-А куда ушел князь? - вырвалось у Кантаны.
-Э... не знаю, княгиня. Должно быть, у него неотложные дела.
-Но он вернется?..
-Сегодня? Не думаю, княгиня. Но он хотел бы, чтобы ты хорошо спала.
Кантана больше не задавала вопросов, она покорно позволила Мантине делать все, что угодно — расстегивать, развязывать, расчесывать, надела рубашку, очень красивую, всю в дорогих кружевах, и легла в постель.
Мантина поправила на ней одеяло.
-Доброй ночи, княгиня.
-Подними штору, - попросила Кантана, - чтобы было видно небо. И тебе — доброй...
Служанка тут же выполнила просьбу и ушла.
Кантана осталась одна в спальне. Под легким и очень теплым одеялом ей опять стало холодно, и накатила опустошённость. Уснуть не получалось, девушка просто лежала и смотрела, как по темному небу ползли серые и лохматые, как раздерганная кудель, облака.
Хотела ли она, чтобы он остался, или вернулся сейчас же, и между ними случилось всё то, о чем ей вчера вскользь, осторожными словами объясняла мама? Вообще говоря, не очень. Должно быть, это всё не очень-то приятно, а про то, что в первый раз бывает больно, она и раньше слышала не раз. Но...
В сущности, то, что случилось только что, было унизительно. Было попросту оскорблением. Чтобы муж без объяснений взял и ушёл в первую ночь, оставив свою невесту одну, так и не став мужем по-настоящему. Об этом завтра узнают все в Изумрудном замке, от императрицы до поваренка на кухне...
И лучше всего было бы просто уснуть сейчас, а завтра обо всем подумать на свежую голову.
Но не спалось.
Выйдя из спальни новой Дьянны в переднюю, Мантина присела на кушетку, и, сосредоточившись, окликнула:
«Джелвер? Ты слышишь меня?»
Мантина очень хорошо умела разговаривать по-соддийски. Её слова миновали охрану у покоев и под окнами, услышал только тот, кому предназначалось.
«Слышу, Мантина», - откликнулся он.
«Князь ушел. Сразу взял и ушёл, понимаешь? Велел мне присматривать...»
«Гм... Вот и присматривай».
«Джелвер. Как ты думаешь, наш князь в своем уме? Или... что он задумал?»
«Не знаю. Завтра посмотрим».
12.Джелвер
Императорский замок никогда не спит. В императорском замке все вести разносятся быстро, если, конечно, очень не постараться, чтобы было иначе. А уж рассчитывать, будто никто не заметит, что князь соддийцев не остался на ночь в спальне своей молодой княгини...Или что никому нет до этого дела...
Это было бы слишком наивно.
Об этом заговорили уже за столом, когда место, где сидели молодые, ещё не успело остыть. Потом Джелвер услышал Мантину, и ругнулся про себя. От того, чтобы звать князя и высказывать ему своё недоумение, он удержался — Дьян его князь. Он имеет право решать и, возможно, у него есть веские причины поступать так, а не иначе.
Он может просто хотеть поступать так, а не иначе. У соддийцев не принято присматриваться, когда именно молодые впервые выполняют свой супружеский долг. А здесь, чего доброго, станут ждать простыню наутро.
Действительно, станут?..
Ещё и маг должен будет засвидетельствовать действительность случившегося, в том смысле, что кровь на простыне та самая, которая требуется.
Он нашёл взглядом мать девочки, Кайру Каюбу, та сидела за дальним концом стола, с застывшим лицом. Тоже уже знала, надо думать. Он подошёл, сел на скамью рядом.
-Тебе не о чем беспокоиться, лира Кайра. Просто наши обычаи отличаются от здешних. Мой князь не желал обидеть твою дочь, или ею пренебречь. Возможно, у него появились дела, или он получил важное известие.
-И это для него могло стать важнее свадебной ночи?
-Конечно. Он ведь князь. Многое может быть важнее свадебной ночи, лира.
-Хорошо, - она кивнула, но было очевидно, что аргументы её не убедили, - я надеюсь, князь объяснит это моей дочери.
Это следовало понимать так, что объяснять требовалось не дочери, а всему обиженному семейству, а может, и император тоже захочет, чтобы ему объяснили.
