- Может, я попозже? - жалостливо посмотрела я на подругу.
Но Фису было не пронять, она встала с кровати и замерла надо мной, уперев руки в бока.
- Считай это местью за отсутствие инфы о моем женихе!
- У тебя и жениха-то нет, - попыталась оправдаться я. Но где там.
- Вот именно! Если бы был, я бы и не спрашивала.
В итоге Фиса вытащила меня из постели и насильно усадила на стул напротив зеркала.
«Что-то мне это напоминает! Обратное дежавю! Надеюсь, меня сейчас перекрасить не решат?»
«Максимум подпалят! - решила вернуться неблагодарная шиза и тут же заорала: - Ты в зеркало-то на нас посмотри! Мы же страшные до ужаса! Нас срочно надо реанимировать! Маску нам! Освежа-а-а-ю-ю-ющую!»
Причем орала паникующе, с нотками истерики и ультразвукового писка! Будь этот голос не в моей голове, я бы стопроцентно уши зажала.
Надо сказать, что паниковать было отчего.
Из зеркала на меня смотрела растрепанная, с огромными мешками под глазами и бледным лицом, девица. Голубые глаза потеряли блеск, стали едва ли не серыми, будто водой разбавленные, а курносый нос осунулся до болезненной некрасивости, запали щеки. Единственным ярким пятном осталось рыжее воронье гнездо на макушке.
И в этой чупакабре я узнала себя.
- Ну что, красавишна! - скрестив руки на груди, укоризненно упрекнула меня Белова. - Видишь, до чего ты дошла. А ведь это всего за пару дней!
И вправду, никогда бы не подумала, что смогу себя так довести. А ведь всего лишь устроила себе вчера легкую апатичную голодовку... Да уж!
В подтверждение мыслей желудок недовольно забурчал.
«Если сейчас же пойдешь в столовую и попросишь покормить, тебе не откажут!» - смилостивившись, подсказало подсознание. Помирать от голода моему дару явно не хотелось.
Глубоко вздохнув, я согласилась с правотой и шизы, и Анфисы. Выглядела я отвратно, в таком виде перед мужчиной появляться не то что бы плохо, но, как минимум, стыдно и не эстетично по отношению к нему же. А раз так, для начала надо поесть, а затем вернуться в комнату и привести себя в надлежащий вид.
Надев одно из самых простых платьев, которое только можно было откопать в нашем фрейлинском гардеробе, и обувшись в самые удобные туфли, я пообещала Фисе, что скоро вернусь, и выскользнула из комнаты.
Путь до столовки на крыльях голода много времени не занял. Я летела и предвкушала еду. Как вонжу вилку в надоевший диетический салат или ложку в постную манку.
Сейчас даже они мне казались роскошными яствами.
«Ну и куда ты идешь?» - ехидно поинтересовалась вновь ожившая шиза.
«В смысле? Ты же сама сказала в столовую шуровать!» - мне пришлось даже остановиться.
Желудок обиженно буркнул.
«Неужели ты такая наивная и думаешь, что в вашей столовке злыдни-повара тебя начнут кормить в неположенное время?»
«Но ведь ты же сказала!..» - в этот момент мне очень захотелось, чтобы шиза стала материальным человеком и у меня появилась возможность ее придушить.
«Да, сказала, но я же не думала, что ты такая дура и попрешься в курсантскую вместо учительской!»
Я оторопела и даже руками всплеснула. Наверное, со стороны дебильно выгляжу. Иду, ни с того ни с сего замираю, размахиваю руками, хмурюсь... Полная клиника.
«И как я туда попаду? Ты очень верно заметила, столовая-то учительская!»
«Иди говорю, - не успокаивалась шиза. - Тебе прямо по коридору! Я жрать хочу!»
Не то чтобы мне хотелось подчиняться, но здоровый дух авантюризма и любопытства тоже проснулся. Интересно, преподов такими же салатами кормят? А в манку им хотя бы сахар кладут?
Ведомая этими почти философскими вопросами я шагала на разведку к вожделенной обители питания. Однако вопрос о том, как выпросить у местных поваров еду, все еще оставался открытым.
