– Давайте мы дадим инструктору спокойно работать, – вмешался Олег, бросив на кавказца хмурый взгляд.
Мужчина сразу отошел в другую сторону и больше попыток склеить Жанну не предпринимал. Она взглянула на Данилова с теплом и едва заметно улыбнулась. Занятие продолжилось. Однако больше никто не вредничал и не пытался гадкими шутками испортить настроение. Едва Жанна закончила, как люди стали медленно расходиться. Большинству понравились упражнения и доброе отношения к себе.
– Постойте! – она сама его догнала. – Олег, кажется.
– Верно, – кивнул тот.
– Спасибо, что поставили его на место.
– Да, мне только в радость.
– А вы здесь….
– На лечении, как и все остальные, – признался Данилов.
– Странно. Вы совсем не похожи на человека с зависимостями.
Они шли по длинному коридору и вскоре повернули направо, где располагалась столовая. Конечно, в клинике обычно выдавали еду каждому в палате, но были, и любители питаться вместе со всеми.
– Это просто вы меня плохо знаете, Жанна.
– Может выпьем чего-нибудь? – спросила инструктор по йоге.
– В ваших устах она звучит весьма заманчиво. У нас есть чай, вода, минералка, морс. А даже компот.
– А вы что предпочитаете?
– Даже не знаю, – пожал плечами Олег. – Возьму сегодня компот. Говорят, что вкусный.
– И я с вами.
Они набрали немного пресной еды. Компот, несладкие сырники, салат с авокадо и кокосовое печенье. Все пресное и практически без сахара.
– Сырники хорошие, – обрадовалась Жанна, и поймала на себе заинтересованный взгляд собеседника. – Вкусные даже.
– Так и есть. Повар здесь еще и запеканку делает. Да, такую что многие в очереди готовы стоять час.
– Серьезно? Надо будет приехать заранее.
– Вы не пожалеете.
– А на прогулку вы ходите?
– Пока нет, – признался Данилов, рассматривая привлекательную женщину.
– Почему же?
– Таковы правила. А вы как сюда устроились, если не секрет?
– Можно сказать, что по знакомству.
Они еще где-то полчаса болтали, а потом Жанна уехала. Расставаться с ней не хотелось, однако разговор довольно быстро зашел в тупик. Похоже, она без труда догадалась, что перед ней известный актер, но изо всех сил старалась быть естественной.
– Привет, – окликнула его медсестра.
– Рената? Сегодня же не твоя смена.
– А я решила с тобой повидаться.
– В каком смысле?
– Мне показалось, что ты хотел пригласить меня на свидание.
– Возможно, но только не здесь, – усмехнулся Олег.
– А мы можем попробовать…
Медсестра потянулась к нему и сложила губки бантиком. Он-то думал, что она жаждет поцелуя и поэтому растерялся. А Рената положила ему в руку что-то и вскоре ушла. Внезапно и без объяснений. Он раскрыл ладонь и побледнел. Там лежала целая горсть таблеток. Разного вида и цвета. Похоже, что кто-то решил, будто ему нужна очередная доза. Данилов шумно выдохнул и направился в туалет. Там он просто спустил таблетки в унитаз и тщательно помыл руки.
Каждый вечер Данилов должен был отмечаться в кабинете психолога, чтобы тот делал важные пометки в своей папке. Такие порядки царили в частной клинике и по слухам, приносили отличный результат. Доктор почему-то постоянно менялся. Не то для свежести восприятия у пациентов, не то по какой-то иной причине.
– Проходите, – с улыбкой произнесла докторша.
– Добрый вечер!
– Данилов Олег Алексеевич. Все верно?
– Да, – кивнул Олег, отчего-то ощутив сильное волнение.
– Ну, что вы там мнетесь на пороге. Садитесь.
– Должно быть, это последствия накопленного напряжения.
Собеседница поправила свои волосы пшеничного цвета и улыбнулась:
– Мы все сейчас выясним. Меня зовут Дарья Вадимовна.
– Очень приятно.
– Ну, вы кривите душой, Олег, – вздохнула докторша. – На самом деле, вы готовы бежать от сюда.
– Возможно. А все же я держусь изо всех сил.
