– Я не доводила ее… Она уже давно не в своем уме была.
– Да была… Безусловно… Только я слышал твою речь тем вечером, ты заставила ее поверить в собственную смерть при любых обстоятельствах. Ты избавилась от нее изящно и страшно…
– Я не заставляла ее верить, я показала ей, что она в любом случае заплатит за гнусный поступок. Который повлек за собой страшные последствия. – Гутрум замолчал, Селена сверкнула опять глазищами. – Представь себе на секунду, что бы было, если бы Ева не пережила свою инициацию. Об этой особенности никто не знал верно?
– Верно… – Гутрум призадумался.
– А он знал с самого начала, что неосторожная страсть погубит ее и берег от всех и самое главное от самого себя. Ты можешь себе представить, что почувствовал король, когда очнулся от дурмана? Думаешь он позволил бы ей просто уйти в изгнание?
– Нет… Не позволил бы… Если ее сумасшествием воспользовались раз, значит есть опасность воспользоваться и другой.
– Вот видишь? Я ей еще услугу сделала… – Селена намеревалась уйти, но остановилась и все же произнесла тихо.
– Я не хочу сойти с ума от ревности, как эта глупая девица. Оставь меня в покои… Тем более ты ясно дал понять еще тогда, что я для тебя значу не больше, чем та казарменная девка.
– Да Боги с тобой! Даже короли ошибаются! Я был просто зол и очень болен, не в себе! Дай хотя бы шанс обьясниться! – Та замерла снова, сама не знала почему. Только что хотела уйти и не слушать более ничего, но снова застыла. Он догнал ее и повернул к себе лицом, поспешно убрал руки. – Послушай, от ревности с ума сходят, если не добиваются взаимности. Но я хочу быть с тобой, твоя симпатия взаимна. Да было время, когда я дерзко полагал, что могу составить конкуренцию Рику. Лишь по тому, что Ева меня почувствовала однажды и я ее чувствовал. И ты далеко не первая, кто мне указывает на мое место, драконы ее охраняли даже не знаю своего родства. Видимо на инстинктах… Но дальше моего несбывшегося дерзкого желания, я не продвинулся. Она отшила меня сразу же. Потом я ушел на вылазку и застрял там. А после, сражался плечом к плечу с Риком, спасая друг-друга не разбирая, кто важнее из нас. Неужели думаешь, что я посмел бы влезть между ними с жалкими потугами? – Селена повернулась и снова прошипела.
– Ты-ы-ы-ы-ы-ы… смотрел на нее т-а-а-а-а-к…. Не просто смотре-е-е-е-е-л…. – Гутрум тоже разозлился, в глазах полыхал горячий, оранжевый огонь.
– Да смотрел! Смотрел шаатс тебя раздери женщина! Смотрел не только на нее, на них смотрел! Завидовал ему! По хорошему завидовал! По настоящему восхищался ею! Тебе знакомы такие чувства, когда понимаешь, что хочешь так же!? Хочешь, что бы даже время не могло встать между! Хочется чтобы к тебе жалась и заглядывала в глаза верная женщина! Но хочется своего! Своего счастья! А ты в тот вечер своим упреком неуместным, меня в грязь мордой! Будто я конченый ублюдок! Возьму и влезу потешить себя! Я разозлился тогда на тебя прости! Прости! Прости! Сколько мне сказать тебе еще! Я в том состоянии не распознал сразу, что мое счастье рядом…. Мне безумно нравишься ты Селена, а не Ева. – Она ошарашено смотрела в пылающие глаза, Гутрум нависал над ней и жестикулировал.
– Хорошо поешь о счастье о симпатии…. – Совсем тихо и печально она начала отвечать. – Только знаешь? Я понимаю почему я притягиваю тебя…. И это не ко мне ты чувствуешь симпатию…
– Что?
– Я клялась ей на крови в верности, в наших традициях нужно испить кровь…. Во мне течет ее кровь. Она тебя притягивает, не я…. – Гутрум шумно выдохнул и рассмеялся.
– Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Ты невозможная женщина. Как ты дожила до стольких лет такой наивной и не понимая и отталкивая сильнейшие чувства. – Он подобрался еще ближе и склонился к ее лицу, взял его в ладони. – Я помню ее запах, тогда она пахла для меня снегом и морозной свежестью. Сейчас она пахнет просто парфюмом. Но ты…. Ты пахнешь терпкой зеленью и полевыми, нежными цветами…. – Он уже шептал ей в губы. – Несмотря на то, что ты дикая бунтарка… Хотя… Так и должно быть, полевые цветы растут в диком поле… – Он нежно поцеловал ее в уголок рта. – Селена отскочила от него, ей не чужда страсть и она давно не девица. Но спала так долго, а кровь в жилах горяча, кипит от желания и страсти. Своего мужчину она потеряла во время захвата народом игрессу. Сайкома жили же тихо и мирно, выбирали свою пару чуть ли не с детства. И старались быть достойны друг другу, не ведая лишних чувств. Таких как зависть, ненависть, ревность. Эти чувства проявились после многолетних страданий. Ни что иное так не воспитывает, не дисциплинирует и не заставляет быстро вырасти, как страдания. И сейчас, после многолетней спячки, Селена боялась всех этих чувств. Ей понравилось то, что сейчас сделал Гутрум. Но что не так? Она ведь хотела большего от него. Да хотела, но хотела просто утолить физический голод. Чувствовать ничего не хотела к нему, больше чем физическую тягу. А не выходит, в груди скрутился болезненный ком. Испугалась отпрянула, как последняя трусиха.
– Что ты! Делаешь!?
– Что я делаю? Целую тебя конечно. – Он ее снова поймал и притянул к себе, не давая ей опомнится впился страстным поцелуем. Не дал ей и шанса на побег, нагло ворвался в рот и своим языком властвовал и требовал отдачи. Она не хотела всяких там поцелуев, Селена просто хотела оседлать его и все тут. А он полез ей в рот, тут же укусила его клыками. Он зашипел от неожиданности, совсем забыл, что она клыкастая.
– С-с-с-с да что же такое! Дай мне шанс! – Он ее не отпускал, держал в руках.
– Шанс говоришь? – Она едва держалась на ногах от такого поцелуя и от тех чувств, что как вихрь налетели. Но так легко не может сдаться. А у огненного снова вспыхнули глаза с надеждой.
– Да… Шанс…Прошу тебя… Позволь мне быть рядом… Не прогоняй хотя бы…
– Хорошо… Я дам тебе шанс. Я не люблю мужчин слабее себя. Сразись со мной. Если одержишь победу, я дам его тебе. – Он опешил от такого заявления.
– Селена ты в своем уме? Сражаться за твое внимание, с тобой же? Это немыслимо!!!
– Почему же? Считаешь недостойной?
– Да ты… Да с кем угодно сразился бы, но с тобой?
– Я озвучила тебе условия! Не нравится? Катись к черту!!! – Она все же убежала, а Гутрум задумался кто такой черт. Кажется он слышал такое выражение от королевы. Но так никто и не знает кто же такой черт.
Тем же вечером в огненной ярости Гутрум отправился в «Сладкий сад». Сейчас так назывался бордель. Раньше он и назывался борделем и соответствовал названию. Конечно там были и элитные девочки и среднячок и конечно самые невзрачные. Стоимость была соответственна с девочкой. Но сейчас все по другому, Ева, как и обещала все же добралась и к этому заведению. С начала она его закрыла, девушек всех проверили на наличие болезней. Вылечили, здание отремонтировали, переименовали, девушки выбрали себе имена сами. В саду были и Лютики, и Хризантемы, и Василечки и Клубнички и много других сладких имен. В Сладком саду появились: администратор и охрана, для особо агрессивных гостей. Девушки преобразились и там не осталось невзрачных. Ценовая политика начинается с серебрушки. За любовь нужно дорого платить, пусть она и временна. Но и девушкам не просто обслуживать ненасытных вояк, да еще и зачастую горячих двуипостасных. Один раз в месяц в Сладком саду была неделя отдыха. С помощью волшебных капель, лекари смогли урегулировать у всех девушек лунные дни. И в течении этой же недели все они проходили целительский осмотр. Все же Ее Величество Еванджелия решила, раз не получится закрыть бордель. Все же воинов очень много и как бы не пришлось еще один открывать. То пусть эти заведения будут приличными, а может даже элитными. А не то что она застала, когда пришла внезапно в гости, убогий разносчик заразы. Вот так и обновился местный бордель.
