Пролог
— Послушай, любимая! Если мы найдём эти сокровища, то сможем сразу пожениться, понимаешь?! Сразу же!
— Думаешь, родственники барона или Бертран ничего не заподозрят?
— Будем полагаться на судьбу, милая! Зато представь, какое богатство нам достанется! Дух захватывает!
— Езжай и возвращайся скорее!
— Я буду спешить как ветер, моя Мадлен! Моя милая, нежная Мадлен!
— Ужин в микроволновке. Поставь на три минуты. Таня, ты меня слышишь? На три минуты!
— Угу. На три.
— Если они опять будут просить омлет, приготовь. Только умоляю, не скреби сотейник металлической лопаткой! Я не готова второй раз покупать новую сковороду. Таня?
— Да-да, лопаткой!
— Оторвись от экрана и посмотри на меня! — в голосе старшей сестры Тамары прозвучала сталь, и пришлось отвлечься от текста.
ГЛАВА_1
— Я тебе доверяю самое ценное, что у меня есть в жизни, Таня, — детей! Господи, да ты сама как ребёнок!
— Том, книжка очень интересная, лучше, чем твои тупые сериалы про отсидевших в тюрьме кухарок олигархов!
— Кстати, о книжках! — подняла брови сестра. — Не смей моим детям больше читать этот твой самиздат! Только проверенные книги проверенных временем авторов, поняла? Я морально не готова объяснять, какие малыши рождаются у дракона и женщины – нормальные или пукающие пламенем! Таня?
— Ладно!
— Главное, чтобы Артём с Аришей уснули в десять. Марго сверху можешь добавить ещё полчаса, но не больше!
— Хорошо.
— Мы вернемся поздно, думаю, не раньше половины первого ночи. Ложись в зале на диване, я там все уже приготовила, только расстели.
— Ага.
— Таня, расстели, а не ложись в одежде и укройся старой кофтой!
— Я поняла, Том, иди уже! Там Олег машину перегрел, наверное!
— Спасибо, Танюш! — Тамара с усилием застегнула замок на зимнем сапоге. — Мы так давно нигде не были только вдвоем!
Заперев дверь за сестрой дверь, я сунула руки в карманы заношенной толстовки и сурово сдвинула брови, чтобы внушить трём разновозрастным детям, что со мною сегодня вечером шутки плохи. Пятилетняя Ариша тряхнула кудряшками и прижалась ко мне с очаровательной улыбкой.
— Я хочу омлет!
— А я хочу макарошки с мясом! — брат-близнец Арины, Артём, показал сестрёнке язык.
— А я ничего не хочу, только покоя и тишины! — Маргарита, недавно отметившая тринадцатилетие, натянула на голову объемные наушники и отправилась в детскую.
Признаться откровенно, готовить я не умела и не любила, но судьба настойчива ставила меня к плите. Вздох за вздохом – и вот в миске в белесую массу взбиваются яйца и молоко. Но идиллической картинки семейного ужина не получилось.
Про деревянную лопатку, я, конечно же, забыла, омлет подгорел, в микроволновке взорвались макароны по-флотски. Кое-как накормив племянников, я почувствовала себя спортсменкой, не показывающей результаты, которых от нее все ждут.
Во время моих попыток вернуть кухню к исходному состоянию близнецы бесились, Марго болтала по телефону, а я косила глазом в книжку, открытую в смартфоне, сокрушаясь, что аудиоверсия романа пока не вышла.
Через час, придирчиво осмотрев помещение для приготовления и приема пищи, сочла его приемлемо чистым и скомандовала детям:
— Умываемся, чистим зубы и под одеяло! — командир из меня так себе, если честно, но малыши послушно отправились в ванну, пока я снимала с полок стопку книжек – в нашей семье уже четвёртое поколение не засыпало без сказки на ночь.
Все трое детей, пока рабочие заканчивали отделку в недавно достроенном коттедже, ютились в одной комнате стандартной трёшки. На двухъярусной кровати расположились близнецы, а Маргоше выделена была собственная софа.
— Так, я готова сеять разумное, доброе и вечное. Какую книжку выбираем?
— Сказку про Али-Бабу! — безапелляционно заявила Арина Олеговна.
— Фигушки! — возразил Артёмка. — Я хочу «Снежную королеву»!