– Получается, что терпите? Да?
– По-разному. Иногда мне кажется, что здесь нет ничего сложного. Просто сиди и выполняй предписания.
– По натуре вы бунтарь, как я поняла.
– Так и есть, – немного расслабившись, Данилов откинулся на спинку стула.
– Надеюсь, что вы без утайки ответите на пару вопросов.
– Обычно у вас их много…
Дарья Вадимовна сдержала улыбку, что промелькнула на ее губах. У нее были удивительно умные глаза и бледно-голубая блузка под белым халатом. Почему-то ему в тот момент представилось, как докторша вскочила на ноги, села на край стола и принялась игриво снимать с себя халатик. Он даже замотал головой, чтобы видение рассеялось.
– У вас голова болит?
– Нет. Просто кое-что показалась.
– Что именно?
– Стоит ли мне говорить…
– Возможно эта информация поможет нам в дальнейшем лечении, – пояснила собеседница.
– Я видел очень красивую женщину, что сидела на столе и заигрывала со мной.
– Прямо сейчас?
– Да.
– Любопытно. С чем вы связываете данную фантазию?
– Ответить высокопарным слогом или простыми словами?
– Как угодно, лишь бы я вас поняла.
Олег слегка прищурился и провел рукой по небритой щеке:
– Ну, раз вы настаиваете, тогда слушайте. Я думаю, что причина самая банальная. У меня давно не было женщины. Хотя дело может и не в сексе, а просто в общении, в ласке. Вы меня понимаете?
– Разумеется. Сколько раз вы были женаты?
– Официально дважды.
– Дети имеются?
– Да. Дочь. Ей десять лет.
– Отлично, – пробормотала докторша, что-то черкая в своих бумагах. – Ваши отношения с родителями скорее дружеские или…
– Дружеские.
– Ваши отношения с бывшими женами вы бы назвали…
– Потрясающими. Каждая из них по-своему меня потрясла.
– Что вы можете сказать про своих друзей?
– У меня их очень много, и я умею дружить, – спокойным тоном ответил Олег. – С самого детства я легко сходился с людьми, потому что никогда не любил одиночества.
– Продолжите фразу. О своей работе вы можете сказать…
– Все самое прекрасное и ужасное одновременно. Хотя зависит от настроения. Работу я люблю, но иногда устаю от нее.
– Вы больше человек дисциплины или…
– Как правило дисциплина, все расписано по дням. Так удобнее.
– Как вы спите? – выдержав паузу спросила Дарья Вадимовна.
Данилов задумался. Нет, не про сон, а про то, почему сейчас его об это спрашивают. Ведь он как раз с самого первого дня, как вселился в свою палату, так спать стал все хуже и хуже.
– Если честно, то не очень. В первый день вроде спал. А теперь какое-то волнение. Не знаю даже.
– Тревога?
– Вроде того.
– Лекарства пьете?
– Стараюсь, – кивнул Олег. – Но получается не всегда. От одного препарата у меня началось сердцебиение, я не стал его принимать.
– Сказали тому врачу, что вас наблюдает?
– Конечно. Только он все равно просил об этом никому не говорить.
– А что у вас с сердцем?
– В декабре попал в больницу. Подозрение на инфаркт.
– Погодите, – насторожилась докторша. – Все-таки подозрение или на самом деле был инфаркт?
– Вам правду сказать или придумать что-то?
– Мы же с вами договорились.
– Скажем так, ситуация была сложной, но меня выписали.
– Почему у вас в карте нигде не упоминается этот факт?
– Потому что слишком трудно будет объяснить потом людям, что я не инвалид, а вполне здоровый человек.
– Я запишу в карту…
– Не надо, – Данилов потянулся через стол и положил руку на бумаги. – Прошу вас, оставьте все как есть.
Собеседница шумно вздохнула. Ей явно была не по душе данная история, однако портить жизнь известному пациенту не хотелось.
– Поймите, я врач, мне нужно все заполнить правильно.
– Я могу заплатить вам денег. Сколько вы хотите?
– Да, вы с ума сошли! – побледнела от изумления Дарья Вадимовна. – Какие деньги? О чем речь?