Гутрум выбрал ту, что звала себя Клубничкой, хотя он отдал предпочтения «по жестче». Он безумно измучился и хотел сбросить напряжение. Просто хотел трахаться без прелюдий и был настроен именно на это. Селена выклевала ему мозг и не дала шанса. А если бы позволила ему ухаживать, он бы потерпел. Но в брюках уже не ослабевало совсем почти никогда. Она не выходила у него и головы. От злости и несговорчивости возлюбленной, решил пойти в этот Сладкий сад. Девушки тут были отменные, все изменилось, ему даже обстановка понравилась. Но вот с удовлетворением ему совсем не повезло. И совсем не понравилось, по тому, что он его не получил, как не старался. Боги свидетели и эта Клубничка он хотел, очень хотел получить разрядку.
Когда они уединились, физически Гутрум был готов, но вот морально. Едва они вошли в комнату он бросил девушку на постель, подтянул так, чтобы она стала на четвереньки. Стащил невесомые одежды, чем она прикрывала свое обнаженное тело. Вид открылся приятный, но он долго не мог пересилить себя прикоснуться.
– Эй ты что уснул там? – В нетерпении, стоя на четвереньках, девица повернулась к нему и повиляла задом. – Ты начнешь? – Гутрум очнулся и поморщился от брезгливости что ли. А чего он ожидал? Приличных речей? Этикета?
– И правда что я в самом деле…. – Пробухтел сам себе и шлепнул по заднице грубую Клубничку.
– Эй ты не платил за насилие! – Завозмущалась девица.
– Разве это насилие? Я заказывал девицу, что любит пожестче. Если не можешь терпеть я заменю тебя да и все. – Девица скрипнула зубами.
– Тогда может я сама тебя разогрею? – Она повернулась к нему всем телом и взялась за ремень.
– Попробуй… – Клубничка быстро справилась с его одеждой и была немного в шоке. Его тело еще не совсем оправилось. Если чувствовал себя хорошо, то шрамы по всему телу затягивались в последнюю очередь.
– Что такое? Не нравиться вид?
– Все нравится… – Прошептала та.
– Тогда принимайся за дело я уже давно готов. – И девица взялась за свое искусство. Но что бы она не делала, все было не так. Куда бы Гутрум ее не таранил всегда было не то. В итоге после непрерывного, грубого, четырехчасового секса ему надоело. Он просто вытащил свой член из клубнички и прикрыв глаза закончил все своей рукой, вспоминая фиалковые глаза. В сердцах матерясь на эту бездарную Клубничку, все приходится делать самому. И на его дикую гордячку, что никак не может простить ему насмешку.
Через неделю, Гутрум стоял в малом зале совещаний и просто сгорал от ярости. Рикхард сидел и хохотал вертя в руках кляузу.
– Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Как?! Как ты дожился до такого? – Ева пыталась заглянуть в клочок бумаги и хотела понять чего это ее муж так развеселился. Ведь он листал жалобы. Ей было жуть как интересно. Но Его Величество, не стесняясь никого присутствующих, горячо поцеловал свою любопытную красавицу. Потом мурлыкнул ей на ушко .
– Моя королева эта жалоба не для ваших прекрасных ушек. Мы завтра отправляемся на сьезд, разве вы не хотели закончить приготовления?
– Но… – Рик снова нежно поцеловал, только уже ее пальчики на руках, не сводя с нее глаз. Взгляд синих, ночных небес. Она просто таяла от такого взгляда и кажется он знал об этом. Бессовестно пользовался этим, когда ему нужно было ее покорность.
– Возьмите с собой леди Селену и отправляйтесь, тут больше нет ничего важного… – Ева поняла, что смысла перечить сейчас нет. Она грациозно поднялась вместе с Селеной. Та и вовсе сидела как воды набрала в рот в присутствии Гутрума. Они быстро покинули зал и едва дверь за ними закрыли Рикхард снова рассмеялся.
