- Ну, сначала мы подняли вас на борт. Я тоже принимал участие, между прочим. Потом появился сторожевик. Я так понял, что на радаре он не отображался. Возник на горизонте. Перед самым его появлением Джо выскочил из каюты, заорал «Полный вперед» и распорядился отправить всех в убежище. А мы начали соревноваться с воякам в скорости. Они, по ходу, быстрее. Потом их кэп начал орать в матюгальник, мол, всем стоять-бояться. Капитан, принц и Джо бросились в рубку, а нам приказали задраить все, что можно и готовиться к отражению штурма. Даже автоматы выдали. Хотя результат предсказуем. Там спецназ, а у наших разве что срочная. Но не думай, мы к драке серьезно приготовились.
- А потом? Мы начало видели на мониторе. Потом что-то взорвалось…
- Ага. Вояки сперва пару предупредительных дали, потом в борт нам влупили два раза. Скажу честно, решил, что нам хана. И вдруг они начали сбавлять ход, а потом лупить очередями из пушки. Неприятный был момент. Видать, что-то у них сломалось. А потом из палубы выдвинулась турель, и сторожевик выпустил ракеты. Я в армии был, немного понимаю, что такое ракета. Одной штуки хватит для корабля побольше нашего, а тут сразу две. Вот честно, успел вспомнить обо всех грешках, которые не успел совершить. Но ракеты за кабельтов до яхты нырнули и взорвались под водой. Волна поднялась – это что-то. Нас аж подбросило Хорошо, что все задраили. И прятались на случай обстрела. Волной никого не смыло. Так что почти никто не пострадал.
- А военные? – уточнил Крис. – Просто у нас волной все внешние сенсоры смыло и свет вырубило.
- Вояки остановились. Над их кораблем дым. Главное, что больше не стреляют. Так что у нас аврал, свистать всех наверх на уборку. А командир приглашает пассажиров на мостик. Точнее, на то, что от него осталось.
И бойкий матрос вихрем вымелся из убежища.
На палубе был бардак. Не в том смысле, что грязно, но полно каких-то поломанных механизмов и гнутого железа. Вместо огромных окон, украшавших рубку, зияли огромные дыры. Точнее, тонкие погнутые полосы металла. Матросы в обтягивающих комбинезонах весело перекрикивались, убирая горы битого стекла.
В небе кружило несколько вертолетов с надписью «Пресса».
- Проходите сюда, еще осталась пара кресел! – махнул нам рукой Джо. – Пройдитесь перед прессой, попадете в выпуски новостей.
- А что происходит?
- Видели в интернете трансляцию погони и начала боя?
- Конечно, видели! Только концовки не было.
- Ну да, у вас же камеры отрубило. В общем, после взрыва ракет нас подбросило, и отрубилась вся связь. Похоже, ракеты еще и для вывода из строя электроники. Но это не важно, за нами наблюдали со спутника. И когда «неопознанное военное судно» атаковало ракетами мирную яхту, подававшую сигнал о помощи, да еще и не где-то возле Северной Кореи или Сомали, а в Средиземном море… О, это стало новостью номер один всех новостных агентств. Так что эти шакалы будут сопровождать нас до самого порта.
- Вы пропустили еще и очаровательную атаку с воздуха. Греческие истребители появились через пару минут после взрыва. И с перепугу обстреляли сторожевик. Теперь на судне тушат пожар. В его сторону проследовала пара торпедных катеров. Так что ребятам не завидую.
- Вот что бывает, когда капитан хочет выслужиться, - вздохнула я. – Зря он за нами погнался. Ведь правильно говорят: если неприятности отступают, не стоит их преследовать.
- Кстати, Натали, мы еще не выслушали Вашу версию случившегося. Да и Акиро рассказал обо всем как-то очень сумбурно. Как вы вообще там оказались? Это же чуть ли не сотня миль от места погружения. И где нашли профессора? Почему за вами гнался сторожевик и при чем здесь контрабандисты? – повернулся ко мне Джо. – Только попрошу, с подробностями.