– Самые обыкновенные деньги. Вы думаете, что я там не предлагал, чтобы мне ничего не писали? Предложил и знаете, они взяли.
– У меня нет слов, Олег Алексеевич. Это уже ни в какие ворота не лезет.
– Почему? Думаете, что мне нужна карта с подобными записями?
– Зато там будет вся правда о вашем здоровье.
– Дашенька, – понизив голос до шепота, произнес Олег. – Вы же не станете так поступать? Мне еще работать, деньги надо накопить. У меня большие планы. Хочу квартиру дочери купить.
– Не понимаю, как данная информация может вам помешать?
– Да, очень просто. Я много снимаюсь в кино, выполняю трюки. А так все будут знать, что меня надо как хрустальную вазы беречь.
– Вот и правильно. Вам давно пора подумать о своем здоровье.
– Так вы не станете писать?
Докторша бросила на него сердитый взгляд и судя по жестам стерла на компьютере то, что перед этим успела написать.
– Не знаю, зачем я с вами связалась… Я же потом об этом пожалею.
– Благодарю вас, Дашенька. Вы добрый ангел!
– Теперь ваша очередь, – сказала Дарья Вадимовна, отхлебнув теплого чая.
– Я точно не ангел.
– Расскажите про свои сны. Если вы их помните, конечно.
– Сны? Да, собственно… ничего особенного.
Данилов замолчал, явно не желая трогать данную тему. Собеседница нахмурилась и скрестила руки на груди.
– Как же я тогда смогу вам помочь, если вы не рассказываете о том, что вас беспокоит? Я могу назначить лекарство, от которого вам станет легче.
– И я наконец, начну нормально спать?
– Да, именно так. Вы сможете расслабиться.
– Не снится ничего такого. Просто все время холодно и какие-то бледные руки ко мне тянутся.
– Это как-то связано со съемками сериала «Видящая»?
– Понятия не имею, – пожал плечами Олег.
Они поговорили еще немного, а потом он отправился в свою палату, перед уходом получив мягкий препарат для крепкого сна. Вскоре принесли ужин, и Данилов поел. Правда, без особого аппетита. Котлеты и картофельное пюре. Вкусно, а он и не понял. Мысли были заняты тем, как бы ему лечь спать и спокойно отдохнуть. Олег выпил одну таблетку, а через полчаса еще и вторую. Вскоре задремал, потом погрузился в более глубокий сон, где вокруг была только липкая темнота и странные тени. Ему хотелось крикнуть, однако он не мог, он хотел проснуться, но даже этого не получалось сделать.
Он смотрит на планету,
Как будто небосвод
Относится к предмету
Его ночных забот.
Борис Пастернак
Южная Корея. Сеул. Начало января 2025 года
Питер ощутил прилив вдохновения, поэтому принялся записывать мелодию, что зазвучала у него в голове. Часто он и сам не понимал, что могло послужить импульсом для создания новой композиции. Поэтому он далеко не сразу понял, что любимая жена вышла из комнаты и почему-то не вернулась обратно. Сначала это насторожило композитора, а потом он отправился на поиски возлюбленной, но так ее нигде не смог обнаружить. Александра и Стефания к тому времени на такси отправились домой, а Гон Шиль и Дмитрий остались, быстро сообразив, что их помощь может понадобиться.
– Ты уверен, что осмотрел все комнаты? – спросила у него богатая наследница.
– К родителям и сестре я не заходил.
– А почему?
– Уже все давно спят, – ответил композитор, перебирая в голове разные варианты. – Куда она могла пойти?
– Наверное, следует сообщить в полицию, – предложил Дмитрий.
– Пока рано еще поднимать панику, – хмыкнула Гон Шиль.
Питер прошелся по комнате туда и обратно. Ему хотелось где-нибудь закрыться, даль волю чувствам, возможно немного поплакать от напряжения. Но времени у него не было, следовало приступить к поискам жены незамедлительно.
– Я пробовал ей звонить на телефон, но все бесполезно, – сообщил им композитор. – Если она куда-то решила выйти ночью, то телефон бы точно взяла с собой.
– А мы попробуем еще раз, – сказала богатая наследница. – Только теперь ты звони, пока мы будем ходить по квартире и прислушиваться.
– Думаешь, что у нас получится?
