– Это ты убирайся! Здесь мой дом.
– Девочки, вы чего орете? – застыл в дверях Олег.
– Пусть она уйдет, – потребовала Вера, указав рукой на Любу.
– Вот еще! – прошипела та, толкнув соперницу в грудь.
– Дура что ли?
Верочка заломила руку ей за спину и Любовь завизжала. Противно-то как.
– Да, вы чего ругаетесь? – вмешался Данилов, загородив собой Любу.
– Ты должен был достаться мне, – вскричала Вера, покраснев от ярости.
– Вот еще, – выкрикнула из-за спины своего любовника Любочка. – Он мой, так что завидуй молча.
– Нам всем нужно успокоиться…
– Коза! – скривилась Верочка и схватила подругу за волосы.
Любовь стала снова визжать и рваться во все стороны. Олег покачал головой и отправился за водой. Он нашел пустую кастрюлю, набрал в нее холодной воды из крана и вернулся в комнату. К тому моменту женщины уже катались по полу, намереваясь выцарапать друг другу глаза.
– Простите девочки, но иного выхода нет, – вздохнул Данилов и вылил на них воду.
– Сдурел что ли? – первой подала голос Вера.
– А незачем было драку затеивать.
– Придурок.
Верочка вскочила на ноги. Вся мокрая, злая и растрепанная, она напоминала отвратительную колдунью из сказки. Еще бы крючковатый нос и образ был бы просто идеальный.
– Ты проиграла, идиотка, – рассмеялась Любочка, так и оставшись на полу.
– Это мы еще посмотрим.
Вера схватила свою сумку и вылетела из комнаты. Следом хлопнула входная дверь. Олег принес махровое полотенце и помог Любе переодеться.
– Я не понял. А как она вошла?
– У нее были ключи.
– Зачем?
– Ох, это моя вина. Я хотела для тебя сюрприз сделать на праздники…
И страшным, страшным креном
К другим каким-нибудь
Неведомым вселенным
Повернут Млечный путь.
Борис Пастернак
Южная Корея. Сеул. Конец декабря 2024 года. Тот же вечер
Вскоре объявили номер госпожи Пак Гон Шиль и Ши Вона. Зрители похлопали не особо активно. Кажется, никто не понимал кто они. Питер столкнулся с ними за кулисами и тоже сильно удивился. Он поспешил искать свою жену, которую обнаружил недалеко от сцены. Ксения как раз что-то обсуждала с охранником и лица у обоих при этом были весьма серьезные.
– Милая, все хорошо? – спросил композитор, дотронувшись до ее плеча.
– Пока да.
– Почему у тебя такой серьезный вид?
– Есть причина, – нахмурилась Звонарева. – Или ты не видел нашу парочку?
– Честно говоря, у меня дар речи пропал.
– Вот и я опасаюсь, что все плохо закончится.
– Сения, ты только не волнуйся, – повел ее в зал Питер. – Мы еще ничего толком не знаем…
– Я подозреваю, что они задумали.
Как только они заняли свои места, то Стефания и Александра сразу предупредили их о странном силуэте, что мелькает возле сцены. Девочки не испугались, просто недоумевали немного.
– Это ведь папа, да? – дрожащим голосом спросила Стеша.
– Трудно сказать так сразу, – похлопала ее по руке Ксения. – Мне нужно расслабиться и сосредоточиться.
– Лучше посмотрим выступление, – усмехнулся композитор.
Медиум как раз намеревалась просканировать пространство и узнать о том самом силуэте, когда на сцену вышел ведущий праздничного вечера и объявил следующий номер. И это уже во второй раз.
– Похоже, там какие-то проблемы, – хмыкнула Александра.
– Именно этого я и опасалась, – вздохнула Звонарева. – Дорогой, тебе нужно пойти за кулисы и все разузнать.
– Зачем?
– Вдруг кому-то нужна помощь…
– Ты действительно думаешь, что есть причина для волнения? – наклонился к ней Питер.
– Сам видишь… Номер объявили, а их все нет.
Но вот зазвучала музыка и на сцене появилась Гон Шиль в ярко-розовом платье с рюшами. Ее стройные ноги выглядывали из-под короткой юбки, что многим зрителям сразу понравилось. Она подошла к микрофону и запела. Голос оказался приятный и немного сипловатый. Зрители сидели на местах и реагировали спокойно.