- Нам же нужно не только точно знать, что случилось. Но еще и выстроить версию для прессы, которую поддержит команда, – добавил Джамаль.
- А узнать, почему остановился сторожевик, не хотите? – усмехнулся Крис. – А то мы расскажем. Как призрак с топором разгромил управляющие системы. Интересно, куда он делся когда пропала связь?
- Так это тоже Ваша работа? – печально вздохнул Джо. – Вот уж точно, когда дьявол хочет причинить максимальный вред, он выбирает женщину. Хорошо еще, что эта женщина на нашей стороне. Это ведь опять ты, Натали? Похоже, тебя стоит приравнять к оружию массового поражения.
- И обращаться осторожно, иначе мало не покажется, - огрызнулась я. – А что оставалось делать? Мне не понравилось, как со мной на корабле обращались. Вот и психанула. Пусть еще спасибо скажут, что не потонули. Они же не потонули?
- Судя по радиопереговорам, нет. Но полностью лишились хода и связи. Кроме аварийной рации, по которой сейчас и ругаются с военно-морскими силами Греции. Они же с разгону влетели в территориальные воды.
- Ну ладно, а мы сейчас куда?
- Скорее всего, по домам. Экспедиция закончилась. Забирайте документы, пишите диссертацию или доклад. Но сперва расскажите, чем все закончилось? Что вы нашли? А то когда оборвалась связь с подлодкой, мы чуть с ума не сошли. А когда всплыла без экипажа через положенное время… Стали патрулировать зону погружения, но через неделю решили возвращаться…
- Через неделю? Мне показалось, что все заняло на больше пары дней!
- Через неделю Джо среди ночи влетел на мостик и потребовал держать определенный курс. Затем вы опять пропали. А потом появились в другом месте. Джо сказал, что вы на надувной лодке плывете в нашу сторону. И добавил, что у вас две новости: все получилось и вы влипли в неприятности. Впрочем, в последнем никто особо не сомневался. А пару часов назад вытащили вас из лодки. Признаться, когда увидел Махди Шарифа, решил, что у меня бред. Уже потом заметил, что он еще и ранен… Вас что, пытали?
- Неудачная попытка телепортации. Кстати, видели его рану? Она не зарастает и не кровоточит. Какой-то побочный эффект. Отдайте его Элли, она тоже диссертацию сделает.
- О медицинских аспектах неудачной телепортации? Ну уж нет, не хотел бы выставлять такую тему на соискание. Разве что в особо закрытом учреждении…но об этом позже. Лучше расскажите, что там происходило?
И мы начали рассказывать. Местами получилось даже смешно. Особенно про войну с разумными головоногими, встречу с контрабандистами и побег с корабля. А почему не повеселиться, если светит солнце, плещется море, кричат чайки, на столе полный поднос бутербродов, а команда устраняет последствия неудачной ракетной атаки?
Между делом поздравила Джамаля, заметив массивный перстень с рубином на его руке. Тот смутился, что-то пробормотал, что это еще не окончательно, что Совет должен утвердить… в общем, дал понять, что развивать тему не стоит.
Через пару часов, когда мы с Акиро устали отвечать на уточняющие вопросы, показался порт. И нас на буксире подвели к причалу. Где уже ждали вспышки фотокамер и толпа репортеров волновалась за жидкой цепью полицейского оцепления.
Честно говоря, быть героиней новостей приятно. Первые пятнадцать минут. Потом это немного утомляет, потом раздражает, а потом хочется спрятаться подальше от подкарауливаюших репортеров с дальнобойными объективами.