– Мы хотя бы сделаем попытку, – хлопнул его по плечу Дмитрий в теле Ши Вона. – Нельзя терять надежду так скоро.
– Это все моя вина. Я вдруг решил записать мелодию… Она же беременна. Вдруг ей стало внезапно плохо? Что тогда?
– Отставить негативные мысли, – поморщилась Гон Шиль. – Звони ей на телефон. Мы же будем ходить по коридору, по всем комнатам. Если понадобиться, то и все этажи обойдем в этом здании.
– Я с вами! – улыбнулся Дмитрий. – Могу дежурить в коридоре.
Так и поступили. Композитор снова и снова звонил на номер жены. Ничего. Богатая наследница двигалась по коридору точно черная пантера.
Ксения падала куда- то вниз. Долго. Медленно. Ладони вмиг стали липкими и влажными. Где-то поблизости послышались шаги. Это ли не чудо?
Питер старался верить, что они найдут его жену. А иначе и быть не может. Она точно где-то поблизости. Но где именно, он не мог понять. Надо просто довериться сердцу. Что говорит сердце? Он остановился и приложил руку к груди. Пульс просто зашкаливал от волнения.
– Что ты делаешь? – заглянул в гостиную Дмитрий. – Где телефон? Почему ты не звонишь?
– Странное чувство, словно я видел его недавно…
– Кого именно?
– Телефон, – композитор стукнул себя по лбу. – Ну, конечно.
Он без каких-либо объяснений выскочил из гостиной и поспешил в их спальню, что располагалась в конце коридора. При этом Питер по-прежнему звонил на номер своей любимой жены. Гон Шиль поспешила следом, как и Дмитрий, который по неизвестной причине почему-то стал плохо слышать.
– Да, похоже телефон там, – кивнула богатая наследница, приложив ухо к двери. – Вибрация идет…
– А замок, похоже, заперт изнутри, – вздохнул композитор, дернув ручку двери на себя.
– Вот видите, вам нужно хоть немного больше сил, – бормотал у них за спиной Дмитрий в теле Ши Вона.
– Нужен просто запасной ключ от комнаты, – догадался Питер.
Он метнулся в кабинет, потом в другую комнату, следом на кухню. Но все попытки не увенчались успехом. Неожиданно появилась младшая сестра композитора и подсказала, что ключ от спальни лежит в ее комнате. Все облегченно выдохнули. Питер забрал ключ и побежал к двери, про себя умоляя высшие силы ему помочь.
– Что ты там возишься? – топнула в нетерпении ногой богатая наследница.
– Руки дрожат…
– Понятно. Дима, пожалуйста, помоги ему.
– Хорошо, – откликнулся Дмитрий и самостоятельно открыл дверь ключом.
Всей компанией они буквально ввалились в спальню. Горела прикроватная лампа и пахло едва уловимо женскими духами. Однако и здесь Ксении не оказалось.
– Я был уверен, что мы на верном пути, – побледнев, сказал композитор, и отступил назад.
– Здесь есть ванная комната или туалет? – уточнила Гон Шиль.
– Разумеется. Там, чуть дальше.
– А гардеробная? – подсказал Дмитрий.
– Точно, – оживился Питер. – Я сам проверю.
Богатая наследница и Дмитрий в теле Ши Вона проверили туалет и ванную комнату. Нигде никаких следов. Композитор прошел в гардеробную и вскрикнул от радости. Его возлюбленная была там. Она полулежала на диванчике, и вздрагивала, видя какой-то напряженный сон.
– Нет, отпусти, – простонала Ксения, махнув рукой.
– Милая, я здесь. Все хорошо.
Композитор наклонился и ласково погладил ее по голове. Медиум открыла глаза и посмотрела на него с затаенным страхом.
– Я дома?
– Конечно, Сения, – улыбнулся Питер, помогая ей сесть. – Видимо, ты неожиданно уснула здесь. Твой телефон мы так и не нашли.
– Он в сумочке. Я же собиралась уходить…
– Куда же?
– Сама не знаю, – пожала плечами Звонарева.
– Теперь ты в безопасности, – обнял ее за плечи композитор. – Мы, правда, сильно перепугались, когда поняли, что потеряли тебя.