Искусство дипломатии — это такое искусство.
И что стоило Дьяну, раз уж ему вздумалось вот так внезапно жениться, просто взять и покончить со всем сразу?..
Покончить с невинностью невесты, точнее. Сделать, как здесь принято. Этого хотят все, этого хотят родные невесты, этого хочет невеста... несмотря на то, что она этого вовсе не хочет, скорее всего. Но она знает, что так надо, иначе не избежать насмешек в свой адрес от всего этого императорского курятника.
Джелвер Дьяна прекрасно понимал. Соддиец может долго кружить вокруг своей женщины, добиваясь сначала интереса, потом желания, потом — огня, и только тогда...
И неважно, где всё случится, в этом обличье или в другом, в спальне на постели или где-нибудь за облаками. Это притом, что женщина уже получена в жены с согласия родственников. Люди в большинстве своем поступают проще — свадьба, потом раздвинуть ей ноги, попасть копьем куда следует, пролить кровь и наутро предъявить простыню.
Ещё и поэтому соддийцы, бывает, заводят интрижки с итсванками — с ними просто, не надо усилий, они благодарны за малость. Это помимо того, что они рожают много детей. Женщины людей ценят себя удивительно мало, вот в чем дело. Но вряд ли лира Кайра Каюба поймет когда-нибудь эту простую мысль.
-Мы никогда не празднуем свадьбы в чужих домах, лира, - добавил он, - если бы не обряд передачи прав на земли, князь просто забрал бы невесту. И ты бы ни о чём не беспокоилась.
На лице лиры Кайры опять появилось недовольство. Понятное недовольство, впрочем.
-Я бы этого не позволила. Мой император не позволил бы, - тут же поправилась она, - вы применили магию? Чтобы обряд мог свершиться? Скажи мне правду, лир Джелвер.
-Нет. Мы не рискнули бы. Видишь ли, скажу тебе по секрету одну вещь. Мы давно знаем, что между твоей дочерью и моим князем возникла взаимная склонность. Знаешь, как это бывает, когда вдруг понимаешь, что тебе нравится кто-то, и это необъяснимо. Они оба.. сопротивлялись, потому что для обоих это было... нежелательно, так скажем. Но для обряда они оба были единственным беспроигрышным вариантом. С другим человеком брачный обряд не получился бы ещё долго. А долго ждать для нас нежелательно, лира.
Теперь лира Кайра смотрела удивленно, растеряно.
-Я поняла, - сказала она. - Я верю тебе, лир Джелвер, но... Ты сказал — нежелательно. Мою дочь очень плохо примут... там, у вас?
-Скажем так, лира: понадобится время, чтобы мой народ понял и принял такой выбор князя. Но я полагаю, что этот момент настанет. Видишь ли, как ни мало я узнал твою дочь, она мне понравилась. Понравится и другим. Если бы не труды твоего мужа на благо империи, всё было бы проще. А пока твоя дочь будет жить и хозяйничать в Шайтакане.
-Я поняла, - повторила лира Кайра, кусая губы, - то есть, он совсем не повезет её в вашу страну?
-Пока нет. Так что, её никто не огорчит недовольством или пренебрежением.
-Да. Зато и семья и народ её не признают.
-Возможно. Но это — пока. Потребуется некоторое терпение, лира.
-У князя есть дети? - продолжала она допытываться.
-У него есть маленькая дочь.
-Но наследовать ему должен сын, так ведь? Наследником пока называют племянника. А сыновей моей дочери могут лишить наследства?
-Нет. У них будет право примерить корону. Корона сама выбирает князя.
-Ах, да. Конечно. Но, главное, у них не отнимут права эту корону примерить? Князь будет справедлив к детям моей дочери?
-Вне всякого сомнения, лира.
-Что ж, это хорошо, - она довольно улыбнулась. - Если права моей дочери в Шайтакане будут уважать, меня мало волнует, примут ли её в вашей Содде. Пусть бы она даже не увидела её никогда больше.
-Это разумно, лира. А о прочем не беспокойся. Просто наши обычаи иные, нежели у вас. А твоей дочери придется принять наши обычаи, раз уж она стала женой нашего князя.
