Туман расстелился на рассвете. Поздняя осень. Пегая лошадь со всей дури неслась по полю, втаптывая и без того чахлую траву в сырой грунт. Плащ всадника отчаянно колыхался на ветру, и капюшон был готов вот-вот слететь с головы. Поодаль слышался некий шум, похожий на топот вперемешку с глухим стуком копыт, возможно, десятка или даже сотни лошадей!
Всадник неумело дёрнул поводья. Пегая лошадь резко затормозила, буквально зарываясь задними конечностями в землю и раскидывая ошмётки грязи по сторонам, затем сделала разворот, чуть потоптавшись, фыркнула, и наконец-то, встала. Всадник скинул капюшон. Вдруг обнажилось белоснежное худощавое лицо девочки на вид лет тринадцати с буйными локонами темных волос. Она пыталась прислушаться к звукам и почувствовать хоть что-то. Вдалеке сквозь туман показалось войско, преследующее девочку. Точнее сказать орда. Нечто странное, при ближайшем рассмотрении, мало похожее на обычного человека, уж тем более на война, но с мечом и верхом на коне, от макушки до пят грязное, будто не в доспехах, а в каких-то лохмотьях, в общем, похожее на отребье из-под моста. С каждой секундой скопище пребывало и множилось, пока до объекта не осталось нескольких считанных метров. Уловив пристальное внимание первых, а за ними вторых и третьих и так далее рядов, девочка внезапно подняла над головой расправленную ладонь, как бы указывая: «Стоп!» Все замерли.
— Я здесь, чтобы помочь отцу защитить королевство, которое у нас отбирает тот, кто не достоен сесть на трон! — воинственно прокричала девочка. Войско затопало, зашумело. Кони постучали копытом. — Вместе... мы докажем врагу, что я — истинная наследница! — глаза девочки ярко засияли багрянцем. — За мной… восставшие из мёртвых! — прокричала она, разворачивая пегую лошадь.
Один, из числа оживленных принцессой воинов, поспешил передать ей знамя королевства, и с ним она гордо поскакала впереди многотысячной армии живых мертвецов. К закату они поднялись на холм, откуда открывался вид на речку и небольшую деревушку, но любоваться там было нечем: дома, охваченные пламенем, земля, усыпанная телами убитых, брошенные кони, хаотично метавшиеся из стороны в сторону. Всё это время там кипела битва. Королевская армия не надеялась ни на какую помощь и несла значительные потери. Авангард еле сдерживал натиск, и постепенно был оттеснён противником от реки в глубь поселения. Король решил, что нужно срочно отходить за деревню, иначе всех перебьют к чертям собачьим!
Враг не терял ни минуты. Сгруппировав все свои отряды, он ринулся в след за остатками королевского авангарда. Желание занять трон и завладеть королевскими землями рождали в нём немыслимый кураж.
Уцелевшие конницы короля подошли вплотную к холму, и он просто не поверил своим глазам: откуда взялась многотысячная армия, готовая за него сражаться!?
Но Врагу было абсолютно всё равно сколько человек стоит на холме. Он просто построил отряды лучников и отдал приказ «пли!» Град стрел полетел над головами нежити, изрешетив большую часть войска, но никто даже не шелохнулся! С диким воем армия восставших из мёртвых кинулась на врага, словно цепной пёс. В ту же секунду полетели не понятно чьи куски рук и ног, мечи, топоры, крики, вопли… Сколько бы противник не старался порубить нежить в капусту, число её не уменьшалось. Многие воины от страха просто побросали оружие и ринулись наутёк. Принцессе удалось укрыться от обстрела, и пока шла стычка с противником, в лютом хаосе и неразберихе она пыталась отыскать отца. Всё разрешилось только тогда, когда вражеская армия потеряла своего короля. Деморализованная и измотанная, в сумерках, она была атакована с флангов. Её крах был неизбежен. Рыцари кое-как успели подобрать тело своего предводителя и отступить назад к реке. Конец битвы ознаменовался воронами, кружащими в небе.