«Здравствуйте! Подайте, пожалуйста, на пропитание!» - послушно подсказывала фантазия и нарисовала жалостливые глаза, наподобие тех, которые строит Мурз, если сильно накосячит.
Шиза хихикала, но комментариями мои мысли не удостаивала.
Захотелось ее в чем-нибудь или упрекнуть, или побесить. Так же, как она меня бесит.
«Слушай, так ты определилась уже, кто ты вообще такая? Или такое? Девочка, мальчик?» - решила я задать давно волнующий вопрос.
Дар задумался.
«Мне кажется я - это ты! - после недолгого размышления призналась она. - Такая же Эля, только со своим мнением со стороны!»
«Поясни?» - ее ответ меня поставил в немалый ступор.
«У меня все твои воспоминания, твой же характер, только чуть-чуть более утрированный. Ну и я явно девочка! Мне нравится, когда нам уделяют мужское внимание! Например, когда на ручках носили, было очень круто!»
Это что выходит-то... Шиза моя вовсе не шиза... А сама я, только говорящая со мной же от третьего лица. Не знаю даже, что лучше: раздвоение личности или получение мозговой сестры-близняшки.
Бред какой-то. Неужели я такая истеричка или порой даже стерва? Мне казалось, я почти совершенство, разве что с патологическим невезением в отношениях.
Сразу вспомнилась сказка «Королевство кривых зеркал», где двойник Оли - Яло - была не такой уж милой девочкой, какой героиня сама себя представляла.
«Вот только если ты меня Элей называть будешь, мне это уже не нравится. Может Эллаидой? Или Эльвирой?»
«Угу! Эльвира - повелительница тьмы!»
Сразу представилось, как второе «я» захватывает силком мое тело и наряжается в черное платье с декольте до пупка... А потом, светя перед всеми грудью, спасает мир!
Эльвира опять задумалась. И эта задумчивость меня пугала.
«Мне больше нравятся костюмы как у Трои!»
- Даже не думай! - не удержалась и ляпнула вслух я.
- О чем не думать? - раздался за спиной до боли знакомый голос.
«Эльвира! - захотелось взреветь бешеным медведем. - Я тебя убью!»
Догадавшись, как сильно меня подставила моя же шиза и в чем был ее коварнейший план, я с превеликим трудом сохранила на лице каменное выражение, а затем медленно повернулась к собеседнику.
- Даже не думай оправдываться передо мной, Глеб! Я жду от тебя конкретных объяснений!
И, хотя в голос я постаралась вложить всю возможную суровость и твердость, они испарились, едва я взглянула на зельевара.
Вот нельзя так давить на женскую жалость. Нельзя - и точка...
Потому что выглядел он ужасно! Мои черные круги под глазами рядом с его мешками даже близко не стояли. Казалось, в них можно спрятать весь неприкосновенный запас моей иномирянской необъятной Родины. А глаза, красные от недосыпа, с кровяной сеточкой лопнувших сосудов, словно намекали на возможные вампирские пристрастия магистра.
Но даже несмотря на свое удручающее состояние, поэт умудрялся мне улыбаться.
- Привет! Я скучал!
«Я за тебя рада!» - проглотила ехидное замечание, сдобренное тонной сарказма. Конечно же, я тоже по нему скучала. Вот только разрыдаться и кинуться к нему на шею не собиралась. Не простила бы себе такого поступка.
«Соберись, тряпка!» - настроилась на путь истинный и приготовилась вести словесную дуэль с зельеваром.
- Забавно, выходит, если бы мы сейчас с тобой здесь случайно не столкнулись, я бы тебя еще сколько не увидела? День? Два? Неделю?
Преподаватель нахмурился, но отпираться не стал.
- Возможно, дольше, - признался он. - Ровно столько, сколько бы понадобилось.
И никакого тебе «Эля, прости, я был не прав»! Зашибись!
- Ну и где логика? Цветочки подарил, соскучился, а видеться, значит, не собирался? - я начинала терять терпение и самообладание.
- Эль, - глаза магистра стали моляще-просящими. - Я сейчас позавтракать собирался. Давай, ты составишь мне компанию, а я тебе все объясню за едой?
