-Я подумаю, как тебе помочь. Есть немало хороших средств. А сегодня тебя ждет сюрприз, император устраивает представление...
-Ты тут, тётушка? - к ним подошёл племянник князя, - прости, лир маг, князь велел мне проводить княгиню до её комнат. Он немного занят.
Племянник этот казался на несколько лет старше Кантаны, так что его «тётушка» было, конечно, шуткой, если не легким издевательством. Кантане не понравилось. Но он хотел увести её отсюда, что и требовалось.
-Пойдем, - сразу согласилась она, - благодарю тебя, лир Вейр...
14.Князь Дьян
Младший князь начал издалека, и в сущности, ни о чем. Почти дословно повторил то, что уже было сказано утром на встрече с императором, когда Дьян получил, наконец, долгожданный документ, скрепленный кровью его и императора, и маги подтвердили действительность совершенного...
Дьян встречался с императором, когда его молодая жена ещё сладко спала. Он заглянул, посмотреть. Она спала, обняв руками одну из множества подушек. Такая юная. И такая чужая пока. И такая красивая. Джелвер странный, если этого не видит.
Он все ещё не мог понять, как к ней подступиться.
Они о сих пор никогда ни о чем не разговаривали. Не смеялись вместе.
У них ещё не было ничего. Кроме тех коротких нескольких мгновений, когда их соединила «житейская магия», за которой сразу же последовало раздражение, недоумение, почти ненависть.
И вот теперь с этим следовало что-то делать.
Император тогда, утром, улыбался, шутил. Веселился напоказ, и все его придворные тоже старательно скалили зубы. Императрицы не было, как и вообще женщин, кроме единственной - тетки его жены. Она, как клещ, вцепилась в младшего князя Каста, не отходила от него, хотя тот явно не нуждался в его обществе.
«Терпи и улыбайся, - посоветовал стоящий рядом Джелвер. - Шутить над тобой по-всякому сегодня можно. Ну а направление их шуткам ты обеспечил сам, князь мой».
Ага, он от жены сбежал, вот и направление. Ну-ну...
Дьян и улыбнулся. Его такими шутками не пронять, это уж точно.
Император достал серебряную шкатулку, раскрыл, достал... какой-то амулет. Шелковый шнурок-браслет, на нём две золотые бляшки со значками. Дьян ощутил, как напрягся Джелвер.
-Это изделие наших магов, - сказал император с улыбкой, - достигает две цели сразу: повышает и женскую привлекательность и мужские возможности. Я сам пользуюсь, - и продемонстрировал такой же на своей руке.
Конечно, пошутил, судя по тому, как развеселились все итсванцы.
«Классическая магия, очень легкая, на тебя не подействует, можешь взять», - прокомментировал Джелвер.
-Благодарю, мой император, - князь надел браслет на руку, - мне это редко понадобится. Дважды в год, в полнолуние.
Соддийцы заулыбались, имперцы на этот раз не все и не сразу — видно, соображали, сколько шутки в этой шутке.
«Ну, ты сказал, князь. Гляди, ещё исполнился», - заметил один из парней.
«Тебе только на пользу, отдохнешь чуть», - не помедлил Джелвер, тоже, впрочем, забавляясь.
-Прими дар для твоей супруги, мой император, - Дьян взял из рук Джелвера коробку, раскрыл, с удовлетворением скользнул взглядом по великолепному гарнитуру с алмазами и рубинами.
Это неправда, что драконы не могут расставаться со своими сокровищами. Кто выдумал такую чушь?
Правда то, что они знают и них толк. И лучшее дарят лишь своим женщинам.
-Благодарю, мой князь, - итсванский император, судя по его взгляду, подарок оценил.
Это понятно, высшие персоны империи отчего-то любят такие вещи ничуть не меньше драконов.
Да, они шутили и улыбались. Дьян видел, как нерадостно императору — отдавать земли, а не присоединять. Любой суверен на его месте огорчался бы. Любой суверен хотел бы достойной компенсации, способной восполнить потерянное, а желательно — многократно восполнить. Они чего-то хотят от Кантаны, и будут требовать, это же ясно. В чем-то они всё равно обманут.