– А где ее парень? – насторожилась Стефания.
– Я тоже жду его появления, – шепнула ей Ксения.
Гон Шиль пела о любви. Кажется, то был саундтрек к южно—корейской дораме. Но из-за сильного напряжения медиум не могла вспомнить откуда эта мелодия. Вскоре появился Ши Вон. Он открыл рот и тоже запел.
– Сения, тебе плохо? – обнял жену за плечи композитор.
– Его голос. Я слышу нотки Дмитрия.
– Может, мне стоит позвонить доктору?
– Я в порядке, – натянуто улыбнулась медиум. – А доктор понадобится не мне и совсем скоро.
Гон Шиль принялась танцевать, Ши Вон пел, точнее пел Дмитрий, а чужое тело ему подчинялось. Богатая наследница так красиво двигалась, что зрители постепенно ожили. Но вот Ши Вон подхватил ее и закружил в прекрасном па, а потом поднял над головой. Зал восторженно ахнул. Через минуту богатая наследница снова стояла на сцене, а Дмитрий в чужом теле стремительно слабел и стал покачиваться.
– Что это с ним? – удивилась Александра.
– Ему нужна помощь, – вскочила на ноги Звонарева.
– Милая, что мы можем сделать?
– Вызвать скорую, это первое. А потом необходимо осмотреть Диму… вернее, ну ты меня понял.
– Хорошо, – кивнул Питер, бросив взгляд на сцену.
Ши Вон вместо продолжения песни внезапно упал вниз лицом, чем вызвал шок у зрителей и Гон Шиль. Она вся задрожала от испуга и бросилась к своему кавалеру. Чтобы лишний раз никого не волновать, работники сцены быстро унесли Ши Вона, чтобы концерт мог продолжиться. Пак Гон Шиль бежала следом за ними, обливаясь слезами. Ксения с мужем спокойно прошли за кулисы и попали в ту гримерную комнату, что была предоставлена богатой наследнице.
– Как хорошо, что вы здесь, – разрыдалась Гон Шиль.
– Он дышит? – строго спросила медиум.
– Кажется, да.
– В смысле «кажется»? – побледнел композитор.
– Я дотронулась до его руки, а она ледяная…
– Она просто сильно напугана, – сделала вывод Звонарева.
Людей что находились поблизости Ксения быстро отправила за водой, а еще одного парня попросила встретить скорую помощь. Ши Вон лежал на диване и больше напоминал восковую куклу.
– Почему вы решили выступать? – Питер покачал головой. – Я не понимаю.
– Это все была моя идея, – всхлипнула богатая наследница. – Он жив? Сения, скажи все как есть.
– Да, погоди ты, – шикнула на нее медиум.
Она как раз пыталась прощупать пульс на руке Ши Вона. Очень слабый. Тогда Звонарева дотронулась до шеи мужчины и ощутила холод. Не физический, а именно потусторонний. Дмитрий находился поблизости. Он настолько ослаб, что мигал, точно сломанная лампочка.
– Его осмотрят и подлечат, если нужно, – проговорил композитор, желая успокоить Гон Шиль.
– Я во всем виновата, – кусая губы, повторяла богатая наследница. – Мне захотелось показать всему миру, как мы счастливы и какой у меня талантливый мужчина.
– И как? – обернулась Ксения. – Теперь ты довольна?
– Нет, конечно, нет. Дима еще внутри?
– Разумеется, он вылетел из тела.
– Как? – Гон Шиль в ужасе задрожала. – Его нужно вернуть обратно.
Питер схватил ее за руку, потому что богатая наследница уже рванула вперед, дабы вцепиться в тело Ши Вона. К счастью, прибыла скорая помощь. Молодые специалисты быстро осмотрели мужчину, поняли, что он едва держится, поэтому сделали ему пару уколов.
– Что с ним? – поинтересовалась Звонарева.
– Резко упало давление, – ответил ей молодой доктор. – Где вы его нашли?
– Он выступал на сцене, – затараторила богатая наследница. – Мы вместе пели и немного танцевали, а потом он упал.
– Вы не шутите? – вскинул брови доктор. – Он точно танцевал?
