Хорошо, хоть газ-свет-комп в момент «выброса» у неё были выключены, а то кто знает, какая живописная картина ждала бы её при возвращении. В общем, не забыть просветиться на этот предмет у Харима и вообще поспрашивать про осколки, интересно же! А погоревать над цветочками и покаяться за своё внезапное исчезновение она ещё успеет. Через месяц. Можно набросать примерный план оправдательной речи, например, что её украли инопланетяне... И ведь, самое смешное, это практически правда! Только кто ж ей поверит.
Настроение у девушки было отличным. Его не могло испортить даже осознание того, что здесь её считают, мягко говоря, некрасивой. Подумаешь! Это в подростковом возрасте такое отношение крайне задевает – аж жизнь не мила – а она уже взрослый, уравновешенный человек с более-менее устойчивой нервной системой. Так что переживёт! Хотя нормальным платьем разжиться было бы очень и очень неплохо. В первую очередь, для себя. Всё же приятно чувствовать себя женщиной, а не каким-то недоразумением... Надо будет попросить помочь Нору. Кстати, заодно ненавязчиво поинтересоваться, нельзя ли будет называть их вот так, попроще, а то эти бесконечные дефисы только мозги засоряют...
Рада с отвращением надела вчерашнее платье (видимо, штаны у ра-римок не приветствовались, а то б она предпочла родной «стройкомплект», а не эту гадость), быстро умылась в личной «ванной» и отправилась в столовую. Судя по полосатому солнышку за окном, сейчас было уже позднее утро, а значит, большая вероятность, что все уже позавтракали и вовсю занимаются делами. И только она, лентяйка, нагло дрыхнет...
В столовой действительно было пусто, и Рада решила поискать кухню. Ну, или того, кто её туда проводит. В течении пяти минут она методично прошерстила коридор, террасу и все открытые комнаты, не рискуя пока соваться в закрытые, и не встретила ни единого человека. То есть, тьфу, ра-рима. Похоже, «князёк» не держит в доме лишней прислуги, в чём можно было убедиться ещё вчера. Но ведь кто-то же должен тут готовить, убирать, цветы поливать, в конце концов... Тигры, ау!
Ответом ей послужил оглушительный грохот откуда-то из дальнего конца коридора, и девушка без колебаний устремилась туда.
- Ай, туборг меня задери! Горячая, зараза, чтоб тебя!..
Ура, практически родная речь!
Рада сунула нос в приоткрытую дверь в тупичке, который не заметила раньше, и поняла, что поймала сразу двух «зайцев»: нашла вожделенную кухню, а на ней – попавшего в типично мужскую неприятность Ла-Харима. Бедный учёный, видимо, собирался поесть и случайно опрокинул на себя поднос с тарелками. Обжёгся и теперь машинально посасывал пострадавшие пальцы, одновременно пытаясь оттереть с лица и шевелюры размазанную по ним кашу. Рада сдержала рвущийся наружу смех и, уже не таясь, зашла на кухню. Краем глаза заметила, что она нехило отличается от типично земной, и первым делом кинулась искать полотенце. Не может быть, чтобы его тут не было!
Оказывается, может. За пару минут энергичных поисков девушка не обнаружила ничего похожего на полотенце; даже тряпка отсутствовала как класс, в том числе и половая. Зато она наткнулась на большой кувшин с водой и предложила Ла-Хариму умыться. Тот молча кивнул, не отводя от неё заинтересованного взгляда, и послушно наклонился над пустым тазом, наконец-то выпустив изо рта ошпаренную конечность. Рада потихоньку поливала из кувшина, и вскоре лицо и волосы ра-рима были более-менее чистыми. Только мокрыми.
- Есть, чем вытереться?
Он с сожалением помотал головой, и Рада не придумала ничего лучшего, чем вопросительно приподнять длинный подол своего платья.
- Подойдёт?
- О, да, да!
Мужчина порядком оживился и, наклонясь, начал медленно промакивать лицо, одновременно косясь на её ноги. Раде стало смешно. Вот тебе и «учёный»!