Я хотела уже огрызнуться, мол, никуда с ним больше не пойду, никогда и ни за что, но вот желудок со мной не согласился. А шиза так тем более.
«Вот видишь, Элька! Со мной с голодухи не помрешь! Я тебе устроила романтический завтрак!»
«Иди ты знаешь куда!»
«Конечно, знаю! В столовую с Глебушкой, там нас ждут замечательные пирожки с повидлом и жареная курочка!»
Вот лучше бы она мне этого не говорила, потому что курочка, а тем более жареная, сразу если не уничтожила всю обиду на зельевара, то отодвинула ее на задний план.
«С хрустящей шкуркой, золотистой, со стекающим жиром...» - продолжала издеваться Эльвира.
А я поняла, что фиг с ними, с обидами, но курочку я очень хочу!
- Ну, так ты составишь мне компанию? - повторил предложение зельевар.
- О да! - я расплылась в предвкушающей улыбке.
Путь к сердцу женщины, похоже, тоже лежит через желудок, особенно если она голодная, а речь идет о жареном мясе.
Глеб смерил меня странным и осторожным взглядом, видимо, не понравилась ему резкая смена настроения.
- Эль, а с тобой все в порядке? Какая-то ты не такая, как обычно.
«Еще бы, блин! В моей крыше поселился замечательный сосед! Как же мне не веселиться, не грустить от разных бед?»
Вслух же ответила:
- Я просто есть хочу! Опоздала сегодня на завтрак.
О том, что на вчерашний обед и ужин я тоже не явилась, решила предусмотрительно промолчать, а то еще по попе отшлепает...
- И все равно ты какая-то странная, - не унимался зельевар и меж тем предложил мне руку.
Пришлось смущенно улыбаться и прикидываться тапком. Наставления Эридана были живы в памяти. Глебу не стоит пока знать о моем даре, ради его же блага.
- Мне понравился гладиолус, - как бы невзначай перевела стрелки разговора в другое русло.
- Глади... что? - не понял меня зельевар, продолжая вести по коридорам Академии.
Его шаг был четким и уверенным, немного спешным, видимо, есть хотела не только я.
- Ну, цветок, который Мурз приволок вместе с запиской.
Он загадочно улыбнулся, эта улыбка была такой приятной и доброй. Даже стыдно стало, что три минуты назад я ему глаза хотела выцарапать.
- Значит, ты знаешь, что это за растение?
- А ты нет, что ли? - удивилась я, в голове не укладывалось, как можно подарить то, о чем не имеешь ни малейшего понятия.
- Я его впервые увидел! Захотелось преподнести тебе что-нибудь необычное. В последнее время розы мне кажутся чересчур банальными и даже пошлыми. Вот я и призвал этот цветок из ниоткуда.
- Странно, - протянула я. - В моем мире они на каждой второй клумбе растут. Это же гладиолус!
Шаг мужчины замедлился.
- То есть ты хочешь сказать, что цветок ваш? Иномирянский?
В его голосе мне послышался некий испуг, причину которого я понять не могла.
- Ну да, - осторожно начала я. - Он называется так, гладиолусом, потому что похож на острые мечи гладиаторов. Это такие воины, которые сражались друг с другом на аренах ради развлечения толпы. Был такой печальный опыт в нашей истории.
Зельевар остановился окончательно, по его лицу блуждала какая-то мысль.
Я не была великим знатоком человеческой мимики, но... эту мысль Глеб переваривал, анализировал, а вот озвучивать не спешил.
- Ладно, пойдем, поедим, - выдохнул он через мгновение и ускорил шаг.
Дальше Глеб волок меня по коридорам почти бегом.
«Сейчас меня покормят! Сейчас мы будем кушать!» - тем временем на манер песенки твердила в моей голове Эльвира.
Я ее ответом не удостаивала, была поражена масштабом творящегося вокруг меня сумасшедшего дома и очень надеялась, что во время принятия пищи Глеб все же объяснит, где пропадал столько времени и что за гонку на длинную дистанцию мы сейчас совершаем.
