Его проклятье

09.12.2018, 19:53 Автор: Неонилла Вересова

Закрыть настройки

Показано 1 из 22 страниц

1 2 3 4 ... 21 22


ГЛАВА 1. Королевский приказ.


        - Нет, это невозможно! – Эвелин задыхалась, грудь сдавило так, что из горла вырывались только судорожные хрипы. – Ты не можешь так поступить, отец!
        Но он только качал головой, разводя руками. Он не мог поступить по-другому. Его никто не спрашивал, - просто поставили перед фактом. Если он ослушается, его дом, вместе со всеми слугами и семьей, попросту сожгут, а тех, кому удастся спастись, будут преследовать, пока не поймают. А дальше… Дальше страшная казнь заставит пожалеть о том, что пойманные не остались в доме, - смерть от огня покажется им подарком судьбы.
        - Ты же понимаешь, девочка, - мы не всегда можем поступать по своей воле…
        Что он мог еще сказать ей в утешение? Она и сама прекрасно понимала, какими могут быть последствия. Приказ самого правителя! А правитель жестоко карал тех, кто заводил лишь только разговоры о неповиновении…
        Задыхаясь и беззвучно рыдая, Эвелин повалилась на пол.
       * * *
        Сегодняшний день должен был стать самым счастливым в ее жизни. Как же долго она его ждала! Сколько раз представляла себе, как все это будет! Выбирала фасон платья, продумывая мельчайшие детали, передумывая, что-то добавляя и меняя в последний момент, - то самое платье, которым еще несколько минут назад так счастливо любовалась в зеркале и которое теперь пачкалось о пол, - но Эвелин теперь до этого не было никакого дела, - ей снилось, как отец поведет ее к алтарю, - немного волнуясь и одновременно гордясь выросшей дочкой, как священник произнесет те самые слова, как откликнется она эхом на твердое « согласен» Гвена! А ночь… Об их первой ночи она думала с такими разными чувствами… Со стыдом, - ее щеки начинали пылать только об одной мысли, что они вместе окажутся в постели, с трепетом, - ведь это самое невероятное таинство из всех возможных, - соединиться с возлюбленным полностью, без остатка, без всяких границ, - священнее, чем это, может быть только чудо рождения, - но оно, увы, сопряжено с болью, с волнением, - а вдруг она не разберется, что и как ей нужно делать, с легким страхом, - ведь, став замужней женщиной, она уже никогда не будет прежней… Она думала о том, как состарится вместе с любимым, какими будут их дети, о доме, который Гвен начал строить, - им предстояло прожить в нем всю будущую жизнь, - и она уже любила каждый миллиметр этого дома… Они всю жизнь будут вместе, - это Эвелин знала с того самого дня, когда впервые повстречала Гвена. Он поцеловал ей руку, не произнеся ни слова, только глядя в глаза, - и в них она увидела отражение всего того, что сама вдруг почувствовала в этот миг… Им никогда не нужны были слова, - кто-то из них только начинал мысль, а второй ее заканчивал. Они сходились во всем, и даже немного были похожи внешне, - белый цвет волос, почти белоснежная кожа, огромные изумрудные глаза у обоих… Все в округе только и говорили о том, что никогда не выдели пары, которая так подходила бы друг другу…
        И вот… Все рухнуло… В один миг. Правитель приказал, чтоб в этот день Эвелин де Винн сочеталась законным браком с его верноподданным Блэйзом де Бэрном, которого она, кстати говоря, в жизни никогда не видела! Откуда такое странное высочайшее повеление? И такая категоричность, - отказ приравнивается к измене королевству? С чего вдруг этот Блэйз де Бэрн решил на ней жениться, если никогда ее не видел? Или это не он, а сам правитель так распорядился? Но, - зачем? Какой во всем этом мог быть смысл? И почему тогда еще полгода назад король дал разрешение на свадьбу Эвелин и Гвена?
        Все эти мысли вертелись в ее голове, - и от них голова шла кругом. Но все они были неважны. Приказ. Приказ правителя не обсуждался. И это было самым главным.
        В отчаянии она подняла заплаканные глаза на отца.
        - Неужели действительно нет выхода? – сдавленно прошептала она.
        Тот только покачал головой и отвернулся, - но слишком поздно, - Эвелин успела заметить, как в глазах отца блеснули слезы. Что он мог поделать? Пойти против правителя и пожертвовать жизнью всей своей семьи?