- Ну, всё?
- Ещё немного...вот здесь...
Между тем подол задрался выше коленей, и она решила, что это дело пора прекращать.
- Глазки-то не сломай, мой полосатый друг!
- Ты о чём? – и взгляд невинный, как у ребёнка. Ага, знаем, проходили.
Рада аккуратно высвободила своё платье и под разочарованный вздох красноречиво сложила руки на груди.
- Ну что, красивые у меня ноги?
- Да, очень! Кто бы мог поду... ээ...
Ла-Харим прикусил губу и побурел, поняв, что его только что поймали с поличным.
- Извини. Я... ээ... случайно. Не говори Миру, ладно?
Рада кивнула, в душе довольная его реакцией.
- Предлагаю дружеское общение, только больше никаких провокаций и проверочек на дебильность!
- Конечно-конечно! А... что ты имеешь в виду? – Ла-Харим протянул руку к плоскому металлическому шкафу и, нажав на нарисованный на нём белый квадратик, получил выскользнувшее из прорези чистое полотенце.
- Именно это, - кивнула Рада. – У меня сложилось впечатление, что вы меня считаете какой-то умственно отсталой, и сейчас ты хотел ещё раз в этом убедиться. И убедился, ведь так?
- Ну... ээ...
- Спасибо, хоть врать не стал, - усмехнулась девушка. – А тебе, если ты действительно учёный, не приходило в голову, что на других осколках жизнь может сильно отличаться от вашей? И, кстати, не обязательно в худшую сторону. Мы все разные – и по внешности, и по традициям и обычаям, и по уровню развития, но это не означает, что кто-то однозначно умнее, а кто-то - глупее. Мы просто другие. Как цветы – белые, синие, жёлтые... Их так много в вашем саду, но прекрасны – все до единого. Или, если хочешь, как разные детали одного сложного механизма: большие и маленькие, разного размера и назначения, лишь все вместе они заставляют его работать. Убери одну – и остановится всё. Понимаешь, что я хочу сказать?
Я не ориентируюсь в вашей хитрой технике только потому, что вижу её в первый раз; у нас она совершенно другая. К твоему сведению, я, хоть и работаю массажисткой, но ай кью у меня 132, а это очень приличный уровень. А моя лучшая подруга вообще два высших образования имеет, не считая всяких курсов, а почётными грамотами, дипломами всяких конкурсов и прочим уже целую стену дома завесила... И это в неполные тридцать!
Рада перевела дух и покосилась на задумчиво теребящего полотенце ра-рима. Похоже, эта речь его впечатлила.
- Я понял, - наконец, серьёзно кивнул Ла-Харим. – Извини за невольное невежество. Дело в том, что два предыдущих раза, когда к нам попадали люди, случились очень давно. По сохранившимся в летописях рассказам очевидно, что тогда на Земле всё было довольно примитивно устроено. Вот мы и решили, что там ничего особо не изменилось. Тем более, когда увидели тебя. Прости, но твой вид показался нам несколько... ээ... варварским, а ещё это смешное оружие, почти как в доисторические времена...
- Молоток, что ли? – дошло до Рады. – Так это никакое не оружие, а хозяйственная мелочь. Я им гвоздь прибивала...
- А кто это? И за что ты его убила?
Она невольно хихикнула.
- Вот видишь! Нам до нормального взаимопонимания ещё пилить и пилить! А вы сразу «примитив»...
- Ты мне расскажешь про современную Землю? – загорелся Ла-Харим. – Я всё законспектирую и оставлю для потомков. Восстановлю справедливость!
- Хорошо. Хотя, ради правды, скажу, что до таких штучек, как ваш супер душ, мы ещё не доросли. Но технический прогресс идёт вовсю, надеюсь, скоро догоним!
Глаза тигра предвкушающее заблестели, и Рада убедилась, что он и вправду похож на классического, жадного до знаний «человека» науки. Он тут же забросал её вопросами; параллельно не глядя нажал какие-то кнопки на всё той же панели, и разбитая посуда вместе с размазанной по полу едой непостижимым образом исчезли с пола. Рада только ошарашенно заморгала... «Хочу такое на Землю!»