Но если от толпящихся за ограждениями репортеров укрыться можно было в каютах (правда, пришлось задвинуть шторки), то отделаться от полиции оказалось сложнее. Эти сразу наводнили яхту, разбежались по всем углам и начали выдергивать каждого на допрос. Точнее, это называлось «беседой», но сути не меняло. И если в отношении с капитаном и членами экспедиции они еще сдерживались, то даже не представляю себе, что пришлось выдержать членам команды.
Установленной версии придерживались все до единого. Все абсолютно точно и единогласно рассказывали, как члены команды ежедневно отправлялись на рутинный сбор образцов. И даже в красках рассказывали, что помогали этим неловким «сухопутным пиджакам» подниматься по трапу на борт. Конечно, не забывая добавлять от себя кое-какие подробности, не выходящие за рамки общей легенды.
Еще одной причиной не показываться на палубе был пришвартованный у соседнего пирса корабль. Тот самый сторожевик. Его приволокли на буксире вечером, и количество репортеров возле него поначалу было даже больше, чем возле яхты. Вот только охрана была покруче. Пирс был перекрыт не только полицией, но и блокпостами. Причем, с одной стороны сидели ребята с автоматами в одной форме, а напротив них – в другой. Пирс был перегорожен уже знакомыми пулеметными гнездами. И когда прибывали на черных и зеленых машинах высокие чины (а кто еще катается на таких машинах?), им приходилось пробираться по этому лабиринту, со слышными издалека международно-командными матами. Под одобрительное улюлюканье свободных от вахты (и бесед со следователями) членов нашей команды.
Расследование инцидента провисело в топах целых три дня, но потом адвокаты принца доказали местным юристам, что мы являемся пострадавшей стороной. И нас нужно не только отпустить, но и обязать правительство США (которому принадлежал военный корабль) или ООН (выяснилось, что сторожевик выполнял в этом районе миротворческую функцию по мандату этой организации) выплатить компенсацию за причиненный ущерб, морально-психологическую травму и срыв научно-исследовательской программы. Правда, нам потом по секрету объяснили, что ждать такой компенсации придется долго, судебное разбирательство продлится несколько лет, а выбить деньги с ООН вообще почти невозможно.
Полицейские с пристани ушли, но репортеры остались. Они норовили взять интервью у всех, кто находился на борту. Кажется, даже платили деньги, так что особо шустрые члены команды (нужно намекнуть, кто именно?) тут же начали сорить деньгами, а версии прессы «на основе вызывающих доверие источников» стали еще фантастичнее. Хотя ни одна и близко не приблизилась к истине.
Зато за три дня карантина удалось немного привести в порядок полученные данные. Те, которые касались науки, разумеется. И уточнить, какие цифры нашим академикам показывать нельзя. Еще одного обвинения в «занятии лженаукой» совершено не хотелось. Будем считать это коммерческой тайной.
Когда полицейский барьер сняли, решили сойти на берег. Чтобы наконец-то пропить выигранные мной в пари деньги. Ну, и заодно отметить чудесное спасение. А почему нет? Тем более что вскоре предстояло расстаться. Ребята уже начинали собирать вещи.
Собравшись с духом, прошли мимо вахтенного и нарвались на свору журналистов, тыкающих в нос микрофоны. Их понять можно: до этого пишущей братии удавалось пообщаться только с членами команды. А что они могли ответить? Что на борт погрузились какие-то ученые. Что опускали в воду какие-то приборы. Что все проходило гладко, как вдруг появился военный корабль, потребовал остановиться, прикрываясь обвинением в терроризме и почему-то контрабанде. Как обстрелял мирное судно. А потом остановился, начал расстреливать из пушки и выпустил ракеты. Правда, ракеты самоликвидировались.
Какие выводы можно сделать на основе такой информации? Какие угодно, в зависимости от фантазии. Тем более, что в составе научной команды специалисты по радиоэлектронике (Акиро), робототехнике (Крис) и теории информации (Джо), которым в море делать совершенно нечего. Но больше всего вопросов вызывала моя скромная персона. С одной стороны, я единственная хоть как-то попадала под биологический профиль. Значит, все остальные специалисты обслуживали мои исследования. С другой – почему именно я? Ни громкого, известного в мире, имени, ни значимых работ. Да и название института (а также города Харькова, как и страны Украина) большинство слышало впервые.
