Бинита – «скромная». Имя индийского происхождения, но также его используют в Непале.
Глава 15. Смятая трава
Я видел, как она растет и как шагает,
то сокрушительна, а то нетороплива.
Она, то стужей леденит, то обжигает,
пора прилива у нее, пора отлива.
Юрий Левитанский
Москва. Май 2024 года
Ксения едва поспевала за Еленой Владиславовной. Имея невысокий рост, та передвигалась быстро и оказалась весьма юркой. По дороге она успела достать из своей сумки очки и надела их, для того, чтобы лучше войти в роль. Обе они волновались, но отступать было просто некуда.
– А что если нас рассекретят? – взволнованно спросила Звонарева.
– Будем действовать по плану Б.
– Он у нас имеется?
– Пока нет, – покачала головой Елена Владиславовна. – Но мы можем сказать, что готовимся снимать фильм, вот и пошли на подобный риск. Все-таки это полуправда, зато у нас появиться шанс, выведать, хоть какую-то информацию.
Они прошли по коридору и направились в тот кабинет, что им назвали на первом этаже. Ксения молилась и одновременно звала Олега, чтобы тот подстраховал их на всякий случай. Наконец, перед ними возникла белая дверь, и они застыли перед ней в замешательстве.
– Давайте постучим.
– Главное, выглядеть спокойно. Без паники.
– Я постараюсь, – кивнула Звонарева.
Как только Елена Владиславовна подняла руку, намереваясь постучать в кабинет, дверь неожиданно открылась. На пороге возвышался мужчина средних лет с копной русых волос и в белом халате, надетом поверх голубой рубашки и черных брюк.
– Вы заведующий этой клиники? – деловым тоном поинтересовалась Елена Владиславовна.
– Заместитель, – поправил ее мужчина, не скрывая своего изумления. – А вы простите, кто?
Женщины представились. Вернее, Елена Владиславовна снова озвучила версию, что она якобы старший следователь Данилова, а ее спутница – помощница, а заодно майор. Ксения не успела возразить, как Елена Владиславовна жестом показала ей, что надо бы помолчать. Заместитель Павел Ильич Ладынин оказался вежлив и весьма словоохотлив. Он проводил дам в кабинет и усадил их в мягкие кресла, затем попросил у секретарши принести им кофе.
– Дело одного известного актера снова открыли, поэтому мы здесь, – поправив очки, сообщила Елена Владиславовна.
– Кто он? И каким образом это касается нашей клиники?
– Дмитрий Сафьянов. Помните такого?
– Ах, Дмитрий, – протянул Павел Ильич. – Да, он проходил у нас лечение несколько лет назад.
– И все? Разве не у вас он умер?
– К сожалению, это действительно так. Однако в тот момент я был в отъезде, поэтому мало что знаю.
Звонарева сидела рядом и старалась записывать все, что ей удавалось уловить из данной беседы. На самом деле от волнения у нее дрожали руки, а слышала она через слово. И все же писала она практически все фразы, которые казались ей важными. Вкратце. Вдруг пригодится в будущем.
– Жаль, – вздохнула Елена Владиславовна. – А директор тоже уезжал?
– Нет, кажется, он находился в Москве. Но за это время у нас уже трижды сменилось начальство.
– В любом случае продиктуйте адрес. Мы и с ним постараемся побеседовать.
– Да, разумеется, – кивнул Павел Ильич, заглянув в одну из тетрадей. – Он переехал в город Королев, мы еще встречались у него на новоселье в последний раз.
– Записала?
– Конечно, – ответила Ксения, еще раз проверив адрес.
– Возможно, вы помните Сафьянова до того, как уехали?
– Немного. Он прибыл к нам в крайне плохом состоянии. Его жена очень переживала, что с ним случится инсульт или инфаркт. Выглядела она крайне обеспокоенной в самом начале.
– А потом? – вскинула брови Елена Владиславовна.
– Спустя пару недель, она стала приезжать все реже, а потом и вовсе исчезла с горизонтов. Если и звонила, то чтобы учинить допрос или с кем-то из персонала поругаться.