        Лейн де Винн всегда был хорошим человеком и добрым отцом. Когда-то он был еще и храбрым воином, - и его даже принимали при дворе, а отец нынешнего правителя выделил ему дом и деревни, - причем сам даже предложил выбрать, где Лейн захочет поселиться. Тот уже попробовал на вкус придворную жизнь, - с ее интригами, коварством и неискренностью, - и все, чего ему хотелось, - это оказаться от нее подальше. Он никогда не понимал, что в ней находят остальные, зачем так рвутся к этому двору, наполненному желчью и ядом. Ради власти? Но разве есть другая власть, кроме свободы оставаться самим собой и жить так, как твоей душе угодно, ни перед кем не пресмыкаясь и не кланяясь? Разве могло что-то быть дороже этого? Деньги? Но денег должно быть столько, чтобы хватало на достойную и добрую жизнь. Их излишек никому еще не шел во благо, - за свою, пусть на тот момент, и не слишком долгую, жизнь, Лейн успел повидать, к чему приводит избыток средств. Придворные начинали жить в роскоши и праздности, их дети ничему не учились, проводя жизнь в бесконечных развлечениях, радуясь тому, что средства им это позволяют, бездумные же развлечения приводили к разного рода болезням и зависимостям, - и, в конце концов они, потерявшие все состояние родителей, заканчивали свою, и без того не очень-то счастливую жизнь, в нищете, промотав все до остатка. Да и разве может быть счастье в том, чтобы гулять на балах и закрытых маскарадах, беспробудно пить вино, и щеголять новыми платьями, лошадьми и каретами? Нет, такая жизнь была пуста, - и он вовсе не хотел такой печальной участи для своих детей. Поэтому он выбрал для себя небольшую деревеньку подальше от центра светской жизни, управлял ею разумно, а дочерей учил быть настоящими и мудрыми, - это было гораздо важнее, чем с утра до ночи обучаться танцам и музицированию, - впрочем, им он все же обеспечил достойное барышень образование, но очень надеялся, что те не проживут собственную жизнь впустую. Его супруга, Эмма, к его величайшему счастью, полностью разделяла его убеждения, - и вместе они, вдали от света, прожили счастливо многие годы, - ровно до сегодняшнего дня. Свет не вспоминал о них, - нужно было только вовремя платить подати, - и их это вполне устраивало.
        Как же он был счастлив за Эвелин! Правда, семейство Гвена было отлучено от двора, - поэтому они сюда и перебрались, - им с давних пор принадлежала деревенька по соседству, но тот был славным парнем, так же, как и он сам, не желавшим иной жизни и искренне радовавшимся чистому воздуху, простой жизни и таким же простым, зато вполне искренним людям. Что произошло между семьей Гвена и правителем, оставалось тайной, но Лейн краем уха слышал, что их отлучение носило довольно достойный, с его точки зрения, характер, - кому-то очень важному отец Гвена осмелился высказать всю правду о его неблаговидных поступках в лицо, - конечно, при дворе это было немыслимой глупостью, но за это Лейн ценил это семейство еще больше.
        И как же он мог поступить? Отказать правителю? Сбежать? Куда? В леса? В соседнее королевство? Но кем тогда он будет вместе со своей семьей? Скитальцами? Отверженными? За измену их будут искать в любом из королевств, - в том, что именно измена является наистрашнейшим преступлением, солидарны все правители. Нет, сам он был готов пойти и не на такое, - но как же Эмма? И Клэр, его младшая дочь? Что будет с ними? Да и семье Гвена тогда придется пострадать, и будущим детям… О жителях его поселка и говорить было нечего, - их дома сожгут так же, как и его, уничтожат всех, без разбора. Предупредить их, чтобы тоже бежали?
        - Эвелин! – Эмма влетела в ее комнату, помогая дочке встать. – Девочка моя! – рыдая так же, как и несчастная невеста, Эмма обняла дочь изо всех сил. – Не плачь! – она была настроена гораздо решительней супруга, - видимо, это оттого, что еще ничего не успела обдумать, в отличие от него. – Я уже послала за Гвеном! Мы что-нибудь придумаем! Ты не должна подчиняться этому безумию! Никто не должен! Мы все, - люди, и мы – свободны! Да, мы служим правителю, да, выйдем защищать наши земли, если случиться война, да, платим ему подати, - но он не вправе распоряжаться нашими судьбами! Это переходит все границы!
        - Нет, мама, - чуть отступив, Эвелин только покачала головой, побледнев еще больше, - на фоне и без того белой кожи эта бледность выглядела страшно. – Я не сбегу с Гвеном. Я не могу так с вами поступить.