Только ничего им тут не обломится.
Об этом есть кому позаботиться. Не в первый раз. Соддийцы слишком поднаторели в том, чтобы охранять свое...
...Теперь брат владыки Каста говорил о дружбе. О том, что у его князя есть две маленькие дочери. И о том, что хорошо бы сыну князя провести какое-то время в Содде, а сыну или племяннику князя — в Касте. Каст — не Итсвана, подчеркнул младший князь. Это вовсе не Итсвана. Это земля, на которой когда-то в великом множестве жили древние драконы.
Да-да, те, которые когда-то вымерли все.
При последнем утверждении князь удивленно приподнял бровь.
-В великом множестве? Вы находили их кости в великом множестве? Или как?..
-Отчего-то считается, что от драконов не оставалось костей. Когда я был мальчиком, тоже задавался вопросом, почему это так. Но если бы ты пожил с Касте, послушал наши сказки, наши песни! В раннем детстве я был уверен, что когда-то на нашей земле только драконы и жили.
-Я буду рад когда-нибудь воспользоваться вашим гостеприимством, - Дьян улыбнулся, - и да, это правда, от драконов вряд ли остались бы кости. От нынешних их тоже не остаётся.
-Вот как?..
-Остается кучка пепла, - пояснил Дьян, - тела драконов сжигают другие драконы.
-О-о, вот как. Это очень интересно. И необычно.
-Наверное. Насчет брачных предложений и обмена мальчиками — это пока преждевременно, лир.
-Но ведь и не исключено? - малость огорчился тот.
-Ничто в этой жизни не исключено, - уклонился Дьян от прямого ответа..
Это все равно означало «нет».
-Я передам своему князю. Ещё одна просьба, князь. Она крайне важна, но я не решился высказать её при государе. Дело касается княжны Круга Каста - твоей жены, князь.
Это Дьяну уже не понравилось.
«Дядя? - некстати окликнул его Ардай. - Позволь мне попросить у него воспоминание о драконе. Или тебе будет лучше спросить самому?».
«Я спрошу», - ответил он, дав понять, что подходить и мешать не нужно.
Они об этом уже говорили накануне. Сын его сестры уродился на редкость въедливым парнем. Или, стоит сказать — любознательным? Его отчего-то заинтересовала мелочь, на которую махнул рукой даже Джелвер: какого дракона, охотящегося в горах, мог видеть в детстве младший князь Каста? Можно ведь взглянуть?
Для всякого соддийца очевидно, что никакого. Драконам ни к чему охотиться. Но Ардай слишком недавно стал соддийцем...
Кажется, Джелвер просто списал утверждение младшего князя или на ложь, или на заблуждения ребенка. Всегда дотошный Джелвер.
-Я слушаю тебя, лир.
-Твоя жена княжна Круга, - повторил младший князь значительно, - она унаследовала кровь, дающую ей право носить этот титул. Как тебе известно, закон Круга отменён самим императором. Поэтому отец твоей жены не позволил ей выполнять обязанности Княжны Круга. Я передаю тебе просьбу Хранителя, на которого возложена обязанность беречь традиции и нерушимость Каста: в свое время пришли кровь твоей дочери на испытание в Обитель, и позволь ей быть княжной круга Каста.
Дьян удивился. Это было, как бы сказать... уже чересчур.
-Я услышал тебя, лир, - сказал он, - но в чем смысл? Моя жена унаследовала кровь, дающую ей право на Шайтакан, чему я рад. Есть ещё что-то?
-Заветы предков. От того, насколько мы им следуем, зависит будущее Каста. Ты ведь тоже следуешь заветам своих предков, князь Содды?
-Я весь внимание, лир.
-Князь должен брать в жены княжну Круга, девушку, кровь которой прошла испытание в Обители Хранителей. Так и происходило уже не одну тысячу лет... Каст стоял и благоденствовал, наша скудная земля давала пропитание всем, и земля не дрожала, и города не рушились.
-Я понял, - вспомнил Дьян, - землетрясение у вас три года назад. Я сочувствую. И что же, ваши хранители связывают это с нарушением каких-то заветов?