Я оказалась в центре внимания. И ни огромные очки, ни скромная одежда не помогли. Выручило только то, что ребята оттеснили журналистов, прикрыв меня спинами, и втолкнули в такси.
А вот на огромный черный джип, стартовавший следом от порта, обратила внимание не только я. Напрягают большие машины с тонированными стеклами, которые движутся следом. Особенно после таких приключений. Поэтому, когда добрались до бара (он находился недалеко, в паре кварталов от порта), а джип притормозил в десятке метров за нами, трое моих «телохранителей» молча выстроились на тротуаре, затолкнув меня за спины. Дверь Рейндж-ровера открылась и вышел…
- Коля, привет! – удивленно выдохнула я. – Как ты меня нашел?
Коля, замявшись, выставил перед собой огромный букет.
- Так ваша команда на всех экранах, по всей Европе, - смущено пробормотал он. – Я, как только по радио услышал, что какой-то военный корабль атаковал яхту, сразу про тебя подумал. А когда на экран дали картинку, уже за рулем сидел. Прикинул, где все это происходит, и рванул прямо сюда. Границ-то нет, сплошная Европа.
- Спокойно ребята, это ко мне, - объяснила своим, проталкиваясь через сомкнутый строй. – Так ты только что приехал?
- Вообще-то позавчера. Припарковался, узнал, что никого не пускают. Потолкался с журналистами. У меня, между прочим, и удостоверение есть. Почти настоящее. А когда с утра оцепление сняли, занял позицию. И вот…
- А мы с ребятами решили пивка выпить. Я тут пари выиграла, сейчас празднуем. Ну, и заодно окончание экспедиции. Присоединишься?
- Если пригласите. А вообще-то буду рад.
- Заодно и перекусим, - вздохнула я. - Ты же с утра караулишь, еще не завтракал?
- Да нет, мы пиццу заказывали.
- Ладно, тут за углом пиццерия. Вы туда зайдите, - предложил Джо, зачем-то придерживая за воротник Акиро и нашептывая что-то на ухо Крису. А мы чуть дальше будем, там еще одно заведение.
- Так тут тоже пиво… - начала я, но потом взглянула на почему-то смутившегося и потупившегося Николая и решила согласиться. – Ну ладно, закажем пиццу. Если что случится, кричите. Мы придем на помощь.
- Ничего, мы справимся. Акиро быстро поймет, в какое место девочкам нужно засовывать купюры.
- А, так вы на стриптиз… ну, успехов! Может, увидите что-то новое.
Как-то не так представляла припортовую забегаловку. Все было чистенько, культурно. Никаких валяющихся на полу матросов, драк или пьяных. Наверное, все пошли в соседний стрип-клуб.
Букет поставили в предложенную барменом вазу. Получилось очень даже прилично. Пиццу принесли почти сразу. Коля начал что-то рассказывать о том, что происходило в его конторе. Мол, ничего необычного, простая работа. Купил, продал… передал привет от Маши. Рассказал какую-то забавную историю об одной из ее девочек. Потом попытался расспросить, что тут у нас произошло. Мол, среди журналистов наслушался всякой чуши. Пришлось скормить официальную версию произошедшего: мол, ничего не знаем, ни о чем не догадываемся. Само как-то все получилось.
Когда веселье только начало налаживаться, Коля сделал стойку и замер. Повернув голову, сразу же попыталась втянуть ее в плечи. Чтобы стать маленькой и незаметной. На пороге стояли двое военных в штатском. И морды до ужаса знакомые. Те самые, что отводили нас с Тефтой в камеру. Похоже, они тоже не ожидали меня увидеть. Бравые вояки застыли на пороге.