-Тогда скорее уезжайте, - сказала лира Кайра. - Кантане придется сносить отношение двора, ведь начнутся пересуды. Это бывает непросто в её годы. А я легко смогу всё это пережить. Если, конечно, она будет счастлива.
Жена Каюба Джелвера приятно удивила. Поначалу он счел её недалекой, но нет, она, кажется, была вполне разумной женщиной. Просто, видимо, её с раннего детства воспитывали в подчинении, вынудив всю жизнь проходить в маске покорной овечки. Между тем из неё, с её-то кровью, должны были сделать хозяйку...
Очевидно, это было кому-то нужно. Дед верно заметил, что её опекун очень своеобразно выполнял свои обязанности.
13.Кантана
Кантана проснулась, оттого что служанка ходила по спальне. Тихо ходила, почти неслышно, что-то перекладывала, чужое присутствие ощущалось совершенно ясно. Это у Кантаны было с детства — чувствовать такие вещи. Во время детских игр от неё трудно было спрятаться. То же и с мамой — от мамы спрятаться было невозможно.
Она открыла глаза. Мантина раскладывала платье, но, едва Кантана взглянула на неё, тут же обернулась.
-Доброе утро, княгиня. Ты хорошо спала?
-Уже поздно? - Кантана приподнялась на локте, огляделась.
Штора на окне отдернута, но на улице было пасмурно, непонятно, высоко ли солнце.
-Скоро полдень. Приходил князь, и велел не будить тебя. Ещё заходила лира, твоя мать, и твой кастанский маг. А вообще, князь поставил охрану в коридоре, которая больше не пускала никого. Даже магу, я полагаю, нечего пока тут делать.
Вообще, эта соддийская служанка вела себя непристойно, рассуждать и давать советы — не её работа. Но Кантана помнила предупреждение князя, что девушка никогда не была служанкой и теперь из любезности согласилась побыть в этой роли. Чтобы помогать и защищать, так, кажется. Значит, правильного выполнения своих обязанностей от Мантины и не стоило требовать.
-Зачем охрана? - спросила она, и так прекрасно зная ответ.
Она хотела услышать.
-Чтобы любители разглядывать чужие простыни не толпились здесь. Мы, соддийцы, этого не любим, - соддийка быстро улыбнулась, - но всё же тебе лучше встать. Скоро придет князь, и вы отправитесь на парадный завтрак.
С утра под дверью новобрачных всегда толпится народ, распевают фривольные песенки, это часть свадебного веселья. А тут, под её дверью — тишина.
-Ты замужем, Мантина? - спросила Кантана.
-Да, княгиня. Мы с мужем держали ювелирную лавку. Теперь решили уехать. Мужу хочется вернуться домой, в Содду, но пока поживём в Шайтакане, - разговаривая, Мантина успела принести тазик и кувшин для умывания. - Если хочешь, я могу причесать тебя по-соддийски, тогда платок не нужен. Соддийски не носят платки, как итсванки. Ты теперь соддийка, потому что замужем за соддийским князем.
Кантана замерла, медленно обернулась.
-Князь приказал мне не надевать платок?
Это был бы скандал, наверное. Как неприятно, ещё и это.
-Нет, князь передал, чтобы ты сама решила, как хочешь одеться сегодня. Ещё он сказал, что сегодня вечером мы улетим в Шайтакан. Тебе следует собраться.
Она перевела дух. Не так всё плохо. Уронила:
-Было бы что мне собирать...
-Я понимаю, - Мантина улыбнулась. - Может быть, ты хочешь что-то купить в дорогу? Можно послать.
-Я хочу сама пройтись по городу, - упрямо нахмурилась Кантана.
-Только с разрешения князя, моя княгиня, и с охраной, как я понимаю. После того, как тебя пытались украсть, князь не одобрит прогулок без охраны. Может быть, и с охраной не одобрит.
-Хорошо, - Кантана отвернулась.
И невольно подумала, что так и осталась пленницей князя. Только теперь - пленницей несколько иного рода.
Лететь в Шайтакан, сегодня. На рухах подданные её мужа не летают.
-Мы полетим на драконах, Мантина?
-Конечно, княгиня. Это очень удобно и быстро, ты даже не устанешь и не замерзнешь. Ведь ты уже летала на драконе.
