Нетрезвые подружки резво ввалились в салон на заднее сиденье, и, весело хохоча, начали бурно подводить итоги закончившейся встречи одноклассников, перемалывая сплетни, обсуждая, кто с чем пришел, во что был одет и где работает. Эрик сосредоточенно смотрел на слабосвещенную дорогу и почти не слышал, о чем говорят женщины. Но порой до его ушей доносились неприличные высказывания и едкие усмешки. К концу пути женщин укачало, обе сникли от усталости и замолчали. Зоя сидела позади мужа, а Алла вперила свой задумчивый нетрезвый взгляд в серьезное лицо водителя.
- Блин, Зойка, какой все-таки у тебя красивый муж, - Алла произнесла это нарочито громко, чтобы ее слова мог услышать Эрик.
- Да, у меня очень красивый муж, - тут же согласилась подруга, радуясь Алкиной зависти.
- Я это заметила еще с самой вашей свадьбы, - Алке всегда нравилось злить Зою своими саркастическими шутками.
- У меня не просто красивый муж, - строго сказала Зоя, - он еще и верный.
- А это мы еще проверим, - захихикала Алла.
- Только попробуй, - насторожилась Зоя.
- И что будет? - дразнила Алка подругу.
- Увидишь! - рявкнула Зоя.
Эрик остановил машину у Алкиного дома.
- Я его когда-нибудь обязательно трахну, - выпалила Алка.
Разъяренная Зойка тут же начала выпихивать подругу из машины, а та лишь задорно смеялась, обрадованная тем, что все-таки удалось вывести подругу из себя. Эрик сделал вид, что не слышал последней фразы, и с невозмутимым видом погнал машину в сторону дома.
Зоя молчала до того момента, пока они с Эриком не зашли в квартиру.
- А ну-ка выкладывай, что у тебя с Алкой, - потребовала немедленный ответ жена, искривив рот в противной пьяной ухмылке.
- Что на тебя нашло? - напрягся Эрик.
- У меня все хорошо, а вот что у тебя с моей подругой, надо бы выяснить, - заплетающимся языком проговорила Зоя.
- Зоя, ты пьяная. Иди спать, - сказал спокойно Эрик.
- Кто?! Я пьяная?! - возмутилась супруга. - Ты считаешь меня алкоголичкой?
Эрик уже сам был не рад своим словам. Зоя снова раздувала ссору на ровном месте. Эрик не любил пьяных людей, а в особенности женщин, начинающих выяснение отношений.
- Нет, ну ты скажи, - Зойка дернула мужа за рукав, - я пьяница? А ты поэтому мне изменяешь с моими подругами?! Да?
- Я не изменяю, - прошипел Эрик, теряя терпение.
Уж кто бы обвинял кого в изменах? Эрику сразу припомнилась та ночь, когда он видел, как супруга выходила из машины своего любовника. Этот неприятный момент никак не стирался из его памяти.
- И чем ты докажешь? - не унималась супруга.
- Я ничего и никому не собираюсь доказывать, - твердо сказал Эрик.
- Значит, тебе есть, что скрывать, - предположила жена.
Эрик решил не поддерживать этот бессмысленный разговор, но супруга была настроена противоположно.
- Я все поняла, - она покачала головой. - Ты женился на мне из-за собственной выгоды, чтобы устроиться в Таллине. У меня ведь отец моряк, семья обеспеченная. А теперь бегаешь по бабам. Знаешь кто ты?!
Эрик сделал вид, что ничего не слышит и устало плюхнулся на диван.
- Да ты тряпка последняя, у тебя ничего нет. Ты нищая сволочь!!! - ссора плавно перерастала в откровенный пьяный скандал. - Давай собирай свои шмотки, садись в свой мусорник и уматывай к своей любимой мамочке! Она в тебе души не чает и быстро подложит по какую-нибудь шлюшку! И не смей больше приставать ко мне в постели, я тебе все равно не дам! Не заслужил! Не достоин!