Наконец, завернув в один из неприметных коридорчиков и уткнувшись в глухой тупик, магистр пробормотал тихое заклинание и нажал на один из камней кладки. Внешне ничего не изменилось, только Глеб теперь силком попытался меня волочь уже в сплошную стену. Таранить лбом камни я была морально не готова.
- Эй-эй! Ты что делаешь? Я через стены ходить не умею!
- Я тоже! - и, в качестве успокоения для моей психики, просунул руку по локоть в самое сердце кладки. Рука прошла свободно, не встретив ни малейшего сопротивления. - Это же обычный морок! Чтобы студенты не шастали в преподавательскую столовую!
Я насупилась.
- А вам что, жалко, что ли?
Будучи девочкой неглупой, я сразу смекнула: если прячут, значит, есть что прятать.
- Лично мне не жалко... А вот тетю Маню толпы наглых и голодающих курсантов затерроризируют. Она же безотказная, всех накормить и осчастливить норовит.
- Что за тетя Маня?
- Пошли, сейчас познакомлю! - и, подхватив сомневающуюся меня под белы рученьки, все же затащил на ту сторону каменного морока.
По ощущениям это напоминало прохождение через пленку мыльного пузыря, только характерного лопающегося звука «чпок» не услышалось.
Я очутилась в небольшом помещении. Полноценной столовой его было назвать сложно, так, пять столиков, стоящих вразнобой на манер придорожной кафешки. Наверное, меня бы постиг призрак вселенского разочарования, как-то большего я ожидала от громкого названия «преподавательская столовая», если бы не одно «но» - запахи здесь витали просто фантастические.
И хотя сейчас здесь, кроме нас с Глебом, никого не было, десятки ароматов, как по мне, просто обязаны привлекать всех, проходящих мимо по коридору.
- Если морок только маскирует стену, то почему запахи не проникают на ту сторону?
Мои школьные знания физики очень некстати проснулись и требовали разъяснения ситуации. Морок - это визуальная маскировка, иллюзия, а вот молекулы запахов должно сдерживать что-то более материальное, чем зыбкое марево.
Глеб лишь плечами пожал, он, как местный житель, явно не знающий о строении микровселенной, не заморачивался, что и куда должно проникать.
- Без понятия! - легкомысленно ответил он. - Я об этом никогда не думал. Не проникает - и все тут. Древняя магия! Меня сейчас больше интересует материальность еды, чем запахов!
Пришлось с ним согласиться, тем более что шиза как всегда оказалась права - аромат курочки витал в воздухе и наглым образом дразнил вкусовые рецепторы!
В поисках еды я озирала столовую более пытливым взглядом. Древняя кладка каменных стен, магические фонарики на них, а еще живые зеленые растения, висящие возле этих самых фонариков. Больше всего они напоминали обычный лесной папоротник, вот только этот местный аналог умел цвести, причем большими бутонами ярко-красного цвета. Форма бутонов намекала на родство с лилией, а внутри диковинок мерцал яркий свет, словно десяток светлячков решил устроить там дискотеку.
В дальнем, чуть менее освещенном углу обрисовывались очертания еще одной двери, именно туда и направился Глеб. За руку меня на этот раз он не тянул, я и сама, ведомая любопытством, последовала за ним.
Дверь при ближайшем рассмотрении оказалась обычной, точно такой же, как и в любой из комнат блоков, только что номер или характерная надпись ее не украшали.
- Тетя Маня содрала, - словно угадав мои мысли, пояснил Глеб, - Сказала, что раз кроме этой двери других здесь нет, то и подписывать кухню словом «Кухня» смысла тоже не имеется.
Я молча кивнула, логика у тети Мани была налицо.
Зельевар сделал последний шаг к двери и тихонько постучал.
- Войдите! - раздался женский голос с той стороны.
И вот, едва дверь была открыта, я обомлела.
Кухня была по площади раза в три больше, чем вся преподавательская столовая. Квадратное помещение, вдоль левой стены огромные длинные столы. Над несколькими из них витают десятка два ножей, одни чистят картошку, другие нарезают овощи, третьи мясо рубят, а на оставшихся столах полным ходом идет сам процесс приготовления еды.
