Они сидели и долго обсуждали данную ситуацию. Гон Шиль не знала, как ей рассказать о беременности Ши Вону. Да, срок был приличный, а она и не подозревала о своем положении. Поверит ли любимый мужчина? Примет ли?
– Погоди. Ты слишком торопишься.
– Но скрыть от него я не могу данное событие, – нахмурилась богатая наследница. – Он вряд ли поверит, что этот ребенок наш с ним.
– Просто скажи ему первую часть новости. А уже потом придется упомянуть Дмитрия.
– Уверена, что он не простит такое…
– А зачем ты решаешь за него? – вскинула брови Ксения. – Если человек любит, то хотя бы выслушает тебя.
– Мне страшно. Вдруг он не захочет это обсуждать?
– Тогда возьмешь паузу, переедешь домой к отцу, там поживешь какое-то время.
– К отцу? – вздрогнула Гон Шиль. – После истории с Мими мне трудно с ним общаться, как прежде.
– Он твой отец. Поэтому непременно все равно с ним поговори.
– Я подумаю над твоими словами.
Потом они выпили еще чая и вышли в сад. Там среди деревьев они просто немного отдохнули в ожидании хороших новостей. Богатая наследница была точно на иголках. Она все опасалась, что появится Ши Вон и разразиться серьезный скандал, однако все обошлось. Когда гостья наконец-то стала собираться домой, то Звонарева поговорила с ней еще раз. Успокоила. Добрые вести не заставили себя ждать. Позвонил господин Ши Вон и пригласил всех на пикник в ближайшие выходные.
– Почему ты такая задумчивая? – напрягся Питер, когда гостья уехала домой.
– Сама не знаю. Словно что-то чувствую, но объяснить не могу.
– Это связано с Олегом?
– Нет. Полагаю, что здесь речь идет про Дмитрия.
– А он почему снова появился?
– История долгая и странная, – махнула рукой Ксения.
Она бы и рассказала про беременность Гон Шиль, но в тот момент подумала, что события и так раскрываются неожиданным образом, не стоит лишний раз гладить волну. Поэтому было решено дождаться выходных, а потом уже провести беседу с Гон Шиль и ее парнем. Однако душа Дмитрия настойчиво желала выйти на связь и поделиться информацией. Разумеется, Звонарева не стала сообщать об этом Гон Шиль. Ей хотелось для начала самостоятельно убедиться в том, что информация важная. Иногда души просто хотели что-то попросить или передать весточку из другого мира.
– Милая, ты уверена, что пока останешься на улице? – уточнил у нее композитор.
– Да. Мне нужно поговорить с одной душой.
– Ладно. Я буду поблизости, если что.
Дмитрий сразу же проявился, словно только и ждал того момента, когда они останутся вдвоем.
– Я слушаю тебя…
– Не позволяй ей возвращаться в дом председателя Пака, – попросил Дмитрий.
– Почему?
– Там абсолютно не гармоничная атмосфера.
– Но ведь дело не только в этом, – покачала головой Ксения.
– Ты права.
Дмитрий завис над лужайкой и стал постепенно проявляться более четко. Она ощущала его радость и одновременно тоску. Ему хотелось поделиться со всем миром новостью, что он станет отцом. К сожалению, не всем дана подобная возможность получить несколько дней или месяцев жизни в живом теле. Тем более человеческом. Но Дмитрий волновался за Гон Шиль понимая, что отец скорее всего ее выбор не примет.
– Как я могу помочь вам?
– Просто поговори с Ши Воном, – вздохнул Дмитрий. – Хочется верить, что он прислушается к твоим словам.
– Я сделаю все, что от меня зависит. Он же не заставит ее сделать аборт…
– Конечно, нет. Просто ему нужно объяснить, что произошло чудо.
– К тому же не без его участия произошло чудо, – улыбнулась Звонарева.