Откровенно говоря, все, чего мне сейчас хотелось, это дочитать захватывающий роман, в который я погрузилась буквально с головой. Осталось-то всего пара глав, и так хотелось узнать, чем закончится история. Но вот близнецы, переругиваясь и толкаясь, заняли свои спальные места и выжидательно уставились на свою тётку, то есть меня.
— Увы, но две сказки – это перебор! Ваша мама велела в десять уже спать. Вы же, надеюсь, не хотите нарушить режим? Выбирайте что-то одно! — опрометчиво заявила я, и следующие пять минут морщилась от криков спорящих пятилеток.
— Боже мой! — громко, чтобы я в полном объеме прочувствовала свой педагогический промах, простонала Маргарита. — Заткнитесь уже, а? Бесите!
— Знаете, я сейчас читаю очень интересную книжку! — в момент произнесения этих роковых слов я уже мысленно потирала руки. Ещё бы! И себе хорош сделать, и детей угомонить одним выстрелом – чем не гениальная идея? — Это история про приключения и любовь.
— Фу, там целуются? — брезгливо сморщил лицо Артём.
— Целуются, но я вам не буду про это читать, только про то, как девушка Мадлен убегает от страшного злодея и… дерётся с ним… и там ещё будет её возлюб... Хороший друг! Который, я надеюсь, придёт Мадлен на помощь в самую трудную минуту. Ну как вам идея, дети мои?
— Интересно, что скажет мама, когда узнает, что ты несовершеннолетним зачесываешь про взрослые отношения? Сто пудов книжка восемнадцать плюс, как ты любишь? — саркастически заметила Марго.
— Ну-ну! — хмыкнула племянница и подложила подушку повыше, чтобы лучше было видно и, судя по хитрому прищуру, слышно.
А я отважно взяла смартфон в руки и вошла в приложение любимого литературного портала.
— Медный ключ! — актриса во мне умерла, так и не родившись, но близнецы слушали внимательно. — Глава двадцать восьмая!
Обведя племянников внимательным взглядом и вдыхая побольше воздуха, я начала читать: «Перехватив палку покрепче, Мадлен решительно сдула со лба выбившуюся из-под чепца прядку.
— Хочешь попробовать? Ну, давай!
Тщедушный прихвостень Бертрана Мусорщика улыбнулся, обнажив два одиноких гнилых зуба, и прошамкал:
— Да ты не бойся! Мне велено проводить тебя к хозяину. Только и всего! Я возьму тебя за руку, девица, и мы всего лишь прогуляемся мимо квартала дубильщиков!
— Не подходи! — девушка решительно взмахнула палкой. — Пожалеешь, что родился на свет!
— Не проходит и дня, чтобы я не жалел, девица! — негодяй двигался по дуге, словно собирался уходить. — И сегодня буду жалеть, когда Мусорщик надаёт мне тумаков! Не капризничай, прояви сочувствие к несчастному бедняку!
— Сейчас явятся мои друзья, и до Мусорщика ты даже дойти не сумеешь, так они тебя отделают! — Мадлен отчаянно врала и ей казалось, что неприятель стал отступать. — Таких бравых вояк, как они, всякий боится на нашей улице! Да! Несдобровать тебе, приятель! Уж лучше беги и дай уйти мне!
— Что ж, — вздохнул нищий, — прощай медная монетка, на которую я хотел купить цветов моей любезной Сесиль! Она недавно умерла, — мужчина смахнул слезу с грязного лица, — и я обещал перед лицом Господа принести на её могилу настоящие цветы, какие дарят богатые господа своим жёнам. Иди же, девица! Ты свободна!
Всего на секунду Мадлен дрогнула. Её живое воображение нарисовало трогательную картину последнего прощания двух бедных немолодых людей, девушка опустила своё оружие и тут же была схвачена цепкими руками.
— Попалась, птичка! — гадко захихикал старикашка и неожиданно громко позвал: — Сюда, ребята!»
— Какая банальность! — громко фыркнула Марго и демонстративно уставилась в планшет.
— А она убежит? Эта Мадлен? — шепотом спросила Аришка.
— Нет! — с видом знатока ответил сестре Артёмка. — Женщина не может победить мужчин! Вы все слабачки! У вас мышцов нету!
— У меня есть мышцов!
— Так, мои неугомонные друзья! Успокоились и слушаем дальше!