– Да что там за жалоба? Ваше Величество? – Гутрум злился по тому, что по закону, тот на кого жалобу подали должен стоять перед всеми до разрешения конфликта. А Его Величество поднял Гутрума с самого начала совещания и просто иногда посмеивался, глядя на него. А сейчас просто ржал и сжимал бумажку в руке, вытирая выступившие слезы веселья. – Ваше Величество могу я наконец-то узнать кто написал жалобу на меня и как я могу это исправить? – Рикхард расправил бумаженцию и стал зачитывать.
« Ваша Милость! Дражайшая и всеми любимая наша королева Еванджелия. Вы вытащили нас из самой погибели. И навели порядок в саду, но все же есть еще бессовестные нарушители порядка. Вчера ко мне на прием пришел огненный маг со страшными оранжевыми глазищами и шрамами по всему телу. Это особенные приметы мага. Он был со мной груб и ударил меня, сказал, что заплатил за это. Я храбро стерпела. А потом в грубой форме брал меня во все подходящие для этого места и неподходящие. А после всех мучений и испытаний он грубо выругался на меня. Но я снова стерпела и не это меня возмутило. После всего, что он сделал со мной, я совершенно без сил проспала до следующего дня. И что на следующий день узнаю? Представьте, что этот скряга еще и половину оплаты забрал! Я просто в ужасе. Вы можете все легко проверить, записи у нас ведутся. Покорнейше прошу Вас наказать нарушителя закона.
С любовью и уважением, ваша преданная подданная Клубничка»
После прочтения жалобы в зале ржали все до единого мужчины, а Гутрум просто горел уже, праведным оранжевым огнем.
– Ну-ну. Тише нарушитель, тише, спалишь мне тут все. – Пошутил Рикхард. – Ну? Что скажешь скряга? Как посмел забрать половину оплаты?
– Я не забирал! – Взревел тот. Клубничка! – Выплюнул словно обзывалку огненный.
– Ну так что там получилось? Ты был груб? Ударил? И облюбовал все места?
– О н-е-е-е-б-о-о-о! Я действительно должен подробности говорить?
– Ну если хочешь примериться с ней, то да. – Гутрум нахмурился. – Гутрум ты ведь знаешь, что Сладкий сад находится под покровительством моей королевы. В то время, как на всей Ценарии наоборот. В любом другом королевстве всегда мужчина покровитель таких заведений.
– К чему вы ведете? – Гутрум посчитал нужным быть на официозе на всякий случай.
– Я к тому, что эту нелепую жалобу я перехватил случайно. И дал ей просочится дальше. А всеми поверхностными делами, которые относятся к королеве, занимается Селена. А если дело серьезное и требует присутствия Ее Величества, она передает дело ей.
– Я понял, благодарю Вас…
– Ну? Я жду, что ты не поделил с…. Клубничкой. – Рикхард из уважения к своей возлюбленной не стал называть женщину плохими словами. А Гутрум вздохнул и понял, что не отделается.
– Я ничего не забирал, туда столько времени не ходил… Не знал их новых правил… А на утро пришла записка от администратора и половина денег, что я уплатил. Там было сказано, что по правилам заведения половина платы возвращается, поскольку гость ушел недоволен. Но время девушки было потрачено и старания нужно оплатить. По этому… Я вовсе не скряга и не забирал деньги. – Гутрум вздохнул. – Поверить не могу, она еще и жалобу накатала.
– Так ты же пожаловался, что не доволен.
– Я не жаловался… Э-э-э…
– Чего завис?
– Меня на выходе спросили доволен ли я. Я рявкнул, что она не справилась. В тот момент я не знал, что этими слова переполовиню ее заработок.
– А она и правда не справилась?
– Нет… Не справилась… В тот вечер я поссорился с Селеной…
– И пошел в бордель?
– А что мне еще делать? Шаатс бы побрал эту женщину! Она ничего не воспринимает, совсем. Чтобы я не делал, отталкивает и все тут. – И тут его понесло. – А в тот вечер и вовсе заявила мне, чтобы я сразился с ней, если я ее одолею, то шанс она мне даст. Тролева задница! Сражаться с женщиной за ее же внимание! Я такой херни в жизни не встречал! Я был не просто зол.