-Это всем известно. Наш отец, князь Каста, в свое время женился на неподходящей девушке. Правда, она была второй женой, а у него уже были сыновья от предыдущего брака. Он любил нашу мать. Но, так или иначе, магия всегда была цементом, скрепляющим основы этого мира...
Князь поморщился, он терпеть не мог такие многозначительные и туманные выражения. Простое и понятное прячется за ними так, что не раскопаешь.
-Князь, женщин, имеющих нужную кровь, осталось немного, - продолжал младший князь, - по две-три в каждой семье Круга. Лишь одна брачного возраста, она вышла замуж вчера — твоя жена, князь. Еще две девочки войдут в брачный возраст черед несколько лет. Две ещё совсем маленькие. Видишь, мы ценим каждую. И твои дочери, князь...
-Я понял, - кивнул Дьян, - тут есть о чем подумать, благодарю.
Это тоже означало «нет», но подумать действительно следовало.
И, игнорируя недоуменный взгляд кастанца, получившего столь неконкретный ответ, он попросил:
-Не мог бы ты, лир, удовлетворить мое любопытство и показать того дракона-охотника, которого ты видел в детстве? Просто вспомни, дай мне руку, и я, с твоего разрешения, увижу твое воспоминание.
Кастанец поколебался, но руку протянул, со словами:
-Твои люди, кажется, не поверили мне. Но это правда.
И Дьян увидел. Раннее утро, должно быть, очень раннее. Горы, скалистые, неприступные. И черный дракон, который стремительно снижался. Вот он упал вниз, в ущелье, а потом взмыл с козой в лапах.
С мертвой козой, он разодрал её перед тем как унести.
И в то же время, увиденная картинка была такой до мелочей точной, что не походила на фантазии ребенка.
-Благодарю, - Дьян отпустил руку кастанца, - это интересно. Говоришь, твой отец запретил тебе кому-то об этом рассказывать?
-Да. Потом я встречал людей, которые тоже видели этого дракона. Не только я. Но никто не станет кричать об этом на площади, ты понимаешь. Почему вы, соддийцы, не желаете поверить в то, что настолько очевидно?
«Потому что я, демоны леса и гор, никогда не ел коз живьем!» - подумал Дьян.
-Благодарю, - повторил он. - А судьбу моей дочери обсуждать пока преждевременно. У меня ведь может её и не быть. Но если ты захочешь рассказать мне что-то о ваших княжнах Круга, что мне, по-твоему, следует знать... - он многозначительно посмотрел на кастанца.
Тот закивал.
Что ж, может, они ещё и поговорят...
Картина драконьей охоты обеспокоила князя больше, чем претензии Каста на его несуществующих пока дочерей и туманные отсылки к заветам предков. В конце концов, закон Круга есть не только в Касте. В той же соседней Винете король не коронуется, если он не женат на княжне Круга, но там княжна может быть и не кровной дочерью, их удочеряют...
И ничего, горы не рушатся.
Но — сумасшедший дракон?..
И уверения в том, что подобного дракона видели недавно и неподалеку отсюда?
Просто причина этой лжи непонятна. А причина быть должна.
15.Кантана
Племянник князя довел Кантану до её комнат. Всё было, как обычно, и стража стояла у порога.
-Не скучай, - сказал Ардай. - Если Дьян тебя отпустит прогуляться, я могу составить компанию. И вот что, ты бы почаще улыбалась, а, тетушка?
Вот последние слова он опять зря сказал. Она сердито глянула на него, и скрылась за своей дверью. Огляделась, ища соддийку.
-Мантина? Ты где?
Заглянула в гардеробную, в спальню — пусто...
Тут открылась низкая дверка, которую Кантана ещё не открывала и понятия не имела, куда та вела, и в комнату шагнул... маг Годан собственной персоной.
Тот самый, который беседовал с ней перед свадьбой.
-Лира Кантана, - сказал он, - прими наши поздравления, лира. То, что с тобой произошло, всё ещё внушает нам немалые надежды, - он не спеша оглядел её всю, от драгоценной диадемы до носков туфель.