Мужчина сразу отошел в другую сторону и больше попыток склеить Жанну не предпринимал. Она взглянула на Данилова с теплом и едва заметно улыбнулась. Занятие продолжилось. Однако больше никто не вредничал и не пытался гадкими шутками испортить настроение. Едва Жанна закончила, как люди стали медленно расходиться. Большинству понравились упражнения и доброе отношения к себе.
– Постойте! – она сама его догнала. – Олег, кажется.
– Верно, – кивнул тот.
– Спасибо, что поставили его на место.
– Да, мне только в радость.
– А вы здесь….
– На лечении, как и все остальные, – признался Данилов.
– Странно. Вы совсем не похожи на человека с зависимостями.
Они шли по длинному коридору и вскоре повернули направо, где располагалась столовая. Конечно, в клинике обычно выдавали еду каждому в палате, но были, и любители питаться вместе со всеми.
– Это просто вы меня плохо знаете, Жанна.
– Может выпьем чего-нибудь? – спросила инструктор по йоге.
– В ваших устах она звучит весьма заманчиво. У нас есть чай, вода, минералка, морс. А даже компот.
– А вы что предпочитаете?
– Даже не знаю, – пожал плечами Олег. – Возьму сегодня компот. Говорят, что вкусный.
– И я с вами.
Они набрали немного пресной еды. Компот, несладкие сырники, салат с авокадо и кокосовое печенье. Все пресное и практически без сахара.
– Сырники хорошие, – обрадовалась Жанна, и поймала на себе заинтересованный взгляд собеседника. – Вкусные даже.
– Так и есть. Повар здесь еще и запеканку делает. Да, такую что многие в очереди готовы стоять час.
– Серьезно? Надо будет приехать заранее.
– Вы не пожалеете.
– А на прогулку вы ходите?
– Пока нет, – признался Данилов, рассматривая привлекательную женщину.
– Почему же?
– Таковы правила. А вы как сюда устроились, если не секрет?
– Можно сказать, что по знакомству.
Они еще где-то полчаса болтали, а потом Жанна уехала. Расставаться с ней не хотелось, однако разговор довольно быстро зашел в тупик. Похоже, она без труда догадалась, что перед ней известный актер, но изо всех сил старалась быть естественной.
– Привет, – окликнула его медсестра.
– Рената? Сегодня же не твоя смена.
– А я решила с тобой повидаться.
– В каком смысле?
– Мне показалось, что ты хотел пригласить меня на свидание.
– Возможно, но только не здесь, – усмехнулся Олег.
– А мы можем попробовать…
Медсестра потянулась к нему и сложила губки бантиком. Он-то думал, что она жаждет поцелуя и поэтому растерялся. А Рената положила ему в руку что-то и вскоре ушла. Внезапно и без объяснений. Он раскрыл ладонь и побледнел. Там лежала целая горсть таблеток. Разного вида и цвета. Похоже, что кто-то решил, будто ему нужна очередная доза. Данилов шумно выдохнул и направился в туалет. Там он просто спустил таблетки в унитаз и тщательно помыл руки.
Каждый вечер Данилов должен был отмечаться в кабинете психолога, чтобы тот делал важные пометки в своей папке. Такие порядки царили в частной клинике и по слухам, приносили отличный результат. Доктор почему-то постоянно менялся. Не то для свежести восприятия у пациентов, не то по какой-то иной причине.
– Проходите, – с улыбкой произнесла докторша.
– Добрый вечер!
– Данилов Олег Алексеевич. Все верно?
– Да, – кивнул Олег, отчего-то ощутив сильное волнение.
– Ну, что вы там мнетесь на пороге. Садитесь.
– Должно быть, это последствия накопленного напряжения.
Собеседница поправила свои волосы пшеничного цвета и улыбнулась:
– Мы все сейчас выясним. Меня зовут Дарья Вадимовна.
– Очень приятно.
– Ну, вы кривите душой, Олег, – вздохнула докторша. – На самом деле, вы готовы бежать от сюда.
– Возможно. А все же я держусь изо всех сил.
– Получается, что терпите? Да?
– По-разному. Иногда мне кажется, что здесь нет ничего сложного. Просто сиди и выполняй предписания.