Рассказывать на голодный желудок не хотелось, и девушка предложила сначала поесть, тем более, что он и сам до этого собирался. Процесс «готовки» её и вовсе шокировал. Ла-Харим подвёл её к висящему на стене большому натюрморту, изображающему пучок натуральных тигриных хвостов в прозрачной вазе («а, наш местный авангардист-извращенец, чтоб его, но Миру нравится...»), провёл рукой по раме – и картина исчезла, уступив место длинному списку под многообещающим названием «меню на сегодня». Рада заинтересованно пробежала его глазами, увидела много непонятного и попросила себе такую же кашку, как та, что нашла пристанище в гриве «Эйнштейна», что-нибудь наподобие сыра или ветчины и тонизирующий напиток с пирожком. Ла-Харим почесал в затылке, уточнил пару неясных моментов и решительно ткнул пальцем в несколько блюд. Рада обернулась на тихий звук за спиной – а поднос с заказом уже стоит на столике. Каша тёплая, над чашкой с «кофе» поднимается пар... Оперативненько!
Они присели тут же, поленившись идти в столовую, но, как сказал Ла-Харим, подносы можно было отправить и прямиком туда. За поздним завтраком (а для него – ранним обедом) девушка сначала выпытала подробности об устройстве кухни, и только после этого пообещала рассказать о земных реалиях. Ра-риму ничего не оставалось, как удовлетворить её любопытство, чтобы потом дать волю своему.
Так, Рада узнала, что в деле приготовления пищи используется сочетание высоких научных технологий и так называемой «магии земли», которая помогает долгосрочно хранить и доводить до нужной температуры продукты и приготовленные блюда. Последним занимаются две женщины, они приходят в дом Ра-Мирра на рассвете и управляются с этим делом за пару часов. Еду оставляют в специальном хранилище, расположенном под кухней; именно оттуда и «прилетает» заказанное. В уборке тоже помогает их природная магия вкупе с техническими ухищрениями, к которым лично он, небезызвестный в широких кругах конструктор, имеет самое прямое отношение. Вот поэтому-то этот огромный дом и не нуждается в большом штате обслуги. В маленьком, впрочем, тоже. Всё или автоматизировано, или делается как бы само собой, освобождая им время для личных дел. Конечно, Ра-Мирр, как ответственный хозяин земли, особо не бездельничает: следит за порядком в своём риале, решает насущные вопросы, общается с населением, и потому часто бывает в разъездах. Вот как сейчас, кстати. Он весьма сожалеет, что покинул свою уважаемую гостью, и просил передать, что постарается вернуться уже сегодня к вечеру. Остальные домочадцы занимаются тем, что каждому по душе. Са-Нора шьёт и вышивает, она у них мастерица на все руки («таак... зарубочка на память!»), Ма-Руша обожает рисовать и взахлёб читает сказки и всякие романтические истории. В школу, конечно, тоже ходит, с куда меньшей охотой, но образование у них – вещь обязательная, не откажешься... («и правильно»). Сам Ла-Харим много времени проводит в личной лаборатории, которую ему оборудовал друг, и которая полна его эксклюзивных изобретений. Некоторыми из них уже вся Ра-Рима пользуется!
- А мне туда можно? – тут же напросилась Рада и на всякий случай сделала лицо поумильнее. – Так хочется посмотреть на твои изобретения! Я, правда, вряд ли что пойму, но это должно быть ужасно интересно!
Ла-Харим, кажется, собирался под каким-нибудь предлогом отказать, но потом не устоял перед возможностью покрасоваться перед «инопланетянкой» и предложил ей руку.
- Хорошо, пойдём, здесь недалеко.
Они прошли куда-то вглубь сада – Рада не уставала крутить головой и восхищаться местной флорой – и остановились перед небольшим домиком, почти полностью скрытом за раскидистыми деревьями. Он был заметно выше главного и, в отличие от него, надёжно заперт на какой-то хитрый замок.
