В пищу животным, предназначенным на убой, добавляют огромное количество химических веществ. Антибиотики, консерванты, они надолго сохраняются в человеческом организме. Много ещё чего неприятного наговорил.
И его заметили.
Только не в руководстве милой его сердцу пищевой промышленности, которой он посвятил большую часть своей жизни. Заметили его те, благодаря которым она процветает. В своих благородных, но наивных порывах Аркадий Петрович не учёл самый главный фактор — экономический, ведь мировая мясная промышленность оценивается в триллионы долларов.
Ворон издал звук, похожий на ворчание.
— Представь, какое сопротивление он встретил со стороны инвесторов и владельцев мясоперерабатывающих комплексов. У них же всё давно подсчитано и поделено, а он со своим суррогатом лезет.
— Угрожали?
— Ещё как! Но тронуть не могли, побоялись последствий, ведь твой сосед стал мировой величиной. Ограничились лишь тем, что лишили его возможности преподавать и выделили небольшую лабораторию, чтобы он там развлекался в своё удовольствие с допотопным биореактором. Кто его знает, ведь все мы болеем и умираем: люди и звери. Может его наработки когда-нибудь пригодятся.
«Обязательно пригодятся, — подумал Валера. — Рано или поздно людям придется сделать выбор между удобной ложью и неудобной правдой. И этот момент приближается. Ко всему прочему, по всему миру участились массовые болезни скота по известным и пока неизвестным причинам, а самый радикальный способ борьбы с эпидемиями — уничтожение животных. Что нас ждёт впереди никто не знает, но к этому моменту я хочу быть среди тех, кто первыми разобрался с этой проблемой и начал действовать».
В подтверждение его мыслей, ворон как бы невзначай выдал:
— Мне недавно знакомая сорока сплетню на хвосте принесла. Ею же с нею поделилась галка, прилетевшая ранней весной с юга. Мы же, вороны, с ними родственники, хотя и дальние. Значит должны предупреждать друг друга об опасности.
«Как это передали?» — хотел спросить у птицы человек, но вовремя тормознул, чтобы окончательно не уронить свой авторитет. Вместо этого он поинтересовался:
— Что за сообщение?
— Эпидемия к нам движется из южных широт, — спокойно сказал ворон, как будто речь шла о приближающейся грозе. — Она не затрагивает птиц, но косит всех млекопитающих, за исключением людей. В официальных сообщениях ничего об этом нет. То ли эту новость тщательно скрывают, чтобы не вызвать среди вас панику, толи с какой иной целью.
— Диверсия?
— Вряд ли. Даже самый безумный враг нашего с тобой государства должен понимать, что, затеяв биологическую диверсию её уже не остановишь. Переносчиков болезни хоть отбавляй: продукты питания, птицы, люди.
«@@@!» — вырвалось у Валеры эмоциональное словечко, совсем не гармонирующее с изящной российской словесностью. К курятине и индюшатине он относился прохладно, но мясо! К грубому высказыванию человека ворон отнёсся индифферентно.
Минуту, другую Валера размышлял, а затем у него родилась идея, с которой он тут же поделился с Карлушей. Ворон её тут же одобрил и пообещал пролоббировать перед Аркадием Петровичем, чтобы повлиять на его положительное решение.
— Супер! — одобрила идею умная птичка. — И волки сыты и овцы целы. Все счастливы и пляшут ламбаду.
— И угрызения совести нашего профессора не будут мучать.
Идея была проста, но требовала для своей реализации определённых денежных вливаний.
— Ты уверен в конечном результате? — спросил ворон. — Точно от натурального не отличу? С белыми жировыми прослоечками? Мраморная?
— Обязательно с жирком, только без косточки, извини. Зря я что ли на биоинженера учусь? Да и у Аркадия Петровича светлая голова, справимся. Лишь бы нам успеть!
Сама идея заключалась в организации собственной лаборатории по производству культивированного мяса, отвечающего изысканным вкусам не только учредителей вновь организуемого юридического лица, но и всего народа в целом. Организацию финансовых потоков брал на себя Валерий.