Кантана с трудом удержалась от вопроса, что же он имеет в виду. Ну а спрашивать, что маг делает в её комнатах, точно не следовало. И куда подевалась Мантина... об этом она спросит у Мантины.
-Благодарю, лир маг, - сказала Кантана. - И как ни радует меня каждая встреча с тобой, боюсь, мой супруг... поймет мою радость превратно.
-Дорогое дитя, - маг отечески улыбнулся, - я любил и ценил твоего отца как величайшего мага Итсваны, а тебя знал ещё ребенком. Я буду краток и не откровенен. Просто поверь мне. Ты не должна покинуть этот Изумрудный замок девственницей. Иначе... так скажем, твоя сестра, малышка Эйль, отправится на воспитание в какую-нибудь очень дальнюю обитель, и твоя мать не увидит её лет шесть... до самого её замужества.
-Но почему? - с трудом разлепила губы Кантана.
-Потому что это способ проще всего объясниться с тобой. Помни, что ты не должна говорить ничего своему мужу, потому что он потребует объяснений, которые мы не можем ему дать.
-Но могу ли я?.. - Кантана подумала о Джелвере, который сильный маг.
Сумеет ли она не ответить, если он спросит?
-Можешь, княгиня, - глаза мага Годана хищно сузились, он быстро вынул из складок одежды маленький флакон и махнул им перед лицом Кантаны, она смогла лишь отшатнуться.
Запахло какой-то смесью пряностей, довольно приятной.
-Маленькое, очень тонко настроенное синее заклятье, - сказал маг, - оно долгое время не даст тебе рассказать кому-либо о чем-то, связанным со мной. И разглядеть его сложно. Ты поняла? И помни, всё это в твоих интересах. Постарайся, княгиня, - он выделил голосом обращение, оно прозвучало торжественно и зловеще. - Сделай так, как я сказал, и будь уверена, что больше я не посмею что-либо у тебя требовать. Праздник по случаю свадьбы ещё продолжается. И пусть твой муж публично предъявит простыню, чтобы ни у кого не было сомнений. Успеха тебе, - взгляд его почти мгновенно оттаял, снова став отеческим и мягким.
-Ты обещаешь, лир Годан? Что больше не станешь требовать. И мою сестру не тронут.
-Да, княгиня. Даю тебе слово именя.
Он ушел, в ту же дверь. Почти сразу Кантана заглянула туда - там было что-то вроде маленького кабинета, и - никого, пусто.
Портал в одной из её комнат. Нет слов.
А завтрак с императрицей - это был такой пустяк, оказывается.
Вазочка с длинным горлом из разноцветного стекла удобно легла в руку, и Кантана с размаху швырнула её в стену — мелодичный звон, и вазочка осыпалась грудой осколков.
Когда-то она, Канана Каюба, самовольно обручилась с Риком Шаном, учеником отца — исключительно затем, чтобы пойти вопреки воле родителей. Получилось, что они этого даже не заметили. Только Шан остался обиженным. Хотя, конечно, он не может не понимать, что их разрыв — вина не её, а обстоятельств.
Они бы поженились, она была бы хорошей женой, наверное. Отец не помешал бы, они решили убежать и пожениться тайком. Отец бы сердился. А Кантану тогда пьянило собственное своеволие, ей было радостно оттого, что она собиралась поступить, как сама решила.
Надоело быть послушной дочкой, покорной куклой! Как же глупо. К её личному бунту против отца не следовало приплетать Шана. Он хороший. И она ему давно нравится - не дурочка же она, чтобы такое не понимать. Вот, доигралась.
Словно Провидение теперь мстило ей за тот глупый поступок.
А может, действительно, мстило?
Её унес дракон, она посидела в заточении в башне, вернулась — и возможностей для своеволия не стало совсем. Теперь не отец мягко, но настойчиво принуждал её следовать в русле его воли, теперь император и маги из Совета требовали, угрожая матери и сестре.
Это придется сделать. Но как?!
Маг сказал, что это последний раз, больше он не посмеет требовать. И что же, этому следует верить?
Не следует. Она и не станет верить.
Но это придется сделать. Как ей, девушке, ещё не знающей мужчин, склонить к этому собственного мужа, который таковым стать отчего-то не желает?
