Винс потер руками лицо, взъерошил собственные волосы и устало посмотрел на супругов.
– Что надо от меня? Как я могу чем-то помочь, если ничего не знаю?
- Винс, - жалобно посмотрела на него Лиза, - ну ты же умный. Для тебя в порядке вещей добывать информацию. Ты всегда все знаешь.
- А вот в данном случае, я как раз и не могу тебе ничего ответить, - покачал головой Ларкин. – Никогда раньше не имел отношения к межреальности. Да и сведений об этом явлении, честно говоря, очень мало.
- Попробуй поговорить с Айей, - предложила Лиза. – Может быть, она сможет тебе помочь. И еще, ее тело должно находиться где-то в доме. Это одна из закономерностей – тело должно оставаться нетронутым.
- Это пятьдесят-то лет? – скептически поинтересовался Винс.
- Ну, Ларкин, не тупи, а? – Лизка не была бы Лизкой. – Конечно, оно находится в стазисе и скорее всего, спрятано в доме. Айю вроде бы именно там убили.
- Я должен буду оживить умершую пятьдесят лет назад девушку? – сам не веря в то, что говорит, произнес Ларкин.
- Она не хочет жить, - тихо сказала Лиза, опуская ресницы и прижимаясь поближе к мужу, - она хочет покоя.
– Что надо от меня? Как я могу чем-то помочь, если ничего не знаю?
- Винс, - жалобно посмотрела на него Лиза, - ну ты же умный. Для тебя в порядке вещей добывать информацию. Ты всегда все знаешь.
- А вот в данном случае, я как раз и не могу тебе ничего ответить, - покачал головой Ларкин. – Никогда раньше не имел отношения к межреальности. Да и сведений об этом явлении, честно говоря, очень мало.
- Попробуй поговорить с Айей, - предложила Лиза. – Может быть, она сможет тебе помочь. И еще, ее тело должно находиться где-то в доме. Это одна из закономерностей – тело должно оставаться нетронутым.
- Это пятьдесят-то лет? – скептически поинтересовался Винс.
- Ну, Ларкин, не тупи, а? – Лизка не была бы Лизкой. – Конечно, оно находится в стазисе и скорее всего, спрятано в доме. Айю вроде бы именно там убили.
- Я должен буду оживить умершую пятьдесят лет назад девушку? – сам не веря в то, что говорит, произнес Ларкин.
- Она не хочет жить, - тихо сказала Лиза, опуская ресницы и прижимаясь поближе к мужу, - она хочет покоя.