– По натуре вы бунтарь, как я поняла.
– Так и есть, – немного расслабившись, Данилов откинулся на спинку стула.
– Надеюсь, что вы без утайки ответите на пару вопросов.
– Обычно у вас их много…
Дарья Вадимовна сдержала улыбку, что промелькнула на ее губах. У нее были удивительно умные глаза и бледно-голубая блузка под белым халатом. Почему-то ему в тот момент представилось, как докторша вскочила на ноги, села на край стола и принялась игриво снимать с себя халатик. Он даже замотал головой, чтобы видение рассеялось.
– У вас голова болит?
– Нет. Просто кое-что показалась.
– Что именно?
– Стоит ли мне говорить…
– Возможно эта информация поможет нам в дальнейшем лечении, – пояснила собеседница.
– Я видел очень красивую женщину, что сидела на столе и заигрывала со мной.
– Прямо сейчас?
– Да.
– Любопытно. С чем вы связываете данную фантазию?
– Ответить высокопарным слогом или простыми словами?
– Как угодно, лишь бы я вас поняла.
Олег слегка прищурился и провел рукой по небритой щеке:
– Ну, раз вы настаиваете, тогда слушайте. Я думаю, что причина самая банальная. У меня давно не было женщины. Хотя дело может и не в сексе, а просто в общении, в ласке. Вы меня понимаете?
– Разумеется. Сколько раз вы были женаты?
– Официально дважды.
– Дети имеются?
– Да. Дочь. Ей десять лет.
– Отлично, – пробормотала докторша, что-то черкая в своих бумагах. – Ваши отношения с родителями скорее дружеские или…
– Дружеские.
– Ваши отношения с бывшими женами вы бы назвали…
– Потрясающими. Каждая из них по-своему меня потрясла.
– Что вы можете сказать про своих друзей?
– У меня их очень много, и я умею дружить, – спокойным тоном ответил Олег. – С самого детства я легко сходился с людьми, потому что никогда не любил одиночества.
– Продолжите фразу. О своей работе вы можете сказать…
– Все самое прекрасное и ужасное одновременно. Хотя зависит от настроения. Работу я люблю, но иногда устаю от нее.
– Вы больше человек дисциплины или…
– Как правило дисциплина, все расписано по дням. Так удобнее.
– Как вы спите? – выдержав паузу спросила Дарья Вадимовна.
Данилов задумался. Нет, не про сон, а про то, почему сейчас его об это спрашивают. Ведь он как раз с самого первого дня, как вселился в свою палату, так спать стал все хуже и хуже.
– Если честно, то не очень. В первый день вроде спал. А теперь какое-то волнение. Не знаю даже.
– Тревога?
– Вроде того.
– Лекарства пьете?
– Стараюсь, – кивнул Олег. – Но получается не всегда. От одного препарата у меня началось сердцебиение, я не стал его принимать.
– Сказали тому врачу, что вас наблюдает?
– Конечно. Только он все равно просил об этом никому не говорить.
– А что у вас с сердцем?
– В декабре попал в больницу. Подозрение на инфаркт.
– Погодите, – насторожилась докторша. – Все-таки подозрение или на самом деле был инфаркт?
– Вам правду сказать или придумать что-то?
– Мы же с вами договорились.
– Скажем так, ситуация была сложной, но меня выписали.
– Почему у вас в карте нигде не упоминается этот факт?
– Потому что слишком трудно будет объяснить потом людям, что я не инвалид, а вполне здоровый человек.
– Я запишу в карту…
– Не надо, – Данилов потянулся через стол и положил руку на бумаги. – Прошу вас, оставьте все как есть.
Собеседница шумно вздохнула. Ей явно была не по душе данная история, однако портить жизнь известному пациенту не хотелось.
– Поймите, я врач, мне нужно все заполнить правильно.
– Я могу заплатить вам денег. Сколько вы хотите?
– Да, вы с ума сошли! – побледнела от изумления Дарья Вадимовна. – Какие деньги? О чем речь?
– Самые обыкновенные деньги. Вы думаете, что я там не предлагал, чтобы мне ничего не писали? Предложил и знаете, они взяли.