- От Ма-Руши? – предположила Рада.
- От неё, неугомонной! Всего-то один раз и залезла сюда... А ущерб как от стада голодных шашней! Ну, ты понимаешь...
- У нас говорят, «как Мамай прошёл». Ух ты, ничего себе!
Комнат в доме оказалось всего две. Крошечная гостиная со столиком и кушеткой и огромный кабинет, а скорее, даже цех по производству разных непонятных устройств, приборов и целых агрегатов. Два из них казались просто гигантскими: странное многоярусное сооружение с многочисленными вертикальными шлангами и различными встроенными ёмкостями и соединённая с большим металлическим «столом» исполинская подзорная труба на подставке. Ла-Харим кратко рассказал о каждом своём изобретении, пытаясь при этом держаться скромно, но Рада видела, что он ждёт от неё восторженных охов-ахов, и с удовольствием подыграла. В результате экскурсия затянулась часа на два; учёный потешил своё самолюбие, а его гостья узнала массу интересного, в том числе и такого, чем первоначально делиться с чужачкой явно не собирались. Впрочем, среди «экспонатов» не было ничего похожего на какое-нибудь стратегическое оружие. Всё – исключительно для мирного применения, исследовательского или хозяйственного. Идеи порой были настолько нестандартными для земного восприятия, что девушка тихо балдела и понимала – у них до этого никогда не додумаются. А если и додумаются – физически не смогут сделать. Что ж, у каждого – свой путь...
Более-менее понятной вещью для неё была лишь огромная подзорная труба.
- А в неё что-то можно увидеть днём? Очень интересно, какие у вас звёзды.
Ла-Харим промычал что-то невнятное, и, обернувшись, девушка успела увидеть на его лице довольно странное выражение.
- Я что-то не так сказала? Это не для того, чтобы смотреть на звёзды? А зачем тогда?
- Ну... Да, в некотором смысле этот прибор как раз позволяет приблизить и распознать очень и очень удалённые объекты... Моё последнее изобретение. Я назвал его «Око».
«Око Мордора» – хихикнула про себя Рада.
- А что с его помощью можно увидеть? Весь риаль? Зачем тогда Ра-Мирр сам везде ездит? Сидел бы тут, наблюдал, и был в курсе всего.
- Очень мне надо заниматься такой мелочью! – отмахнулся учёный. – Бери выше!
- Эм... Соседний риаль?
- Пф!
- Вся Ра-Рима? – удивилась Рада.
- Ха! Что мне Ра-Рима! «Око» способно дотянуться даже до не самых ближних осколков!
У неё глаза полезли на лоб.
- Ты это серьёзно?? То есть я сейчас могу увидеть свою Землю?! Или другие миры?
- Не совсем. Точнее, совсем не увидишь, - разочаровал изобретатель. – Моё «Око» распознаёт не изображения, а как бы структуру всего встреченного. Сама посуди: если бы я уже рассмотрел твою Землю во всех подробностях, то не стал бы заблуждаться по поводу вашего развития. И никто бы из нас не удивился твоей специфической внешности...
- Тогда зачем оно вообще нужно? Для каких целей?
Ла-Харим философски пожал плечами.
- Для научных!
Рада закатила глаза и больше ни о чём спрашивать не стала. Зато активизировался сам учёный, и первый его вопрос, как ни странно, был о звёздах.
- Что это вообще такое? И зачем на них смотреть?
Рада решила уже ничему не удивляться. Они вышли из лаборатории и устроились в удобных креслах под тенистым деревом. Она честно напрягла память и, как умела, рассказала о звёздах, земных телескопах и перспективах полётов к этим самым звёздам. Случайно глянув на собеседника, девушка обнаружила откровенно отвисшую челюсть и неверяще выпученные глаза.
- Что с тобой??
- Вы... летаете?!
- Ну да. А что...
На его лице отразилось вселенское горе.
- А мы – нет...