Я перевернула страницу и откашлялась: «Если бы Бертран был побогаче и вращался в приличном обществе, наверняка был бы завидным женихом, подумала Мадлен, стряхивая с плеча руку Мусорщика. Он был высок и хорош собой, а его глаза чудесного голубого цвета, обрамленные темными ресницами, наверняка ранили сердца множества девиц.
— Не злись! — примирительно улыбнулся главарь разбойников, и девушка вздрогнула: лицо главаря разбойников преобразилось и стало еще привлекательнее. — Я не собираюсь тебя обижать! Отдашь ключ, и я тут же тебя отпущу! Даю слово!
— Слово негодяя ничего не стоит! — сурово вымолвила Мадлен и вскинула лицо, подарив Мусорщику самый презрительный взгляд, какой смогла изобразить.
— Отчего же? Я всегда выполняю обещания, разве ты не знаешь? Обещал тебя поймать? Поймал! Обещал заполучить ключ? Получу!
— Очень жаль тебя, но я не понимаю, про какой ключ идёт речь!
— Знаешь, — Бертран сел на краешек стола, опасно накренившегося под весом большого и, как отметила Мадлен, сильного тела, — мы можем сломать дверь и ломом, не отпирая замок!
— Дверь? А я думала, ключ, который вы так разыскиваете, от сундука с сокровищами пиратов! Вот незадача!
— Перестань изображать из себя дурочку, девица! Говори, куда спрятала ключ?
— Невозможно спрятать то, чего не имеешь. Так что ломайте свою эту дверь, а я подожду!»
— Так у неё есть ключ или нет? — заинтересовано спросила Маргарита. — Как-то непонятно.
— Не знаю.
— А он её убьёт? — сделавшая защитный капюшон из одеяла Ариша смотрела на меня умоляюще. — Не убьёт же?
— Не знаю.
— А там много сокровищ? За этой дверью? — не выдержал Артём. — А это сколько на наши рубли? А можно купить гоночную машинку на управлении? Или самокат с моторчиком?
— Не зна-ю! Вы будете дальше слушать? Тогда слушайте и не перебиваете старую больную тётку!
«Бертран пристально смотрел на пленницу, и она постепенно начинала краснеть:
— Сейчас я пошлю своих ребят, и от твоей лавки ничего не останется! Они раздавят все до единой склянки и выбьют окна, а потом вымажут дёгтем стены и вывеску. Полагаю, покупателей у тебя поубавится, а? И, чем чёрт не шутит, вдруг ты явишься ко мне с просьбой о помощи?
— Я пойду в полицию и всё про тебя расскажу! — стараясь не поддаваться панике, гордо ответила Мадлен, проклиная себя за вспыхнувший румянец. — Тебя бояться, Мусорщик, — себя не уважать!
— Видит бог, я перепробовал все приличные способы, красотка! – Бертран оскалился, как голодная собака. — Больше не буду терять с тобой драгоценное время! Кривой! Прореха! Заходите!
В комнату ввалились два здоровяка самого ужасающего вида. Мадлен съежилась, думая, что сейчас они будут её бить, но все оказалось куда хуже.
— Обыщите эту мышь! Щупайте как следует, ключ не такой уж и большой!
— Не смейте ко мне прикасаться! Я буду кричать! — взвизгнула девушка, но это мало помогло, грубые шершавые ладони заскользили от щиколоток выше…»
Покраснев, я перевернула смартфон экраном вниз.
— Вам спать не пора?
— Наверное, она щекотки боится! — с видом знатока заключил Артёмка, не принимая во внимание мою реплику. — Дедушка всегда больно щекотит!
— Щекотки! — театрально закатила глаза Марго. — Как же!
— Маргарита, не могла бы ты унять свою язвительность?
— Лучше почитай им Чуковского! Там и жути достаточно, и кровавых сцен! Там кому-то на скаку голову срубают, я помню. Правда-правда! Она заронит в неокрепшие души семена арахнофобии, и тогда мне останется только прикупить натуралистично выполненную фигурку паука! М-м-м! Вот он секрет послушания!
Нужно было признать, что племянница, несмотря на свою вредность, зрила в корень. Книжка хоть и была довольно романтична, но к финалу, похоже, скатывалась в боевик с откровенными подробностями. Я не любила подобные грубости, хотелось чего-то возвышенного, ненатуралистичного, мягкого как кошачья лапка.