Кантана кивнула, тут же почувствовав дрожь где-то внутри себя. Это было сильнее её смелости и её благоразумия.
-Ты легко ладишь с драконами, Мантина? - спросила она, невольно запнувшись.
-Конечно, - служанка удивленно взглянула на неё, - ты чего-то опасаешься? Драконы очень сильные, им в небе ничего не страшно, ни бури, ни урагана, ничего. А уж когда с тобой рядом князь Дьян, вообще бояться нечего. Он один сильнее любого урагана.
-Наверное, ты права, - бесстрастно согласилась Кантана. - Но с тех пор, как дракон унес меня, а потом заглядывал в моё окно... я их очень боюсь.
-Понимаю. Но это пройдет, - уверенно сказала серая драконица Мантина Алвура, двоюродная сестра Мены Алвуры, жены кузнеца Рая из Дарьяла.
И в очередной раз подивилась странной превратности судьбы. Как может быть княгиней соддийцев и женой большого черного Дьяна... Дьяна, не имеющего равных себе... эта бескрылая, итсванка, дочь мага, проклинаемого в Содде, которая к тому же дрожит, лишь услышав о драконах?
Да-да, она хозяйка Шайтакана. Наверное, Дьян знал, что делал, когда женился, и те забытые острова, до которых соддийцам так долго не было никакого дела, действительно для чего-то нужны.
А ведь она может стать матерью ещё одного Дьяна, большого черного. Две крылатые княгини не смогли, а она, бескрылая истванка — вполне. Итсванки чаще рожают сыновей соддийцам, чем чистокровные соддийки.
В дверь стукнули, и она тут же распахнулась, впустив в комнату мага Вейра.
-Дорогая сестра, как ты себя чувствуешь? - начал он, но тут же повел носом в сторону Мантины, - отправь служанку, и мы поговорим.
Маг был свеж, старательно причесан, с иголочки одет, на матовом черном шелке его рубахи маговский медальон смотрелся особенно хорошо. А обращение «дорогая сестра» Кантану несколько озадачило. Да, Вейр — её родственник, это верно, но он когда-то мечтал жениться на её матери. Считать его братом — не чересчур ли?
-Выйди, Мантина, - попросила она.
Соддийка кивнула и тут же ушла в ту же дверь, в которую вошёл маг-хранитель.
-Я слушаю тебя, лир маг, - сказала Кантана, - у тебя есть для меня известия?
-Сестра, я тебе сочувствую. Но, поверь, всё к лучшему, - он даже потер руки, - да-да, именно. Ведь в этом случае ты можешь просить развода и покровительства у императора много раньше договорного срока. И у князя Каста, конечно. Князь Каста поддержит. Ты вернёшься сама и вернешь Шайтакан под корону Каста, это будет достойный тебя поступок.
-Я не поняла, лир маг, - прервала его Кантана, - в каком случае я могу просить развода, и, главное, зачем мне это делать? И разве князь Каста — не подданный итсванского исператора?
-Если ты покинешь этот дом... то есть Изумрудный замок не тронутой супругом, то можешь в дальнейшем обратиться напрямую к князю и просить развода. Это... старый кастанский закон, жаль, что ты не знаешь.
-Ты полагаешь, лир маг, что я и дальнейшем не понадоблюсь моему мужу? - Кантана горько усмехнулась.
-В дальнейшем — не имеет значения. Главное — здесь, под этой крышей, где состоялся твой свадебный обряд.
-Император много раз давал понять, что не собирается уважать обычаи Каста. Или это не так?
-Уважать? - маг рассмеялся, - нет, использовать, если это выгодно. Ты не видишь тут разницы? Малышка, я здесь, чтобы с благословения моего князя и твоей матушки защищать твои интересы. А когда-нибудь тебе может пригодиться и такая малость, как право на развод по кастанским обычаям. Ты поняла меня? - он быстро подошел, взял за руку, - ты поняла? В дальнейшем ты сможешь оценить мои советы, а пока просто доверься!
-Я поняла, лир маг, - сказала она, и отодвинулась.
-Ты хоть и юная, но женщина, - маг улыбнулся, - покапризничай, притворись, что у тебя болит голова — это если вдруг... Ты понимаешь.