– Так и есть, – подтвердил композитор. – Его видел весь зал…
– Странно, – протянул доктор, проверив еще раз глаза мужчины. – По всем признакам у него или глубокий обморок, или же кома.
– Не может быть, – заголосила Гон Шиль.
Пока Питер старался ее удержать, ребята со скорой положили Ши Вона на носилки и вынесли из гримерной комнаты.
– Нам лучше поехать следом за ними, – сказала Ксения.
– И я тоже с вами, – простонала богатая наследница.
– Я позвоню девочкам, предупрежу их.
– Милая, я найду того, кто их отвезет домой после концерта, – заверил ее композитор.
– Хорошо. Мы тогда с Гон Шиль спустимся вниз.
Всю дорогу госпожа Пак корила себя за то, что привела Дмитрия на концерт и попросила его выступить вместе с ней. Через десять минут у Звонаревой терпение закончилось:
– Ты можешь не ныть хотя бы минуту?
– Как же больно и страшно… Я подвергла его опасности.
– Он уже умер. А вот Ши Вон пока еще жив. Хотя из-за вашего эгоизма он вполне может остаться инвалидом.
– Даже не произноси при мне такие слова, – попыталась закрыть руками уши богатая наследница
– А чего это ты сразу в кусты? Кто будет кашу расхлёбывать?
Гон Шиль хотела что-то возразить, но тут появился Питер Чон и они наконец сели в машину. Адрес больницы, куда намеревались отвезти Ши Вона у них имелся, так что они сразу тронулись в путь.
Москва. 2 января. 2022 года
После той стычки Олег больше не видел Веру. Она окончательно разругалась с Любой, так что все с облегчением выдохнули. Позже оказалось, что Верочка несмотря на все свое обаяние была девушкой хитрой и крайне мстительной. Весь день Любовь посвятила тому, что рассказывала об их многолетней дружбе и успела даже пару раз расплакаться.
– Я и не знал, что вас так много связывает, – периодически говорил Данилов, чтобы поддержать беседу.
– Ах, Олег. Ты себе не представляешь…
И дальше шла очередная история из серии «подруги не разлей вода». Какие бы слова он не подобрал, все они звучали бы слишком просто, а значит не подходили к данному моменту. Поэтому общение у них уже не складывалось. К тому же, когда Олег хотел уже отдыхать, к Любе внезапно приехали гости. Тотчас началось веселье, поэтому снова стало шумно и все говорили хором, то и дело перебивая друг друга.
– А ты куда собрался? – удивилась Любочка, увидев своего кавалера в коридоре. – Неужели обиделся?
– Нет, все хорошо. Просто друзья позвали к себе. Давно уже зазывали, а я все никак не мог собраться.
– Тогда ладно. Я уж было подумала, что тебе с нами скучно.
– Ну, что ты, – обнял ее за плечи Данилов. – Я бы еще остался, но хочется за время коротких каникул пообщаться с друзьями.
– Тоже верно.
Они поцеловались на прощание, и Олег со спокойной душой покинул квартиру. Он точно знал, что они вряд ли встретятся в ближайшее время. Да его жутко пугало одиночество, однако он больше не хотел этих утомительных и пустых связей, что лишь умножали печаль в сердце. Возвращаться домой не хотелось – пусто и холодно. Ехать к родителям тоже желания не возникло, поэтому он позвонил друзьям. Так вышло что ему наконец-то дозвонилась Мария Горошина. Вот ее он был очень рад услышать.
– Олежек, ты куда пропал? – голос у нее звенел, точно колокольчик.
– Да, так. Просто пытался сделать вид, что у меня есть девушка.
– И как? Удалось?
– Не совсем. Но это долгий разговор…
– Я как раз никуда не спешу. Так что приезжай к нам.
– Предложение крайне заманчивое, – протянул Данилов.
– Вот и заманивайся уже…
Они весело посмеялись и Мария дала обещание приготовить его любимый пирог с вишней. Как устоять перед таким соблазном? Разумеется, он снова поехал в магазин, где несмотря на вечернее время столкнулся с парочкой человек. Удалось купить свежих фруктов, конфет и остальные вкусности. В гости с пустыми руками ехать никак нельзя, это неприлично, в конце концов. Его с детства так воспитывали, что надо дарить что-то или купить к столу.