-Ты тут, тётушка? - к ним подошёл племянник князя, - прости, лир маг, князь велел мне проводить княгиню до её комнат. Он немного занят.
Племянник этот казался на несколько лет старше Кантаны, так что его «тётушка» было, конечно, шуткой, если не легким издевательством. Кантане не понравилось. Но он хотел увести её отсюда, что и требовалось.
-Пойдем, - сразу согласилась она, - благодарю тебя, лир Вейр...
14.Князь Дьян
Младший князь начал издалека, и в сущности, ни о чем. Почти дословно повторил то, что уже было сказано утром на встрече с императором, когда Дьян получил, наконец, долгожданный документ, скрепленный кровью его и императора, и маги подтвердили действительность совершенного...
Дьян встречался с императором, когда его молодая жена ещё сладко спала. Он заглянул, посмотреть. Она спала, обняв руками одну из множества подушек. Такая юная. И такая чужая пока. И такая красивая. Джелвер странный, если этого не видит.
Он все ещё не мог понять, как к ней подступиться.
Они о сих пор никогда ни о чем не разговаривали. Не смеялись вместе.
У них ещё не было ничего. Кроме тех коротких нескольких мгновений, когда их соединила «житейская магия», за которой сразу же последовало раздражение, недоумение, почти ненависть.
И вот теперь с этим следовало что-то делать.
Император тогда, утром, улыбался, шутил. Веселился напоказ, и все его придворные тоже старательно скалили зубы. Императрицы не было, как и вообще женщин, кроме единственной - тетки его жены. Она, как клещ, вцепилась в младшего князя Каста, не отходила от него, хотя тот явно не нуждался в его обществе.
«Терпи и улыбайся, - посоветовал стоящий рядом Джелвер. - Шутить над тобой по-всякому сегодня можно. Ну а направление их шуткам ты обеспечил сам, князь мой».
Ага, он от жены сбежал, вот и направление. Ну-ну...
Дьян и улыбнулся. Его такими шутками не пронять, это уж точно.
Император достал серебряную шкатулку, раскрыл, достал... какой-то амулет. Шелковый шнурок-браслет, на нём две золотые бляшки со значками. Дьян ощутил, как напрягся Джелвер.
-Это изделие наших магов, - сказал император с улыбкой, - достигает две цели сразу: повышает и женскую привлекательность и мужские возможности. Я сам пользуюсь, - и продемонстрировал такой же на своей руке.
Конечно, пошутил, судя по тому, как развеселились все итсванцы.
«Классическая магия, очень легкая, на тебя не подействует, можешь взять», - прокомментировал Джелвер.
-Благодарю, мой император, - князь надел браслет на руку, - мне это редко понадобится. Дважды в год, в полнолуние.
Соддийцы заулыбались, имперцы на этот раз не все и не сразу — видно, соображали, сколько шутки в этой шутке.
«Ну, ты сказал, князь. Гляди, ещё исполнился», - заметил один из парней.
«Тебе только на пользу, отдохнешь чуть», - не помедлил Джелвер, тоже, впрочем, забавляясь.
-Прими дар для твоей супруги, мой император, - Дьян взял из рук Джелвера коробку, раскрыл, с удовлетворением скользнул взглядом по великолепному гарнитуру с алмазами и рубинами.
Это неправда, что драконы не могут расставаться со своими сокровищами. Кто выдумал такую чушь?
Правда то, что они знают и них толк. И лучшее дарят лишь своим женщинам.
-Благодарю, мой князь, - итсванский император, судя по его взгляду, подарок оценил.
Это понятно, высшие персоны империи отчего-то любят такие вещи ничуть не меньше драконов.
Да, они шутили и улыбались. Дьян видел, как нерадостно императору — отдавать земли, а не присоединять. Любой суверен на его месте огорчался бы. Любой суверен хотел бы достойной компенсации, способной восполнить потерянное, а желательно — многократно восполнить. Они чего-то хотят от Кантаны, и будут требовать, это же ясно. В чем-то они всё равно обманут.
Только ничего им тут не обломится.