– Да была… Безусловно… Только я слышал твою речь тем вечером, ты заставила ее поверить в собственную смерть при любых обстоятельствах. Ты избавилась от нее изящно и страшно…
– Я не заставляла ее верить, я показала ей, что она в любом случае заплатит за гнусный поступок. Который повлек за собой страшные последствия. – Гутрум замолчал, Селена сверкнула опять глазищами. – Представь себе на секунду, что бы было, если бы Ева не пережила свою инициацию. Об этой особенности никто не знал верно?
– Верно… – Гутрум призадумался.
– А он знал с самого начала, что неосторожная страсть погубит ее и берег от всех и самое главное от самого себя. Ты можешь себе представить, что почувствовал король, когда очнулся от дурмана? Думаешь он позволил бы ей просто уйти в изгнание?
– Нет… Не позволил бы… Если ее сумасшествием воспользовались раз, значит есть опасность воспользоваться и другой.
– Вот видишь? Я ей еще услугу сделала… – Селена намеревалась уйти, но остановилась и все же произнесла тихо.
– Я не хочу сойти с ума от ревности, как эта глупая девица. Оставь меня в покои… Тем более ты ясно дал понять еще тогда, что я для тебя значу не больше, чем та казарменная девка.
– Да Боги с тобой! Даже короли ошибаются! Я был просто зол и очень болен, не в себе! Дай хотя бы шанс обьясниться! – Та замерла снова, сама не знала почему. Только что хотела уйти и не слушать более ничего, но снова застыла. Он догнал ее и повернул к себе лицом, поспешно убрал руки. – Послушай, от ревности с ума сходят, если не добиваются взаимности. Но я хочу быть с тобой, твоя симпатия взаимна. Да было время, когда я дерзко полагал, что могу составить конкуренцию Рику. Лишь по тому, что Ева меня почувствовала однажды и я ее чувствовал. И ты далеко не первая, кто мне указывает на мое место, драконы ее охраняли даже не знаю своего родства. Видимо на инстинктах… Но дальше моего несбывшегося дерзкого желания, я не продвинулся. Она отшила меня сразу же. Потом я ушел на вылазку и застрял там. А после, сражался плечом к плечу с Риком, спасая друг-друга не разбирая, кто важнее из нас. Неужели думаешь, что я посмел бы влезть между ними с жалкими потугами? – Селена повернулась и снова прошипела.
– Ты-ы-ы-ы-ы-ы… смотрел на нее т-а-а-а-а-к…. Не просто смотре-е-е-е-е-л…. – Гутрум тоже разозлился, в глазах полыхал горячий, оранжевый огонь.
– Да смотрел! Смотрел шаатс тебя раздери женщина! Смотрел не только на нее, на них смотрел! Завидовал ему! По хорошему завидовал! По настоящему восхищался ею! Тебе знакомы такие чувства, когда понимаешь, что хочешь так же!? Хочешь, что бы даже время не могло встать между! Хочется чтобы к тебе жалась и заглядывала в глаза верная женщина! Но хочется своего! Своего счастья! А ты в тот вечер своим упреком неуместным, меня в грязь мордой! Будто я конченый ублюдок! Возьму и влезу потешить себя! Я разозлился тогда на тебя прости! Прости! Прости! Сколько мне сказать тебе еще! Я в том состоянии не распознал сразу, что мое счастье рядом…. Мне безумно нравишься ты Селена, а не Ева. – Она ошарашено смотрела в пылающие глаза, Гутрум нависал над ней и жестикулировал.
– Хорошо поешь о счастье о симпатии…. – Совсем тихо и печально она начала отвечать. – Только знаешь? Я понимаю почему я притягиваю тебя…. И это не ко мне ты чувствуешь симпатию…
– Что?
– Я клялась ей на крови в верности, в наших традициях нужно испить кровь…. Во мне течет ее кровь. Она тебя притягивает, не я…. – Гутрум шумно выдохнул и рассмеялся.
– Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Ты невозможная женщина. Как ты дожила до стольких лет такой наивной и не понимая и отталкивая сильнейшие чувства. – Он подобрался еще ближе и склонился к ее лицу, взял его в ладони. – Я помню ее запах, тогда она пахла для меня снегом и морозной свежестью. Сейчас она пахнет просто парфюмом. Но ты…. Ты пахнешь терпкой зеленью и полевыми, нежными цветами…. – Он уже шептал ей в губы. – Несмотря на то, что ты дикая бунтарка… Хотя… Так и должно быть, полевые цветы растут в диком поле… – Он нежно поцеловал ее в уголок рта. – Селена отскочила от него, ей не чужда страсть и она давно не девица. Но спала так долго, а кровь в жилах горяча, кипит от желания и страсти. Своего мужчину она потеряла во время захвата народом игрессу. Сайкома жили же тихо и мирно, выбирали свою пару чуть ли не с детства. И старались быть достойны друг другу, не ведая лишних чувств. Таких как зависть, ненависть, ревность. Эти чувства проявились после многолетних страданий. Ни что иное так не воспитывает, не дисциплинирует и не заставляет быстро вырасти, как страдания. И сейчас, после многолетней спячки, Селена боялась всех этих чувств. Ей понравилось то, что сейчас сделал Гутрум. Но что не так? Она ведь хотела большего от него. Да хотела, но хотела просто утолить физический голод. Чувствовать ничего не хотела к нему, больше чем физическую тягу. А не выходит, в груди скрутился болезненный ком. Испугалась отпрянула, как последняя трусиха.
– Что ты! Делаешь!?
– Что я делаю? Целую тебя конечно. – Он ее снова поймал и притянул к себе, не давая ей опомнится впился страстным поцелуем. Не дал ей и шанса на побег, нагло ворвался в рот и своим языком властвовал и требовал отдачи. Она не хотела всяких там поцелуев, Селена просто хотела оседлать его и все тут. А он полез ей в рот, тут же укусила его клыками. Он зашипел от неожиданности, совсем забыл, что она клыкастая.
– С-с-с-с да что же такое! Дай мне шанс! – Он ее не отпускал, держал в руках.
– Шанс говоришь? – Она едва держалась на ногах от такого поцелуя и от тех чувств, что как вихрь налетели. Но так легко не может сдаться. А у огненного снова вспыхнули глаза с надеждой.
– Да… Шанс…Прошу тебя… Позволь мне быть рядом… Не прогоняй хотя бы…
– Хорошо… Я дам тебе шанс. Я не люблю мужчин слабее себя. Сразись со мной. Если одержишь победу, я дам его тебе. – Он опешил от такого заявления.
– Селена ты в своем уме? Сражаться за твое внимание, с тобой же? Это немыслимо!!!
– Почему же? Считаешь недостойной?
– Да ты… Да с кем угодно сразился бы, но с тобой?
– Я озвучила тебе условия! Не нравится? Катись к черту!!! – Она все же убежала, а Гутрум задумался кто такой черт. Кажется он слышал такое выражение от королевы. Но так никто и не знает кто же такой черт.
Тем же вечером в огненной ярости Гутрум отправился в «Сладкий сад». Сейчас так назывался бордель. Раньше он и назывался борделем и соответствовал названию. Конечно там были и элитные девочки и среднячок и конечно самые невзрачные. Стоимость была соответственна с девочкой. Но сейчас все по другому, Ева, как и обещала все же добралась и к этому заведению. С начала она его закрыла, девушек всех проверили на наличие болезней. Вылечили, здание отремонтировали, переименовали, девушки выбрали себе имена сами. В саду были и Лютики, и Хризантемы, и Василечки и Клубнички и много других сладких имен. В Сладком саду появились: администратор и охрана, для особо агрессивных гостей. Девушки преобразились и там не осталось невзрачных. Ценовая политика начинается с серебрушки. За любовь нужно дорого платить, пусть она и временна. Но и девушкам не просто обслуживать ненасытных вояк, да еще и зачастую горячих двуипостасных. Один раз в месяц в Сладком саду была неделя отдыха. С помощью волшебных капель, лекари смогли урегулировать у всех девушек лунные дни. И в течении этой же недели все они проходили целительский осмотр. Все же Ее Величество Еванджелия решила, раз не получится закрыть бордель. Все же воинов очень много и как бы не пришлось еще один открывать. То пусть эти заведения будут приличными, а может даже элитными. А не то что она застала, когда пришла внезапно в гости, убогий разносчик заразы. Вот так и обновился местный бордель.