Но Фису было не пронять, она встала с кровати и замерла надо мной, уперев руки в бока.
- Считай это местью за отсутствие инфы о моем женихе!
- У тебя и жениха-то нет, - попыталась оправдаться я. Но где там.
- Вот именно! Если бы был, я бы и не спрашивала.
В итоге Фиса вытащила меня из постели и насильно усадила на стул напротив зеркала.
«Что-то мне это напоминает! Обратное дежавю! Надеюсь, меня сейчас перекрасить не решат?»
«Максимум подпалят! - решила вернуться неблагодарная шиза и тут же заорала: - Ты в зеркало-то на нас посмотри! Мы же страшные до ужаса! Нас срочно надо реанимировать! Маску нам! Освежа-а-а-ю-ю-ющую!»
Причем орала паникующе, с нотками истерики и ультразвукового писка! Будь этот голос не в моей голове, я бы стопроцентно уши зажала.
Надо сказать, что паниковать было отчего.
Из зеркала на меня смотрела растрепанная, с огромными мешками под глазами и бледным лицом, девица. Голубые глаза потеряли блеск, стали едва ли не серыми, будто водой разбавленные, а курносый нос осунулся до болезненной некрасивости, запали щеки. Единственным ярким пятном осталось рыжее воронье гнездо на макушке.
И в этой чупакабре я узнала себя.
- Ну что, красавишна! - скрестив руки на груди, укоризненно упрекнула меня Белова. - Видишь, до чего ты дошла. А ведь это всего за пару дней!
И вправду, никогда бы не подумала, что смогу себя так довести. А ведь всего лишь устроила себе вчера легкую апатичную голодовку... Да уж!
В подтверждение мыслей желудок недовольно забурчал.
«Если сейчас же пойдешь в столовую и попросишь покормить, тебе не откажут!» - смилостивившись, подсказало подсознание. Помирать от голода моему дару явно не хотелось.
Глубоко вздохнув, я согласилась с правотой и шизы, и Анфисы. Выглядела я отвратно, в таком виде перед мужчиной появляться не то что бы плохо, но, как минимум, стыдно и не эстетично по отношению к нему же. А раз так, для начала надо поесть, а затем вернуться в комнату и привести себя в надлежащий вид.
Надев одно из самых простых платьев, которое только можно было откопать в нашем фрейлинском гардеробе, и обувшись в самые удобные туфли, я пообещала Фисе, что скоро вернусь, и выскользнула из комнаты.
Путь до столовки на крыльях голода много времени не занял. Я летела и предвкушала еду. Как вонжу вилку в надоевший диетический салат или ложку в постную манку.
Сейчас даже они мне казались роскошными яствами.
«Ну и куда ты идешь?» - ехидно поинтересовалась вновь ожившая шиза.
«В смысле? Ты же сама сказала в столовую шуровать!» - мне пришлось даже остановиться.
Желудок обиженно буркнул.
«Неужели ты такая наивная и думаешь, что в вашей столовке злыдни-повара тебя начнут кормить в неположенное время?»
«Но ведь ты же сказала!..» - в этот момент мне очень захотелось, чтобы шиза стала материальным человеком и у меня появилась возможность ее придушить.
«Да, сказала, но я же не думала, что ты такая дура и попрешься в курсантскую вместо учительской!»
Я оторопела и даже руками всплеснула. Наверное, со стороны дебильно выгляжу. Иду, ни с того ни с сего замираю, размахиваю руками, хмурюсь... Полная клиника.
«И как я туда попаду? Ты очень верно заметила, столовая-то учительская!»
«Иди говорю, - не успокаивалась шиза. - Тебе прямо по коридору! Я жрать хочу!»
Не то чтобы мне хотелось подчиняться, но здоровый дух авантюризма и любопытства тоже проснулся. Интересно, преподов такими же салатами кормят? А в манку им хотя бы сахар кладут?
Ведомая этими почти философскими вопросами я шагала на разведку к вожделенной обители питания. Однако вопрос о том, как выпросить у местных поваров еду, все еще оставался открытым.