Король блуждал на поле брани в поисках истины, но от увиденного ещё больше впал в недоумение. На земле ему попался воин зарубленный мечом, который торчал у него из груди. Бедняга всё пытался безуспешно его вынуть, а у него ещё были оттяпаны ноги, и судя по всему, умирать он никак не собирался. В нём король узнал одного из своих военачальников, больше года назад заболевшего волчьей чумой. Её называли так, потому что жертвы испытывали страшные муки и выли будто волки. Из давнего послания о состоянии здоровья герцога монарх узнал, что тот уж при смерти, и даже велел назначить пенсию отпрыскам и вдове. Король никак не ожидал встретить его здесь и тут же бросился к нему со словами:
— Герцог, кто вас привёл?
Рыцарь окинул его отчуждённым взглядом и лишь промычал в ответ, продолжая нелепые попытки высвободить меч из собственного тела. Король от такого сделался мрачным.
— Ваше Величество! — вдруг окликнул его детский голос. Король, не долго думая, обернулся и увидел девочку на пегой лошади. — Их всех привела я! — уверенным тоном продолжила она. В глазах короля сверкнуло удивление.
— Так кто же ты? Ведьма?
— Я ваша дочь!
— Которая? — слегка побледнел король, — Талиса Ван Гавер? Ты лжёшь! Моя дочь сейчас в королевском замке, ангельски спит в люльке. Ей же не больше года отроду!
— Нет, вы ошибаетесь, я здесь перед вами.
— Объясни как…!? Иначе я велю отрубить тебе голову за ложь перед королем!
— Отец, поверьте… Я родилась такой! Вам явно не сообщили, но матушка умирала от волчьей чумы. Своим появлением на свет, я исцелила её, и кажется, со мной стало что-то не так. Болезнь впиталась в моё тело. Я быстро выросла и обрела магическую силу: воскрешать таких, как этот герцог, падших от волчьей чумы. Правда не надолго.
Король от услышанного чуть оторопел и к этим словам решил отнестись с осторожностью:
— Я потрясён твоим рассказом, но я должен проверить его на подлинность. Хотя победа — полностью твоя заслуга. По возвращении в замок, мы соберем совет, и я послушаю, что скажут остальные.
Напрасны был страхи короля. Все факты подтвердились: девочка на пегой лошади действительно Талиса Ван Гавер, королевская дочь. В государстве, истощенном эпидемией волчьей чумы и продолжительными войнами, весть о победе сразу же встряхнула национальный дух. Будь то знатный вельможа или бедный крестьянин — все испытали гордость за юную наследницу престола, о которой до того толком никто и ничего не знал. Барды на каждом шагу слагали баллады. Впрочем, так же быстро общество разделилось на два лагеря, где одни начали распускать слухи о том, что принцесса умерла при рождении, а её место заняла какая-то ведьма-самозванка, а другие, напротив, воздавали почести, нарекая её избавительницей, призванной Всевышним защитить королевство и его людей от захватчиков. И вторых оказалось гораздо больше. Все они толпами, как заворожённые, потянулись со всего королевства в столицу, чтобы получить благословение богини или рассказать ей о своих проблемах или просто лицезреть вживую. Короля забеспокоило такое внимание к наследнице, поэтому он приставил к ней лучших королевских гвардейцев, возглавляемых рыцарем Конором Брентом.
Талиса Ван Гавер за свою короткую жизнь уже была начитана и прекрасно разбиралась во многих вопросах. Больше всего её интересовала проблема волчьей чумы, которая являлась причиной сотен смертей в королевстве и, как ей казалось, ответом на вопрос о природе таинственной силы, которой она обладала. Талиса рассчитывала рано или поздно узнать о своём предназначении. Она старалась общаться со всеми, кто хоть как-то помогал приблизиться к этому знанию и познакомилась с алхимиком Левифом, который разрабатывал снадобья для лечения больных. Узнав о том, что её тревожит, он предложил принцессе попробовать решить проблему, взамен на то, что переберётся в королевский замок, став придворным советником, и она согласилась. Днём и ночью он копошился в библиотеке и не расставался с пером. Талиса начала чаще видеться с алхимиком и говорить обо всём, как с духовным наставником вплоть до того, что призналась в любви к Конору.