Зоя, не чувствуя грани приличия, продолжала кричать, оскорбляя не только собственного супруга, но и его мать. Оказавшись в этой ситуации, даже такое железное терпение, как у Эрика, может дать сбой. Он смотрел на стоящую перед ним супругу, изрыгающую унижения вперемешку с матерными словечками, и его начинало переполнять дикое раздражение. Зоя махала руками перед самым его носом. Все получилось как-то само собой: Эрик вскочил с дивана и резким движением залепил супруге ладонью в лоб. Зоя опешила, уперевшись спиной в стену, и вытаращила на мужа глаза. Эрик смотрел на жену твердым суровым взглядом, на какой только был способен, потом строго и отчетливо прошипел сквозь зубы:
- Заткнулась и быстро пошла спать!
- Ты меня ударил! - сквозь слезы выкрикнула Зоя.
Она хотела сказать еще что-то, но муж крепко схватил ее за руку и втолкнул в спальню. Сам решил остаться спать на диване в гостиной.
Спал Эрик плохо, часто просыпался от странных снов, которые забывал сразу же, как только открывал глаза. На утро он проснулся раньше обычного разбитый и недовольный. «Это уже нервы дают сбой», - подумал мужчина и, собрав постель, отправился в душ.
Когда поток теплых струй воды наконец хоть немного смыл скверное утреннее настроение, Эрик вышел из ванной, обернув бедра махровым полотенцем. К его удивлению на диване в гостиной его уже поджидала супруга.
- Доброе утро, - виновато-приветливым тоном начала Зоя.
- Доброе, - буркнул муж, которому не хотелось никаких разговоров.
- Эрик, прости меня за вчерашнее, - жалобно, но четко произнесла супруга.
Мужчина промолчал.
- Эрик, ты что, не слышишь? - настойчиво проговорила Зоя, заставляя мужа вымолвить хоть слово.
- Слышу, - отозвался Эрик.
- Котюнчик, - жена поднялась с дивана, подошла к мужу, обняла за талию и уткнулась ему в спину лбом, - я в последнее время стала очень нервная. И знаешь почему?
Эрик стоял лицом к окну, лицезрея зеленую листву высоченной липы, растущей напротив окон их квартиры, и молчал.
Зоя потерлась щекой о его спину, но мужчина даже не шелохнулся.
- Котюнчик, - снова повторила жена домашнее прозвище Эрика. - Я больше не могу молчать, мне очень тяжело нести этот груз, ведь я очень виновата перед тобой.
Зоя на минуту замолчала и крепче сжала мужа в объятиях, прижавшись губами к его спине и покрывая влажную кожу мелкими поцелуями.
- Я хочу тебе кое в чем признаться, - предупредила она. - И очень надеюсь, что ты сможешь меня простить.
Все тело Эрика напряглось, почувствовав, что за этой фразой жены последует что-то весьма неприятное. Ощутив напряжение мышц супруга, Зоя сделала шаг назад.
- Повернись ко мне, - попросила она.
Мужчина послушно повернулся лицом к жене, полуприсев на подоконник.
- Знаешь, Эрик, - слова явно давались женщине с трудом, - я долго думала, стоит ли тебе об этом говорить, и решила, что между нами не должно быть секретов. Мы ведь любим друг друга?
Эрик продолжал молчать, глядя в пол.
- Я тебя люблю, - призналась Зоя. - А ты меня любишь?
Это был тот вопрос, который всегда бесил Эрика. Он с трудом верил в любовь, и до сих пор не разобрался, как же эта любовь должна выглядеть на самом деле. Наверно, он любит свою жену, раз живет с ней. Ведь больше ему любить некого. Поэтому ответить жене, что не любит ее, он никогда бы не решился. И в то же время, ответить, что любит, у него язык почему-то не поворачивался. Да и вопрос сам по себе провокационный, потому что отрицательный ответ влечет за собой определенные последствия и, как правило, неминуемое расставание. Зачем же жить вместе, если нет любви? Мужчина искренне не понимал, зачем вообще задавать подобные вопросы. Если кто-то хочет признаться в любви, то сделает это сам, а, если нет желания говорить эти слова, то и незачем вытягивать их клещами.