- Здравствуйте, мадам, - первым ожил крепкий кубинец, нагло глядя в глаза. – Не помешаем, если присоединимся к вашему веселью?
- А то тут поблизости это единственный паб, а время увольнительной неуклонно сокращается, - подхватил шустрый ирландец, оглядываясь по сторонам.
- А потом? Мы начало видели на мониторе. Потом что-то взорвалось…
- Ага. Вояки сперва пару предупредительных дали, потом в борт нам влупили два раза. Скажу честно, решил, что нам хана. И вдруг они начали сбавлять ход, а потом лупить очередями из пушки. Неприятный был момент. Видать, что-то у них сломалось. А потом из палубы выдвинулась турель, и сторожевик выпустил ракеты. Я в армии был, немного понимаю, что такое ракета. Одной штуки хватит для корабля побольше нашего, а тут сразу две. Вот честно, успел вспомнить обо всех грешках, которые не успел совершить. Но ракеты за кабельтов до яхты нырнули и взорвались под водой. Волна поднялась – это что-то. Нас аж подбросило Хорошо, что все задраили. И прятались на случай обстрела. Волной никого не смыло. Так что почти никто не пострадал.
- А военные? – уточнил Крис. – Просто у нас волной все внешние сенсоры смыло и свет вырубило.
- Вояки остановились. Над их кораблем дым. Главное, что больше не стреляют. Так что у нас аврал, свистать всех наверх на уборку. А командир приглашает пассажиров на мостик. Точнее, на то, что от него осталось.
И бойкий матрос вихрем вымелся из убежища.
***
На палубе был бардак. Не в том смысле, что грязно, но полно каких-то поломанных механизмов и гнутого железа. Вместо огромных окон, украшавших рубку, зияли огромные дыры. Точнее, тонкие погнутые полосы металла. Матросы в обтягивающих комбинезонах весело перекрикивались, убирая горы битого стекла.
В небе кружило несколько вертолетов с надписью «Пресса».
- Проходите сюда, еще осталась пара кресел! – махнул нам рукой Джо. – Пройдитесь перед прессой, попадете в выпуски новостей.
- А что происходит?
- Видели в интернете трансляцию погони и начала боя?
- Конечно, видели! Только концовки не было.
- Ну да, у вас же камеры отрубило. В общем, после взрыва ракет нас подбросило, и отрубилась вся связь. Похоже, ракеты еще и для вывода из строя электроники. Но это не важно, за нами наблюдали со спутника. И когда «неопознанное военное судно» атаковало ракетами мирную яхту, подававшую сигнал о помощи, да еще и не где-то возле Северной Кореи или Сомали, а в Средиземном море… О, это стало новостью номер один всех новостных агентств. Так что эти шакалы будут сопровождать нас до самого порта.
- Вы пропустили еще и очаровательную атаку с воздуха. Греческие истребители появились через пару минут после взрыва. И с перепугу обстреляли сторожевик. Теперь на судне тушат пожар. В его сторону проследовала пара торпедных катеров. Так что ребятам не завидую.
- Вот что бывает, когда капитан хочет выслужиться, - вздохнула я. – Зря он за нами погнался. Ведь правильно говорят: если неприятности отступают, не стоит их преследовать.
- Кстати, Натали, мы еще не выслушали Вашу версию случившегося. Да и Акиро рассказал обо всем как-то очень сумбурно. Как вы вообще там оказались? Это же чуть ли не сотня миль от места погружения. И где нашли профессора? Почему за вами гнался сторожевик и при чем здесь контрабандисты? – повернулся ко мне Джо. – Только попрошу, с подробностями.
- Нам же нужно не только точно знать, что случилось. Но еще и выстроить версию для прессы, которую поддержит команда, – добавил Джамаль.
- А узнать, почему остановился сторожевик, не хотите? – усмехнулся Крис. – А то мы расскажем. Как призрак с топором разгромил управляющие системы. Интересно, куда он делся когда пропала связь?