«А что, у Васьки и Толика родители зажиточные, вряд ли они будут против, чтобы поддержать стартап своих детей. Всё лучше, чем они будут шляться по ночным клубам, да и дело перспективное, наверняка они оценят, когда узнают всю правду о грядущей катастрофе. Отличницу Ирку тоже к себе возьмём. Умная — раз, а два — не могу я долго без неё».
От навалившейся ответственности и нервного напряжения, у Валеры начала кружиться голова, мысли путались, а окружающий мир показался миражом. Он не понял, как очутился на кухне. Вынул из холодильника шмат мяса и бросил его на раскалённую сковороду. Его новый приятель давно щёлкал клювом от голода и его следовало накормить. Почему-то Валера решил, что вороны предпочитают именно жаркое.
— Не надо! — возопил кусок мяса. Корчась от нестерпимого жара и боли он начал громко кричать, взывая о помощи.
Он кричал всё громче и громче, его крик буквально разрывал голову.
И тут Валера проснулся, потёр глаза и огляделся по сторонам. Он всё также сидел в кресле на балконе. Жаркое весеннее солнце палило нещадно. Кроме Валеры никого рядом не было. Крик, раздающийся из квартиры, не утихал. Только это был не крик, а сигнал вызова мобильного телефона.
«Так всё это мне приснилось или как?» — Валера посмотрел на часы и сразу догадался кто ему звонит.
— Ну ты чего, конь?! — раздался в трубке недовольный голос его приятеля Толика. — Сколько тебя можно ждать?
— Не ругайся, я общим делом занимался. Нам подворачивается перспективная работёнка на ближайший десяток лет, а может и больше.
— Денежная? — недовольно друга смелось любопытством. Он знал креативность Валерия.
— Думаю, что очень денежная, но бизнес-план я пока не составлял. Для начала мне необходимо решить организационные вопросы. Так что сворачивайтесь, если ещё не начали и двигайте ко мне.
На другом конце трубки послышался оживлённый спор друзей и вскоре с Валерой продолжил разговор Василий:
— Смотри, Лерка, не втрави нас в какой-нибудь блуд. Знаешь, что за это бывает! — угроза была не шуточной и Валера об этом знал. — Хорошо, мы едем. Будем через час.
«Ерунда, я их влёт замотивирую, а затем их родителей-бизнесменов среднего полёта. Они мне за это только спасибо скажут. Главное теперь, чтобы Аркадий Петрович согласился».
В межквартирном холле хлопнула дверь — это вернулся сосед, ведь квартир на этаже находилось только две. С зерном из магазина? Мысли путались, но он уже определился со своей дальнейшей судьбой. Валера решительно распахнул входную дверь, поздоровался с профессором и спросил его прямо в лоб:
— Аркадий Петрович, у вас найдутся места лаборантов для меня и трёх моих друзей?
Целую минуту учёный пристально рассматривал молодого человека, пытаясь догадаться о причинах такого решения.
— Деньги нужны? Учти, ставка лаборанта невелика, да и с деньгами у меня не густо. Постой, но вы же ещё учитесь. Решили бросить?
— Нет, переведёмся на заочный. А деньги? Никакие деньги не заменят интересную работу и перспективы, — почему-то Валера был уверен, что его друзья непременно согласятся с его предложением, ведь такой шанс даётся в жизни лишь раз.
— Что-то ты от меня скрываешь. Ну хорошо, заходи в квартиру, обсудим.
Не успели они устроиться в удобных креслах и сделать по глотку кофе, сваренного хозяином, как в балконную дверь постучали.
— Ага! Вот и мой дружок прилетел! — радостно воскликнул хозяин. — Сейчас, сейчас, открою.
Задев крылом о дверной косяк балконной двери, в гостиную впорхнул здоровенный ворон и привычно уселся на спинку кресла.
— Привет, Карлуша, — машинально поздоровался с ним Валерий, вызвав неподдельное удивление профессора.
