Пролог
Моя жизнь катилась к чёрту. Я жалела, что завела отношения с тем человеком, но поначалу он мне казался хорошим. Мы проводили время вместе, смеялись над нелепыми шутками, и мне казалось, что я счастлива. Но в душе у меня было пусто. Он начал вести себя по-другому, не так, как в начале наших отношений. Он начал пить и приводить в дом своих собутыльников. Он начал меня избивать, иногда вёл себя агрессивно, и мне казалось, что наша любовь начала потихоньку угасать. Мне было трудно дышать. Я не хотела себе такой жизни. Мне хотелось быть счастливой, но нет, я несчастна. Ночами я просто не сдерживала боль в своей душе. Иногда я просто лежала и плакала. Почему так всё поменялось? Я думала, у нас всё будет хорошо, но нет, это не так. Мне казалось, что я перестаю жить. С каждым днём он всё больше жестоко обращался со мной. Мне больше не хотелось его видеть. У меня больше не было сил. Во мне угасал огонёк. Я уже не была такой, как прежде: весёлой, могущей развеселить и рассмешить любого. Он вывернул мою жизнь наизнанку. Стоя перед зеркалом, я видела своё поникшее лицо, под глазами мешки и синяки на щеках — следы побоев от этого человека. На руках тоже были синяки, и немного на других участках тела. Он перестал работать и сидел дома. Теперь я работала очень много на нескольких работах, иногда на ночных сменах. В один день он пришёл с человеком, которого я не видела среди его собутыльников. Он сказал, что задолжал ему крупную сумму и поставил на счётчик. Когда счётчик истёк, он пришёл сюда и назвал большую сумму, но такой суммы у нас не было. Маленькая сумма его не устраивала. Тогда тот человек зыркнул на меня, посмотрел на моего мужа и кивнул в сторону. Через несколько минут они пришли, но муж просто ушёл, не посмотрев на меня. Тот человек тогда просто ударил меня по лицу и потащил на постель. В тот день меня изнасиловали и избили несколько человек. Так муж отдавал долги мной. Мне больше не хотелось жить. Я закрыла глаза, взывая от боли, и моё сердце просто уснуло. Оно разбилось на осколки. Я просто перестала дышать.
Глава 1
Я стою на мосту и вспоминаю свою жизнь. Мысли путаются, и я не могу сосредоточиться. Потом меня нашли и отправили в больницу.
Посмотрев вниз, где ходят поезда, я думаю о том, что жизнь может оборваться в один момент. Может, мне спрыгнуть с моста? Но нет, я не могу так поступить. У меня есть мама, которая нуждается во мне. Взглянув на небо, потом опять вниз, вздохнув, я пошла дальше от края. Не смогу я прыгнуть с моста, не могу бросить маму, она одна осталась, ведь я у неё одна. Как родители узнали, что со мной сотворил муж, и что изнасиловали меня, избивая, и я попала в больницу после того, как меня нашла соседка на другой день? Отец не выдержал этого шока и умер, у него было слабое сердце. И мама осталась одна. Мне её жаль. Теперь живу я с мамой, уже прошёл год, но меня те мысли не покидают никак. Я стараюсь не думать о том дне, но он всё равно всплывает в памяти. Я помню, как муж и другие били мне по лицу, как я потеряла сознание. Потом я отключилась, просто закрыла глаза, как я помню, вроде и всё, и больше не помню ничего. Меня нашли на другой день, как сказала соседка. Я вспоминаю, как лежала в больнице, как мама приходила ко мне, как держала за руку и говорила, что всё будет хорошо. Тогда я была напугана и не могла поверить, что всё может быть иначе. Сейчас я понимаю, что она спасла меня тогда, не дала мне уйти из жизни. Иногда я думаю, что, может быть, нам с мамой нужно что-то изменить в нашей жизни. Я предлагала маме типа открыть своё дело, она вяжет одежду, а я могла бы продавать в интернете. Но мама не захотела. Она говорит, что ей нравится её занятие, что оно успокаивает её. Я понимаю, что для неё это важно, и не настаиваю. Придя домой, я вижу, что мама сидит под телевизором и что-то вяжет. Она всегда любила вязать, некоторые мои вещи связаны моей любимой мамой. Я присаживаюсь к ней на диван.
— Как прогулялась? — спрашивает она.