- Так это тоже Ваша работа? – печально вздохнул Джо. – Вот уж точно, когда дьявол хочет причинить максимальный вред, он выбирает женщину. Хорошо еще, что эта женщина на нашей стороне. Это ведь опять ты, Натали? Похоже, тебя стоит приравнять к оружию массового поражения.
- И обращаться осторожно, иначе мало не покажется, - огрызнулась я. – А что оставалось делать? Мне не понравилось, как со мной на корабле обращались. Вот и психанула. Пусть еще спасибо скажут, что не потонули. Они же не потонули?
- Судя по радиопереговорам, нет. Но полностью лишились хода и связи. Кроме аварийной рации, по которой сейчас и ругаются с военно-морскими силами Греции. Они же с разгону влетели в территориальные воды.
- Ну ладно, а мы сейчас куда?
- Скорее всего, по домам. Экспедиция закончилась. Забирайте документы, пишите диссертацию или доклад. Но сперва расскажите, чем все закончилось? Что вы нашли? А то когда оборвалась связь с подлодкой, мы чуть с ума не сошли. А когда всплыла без экипажа через положенное время… Стали патрулировать зону погружения, но через неделю решили возвращаться…
- Через неделю? Мне показалось, что все заняло на больше пары дней!
- Через неделю Джо среди ночи влетел на мостик и потребовал держать определенный курс. Затем вы опять пропали. А потом появились в другом месте. Джо сказал, что вы на надувной лодке плывете в нашу сторону. И добавил, что у вас две новости: все получилось и вы влипли в неприятности. Впрочем, в последнем никто особо не сомневался. А пару часов назад вытащили вас из лодки. Признаться, когда увидел Махди Шарифа, решил, что у меня бред. Уже потом заметил, что он еще и ранен… Вас что, пытали?
- Неудачная попытка телепортации. Кстати, видели его рану? Она не зарастает и не кровоточит. Какой-то побочный эффект. Отдайте его Элли, она тоже диссертацию сделает.
- О медицинских аспектах неудачной телепортации? Ну уж нет, не хотел бы выставлять такую тему на соискание. Разве что в особо закрытом учреждении…но об этом позже. Лучше расскажите, что там происходило?
И мы начали рассказывать. Местами получилось даже смешно. Особенно про войну с разумными головоногими, встречу с контрабандистами и побег с корабля. А почему не повеселиться, если светит солнце, плещется море, кричат чайки, на столе полный поднос бутербродов, а команда устраняет последствия неудачной ракетной атаки?
Между делом поздравила Джамаля, заметив массивный перстень с рубином на его руке. Тот смутился, что-то пробормотал, что это еще не окончательно, что Совет должен утвердить… в общем, дал понять, что развивать тему не стоит.
Через пару часов, когда мы с Акиро устали отвечать на уточняющие вопросы, показался порт. И нас на буксире подвели к причалу. Где уже ждали вспышки фотокамер и толпа репортеров волновалась за жидкой цепью полицейского оцепления.
Прода от 12.04.2021, 10:15
Глава 29. Версии официальные и не очень
Честно говоря, быть героиней новостей приятно. Первые пятнадцать минут. Потом это немного утомляет, потом раздражает, а потом хочется спрятаться подальше от подкарауливаюших репортеров с дальнобойными объективами.
Но если от толпящихся за ограждениями репортеров укрыться можно было в каютах (правда, пришлось задвинуть шторки), то отделаться от полиции оказалось сложнее. Эти сразу наводнили яхту, разбежались по всем углам и начали выдергивать каждого на допрос. Точнее, это называлось «беседой», но сути не меняло. И если в отношении с капитаном и членами экспедиции они еще сдерживались, то даже не представляю себе, что пришлось выдержать членам команды.