— Привет, Валера, — ответила ему птица и заговорщицки подмигнула. Дескать, начинай.
И его заметили.
Только не в руководстве милой его сердцу пищевой промышленности, которой он посвятил большую часть своей жизни. Заметили его те, благодаря которым она процветает. В своих благородных, но наивных порывах Аркадий Петрович не учёл самый главный фактор — экономический, ведь мировая мясная промышленность оценивается в триллионы долларов.
Ворон издал звук, похожий на ворчание.
— Представь, какое сопротивление он встретил со стороны инвесторов и владельцев мясоперерабатывающих комплексов. У них же всё давно подсчитано и поделено, а он со своим суррогатом лезет.
— Угрожали?
— Ещё как! Но тронуть не могли, побоялись последствий, ведь твой сосед стал мировой величиной. Ограничились лишь тем, что лишили его возможности преподавать и выделили небольшую лабораторию, чтобы он там развлекался в своё удовольствие с допотопным биореактором. Кто его знает, ведь все мы болеем и умираем: люди и звери. Может его наработки когда-нибудь пригодятся.
«Обязательно пригодятся, — подумал Валера. — Рано или поздно людям придется сделать выбор между удобной ложью и неудобной правдой. И этот момент приближается. Ко всему прочему, по всему миру участились массовые болезни скота по известным и пока неизвестным причинам, а самый радикальный способ борьбы с эпидемиями — уничтожение животных. Что нас ждёт впереди никто не знает, но к этому моменту я хочу быть среди тех, кто первыми разобрался с этой проблемой и начал действовать».
В подтверждение его мыслей, ворон как бы невзначай выдал:
— Мне недавно знакомая сорока сплетню на хвосте принесла. Ею же с нею поделилась галка, прилетевшая ранней весной с юга. Мы же, вороны, с ними родственники, хотя и дальние. Значит должны предупреждать друг друга об опасности.
«Как это передали?» — хотел спросить у птицы человек, но вовремя тормознул, чтобы окончательно не уронить свой авторитет. Вместо этого он поинтересовался:
— Что за сообщение?
— Эпидемия к нам движется из южных широт, — спокойно сказал ворон, как будто речь шла о приближающейся грозе. — Она не затрагивает птиц, но косит всех млекопитающих, за исключением людей. В официальных сообщениях ничего об этом нет. То ли эту новость тщательно скрывают, чтобы не вызвать среди вас панику, толи с какой иной целью.
— Диверсия?
— Вряд ли. Даже самый безумный враг нашего с тобой государства должен понимать, что, затеяв биологическую диверсию её уже не остановишь. Переносчиков болезни хоть отбавляй: продукты питания, птицы, люди.
«@@@!» — вырвалось у Валеры эмоциональное словечко, совсем не гармонирующее с изящной российской словесностью. К курятине и индюшатине он относился прохладно, но мясо! К грубому высказыванию человека ворон отнёсся индифферентно.
Минуту, другую Валера размышлял, а затем у него родилась идея, с которой он тут же поделился с Карлушей. Ворон её тут же одобрил и пообещал пролоббировать перед Аркадием Петровичем, чтобы повлиять на его положительное решение.
— Супер! — одобрила идею умная птичка. — И волки сыты и овцы целы. Все счастливы и пляшут ламбаду.
— И угрызения совести нашего профессора не будут мучать.
Идея была проста, но требовала для своей реализации определённых денежных вливаний.
— Ты уверен в конечном результате? — спросил ворон. — Точно от натурального не отличу? С белыми жировыми прослоечками? Мраморная?
— Обязательно с жирком, только без косточки, извини. Зря я что ли на биоинженера учусь? Да и у Аркадия Петровича светлая голова, справимся. Лишь бы нам успеть!
Сама идея заключалась в организации собственной лаборатории по производству культивированного мяса, отвечающего изысканным вкусам не только учредителей вновь организуемого юридического лица, но и всего народа в целом. Организацию финансовых потоков брал на себя Валерий.