– У меня нет слов, Олег Алексеевич. Это уже ни в какие ворота не лезет.
– Почему? Думаете, что мне нужна карта с подобными записями?
– Зато там будет вся правда о вашем здоровье.
– Дашенька, – понизив голос до шепота, произнес Олег. – Вы же не станете так поступать? Мне еще работать, деньги надо накопить. У меня большие планы. Хочу квартиру дочери купить.
– Не понимаю, как данная информация может вам помешать?
– Да, очень просто. Я много снимаюсь в кино, выполняю трюки. А так все будут знать, что меня надо как хрустальную вазы беречь.
– Вот и правильно. Вам давно пора подумать о своем здоровье.
– Так вы не станете писать?
Докторша бросила на него сердитый взгляд и судя по жестам стерла на компьютере то, что перед этим успела написать.
– Не знаю, зачем я с вами связалась… Я же потом об этом пожалею.
– Благодарю вас, Дашенька. Вы добрый ангел!
– Теперь ваша очередь, – сказала Дарья Вадимовна, отхлебнув теплого чая.
– Я точно не ангел.
– Расскажите про свои сны. Если вы их помните, конечно.
– Сны? Да, собственно… ничего особенного.
Данилов замолчал, явно не желая трогать данную тему. Собеседница нахмурилась и скрестила руки на груди.
– Как же я тогда смогу вам помочь, если вы не рассказываете о том, что вас беспокоит? Я могу назначить лекарство, от которого вам станет легче.
– И я наконец, начну нормально спать?
– Да, именно так. Вы сможете расслабиться.
– Не снится ничего такого. Просто все время холодно и какие-то бледные руки ко мне тянутся.
– Это как-то связано со съемками сериала «Видящая»?
– Понятия не имею, – пожал плечами Олег.
Они поговорили еще немного, а потом он отправился в свою палату, перед уходом получив мягкий препарат для крепкого сна. Вскоре принесли ужин, и Данилов поел. Правда, без особого аппетита. Котлеты и картофельное пюре. Вкусно, а он и не понял. Мысли были заняты тем, как бы ему лечь спать и спокойно отдохнуть. Олег выпил одну таблетку, а через полчаса еще и вторую. Вскоре задремал, потом погрузился в более глубокий сон, где вокруг была только липкая темнота и странные тени. Ему хотелось крикнуть, однако он не мог, он хотел проснуться, но даже этого не получалось сделать.
Глава 12. Сорвем с тяжелой ветки
Он смотрит на планету,
Как будто небосвод
Относится к предмету
Его ночных забот.
Борис Пастернак
Южная Корея. Сеул. Начало января 2025 года
Питер ощутил прилив вдохновения, поэтому принялся записывать мелодию, что зазвучала у него в голове. Часто он и сам не понимал, что могло послужить импульсом для создания новой композиции. Поэтому он далеко не сразу понял, что любимая жена вышла из комнаты и почему-то не вернулась обратно. Сначала это насторожило композитора, а потом он отправился на поиски возлюбленной, но так ее нигде не смог обнаружить. Александра и Стефания к тому времени на такси отправились домой, а Гон Шиль и Дмитрий остались, быстро сообразив, что их помощь может понадобиться.
– Ты уверен, что осмотрел все комнаты? – спросила у него богатая наследница.
– К родителям и сестре я не заходил.
– А почему?
– Уже все давно спят, – ответил композитор, перебирая в голове разные варианты. – Куда она могла пойти?
– Наверное, следует сообщить в полицию, – предложил Дмитрий.
– Пока рано еще поднимать панику, – хмыкнула Гон Шиль.
Питер прошелся по комнате туда и обратно. Ему хотелось где-нибудь закрыться, даль волю чувствам, возможно немного поплакать от напряжения. Но времени у него не было, следовало приступить к поискам жены незамедлительно.
– Я пробовал ей звонить на телефон, но все бесполезно, – сообщил им композитор. – Если она куда-то решила выйти ночью, то телефон бы точно взяла с собой.
– А мы попробуем еще раз, – сказала богатая наследница. – Только теперь ты звони, пока мы будем ходить по квартире и прислушиваться.
– Думаешь, что у нас получится?