— А и правда, давайте Чуковского! — воодушевленно предложила я. — Про Айболита или крокодила? «Муха-цокотуха»?
— Ну во-о-от! — захныкала Арина. — Так всегда!
Я потянулась к книжной полке и отважно потянула на себя большой томик Чуковского. Финал романа лучше читать в одиночестве, смакуя подробности развязки. А детям нужно что-то привычно-спокойное.
— Добрый доктор Айболит, он под деревом сидит. Приходи к нему лечиться и корова, и волчица…
Маргоша уснула последней, так и не выпустив из рук планшет. Я аккуратно сняла с неё наушники и вместе с погасшим гаджетом убрала на комод. Вот теперь можно со спокойной совестью приняться за увлекательное чтиво. Между креслом и диваном я выбрала первое, чтобы не впасть в соблазн уснуть.
Отважная Мадлен отбивалась от разбойников и в конце концов отдала им поддельный медный ключ, для вида выторговав несколько золотых монет. Бертран Мусорщик отпустил лавочницу домой, однако приставил к ней своих соглядатаев, чтобы в случае чего они приволокли девушку обратно.
В это время Клаус Кихель, возлюбленный Мадлен, отпирал заветную дверь тайника в старинном замке и извлекал на свет божий сокровища покойного барона. Два маленьких бочонка с золотом и сундук с драгоценностями могли обеспечить влюблённым, их детям и внукам безбедную жизнь. И вот Клаус пустился в обратный путь, предвкушая радостную встречу. Глаза слипались, хотя никогда прежде я не засыпала так рано, если читала интересную книгу. Усилием воли пролистала страницу вниз – ещё буквально три-четыре довольно объемных абзаца и конец. Ладно, самое сладкое оставлю на завтра, когда голова будет ясной.
ГЛАВА_2
— Эй, Мадлен! Проснись! — кто-то настойчиво и весьма грубо толкал меня в плечо.
— Томка, ты что?! Дай поспать! Я почитала, помыла… омлет… расстелила, всё норм, отстань! — промямлила я в ответ на попытки сестры бесцеремонно столкнуть меня на пол.
— Вставай, лентяйка! Иначе отведаешь тумаков!
— Ты не офигела ли? — что-то начинало тревожить, мозг нехотя просыпался, пытался анализировать происходящее.
Наконец, сопротивляясь раннему подъему, начали возвращаться в режим все органы чувств. Сначала запах. Он совсем не был похож на аромат диффузора «Белая смородина». Это была гремучая смесь амбре от кошачьего лотка, грязных мужских носков и сгоревшего на сковороде омлета.
Стоп!
У Томки с Олегом кота точно не было!
— Вы кто? — в темноте трудно было рассмотреть человека, решившего прервать мой сладкий сон. — Как вы попали в нашу квартиру? Я сейчас полицию вызову!
— Чего-о-о? — протянул невидимый собеседник, женщина, судя по голосу. — Вставай, дура! Иначе хозяйка выгонит тебя взашей, чёртова приживалка! Полицию она вызовет! Святая Женевьева, придумают тоже! Лишь бы не работать! — сильный удар по плечу заставил меня окончательно проснуться.
Глаза всё еще не адаптировались. Приподнявшись на локте, я не поверила им, обнаружив себя в полутемной кладовке или очень маленькой комнатке, в которой спал ещё кто-то, а рядом стояла и толкала в бок и спину невысокая женщина в очень странной одежде и головном уборе. Она распрямилась и хмыкнула:
— Вот тот-то же! Поторопись! Работы невпроворот! – женщина постояла еще немного, уперев кулаки в бока, и вышла из помещения.
Ну, это мне снилось, такое же не может происходить на самом деле?! Конечно, нет! Осмотрела себя: длинная рубашка из грубой серой ткани, темные, явно немытые волосы, свисающие ниже талии, ноги в полосатых вязаных гольфах. Нет, ну мне и раньше доводилось видеть сны, больше похожие на художественные фильмы, и каждый раз я обещала себе записывать их, но никогда не запоминала. Но это сновидение какое-то уж слишком реалистичное. Машинально сунула ноги в какие-то странные тапочки, встала и попробовала сделать шаг, споткнулась, наступила на чью-то ногу. Или руку?!