-Э... не знаю, княгиня. Должно быть, у него неотложные дела.
-Но он вернется?..
-Сегодня? Не думаю, княгиня. Но он хотел бы, чтобы ты хорошо спала.
Кантана больше не задавала вопросов, она покорно позволила Мантине делать все, что угодно — расстегивать, развязывать, расчесывать, надела рубашку, очень красивую, всю в дорогих кружевах, и легла в постель.
Мантина поправила на ней одеяло.
-Доброй ночи, княгиня.
-Подними штору, - попросила Кантана, - чтобы было видно небо. И тебе — доброй...
Служанка тут же выполнила просьбу и ушла.
Кантана осталась одна в спальне. Под легким и очень теплым одеялом ей опять стало холодно, и накатила опустошённость. Уснуть не получалось, девушка просто лежала и смотрела, как по темному небу ползли серые и лохматые, как раздерганная кудель, облака.
Хотела ли она, чтобы он остался, или вернулся сейчас же, и между ними случилось всё то, о чем ей вчера вскользь, осторожными словами объясняла мама? Вообще говоря, не очень. Должно быть, это всё не очень-то приятно, а про то, что в первый раз бывает больно, она и раньше слышала не раз. Но...
В сущности, то, что случилось только что, было унизительно. Было попросту оскорблением. Чтобы муж без объяснений взял и ушёл в первую ночь, оставив свою невесту одну, так и не став мужем по-настоящему. Об этом завтра узнают все в Изумрудном замке, от императрицы до поваренка на кухне...
И лучше всего было бы просто уснуть сейчас, а завтра обо всем подумать на свежую голову.
Но не спалось.
Выйдя из спальни новой Дьянны в переднюю, Мантина присела на кушетку, и, сосредоточившись, окликнула:
«Джелвер? Ты слышишь меня?»
Мантина очень хорошо умела разговаривать по-соддийски. Её слова миновали охрану у покоев и под окнами, услышал только тот, кому предназначалось.
«Слышу, Мантина», - откликнулся он.
«Князь ушел. Сразу взял и ушёл, понимаешь? Велел мне присматривать...»
«Гм... Вот и присматривай».
«Джелвер. Как ты думаешь, наш князь в своем уме? Или... что он задумал?»
«Не знаю. Завтра посмотрим».
12.Джелвер
Императорский замок никогда не спит. В императорском замке все вести разносятся быстро, если, конечно, очень не постараться, чтобы было иначе. А уж рассчитывать, будто никто не заметит, что князь соддийцев не остался на ночь в спальне своей молодой княгини...Или что никому нет до этого дела...
Это было бы слишком наивно.
Об этом заговорили уже за столом, когда место, где сидели молодые, ещё не успело остыть. Потом Джелвер услышал Мантину, и ругнулся про себя. От того, чтобы звать князя и высказывать ему своё недоумение, он удержался — Дьян его князь. Он имеет право решать и, возможно, у него есть веские причины поступать так, а не иначе.
Он может просто хотеть поступать так, а не иначе. У соддийцев не принято присматриваться, когда именно молодые впервые выполняют свой супружеский долг. А здесь, чего доброго, станут ждать простыню наутро.
Действительно, станут?..
Ещё и маг должен будет засвидетельствовать действительность случившегося, в том смысле, что кровь на простыне та самая, которая требуется.
Он нашёл взглядом мать девочки, Кайру Каюбу, та сидела за дальним концом стола, с застывшим лицом. Тоже уже знала, надо думать. Он подошёл, сел на скамью рядом.
-Тебе не о чем беспокоиться, лира Кайра. Просто наши обычаи отличаются от здешних. Мой князь не желал обидеть твою дочь, или ею пренебречь. Возможно, у него появились дела, или он получил важное известие.
-И это для него могло стать важнее свадебной ночи?
-Конечно. Он ведь князь. Многое может быть важнее свадебной ночи, лира.
-Хорошо, - она кивнула, но было очевидно, что аргументы её не убедили, - я надеюсь, князь объяснит это моей дочери.
Это следовало понимать так, что объяснять требовалось не дочери, а всему обиженному семейству, а может, и император тоже захочет, чтобы ему объяснили.