— Такого быть не может! — с плохо скрываемым отвращением воскликнул Левиф.
— Но почему?
— Дитя моё, вам не суждено его любить.
— Он мне не пара?
— Во-первых: да.
— А во-вторых?
— А во-вторых? — Набрав побольше воздуха в грудь, Левиф опустил глаза и прошептал, — простите меня! — из-за спины сверкнул кинжал, которым он смертельно ранил девочку.
На её лице застыло удивление, и она замертво рухнула на пол.
— А во вторых, я должен открыть вам маленький секрет, до которого я сумел докопаться, проводя дни и ночи с фолиантами: вы мертвы.
Алхимику повезло, что личная охрана принцессы ожидала снаружи, и никто не ворвался в покои, чтобы прикончить его прямо на месте преступления. Но буквально через пару минут Талиса очнулась и с жутко недовольным видом закричала на Левифа:
— Совсем ума рехнулся старик!? Я сама тебя сейчас убью этим же кинжалом!
— Эксперимент, Ваше Величество! Эксперимент, вы слышали до того, что я сказал!?
— Что сказал? Как в тумане… Постой, ты сказал, что я мертва.
— Вся магия, которой управляете вы, также управляет вами — это замкнутый круг.
— То есть я не смогу вырасти, как нормальная девочка, влюбиться, выйти замуж за короля, родить наследников, состариться и умереть своей смертью?
— К сожалению, Вам это не дано.
— Вы только что всадили в меня кинжал, выходит, я бессмертна?
— Если вам так больше нравится, то да.
С тех пор Талиса узнала, что обладает не только магической силой, но и каким-то образом зависит от нее.
— Может быть я — вампир? — размышляла она после полудня, сидя в королевском саду и разглядывая собственное отражение в пруду. — Когда Конор узнает, что ты — труп, он не захочет не то что поцеловать тебя, даже откажется защищать! — вторила она себе.
На принцессу стали находить навязчивые мысли о том, что народ тоже её никогда не полюбит, и будет бояться из-за того, что в сознании большинства вампиры представлялись мрачными и жестокими существами. Поэтому о своей тайне она решила никому не говорить.
Вскоре у королевского замка со всей земли собрались фанатичные поклонники принцессы. Узнав об этом, она с радостью согласилась выйти к ним на балкон и помахать. Люди были в восторге. Но на аудиенцию пустили не более двадцати счастливчиков. Многие пришли для того, чтобы прикоснуться к юной деве (хотя бы взглядом), и с молчаливым благоговением понаблюдать, как из распахнутых дверей выпалывает она и занимает трон.
Все будто замерли. Один из них всё же нашёл в себе смелость сделать шаг вперёд и произнести:
— Преклоняюсь перед вами, Ваше Величество!
— Продолжайте, — мягко улыбнулась принцесса.
— Мы, ваши почитатели прибыли не по своей воле, а по воле Всевышнего, который сообщил нам о том, что вы — наша спасительница!
— И каким образом Господь вам сообщил благую весть обо мне?
— Это осознание возникло глубоко в наших сердцах после того, как мы услышали легенды о том, что вы подняли армию мёртвых на борьбу с иноземными захватчиками на Косой реке. Для нас это и был знак. Когда мёртвые несут возмездие живым посреди войны и чумы, мы должны прислушиваться к себе, только в нас есть ответ. И хотя огонь войны уже угасает, исшагав всю землю, мы поняли, что королевство ещё в огне, в огне волчьей чумы…
— Вы правы, — прервала почитателя принцесса. — Война окончена, но люди продолжают умирать… в своих постелях?