– Олег, ну ты как всегда, – открыв дверь, улыбнулась Горошина. – Опять накупил кучу всего?
– Может и не кучу, но я старался…
Они обнялись, а потом прошли в дом. На Марии было надето бархатное темно-бордовое платье с вышивкой.
– Я очень рада тебя видеть.
– А уж я-то как рад, – кивнул Данилов, осматриваясь. – Где твой благоверный?
– На работу вызвали, так что мы пока с младшими детьми дома.
– Ой, как здорово.
Вскоре прибежали дети Горошиной. Трое из четверых. Старшая дочь уехала отмечать новый год в Сочи со своим молодым человеком.
– Если ты думаешь, что с пирогом я тебя обманула, то это не так.
– Машенька, я никогда о тебе не думал плохо.
– Да? Интересно, почему?
– Потому что ты положительная героиня.
– Надо же, – доставая из духовки пирог, рассмеялась Мария. – Получается, что ты у нас полная противоположность. Так что ли?
– Лучше и не скажешь.
Дети сели за стол и стали прислушиваться к разговору взрослых.
– А ты тогда кто, дядя Олег? – спросил у него самый младший сын Горошиной.
– Я думаю, что скорее всего бунтарь. Герой что вечно влипает в какие-то истории.
– Хорошо, что, хотя бы в негодяи себя не записал, – заметила Мария, доставая чистые тарелки.
– Это я точно не потяну, там хитрость нужна, опять же изворотливость и желание делать подлости.
– А что такое подлость? – спросил самый младший сын Горошиной – Арсений.
Мария и Данилов переглянулись.
– Тут, брат, не всегда точно определишь кто подлость совершил, а кто просто глуп. Иногда время лишь показывает, что там было. Если же говорить прямо, то подлость — это когда человек подставляет другого лишь бы ему было хорошо и безопасно.
– А почему? – захлопал глазами Сеня.
– Почему он так делает?
– Да. У него же тоже есть мама, она же его этому не учила.
– Хороший вопрос, сынок, – поцеловала в макушку сына Горошина.
Дети с интересом смотрели на дядю Олега, ожидая от него важного ответа.
– Чувствую себя героем какой-то викторины, вот правда.
– Нам надо знать, – подал голос средний сын Игнат.
– Думаю, что все равно на нас больше всего влияет семья. Скорее всего у такого человека, который имеет склонность к подлости трудные отношения с родителями. Особенно с матерью. Он или зол на нее или с трудом может привлечь ее внимание.
Потом они сели ужинать. Курица, запеченный картофель с зеленью, свежие салаты и любимый пирог с вишней. Едва они приступили к чаепитию, как нагрянули гости. Так, всего пара человек. Подруги Марии. Ирина и Марина. Одна повыше ростом и шатенка, другая пониже ростом и блондинка. Причем натуральная. Но вот кто из них, кто, Данилов не успел запомнить, потому что охотился за куском любимого пирога.
– Мы не знали, что ты не одна, – хохотнула Ирина, поправляя челку.
– А я никогда не бывают одна. У меня же четверо детей.
– Она тебе на мужчину намекала, – шепнула ей на ухо Марина.
– Так это мой давний друг Олег Данилов. Вот, познакомьтесь.
Дамы улыбнулись, затем все расселись по местам. Арсений читал стихотворение. Не потому что кто-то заставляет, а потому что ощутил порыв.
– Мамочка, тебе понравилось? – спросил маленький Сеня.
– Да, львенок. Читаешь ты уже лучше, хотя ты все делаешь отлично.
– А ты что скажешь, дядя Олег? – обернулся Игнат. – Разве он справился?
– Конечно, справился, – подтвердил Данилов. – По нему же сразу видно, чей он сын.
– Машенька, какой он интересный, – подошла к подруге Ирина. – Он женат? Или все же свободен?
– Пока свободен.
– Ой, надо будет его куда-нибудь пригласить.
– Ты не спеши, – тронула ее за руку Горошина.
– Что не так?
– У него были свои трудности, поэтому не стоит спешить.
– Ну, понятно, пока мы тут болтаем, Маринка уже его клеит, – хихикнула Ирина, помогая готовить горячие бутерброды.