Об этом есть кому позаботиться. Не в первый раз. Соддийцы слишком поднаторели в том, чтобы охранять свое...
...Теперь брат владыки Каста говорил о дружбе. О том, что у его князя есть две маленькие дочери. И о том, что хорошо бы сыну князя провести какое-то время в Содде, а сыну или племяннику князя — в Касте. Каст — не Итсвана, подчеркнул младший князь. Это вовсе не Итсвана. Это земля, на которой когда-то в великом множестве жили древние драконы.
Да-да, те, которые когда-то вымерли все.
При последнем утверждении князь удивленно приподнял бровь.
-В великом множестве? Вы находили их кости в великом множестве? Или как?..
-Отчего-то считается, что от драконов не оставалось костей. Когда я был мальчиком, тоже задавался вопросом, почему это так. Но если бы ты пожил с Касте, послушал наши сказки, наши песни! В раннем детстве я был уверен, что когда-то на нашей земле только драконы и жили.
-Я буду рад когда-нибудь воспользоваться вашим гостеприимством, - Дьян улыбнулся, - и да, это правда, от драконов вряд ли остались бы кости. От нынешних их тоже не остаётся.
-Вот как?..
-Остается кучка пепла, - пояснил Дьян, - тела драконов сжигают другие драконы.
-О-о, вот как. Это очень интересно. И необычно.
-Наверное. Насчет брачных предложений и обмена мальчиками — это пока преждевременно, лир.
-Но ведь и не исключено? - малость огорчился тот.
-Ничто в этой жизни не исключено, - уклонился Дьян от прямого ответа..
Это все равно означало «нет».
-Я передам своему князю. Ещё одна просьба, князь. Она крайне важна, но я не решился высказать её при государе. Дело касается княжны Круга Каста - твоей жены, князь.
Это Дьяну уже не понравилось.
«Дядя? - некстати окликнул его Ардай. - Позволь мне попросить у него воспоминание о драконе. Или тебе будет лучше спросить самому?».
«Я спрошу», - ответил он, дав понять, что подходить и мешать не нужно.
Они об этом уже говорили накануне. Сын его сестры уродился на редкость въедливым парнем. Или, стоит сказать — любознательным? Его отчего-то заинтересовала мелочь, на которую махнул рукой даже Джелвер: какого дракона, охотящегося в горах, мог видеть в детстве младший князь Каста? Можно ведь взглянуть?
Для всякого соддийца очевидно, что никакого. Драконам ни к чему охотиться. Но Ардай слишком недавно стал соддийцем...
Кажется, Джелвер просто списал утверждение младшего князя или на ложь, или на заблуждения ребенка. Всегда дотошный Джелвер.
-Я слушаю тебя, лир.
-Твоя жена княжна Круга, - повторил младший князь значительно, - она унаследовала кровь, дающую ей право носить этот титул. Как тебе известно, закон Круга отменён самим императором. Поэтому отец твоей жены не позволил ей выполнять обязанности Княжны Круга. Я передаю тебе просьбу Хранителя, на которого возложена обязанность беречь традиции и нерушимость Каста: в свое время пришли кровь твоей дочери на испытание в Обитель, и позволь ей быть княжной круга Каста.
Дьян удивился. Это было, как бы сказать... уже чересчур.
-Я услышал тебя, лир, - сказал он, - но в чем смысл? Моя жена унаследовала кровь, дающую ей право на Шайтакан, чему я рад. Есть ещё что-то?
-Заветы предков. От того, насколько мы им следуем, зависит будущее Каста. Ты ведь тоже следуешь заветам своих предков, князь Содды?
-Я весь внимание, лир.
-Князь должен брать в жены княжну Круга, девушку, кровь которой прошла испытание в Обители Хранителей. Так и происходило уже не одну тысячу лет... Каст стоял и благоденствовал, наша скудная земля давала пропитание всем, и земля не дрожала, и города не рушились.
-Я понял, - вспомнил Дьян, - землетрясение у вас три года назад. Я сочувствую. И что же, ваши хранители связывают это с нарушением каких-то заветов?