Чуть позже она поднялась на лифте в свою квартиру и поспешила проведать сына. Габриэль сладко спал, забавно причмокивая сквозь сон. Возле колыбели как обычно находился Олег Данилов. Он не спускал глаз с мальчика, словно опасался пропустить хотя бы минуту его взросления и роста. В тот момент медиум вздрогнула и рухнула в кресло. Она четко увидела, что в доме председателя Пака Гон Шиль будет плохо себя чувствовать. Так что часть вечера Ксения провела, в общении с Гон Шиль. Надо было в точности передать все то, что сказал Дмитрий и то, что она успела запомнить благодаря своим видениям.
– Все-таки он любит меня, – всхлипнула богатая наследница, выслушав подругу до конца.
– Конечно, любит.
– Мне казалось, что у нас не может с ним быть детей. А выходит я ошибалась.
– Главное, помни, как важно держаться подальше от особняка председателя Пака, – повторила Звонарева.
– Это точно. Я уже переехала к Ши Вону и чувствую себя в его квартире очень комфортно.
– Ты рассказала про беременность?
– Только слегка затронула эту тему.
– И как он отреагировал?
– Кажется, в растерянности, – усмехнулась Гон Шиль. – Видимо, думает, что я просто так болтаю. Без повода.
Москва. Ноябрь 2022 года
Олег старался найти подходящего проводника с начала года, но ему постоянно не везло. Он вспомнил, что может обратиться к своему духовнику отцу Михаилу. Да, он делал несколько попыток с ним пообщаться, однако у него ничего не вышло. Теперь же, набравшись сил, приобретя опыт, он мог действовать несколько иначе. Хотя у людей верующих, особенно религиозных считается, что душа должна уходить в ад или в рай. Если же душа среди живых, то это означает что она не упокоенная, следовательно, мучается от груза собственных грехов. Данилов уже перебрал множество вариантов и понял, отец Михаил может дать ему то, что он ищет. Покой. Поддержку. Свет. Любовь. Новый приход отца Михаила располагался на окраине города, зато выглядел очень уютно и даже имел небольшую колокольню.
– Что у вас там? – то и дело кричал отец Михаил мужикам, что красили купола.
– Все нормально.
– Краски хватает?
– Вроде бы да, – ответил ему первый мужик, что в любую погоду ходил в тонкой ветровке.
– Вы ее не разбавляйте только.
– Кого? – спросил второй мужик, который держал лестницу.
– Краску, – подсказал ему третий мужик, что краску периодически перемешивал.
– У нас все отлично, – сообщил первый мужик. – И краска ровно ложится.
– Ладно, – махнул рукой отец Михаил. – Вы там постарайтесь до дождя управиться.
Троица подняла голову выше и заметила, что со всех сторон плывут черные тучи. Вот удача. Они знали, что если пойдет дождь, то работа сильно затянется, а хотелось получить деньги. И побыстрее. Отец Михаил обошел белый храм, затем перекрестился и вошел внутрь здания. Он дал задания своему помощнику, затем проверил как горят лампады и стойки для свечей. После чего отец Михаил стал размышлять, какой он возьмет стих из Нового Завета для беседы с прихожанами. Он был настолько глубоко погружен в эти размышления, что не заметил, как яркая лампада начала чадить, а вскоре и вовсе погасла.
– Отец, – прошелестел Олег Данилов, возникнув у него за спиной.
– Эх, лампада погасла. Странно. Я же недавно ее зажег.
Отец Михаил чуть позже опять обратился к лампаде. Зажечь ее удалось далеко не сразу, что тоже немного смутило. Прохладный ветерок пробежал по его лицу, словно кто-то встал за его спиной. Или ему показалось?
– Вы меня слышите?
– Нужно еще свечи принести, – произнес вслух отец Михаил.
– Мне необходимо с вами поговорить, – шепнул Олег.
Отец Михаил просто прошел мимо, словно бы ничего не ощутил. Хотя прохладу он почувствовал однозначно. Тогда Данилов попытался схватить его за край рясы, но сил не хватило. Ткань просто утекла сквозь прозрачные пальцы. Нет, он однозначно видел, как некоторые души передвигали предметы, а порой даже могли физически поддержать человека. Он только учился и постигал смысл данного периода: жизнь вне тела.
– Батюшка, батюшка, – послышался голос издалека.
– Что случилось? – обернулся отец Михаил.