— Именно так. Мы пришли в королевский замок в первую очередь для того, чтобы выразить вам своё глубочайшее почтение, и для того, чтобы умолять вас сотворить какое-нибудь чудо!
— Что вы имеете в виду?
— Мы хотим, чтобы вы избавили нашу землю от волчьей чумы.
Талиса почувствовала себя неловко. Ей нечего было предложить этим людям, потому что, по-правде, она не знала, как справиться с болезнью, но Левиф в этом вопросе должен был быть более осведомленным.
— Что мне делать? — шёпотом обратилась она к нему, чтобы никто другой не расслышал.
— Ваше Величество, если вы скажете этим людям, что ничем не можете им помочь, то они потеряют в вас веру, — слова Левифа испугали принцессу, словно летящее копье горную лань. Никак она не могла позволить себе разочаровать людей, которые пришли к ней со всей любовью. Талиса решила выиграть время, поэтому всем гостям пообещала, если не чудо, то скорое избавление от этой проблемы.
Левиф увидел в ситуации свою выгоду. Его давно тяготило бремя придворного слуги. Он мечтал всем тайно управлять. Влюбить в себя принцессу было непосильной задачей из-за потрёпанного вида и немолодого возраста. В отличии от безупречного Конора, спутниками Левифа всегда были кривой нос, рыжая борода и уши торчком, а ещё он обожал строить рожи по утрам в зеркале. Вряд ли кому-то захочется иметь такого кавалера, но просто так манипулировать Талисой Ван Гавер у него не получалось. Да и сама она успела надоесть Левифу: «Конор, Конор, Конор!» Да, будь он проклят! Была бы воля Левифа, он бы этого Конора рогатого первым бы на скотобойню отправил вперёд копытами, а затем и девчонку.
Алхимик, маг, учёный, врачеватель — сколько призваний Левиф успел примерить на себя, но никакого признания. Всем нравилась мёртвая принцесса, обладающая, по его мнению, «бесполезной силой»!
— Так, как бы сделать так, — думал Левиф, — чтобы я обладал подлинной властью?
В его голове возник дерзкий план о создании Ордена Волчицы, который занимался бы исследованием волчьей чумы. Талисе представленная идея очень понравилась, и она сама по простоте душевной предложила Левифу возглавить орден. Желающих вступить в него было хоть отбавляй, и все они боготворили принцессу, но Левиф отбирал лишь тех, кто имел определенные познания в медицине и философии.
Орден Волчицы обосновался в старинном замке на окраине города, почти в лесу. Это место было хорошо тем, что сюда можно было свозить визжащих больных, не беспокоя остальных жителей города. Левиф занялся делом, но не лечением больных, а попыткой извлечь тайную силу из болезни. Орден Волчицы превратился в культ. Его последователи стараниями алхимика скорее ненавидели принцессу и при любой возможности искали способ от неё избавиться. Ночью в катакомбах замка они проводили оккультные обряды над умирающими больными, а днём как ни в чем не бывало возвращались к своим обычным делам. Трупы больных сжигали. Прах смешивали с солью и засыпали в землю. Все без исключения члены культа надевали специальную кремовую мантию, сверху меховую накидку из шкуры и маску в виде волчьей морды, пропитанную соком плодов алого можжевельника, чтобы не подпустить к себе инфекцию. Левиф периодически засылал в город отряд для «чистки», который выискивал тела умерших от болезни и предавал их огню. Всё это помогало создать видимую борьбу с эпидемией, но на самом деле ситуация только ухудшалась. Поползли слухи.
В своих изощренных экспериментах Левиф дошёл до крайности, и об этом ко всему прочему узнали в королевском замке. Король поручил Конору проследить за Орденом Волчицы и выяснить что там происходит. Принцессу держали в блаженном неведении, пока гвардейцы, отправленные Конором на разведку, не пропали.