-Это всем известно. Наш отец, князь Каста, в свое время женился на неподходящей девушке. Правда, она была второй женой, а у него уже были сыновья от предыдущего брака. Он любил нашу мать. Но, так или иначе, магия всегда была цементом, скрепляющим основы этого мира...
Князь поморщился, он терпеть не мог такие многозначительные и туманные выражения. Простое и понятное прячется за ними так, что не раскопаешь.
-Князь, женщин, имеющих нужную кровь, осталось немного, - продолжал младший князь, - по две-три в каждой семье Круга. Лишь одна брачного возраста, она вышла замуж вчера — твоя жена, князь. Еще две девочки войдут в брачный возраст черед несколько лет. Две ещё совсем маленькие. Видишь, мы ценим каждую. И твои дочери, князь...
-Я понял, - кивнул Дьян, - тут есть о чем подумать, благодарю.
Это тоже означало «нет», но подумать действительно следовало.
И, игнорируя недоуменный взгляд кастанца, получившего столь неконкретный ответ, он попросил:
-Не мог бы ты, лир, удовлетворить мое любопытство и показать того дракона-охотника, которого ты видел в детстве? Просто вспомни, дай мне руку, и я, с твоего разрешения, увижу твое воспоминание.
Кастанец поколебался, но руку протянул, со словами:
-Твои люди, кажется, не поверили мне. Но это правда.
И Дьян увидел. Раннее утро, должно быть, очень раннее. Горы, скалистые, неприступные. И черный дракон, который стремительно снижался. Вот он упал вниз, в ущелье, а потом взмыл с козой в лапах.
С мертвой козой, он разодрал её перед тем как унести.
И в то же время, увиденная картинка была такой до мелочей точной, что не походила на фантазии ребенка.
-Благодарю, - Дьян отпустил руку кастанца, - это интересно. Говоришь, твой отец запретил тебе кому-то об этом рассказывать?
-Да. Потом я встречал людей, которые тоже видели этого дракона. Не только я. Но никто не станет кричать об этом на площади, ты понимаешь. Почему вы, соддийцы, не желаете поверить в то, что настолько очевидно?
«Потому что я, демоны леса и гор, никогда не ел коз живьем!» - подумал Дьян.
-Благодарю, - повторил он. - А судьбу моей дочери обсуждать пока преждевременно. У меня ведь может её и не быть. Но если ты захочешь рассказать мне что-то о ваших княжнах Круга, что мне, по-твоему, следует знать... - он многозначительно посмотрел на кастанца.
Тот закивал.
Что ж, может, они ещё и поговорят...
Картина драконьей охоты обеспокоила князя больше, чем претензии Каста на его несуществующих пока дочерей и туманные отсылки к заветам предков. В конце концов, закон Круга есть не только в Касте. В той же соседней Винете король не коронуется, если он не женат на княжне Круга, но там княжна может быть и не кровной дочерью, их удочеряют...
И ничего, горы не рушатся.
Но — сумасшедший дракон?..
И уверения в том, что подобного дракона видели недавно и неподалеку отсюда?
Просто причина этой лжи непонятна. А причина быть должна.
15.Кантана
Племянник князя довел Кантану до её комнат. Всё было, как обычно, и стража стояла у порога.
-Не скучай, - сказал Ардай. - Если Дьян тебя отпустит прогуляться, я могу составить компанию. И вот что, ты бы почаще улыбалась, а, тетушка?
Вот последние слова он опять зря сказал. Она сердито глянула на него, и скрылась за своей дверью. Огляделась, ища соддийку.
-Мантина? Ты где?
Заглянула в гардеробную, в спальню — пусто...
Тут открылась низкая дверка, которую Кантана ещё не открывала и понятия не имела, куда та вела, и в комнату шагнул... маг Годан собственной персоной.
Тот самый, который беседовал с ней перед свадьбой.
-Лира Кантана, - сказал он, - прими наши поздравления, лира. То, что с тобой произошло, всё ещё внушает нам немалые надежды, - он не спеша оглядел её всю, от драгоценной диадемы до носков туфель.
Кантана с трудом удержалась от вопроса, что же он имеет в виду. Ну а спрашивать, что маг делает в её комнатах, точно не следовало. И куда подевалась Мантина... об этом она спросит у Мантины.