«Здравствуйте! Подайте, пожалуйста, на пропитание!» - послушно подсказывала фантазия и нарисовала жалостливые глаза, наподобие тех, которые строит Мурз, если сильно накосячит.
Шиза хихикала, но комментариями мои мысли не удостаивала.
Захотелось ее в чем-нибудь или упрекнуть, или побесить. Так же, как она меня бесит.
«Слушай, так ты определилась уже, кто ты вообще такая? Или такое? Девочка, мальчик?» - решила я задать давно волнующий вопрос.
Дар задумался.
«Мне кажется я - это ты! - после недолгого размышления призналась она. - Такая же Эля, только со своим мнением со стороны!»
«Поясни?» - ее ответ меня поставил в немалый ступор.
«У меня все твои воспоминания, твой же характер, только чуть-чуть более утрированный. Ну и я явно девочка! Мне нравится, когда нам уделяют мужское внимание! Например, когда на ручках носили, было очень круто!»
Это что выходит-то... Шиза моя вовсе не шиза... А сама я, только говорящая со мной же от третьего лица. Не знаю даже, что лучше: раздвоение личности или получение мозговой сестры-близняшки.
Бред какой-то. Неужели я такая истеричка или порой даже стерва? Мне казалось, я почти совершенство, разве что с патологическим невезением в отношениях.
Сразу вспомнилась сказка «Королевство кривых зеркал», где двойник Оли - Яло - была не такой уж милой девочкой, какой героиня сама себя представляла.
«Вот только если ты меня Элей называть будешь, мне это уже не нравится. Может Эллаидой? Или Эльвирой?»
«Угу! Эльвира - повелительница тьмы!»
Сразу представилось, как второе «я» захватывает силком мое тело и наряжается в черное платье с декольте до пупка... А потом, светя перед всеми грудью, спасает мир!
Эльвира опять задумалась. И эта задумчивость меня пугала.
«Мне больше нравятся костюмы как у Трои!»
- Даже не думай! - не удержалась и ляпнула вслух я.
- О чем не думать? - раздался за спиной до боли знакомый голос.
«Эльвира! - захотелось взреветь бешеным медведем. - Я тебя убью!»
Догадавшись, как сильно меня подставила моя же шиза и в чем был ее коварнейший план, я с превеликим трудом сохранила на лице каменное выражение, а затем медленно повернулась к собеседнику.
- Даже не думай оправдываться передо мной, Глеб! Я жду от тебя конкретных объяснений!
И, хотя в голос я постаралась вложить всю возможную суровость и твердость, они испарились, едва я взглянула на зельевара.
Вот нельзя так давить на женскую жалость. Нельзя - и точка...
Потому что выглядел он ужасно! Мои черные круги под глазами рядом с его мешками даже близко не стояли. Казалось, в них можно спрятать весь неприкосновенный запас моей иномирянской необъятной Родины. А глаза, красные от недосыпа, с кровяной сеточкой лопнувших сосудов, словно намекали на возможные вампирские пристрастия магистра.
Но даже несмотря на свое удручающее состояние, поэт умудрялся мне улыбаться.
- Привет! Я скучал!
«Я за тебя рада!» - проглотила ехидное замечание, сдобренное тонной сарказма. Конечно же, я тоже по нему скучала. Вот только разрыдаться и кинуться к нему на шею не собиралась. Не простила бы себе такого поступка.
«Соберись, тряпка!» - настроилась на путь истинный и приготовилась вести словесную дуэль с зельеваром.
- Забавно, выходит, если бы мы сейчас с тобой здесь случайно не столкнулись, я бы тебя еще сколько не увидела? День? Два? Неделю?
Преподаватель нахмурился, но отпираться не стал.
- Возможно, дольше, - признался он. - Ровно столько, сколько бы понадобилось.
И никакого тебе «Эля, прости, я был не прав»! Зашибись!
- Ну и где логика? Цветочки подарил, соскучился, а видеться, значит, не собирался? - я начинала терять терпение и самообладание.
- Эль, - глаза магистра стали моляще-просящими. - Я сейчас позавтракать собирался. Давай, ты составишь мне компанию, а я тебе все объясню за едой?