Жеманная секретарша вошла в кабинет, принесла кофе, противно улыбнулась посетителям и, застучав каблучками по полу, вскоре вышла.
– Получается, что жена больше не навещала Дмитрия? – уточнила Звонарева, подняв голову.
– Ни разу. А ведь он ее так ждал. У него была вип-палата, лечение проходило как по маслу. Все идеально. Пациент быстро шел на поправку.
– Почему у меня такое ощущение, что вы чего-то не договариваете? – прищурилась Елена Владиславовна и посмотрела на заместителя клиники поверх очков.
– Потому что мне все время кажется, будто это случилось по моей вине, – признался Павел Ильич, отхлебнув кофе.
– Тогда расскажите нам. В чем же собственно дело?
– Похоже, что Сафьянов за кем-то следил. Это всего лишь версия, но иных у меня не имеется. Так вот, он считал, что в нашей клинике есть люди, которые воруют лекарства, особенно наркотические средства и потом ими торгуют.
– И вы ему не поверили, – догадалась Елена Владиславовна.
– Не стану скрывать, что поначалу я отмел все его странные версии. У нас часто лежат люди с психическими отклонениями. Вот и решил, что он тоже слегка преувеличивает или заговаривается. Но деталей в его рассказах становилось все больше, а по клинике поползли слухи.
– Какие именно слухи? – насторожилась Звонарева.
– Что одна из наших сотрудниц торгует дорогими препаратами. Кто-то на нее проверку натравил, отчего она обозлилась еще больше. Именно ее прочили в заместители директора, но все сорвалось. Чего только не думали про нее, какие только дела не пытались на нее скинуть, все прошло мимо. Тогда-то и понял Сафьянов, что ту сотрудницу кто-то прикрывает.
– Вы полагаете, что Дмитрию могли отомстить? – бросив на него тяжелый взгляд, поинтересовалась Елена Владиславовна.
– Я предполагаю, что он мог все высказать этой даме, а уж там и до расправы недалеко.
– Хорошо. Напишите адрес и телефон вашей сотрудницы.
– Я телефон не помню, а вот адрес дам, – обрадовал их Павел Ильич. – Пару раз эту сотрудницу отвозил домой, вот и не сумел забыть то место.
Ксения записывала как можно быстрее, но от волнения у нее прыгали все буквы перед глазами. Тогда она сделала пару вдохов и выдохов и затем снова ощутила, что ее рука обрела твердость. Все казалось, что вот-вот кто-то появится, их выведут на чистую воду и с позором прогонят прочь. Но заведующий только и говорил о том, что странное поведение их сотрудницы продолжалось уже и после смерти актера Дмитрия Сафьянова. Приблизительно через полгода та сотрудница неожиданно уволилась и бесследно исчезла. Еще долго ходили слухи, что Дмитрий был убит по ее вине, но доказать ничего они так и не успели.
– Как думаете, он что-нибудь заподозрил? – спросила у нее Звонарева, когда они оказались на улице.
– Вряд ли. Похоже, у него самого рыльце в пушку.
– Почему вы так решили?
– А ты видела его глаза? – обернулась Елена Владиславовна. – Он вроде был вежлив с нами, шел на контакт. И все же глаза время от времени бегали, значит, точно не чист на руку.
Охранник выпустил их и пожелал хорошего дня. Алексей Петрович ждал их с нетерпением.
– Удалось хоть что-то выяснить? – спросил он, помогая дамам сесть в машину.
– Лешенька, информации немного. Но для частного детектива этого будет достаточно.
Декабрь 2019 года. Следующее утро
Трудно было Олегу утром проснуться, но еще труднее оказалось добраться до аэропорта. Благо он не опоздал на рейс, хотя имел все шансы остаться еще на сутки в Катманду. Бинита не давала спать ему до рассвета, хотя кто был больше поглощен страстью он или она, задача весьма сложная. То ли от восторга, то ли в порыве нежности, но Данилов умудрился позвать молодую женщину с собой. Не куда-то, а прямо в Россию. В Москву, мать его за ногу! В шоке он пребывал уже тогда, когда Бинита появилась в аэропорту с чемоданом. Он сначала еще подумал, что она его проводить прибыла. Потом только догадался, что женщина восприняла его слова всерьез.