– Девочки, вы чего орете? – застыл в дверях Олег.
– Пусть она уйдет, – потребовала Вера, указав рукой на Любу.
– Вот еще! – прошипела та, толкнув соперницу в грудь.
– Дура что ли?
Верочка заломила руку ей за спину и Любовь завизжала. Противно-то как.
– Да, вы чего ругаетесь? – вмешался Данилов, загородив собой Любу.
– Ты должен был достаться мне, – вскричала Вера, покраснев от ярости.
– Вот еще, – выкрикнула из-за спины своего любовника Любочка. – Он мой, так что завидуй молча.
– Нам всем нужно успокоиться…
– Коза! – скривилась Верочка и схватила подругу за волосы.
Любовь стала снова визжать и рваться во все стороны. Олег покачал головой и отправился за водой. Он нашел пустую кастрюлю, набрал в нее холодной воды из крана и вернулся в комнату. К тому моменту женщины уже катались по полу, намереваясь выцарапать друг другу глаза.
– Простите девочки, но иного выхода нет, – вздохнул Данилов и вылил на них воду.
– Сдурел что ли? – первой подала голос Вера.
– А незачем было драку затеивать.
– Придурок.
Верочка вскочила на ноги. Вся мокрая, злая и растрепанная, она напоминала отвратительную колдунью из сказки. Еще бы крючковатый нос и образ был бы просто идеальный.
– Ты проиграла, идиотка, – рассмеялась Любочка, так и оставшись на полу.
– Это мы еще посмотрим.
Вера схватила свою сумку и вылетела из комнаты. Следом хлопнула входная дверь. Олег принес махровое полотенце и помог Любе переодеться.
– Я не понял. А как она вошла?
– У нее были ключи.
– Зачем?
– Ох, это моя вина. Я хотела для тебя сюрприз сделать на праздники…
Глава 8. Чего ты хочешь от меня?
И страшным, страшным креном
К другим каким-нибудь
Неведомым вселенным
Повернут Млечный путь.
Борис Пастернак
Южная Корея. Сеул. Конец декабря 2024 года. Тот же вечер
Вскоре объявили номер госпожи Пак Гон Шиль и Ши Вона. Зрители похлопали не особо активно. Кажется, никто не понимал кто они. Питер столкнулся с ними за кулисами и тоже сильно удивился. Он поспешил искать свою жену, которую обнаружил недалеко от сцены. Ксения как раз что-то обсуждала с охранником и лица у обоих при этом были весьма серьезные.
– Милая, все хорошо? – спросил композитор, дотронувшись до ее плеча.
– Пока да.
– Почему у тебя такой серьезный вид?
– Есть причина, – нахмурилась Звонарева. – Или ты не видел нашу парочку?
– Честно говоря, у меня дар речи пропал.
– Вот и я опасаюсь, что все плохо закончится.
– Сения, ты только не волнуйся, – повел ее в зал Питер. – Мы еще ничего толком не знаем…
– Я подозреваю, что они задумали.
Как только они заняли свои места, то Стефания и Александра сразу предупредили их о странном силуэте, что мелькает возле сцены. Девочки не испугались, просто недоумевали немного.
– Это ведь папа, да? – дрожащим голосом спросила Стеша.
– Трудно сказать так сразу, – похлопала ее по руке Ксения. – Мне нужно расслабиться и сосредоточиться.
– Лучше посмотрим выступление, – усмехнулся композитор.
Медиум как раз намеревалась просканировать пространство и узнать о том самом силуэте, когда на сцену вышел ведущий праздничного вечера и объявил следующий номер. И это уже во второй раз.
– Похоже, там какие-то проблемы, – хмыкнула Александра.
– Именно этого я и опасалась, – вздохнула Звонарева. – Дорогой, тебе нужно пойти за кулисы и все разузнать.
– Зачем?
– Вдруг кому-то нужна помощь…
– Ты действительно думаешь, что есть причина для волнения? – наклонился к ней Питер.
– Сам видишь… Номер объявили, а их все нет.
Но вот зазвучала музыка и на сцене появилась Гон Шиль в ярко-розовом платье с рюшами. Ее стройные ноги выглядывали из-под короткой юбки, что многим зрителям сразу понравилось. Она подошла к микрофону и запела. Голос оказался приятный и немного сипловатый. Зрители сидели на местах и реагировали спокойно.
