мойлу, Кави удалось снова оттолкнуть мальчишку. В этот раз я уже двинулся вперед, чтобы обезоружить Верта, но тут все завертелось слишком быстро.
Кто-то закричал, вниз спустилась Валетта, и я как будто впервые ее увидел. Валетта…
Считанные мгновения, Верт бросается на Кави, тот уходит в сторону и…
— ВАЛЕТТА! — Ору я и рвусь вперед.
Через пару мгновений Кави уже насел на Верта, блокируя все его движения, а я замер перед Валеттой, которая держалась за кинжал у себя в животе. Она даже не поняла, что произошло, просто хлопала глазами, а потом опустила взгляд…
Кровь растекалась по ее светлому халату, ее повело, и она стала падать на пол. Вовремя рванувшись к ней, я подхватил ее.
— Так, спокойно, — уверенно заговорил я.
Вытащив кинжал, я встретился с ее взглядом и замер. Заклинание исцеления уже залечивало ее рану, но ее глаза… я видел в них мольбу. Доверие. Такое не подделать, ведь она понимает, что рана смертельна. Если бы не мои магические способности, она бы не спаслась.
Она не может колдовать.
За мгновение я вдруг почувствовал ее беспомощность. Как же она выживала все это время? Ответственностью пробило до кончиков волос. Она доверяла мне свою жизнь. И в этот самый миг я вдруг подумал, как глупо было считать ее убийцей. Странно, ведь именно она и могла бы быть идеальной убийцей…
Но сейчас, лежа у меня на руках, доверяя мне так, как от нее я явно не ожидал, я был абсолютно уверен в ее невиновности.
Это конечно не означало, что я начну доверять ей сам…
Внимание привлек Кави. Я почувствовал опасность за долю секунды и уже кричал ему остановиться.
— Что?.. — Кави несколько растерялся, удерживая кулак от фатального удара.
— Не трогай его.
— Но он пытался тебя убить! — Резонно заявил он.
— Это не дает тебе право распоряжаться его жизнью.
Кави замер в нерешительности, но так и не слез с Верта. Когда заклинание исцеления полностью залечило рану Валетты, я осторожно прислонил ее к стенке. Она ответила на мой не заданный вопрос: «Все в порядке?» коротким кивком головы, и вот я уже подхожу к Верту. Беру за руку, резким рывком поднимаю на ноги. Он вырывается, извивается, пытается сбежать. Но тут, в его единственном уцелевшем глазу я вдруг вижу…
— Заклятие! — Выдыхаю и тут же обращаю действие.
Зеленоватая дымка струится вокруг его головы, а затем исчезает.
Верт замирает. Пару минут он просто стоит без каких-либо признаков разума. Все вокруг замерли в ожидании, каждый ждет очередного нападения. Но мальчишка наконец-то приходит в себя и моргает. Раз, другой, третий…
— Хозяин? — Удивлен, но пока еще не до конца понимает. — Что случилось?
Следующим беспощадным шагом становятся воспоминания. Они возвращаются к нему так, будто кто-то втыкает в него острый кинжал с каждой новой минутой, ответственность за которые он не несет.
Ужас застывает на его лице, он наконец-то доходит до последнего события и задерживает дыхание. Это стало для него разрушением, чем-то вроде падения со скалы и разбивания об острые камни. Я видел, как это уничтожало его, как он на глазах терял всякую надежду на хоть какое-то спасение.
Обессилив, он падает на колени и кланяется мне в ноги. Кави успел среагировать и на всякий случай рванулся к нам, но понял, что в этот раз его помощь уже не требуется. Все молчали, ждали каких-то указаний или действий. Я должен был успокоить свою семью.
— Случилось недоразумение, — первым делом окинул я решительным взглядом Мойлу, Тогара и всех тех, кто выглядывал из-за их спин. — Теперь все в порядке. Ложитесь спать.
Мои слова были четкими и указательными, поэтому никто не возражал. Молча поклонившись, толпа разошлась по своим комнатам. Остались только мы вчетвером: я, Кави, Грум, протиснувшийся сквозь толпу, и Валетта.
Девушка внезапно приблизилась ко мне, и я почувствовал, что она ищет во мне защиту. Я не мог ей полностью доверять, но сейчас, вспомнив, как распознал в ночном госте именно ее, мне стало стыдно. Зря я так с ней.