- Да, - наконец еле выдавил из себя Эрик.
- Эрик, я хочу признаться, что изменяла тебе на протяжении нескольких лет. Если хочешь знать, с кем, то я рассажу тебе. Но сначала мне надо, чтобы ты меня простил. Ведь, если ты меня по-настоящему любишь, то обязательно простишь. Любящие люди прощают друг другу все ошибки, - выпалила Зоя на одном дыхании.
Больно резануло по мужскому самолюбию. Эрик поморщился и непроизвольно тряхнул головой, словно хотел сбросить с себя навалившейся поток негатива, грязи и презрения. Он уже давно подозревал, что жена не хранит ему верность, но старался не думать об этом, не бередить отравленные изменой супруги чувства. Так ему было легче. Он, как страус, прятал голову в песок, и, стиснув зубы, как ни в чем не бывало, продолжал жить семейной жизнью, представляя себе, что у него вполне приличная семья, и другой быть не может. Ему казалось, что, если он не видел собственными глазами свою жену в постели с другим мужчиной, то все не так и страшно, а его подозрения – это всего лишь фантазии воспаленного мозга. И вот теперь Зоя все испортила своими раскаяниями, поставив Эрика перед фактом своих измен.
Она приблизилась к нему и, подняв голову, смотрела в лицо супруга виноватым взглядом. Мешки под глазами делали выражение ее лица смешным, схожим с мордой сильно нашкодившего и осознавшего свою вину наказанного бульдога. Но Эрику было совсем не до смеха. Правда жены вывернула наизнанку всю их семейную жизнь, смешав с помоями все остатки былых чувств, которые Эрик внушил сам себе десять лет назад и придал им статус любви. Но так скоро все это сжигается серной кислотой ее признаний, сменяя на безразличие и остывание к ней.
- Ты простил меня?
Очередной вопрос Зои вернул Эрика в действительность. Им овладело двоякое чувство, раздиравшее пополам его нутро. С одной стороны, ему хотелось все бросить и уйти от Зойки без объяснений. Но практичная часть разума не позволяла ему это сделать, потому что идти, в сущности, было некуда. Где и как снять жилье, мужчина никогда не задумывался, а ночевать на вокзале подобно бомжу, Эрик был не готов. Остается еще такой фактор, как ответственность за сына, и для этого необходимо сохранение их покалеченной семьи. Поэтому практичность взяла вверх, и Эрик вяло покивал головой.
- Правда простил? - обрадовалась супруга. - Я знала, что ты у меня самый-самый… Никто не может быть лучше тебя. Никто, с кем мне приходилось быть.
- Я не хочу ни о ком знать, - резко сказал муж. - И возвращаться к этой теме больше не стоит.
Зоя протянула руки, чтобы обнять супруга, и он позволил ей это сделать.
- Котюнчик, у меня гора с плеч упала, - облегченно выдохнула Зоя.
- Я же сказал, хватит мусолить эту тему, - сердито произнес муж.
Зоя очень удачно переложила свою гору на другие плечи. Эрик злился, потому что теперь эта гора стала его ношей.
- Я очень тебя люблю! Ты ведь не уйдешь от меня, не бросишь? - жена попыталась дотянуться губами до губ Эрика.
Эрик отстранился и усадил женщину на диван. Сам присел рядом с ней. Зоя ждала ответа.
- Ну, а как я без тебя? - Эрик печально взглянул на несчастную супругу.
Эта фраза явно обрадовала Зою, укрепив в ней уверенность, что муж останется с ней.
А для Эрика эта фраза была отчасти абсолютной правдой, потому что он пока не мог себе представить, как будет существовать в одиночку, ведь когда-то он сознательно шел на создание их семейного союза и всех вытекающих из этого обязательств. А решение глобальных проблем и кардинальных решений никогда не было сильной стороной его натуры. Ему проще было стиснуть зубы, приспособиться и плыть по течению жизни с минимальными трудностями и затратами.