В общем, следующий час окончательно убедил ра-рима в том, что земляне не только не примитивная, а очень даже прогрессивная раса. Потому что они освоили не только чисто символические, но даже (почти) межпланетные полёты. А «передовикам» ра-римам они пока могли разве что сниться... Кто бы мог подумать! Раде пришлось ещё и утешать страдальца, у которого от расстройства даже хвосты обвисли.
Настроение у девушки было отличным. Его не могло испортить даже осознание того, что здесь её считают, мягко говоря, некрасивой. Подумаешь! Это в подростковом возрасте такое отношение крайне задевает – аж жизнь не мила – а она уже взрослый, уравновешенный человек с более-менее устойчивой нервной системой. Так что переживёт! Хотя нормальным платьем разжиться было бы очень и очень неплохо. В первую очередь, для себя. Всё же приятно чувствовать себя женщиной, а не каким-то недоразумением... Надо будет попросить помочь Нору. Кстати, заодно ненавязчиво поинтересоваться, нельзя ли будет называть их вот так, попроще, а то эти бесконечные дефисы только мозги засоряют...
Рада с отвращением надела вчерашнее платье (видимо, штаны у ра-римок не приветствовались, а то б она предпочла родной «стройкомплект», а не эту гадость), быстро умылась в личной «ванной» и отправилась в столовую. Судя по полосатому солнышку за окном, сейчас было уже позднее утро, а значит, большая вероятность, что все уже позавтракали и вовсю занимаются делами. И только она, лентяйка, нагло дрыхнет...
В столовой действительно было пусто, и Рада решила поискать кухню. Ну, или того, кто её туда проводит. В течении пяти минут она методично прошерстила коридор, террасу и все открытые комнаты, не рискуя пока соваться в закрытые, и не встретила ни единого человека. То есть, тьфу, ра-рима. Похоже, «князёк» не держит в доме лишней прислуги, в чём можно было убедиться ещё вчера. Но ведь кто-то же должен тут готовить, убирать, цветы поливать, в конце концов... Тигры, ау!
Ответом ей послужил оглушительный грохот откуда-то из дальнего конца коридора, и девушка без колебаний устремилась туда.
- Ай, туборг меня задери! Горячая, зараза, чтоб тебя!..
Ура, практически родная речь!
Рада сунула нос в приоткрытую дверь в тупичке, который не заметила раньше, и поняла, что поймала сразу двух «зайцев»: нашла вожделенную кухню, а на ней – попавшего в типично мужскую неприятность Ла-Харима. Бедный учёный, видимо, собирался поесть и случайно опрокинул на себя поднос с тарелками. Обжёгся и теперь машинально посасывал пострадавшие пальцы, одновременно пытаясь оттереть с лица и шевелюры размазанную по ним кашу. Рада сдержала рвущийся наружу смех и, уже не таясь, зашла на кухню. Краем глаза заметила, что она нехило отличается от типично земной, и первым делом кинулась искать полотенце. Не может быть, чтобы его тут не было!
Оказывается, может. За пару минут энергичных поисков девушка не обнаружила ничего похожего на полотенце; даже тряпка отсутствовала как класс, в том числе и половая. Зато она наткнулась на большой кувшин с водой и предложила Ла-Хариму умыться. Тот молча кивнул, не отводя от неё заинтересованного взгляда, и послушно наклонился над пустым тазом, наконец-то выпустив изо рта ошпаренную конечность. Рада потихоньку поливала из кувшина, и вскоре лицо и волосы ра-рима были более-менее чистыми. Только мокрыми.
- Есть, чем вытереться?
Он с сожалением помотал головой, и Рада не придумала ничего лучшего, чем вопросительно приподнять длинный подол своего платья.
- Подойдёт?
- О, да, да!
Мужчина порядком оживился и, наклонясь, начал медленно промакивать лицо, одновременно косясь на её ноги. Раде стало смешно. Вот тебе и «учёный»!
- Ну, всё?
- Ещё немного...вот здесь...
Между тем подол задрался выше коленей, и она решила, что это дело пора прекращать.
- Глазки-то не сломай, мой полосатый друг!
- Ты о чём? – и взгляд невинный, как у ребёнка. Ага, знаем, проходили.