– А где ее парень? – насторожилась Стефания.
– Я тоже жду его появления, – шепнула ей Ксения.
Гон Шиль пела о любви. Кажется, то был саундтрек к южно—корейской дораме. Но из-за сильного напряжения медиум не могла вспомнить откуда эта мелодия. Вскоре появился Ши Вон. Он открыл рот и тоже запел.
– Сения, тебе плохо? – обнял жену за плечи композитор.
– Его голос. Я слышу нотки Дмитрия.
– Может, мне стоит позвонить доктору?
– Я в порядке, – натянуто улыбнулась медиум. – А доктор понадобится не мне и совсем скоро.
Гон Шиль принялась танцевать, Ши Вон пел, точнее пел Дмитрий, а чужое тело ему подчинялось. Богатая наследница так красиво двигалась, что зрители постепенно ожили. Но вот Ши Вон подхватил ее и закружил в прекрасном па, а потом поднял над головой. Зал восторженно ахнул. Через минуту богатая наследница снова стояла на сцене, а Дмитрий в чужом теле стремительно слабел и стал покачиваться.
– Что это с ним? – удивилась Александра.
– Ему нужна помощь, – вскочила на ноги Звонарева.
– Милая, что мы можем сделать?
– Вызвать скорую, это первое. А потом необходимо осмотреть Диму… вернее, ну ты меня понял.
– Хорошо, – кивнул Питер, бросив взгляд на сцену.
Ши Вон вместо продолжения песни внезапно упал вниз лицом, чем вызвал шок у зрителей и Гон Шиль. Она вся задрожала от испуга и бросилась к своему кавалеру. Чтобы лишний раз никого не волновать, работники сцены быстро унесли Ши Вона, чтобы концерт мог продолжиться. Пак Гон Шиль бежала следом за ними, обливаясь слезами. Ксения с мужем спокойно прошли за кулисы и попали в ту гримерную комнату, что была предоставлена богатой наследнице.
– Как хорошо, что вы здесь, – разрыдалась Гон Шиль.
– Он дышит? – строго спросила медиум.
– Кажется, да.
– В смысле «кажется»? – побледнел композитор.
– Я дотронулась до его руки, а она ледяная…
– Она просто сильно напугана, – сделала вывод Звонарева.
Людей что находились поблизости Ксения быстро отправила за водой, а еще одного парня попросила встретить скорую помощь. Ши Вон лежал на диване и больше напоминал восковую куклу.
– Почему вы решили выступать? – Питер покачал головой. – Я не понимаю.
– Это все была моя идея, – всхлипнула богатая наследница. – Он жив? Сения, скажи все как есть.
– Да, погоди ты, – шикнула на нее медиум.
Она как раз пыталась прощупать пульс на руке Ши Вона. Очень слабый. Тогда Звонарева дотронулась до шеи мужчины и ощутила холод. Не физический, а именно потусторонний. Дмитрий находился поблизости. Он настолько ослаб, что мигал, точно сломанная лампочка.
– Его осмотрят и подлечат, если нужно, – проговорил композитор, желая успокоить Гон Шиль.
– Я во всем виновата, – кусая губы, повторяла богатая наследница. – Мне захотелось показать всему миру, как мы счастливы и какой у меня талантливый мужчина.
– И как? – обернулась Ксения. – Теперь ты довольна?
– Нет, конечно, нет. Дима еще внутри?
– Разумеется, он вылетел из тела.
– Как? – Гон Шиль в ужасе задрожала. – Его нужно вернуть обратно.
Питер схватил ее за руку, потому что богатая наследница уже рванула вперед, дабы вцепиться в тело Ши Вона. К счастью, прибыла скорая помощь. Молодые специалисты быстро осмотрели мужчину, поняли, что он едва держится, поэтому сделали ему пару уколов.
– Что с ним? – поинтересовалась Звонарева.
– Резко упало давление, – ответил ей молодой доктор. – Где вы его нашли?
– Он выступал на сцене, – затараторила богатая наследница. – Мы вместе пели и немного танцевали, а потом он упал.
– Вы не шутите? – вскинул брови доктор. – Он точно танцевал?