Сегодня у Нины был весомый повод для радости. Наконец-то у них с мужем появилось собственное жилье. Прощай, съемная квартира! Здравствуй, своя и отдельная! Она глубоко с упоением втянула воздух в легкие, подняла голову и пробежалась глазами до самой крыши пятиэтажки, с наслаждением предвкушая новый этап в жизни. Мечтательно улыбаясь, внешне молодая женщина была сдержанна, хотя в душе готова была, как ребенок, прыгать на месте и хлопать в ладоши. Но вдруг она столкнулась взглядом с мужчиной, который стоял и курил на одном из балконов, беспардонно таращась на нее. Не успев рассмотреть лицо наглеца, Нина быстро отвела взгляд, с досадой подумав про курящих соседей. Это сейчас лето, и любители попыхтеть сигареткой выходят на свои балконы, а, когда наступают холода, то многие из них берут моду смолить на лестничной клетке, не задумываясь о том, что въедливый дым имеет свойство проникать в квартиры через малюсенькие дверные щели и замочные скважины. Курение – очевидный вред! Нина давно избавилась от этой пагубной привычки и не собиралась к ней возвращаться. Женщина не терпела запах табачного дыма и вонь от затушенных окурков, поэтому настроение несколько ухудшилось от того, что, возможно, в будущем придется делать замечания соседям и просить, чтобы не курили в подъезде. Нина отбросила скверные мысли, взяла цветочный горшок с комнатным растением и отправилась в подъезд по лестнице на свой любимый второй этаж.
Когда она вновь спустилась к машине за следующим предметом, то не отважилась уже так откровенно разглядывать фасад здания, чтобы больше ни с кем не встречаться взглядом, хотя уже и не помнила на каком именно этаже находился балкон курящего соседа – на втором или на третьем. Ее голова была занята другими проблемами, в том числе, как расставить мебель в квартире и что докупить для создания максимального уюта.
Переезжая на новую квартиру, Нина заранее не желала никаких знакомств с соседями. Она считала, что все эти похождения соседей за солью да за яйцами к добру не приводят. И зачем ей эти старушки, которые вечно сидят на лавочке возле дома и обсуждают каждого, кто пройдет мимо. «Сплетен, конечно, не миновать, но пусть сплетничают про меня, как про совершенно незнакомого человека, я их не знаю, они меня тоже, - думала Нина, глядя на местных бабулек, - а то в глаза одно, а за глаза совсем другое». Нина полагала, что будет лучше, если соседи не будут знать, с кем она идет домой, кто приходит к ней в гости или подвозит ее до дома. Мало ли что увидят, сами додумают, а потом начнут судачить, сопоставлять факты и делать неправильные выводы. Ну их куда подальше.
Вместо кошки на новую свою квартиру Нина взяла щенка бордосского дога, точнее подарила дочке на день рождения. Назвала как тридцать седьмого президента – Никсон, но вскоре кличку сократили до Ник, а совсем по-домашнему щенок стал отзываться на Сникерс. Котов Нина недолюбливала. То есть она любила их, как и других животных, но только не у себя дома и на расстоянии. Ей всегда казалось, что, кроме крупных пород собак, остальных домашних животных, типа птичек, рыбок, кошек, хомячков, в квартире заводить совсем необязательно. Для нее это лишний стресс, когда эти малюсенькие, ни в чем неповинные животинки вдруг умирают через год-два. А она уже к ним привязалась и, считая членами семьи дала всем имена. Лить слезы по каждой рыбке Нина больше не хотела после того, как еще в детстве увидела, что отец смывает в унитаз рыбку-петушка, который всплыл в аквариуме кверху брюшком, хотя до этого очень шустро плавал в своей обители, и ничего не предвещало беды. Или, когда к ним в окно залетел маленький попугайчик, а через пару дней его нашли на подоконнике холодного, лежащего лапками вверх. Потом они всей семьей организовали ему похороны, закопав на полянке под кустом. Восьмилетняя девочка Нина тогда долго ухаживала за могилкой, оплакивая пернатого. А вот больших собак она любила очень. Ей нравилось их дрессировать и воспитывать. Лучше собаки друга не найти, собака не предаст в отличие от человека, особенно мужчины. Да и с женщинами надо быть даже более осторожной.