– Если ты не хочешь, чтобы я ехала с тобой, то так и скажи, – выпалила Бинита, заметив, что он не слишком-то обрадовался данной новости.
– Я просто растерялся. Но ты все сделала правильно. Лучше уехать отсюда.
– Правда?
– Конечно, – забрав ее чемодан, сказал Олег. – Я и билет куплю, не волнуйся.
– Билет я могу и сама оплатить. У меня есть деньги.
– Вот и оставь их себе. Идем.
Он повесил сумку на плечо, а затем подхватил два чемодана. Ее чемодан по весу был тяжелее, чем весь багаж Данилова. Женщины. Что с них возьмешь? Обязательно что-то да выпихнут. Значит, придется за багаж доплачивать. Но это не смутило его, наоборот, показалось даже романтично. Еще никто подобным образом не поступал ради него.
– Почему ты улыбаешься? – спросила Бинита, когда они уже сели в самолет.
Со стюардессой удалось договориться, и она посадила их рядом. Так, он, по крайней мере, мог не волноваться за нее.
– Я просто счастлив.
– Возвращаешься на Родину? Да?
– И это тоже, – обнял ее за плечи Олег. – А еще я думаю о том, что ни одна женщина не бросала ради меня все, не меняла свою жизнь в одночасье.
– Погоди. А с чего ты решил, что это сделала ради тебя?
Она продолжала улыбаться, но в ее глазах сверкнули колкие снежинки. Кажется, Бинита на него рассердилась. Даже если это действительно было так, то его слова прозвучали как-то не так. Похоже, что она обиделась.
– Прости. Наверное, я неправильно тебя понял.
– В моей жизни был один мужчина, что тоже считал себя главным. Он был уверен, что находится на первом месте, однако мне пришлось его расстроить.
– Вот как?
– Да, – кивнула Бинита, поправляя свои черные волосы, что были перевязаны лентой. – Сначала этот человек соблазнил меня, потом увез из родной деревни, несколько лет обещал, что мы будем вместе, а сам женился на другой женщине. Она была очень богата. Так вот он бегал ко мне, жаловался, плакал и клялся, что мы непременно поженимся. Я честно ждала шесть долгих лет.
– А потом?
– В один миг мое терпение закончилось. Он как раз ушел от жены или же та его просто выгнала из дома. Только пришел он ко мне, стал говорить, какой он молодец, как меня любит и подарил кольцо. Замуж позвал. А я ему отказала и сказала, что мы расстаемся.
– У меня ощущение, что ты словно бы с намеком об этом говоришь, – вздрогнул Данилов.
– С тех пор я не верю мужчинам.
– И мне тоже?
– Тебе в первую очередь. Ты даже смотрел словно бы сквозь меня. Думаешь, что я ничего не заметила?
Он побледнел от неожиданности. Ему и в голову не приходило, что он мог как-то ее обидеть или задеть. Все случилось по взаимному согласию. Олег ее ни принуждал к физической близости. Тогда в чем же дело?
– У меня просто в жизни случилась ситуация от которой я до сих пор еще не оправился. Поэтому я прошу у тебя прощения.
Всю дорогу до Москвы они долго беседовали. Иногда ели и пили чай, немного, но в основном говорили о жизни. Бинита не только обладала красивой внешностью, у нее имелся ум и невероятный шарм. Данилов даже думал, что ее следует позвать в кино, но она отклонила это предложение. Для нее все актрисы являлись чем-то вроде женщин низшего сорта, хотя и себя она не считала порядочной. И все же быть актрисой – это позор. Наконец, самолет приземлился в Москве. С пересадками, но они добрались до столицы России, и смогли сразу ощутить погодные условия. В тот вечер как раз выпал снег и дул сильный ветер. Однако Бинита выглядела довольной. Ей все нравилось. Толпа в аэропорту, нервные таксисты, ветер, что продувал со всех сторон.
– А почему тебя никто не встречает? – удивилась Бинита, когда они уже сидели в такси.
– Я немного продлил свой отпуск, поэтому сейчас все заняты на съемках.
– Так ты не шутил, когда сказал, что являешься актером?
– Ни разу, – рассмеялся Олег, посмотрев на часы.
К девяти вечера они как раз добрались до его квартиры. Несмотря на протесты дамы, он точно знал, что ночевать она будет у него. А где еще? Конечно, Бинита уверяла, что сама справиться, у нее есть деньги, так что она вполне сможет снять номер в отеле. Данилов объяснил ей, что цены в Москве совсем иные, поэтому ее сбережений, надолго не хватит.
– Но я, же не могу жить у тебя.
– Это еще почему?
– Ты привык к своему ритму, – начала перечислять Бинита. – У тебя свои дела, а тут я…
– Давай ты пока поживешь у меня, а там мы решим.
Она согласилась. Когда они вошли в квартиру, то гостья с интересом рассматривала обстановку и пыталась на глаз определить, присутствует ли тут женская рука или нет. Потом они быстро поужинали. Олег успел по дороге заскочить в магазин и купил готовые котлеты, салат и даже бутылочку вина. Еда была скромной, но вкусной. Затем Бинита отправилась в душ, а он метался по спальне, не зная, что предпринять. Стоит ли поменять постельное белье на более романтическое? Или она решит спать в соседней комнате? Он только успел написать сообщение родителям и постелить свежую простынь, как сзади послышались шаги.
– Вижу, что ты устал.
– Есть такое, – кивнул Данилов. – Ты где собираешься спать? Здесь или за стенкой?
– Хотелось бы рядом с тобой.
Он выпрямился и не успел обернуться, как Бинита обняла его сзади. Ее красивые смуглые руки ловко освободили его от одежды. Через несколько минут они рухнули на кровать, не в силах больше сдерживать порыв страсти, который снова их охватил. Теперь уже Олег не думал о бывшей невесте. Он четко понимал, что важна именно эта женщина и с ней ему действительно было хорошо. Им было хорошо и спокойно вдвоем. Она заснула первой, а он еще некоторое время смотрел, как она спит, сжав его руку своими тонкими пальцами. Наконец, и он погрузился в сон. Бродил по зеленым лугам, слушал пение птиц, а потом увидел ее. Милена стояла посреди поля и смотрела на него. Нежная и прелестная. Его любимая девочка. Затем она побежала ему навстречу, раскинув руки и сложив губы бантиком. И все же поцелуй не принес удовольствия, только оставил горькое послевкусие.
Глава 16. Запах васильков
Она не бросит ни за что, но и не просит
бежать за ней, когда за дверью непогода.
Она раскинется тайгой, где нету просек,
а то прикинется рекой, где нету брода.
Юрий Левитанский
Москва. Начало июня 2024 года
Прошло несколько дней. Наступили выходные, и в дом Елены Владиславовны и Алексея Петровича приехала мама Ксении. Не одна, разумеется. С собакой. Валентина Сергеевна была слегка полноватой блондинкой и на фоне хозяйки дома выглядела как дама из высшего общества. То ли ее так молодила новая стрижка, то ли макияж, который у нее всегда был в порядке. Но немного усталая Елена Владиславовна больше напоминала белого ежика, который хотел, чтобы его оставили в покое.
– Что у Елены с настроением? – тихо спросила у Алексея Петровича Звонарева.
– Похоже, тема с частными детективами провалилась.
– А почему?
– Какие еще детективы? – встрепенулась Валентина Сергеевна, отцепив собаку по кличке Лаки.
– Мам, это мы про книги говорим, – махнула рукой Ксения. – Алексей Петрович больше любит Мегрэ, а я все же обожаю истории про Перри Мейсона.
– Понятно, – протянула ее мать. – Я уже давно детективы не читаю, но раньше они были очень популярны.
Елена Владиславовна ушла на кухню, и Звонарева, выждав немного времени, отправилась туда же. Она хотела узнать, нужна ли помощь, а заодно узнать выписали ли уже Стефанию.
– У тебя очень хорошо выглядит мама, – заметила Елена Владиславовна.