– Мужики почти все сделали, – перед ним возникла тщедушная старушка. – Это повод для радости.
– Неужели докрасили купола?
– Еще как. Уже второй слой. Топнул ногой
– Они хотели узнать, когда расчет будет?
– Все завтра, если сегодня точно закончат, – ответил отец Михаил.
Олег топнул ногой по полу и получился странный звук. Отец Михаил и старушка дернулись.
– Святые угодники, – старушка перекрестилась. – Кто-то нас разыгрывает?
– Не думаю, Любовь Григорьевна.
Странный звук повторился. Данилов старался топать, но все равно им слышно было иначе. Силы были на исходе, поэтому ему пришлось перебросить остатки энергии и свое внимание на стойку со свечами. Та сначала никак не поддавалась. Зато чуть позже свечи затрепыхались, а потом и вовсе упали на пол.
– Это землетрясение? – побледнела старушка.
– Нет, Любовь Григорьевна, – старался ее утешить отец Михаил.
– Но я же чувствуют, что все под ногами дергается.
– Главное сейчас не паниковать…
– У меня давление, отец Михаил, – схватилась за голову старушка.
– Пойдемте, вы там посидите, а я принесу воды.
Едва старушке стало легче, как она почти сразу ушла. У нее еще имелись мелкие поручения для храма. Отец Михаил вместе с дьяконом немного прибрались в храме, а затем отправились есть рыбный суп. Здесь частенько кормили не только тех, кто работал и жил рядом с приходом, но также туристов, которых подчас было много. Дьякон принес чистые тарелки, затем стал наливать суп и отчего-то у него начала сильно дрожать рука. В итоге суп оказался не в тарелке, а на белой скатерти.
– Ты куда наливаешь-то? – спросил отец Михаил, постучав ложкой по столу.
– Ох, что же это. Простите, прошу вас….
Но и во второй заход, никак не мог дьякон ровно налить суп в небольшую тарелку. Со стороны могло показаться, что он сильно напуган или накануне перепил спиртное.
– Давай я сам все положу.
– Да, так будет лучше, – кивнул дьякон, сев за стол.
Отец Михаил поднялся и уверенно взял в руки половник. В первую минуту ему почудилось, что будто кто-то стоит за спиной. Однако он продолжил и вскоре они уже наслаждались рыбным супом. Когда пришло время чаепития, то мужчины принялись обсуждать свои дела. Едва дьякон покинул трапезную, как отец Михаил с облегчением вознес молитвы Творцу и деве Марии. Он на мгновение задумался, как позади у него что-то мелькнуло. Или то был человек? Он судорожно стал вспоминать кто мог зайти в храм без предупреждения. В голове не было ни единой мысли. Тень или человек снова быстро мелькнул, не оставив странное ощущение.
– Кто здесь? – громко поинтересовался отец Михаил.
Ответа не последовало. Но ощущение будто кто-то смотрит со стороны и наблюдает стало еще острее. Олег Данилов старался подать знак, но так чтобы было ощутимо… Он сосредоточился и сбил со стола чайную ложку, хотя та лежала далеко от края стола. Отец Михаил отшатнулся. Он весь похолодел от ужаса. Никого не было рядом, а ложка упала на пол. Да причем так резко и звонко. Отец Михаил перекрестился, а затем вышел на улицу. Ему хотелось бежать из храма, но сделать это было просто невозможно.
– Почему вы внутрь не проходите? – удивился диакон, вернувшийся через полчаса.
– Мне почему-то стало душно… Будто воздуха не хватает.
– Скорее всего будет дождь.
– Вероятно, – пожал плечами отец Михаил.
Ему не хотелось возвращаться, однако пришлось. Сама пристройка, что служила им трапезной освещалась хорошо, поэтому никаких посторонних звуков быть не могло. Олег наблюдал за ними обоими. Дьякон прошел мимо него и даже ничего не почувствовал, хотя он послал холодный поток. Дал знак, скажем так. Отец Михаил выглядел напряженным и взволнованным одновременно. Ему было интересно что это за феномен с одной стороны, и хотелось верить, что в пристройке не поселились бесы. Этого отец Михаил боялся больше всего – столкнуться с бесами под сводами храма.