Нина вышла к подъезду со своим двухмесячным питомцем и ждала, пока щенок оправится на газоне у дома. Вдруг позади себя она услышала чей-то голос:
- Блин, Зойка, какой все-таки у тебя красивый муж, - Алла произнесла это нарочито громко, чтобы ее слова мог услышать Эрик.
- Да, у меня очень красивый муж, - тут же согласилась подруга, радуясь Алкиной зависти.
- Я это заметила еще с самой вашей свадьбы, - Алке всегда нравилось злить Зою своими саркастическими шутками.
- У меня не просто красивый муж, - строго сказала Зоя, - он еще и верный.
- А это мы еще проверим, - захихикала Алла.
- Только попробуй, - насторожилась Зоя.
- И что будет? - дразнила Алка подругу.
- Увидишь! - рявкнула Зоя.
Эрик остановил машину у Алкиного дома.
- Я его когда-нибудь обязательно трахну, - выпалила Алка.
Разъяренная Зойка тут же начала выпихивать подругу из машины, а та лишь задорно смеялась, обрадованная тем, что все-таки удалось вывести подругу из себя. Эрик сделал вид, что не слышал последней фразы, и с невозмутимым видом погнал машину в сторону дома.
Зоя молчала до того момента, пока они с Эриком не зашли в квартиру.
- А ну-ка выкладывай, что у тебя с Алкой, - потребовала немедленный ответ жена, искривив рот в противной пьяной ухмылке.
- Что на тебя нашло? - напрягся Эрик.
- У меня все хорошо, а вот что у тебя с моей подругой, надо бы выяснить, - заплетающимся языком проговорила Зоя.
- Зоя, ты пьяная. Иди спать, - сказал спокойно Эрик.
- Кто?! Я пьяная?! - возмутилась супруга. - Ты считаешь меня алкоголичкой?
Эрик уже сам был не рад своим словам. Зоя снова раздувала ссору на ровном месте. Эрик не любил пьяных людей, а в особенности женщин, начинающих выяснение отношений.
- Нет, ну ты скажи, - Зойка дернула мужа за рукав, - я пьяница? А ты поэтому мне изменяешь с моими подругами?! Да?
- Я не изменяю, - прошипел Эрик, теряя терпение.
Уж кто бы обвинял кого в изменах? Эрику сразу припомнилась та ночь, когда он видел, как супруга выходила из машины своего любовника. Этот неприятный момент никак не стирался из его памяти.
- И чем ты докажешь? - не унималась супруга.
- Я ничего и никому не собираюсь доказывать, - твердо сказал Эрик.
- Значит, тебе есть, что скрывать, - предположила жена.
Эрик решил не поддерживать этот бессмысленный разговор, но супруга была настроена противоположно.
- Я все поняла, - она покачала головой. - Ты женился на мне из-за собственной выгоды, чтобы устроиться в Таллине. У меня ведь отец моряк, семья обеспеченная. А теперь бегаешь по бабам. Знаешь кто ты?!
Эрик сделал вид, что ничего не слышит и устало плюхнулся на диван.
- Да ты тряпка последняя, у тебя ничего нет. Ты нищая сволочь!!! - ссора плавно перерастала в откровенный пьяный скандал. - Давай собирай свои шмотки, садись в свой мусорник и уматывай к своей любимой мамочке! Она в тебе души не чает и быстро подложит по какую-нибудь шлюшку! И не смей больше приставать ко мне в постели, я тебе все равно не дам! Не заслужил! Не достоин!
Зоя, не чувствуя грани приличия, продолжала кричать, оскорбляя не только собственного супруга, но и его мать. Оказавшись в этой ситуации, даже такое железное терпение, как у Эрика, может дать сбой. Он смотрел на стоящую перед ним супругу, изрыгающую унижения вперемешку с матерными словечками, и его начинало переполнять дикое раздражение. Зоя махала руками перед самым его носом. Все получилось как-то само собой: Эрик вскочил с дивана и резким движением залепил супруге ладонью в лоб. Зоя опешила, уперевшись спиной в стену, и вытаращила на мужа глаза. Эрик смотрел на жену твердым суровым взглядом, на какой только был способен, потом строго и отчетливо прошипел сквозь зубы:
- Заткнулась и быстро пошла спать!