Рада аккуратно высвободила своё платье и под разочарованный вздох красноречиво сложила руки на груди.
- Ну что, красивые у меня ноги?
- Да, очень! Кто бы мог поду... ээ...
Ла-Харим прикусил губу и побурел, поняв, что его только что поймали с поличным.
- Извини. Я... ээ... случайно. Не говори Миру, ладно?
Рада кивнула, в душе довольная его реакцией.
- Предлагаю дружеское общение, только больше никаких провокаций и проверочек на дебильность!
- Конечно-конечно! А... что ты имеешь в виду? – Ла-Харим протянул руку к плоскому металлическому шкафу и, нажав на нарисованный на нём белый квадратик, получил выскользнувшее из прорези чистое полотенце.
- Именно это, - кивнула Рада. – У меня сложилось впечатление, что вы меня считаете какой-то умственно отсталой, и сейчас ты хотел ещё раз в этом убедиться. И убедился, ведь так?
- Ну... ээ...
- Спасибо, хоть врать не стал, - усмехнулась девушка. – А тебе, если ты действительно учёный, не приходило в голову, что на других осколках жизнь может сильно отличаться от вашей? И, кстати, не обязательно в худшую сторону. Мы все разные – и по внешности, и по традициям и обычаям, и по уровню развития, но это не означает, что кто-то однозначно умнее, а кто-то - глупее. Мы просто другие. Как цветы – белые, синие, жёлтые... Их так много в вашем саду, но прекрасны – все до единого. Или, если хочешь, как разные детали одного сложного механизма: большие и маленькие, разного размера и назначения, лишь все вместе они заставляют его работать. Убери одну – и остановится всё. Понимаешь, что я хочу сказать?
Я не ориентируюсь в вашей хитрой технике только потому, что вижу её в первый раз; у нас она совершенно другая. К твоему сведению, я, хоть и работаю массажисткой, но ай кью у меня 132, а это очень приличный уровень. А моя лучшая подруга вообще два высших образования имеет, не считая всяких курсов, а почётными грамотами, дипломами всяких конкурсов и прочим уже целую стену дома завесила... И это в неполные тридцать!
Рада перевела дух и покосилась на задумчиво теребящего полотенце ра-рима. Похоже, эта речь его впечатлила.
- Я понял, - наконец, серьёзно кивнул Ла-Харим. – Извини за невольное невежество. Дело в том, что два предыдущих раза, когда к нам попадали люди, случились очень давно. По сохранившимся в летописях рассказам очевидно, что тогда на Земле всё было довольно примитивно устроено. Вот мы и решили, что там ничего особо не изменилось. Тем более, когда увидели тебя. Прости, но твой вид показался нам несколько... ээ... варварским, а ещё это смешное оружие, почти как в доисторические времена...
- Молоток, что ли? – дошло до Рады. – Так это никакое не оружие, а хозяйственная мелочь. Я им гвоздь прибивала...
- А кто это? И за что ты его убила?
Она невольно хихикнула.
- Вот видишь! Нам до нормального взаимопонимания ещё пилить и пилить! А вы сразу «примитив»...
- Ты мне расскажешь про современную Землю? – загорелся Ла-Харим. – Я всё законспектирую и оставлю для потомков. Восстановлю справедливость!
- Хорошо. Хотя, ради правды, скажу, что до таких штучек, как ваш супер душ, мы ещё не доросли. Но технический прогресс идёт вовсю, надеюсь, скоро догоним!
Глаза тигра предвкушающее заблестели, и Рада убедилась, что он и вправду похож на классического, жадного до знаний «человека» науки. Он тут же забросал её вопросами; параллельно не глядя нажал какие-то кнопки на всё той же панели, и разбитая посуда вместе с размазанной по полу едой непостижимым образом исчезли с пола. Рада только ошарашенно заморгала... «Хочу такое на Землю!»