Он застал Талису за уроком фехтования, где девочка в струящемся синем платье разучивала танец со стилетом. Хотя Конора она чувственно не привлекала, прерывать это красивое действие ему было не удобно.
— Прошу прощения, Ваше Величество. Есть новости!
Всадник неумело дёрнул поводья. Пегая лошадь резко затормозила, буквально зарываясь задними конечностями в землю и раскидывая ошмётки грязи по сторонам, затем сделала разворот, чуть потоптавшись, фыркнула, и наконец-то, встала. Всадник скинул капюшон. Вдруг обнажилось белоснежное худощавое лицо девочки на вид лет тринадцати с буйными локонами темных волос. Она пыталась прислушаться к звукам и почувствовать хоть что-то. Вдалеке сквозь туман показалось войско, преследующее девочку. Точнее сказать орда. Нечто странное, при ближайшем рассмотрении, мало похожее на обычного человека, уж тем более на война, но с мечом и верхом на коне, от макушки до пят грязное, будто не в доспехах, а в каких-то лохмотьях, в общем, похожее на отребье из-под моста. С каждой секундой скопище пребывало и множилось, пока до объекта не осталось нескольких считанных метров. Уловив пристальное внимание первых, а за ними вторых и третьих и так далее рядов, девочка внезапно подняла над головой расправленную ладонь, как бы указывая: «Стоп!» Все замерли.
— Я здесь, чтобы помочь отцу защитить королевство, которое у нас отбирает тот, кто не достоен сесть на трон! — воинственно прокричала девочка. Войско затопало, зашумело. Кони постучали копытом. — Вместе... мы докажем врагу, что я — истинная наследница! — глаза девочки ярко засияли багрянцем. — За мной… восставшие из мёртвых! — прокричала она, разворачивая пегую лошадь.
Один, из числа оживленных принцессой воинов, поспешил передать ей знамя королевства, и с ним она гордо поскакала впереди многотысячной армии живых мертвецов. К закату они поднялись на холм, откуда открывался вид на речку и небольшую деревушку, но любоваться там было нечем: дома, охваченные пламенем, земля, усыпанная телами убитых, брошенные кони, хаотично метавшиеся из стороны в сторону. Всё это время там кипела битва. Королевская армия не надеялась ни на какую помощь и несла значительные потери. Авангард еле сдерживал натиск, и постепенно был оттеснён противником от реки в глубь поселения. Король решил, что нужно срочно отходить за деревню, иначе всех перебьют к чертям собачьим!
Враг не терял ни минуты. Сгруппировав все свои отряды, он ринулся в след за остатками королевского авангарда. Желание занять трон и завладеть королевскими землями рождали в нём немыслимый кураж.
Уцелевшие конницы короля подошли вплотную к холму, и он просто не поверил своим глазам: откуда взялась многотысячная армия, готовая за него сражаться!?
Но Врагу было абсолютно всё равно сколько человек стоит на холме. Он просто построил отряды лучников и отдал приказ «пли!» Град стрел полетел над головами нежити, изрешетив большую часть войска, но никто даже не шелохнулся! С диким воем армия восставших из мёртвых кинулась на врага, словно цепной пёс. В ту же секунду полетели не понятно чьи куски рук и ног, мечи, топоры, крики, вопли… Сколько бы противник не старался порубить нежить в капусту, число её не уменьшалось. Многие воины от страха просто побросали оружие и ринулись наутёк. Принцессе удалось укрыться от обстрела, и пока шла стычка с противником, в лютом хаосе и неразберихе она пыталась отыскать отца. Всё разрешилось только тогда, когда вражеская армия потеряла своего короля. Деморализованная и измотанная, в сумерках, она была атакована с флангов. Её крах был неизбежен. Рыцари кое-как успели подобрать тело своего предводителя и отступить назад к реке. Конец битвы ознаменовался воронами, кружащими в небе.