- Ты меня ударил! - сквозь слезы выкрикнула Зоя.
Она хотела сказать еще что-то, но муж крепко схватил ее за руку и втолкнул в спальню. Сам решил остаться спать на диване в гостиной.
Спал Эрик плохо, часто просыпался от странных снов, которые забывал сразу же, как только открывал глаза. На утро он проснулся раньше обычного разбитый и недовольный. «Это уже нервы дают сбой», - подумал мужчина и, собрав постель, отправился в душ.
Когда поток теплых струй воды наконец хоть немного смыл скверное утреннее настроение, Эрик вышел из ванной, обернув бедра махровым полотенцем. К его удивлению на диване в гостиной его уже поджидала супруга.
- Доброе утро, - виновато-приветливым тоном начала Зоя.
- Доброе, - буркнул муж, которому не хотелось никаких разговоров.
- Эрик, прости меня за вчерашнее, - жалобно, но четко произнесла супруга.
Мужчина промолчал.
- Эрик, ты что, не слышишь? - настойчиво проговорила Зоя, заставляя мужа вымолвить хоть слово.
- Слышу, - отозвался Эрик.
- Котюнчик, - жена поднялась с дивана, подошла к мужу, обняла за талию и уткнулась ему в спину лбом, - я в последнее время стала очень нервная. И знаешь почему?
Эрик стоял лицом к окну, лицезрея зеленую листву высоченной липы, растущей напротив окон их квартиры, и молчал.
Зоя потерлась щекой о его спину, но мужчина даже не шелохнулся.
- Котюнчик, - снова повторила жена домашнее прозвище Эрика. - Я больше не могу молчать, мне очень тяжело нести этот груз, ведь я очень виновата перед тобой.
Зоя на минуту замолчала и крепче сжала мужа в объятиях, прижавшись губами к его спине и покрывая влажную кожу мелкими поцелуями.
- Я хочу тебе кое в чем признаться, - предупредила она. - И очень надеюсь, что ты сможешь меня простить.
Все тело Эрика напряглось, почувствовав, что за этой фразой жены последует что-то весьма неприятное. Ощутив напряжение мышц супруга, Зоя сделала шаг назад.
- Повернись ко мне, - попросила она.
Мужчина послушно повернулся лицом к жене, полуприсев на подоконник.
- Знаешь, Эрик, - слова явно давались женщине с трудом, - я долго думала, стоит ли тебе об этом говорить, и решила, что между нами не должно быть секретов. Мы ведь любим друг друга?
Эрик продолжал молчать, глядя в пол.
- Я тебя люблю, - призналась Зоя. - А ты меня любишь?
Это был тот вопрос, который всегда бесил Эрика. Он с трудом верил в любовь, и до сих пор не разобрался, как же эта любовь должна выглядеть на самом деле. Наверно, он любит свою жену, раз живет с ней. Ведь больше ему любить некого. Поэтому ответить жене, что не любит ее, он никогда бы не решился. И в то же время, ответить, что любит, у него язык почему-то не поворачивался. Да и вопрос сам по себе провокационный, потому что отрицательный ответ влечет за собой определенные последствия и, как правило, неминуемое расставание. Зачем же жить вместе, если нет любви? Мужчина искренне не понимал, зачем вообще задавать подобные вопросы. Если кто-то хочет признаться в любви, то сделает это сам, а, если нет желания говорить эти слова, то и незачем вытягивать их клещами.
- Да, - наконец еле выдавил из себя Эрик.
- Эрик, я хочу признаться, что изменяла тебе на протяжении нескольких лет. Если хочешь знать, с кем, то я рассажу тебе. Но сначала мне надо, чтобы ты меня простил. Ведь, если ты меня по-настоящему любишь, то обязательно простишь. Любящие люди прощают друг другу все ошибки, - выпалила Зоя на одном дыхании.