-Благодарю, лир маг, - сказала Кантана. - И как ни радует меня каждая встреча с тобой, боюсь, мой супруг... поймет мою радость превратно.
-Дорогое дитя, - маг отечески улыбнулся, - я любил и ценил твоего отца как величайшего мага Итсваны, а тебя знал ещё ребенком. Я буду краток и не откровенен. Просто поверь мне. Ты не должна покинуть этот Изумрудный замок девственницей. Иначе... так скажем, твоя сестра, малышка Эйль, отправится на воспитание в какую-нибудь очень дальнюю обитель, и твоя мать не увидит её лет шесть... до самого её замужества.
-Но почему? - с трудом разлепила губы Кантана.
-Потому что это способ проще всего объясниться с тобой. Помни, что ты не должна говорить ничего своему мужу, потому что он потребует объяснений, которые мы не можем ему дать.
-Но могу ли я?.. - Кантана подумала о Джелвере, который сильный маг.
Сумеет ли она не ответить, если он спросит?
-Можешь, княгиня, - глаза мага Годана хищно сузились, он быстро вынул из складок одежды маленький флакон и махнул им перед лицом Кантаны, она смогла лишь отшатнуться.
Запахло какой-то смесью пряностей, довольно приятной.
-Маленькое, очень тонко настроенное синее заклятье, - сказал маг, - оно долгое время не даст тебе рассказать кому-либо о чем-то, связанным со мной. И разглядеть его сложно. Ты поняла? И помни, всё это в твоих интересах. Постарайся, княгиня, - он выделил голосом обращение, оно прозвучало торжественно и зловеще. - Сделай так, как я сказал, и будь уверена, что больше я не посмею что-либо у тебя требовать. Праздник по случаю свадьбы ещё продолжается. И пусть твой муж публично предъявит простыню, чтобы ни у кого не было сомнений. Успеха тебе, - взгляд его почти мгновенно оттаял, снова став отеческим и мягким.
-Ты обещаешь, лир Годан? Что больше не станешь требовать. И мою сестру не тронут.
-Да, княгиня. Даю тебе слово именя.
Он ушел, в ту же дверь. Почти сразу Кантана заглянула туда - там было что-то вроде маленького кабинета, и - никого, пусто.
Портал в одной из её комнат. Нет слов.
А завтрак с императрицей - это был такой пустяк, оказывается.
Вазочка с длинным горлом из разноцветного стекла удобно легла в руку, и Кантана с размаху швырнула её в стену — мелодичный звон, и вазочка осыпалась грудой осколков.
Когда-то она, Канана Каюба, самовольно обручилась с Риком Шаном, учеником отца — исключительно затем, чтобы пойти вопреки воле родителей. Получилось, что они этого даже не заметили. Только Шан остался обиженным. Хотя, конечно, он не может не понимать, что их разрыв — вина не её, а обстоятельств.
Они бы поженились, она была бы хорошей женой, наверное. Отец не помешал бы, они решили убежать и пожениться тайком. Отец бы сердился. А Кантану тогда пьянило собственное своеволие, ей было радостно оттого, что она собиралась поступить, как сама решила.
Надоело быть послушной дочкой, покорной куклой! Как же глупо. К её личному бунту против отца не следовало приплетать Шана. Он хороший. И она ему давно нравится - не дурочка же она, чтобы такое не понимать. Вот, доигралась.
Словно Провидение теперь мстило ей за тот глупый поступок.
А может, действительно, мстило?
Её унес дракон, она посидела в заточении в башне, вернулась — и возможностей для своеволия не стало совсем. Теперь не отец мягко, но настойчиво принуждал её следовать в русле его воли, теперь император и маги из Совета требовали, угрожая матери и сестре.
Это придется сделать. Но как?!
Маг сказал, что это последний раз, больше он не посмеет требовать. И что же, этому следует верить?
Не следует. Она и не станет верить.
Но это придется сделать. Как ей, девушке, ещё не знающей мужчин, склонить к этому собственного мужа, который таковым стать отчего-то не желает?