Король блуждал на поле брани в поисках истины, но от увиденного ещё больше впал в недоумение. На земле ему попался воин зарубленный мечом, который торчал у него из груди. Бедняга всё пытался безуспешно его вынуть, а у него ещё были оттяпаны ноги, и судя по всему, умирать он никак не собирался. В нём король узнал одного из своих военачальников, больше года назад заболевшего волчьей чумой. Её называли так, потому что жертвы испытывали страшные муки и выли будто волки. Из давнего послания о состоянии здоровья герцога монарх узнал, что тот уж при смерти, и даже велел назначить пенсию отпрыскам и вдове. Король никак не ожидал встретить его здесь и тут же бросился к нему со словами:
— Герцог, кто вас привёл?
Рыцарь окинул его отчуждённым взглядом и лишь промычал в ответ, продолжая нелепые попытки высвободить меч из собственного тела. Король от такого сделался мрачным.
— Ваше Величество! — вдруг окликнул его детский голос. Король, не долго думая, обернулся и увидел девочку на пегой лошади. — Их всех привела я! — уверенным тоном продолжила она. В глазах короля сверкнуло удивление.
— Так кто же ты? Ведьма?
— Я ваша дочь!
— Которая? — слегка побледнел король, — Талиса Ван Гавер? Ты лжёшь! Моя дочь сейчас в королевском замке, ангельски спит в люльке. Ей же не больше года отроду!
— Нет, вы ошибаетесь, я здесь перед вами.
— Объясни как…!? Иначе я велю отрубить тебе голову за ложь перед королем!
— Отец, поверьте… Я родилась такой! Вам явно не сообщили, но матушка умирала от волчьей чумы. Своим появлением на свет, я исцелила её, и кажется, со мной стало что-то не так. Болезнь впиталась в моё тело. Я быстро выросла и обрела магическую силу: воскрешать таких, как этот герцог, падших от волчьей чумы. Правда не надолго.
Король от услышанного чуть оторопел и к этим словам решил отнестись с осторожностью:
— Я потрясён твоим рассказом, но я должен проверить его на подлинность. Хотя победа — полностью твоя заслуга. По возвращении в замок, мы соберем совет, и я послушаю, что скажут остальные.
Напрасны был страхи короля. Все факты подтвердились: девочка на пегой лошади действительно Талиса Ван Гавер, королевская дочь. В государстве, истощенном эпидемией волчьей чумы и продолжительными войнами, весть о победе сразу же встряхнула национальный дух. Будь то знатный вельможа или бедный крестьянин — все испытали гордость за юную наследницу престола, о которой до того толком никто и ничего не знал. Барды на каждом шагу слагали баллады. Впрочем, так же быстро общество разделилось на два лагеря, где одни начали распускать слухи о том, что принцесса умерла при рождении, а её место заняла какая-то ведьма-самозванка, а другие, напротив, воздавали почести, нарекая её избавительницей, призванной Всевышним защитить королевство и его людей от захватчиков. И вторых оказалось гораздо больше. Все они толпами, как заворожённые, потянулись со всего королевства в столицу, чтобы получить благословение богини или рассказать ей о своих проблемах или просто лицезреть вживую. Короля забеспокоило такое внимание к наследнице, поэтому он приставил к ней лучших королевских гвардейцев, возглавляемых рыцарем Конором Брентом.
Талиса Ван Гавер за свою короткую жизнь уже была начитана и прекрасно разбиралась во многих вопросах. Больше всего её интересовала проблема волчьей чумы, которая являлась причиной сотен смертей в королевстве и, как ей казалось, ответом на вопрос о природе таинственной силы, которой она обладала. Талиса рассчитывала рано или поздно узнать о своём предназначении. Она старалась общаться со всеми, кто хоть как-то помогал приблизиться к этому знанию и познакомилась с алхимиком Левифом, который разрабатывал снадобья для лечения больных. Узнав о том, что её тревожит, он предложил принцессе попробовать решить проблему, взамен на то, что переберётся в королевский замок, став придворным советником, и она согласилась. Днём и ночью он копошился в библиотеке и не расставался с пером. Талиса начала чаще видеться с алхимиком и говорить обо всём, как с духовным наставником вплоть до того, что призналась в любви к Конору.