Искусство дипломатии — это такое искусство.
И что стоило Дьяну, раз уж ему вздумалось вот так внезапно жениться, просто взять и покончить со всем сразу?..
Покончить с невинностью невесты, точнее. Сделать, как здесь принято. Этого хотят все, этого хотят родные невесты, этого хочет невеста... несмотря на то, что она этого вовсе не хочет, скорее всего. Но она знает, что так надо, иначе не избежать насмешек в свой адрес от всего этого императорского курятника.
Джелвер Дьяна прекрасно понимал. Соддиец может долго кружить вокруг своей женщины, добиваясь сначала интереса, потом желания, потом — огня, и только тогда...
И неважно, где всё случится, в этом обличье или в другом, в спальне на постели или где-нибудь за облаками. Это притом, что женщина уже получена в жены с согласия родственников. Люди в большинстве своем поступают проще — свадьба, потом раздвинуть ей ноги, попасть копьем куда следует, пролить кровь и наутро предъявить простыню.
Ещё и поэтому соддийцы, бывает, заводят интрижки с итсванками — с ними просто, не надо усилий, они благодарны за малость. Это помимо того, что они рожают много детей. Женщины людей ценят себя удивительно мало, вот в чем дело. Но вряд ли лира Кайра Каюба поймет когда-нибудь эту простую мысль.
-Мы никогда не празднуем свадьбы в чужих домах, лира, - добавил он, - если бы не обряд передачи прав на земли, князь просто забрал бы невесту. И ты бы ни о чём не беспокоилась.
На лице лиры Кайры опять появилось недовольство. Понятное недовольство, впрочем.
-Я бы этого не позволила. Мой император не позволил бы, - тут же поправилась она, - вы применили магию? Чтобы обряд мог свершиться? Скажи мне правду, лир Джелвер.
-Нет. Мы не рискнули бы. Видишь ли, скажу тебе по секрету одну вещь. Мы давно знаем, что между твоей дочерью и моим князем возникла взаимная склонность. Знаешь, как это бывает, когда вдруг понимаешь, что тебе нравится кто-то, и это необъяснимо. Они оба.. сопротивлялись, потому что для обоих это было... нежелательно, так скажем. Но для обряда они оба были единственным беспроигрышным вариантом. С другим человеком брачный обряд не получился бы ещё долго. А долго ждать для нас нежелательно, лира.
Теперь лира Кайра смотрела удивленно, растеряно.
-Я поняла, - сказала она. - Я верю тебе, лир Джелвер, но... Ты сказал — нежелательно. Мою дочь очень плохо примут... там, у вас?
-Скажем так, лира: понадобится время, чтобы мой народ понял и принял такой выбор князя. Но я полагаю, что этот момент настанет. Видишь ли, как ни мало я узнал твою дочь, она мне понравилась. Понравится и другим. Если бы не труды твоего мужа на благо империи, всё было бы проще. А пока твоя дочь будет жить и хозяйничать в Шайтакане.
-Я поняла, - повторила лира Кайра, кусая губы, - то есть, он совсем не повезет её в вашу страну?
-Пока нет. Так что, её никто не огорчит недовольством или пренебрежением.
-Да. Зато и семья и народ её не признают.
-Возможно. Но это — пока. Потребуется некоторое терпение, лира.
-У князя есть дети? - продолжала она допытываться.
-У него есть маленькая дочь.
-Но наследовать ему должен сын, так ведь? Наследником пока называют племянника. А сыновей моей дочери могут лишить наследства?
-Нет. У них будет право примерить корону. Корона сама выбирает князя.
-Ах, да. Конечно. Но, главное, у них не отнимут права эту корону примерить? Князь будет справедлив к детям моей дочери?
-Вне всякого сомнения, лира.
-Что ж, это хорошо, - она довольно улыбнулась. - Если права моей дочери в Шайтакане будут уважать, меня мало волнует, примут ли её в вашей Содде. Пусть бы она даже не увидела её никогда больше.
-Это разумно, лира. А о прочем не беспокойся. Просто наши обычаи иные, нежели у вас. А твоей дочери придется принять наши обычаи, раз уж она стала женой нашего князя.