        - Да, что ты! – Эмма не верила собственным ушам. – Неужели ты подчинишься? Нет, Эвелин! – теперь уже она потихоньку сползла на пол. – Нет, нет, нет! – Эмма закрыла лицо руками, чувствуя, как жизнь ее родной дочери скатывается в пропасть. – Все лучше, чем такое замужество! Он же, - чудовище, Эвви! Ты загубишь свою жизнь! Уж лучше скитаться по лесам, чем жить с этим!
        - Чудовище? – еле выдохнула Эвелин совсем уже побелевшими губами. Разве мало было того, что ее любовь разрушена? Того, что ее принуждают выйти замуж за незнакомца и отказаться от любви? Так он еще, ко всему прочему, и чудовище? – Мам! Что ты о нем знаешь?
        - Ну, о нем многое говорят, - Эмма как-то неестественно начала вращать глазами, - Эвелин даже испугалась, что у нее сейчас случится припадок. – Будто он ест младенцев, пьет кровь молодых девушек, жестоко карает своих слуг, проводит какие-то странные ритуалы с жертвоприношениями… А земля там, где он находится слишком долго, перестает давать урожай. И живность вся погибает. Говорят, вокруг его поместья мертвые леса… И сам он дольше трех дней при дворе не остается и не гостит ни в одном доме…
        Отшатнувшись, Эвелин вжалась в стену. Да, что-то такое она когда-то слышала… Какое-то проклятие… Наложенное на одного из соратников правителя… Только тогда все это не имело к ней никакого отношения, - а все сказки о том, что происходит в высшем свете со всеми его обитателями, ее ничуть не интересовали, - разве что посмеяться…
        - Так это правда, - а ведь еще совсем недавно ей казалось, что хуже быть не могло. – Он тот самый проклятый герцог!
        - Я надеюсь, все это, - лишь выдумки, - они обе и не заметили, как Лейн вернулся. Хотя, всякое могло быть, - уж ему-то было это прекрасно известно. Придворные от скуки и безделья часто попадали в какой-нибудь культ, - так что жертвоприношения вполне могли иметь место, а иногда, задурманенные наркотиками, могли и убивать… К тому же, могло объединиться одно и другое, - в нормальном состоянии ума и сознания вряд ли кто займется жертвоприношениями… Сплетен он никогда не слушал, - но образ будущего мужа для его дочери вырисовывался все более мрачно. Что же до проклятия, - то всю ворожбу Лейн также считал праздной выдумкой. Как бы там ни было, а для своей Эвелин он такой участи не желал.
        - Зачем же я ему понадобилась? – Эвелин до сих пор не понимала, на каком свете находится. Казалось, пропасть, в которую летела ее жизнь, была бездонной.
        - Правитель не объясняет своих решений, - Лейну оставалось только снова развести руками. Зная нравы того общества, он не исключал, что сильно перебравший правитель мог просто ткнуть пальцем в список девушек на выданье своего королевства и таким образом выбрать этому самому Блэйзу супругу, - причем, последний вполне мог и вовсе не пылать желанием сочетаться браком, - но правителю было важно, чтобы его воля, пусть даже в самом нелепом ее проявлении, была исполнена. – Но мы с матерью примем любое твое решение, - наконец Лейн все-таки решился. Будь, что будет, - а он не даст загубить жизнь собственной дочери! И теперь никакая цена не казалась ему слишком высокой, - пусть скитания, пусть изгнание, но он не покорится этому своенравию короля!
        Эмма только кивнула и, поднявшись, снова бросилась обнимать дочь.
        - Даже не думай приносить себя в жертву, - жарко шептала она Эвелин, смешивая поцелуи со слезами. – Поговори с Гвеном. У нас еще есть несколько часов.
        - Даже больше, - поддержал ее подошедший Лейн. – Я смогу потянуть время до вечера, - так, чтобы вы успели добраться до безопасного места. Скажу, что у тебя истерика, или что необходимы какие-то приготовления. В общем, - как-нибудь выкручусь. И за слуг, наверное, получится упросить, - в его голосе было мало уверенности, - да она и не была нужна, - Эвелин уже однажды видела, как за неповиновение сожгли всю деревню. Даже младенцев не пожалели.
        - Спасибо вам, мои родные, - залившись слезами, она крепко обняла родителей. Насколько же велика сила их любви! Ведь сейчас они готовы были принести себя в жертву ради ее личного счастья! Конечно, она с матерью и сестрой могли бы скрыться, но отец тогда был бы убит наверняка! И неужели они хоть на минуточку могли подумать, что она это допустит?
        - Эвелин… - на пороге стоял Гвен. Он был еще бледнее, чем она, а глаза… Глаза были наполнены такой жуткой болью, от которой все внутри нее сжалось и будто заледенело.
       * * *
       