Установленной версии придерживались все до единого. Все абсолютно точно и единогласно рассказывали, как члены команды ежедневно отправлялись на рутинный сбор образцов. И даже в красках рассказывали, что помогали этим неловким «сухопутным пиджакам» подниматься по трапу на борт. Конечно, не забывая добавлять от себя кое-какие подробности, не выходящие за рамки общей легенды.
Еще одной причиной не показываться на палубе был пришвартованный у соседнего пирса корабль. Тот самый сторожевик. Его приволокли на буксире вечером, и количество репортеров возле него поначалу было даже больше, чем возле яхты. Вот только охрана была покруче. Пирс был перекрыт не только полицией, но и блокпостами. Причем, с одной стороны сидели ребята с автоматами в одной форме, а напротив них – в другой. Пирс был перегорожен уже знакомыми пулеметными гнездами. И когда прибывали на черных и зеленых машинах высокие чины (а кто еще катается на таких машинах?), им приходилось пробираться по этому лабиринту, со слышными издалека международно-командными матами. Под одобрительное улюлюканье свободных от вахты (и бесед со следователями) членов нашей команды.
Расследование инцидента провисело в топах целых три дня, но потом адвокаты принца доказали местным юристам, что мы являемся пострадавшей стороной. И нас нужно не только отпустить, но и обязать правительство США (которому принадлежал военный корабль) или ООН (выяснилось, что сторожевик выполнял в этом районе миротворческую функцию по мандату этой организации) выплатить компенсацию за причиненный ущерб, морально-психологическую травму и срыв научно-исследовательской программы. Правда, нам потом по секрету объяснили, что ждать такой компенсации придется долго, судебное разбирательство продлится несколько лет, а выбить деньги с ООН вообще почти невозможно.
Полицейские с пристани ушли, но репортеры остались. Они норовили взять интервью у всех, кто находился на борту. Кажется, даже платили деньги, так что особо шустрые члены команды (нужно намекнуть, кто именно?) тут же начали сорить деньгами, а версии прессы «на основе вызывающих доверие источников» стали еще фантастичнее. Хотя ни одна и близко не приблизилась к истине.
Зато за три дня карантина удалось немного привести в порядок полученные данные. Те, которые касались науки, разумеется. И уточнить, какие цифры нашим академикам показывать нельзя. Еще одного обвинения в «занятии лженаукой» совершено не хотелось. Будем считать это коммерческой тайной.
Когда полицейский барьер сняли, решили сойти на берег. Чтобы наконец-то пропить выигранные мной в пари деньги. Ну, и заодно отметить чудесное спасение. А почему нет? Тем более что вскоре предстояло расстаться. Ребята уже начинали собирать вещи.
Собравшись с духом, прошли мимо вахтенного и нарвались на свору журналистов, тыкающих в нос микрофоны. Их понять можно: до этого пишущей братии удавалось пообщаться только с членами команды. А что они могли ответить? Что на борт погрузились какие-то ученые. Что опускали в воду какие-то приборы. Что все проходило гладко, как вдруг появился военный корабль, потребовал остановиться, прикрываясь обвинением в терроризме и почему-то контрабанде. Как обстрелял мирное судно. А потом остановился, начал расстреливать из пушки и выпустил ракеты. Правда, ракеты самоликвидировались.
Какие выводы можно сделать на основе такой информации? Какие угодно, в зависимости от фантазии. Тем более, что в составе научной команды специалисты по радиоэлектронике (Акиро), робототехнике (Крис) и теории информации (Джо), которым в море делать совершенно нечего. Но больше всего вопросов вызывала моя скромная персона. С одной стороны, я единственная хоть как-то попадала под биологический профиль. Значит, все остальные специалисты обслуживали мои исследования. С другой – почему именно я? Ни громкого, известного в мире, имени, ни значимых работ. Да и название института (а также города Харькова, как и страны Украина) большинство слышало впервые.