– Так и есть, – подтвердил композитор. – Его видел весь зал…
– Странно, – протянул доктор, проверив еще раз глаза мужчины. – По всем признакам у него или глубокий обморок, или же кома.
– Не может быть, – заголосила Гон Шиль.
Пока Питер старался ее удержать, ребята со скорой положили Ши Вона на носилки и вынесли из гримерной комнаты.
– Нам лучше поехать следом за ними, – сказала Ксения.
– И я тоже с вами, – простонала богатая наследница.
– Я позвоню девочкам, предупрежу их.
– Милая, я найду того, кто их отвезет домой после концерта, – заверил ее композитор.
– Хорошо. Мы тогда с Гон Шиль спустимся вниз.
Всю дорогу госпожа Пак корила себя за то, что привела Дмитрия на концерт и попросила его выступить вместе с ней. Через десять минут у Звонаревой терпение закончилось:
– Ты можешь не ныть хотя бы минуту?
– Как же больно и страшно… Я подвергла его опасности.
– Он уже умер. А вот Ши Вон пока еще жив. Хотя из-за вашего эгоизма он вполне может остаться инвалидом.
– Даже не произноси при мне такие слова, – попыталась закрыть руками уши богатая наследница
– А чего это ты сразу в кусты? Кто будет кашу расхлёбывать?
Гон Шиль хотела что-то возразить, но тут появился Питер Чон и они наконец сели в машину. Адрес больницы, куда намеревались отвезти Ши Вона у них имелся, так что они сразу тронулись в путь.
Москва. 2 января. 2022 года
После той стычки Олег больше не видел Веру. Она окончательно разругалась с Любой, так что все с облегчением выдохнули. Позже оказалось, что Верочка несмотря на все свое обаяние была девушкой хитрой и крайне мстительной. Весь день Любовь посвятила тому, что рассказывала об их многолетней дружбе и успела даже пару раз расплакаться.
– Я и не знал, что вас так много связывает, – периодически говорил Данилов, чтобы поддержать беседу.
– Ах, Олег. Ты себе не представляешь…
И дальше шла очередная история из серии «подруги не разлей вода». Какие бы слова он не подобрал, все они звучали бы слишком просто, а значит не подходили к данному моменту. Поэтому общение у них уже не складывалось. К тому же, когда Олег хотел уже отдыхать, к Любе внезапно приехали гости. Тотчас началось веселье, поэтому снова стало шумно и все говорили хором, то и дело перебивая друг друга.
– А ты куда собрался? – удивилась Любочка, увидев своего кавалера в коридоре. – Неужели обиделся?
– Нет, все хорошо. Просто друзья позвали к себе. Давно уже зазывали, а я все никак не мог собраться.
– Тогда ладно. Я уж было подумала, что тебе с нами скучно.
– Ну, что ты, – обнял ее за плечи Данилов. – Я бы еще остался, но хочется за время коротких каникул пообщаться с друзьями.
– Тоже верно.
Они поцеловались на прощание, и Олег со спокойной душой покинул квартиру. Он точно знал, что они вряд ли встретятся в ближайшее время. Да его жутко пугало одиночество, однако он больше не хотел этих утомительных и пустых связей, что лишь умножали печаль в сердце. Возвращаться домой не хотелось – пусто и холодно. Ехать к родителям тоже желания не возникло, поэтому он позвонил друзьям. Так вышло что ему наконец-то дозвонилась Мария Горошина. Вот ее он был очень рад услышать.
– Олежек, ты куда пропал? – голос у нее звенел, точно колокольчик.
– Да, так. Просто пытался сделать вид, что у меня есть девушка.
– И как? Удалось?
– Не совсем. Но это долгий разговор…
– Я как раз никуда не спешу. Так что приезжай к нам.
– Предложение крайне заманчивое, – протянул Данилов.
– Вот и заманивайся уже…
Они весело посмеялись и Мария дала обещание приготовить его любимый пирог с вишней. Как устоять перед таким соблазном? Разумеется, он снова поехал в магазин, где несмотря на вечернее время столкнулся с парочкой человек. Удалось купить свежих фруктов, конфет и остальные вкусности. В гости с пустыми руками ехать никак нельзя, это неприлично, в конце концов. Его с детства так воспитывали, что надо дарить что-то или купить к столу.