Я хотела уже огрызнуться, мол, никуда с ним больше не пойду, никогда и ни за что, но вот желудок со мной не согласился. А шиза так тем более.
«Вот видишь, Элька! Со мной с голодухи не помрешь! Я тебе устроила романтический завтрак!»
«Иди ты знаешь куда!»
«Конечно, знаю! В столовую с Глебушкой, там нас ждут замечательные пирожки с повидлом и жареная курочка!»
Вот лучше бы она мне этого не говорила, потому что курочка, а тем более жареная, сразу если не уничтожила всю обиду на зельевара, то отодвинула ее на задний план.
«С хрустящей шкуркой, золотистой, со стекающим жиром...» - продолжала издеваться Эльвира.
А я поняла, что фиг с ними, с обидами, но курочку я очень хочу!
- Ну, так ты составишь мне компанию? - повторил предложение зельевар.
- О да! - я расплылась в предвкушающей улыбке.
Путь к сердцу женщины, похоже, тоже лежит через желудок, особенно если она голодная, а речь идет о жареном мясе.
Глеб смерил меня странным и осторожным взглядом, видимо, не понравилась ему резкая смена настроения.
- Эль, а с тобой все в порядке? Какая-то ты не такая, как обычно.
«Еще бы, блин! В моей крыше поселился замечательный сосед! Как же мне не веселиться, не грустить от разных бед?»
Вслух же ответила:
- Я просто есть хочу! Опоздала сегодня на завтрак.
О том, что на вчерашний обед и ужин я тоже не явилась, решила предусмотрительно промолчать, а то еще по попе отшлепает...
- И все равно ты какая-то странная, - не унимался зельевар и меж тем предложил мне руку.
Пришлось смущенно улыбаться и прикидываться тапком. Наставления Эридана были живы в памяти. Глебу не стоит пока знать о моем даре, ради его же блага.
- Мне понравился гладиолус, - как бы невзначай перевела стрелки разговора в другое русло.
- Глади... что? - не понял меня зельевар, продолжая вести по коридорам Академии.
Его шаг был четким и уверенным, немного спешным, видимо, есть хотела не только я.
- Ну, цветок, который Мурз приволок вместе с запиской.
Он загадочно улыбнулся, эта улыбка была такой приятной и доброй. Даже стыдно стало, что три минуты назад я ему глаза хотела выцарапать.
- Значит, ты знаешь, что это за растение?
- А ты нет, что ли? - удивилась я, в голове не укладывалось, как можно подарить то, о чем не имеешь ни малейшего понятия.
- Я его впервые увидел! Захотелось преподнести тебе что-нибудь необычное. В последнее время розы мне кажутся чересчур банальными и даже пошлыми. Вот я и призвал этот цветок из ниоткуда.
- Странно, - протянула я. - В моем мире они на каждой второй клумбе растут. Это же гладиолус!
Шаг мужчины замедлился.
- То есть ты хочешь сказать, что цветок ваш? Иномирянский?
В его голосе мне послышался некий испуг, причину которого я понять не могла.
- Ну да, - осторожно начала я. - Он называется так, гладиолусом, потому что похож на острые мечи гладиаторов. Это такие воины, которые сражались друг с другом на аренах ради развлечения толпы. Был такой печальный опыт в нашей истории.
Зельевар остановился окончательно, по его лицу блуждала какая-то мысль.
Я не была великим знатоком человеческой мимики, но... эту мысль Глеб переваривал, анализировал, а вот озвучивать не спешил.
- Ладно, пойдем, поедим, - выдохнул он через мгновение и ускорил шаг.
Дальше Глеб волок меня по коридорам почти бегом.
«Сейчас меня покормят! Сейчас мы будем кушать!» - тем временем на манер песенки твердила в моей голове Эльвира.
Я ее ответом не удостаивала, была поражена масштабом творящегося вокруг меня сумасшедшего дома и очень надеялась, что во время принятия пищи Глеб все же объяснит, где пропадал столько времени и что за гонку на длинную дистанцию мы сейчас совершаем.