Рассказывать на голодный желудок не хотелось, и девушка предложила сначала поесть, тем более, что он и сам до этого собирался. Процесс «готовки» её и вовсе шокировал. Ла-Харим подвёл её к висящему на стене большому натюрморту, изображающему пучок натуральных тигриных хвостов в прозрачной вазе («а, наш местный авангардист-извращенец, чтоб его, но Миру нравится...»), провёл рукой по раме – и картина исчезла, уступив место длинному списку под многообещающим названием «меню на сегодня». Рада заинтересованно пробежала его глазами, увидела много непонятного и попросила себе такую же кашку, как та, что нашла пристанище в гриве «Эйнштейна», что-нибудь наподобие сыра или ветчины и тонизирующий напиток с пирожком. Ла-Харим почесал в затылке, уточнил пару неясных моментов и решительно ткнул пальцем в несколько блюд. Рада обернулась на тихий звук за спиной – а поднос с заказом уже стоит на столике. Каша тёплая, над чашкой с «кофе» поднимается пар... Оперативненько!
Они присели тут же, поленившись идти в столовую, но, как сказал Ла-Харим, подносы можно было отправить и прямиком туда. За поздним завтраком (а для него – ранним обедом) девушка сначала выпытала подробности об устройстве кухни, и только после этого пообещала рассказать о земных реалиях. Ра-риму ничего не оставалось, как удовлетворить её любопытство, чтобы потом дать волю своему.
Так, Рада узнала, что в деле приготовления пищи используется сочетание высоких научных технологий и так называемой «магии земли», которая помогает долгосрочно хранить и доводить до нужной температуры продукты и приготовленные блюда. Последним занимаются две женщины, они приходят в дом Ра-Мирра на рассвете и управляются с этим делом за пару часов. Еду оставляют в специальном хранилище, расположенном под кухней; именно оттуда и «прилетает» заказанное. В уборке тоже помогает их природная магия вкупе с техническими ухищрениями, к которым лично он, небезызвестный в широких кругах конструктор, имеет самое прямое отношение. Вот поэтому-то этот огромный дом и не нуждается в большом штате обслуги. В маленьком, впрочем, тоже. Всё или автоматизировано, или делается как бы само собой, освобождая им время для личных дел. Конечно, Ра-Мирр, как ответственный хозяин земли, особо не бездельничает: следит за порядком в своём риале, решает насущные вопросы, общается с населением, и потому часто бывает в разъездах. Вот как сейчас, кстати. Он весьма сожалеет, что покинул свою уважаемую гостью, и просил передать, что постарается вернуться уже сегодня к вечеру. Остальные домочадцы занимаются тем, что каждому по душе. Са-Нора шьёт и вышивает, она у них мастерица на все руки («таак... зарубочка на память!»), Ма-Руша обожает рисовать и взахлёб читает сказки и всякие романтические истории. В школу, конечно, тоже ходит, с куда меньшей охотой, но образование у них – вещь обязательная, не откажешься... («и правильно»). Сам Ла-Харим много времени проводит в личной лаборатории, которую ему оборудовал друг, и которая полна его эксклюзивных изобретений. Некоторыми из них уже вся Ра-Рима пользуется!
- А мне туда можно? – тут же напросилась Рада и на всякий случай сделала лицо поумильнее. – Так хочется посмотреть на твои изобретения! Я, правда, вряд ли что пойму, но это должно быть ужасно интересно!
Ла-Харим, кажется, собирался под каким-нибудь предлогом отказать, но потом не устоял перед возможностью покрасоваться перед «инопланетянкой» и предложил ей руку.
- Хорошо, пойдём, здесь недалеко.
Они прошли куда-то вглубь сада – Рада не уставала крутить головой и восхищаться местной флорой – и остановились перед небольшим домиком, почти полностью скрытом за раскидистыми деревьями. Он был заметно выше главного и, в отличие от него, надёжно заперт на какой-то хитрый замок.
- От Ма-Руши? – предположила Рада.
- От неё, неугомонной! Всего-то один раз и залезла сюда... А ущерб как от стада голодных шашней! Ну, ты понимаешь...
- У нас говорят, «как Мамай прошёл». Ух ты, ничего себе!