— Да, хорошо, но немного прохладно на улице, — отвечаю я и скрываю мысль о том, что хотела сброситься с моста под поезд. Я не хочу расстраивать маму, не хочу, чтобы она видела, как мне тяжело.
— Всё хорошо? — вдруг спрашивает мама.
— Да, нормально, — лгу я. Но она видит, что что-то не так.
— Милая, я же вижу, ты грустная, — говорит она, проводя пальцами по моей щеке. Я вздрагиваю.. Раньше, когда я лежала в больнице, я вздрагивала от прикосновений, потому что боялась, что это может быть что-то другое. Но сейчас я понимаю, что это просто мама, которая заботится обо мне.
— Всё будет хорошо, — говорит она мне, и у меня льются слёзы. Мама прижимает меня к себе и гладит нежно по голове. Я чувствую, как она успокаивает меня, как помогает мне справиться с этими мыслями.
— Поскорее этот чёртов отпуск закончился, — говорю я, пытаясь скрыть свою боль и отчаяние за этой фразой. Я знаю, что мама понимает, что я имею в виду не просто отпуск, а то, что всё это время я думаю о том, что произошло, и мне тяжело. Но она не осуждает меня, не говорит, что я должна забыть, она просто поддерживает меня. Я устроилась на работу несколько месяцев назад в кофейню неподалёку от нашего дома, и зарплата вроде ничего. И вот сейчас я в отпуске только первый день, и он меня уже очень утомил. Когда я работаю, я забываю обо всём и о своих мыслях, но когда я не работаю, то все воспоминания тут как тут, на ладони. Мама у меня работает в больнице, она медсестра. Сегодня она выходная, а когда она дома, то она всегда вяжет. Она заметила, что я не в духе, и решила меня подбодрить.
— Лесь, может, с кем-нибудь познакомишься? — предлагает мама. — Нет, я прям не настаиваю, но просто мне трудно смотреть на тебя, как ты ходишь поникшая.
— Мам, ну не начинай, — говорю я и встаю. — Я не хочу знакомиться, а особенно с мужским полом. У меня до сих пор всё внутри сжимается от одной мысли.
— Но… — хотела мама сказать, но я её остановила.
— Мама, — говорю я, снова садясь на диван. — Мамочка, — говорю и беру её за руку. — Я понимаю, что ты переживаешь за меня и хочешь, чтобы я была счастлива и дальше, но меня не отпускают та жизнь и тот день, ты же знаешь, что я боялась всего и всех и даже прикосновений твоих. Может, не будем спешить и повременим, я только вроде начала привыкать к жизни.
— Ну хорошо, — говорит мама, погладив меня по руке. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.
— Если хочешь, чтобы я развеялась, я позвоню Наташе, — говорю я.
Наташа — моя подруга, она живёт в этом городе, она знает мою историю, что случилось, и ей тоже жаль меня. Мы виделись с ней неделю назад, она к нам заходила. Может, стоит позвонить.
— Привет, Наташ, — говорю я.
— Привет, как ты? — спрашивает она.
— Нормально, — отвечаю я.
— Я тебя рада слышать, — говорит Наташа. — Как твой отпуск?
— Да так, — отвечаю я, — сижу дома, никуда не деться от воспоминаний.
— Понимаю, — говорит Наташа. — Может, встретимся? А то мама говорит: познакомься с кем-нибудь, сходи куда-нибудь.
— Было бы неплохо, — отвечаю я. — Но у тебя ведь работа, не хочется тебя отвлекать.
— Ничего страшного, — говорит Наташа. — У меня завтра выходной, я тебе позвоню, договоримся о встрече.
— Хорошо, — отвечаю я.
— До завтра, — говорит она. — Ладно, я пошла работать, а то я была на обеде.
Сообщаю маме, что завтра мы с Наташей встретимся, и маме радостно становится, что я не одна.
Глава 2
Я стою посреди комнаты, и ко мне подходит мужчина и спрашивает:
— Как тебя зовут, милая красавица?
— Олеся меня зовут, но некоторые меня зовут Леся, — отвечаю я тихим голосом.
У мужчины красивая улыбка и глаза, он дотрагивается до моей щеки и ударяет, а сам он начинает смеяться. Я начинаю бежать от него и попадаю к другому парню в руки, он тоже ударяет меня, потом я попадаю к другому в руки, и так по кругу, они бьют меня и смеются хором. Я начинаю кричать очень-очень громко во всё горло, пока не охрипну.