— Такого быть не может! — с плохо скрываемым отвращением воскликнул Левиф.
— Но почему?
— Дитя моё, вам не суждено его любить.
— Он мне не пара?
— Во-первых: да.
— А во-вторых?
— А во-вторых? — Набрав побольше воздуха в грудь, Левиф опустил глаза и прошептал, — простите меня! — из-за спины сверкнул кинжал, которым он смертельно ранил девочку.
На её лице застыло удивление, и она замертво рухнула на пол.
— А во вторых, я должен открыть вам маленький секрет, до которого я сумел докопаться, проводя дни и ночи с фолиантами: вы мертвы.
Алхимику повезло, что личная охрана принцессы ожидала снаружи, и никто не ворвался в покои, чтобы прикончить его прямо на месте преступления. Но буквально через пару минут Талиса очнулась и с жутко недовольным видом закричала на Левифа:
— Совсем ума рехнулся старик!? Я сама тебя сейчас убью этим же кинжалом!
— Эксперимент, Ваше Величество! Эксперимент, вы слышали до того, что я сказал!?
— Что сказал? Как в тумане… Постой, ты сказал, что я мертва.
— Вся магия, которой управляете вы, также управляет вами — это замкнутый круг.
— То есть я не смогу вырасти, как нормальная девочка, влюбиться, выйти замуж за короля, родить наследников, состариться и умереть своей смертью?
— К сожалению, Вам это не дано.
— Вы только что всадили в меня кинжал, выходит, я бессмертна?
— Если вам так больше нравится, то да.
С тех пор Талиса узнала, что обладает не только магической силой, но и каким-то образом зависит от нее.
— Может быть я — вампир? — размышляла она после полудня, сидя в королевском саду и разглядывая собственное отражение в пруду. — Когда Конор узнает, что ты — труп, он не захочет не то что поцеловать тебя, даже откажется защищать! — вторила она себе.
На принцессу стали находить навязчивые мысли о том, что народ тоже её никогда не полюбит, и будет бояться из-за того, что в сознании большинства вампиры представлялись мрачными и жестокими существами. Поэтому о своей тайне она решила никому не говорить.
Вскоре у королевского замка со всей земли собрались фанатичные поклонники принцессы. Узнав об этом, она с радостью согласилась выйти к ним на балкон и помахать. Люди были в восторге. Но на аудиенцию пустили не более двадцати счастливчиков. Многие пришли для того, чтобы прикоснуться к юной деве (хотя бы взглядом), и с молчаливым благоговением понаблюдать, как из распахнутых дверей выпалывает она и занимает трон.
Все будто замерли. Один из них всё же нашёл в себе смелость сделать шаг вперёд и произнести:
— Преклоняюсь перед вами, Ваше Величество!
— Продолжайте, — мягко улыбнулась принцесса.
— Мы, ваши почитатели прибыли не по своей воле, а по воле Всевышнего, который сообщил нам о том, что вы — наша спасительница!
— И каким образом Господь вам сообщил благую весть обо мне?
— Это осознание возникло глубоко в наших сердцах после того, как мы услышали легенды о том, что вы подняли армию мёртвых на борьбу с иноземными захватчиками на Косой реке. Для нас это и был знак. Когда мёртвые несут возмездие живым посреди войны и чумы, мы должны прислушиваться к себе, только в нас есть ответ. И хотя огонь войны уже угасает, исшагав всю землю, мы поняли, что королевство ещё в огне, в огне волчьей чумы…
— Вы правы, — прервала почитателя принцесса. — Война окончена, но люди продолжают умирать… в своих постелях?
— Именно так. Мы пришли в королевский замок в первую очередь для того, чтобы выразить вам своё глубочайшее почтение, и для того, чтобы умолять вас сотворить какое-нибудь чудо!