– Мы хотя бы сделаем попытку, – хлопнул его по плечу Дмитрий в теле Ши Вона. – Нельзя терять надежду так скоро.
– Это все моя вина. Я вдруг решил записать мелодию… Она же беременна. Вдруг ей стало внезапно плохо? Что тогда?
– Отставить негативные мысли, – поморщилась Гон Шиль. – Звони ей на телефон. Мы же будем ходить по коридору, по всем комнатам. Если понадобиться, то и все этажи обойдем в этом здании.
– Я с вами! – улыбнулся Дмитрий. – Могу дежурить в коридоре.
Так и поступили. Композитор снова и снова звонил на номер жены. Ничего. Богатая наследница двигалась по коридору точно черная пантера.
Ксения падала куда- то вниз. Долго. Медленно. Ладони вмиг стали липкими и влажными. Где-то поблизости послышались шаги. Это ли не чудо?
Питер старался верить, что они найдут его жену. А иначе и быть не может. Она точно где-то поблизости. Но где именно, он не мог понять. Надо просто довериться сердцу. Что говорит сердце? Он остановился и приложил руку к груди. Пульс просто зашкаливал от волнения.
– Что ты делаешь? – заглянул в гостиную Дмитрий. – Где телефон? Почему ты не звонишь?
– Странное чувство, словно я видел его недавно…
– Кого именно?
– Телефон, – композитор стукнул себя по лбу. – Ну, конечно.
Он без каких-либо объяснений выскочил из гостиной и поспешил в их спальню, что располагалась в конце коридора. При этом Питер по-прежнему звонил на номер своей любимой жены. Гон Шиль поспешила следом, как и Дмитрий, который по неизвестной причине почему-то стал плохо слышать.
– Да, похоже телефон там, – кивнула богатая наследница, приложив ухо к двери. – Вибрация идет…
– А замок, похоже, заперт изнутри, – вздохнул композитор, дернув ручку двери на себя.
– Вот видите, вам нужно хоть немного больше сил, – бормотал у них за спиной Дмитрий в теле Ши Вона.
– Нужен просто запасной ключ от комнаты, – догадался Питер.
Он метнулся в кабинет, потом в другую комнату, следом на кухню. Но все попытки не увенчались успехом. Неожиданно появилась младшая сестра композитора и подсказала, что ключ от спальни лежит в ее комнате. Все облегченно выдохнули. Питер забрал ключ и побежал к двери, про себя умоляя высшие силы ему помочь.
– Что ты там возишься? – топнула в нетерпении ногой богатая наследница.
– Руки дрожат…
– Понятно. Дима, пожалуйста, помоги ему.
– Хорошо, – откликнулся Дмитрий и самостоятельно открыл дверь ключом.
Всей компанией они буквально ввалились в спальню. Горела прикроватная лампа и пахло едва уловимо женскими духами. Однако и здесь Ксении не оказалось.
– Я был уверен, что мы на верном пути, – побледнев, сказал композитор, и отступил назад.
– Здесь есть ванная комната или туалет? – уточнила Гон Шиль.
– Разумеется. Там, чуть дальше.
– А гардеробная? – подсказал Дмитрий.
– Точно, – оживился Питер. – Я сам проверю.
Богатая наследница и Дмитрий в теле Ши Вона проверили туалет и ванную комнату. Нигде никаких следов. Композитор прошел в гардеробную и вскрикнул от радости. Его возлюбленная была там. Она полулежала на диванчике, и вздрагивала, видя какой-то напряженный сон.
– Нет, отпусти, – простонала Ксения, махнув рукой.
– Милая, я здесь. Все хорошо.
Композитор наклонился и ласково погладил ее по голове. Медиум открыла глаза и посмотрела на него с затаенным страхом.
– Я дома?
– Конечно, Сения, – улыбнулся Питер, помогая ей сесть. – Видимо, ты неожиданно уснула здесь. Твой телефон мы так и не нашли.
– Он в сумочке. Я же собиралась уходить…
– Куда же?
– Сама не знаю, – пожала плечами Звонарева.
– Теперь ты в безопасности, – обнял ее за плечи композитор. – Мы, правда, сильно перепугались, когда поняли, что потеряли тебя.