— Леся, проснись, ты слышишь меня, проснись?
Кто-то начинает меня сильно трясти, и голос какой-то знакомый. Я распахиваю глаза. Передо мной мама, оглядываю комнату — вроде никого нет. Нет тех мужчин, которые били и смеялись хором.
— Леся, дочка, — говорит мама, успокаивая меня, — Всё хорошо, это кошмар тебе приснился, я тебе сейчас воды принесу.
Я часто дышу, моё тело в поту, мама возвращается со стаканом воды. Я выпиваю воды и ставлю стакан на тумбочку.
— Мам, полежи со мной, — говорю я.
На часах ещё три часа ночи, мама ложится рядом со мной, я кладу ей голову на грудь, она гладит меня по голове, и я проваливаюсь в сон.
Проснувшись, я вижу, на часах одиннадцать часов. Я медленно встаю с кровати и иду на кухню, наливаю себе стакан воды и выпиваю. Мама уже сидит за столом, пьёт кофе и что-то читает. На столе стоит тарелка с бутербродами и чашка кофе для меня.
— Проснулась, садись кушать, — говорит мама, не отвлекаясь от книги.
Я наливаю себе кофе и беру бутерброд. У моей мамы всегда такие вкусные бутерброды, никто не готовит их так, как она. Я стараюсь есть медленно, чтобы хоть немного отвлечься от неприятных мыслей.
— Слушай, может, обратиться к психологу? Может, он поможет убрать кошмары по ночам, хоть они редкие, но всё же, — говорит мама.
Я закатываю глаза и отпиваю кофе.
— Ну мам, я не хочу идти к психологу, что он сделает, ну уберёт он мне кошмары, но душу он мне не заполнит, оно у меня пустое, я потеряла смысл в этой жизни, ты понимаешь? Я не смогу полюбить кого-то, не говоря уже о том, чтобы лечь в постель с мужчиной. У меня сердце вот-вот разбилось на осколки, когда я закрыла глаза, оно у меня спит навсегда, я дышать перестала после этого, — говорю я, и по щекам начинают катиться слёзы.
Я перестала радоваться всем вещам, даже мелочам, и смеяться перестала, и шутить. Я даже в постель ни с кем не лягу, буду бояться и дрожать от прикосновений. Я жить перестала, даже семьи, наверное, не будет, я боюсь мужской пол. Ну на работе у нас есть мужчины, но это просто коллеги, а так, чтобы завести снова отношения, я боюсь, мне страшно.
— Ты дышишь вообще-то, живёшь, работаешь в кофейне, сердце не спит и не разбито, — говорит мама. — Мама, ты не понимаешь меня, я внутри подавлена, я не смеюсь, я не такая, какая прежде, заводная и озорная. Я поникшая, с мешками на глазах, у меня нет того огонька, я даже позаботиться о себе не могу, — говорю я, слёзы текут всё быстрее. — Поступай как хочешь, — сказала мама, вздохнув, — А когда Наташа позвонит?
— Не знаю, сказала, что сегодня позвонит, — сказала я и ушла в свою спальню.
Расчесав волосы, собрала их в пучок и подошла к окну. Небо сегодня хмурое, наверное, дождь будет. Я всегда строила планы на жизнь: то, какой у меня муж будет, то, где будем жить, какие дети будут у нас, как их назовём и кто у нас будет. Но нет, всё пошло прахом. Мой муж даже не зарекался о детях. Интим был, ну так, никакого удовольствия я с ним не чувствовала, не испытывала ничего с ним. А потом он запил, меня изнасиловали, так что я была в больнице и избитая притом. Чёрт, опять всё в этой голове крутиться. Может, и правда к психологу обратиться? Нет, душу он мне не заполнит и сердце не разбудит.
Не заметила, как текут слёзы по щекам, вытерла их тыльной стороной ладони. Поскорее бы на работу, а то этот отпуск вообще из меня все соки вытащит, и буду вообще разбитая.
— Лесь, к тебе Наташа, — кричит мама из коридора.
Я даже не услышала звонок дверной, так была погружена в свои мысли.
— Ну, привет, — говорит Наташа, плюхаясь ко мне на кровать. — Ну и чё киснем?