— Что вы имеете в виду?
— Мы хотим, чтобы вы избавили нашу землю от волчьей чумы.
Талиса почувствовала себя неловко. Ей нечего было предложить этим людям, потому что, по-правде, она не знала, как справиться с болезнью, но Левиф в этом вопросе должен был быть более осведомленным.
— Что мне делать? — шёпотом обратилась она к нему, чтобы никто другой не расслышал.
— Ваше Величество, если вы скажете этим людям, что ничем не можете им помочь, то они потеряют в вас веру, — слова Левифа испугали принцессу, словно летящее копье горную лань. Никак она не могла позволить себе разочаровать людей, которые пришли к ней со всей любовью. Талиса решила выиграть время, поэтому всем гостям пообещала, если не чудо, то скорое избавление от этой проблемы.
Левиф увидел в ситуации свою выгоду. Его давно тяготило бремя придворного слуги. Он мечтал всем тайно управлять. Влюбить в себя принцессу было непосильной задачей из-за потрёпанного вида и немолодого возраста. В отличии от безупречного Конора, спутниками Левифа всегда были кривой нос, рыжая борода и уши торчком, а ещё он обожал строить рожи по утрам в зеркале. Вряд ли кому-то захочется иметь такого кавалера, но просто так манипулировать Талисой Ван Гавер у него не получалось. Да и сама она успела надоесть Левифу: «Конор, Конор, Конор!» Да, будь он проклят! Была бы воля Левифа, он бы этого Конора рогатого первым бы на скотобойню отправил вперёд копытами, а затем и девчонку.
Алхимик, маг, учёный, врачеватель — сколько призваний Левиф успел примерить на себя, но никакого признания. Всем нравилась мёртвая принцесса, обладающая, по его мнению, «бесполезной силой»!
— Так, как бы сделать так, — думал Левиф, — чтобы я обладал подлинной властью?
В его голове возник дерзкий план о создании Ордена Волчицы, который занимался бы исследованием волчьей чумы. Талисе представленная идея очень понравилась, и она сама по простоте душевной предложила Левифу возглавить орден. Желающих вступить в него было хоть отбавляй, и все они боготворили принцессу, но Левиф отбирал лишь тех, кто имел определенные познания в медицине и философии.
Орден Волчицы обосновался в старинном замке на окраине города, почти в лесу. Это место было хорошо тем, что сюда можно было свозить визжащих больных, не беспокоя остальных жителей города. Левиф занялся делом, но не лечением больных, а попыткой извлечь тайную силу из болезни. Орден Волчицы превратился в культ. Его последователи стараниями алхимика скорее ненавидели принцессу и при любой возможности искали способ от неё избавиться. Ночью в катакомбах замка они проводили оккультные обряды над умирающими больными, а днём как ни в чем не бывало возвращались к своим обычным делам. Трупы больных сжигали. Прах смешивали с солью и засыпали в землю. Все без исключения члены культа надевали специальную кремовую мантию, сверху меховую накидку из шкуры и маску в виде волчьей морды, пропитанную соком плодов алого можжевельника, чтобы не подпустить к себе инфекцию. Левиф периодически засылал в город отряд для «чистки», который выискивал тела умерших от болезни и предавал их огню. Всё это помогало создать видимую борьбу с эпидемией, но на самом деле ситуация только ухудшалась. Поползли слухи.
В своих изощренных экспериментах Левиф дошёл до крайности, и об этом ко всему прочему узнали в королевском замке. Король поручил Конору проследить за Орденом Волчицы и выяснить что там происходит. Принцессу держали в блаженном неведении, пока гвардейцы, отправленные Конором на разведку, не пропали.
Он застал Талису за уроком фехтования, где девочка в струящемся синем платье разучивала танец со стилетом. Хотя Конора она чувственно не привлекала, прерывать это красивое действие ему было не удобно.
— Прошу прощения, Ваше Величество. Есть новости!