Я оказалась в центре внимания. И ни огромные очки, ни скромная одежда не помогли. Выручило только то, что ребята оттеснили журналистов, прикрыв меня спинами, и втолкнули в такси.
А вот на огромный черный джип, стартовавший следом от порта, обратила внимание не только я. Напрягают большие машины с тонированными стеклами, которые движутся следом. Особенно после таких приключений. Поэтому, когда добрались до бара (он находился недалеко, в паре кварталов от порта), а джип притормозил в десятке метров за нами, трое моих «телохранителей» молча выстроились на тротуаре, затолкнув меня за спины. Дверь Рейндж-ровера открылась и вышел…
- Коля, привет! – удивленно выдохнула я. – Как ты меня нашел?
Коля, замявшись, выставил перед собой огромный букет.
- Так ваша команда на всех экранах, по всей Европе, - смущено пробормотал он. – Я, как только по радио услышал, что какой-то военный корабль атаковал яхту, сразу про тебя подумал. А когда на экран дали картинку, уже за рулем сидел. Прикинул, где все это происходит, и рванул прямо сюда. Границ-то нет, сплошная Европа.
- Спокойно ребята, это ко мне, - объяснила своим, проталкиваясь через сомкнутый строй. – Так ты только что приехал?
- Вообще-то позавчера. Припарковался, узнал, что никого не пускают. Потолкался с журналистами. У меня, между прочим, и удостоверение есть. Почти настоящее. А когда с утра оцепление сняли, занял позицию. И вот…
- А мы с ребятами решили пивка выпить. Я тут пари выиграла, сейчас празднуем. Ну, и заодно окончание экспедиции. Присоединишься?
- Если пригласите. А вообще-то буду рад.
- Заодно и перекусим, - вздохнула я. - Ты же с утра караулишь, еще не завтракал?
- Да нет, мы пиццу заказывали.
- Ладно, тут за углом пиццерия. Вы туда зайдите, - предложил Джо, зачем-то придерживая за воротник Акиро и нашептывая что-то на ухо Крису. А мы чуть дальше будем, там еще одно заведение.
- Так тут тоже пиво… - начала я, но потом взглянула на почему-то смутившегося и потупившегося Николая и решила согласиться. – Ну ладно, закажем пиццу. Если что случится, кричите. Мы придем на помощь.
- Ничего, мы справимся. Акиро быстро поймет, в какое место девочкам нужно засовывать купюры.
- А, так вы на стриптиз… ну, успехов! Может, увидите что-то новое.
Как-то не так представляла припортовую забегаловку. Все было чистенько, культурно. Никаких валяющихся на полу матросов, драк или пьяных. Наверное, все пошли в соседний стрип-клуб.
Букет поставили в предложенную барменом вазу. Получилось очень даже прилично. Пиццу принесли почти сразу. Коля начал что-то рассказывать о том, что происходило в его конторе. Мол, ничего необычного, простая работа. Купил, продал… передал привет от Маши. Рассказал какую-то забавную историю об одной из ее девочек. Потом попытался расспросить, что тут у нас произошло. Мол, среди журналистов наслушался всякой чуши. Пришлось скормить официальную версию произошедшего: мол, ничего не знаем, ни о чем не догадываемся. Само как-то все получилось.
Когда веселье только начало налаживаться, Коля сделал стойку и замер. Повернув голову, сразу же попыталась втянуть ее в плечи. Чтобы стать маленькой и незаметной. На пороге стояли двое военных в штатском. И морды до ужаса знакомые. Те самые, что отводили нас с Тефтой в камеру. Похоже, они тоже не ожидали меня увидеть. Бравые вояки застыли на пороге.
- Здравствуйте, мадам, - первым ожил крепкий кубинец, нагло глядя в глаза. – Не помешаем, если присоединимся к вашему веселью?
- А то тут поблизости это единственный паб, а время увольнительной неуклонно сокращается, - подхватил шустрый ирландец, оглядываясь по сторонам.