– Да на вас лица нет, – воскликнул дьякон. – Что с вами?
– Так, пустяки.
– Мне так не показалось. У вас ощущение что кто-то смотрит за вами? Верно?
– Так и есть, – кивнул отец Михаил. – А как ты догадался?
– У меня бабушка… вы только не смейтесь….
– Продолжай.
– Моя бабушка часто говорила, что духи на нас смотрят.
– Что за мракобесие? Тьфу!
– Простите, отец Михаил, – вздрогнул дьякон и его русые волосы рассыпались по плечам.
После этого события он еще долго не мог успокоиться. Данилов старался поговорить со своим духовником во сне, чтобы передать через него важную информацию, но и здесь встречал страх и сопротивление.
В ноябре уже заметно похолодало, однако отец Михаил все равно каждое утро обливался холодной водой, подолгу гулял без верхней одежды и много молился. Особенно его привлекали храмы или большие деревья. Олег следовал за ним искренне веря, что между ними вот-вот наладиться контакт. Вне физического тела Данилов видел, как светел отец Михаил, но также заметил, что у него полно страхов и ограничений.
– Доброе утро, батюшка! – окликнула его дама с пышными формами и красным шарфом.
– Здравствуй, Галина.
– Куда вы так спешите?
– Просто прогулка, – улыбнулся ей отец Михаил.
– Это правильно. Даже хорошо. А я вот комнату буду искать.
– Как же так? Ты недавно только к Игорю переехала… Вы вроде собирались жениться, даже венчаться надумали.
Галина недовольно поджала губы и принялась теребить шарф на шее. Ее масляные хитрые глазки впились в лицо собеседника с особым интересом:
– Так все уже поменялось, батюшка. Я же его не люблю совсем, а он приставучий очень…
– Так нельзя, дочь моя. Грех это – использовать ближнего.
– Ой, да так почти все делают.
– А ты на всех не смотри, ты себя начни менять, – покачал головой отец Михаил.
– Вот еще! Да и зачем мне?
– Если хочешь стать счастливой, быть любимой, то надо думать не только о себе.
Галина фыркнула словно голодная лошадь. Ей было плохо, и она решила пойти в храм.
– Батюшка, вы такой мудрый человек, а советы раздаете…
– Делай, как знаешь…
– Вы не уходите, прошв вас, – преградила ему путь Галина. – Скажите, что мне делать?
– Дать ему время и себе тоже. А лучше приходи на исповедь.
– Ой, нет. Это не про меня. Вот другого мужчину мне найти это да.
– Слишком много думаешь о выгоде своей, – хмыкнул отец Михаил.
Потом уже Галина поспешила дальше, а ее собеседник повернул в обратную сторону. Деревья уже стояли совсем без листьев, однако попадались еще кусты, где кое-где еще оставались алые всполохи уходящей осени. Вот там, среди редкой листвы и сумерек он заметил мужчину. И лицо ему показалось очень знакомым. Отец Михаил прибавил шаг, чтобы как можно лучше рассмотреть его. В какой-то момент, он осознал, что видит перед собой Олега Данилова. Это открытие так потрясло его, что он, похолодев от ужаса бросился бежать. Как только он вернулся домой, то запер дверь и бросился в ванную. Желал освежиться. Ледяная вода не слишком помогла. Тем более, что в зеркале он увидел Данилова. Нет, нет. Это должно быть, просто работа без отдыха. Мало отдыха. Вот и мерещиться всякое.
– Нужно помолиться за тебя, друг.
Олег даже стукнул кулаком в стену, а отец Михаил ощутил не только вибрацию, но и странный звук. Потусторонний, как бы сказали другие. Потом Данилов еще являлся ему, но отец Михаил старательно избегал любого контакта.
Глава 32. Соловьем поет сова
соль побережий
и солнце Кубы,
Испании перец и бычий пот.
Он застит глаза, обжигает губы
и передышки мне не дает
.
Маргарита Алигер
Сеул. Южная Корея. Июль 2025 года