Больно резануло по мужскому самолюбию. Эрик поморщился и непроизвольно тряхнул головой, словно хотел сбросить с себя навалившейся поток негатива, грязи и презрения. Он уже давно подозревал, что жена не хранит ему верность, но старался не думать об этом, не бередить отравленные изменой супруги чувства. Так ему было легче. Он, как страус, прятал голову в песок, и, стиснув зубы, как ни в чем не бывало, продолжал жить семейной жизнью, представляя себе, что у него вполне приличная семья, и другой быть не может. Ему казалось, что, если он не видел собственными глазами свою жену в постели с другим мужчиной, то все не так и страшно, а его подозрения – это всего лишь фантазии воспаленного мозга. И вот теперь Зоя все испортила своими раскаяниями, поставив Эрика перед фактом своих измен.
Она приблизилась к нему и, подняв голову, смотрела в лицо супруга виноватым взглядом. Мешки под глазами делали выражение ее лица смешным, схожим с мордой сильно нашкодившего и осознавшего свою вину наказанного бульдога. Но Эрику было совсем не до смеха. Правда жены вывернула наизнанку всю их семейную жизнь, смешав с помоями все остатки былых чувств, которые Эрик внушил сам себе десять лет назад и придал им статус любви. Но так скоро все это сжигается серной кислотой ее признаний, сменяя на безразличие и остывание к ней.
- Ты простил меня?
Очередной вопрос Зои вернул Эрика в действительность. Им овладело двоякое чувство, раздиравшее пополам его нутро. С одной стороны, ему хотелось все бросить и уйти от Зойки без объяснений. Но практичная часть разума не позволяла ему это сделать, потому что идти, в сущности, было некуда. Где и как снять жилье, мужчина никогда не задумывался, а ночевать на вокзале подобно бомжу, Эрик был не готов. Остается еще такой фактор, как ответственность за сына, и для этого необходимо сохранение их покалеченной семьи. Поэтому практичность взяла вверх, и Эрик вяло покивал головой.
- Правда простил? - обрадовалась супруга. - Я знала, что ты у меня самый-самый… Никто не может быть лучше тебя. Никто, с кем мне приходилось быть.
- Я не хочу ни о ком знать, - резко сказал муж. - И возвращаться к этой теме больше не стоит.
Зоя протянула руки, чтобы обнять супруга, и он позволил ей это сделать.
- Котюнчик, у меня гора с плеч упала, - облегченно выдохнула Зоя.
- Я же сказал, хватит мусолить эту тему, - сердито произнес муж.
Зоя очень удачно переложила свою гору на другие плечи. Эрик злился, потому что теперь эта гора стала его ношей.
- Я очень тебя люблю! Ты ведь не уйдешь от меня, не бросишь? - жена попыталась дотянуться губами до губ Эрика.
Эрик отстранился и усадил женщину на диван. Сам присел рядом с ней. Зоя ждала ответа.
- Ну, а как я без тебя? - Эрик печально взглянул на несчастную супругу.
Эта фраза явно обрадовала Зою, укрепив в ней уверенность, что муж останется с ней.
А для Эрика эта фраза была отчасти абсолютной правдой, потому что он пока не мог себе представить, как будет существовать в одиночку, ведь когда-то он сознательно шел на создание их семейного союза и всех вытекающих из этого обязательств. А решение глобальных проблем и кардинальных решений никогда не было сильной стороной его натуры. Ему проще было стиснуть зубы, приспособиться и плыть по течению жизни с минимальными трудностями и затратами.