Комнат в доме оказалось всего две. Крошечная гостиная со столиком и кушеткой и огромный кабинет, а скорее, даже цех по производству разных непонятных устройств, приборов и целых агрегатов. Два из них казались просто гигантскими: странное многоярусное сооружение с многочисленными вертикальными шлангами и различными встроенными ёмкостями и соединённая с большим металлическим «столом» исполинская подзорная труба на подставке. Ла-Харим кратко рассказал о каждом своём изобретении, пытаясь при этом держаться скромно, но Рада видела, что он ждёт от неё восторженных охов-ахов, и с удовольствием подыграла. В результате экскурсия затянулась часа на два; учёный потешил своё самолюбие, а его гостья узнала массу интересного, в том числе и такого, чем первоначально делиться с чужачкой явно не собирались. Впрочем, среди «экспонатов» не было ничего похожего на какое-нибудь стратегическое оружие. Всё – исключительно для мирного применения, исследовательского или хозяйственного. Идеи порой были настолько нестандартными для земного восприятия, что девушка тихо балдела и понимала – у них до этого никогда не додумаются. А если и додумаются – физически не смогут сделать. Что ж, у каждого – свой путь...
Более-менее понятной вещью для неё была лишь огромная подзорная труба.
- А в неё что-то можно увидеть днём? Очень интересно, какие у вас звёзды.
Ла-Харим промычал что-то невнятное, и, обернувшись, девушка успела увидеть на его лице довольно странное выражение.
- Я что-то не так сказала? Это не для того, чтобы смотреть на звёзды? А зачем тогда?
- Ну... Да, в некотором смысле этот прибор как раз позволяет приблизить и распознать очень и очень удалённые объекты... Моё последнее изобретение. Я назвал его «Око».
«Око Мордора» – хихикнула про себя Рада.
- А что с его помощью можно увидеть? Весь риаль? Зачем тогда Ра-Мирр сам везде ездит? Сидел бы тут, наблюдал, и был в курсе всего.
- Очень мне надо заниматься такой мелочью! – отмахнулся учёный. – Бери выше!
- Эм... Соседний риаль?
- Пф!
- Вся Ра-Рима? – удивилась Рада.
- Ха! Что мне Ра-Рима! «Око» способно дотянуться даже до не самых ближних осколков!
У неё глаза полезли на лоб.
- Ты это серьёзно?? То есть я сейчас могу увидеть свою Землю?! Или другие миры?
- Не совсем. Точнее, совсем не увидишь, - разочаровал изобретатель. – Моё «Око» распознаёт не изображения, а как бы структуру всего встреченного. Сама посуди: если бы я уже рассмотрел твою Землю во всех подробностях, то не стал бы заблуждаться по поводу вашего развития. И никто бы из нас не удивился твоей специфической внешности...
- Тогда зачем оно вообще нужно? Для каких целей?
Ла-Харим философски пожал плечами.
- Для научных!
Рада закатила глаза и больше ни о чём спрашивать не стала. Зато активизировался сам учёный, и первый его вопрос, как ни странно, был о звёздах.
- Что это вообще такое? И зачем на них смотреть?
Рада решила уже ничему не удивляться. Они вышли из лаборатории и устроились в удобных креслах под тенистым деревом. Она честно напрягла память и, как умела, рассказала о звёздах, земных телескопах и перспективах полётов к этим самым звёздам. Случайно глянув на собеседника, девушка обнаружила откровенно отвисшую челюсть и неверяще выпученные глаза.
- Что с тобой??
- Вы... летаете?!
- Ну да. А что...
На его лице отразилось вселенское горе.
- А мы – нет...
В общем, следующий час окончательно убедил ра-рима в том, что земляне не только не примитивная, а очень даже прогрессивная раса. Потому что они освоили не только чисто символические, но даже (почти) межпланетные полёты. А «передовикам» ра-римам они пока могли разве что сниться... Кто бы мог подумать! Раде пришлось ещё и утешать страдальца, у которого от расстройства даже хвосты обвисли.