«А что, у Васьки и Толика родители зажиточные, вряд ли они будут против, чтобы поддержать стартап своих детей. Всё лучше, чем они будут шляться по ночным клубам, да и дело перспективное, наверняка они оценят, когда узнают всю правду о грядущей катастрофе. Отличницу Ирку тоже к себе возьмём. Умная — раз, а два — не могу я долго без неё».
От навалившейся ответственности и нервного напряжения, у Валеры начала кружиться голова, мысли путались, а окружающий мир показался миражом. Он не понял, как очутился на кухне. Вынул из холодильника шмат мяса и бросил его на раскалённую сковороду. Его новый приятель давно щёлкал клювом от голода и его следовало накормить. Почему-то Валера решил, что вороны предпочитают именно жаркое.
— Не надо! — возопил кусок мяса. Корчась от нестерпимого жара и боли он начал громко кричать, взывая о помощи.
Он кричал всё громче и громче, его крик буквально разрывал голову.
И тут Валера проснулся, потёр глаза и огляделся по сторонам. Он всё также сидел в кресле на балконе. Жаркое весеннее солнце палило нещадно. Кроме Валеры никого рядом не было. Крик, раздающийся из квартиры, не утихал. Только это был не крик, а сигнал вызова мобильного телефона.
«Так всё это мне приснилось или как?» — Валера посмотрел на часы и сразу догадался кто ему звонит.
— Ну ты чего, конь?! — раздался в трубке недовольный голос его приятеля Толика. — Сколько тебя можно ждать?
— Не ругайся, я общим делом занимался. Нам подворачивается перспективная работёнка на ближайший десяток лет, а может и больше.
— Денежная? — недовольно друга смелось любопытством. Он знал креативность Валерия.
— Думаю, что очень денежная, но бизнес-план я пока не составлял. Для начала мне необходимо решить организационные вопросы. Так что сворачивайтесь, если ещё не начали и двигайте ко мне.
На другом конце трубки послышался оживлённый спор друзей и вскоре с Валерой продолжил разговор Василий:
— Смотри, Лерка, не втрави нас в какой-нибудь блуд. Знаешь, что за это бывает! — угроза была не шуточной и Валера об этом знал. — Хорошо, мы едем. Будем через час.
«Ерунда, я их влёт замотивирую, а затем их родителей-бизнесменов среднего полёта. Они мне за это только спасибо скажут. Главное теперь, чтобы Аркадий Петрович согласился».
В межквартирном холле хлопнула дверь — это вернулся сосед, ведь квартир на этаже находилось только две. С зерном из магазина? Мысли путались, но он уже определился со своей дальнейшей судьбой. Валера решительно распахнул входную дверь, поздоровался с профессором и спросил его прямо в лоб:
— Аркадий Петрович, у вас найдутся места лаборантов для меня и трёх моих друзей?
Целую минуту учёный пристально рассматривал молодого человека, пытаясь догадаться о причинах такого решения.
— Деньги нужны? Учти, ставка лаборанта невелика, да и с деньгами у меня не густо. Постой, но вы же ещё учитесь. Решили бросить?
— Нет, переведёмся на заочный. А деньги? Никакие деньги не заменят интересную работу и перспективы, — почему-то Валера был уверен, что его друзья непременно согласятся с его предложением, ведь такой шанс даётся в жизни лишь раз.
— Что-то ты от меня скрываешь. Ну хорошо, заходи в квартиру, обсудим.
Не успели они устроиться в удобных креслах и сделать по глотку кофе, сваренного хозяином, как в балконную дверь постучали.
— Ага! Вот и мой дружок прилетел! — радостно воскликнул хозяин. — Сейчас, сейчас, открою.
Задев крылом о дверной косяк балконной двери, в гостиную впорхнул здоровенный ворон и привычно уселся на спинку кресла.
— Привет, Карлуша, — машинально поздоровался с ним Валерий, вызвав неподдельное удивление профессора.
— Привет, Валера, — ответила ему птица и заговорщицки подмигнула. Дескать, начинай.