       ГЛАВА 2. За день до этого.


        - Блэйз, с твоим проклятьем нужно что-то делать, - Освальд Благородный, правитель этого королевства обеспокоенно смотрел на друга. Кожа того с каждым днем становилась все темнее и темнее, - теперь он уже весь посерел, что на фоне черных густых волос и таких же черных глаз заставляло поежиться при одном только взгляде на Блэйза, - и, если бы сам Освальд не знал его истории, то принял бы того либо за смертельно больного, либо действительно за чудовище, далекое от человеческого рода, - так часто к нему и относились. – Я же вижу, - становится только хуже.
        - И что ты мне предлагаешь? – с грустной усмешкой отозвался герцог. – Жениться на какой-нибудь несчастной, предложив ей денег? Брось, Освальд, за меня даже за деньги никто не пойдет! Ты же прекрасно знаешь!
        - Н-да, - правитель всмотрелся в друга повнимательнее, чуть пожевав губами и невольно усмехнулся. – В трезвом уме, - не пойдет, - согласился он. – Может, - напоить до беспамятства?
        - Согласие на брак должно быть добровольным. К тому же, ты прекрасно понимаешь, - любая мне не подойдет. А те немногие, которые могли бы подойти, ни за что не согласятся.
        - Блэйз, у тебя осталось времени до завтрашнего заката, - вкрадчиво и мягко проговорил Освальд. – А после ты умрешь.
        Блэйз де Бэрн только стукнул кулаком о стену.
        - Да я и сам не верил, что проклятье ведьмы сбудется! – сбросив с себя все напускное спокойствие, взорвался Освальд. – Откуда мне было знать, что все это правда? Но, посмотри на себя, - тебе становится все хуже! Все становится только хуже! Мы перепробовали все, - противоядия, ритуалы, обошли всех ведьм и магов в королевстве и за его пределами! Ничего не помогает! Осталось только последнее средство, то, что посоветовала Ареа, - ты должен жениться в течение года со дня проклятья!
        - Освальд, ты сам-то в это веришь? – устало спросил Блэйз, не отрываясь от кубка с терпким вином, - оно единственное немного утоляло его боль и притупляло ту странную силу, разраставшуюся в нем, как яд разливается по крови, приносящую такие страшные разрушения… - Невинная душа спасет меня тем, что выйдет замуж за ненавистного супруга? Правда? Думаю, это Ареа посоветовала лишь от отчаяния.
       

Показано 1 из 22 страниц

1 2 3 4 ... 21 22