Наконец, завернув в один из неприметных коридорчиков и уткнувшись в глухой тупик, магистр пробормотал тихое заклинание и нажал на один из камней кладки. Внешне ничего не изменилось, только Глеб теперь силком попытался меня волочь уже в сплошную стену. Таранить лбом камни я была морально не готова.
- Эй-эй! Ты что делаешь? Я через стены ходить не умею!
- Я тоже! - и, в качестве успокоения для моей психики, просунул руку по локоть в самое сердце кладки. Рука прошла свободно, не встретив ни малейшего сопротивления. - Это же обычный морок! Чтобы студенты не шастали в преподавательскую столовую!
Я насупилась.
- А вам что, жалко, что ли?
Будучи девочкой неглупой, я сразу смекнула: если прячут, значит, есть что прятать.
- Лично мне не жалко... А вот тетю Маню толпы наглых и голодающих курсантов затерроризируют. Она же безотказная, всех накормить и осчастливить норовит.
- Что за тетя Маня?
- Пошли, сейчас познакомлю! - и, подхватив сомневающуюся меня под белы рученьки, все же затащил на ту сторону каменного морока.
По ощущениям это напоминало прохождение через пленку мыльного пузыря, только характерного лопающегося звука «чпок» не услышалось.
Я очутилась в небольшом помещении. Полноценной столовой его было назвать сложно, так, пять столиков, стоящих вразнобой на манер придорожной кафешки. Наверное, меня бы постиг призрак вселенского разочарования, как-то большего я ожидала от громкого названия «преподавательская столовая», если бы не одно «но» - запахи здесь витали просто фантастические.
И хотя сейчас здесь, кроме нас с Глебом, никого не было, десятки ароматов, как по мне, просто обязаны привлекать всех, проходящих мимо по коридору.
- Если морок только маскирует стену, то почему запахи не проникают на ту сторону?
Мои школьные знания физики очень некстати проснулись и требовали разъяснения ситуации. Морок - это визуальная маскировка, иллюзия, а вот молекулы запахов должно сдерживать что-то более материальное, чем зыбкое марево.
Глеб лишь плечами пожал, он, как местный житель, явно не знающий о строении микровселенной, не заморачивался, что и куда должно проникать.
- Без понятия! - легкомысленно ответил он. - Я об этом никогда не думал. Не проникает - и все тут. Древняя магия! Меня сейчас больше интересует материальность еды, чем запахов!
Пришлось с ним согласиться, тем более что шиза как всегда оказалась права - аромат курочки витал в воздухе и наглым образом дразнил вкусовые рецепторы!
В поисках еды я озирала столовую более пытливым взглядом. Древняя кладка каменных стен, магические фонарики на них, а еще живые зеленые растения, висящие возле этих самых фонариков. Больше всего они напоминали обычный лесной папоротник, вот только этот местный аналог умел цвести, причем большими бутонами ярко-красного цвета. Форма бутонов намекала на родство с лилией, а внутри диковинок мерцал яркий свет, словно десяток светлячков решил устроить там дискотеку.
В дальнем, чуть менее освещенном углу обрисовывались очертания еще одной двери, именно туда и направился Глеб. За руку меня на этот раз он не тянул, я и сама, ведомая любопытством, последовала за ним.
Дверь при ближайшем рассмотрении оказалась обычной, точно такой же, как и в любой из комнат блоков, только что номер или характерная надпись ее не украшали.
- Тетя Маня содрала, - словно угадав мои мысли, пояснил Глеб, - Сказала, что раз кроме этой двери других здесь нет, то и подписывать кухню словом «Кухня» смысла тоже не имеется.
Я молча кивнула, логика у тети Мани была налицо.
Зельевар сделал последний шаг к двери и тихонько постучал.
- Войдите! - раздался женский голос с той стороны.
И вот, едва дверь была открыта, я обомлела.
Кухня была по площади раза в три больше, чем вся преподавательская столовая. Квадратное помещение, вдоль левой стены огромные длинные столы. Над несколькими из них витают десятка два ножей, одни чистят картошку, другие нарезают овощи, третьи мясо рубят, а на оставшихся столах полным ходом идет сам процесс приготовления еды.