-Тогда скорее уезжайте, - сказала лира Кайра. - Кантане придется сносить отношение двора, ведь начнутся пересуды. Это бывает непросто в её годы. А я легко смогу всё это пережить. Если, конечно, она будет счастлива.
Жена Каюба Джелвера приятно удивила. Поначалу он счел её недалекой, но нет, она, кажется, была вполне разумной женщиной. Просто, видимо, её с раннего детства воспитывали в подчинении, вынудив всю жизнь проходить в маске покорной овечки. Между тем из неё, с её-то кровью, должны были сделать хозяйку...
Очевидно, это было кому-то нужно. Дед верно заметил, что её опекун очень своеобразно выполнял свои обязанности.
13.Кантана
Кантана проснулась, оттого что служанка ходила по спальне. Тихо ходила, почти неслышно, что-то перекладывала, чужое присутствие ощущалось совершенно ясно. Это у Кантаны было с детства — чувствовать такие вещи. Во время детских игр от неё трудно было спрятаться. То же и с мамой — от мамы спрятаться было невозможно.
Она открыла глаза. Мантина раскладывала платье, но, едва Кантана взглянула на неё, тут же обернулась.
-Доброе утро, княгиня. Ты хорошо спала?
-Уже поздно? - Кантана приподнялась на локте, огляделась.
Штора на окне отдернута, но на улице было пасмурно, непонятно, высоко ли солнце.
-Скоро полдень. Приходил князь, и велел не будить тебя. Ещё заходила лира, твоя мать, и твой кастанский маг. А вообще, князь поставил охрану в коридоре, которая больше не пускала никого. Даже магу, я полагаю, нечего пока тут делать.
Вообще, эта соддийская служанка вела себя непристойно, рассуждать и давать советы — не её работа. Но Кантана помнила предупреждение князя, что девушка никогда не была служанкой и теперь из любезности согласилась побыть в этой роли. Чтобы помогать и защищать, так, кажется. Значит, правильного выполнения своих обязанностей от Мантины и не стоило требовать.
-Зачем охрана? - спросила она, и так прекрасно зная ответ.
Она хотела услышать.
-Чтобы любители разглядывать чужие простыни не толпились здесь. Мы, соддийцы, этого не любим, - соддийка быстро улыбнулась, - но всё же тебе лучше встать. Скоро придет князь, и вы отправитесь на парадный завтрак.
С утра под дверью новобрачных всегда толпится народ, распевают фривольные песенки, это часть свадебного веселья. А тут, под её дверью — тишина.
-Ты замужем, Мантина? - спросила Кантана.
-Да, княгиня. Мы с мужем держали ювелирную лавку. Теперь решили уехать. Мужу хочется вернуться домой, в Содду, но пока поживём в Шайтакане, - разговаривая, Мантина успела принести тазик и кувшин для умывания. - Если хочешь, я могу причесать тебя по-соддийски, тогда платок не нужен. Соддийски не носят платки, как итсванки. Ты теперь соддийка, потому что замужем за соддийским князем.
Кантана замерла, медленно обернулась.
-Князь приказал мне не надевать платок?
Это был бы скандал, наверное. Как неприятно, ещё и это.
-Нет, князь передал, чтобы ты сама решила, как хочешь одеться сегодня. Ещё он сказал, что сегодня вечером мы улетим в Шайтакан. Тебе следует собраться.
Она перевела дух. Не так всё плохо. Уронила:
-Было бы что мне собирать...
-Я понимаю, - Мантина улыбнулась. - Может быть, ты хочешь что-то купить в дорогу? Можно послать.
-Я хочу сама пройтись по городу, - упрямо нахмурилась Кантана.
-Только с разрешения князя, моя княгиня, и с охраной, как я понимаю. После того, как тебя пытались украсть, князь не одобрит прогулок без охраны. Может быть, и с охраной не одобрит.
-Хорошо, - Кантана отвернулась.
И невольно подумала, что так и осталась пленницей князя. Только теперь - пленницей несколько иного рода.
Лететь в Шайтакан, сегодня. На рухах подданные её мужа не летают.
-Мы полетим на драконах, Мантина?
-Конечно, княгиня. Это очень удобно и быстро, ты даже не устанешь и не замерзнешь. Ведь ты уже летала на драконе.