— Привет, — говорю я, стараясь улыбнуться, но получается фальшиво.
— Короче, я на работе вчера договорилась, что мне дали внеплановый отпуск на неделю. Я вязала за свой счёт, да и я за одной девчонкой несколько раз отрабатывала, прикрывала. Ну мне надоело это, и сказала начальству, и меня отпустили, — говорит она. — Так вот ещё что. Мне тут подогнали два билета за город. Там открывается какой-то новый отель, что ли. Ну так вот, пойдёшь? — говорит она.
— Ну не знаю что-то, — говорю я.
— Ну пошли, мне подружка подогнала. У неё там не получилось по семейным обстоятельствам, и отдала их мне. Ну не пропадать же им, — тычет мне она в бок.
— Ну ладно, — наконец-то соглашаюсь я.
— Давай собираться, вещи собери, — говорит Наташа.
— А вещи зачем? — спрашиваю я, вскинув бровь.
— Ну мы не просто заедим и уедим обратно. Мы недельку там поживём, — говорит она. — Всё, давай, а то к открытию не успеем.
Я, вздохнув, начинаю собираться. Наташа идёт к моему шкафу и роется в моих вещах, что-то бормоча себе под нос.
— Ну у тебя хоть есть вещи приличные? Какие-то тусклые, не весёлые, — говорит она.
Я просто пожимаю плечами.
— О, это подойдёт, вроде ничего, оденешь вот это, — говорит она.
И кидает мне на кровать платье с поясом, и поверх на плечи шёлковый платок, шёл с ним в комплекте. Я это платье как купила, так и не надевала, не было повода нарядиться. Найдя капроновые колготки, начала одеваться.
— Ну вот, другое дело. Так, сейчас я тебя быстро подкрашу и сделаю укладку. Вижу, у тебя и косметики уже нет. Ладно, я быстро в машину сбегаю, принесу, что нужно, — говорит Наташа и пулей выбегает из комнаты.
Спустя несколько минут она возвращается с косметичкой и плойкой для волос.
— Так, сейчас будем из тебя женщину, — говорит Наташа.
Она усаживает меня на стул и начинает делать причёску и делать макияж. Спустя несколько минут она заканчивает, и я поворачиваюсь к зеркалу. Лицо моё преобразилось, стало красивее, волосы уложены и закручены в локоны. Уже и не помню, как я так выглядела в последний раз. Но в глазах всё равно печаль. Пытаюсь улыбнуться, но улыбка получается натянута.
— Ну всё, вещи твои собрала, можем выезжать, — говорит Наташа.
Взяв чемодан, мы выходим в коридор, где мама в восторге от моего вида.
— Ну наконец-то вижу пред собой красивую девушку, а не ходячее приведение с бледным лицом, — говорит мама. — Спасибо тебе, Наташенька, отдохните там хорошо.
— Ну ладно, мы поехали, — говорит Наташа.
Я обнимаю маму, и мы выходим на улицу. Моросит небольшой дождик, отчего ещё грустнее.
Спустя несколько часов мы подъезжаем к отелю. С виду он красив, большой, есть парк где-то. Красиво, на парковке полно машин. Припарковавшись, мы вышли из машины.
— Ой, — вдруг восклицает Наташа. — Кажется, телефон забыла в машине. Ты иди, я тебя догоню.
— Хорошо, — говорю я и иду к входу в отель.
Осмотрев по сторонам территорию, я поняла, что она очень большая. И когда я стала поворачиваться, то врезалась в мужчину.
— Ой, извините, я вас не заметила, — говорю я, чуть заикаясь.
— Ничего, — говорит он.
У него приятный тембр голоса, карие глаза, красивая улыбка. Он высок, с красивыми очертаниями лица, губ и носа. От него пахнет приятным одеколоном, волосы зачёсаны набок. Одет он в чёрное пальто, когда улыбается, видны белые ровные зубы. Из-под рукавов виднеются часы.
Я стараюсь не задерживать на нём взгляд, но не могу отвести глаз. Что-то в нём притягивает меня, хотя я не понимаю, что именно. Может быть, это просто ощущение новизны и чего-то необычного?
— Эй, ты идёшь? — спрашивает Наташа, тряся меня за плечо.
— А, да, идём, — говорю я. — Извините, — зачем-то опять отвечаю мужчине.