– Олег, ну ты как всегда, – открыв дверь, улыбнулась Горошина. – Опять накупил кучу всего?
– Может и не кучу, но я старался…
Они обнялись, а потом прошли в дом. На Марии было надето бархатное темно-бордовое платье с вышивкой.
– Я очень рада тебя видеть.
– А уж я-то как рад, – кивнул Данилов, осматриваясь. – Где твой благоверный?
– На работу вызвали, так что мы пока с младшими детьми дома.
– Ой, как здорово.
Вскоре прибежали дети Горошиной. Трое из четверых. Старшая дочь уехала отмечать новый год в Сочи со своим молодым человеком.
– Если ты думаешь, что с пирогом я тебя обманула, то это не так.
– Машенька, я никогда о тебе не думал плохо.
– Да? Интересно, почему?
– Потому что ты положительная героиня.
– Надо же, – доставая из духовки пирог, рассмеялась Мария. – Получается, что ты у нас полная противоположность. Так что ли?
– Лучше и не скажешь.
Дети сели за стол и стали прислушиваться к разговору взрослых.
– А ты тогда кто, дядя Олег? – спросил у него самый младший сын Горошиной.
– Я думаю, что скорее всего бунтарь. Герой что вечно влипает в какие-то истории.
– Хорошо, что, хотя бы в негодяи себя не записал, – заметила Мария, доставая чистые тарелки.
– Это я точно не потяну, там хитрость нужна, опять же изворотливость и желание делать подлости.
– А что такое подлость? – спросил самый младший сын Горошиной – Арсений.
Мария и Данилов переглянулись.
– Тут, брат, не всегда точно определишь кто подлость совершил, а кто просто глуп. Иногда время лишь показывает, что там было. Если же говорить прямо, то подлость — это когда человек подставляет другого лишь бы ему было хорошо и безопасно.
– А почему? – захлопал глазами Сеня.
– Почему он так делает?
– Да. У него же тоже есть мама, она же его этому не учила.
– Хороший вопрос, сынок, – поцеловала в макушку сына Горошина.
Дети с интересом смотрели на дядю Олега, ожидая от него важного ответа.
– Чувствую себя героем какой-то викторины, вот правда.
– Нам надо знать, – подал голос средний сын Игнат.
– Думаю, что все равно на нас больше всего влияет семья. Скорее всего у такого человека, который имеет склонность к подлости трудные отношения с родителями. Особенно с матерью. Он или зол на нее или с трудом может привлечь ее внимание.
Потом они сели ужинать. Курица, запеченный картофель с зеленью, свежие салаты и любимый пирог с вишней. Едва они приступили к чаепитию, как нагрянули гости. Так, всего пара человек. Подруги Марии. Ирина и Марина. Одна повыше ростом и шатенка, другая пониже ростом и блондинка. Причем натуральная. Но вот кто из них, кто, Данилов не успел запомнить, потому что охотился за куском любимого пирога.
– Мы не знали, что ты не одна, – хохотнула Ирина, поправляя челку.
– А я никогда не бывают одна. У меня же четверо детей.
– Она тебе на мужчину намекала, – шепнула ей на ухо Марина.
– Так это мой давний друг Олег Данилов. Вот, познакомьтесь.
Дамы улыбнулись, затем все расселись по местам. Арсений читал стихотворение. Не потому что кто-то заставляет, а потому что ощутил порыв.
– Мамочка, тебе понравилось? – спросил маленький Сеня.
– Да, львенок. Читаешь ты уже лучше, хотя ты все делаешь отлично.
– А ты что скажешь, дядя Олег? – обернулся Игнат. – Разве он справился?
– Конечно, справился, – подтвердил Данилов. – По нему же сразу видно, чей он сын.
– Машенька, какой он интересный, – подошла к подруге Ирина. – Он женат? Или все же свободен?
– Пока свободен.
– Ой, надо будет его куда-нибудь пригласить.
– Ты не спеши, – тронула ее за руку Горошина.
– Что не так?
– У него были свои трудности, поэтому не стоит спешить.
– Ну, понятно, пока мы тут болтаем, Маринка уже его клеит, – хихикнула Ирина, помогая готовить горячие бутерброды.