Кантана кивнула, тут же почувствовав дрожь где-то внутри себя. Это было сильнее её смелости и её благоразумия.
-Ты легко ладишь с драконами, Мантина? - спросила она, невольно запнувшись.
-Конечно, - служанка удивленно взглянула на неё, - ты чего-то опасаешься? Драконы очень сильные, им в небе ничего не страшно, ни бури, ни урагана, ничего. А уж когда с тобой рядом князь Дьян, вообще бояться нечего. Он один сильнее любого урагана.
-Наверное, ты права, - бесстрастно согласилась Кантана. - Но с тех пор, как дракон унес меня, а потом заглядывал в моё окно... я их очень боюсь.
-Понимаю. Но это пройдет, - уверенно сказала серая драконица Мантина Алвура, двоюродная сестра Мены Алвуры, жены кузнеца Рая из Дарьяла.
И в очередной раз подивилась странной превратности судьбы. Как может быть княгиней соддийцев и женой большого черного Дьяна... Дьяна, не имеющего равных себе... эта бескрылая, итсванка, дочь мага, проклинаемого в Содде, которая к тому же дрожит, лишь услышав о драконах?
Да-да, она хозяйка Шайтакана. Наверное, Дьян знал, что делал, когда женился, и те забытые острова, до которых соддийцам так долго не было никакого дела, действительно для чего-то нужны.
А ведь она может стать матерью ещё одного Дьяна, большого черного. Две крылатые княгини не смогли, а она, бескрылая истванка — вполне. Итсванки чаще рожают сыновей соддийцам, чем чистокровные соддийки.
В дверь стукнули, и она тут же распахнулась, впустив в комнату мага Вейра.
-Дорогая сестра, как ты себя чувствуешь? - начал он, но тут же повел носом в сторону Мантины, - отправь служанку, и мы поговорим.
Маг был свеж, старательно причесан, с иголочки одет, на матовом черном шелке его рубахи маговский медальон смотрелся особенно хорошо. А обращение «дорогая сестра» Кантану несколько озадачило. Да, Вейр — её родственник, это верно, но он когда-то мечтал жениться на её матери. Считать его братом — не чересчур ли?
-Выйди, Мантина, - попросила она.
Соддийка кивнула и тут же ушла в ту же дверь, в которую вошёл маг-хранитель.
-Я слушаю тебя, лир маг, - сказала Кантана, - у тебя есть для меня известия?
-Сестра, я тебе сочувствую. Но, поверь, всё к лучшему, - он даже потер руки, - да-да, именно. Ведь в этом случае ты можешь просить развода и покровительства у императора много раньше договорного срока. И у князя Каста, конечно. Князь Каста поддержит. Ты вернёшься сама и вернешь Шайтакан под корону Каста, это будет достойный тебя поступок.
-Я не поняла, лир маг, - прервала его Кантана, - в каком случае я могу просить развода, и, главное, зачем мне это делать? И разве князь Каста — не подданный итсванского исператора?
-Если ты покинешь этот дом... то есть Изумрудный замок не тронутой супругом, то можешь в дальнейшем обратиться напрямую к князю и просить развода. Это... старый кастанский закон, жаль, что ты не знаешь.
-Ты полагаешь, лир маг, что я и дальнейшем не понадоблюсь моему мужу? - Кантана горько усмехнулась.
-В дальнейшем — не имеет значения. Главное — здесь, под этой крышей, где состоялся твой свадебный обряд.
-Император много раз давал понять, что не собирается уважать обычаи Каста. Или это не так?
-Уважать? - маг рассмеялся, - нет, использовать, если это выгодно. Ты не видишь тут разницы? Малышка, я здесь, чтобы с благословения моего князя и твоей матушки защищать твои интересы. А когда-нибудь тебе может пригодиться и такая малость, как право на развод по кастанским обычаям. Ты поняла меня? - он быстро подошел, взял за руку, - ты поняла? В дальнейшем ты сможешь оценить мои советы, а пока просто доверься!
-Я поняла, лир маг, - сказала она, и отодвинулась.
-Ты хоть и юная, но женщина, - маг улыбнулся, - покапризничай, притворись, что у тебя болит голова — это если вдруг... Ты понимаешь.