Когда в доме все стихло, остался только Верт, кто издавал хоть какие-то вздохи. Тихо всхлипывая, он неустанно просил прощения за свой поступок. Я попытался поднять его на ноги, но он только сопротивлялся и все кричал, что не достоин стоять рядом со мной наравне.
Общими усилиями он оказался на своих двоих, под обе руки его поддерживали Грум и Кави.
— Госпожа, — взмолился Верт, обращаясь к Валетте, — простите меня, пожалуйста. Простите.
Валетта еще ближе придвинулась ко мне, почти спрятавшись за моим плечом. Каждое новое сокращенное расстояние было для меня неожиданным сближением, которого я не мог объяснить. Просто это было важно, что она мне доверяет.
— Верт, — обратился я, и мальчишка замер так, будто я собирался выносить смертельный приговор. — Что случилось?
Весь задрожав, Верт с трудом сглотнул, а затем принялся вспоминать.
— Все было как обычно, Господин, — рассказывал он, — я бегал по поручениям из конюшни и из кузнецы, выполнял свои привычные дела. Ничего необычного.
— Но оно должно быть, — настаивал я, заполоняя страхом бедного мальчишку звуком своего голоса. — Думай, Верт, это сейчас очень важно.
И мальчик начал думать. Он действительно очень старался, по нему было видно, что он ушел в свои мысли очень глубоко. Но ни к какому умозаключению он так и не пришел. Извинениями он сыпал, словно ливень.
— Ран, — позвал Кави, — я им займусь.
Несмотря на то, что я бы мог сам устроить допрос, все же я был благодарен другу, что он берет это на себя. Предательство от Верта ударило сильнее, чем я ожидал. Более того — осознание того, что некто проник в его сознание и наложил заклятие, сеяло сомнения в отношении всех обитателей моего дома.
Это был очень грамотный ход, и, к сожалению, очень действенный, если недоброжелатель хотел посеять смуту в моей голове.
Кави увел за собой Верта, Грум кивнул мне, намекая, что лучше уж присмотрит за тем, как Кави будет устраивать допрос. Да, это определенно требовалось.
— Вэйран, — позвала Валетта, и я только сейчас вспомнил о ней. Заглянул в ее глаза. Странно, что они дарили мне умиротворение. Связано ли это с ее доверием? — Ты должен подумать и вспомнить всех своих недоброжелателей. Кто мог так явно желать тебе смерти?
На какое-то мгновение в голове еще мелькнула мысль: «Ты», но я отложил ее до лучших времен. Доверять кому-то окончательно нельзя, Кави прав, все может развернуться в мгновение ока.
Но то лишь мои мысли.
— У меня много врагов в Столице, — расплывчато ответил на ее вопрос.
— Их нужно всех как следует изучить. Что мы уже знаем о нем? Он — маг. Причем хороший менталист, раз сумел наложить столь сложное заклятие на Верта. Если мальчик ничего не вспомнит, то это дает врагу еще одну ступень в магии. А это определенно сокращает список подозреваемых.
Мне нравилось, когда Валетта начинала свои разгромно-торжественные речи, как я привык их воспринимать. Было ли то предъявление бесконечных обвинений и зачитывание законов, или же ее помощь в расследовании покушения на убийства.
С одной стороны, девушка казалась мне такой невинной и беззащитной, но с другой — умной и сообразительной. Кави был прав, она умела выживать. А оттого она могла быть еще опаснее.
Но какие бы цели она не преследовала, с уверенностью я мог сказать одно: из всех кандидатов она единственная, кто не мог наложить заклятие на Верта. Опять же это было связано с ее неспособностью к магии.
— Составь список всех, кого ты знаешь, кого подозреваешь, кто может быть потенциальной угрозой, — продолжала она. — Он будет небольшим, но зато у нас появятся зацепки.
«У нас». Это прозвучало из ее уст так забавно.
— Почему ты помогаешь мне, Валетта? — Решил спросить напрямую я.
Девушка замерла и даже несколько удивилась.
— А почему не должна? — Совершенно искренне переспросила она. — Я же твой юрисконсульт. — Это прозвучало неубедительно даже для нее. Проанализировав собственные слова, она смягчилась и теперь стала походить на тот образ беззащитной Валетты, которую мне почему-то хотелось защищать. — Ты спас мне жизнь, Вэйран. Спасибо. И несмотря на то, что выйти в открытый магический бой с твоим врагом я не смогу, мне бы хотелось тебе помочь.