Глава 4
Сегодня у Нины был весомый повод для радости. Наконец-то у них с мужем появилось собственное жилье. Прощай, съемная квартира! Здравствуй, своя и отдельная! Она глубоко с упоением втянула воздух в легкие, подняла голову и пробежалась глазами до самой крыши пятиэтажки, с наслаждением предвкушая новый этап в жизни. Мечтательно улыбаясь, внешне молодая женщина была сдержанна, хотя в душе готова была, как ребенок, прыгать на месте и хлопать в ладоши. Но вдруг она столкнулась взглядом с мужчиной, который стоял и курил на одном из балконов, беспардонно таращась на нее. Не успев рассмотреть лицо наглеца, Нина быстро отвела взгляд, с досадой подумав про курящих соседей. Это сейчас лето, и любители попыхтеть сигареткой выходят на свои балконы, а, когда наступают холода, то многие из них берут моду смолить на лестничной клетке, не задумываясь о том, что въедливый дым имеет свойство проникать в квартиры через малюсенькие дверные щели и замочные скважины. Курение – очевидный вред! Нина давно избавилась от этой пагубной привычки и не собиралась к ней возвращаться. Женщина не терпела запах табачного дыма и вонь от затушенных окурков, поэтому настроение несколько ухудшилось от того, что, возможно, в будущем придется делать замечания соседям и просить, чтобы не курили в подъезде. Нина отбросила скверные мысли, взяла цветочный горшок с комнатным растением и отправилась в подъезд по лестнице на свой любимый второй этаж.
Когда она вновь спустилась к машине за следующим предметом, то не отважилась уже так откровенно разглядывать фасад здания, чтобы больше ни с кем не встречаться взглядом, хотя уже и не помнила на каком именно этаже находился балкон курящего соседа – на втором или на третьем. Ее голова была занята другими проблемами, в том числе, как расставить мебель в квартире и что докупить для создания максимального уюта.
Переезжая на новую квартиру, Нина заранее не желала никаких знакомств с соседями. Она считала, что все эти похождения соседей за солью да за яйцами к добру не приводят. И зачем ей эти старушки, которые вечно сидят на лавочке возле дома и обсуждают каждого, кто пройдет мимо. «Сплетен, конечно, не миновать, но пусть сплетничают про меня, как про совершенно незнакомого человека, я их не знаю, они меня тоже, - думала Нина, глядя на местных бабулек, - а то в глаза одно, а за глаза совсем другое». Нина полагала, что будет лучше, если соседи не будут знать, с кем она идет домой, кто приходит к ней в гости или подвозит ее до дома. Мало ли что увидят, сами додумают, а потом начнут судачить, сопоставлять факты и делать неправильные выводы. Ну их куда подальше.
Вместо кошки на новую свою квартиру Нина взяла щенка бордосского дога, точнее подарила дочке на день рождения. Назвала как тридцать седьмого президента – Никсон, но вскоре кличку сократили до Ник, а совсем по-домашнему щенок стал отзываться на Сникерс. Котов Нина недолюбливала. То есть она любила их, как и других животных, но только не у себя дома и на расстоянии. Ей всегда казалось, что, кроме крупных пород собак, остальных домашних животных, типа птичек, рыбок, кошек, хомячков, в квартире заводить совсем необязательно. Для нее это лишний стресс, когда эти малюсенькие, ни в чем неповинные животинки вдруг умирают через год-два. А она уже к ним привязалась и, считая членами семьи дала всем имена. Лить слезы по каждой рыбке Нина больше не хотела после того, как еще в детстве увидела, что отец смывает в унитаз рыбку-петушка, который всплыл в аквариуме кверху брюшком, хотя до этого очень шустро плавал в своей обители, и ничего не предвещало беды. Или, когда к ним в окно залетел маленький попугайчик, а через пару дней его нашли на подоконнике холодного, лежащего лапками вверх. Потом они всей семьей организовали ему похороны, закопав на полянке под кустом. Восьмилетняя девочка Нина тогда долго ухаживала за могилкой, оплакивая пернатого. А вот больших собак она любила очень. Ей нравилось их дрессировать и воспитывать. Лучше собаки друга не найти, собака не предаст в отличие от человека, особенно мужчины. Да и с женщинами надо быть даже более осторожной.
Нина вышла к подъезду со своим двухмесячным питомцем и ждала, пока щенок оправится на газоне у дома. Вдруг позади себя она услышала чей-то голос:
