– Ты вкусно пахнешь, – пробормотал он, прижимая ее к себе.
– Я еще и выгляжу весьма соблазнительно.
Данилов сразу открыл глаза. Даша без предисловий принялась его целовать, желая стереть ту сцену, когда она напилась, сама же его соблазняла и в итоге уснула. Страсть вспыхнула мгновенно. Олег и не думал, что утром у них все случится лучше, чем обычно. То ли так действовал Лиссабон, то ли вчерашний вечер откровений. Но в тот день их близость была более наполненной и яркой.
– Все равно ты победила.
– Не сердись, Олежек, – промурлыкала Дарья, с трудом переводя дыхание. – В следующий раз все призы только тебе.
– Договорились.
– Ты так и не ответил на мой вопрос.
Он посмотрел на нее с удивлением, словно бы не понимал, о чем идет речь.
– Напомни, пожалуйста.
– Ты шутишь?
– Мы много что обсуждали, – погладил ее по щеке Данилов.
– Я спросила: любишь ли ты меня.
– Да? И что же я ответил?
– Издеваешься? Ты ничего не ответил.
– Точно?
– Погоди, – приподнялась на локте Даша. – Намекаешь, что я могла забыть? Потому что я много выпила вчера. Ох, так неудобно.
– Но я ничего не сказал.
– Вот видишь. Я так и знала. Зачем ты меня путаешь?
– Решил проверить, что именно ты помнишь.
Вскоре они отправились в душ. Не вместе, а по очереди. Дарье хотелось как-то порадовать Олега, и она заказала завтрак в номер. Потом они уже выпили кофе и съели золотистые тосты с клубничным джемом и сливочным сыром.
– Странно, что ты постоянно уходишь от ответа.
– Ты про свой вопрос? – подливая сливки ей в кофе, приподнял одну бровь Данилов. – Я все помню, милая.
– Но почему-то ничего не говоришь.
– Еще не готов. Мне хорошо с тобой. Думаю, что этого достаточно.
– Для тебя или для меня?
– Не знаю. Тебе хорошо со мной?
– Лучше не бывает, если честно, – прижалась к его плечу Даша. – Понимаю, что я, наверное, на тебя давлю. Но мне хотелось бы услышать и ощутить это. Твою любовь.
– Я ничего не обещал с самого начала. И все же ты мне дорога.
– Пусть так. Больше не буду спрашивать.
Дальше они уже переключились на работу. Довольно быстро оделись и сев в такси поехали по тому адресу, что им прислали два часа назад. Первый съемочный день обещал быть жарким, но никого из ребят это не смущало. Даже наоборот, многие искренне радовались, что в октябре могут еще поймать по-летнему жаркое солнце. Дарья больше была здесь как его девушка и помощница, но это ее нисколько не обижало.
– Как настрой? – подошел к ним Денис, поправляя бейсболку.
– Настрой боевой, – ответил Олег, пожимая режиссеру руку.
– Дашенька, вы сегодня особенно прелестны.
– Благодарю, – она немного смутилась.
– Ну, и красавица. Прямо расцвела здесь. Что ты с ней сделал?
– Все тебе расскажи.
– Давай уже, делись, – подмигнул ему Макаров.
– Тебе весь список озвучить или частями?
Режиссер громко засмеялся. Дарья глупо улыбалась и краснела. Вроде бы мужчины ничего такого не говорили прямо, но и так было понятно, что за тему они выбрали.
– Просто у меня ну ты знаешь…
– Роман с помощницей, – продолжил Данилов.
– Мы вроде и не скрываем особо, но я все-таки надеялся, что это не так сильно бросается в глаза.
– Ты в нее влюблен и это как раз видно.
– Поэтому я и подумал, что раз у вас все так чудесно. То не мог бы ты…
Денис замялся, точно студент перед экзаменационной комиссией.
– Тебе бы не мешало камасутру полистать.
– Думаешь, что поможет? – с надеждой спросил Макаров.
– Лишним точно не будет. А если серьезно, то будь с ней чуть более сдержанным. Тогда она сама к тебе потянется.
– Как ты догадался, что у нас именно в этом проблема?
– Чуйка.
Режиссер кивнул. О чем-то еще пошептался с Олегом, но вскоре ушел. Нужно было еще раз проверить все к предстоящей съемке. Локация в тот день располагалась в одном из красивейших мест Лиссабона под названием парк наций. Гримеры уже активно работали над образами актеров, что первыми должны были войти в кадр. Данилов был одним среди них. Его небольшая роль художника занимала не слишком много экранного времени. Но зато именно его герой оставил след в судьбе главной героини.
– Волнуешься? – тихо спросила у него Дарья.
– Вроде нет.
– А я вся дрожу.
– Чего вдруг?
– Не знаю. Просто ощущение, что эта работа и поездка…
– Говори, прошу тебя, – взял ее за руку Олег.
Даша вздохнула и посмотрела на него со странным выражением.
– Знаешь, трудно объяснить. Ты весь как на ладони и мне почему-то страшно.
– Что за глупости?
– Страшно за тебя. За нас.
– Дашенька, не накручивай себя.
– Я стараюсь, – сдерживая слезы, произнесла Дарья. – Но с недавних пор прямо одна и та, же мысль меня преследует.
– Какая мысль?
– Что-то должно случиться.
Данилов без стеснения обнял ее за плечи и аккуратно прижал к себе. Одежда взята из костюмерной, так что нужно ее беречь. Однако успокоить и утешить Дашу, ему тоже было важно. Но вот послышался голос режиссера. Вызов на съемочную площадку.
– Выбрось все плохое из головы, – шепнул ей Олег, поцеловав в лоб.
– Иди скорее. Удачи тебе!
Инесса сидела рядом с режиссером Макаровым и что-то записывала в своем блокноте или макбуке. Данилову некогда было рассматривать, чем именно она занята. И все же ее тяжелый взгляд он на себе ощутил. Похоже, что она сердится. В громкоговорителе прозвучало «Камера! Мотор!» и он забыл обо всем на свете. Когда начиналась его актерская работа, то ему уже мало что было нужно. Олег просто двигался по дорожке и, приподнимая шляпу, здоровался с женщинами.
– Стоп! – крикнул Денис, замахав руками.
– Что-то не так? – вскинул брови Данилов.
– Олежек, все отлично. Только надо немного чуть больше динамики. Ты же не кинозвезда.
– Но все, же творческая личность.
– Не хватает искры, – заметила Инесса, бросив на него ледяной взгляд.
Точно в гневе. Иначе чего ей так на него смотреть? Они вроде бы ничего не делили и не ссорились.
– Какой именно искры? – уточнил Олег.
– Ну, ты понял, – похлопал его по плечу Макаров. – Понимаешь, твой герой он же художник…
– Помню, кто он.
– Так вот. Этот человек ищет что-то в природе, в женщинах и так далее.
– Получается, он как бы впитывает в себя этот мир, чтобы потом выдать что-то особенное в своем творчестве, – догадался Данилов.
– Ты меня прекрасно понял, – хохотнул Денис Макаров.
Все вернулись на свои места. Олег снял шляпу и нес ее в руке, изображая, что он любуется здешними красотами. Шел он в разном темпе, то медленно и плавно, то ритмично и все равно Инесса была не довольна актерской подачей. Она придиралась к каждому жесту, даже взгляду Данилова, ей казалось, что не дотягивает или же пережимает.
Я — на гору впопыхах,
Чтоб чего не вышло.
А на горе стоит ольха,
А под горою вишня.
Владимир Высоцкий
Южная Корея. Сеул. Август 2024 года
Ксения как раз позвонила Стефании, чтобы узнать как у них дела, а заодно договориться о предстоящей встрече. Но вот подошла Ин Хен и она поспешно завершила разговор. Бледное лицо и расстроенный вид говорили сами за себя. Ну, что могло пойти не так?
– Рассказывай, скорее, – отвела ее в сторону медиум.
– Не думаю, что я ему хоть немного понравилась.
– Еще рано об этом судить. Он видел тебя мельком.
– И все же, – надула губы Ин Хен. – Мне хотелось его пленить. Вы так старались над моим внешним видом.
– Нам важно выполнить просьбу Хироко. И я очень надеюсь, что она не задумала ничего опасного или не дай бог криминального.
– Полагаю, что она просто хочет с ним попрощаться. Не убить же его замыслила, в самом деле.
– Хочется верить в то, что я не ошиблась. Или она хотя бы меня не обманула.
– Ты сомневаешься в ней?
– Есть такой момент, – кивнула Звонарева. – Меня напрягает то, что она постоянно следит за своим мужем.
– Вероятно, ее любовь слишком сильна…
– Или ненависть.
Данилов приблизился к Ксении и коснулся рукой ее плеча. Она ощутила его тепло и заботу. Тотчас на ее лице появилась улыбка.
– Я наблюдаю за ней, не волнуйся, – прошелестел Олег.
Осмотрев небольшую выставку памяти пианистки Хироко, все постепенно перешли в другой зал, где и планировалось провести аукцион. Гон Шиль и Питер сидели почти рядом, но делали вид, что не смотрят на них. Медиум старательно искала с открытыми и с закрытыми глазами Хироко, однако той, словно нигде не было.
– Ты планируешь что-то покупать? – тихо спросила у нее Ин Хен.
– Вряд ли. Здесь такие цены, что я лучше воздержусь.
– Правда?
– Конечно, – кивнула Звонарева, сунув ей в руку яркий буклет. – Сама взгляни. Как он все оформил.
– Да, с большим вкусом. Заметно, что помнит о покойной жене.
– Он просто хочет денег заработать.
– Ты говоришь так, словно он прямо исчадие ада, – усмехнулась Ин Хен, внимательно рассматривая фотографии господина Х.
– Я стараюсь ничего не говорить заранее. Только чувствую, что мы имеем дело с нарциссом.
– Намекаешь, что он зациклен на себе?
– Хуже. Только о себе он думает. Всюду его фотографии, а если и с женой, то там непременно он выглядит более выигрышно.
– Не пугай меня.
– Так я правду говорю, – скрестила руки на груди Ксения. – Тебе он просто успел понравиться. Не так ли?
Ин Хен густо покраснела и прикрыла нижнюю часть лица буклетом. Господин Х показался ей невероятно красивым, элегантным и утонченным мужчиной. О таком только и мечтать. На сцену поднялся невысокий мужчина и принялся рассказывать о том, какие лоты будут представлены на вечере. Пришедшие зрители и покупатели заметно волновались. Плакаты, календари и даже кружки с пианисткой Хироко хорошо продавались прямо на выставке. Однако здесь были выставлены особенно ценные и дорогие экспонаты, также личные вещи и фрагменты разных коллекций.
– Пусть кто-то из вас купит бусы, – шепнула Хироко, непонятно откуда возникшая.
– Какие еще бусы? – побледнела медиум.
– Я покажу. Они недорогие. Но должны достаться Ин Хен.
– Хорошо. Мы что-то придумаем.
– О чем ты? – повернулась к ней Ин Хен.
– Хироко. Она просит нас купить какие-то бусы. Я только не поняла, что это.
– А, знаю. Должно быть, речь идет о бусах из перламутра.
– Наверное, – пожала плечами Звонарева. – Просто мне пока неизвестно, как и когда она собирается занять твое тело.
– Жду этот момент с волнением.
– Тебе не страшно?
– Интересно.
Питер прислал Ксении на телефон несколько полных нежности сообщений. Она улыбнулась и на пару минут забыла о Хироко и ее делах. Вот уже и начался аукцион. Сначала были выставлены предметы интерьера: лампы, гобелен, две китайские вазы и невероятной красоты ковер. Затем дневник, который Хироко вела незадолго до своей смерти. Следом письма, ноты с одной из ее самых известных композиции и многое другое.
– Он словно бы хочет избавиться от всего, что напоминает покойную жену.
– Разве? – удивилась Ин Хен. – По-моему, ему просто тоскливо смотреть на эти вещи и думать о ней. А так он делиться своими переживаниями с окружающими людьми и ее поклонниками. И ему постепенно станет легче.
– Уж не влюбилась ли ты в него?
– Может и так.
Гон Шиль тоже несколько раз поднимала руку, чтобы сделать ставку. Господин Чон молча, сидел рядом. Даже не особо двигался. Дневник богатая наследница умудрилась приобрести, о чем ни капли не жалела. И вот, наконец, добрались до драгоценностей. Все дамы в зале притихли, а мужчины же наоборот вели себя так, словно именно от них зависело благополучие семьи.
– Бусы из перламутра, – объявил ведущий аукциона.
Он говорил что-то еще, но Звонарева даже слушать не стала. Она просто включилась в сражение. Точно по сигналу очнулся композитор. Он тоже взялся за вещицу, решив, что такая красота может понравиться его возлюбленной. И началось сражение. Сначала Ксения и Питер сражались мы на равных, а потом вклинилась какая-то дама в шляпе с широкими полями. И битва началась не шуточная.
– Погоди, ты же говорила, что бусы никому особенно не нужны, – повернулась к ней Ин Хен.
– Так и было, – хмыкнула медиум. – Давай теперь ты…
– Ой, я точно ничего не пойму.
– Просто подними руку.
– Но зачем?
– Просто делай то, что я тебе рассказала.
– Я попробую, – с трудом произнесла Ин Хен.
Она лишь взмахнула рукой, как все взгляды устремились на нее. За бусы из перламутра явно хотели привлечь к себе внимание. Цена довольно быстро росла, но Ин Хен это не пугало. Она знала, что если понадобиться, то придется обратиться за помощью к Пак Гон Шиль. Подруга точно не откажет.
– Лот уходит к девушке во втором ряду, – сообщил ведущий аукциона, ударив молоточком по подставке.
– Мы выиграли! – обрадовалась Ксения.
– Неужели? – побледнела Ин Хен. – Я так испугалась…
Хироко выглядела довольной. Потирая руки, она понимала, что игра еще впереди, хотя ничего толком не говорила медиуму. Но та и без намеков все ощущала практически без слов. Спустя еще часа полтора Ин Хен смогла получить свой выигрыш, а Звонарева находилась поблизости, но старалась держаться так, словно они едва знакомы.
– О, это снова вы! – обрадовался господин Х.
– Да, снова я, – просияла Ин Хен.
– Надеюсь, что вам не было слишком скучно?
– Все замечательно. Даже смогла приобрести одну безделушку.
– Надо же, – протянул господин Х. – А что это, если не секрет?
– А вот и секрет, – кокетливо рассмеялась Ин Хен и поправила на плече свою сумочку. – Иначе вам будет неинтересно.
– Как вы смотрите на то, чтобы вместе поужинать?
– Положительно. Вот только я здесь не одна. С подругой. Поэтому мне надо ее предупредить.
– Разумеется, – протянув свою визитку, кивнул господин Х.
Лиссабон, Португалия. Октябрь 2020 года. Два дня спустя
Олег постепенно втягивался в работу и придумывал новые оттенки в образе своего героя. Разумеется, режиссер фильма Денис Макаров встречал все его идеи с радостью и почти всегда с ним соглашался. Их теплые отношения напрягали только Инессу. Вот уж кого она старалась не замечать, так это Данилова и его Дашу. На съемочной площадке все довольно быстро подружились, к тому же у Олега имелся особый талант, он умел расположить к себе людей. Поэтому новость о том, что в конце недели у него день рождения коллеги встретили с большой радостью.
– Уже решил, где закатишь вечеринку? – спросил его оператор по имени Сергей.
– Даже времени подумать об этом, не было.
– А я подскажу отличный ночной клуб, – сел рядом с ними Денис. – Здесь недалеко есть одно местечко.
– Клуб слишком шумно, – улыбнулся Данилов. – К тому же будь я помоложе, то точно бы поехал туда. А так уже хочется тишины, простого человеческого общения и вкусной еды.
– И выпивки, – добавил оператор Сергей.
– Мы с Олегом не пьем, – сообщила Дарья.
В тот день она выглядела счастливой, легкой и цветущей. В сарафане из шелка темно-зеленого цвета она напоминала русалку. Некоторые мужчины даже оборачивались в ее сторону.
– Бросил что ли? – хихикнул Макаров.
– Да. Стараюсь не срываться.
– Понятно, – протянула Инесса, поправляя свои локоны, которые соблазнительно падали ей на плечи. – В таком случае я не пойду. Мне хочется выпить вина, расслабиться.
– Для гостей будет выпивка и все что душе угодно, – объявил Олег. – Просто я только квас или безалкогольное пиво беру.
– Кваса тут не найдешь, – махнул рукой оператор Сергей.
– Я еще и выгляжу весьма соблазнительно.
Данилов сразу открыл глаза. Даша без предисловий принялась его целовать, желая стереть ту сцену, когда она напилась, сама же его соблазняла и в итоге уснула. Страсть вспыхнула мгновенно. Олег и не думал, что утром у них все случится лучше, чем обычно. То ли так действовал Лиссабон, то ли вчерашний вечер откровений. Но в тот день их близость была более наполненной и яркой.
– Все равно ты победила.
– Не сердись, Олежек, – промурлыкала Дарья, с трудом переводя дыхание. – В следующий раз все призы только тебе.
– Договорились.
– Ты так и не ответил на мой вопрос.
Он посмотрел на нее с удивлением, словно бы не понимал, о чем идет речь.
– Напомни, пожалуйста.
– Ты шутишь?
– Мы много что обсуждали, – погладил ее по щеке Данилов.
– Я спросила: любишь ли ты меня.
– Да? И что же я ответил?
– Издеваешься? Ты ничего не ответил.
– Точно?
– Погоди, – приподнялась на локте Даша. – Намекаешь, что я могла забыть? Потому что я много выпила вчера. Ох, так неудобно.
– Но я ничего не сказал.
– Вот видишь. Я так и знала. Зачем ты меня путаешь?
– Решил проверить, что именно ты помнишь.
Вскоре они отправились в душ. Не вместе, а по очереди. Дарье хотелось как-то порадовать Олега, и она заказала завтрак в номер. Потом они уже выпили кофе и съели золотистые тосты с клубничным джемом и сливочным сыром.
– Странно, что ты постоянно уходишь от ответа.
– Ты про свой вопрос? – подливая сливки ей в кофе, приподнял одну бровь Данилов. – Я все помню, милая.
– Но почему-то ничего не говоришь.
– Еще не готов. Мне хорошо с тобой. Думаю, что этого достаточно.
– Для тебя или для меня?
– Не знаю. Тебе хорошо со мной?
– Лучше не бывает, если честно, – прижалась к его плечу Даша. – Понимаю, что я, наверное, на тебя давлю. Но мне хотелось бы услышать и ощутить это. Твою любовь.
– Я ничего не обещал с самого начала. И все же ты мне дорога.
– Пусть так. Больше не буду спрашивать.
Дальше они уже переключились на работу. Довольно быстро оделись и сев в такси поехали по тому адресу, что им прислали два часа назад. Первый съемочный день обещал быть жарким, но никого из ребят это не смущало. Даже наоборот, многие искренне радовались, что в октябре могут еще поймать по-летнему жаркое солнце. Дарья больше была здесь как его девушка и помощница, но это ее нисколько не обижало.
– Как настрой? – подошел к ним Денис, поправляя бейсболку.
– Настрой боевой, – ответил Олег, пожимая режиссеру руку.
– Дашенька, вы сегодня особенно прелестны.
– Благодарю, – она немного смутилась.
– Ну, и красавица. Прямо расцвела здесь. Что ты с ней сделал?
– Все тебе расскажи.
– Давай уже, делись, – подмигнул ему Макаров.
– Тебе весь список озвучить или частями?
Режиссер громко засмеялся. Дарья глупо улыбалась и краснела. Вроде бы мужчины ничего такого не говорили прямо, но и так было понятно, что за тему они выбрали.
– Просто у меня ну ты знаешь…
– Роман с помощницей, – продолжил Данилов.
– Мы вроде и не скрываем особо, но я все-таки надеялся, что это не так сильно бросается в глаза.
– Ты в нее влюблен и это как раз видно.
– Поэтому я и подумал, что раз у вас все так чудесно. То не мог бы ты…
Денис замялся, точно студент перед экзаменационной комиссией.
– Тебе бы не мешало камасутру полистать.
– Думаешь, что поможет? – с надеждой спросил Макаров.
– Лишним точно не будет. А если серьезно, то будь с ней чуть более сдержанным. Тогда она сама к тебе потянется.
– Как ты догадался, что у нас именно в этом проблема?
– Чуйка.
Режиссер кивнул. О чем-то еще пошептался с Олегом, но вскоре ушел. Нужно было еще раз проверить все к предстоящей съемке. Локация в тот день располагалась в одном из красивейших мест Лиссабона под названием парк наций. Гримеры уже активно работали над образами актеров, что первыми должны были войти в кадр. Данилов был одним среди них. Его небольшая роль художника занимала не слишком много экранного времени. Но зато именно его герой оставил след в судьбе главной героини.
– Волнуешься? – тихо спросила у него Дарья.
– Вроде нет.
– А я вся дрожу.
– Чего вдруг?
– Не знаю. Просто ощущение, что эта работа и поездка…
– Говори, прошу тебя, – взял ее за руку Олег.
Даша вздохнула и посмотрела на него со странным выражением.
– Знаешь, трудно объяснить. Ты весь как на ладони и мне почему-то страшно.
– Что за глупости?
– Страшно за тебя. За нас.
– Дашенька, не накручивай себя.
– Я стараюсь, – сдерживая слезы, произнесла Дарья. – Но с недавних пор прямо одна и та, же мысль меня преследует.
– Какая мысль?
– Что-то должно случиться.
Данилов без стеснения обнял ее за плечи и аккуратно прижал к себе. Одежда взята из костюмерной, так что нужно ее беречь. Однако успокоить и утешить Дашу, ему тоже было важно. Но вот послышался голос режиссера. Вызов на съемочную площадку.
– Выбрось все плохое из головы, – шепнул ей Олег, поцеловав в лоб.
– Иди скорее. Удачи тебе!
Инесса сидела рядом с режиссером Макаровым и что-то записывала в своем блокноте или макбуке. Данилову некогда было рассматривать, чем именно она занята. И все же ее тяжелый взгляд он на себе ощутил. Похоже, что она сердится. В громкоговорителе прозвучало «Камера! Мотор!» и он забыл обо всем на свете. Когда начиналась его актерская работа, то ему уже мало что было нужно. Олег просто двигался по дорожке и, приподнимая шляпу, здоровался с женщинами.
– Стоп! – крикнул Денис, замахав руками.
– Что-то не так? – вскинул брови Данилов.
– Олежек, все отлично. Только надо немного чуть больше динамики. Ты же не кинозвезда.
– Но все, же творческая личность.
– Не хватает искры, – заметила Инесса, бросив на него ледяной взгляд.
Точно в гневе. Иначе чего ей так на него смотреть? Они вроде бы ничего не делили и не ссорились.
– Какой именно искры? – уточнил Олег.
– Ну, ты понял, – похлопал его по плечу Макаров. – Понимаешь, твой герой он же художник…
– Помню, кто он.
– Так вот. Этот человек ищет что-то в природе, в женщинах и так далее.
– Получается, он как бы впитывает в себя этот мир, чтобы потом выдать что-то особенное в своем творчестве, – догадался Данилов.
– Ты меня прекрасно понял, – хохотнул Денис Макаров.
Все вернулись на свои места. Олег снял шляпу и нес ее в руке, изображая, что он любуется здешними красотами. Шел он в разном темпе, то медленно и плавно, то ритмично и все равно Инесса была не довольна актерской подачей. Она придиралась к каждому жесту, даже взгляду Данилова, ей казалось, что не дотягивает или же пережимает.
Глава 7. Я вернусь весенним утром
Я — на гору впопыхах,
Чтоб чего не вышло.
А на горе стоит ольха,
А под горою вишня.
Владимир Высоцкий
Южная Корея. Сеул. Август 2024 года
Ксения как раз позвонила Стефании, чтобы узнать как у них дела, а заодно договориться о предстоящей встрече. Но вот подошла Ин Хен и она поспешно завершила разговор. Бледное лицо и расстроенный вид говорили сами за себя. Ну, что могло пойти не так?
– Рассказывай, скорее, – отвела ее в сторону медиум.
– Не думаю, что я ему хоть немного понравилась.
– Еще рано об этом судить. Он видел тебя мельком.
– И все же, – надула губы Ин Хен. – Мне хотелось его пленить. Вы так старались над моим внешним видом.
– Нам важно выполнить просьбу Хироко. И я очень надеюсь, что она не задумала ничего опасного или не дай бог криминального.
– Полагаю, что она просто хочет с ним попрощаться. Не убить же его замыслила, в самом деле.
– Хочется верить в то, что я не ошиблась. Или она хотя бы меня не обманула.
– Ты сомневаешься в ней?
– Есть такой момент, – кивнула Звонарева. – Меня напрягает то, что она постоянно следит за своим мужем.
– Вероятно, ее любовь слишком сильна…
– Или ненависть.
Данилов приблизился к Ксении и коснулся рукой ее плеча. Она ощутила его тепло и заботу. Тотчас на ее лице появилась улыбка.
– Я наблюдаю за ней, не волнуйся, – прошелестел Олег.
Осмотрев небольшую выставку памяти пианистки Хироко, все постепенно перешли в другой зал, где и планировалось провести аукцион. Гон Шиль и Питер сидели почти рядом, но делали вид, что не смотрят на них. Медиум старательно искала с открытыми и с закрытыми глазами Хироко, однако той, словно нигде не было.
– Ты планируешь что-то покупать? – тихо спросила у нее Ин Хен.
– Вряд ли. Здесь такие цены, что я лучше воздержусь.
– Правда?
– Конечно, – кивнула Звонарева, сунув ей в руку яркий буклет. – Сама взгляни. Как он все оформил.
– Да, с большим вкусом. Заметно, что помнит о покойной жене.
– Он просто хочет денег заработать.
– Ты говоришь так, словно он прямо исчадие ада, – усмехнулась Ин Хен, внимательно рассматривая фотографии господина Х.
– Я стараюсь ничего не говорить заранее. Только чувствую, что мы имеем дело с нарциссом.
– Намекаешь, что он зациклен на себе?
– Хуже. Только о себе он думает. Всюду его фотографии, а если и с женой, то там непременно он выглядит более выигрышно.
– Не пугай меня.
– Так я правду говорю, – скрестила руки на груди Ксения. – Тебе он просто успел понравиться. Не так ли?
Ин Хен густо покраснела и прикрыла нижнюю часть лица буклетом. Господин Х показался ей невероятно красивым, элегантным и утонченным мужчиной. О таком только и мечтать. На сцену поднялся невысокий мужчина и принялся рассказывать о том, какие лоты будут представлены на вечере. Пришедшие зрители и покупатели заметно волновались. Плакаты, календари и даже кружки с пианисткой Хироко хорошо продавались прямо на выставке. Однако здесь были выставлены особенно ценные и дорогие экспонаты, также личные вещи и фрагменты разных коллекций.
– Пусть кто-то из вас купит бусы, – шепнула Хироко, непонятно откуда возникшая.
– Какие еще бусы? – побледнела медиум.
– Я покажу. Они недорогие. Но должны достаться Ин Хен.
– Хорошо. Мы что-то придумаем.
– О чем ты? – повернулась к ней Ин Хен.
– Хироко. Она просит нас купить какие-то бусы. Я только не поняла, что это.
– А, знаю. Должно быть, речь идет о бусах из перламутра.
– Наверное, – пожала плечами Звонарева. – Просто мне пока неизвестно, как и когда она собирается занять твое тело.
– Жду этот момент с волнением.
– Тебе не страшно?
– Интересно.
Питер прислал Ксении на телефон несколько полных нежности сообщений. Она улыбнулась и на пару минут забыла о Хироко и ее делах. Вот уже и начался аукцион. Сначала были выставлены предметы интерьера: лампы, гобелен, две китайские вазы и невероятной красоты ковер. Затем дневник, который Хироко вела незадолго до своей смерти. Следом письма, ноты с одной из ее самых известных композиции и многое другое.
– Он словно бы хочет избавиться от всего, что напоминает покойную жену.
– Разве? – удивилась Ин Хен. – По-моему, ему просто тоскливо смотреть на эти вещи и думать о ней. А так он делиться своими переживаниями с окружающими людьми и ее поклонниками. И ему постепенно станет легче.
– Уж не влюбилась ли ты в него?
– Может и так.
Гон Шиль тоже несколько раз поднимала руку, чтобы сделать ставку. Господин Чон молча, сидел рядом. Даже не особо двигался. Дневник богатая наследница умудрилась приобрести, о чем ни капли не жалела. И вот, наконец, добрались до драгоценностей. Все дамы в зале притихли, а мужчины же наоборот вели себя так, словно именно от них зависело благополучие семьи.
– Бусы из перламутра, – объявил ведущий аукциона.
Он говорил что-то еще, но Звонарева даже слушать не стала. Она просто включилась в сражение. Точно по сигналу очнулся композитор. Он тоже взялся за вещицу, решив, что такая красота может понравиться его возлюбленной. И началось сражение. Сначала Ксения и Питер сражались мы на равных, а потом вклинилась какая-то дама в шляпе с широкими полями. И битва началась не шуточная.
– Погоди, ты же говорила, что бусы никому особенно не нужны, – повернулась к ней Ин Хен.
– Так и было, – хмыкнула медиум. – Давай теперь ты…
– Ой, я точно ничего не пойму.
– Просто подними руку.
– Но зачем?
– Просто делай то, что я тебе рассказала.
– Я попробую, – с трудом произнесла Ин Хен.
Она лишь взмахнула рукой, как все взгляды устремились на нее. За бусы из перламутра явно хотели привлечь к себе внимание. Цена довольно быстро росла, но Ин Хен это не пугало. Она знала, что если понадобиться, то придется обратиться за помощью к Пак Гон Шиль. Подруга точно не откажет.
– Лот уходит к девушке во втором ряду, – сообщил ведущий аукциона, ударив молоточком по подставке.
– Мы выиграли! – обрадовалась Ксения.
– Неужели? – побледнела Ин Хен. – Я так испугалась…
Хироко выглядела довольной. Потирая руки, она понимала, что игра еще впереди, хотя ничего толком не говорила медиуму. Но та и без намеков все ощущала практически без слов. Спустя еще часа полтора Ин Хен смогла получить свой выигрыш, а Звонарева находилась поблизости, но старалась держаться так, словно они едва знакомы.
– О, это снова вы! – обрадовался господин Х.
– Да, снова я, – просияла Ин Хен.
– Надеюсь, что вам не было слишком скучно?
– Все замечательно. Даже смогла приобрести одну безделушку.
– Надо же, – протянул господин Х. – А что это, если не секрет?
– А вот и секрет, – кокетливо рассмеялась Ин Хен и поправила на плече свою сумочку. – Иначе вам будет неинтересно.
– Как вы смотрите на то, чтобы вместе поужинать?
– Положительно. Вот только я здесь не одна. С подругой. Поэтому мне надо ее предупредить.
– Разумеется, – протянув свою визитку, кивнул господин Х.
Лиссабон, Португалия. Октябрь 2020 года. Два дня спустя
Олег постепенно втягивался в работу и придумывал новые оттенки в образе своего героя. Разумеется, режиссер фильма Денис Макаров встречал все его идеи с радостью и почти всегда с ним соглашался. Их теплые отношения напрягали только Инессу. Вот уж кого она старалась не замечать, так это Данилова и его Дашу. На съемочной площадке все довольно быстро подружились, к тому же у Олега имелся особый талант, он умел расположить к себе людей. Поэтому новость о том, что в конце недели у него день рождения коллеги встретили с большой радостью.
– Уже решил, где закатишь вечеринку? – спросил его оператор по имени Сергей.
– Даже времени подумать об этом, не было.
– А я подскажу отличный ночной клуб, – сел рядом с ними Денис. – Здесь недалеко есть одно местечко.
– Клуб слишком шумно, – улыбнулся Данилов. – К тому же будь я помоложе, то точно бы поехал туда. А так уже хочется тишины, простого человеческого общения и вкусной еды.
– И выпивки, – добавил оператор Сергей.
– Мы с Олегом не пьем, – сообщила Дарья.
В тот день она выглядела счастливой, легкой и цветущей. В сарафане из шелка темно-зеленого цвета она напоминала русалку. Некоторые мужчины даже оборачивались в ее сторону.
– Бросил что ли? – хихикнул Макаров.
– Да. Стараюсь не срываться.
– Понятно, – протянула Инесса, поправляя свои локоны, которые соблазнительно падали ей на плечи. – В таком случае я не пойду. Мне хочется выпить вина, расслабиться.
– Для гостей будет выпивка и все что душе угодно, – объявил Олег. – Просто я только квас или безалкогольное пиво беру.
– Кваса тут не найдешь, – махнул рукой оператор Сергей.