Гутрум выбрал ту, что звала себя Клубничкой, хотя он отдал предпочтения «по жестче». Он безумно измучился и хотел сбросить напряжение. Просто хотел трахаться без прелюдий и был настроен именно на это. Селена выклевала ему мозг и не дала шанса. А если бы позволила ему ухаживать, он бы потерпел. Но в брюках уже не ослабевало совсем почти никогда. Она не выходила у него и головы. От злости и несговорчивости возлюбленной, решил пойти в этот Сладкий сад. Девушки тут были отменные, все изменилось, ему даже обстановка понравилась. Но вот с удовлетворением ему совсем не повезло. И совсем не понравилось, по тому, что он его не получил, как не старался. Боги свидетели и эта Клубничка он хотел, очень хотел получить разрядку.
Когда они уединились, физически Гутрум был готов, но вот морально. Едва они вошли в комнату он бросил девушку на постель, подтянул так, чтобы она стала на четвереньки. Стащил невесомые одежды, чем она прикрывала свое обнаженное тело. Вид открылся приятный, но он долго не мог пересилить себя прикоснуться.
– Эй ты что уснул там? – В нетерпении, стоя на четвереньках, девица повернулась к нему и повиляла задом. – Ты начнешь? – Гутрум очнулся и поморщился от брезгливости что ли. А чего он ожидал? Приличных речей? Этикета?
– И правда что я в самом деле…. – Пробухтел сам себе и шлепнул по заднице грубую Клубничку.
– Эй ты не платил за насилие! – Завозмущалась девица.
– Разве это насилие? Я заказывал девицу, что любит пожестче. Если не можешь терпеть я заменю тебя да и все. – Девица скрипнула зубами.
– Тогда может я сама тебя разогрею? – Она повернулась к нему всем телом и взялась за ремень.
– Попробуй… – Клубничка быстро справилась с его одеждой и была немного в шоке. Его тело еще не совсем оправилось. Если чувствовал себя хорошо, то шрамы по всему телу затягивались в последнюю очередь.
– Что такое? Не нравиться вид?
– Все нравится… – Прошептала та.
– Тогда принимайся за дело я уже давно готов. – И девица взялась за свое искусство. Но что бы она не делала, все было не так. Куда бы Гутрум ее не таранил всегда было не то. В итоге после непрерывного, грубого, четырехчасового секса ему надоело. Он просто вытащил свой член из клубнички и прикрыв глаза закончил все своей рукой, вспоминая фиалковые глаза. В сердцах матерясь на эту бездарную Клубничку, все приходится делать самому. И на его дикую гордячку, что никак не может простить ему насмешку.
Через неделю, Гутрум стоял в малом зале совещаний и просто сгорал от ярости. Рикхард сидел и хохотал вертя в руках кляузу.
– Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Как?! Как ты дожился до такого? – Ева пыталась заглянуть в клочок бумаги и хотела понять чего это ее муж так развеселился. Ведь он листал жалобы. Ей было жуть как интересно. Но Его Величество, не стесняясь никого присутствующих, горячо поцеловал свою любопытную красавицу. Потом мурлыкнул ей на ушко .
– Моя королева эта жалоба не для ваших прекрасных ушек. Мы завтра отправляемся на сьезд, разве вы не хотели закончить приготовления?
– Но… – Рик снова нежно поцеловал, только уже ее пальчики на руках, не сводя с нее глаз. Взгляд синих, ночных небес. Она просто таяла от такого взгляда и кажется он знал об этом. Бессовестно пользовался этим, когда ему нужно было ее покорность.
– Возьмите с собой леди Селену и отправляйтесь, тут больше нет ничего важного… – Ева поняла, что смысла перечить сейчас нет. Она грациозно поднялась вместе с Селеной. Та и вовсе сидела как воды набрала в рот в присутствии Гутрума. Они быстро покинули зал и едва дверь за ними закрыли Рикхард снова рассмеялся.
– Да что там за жалоба? Ваше Величество? – Гутрум злился по тому, что по закону, тот на кого жалобу подали должен стоять перед всеми до разрешения конфликта. А Его Величество поднял Гутрума с самого начала совещания и просто иногда посмеивался, глядя на него. А сейчас просто ржал и сжимал бумажку в руке, вытирая выступившие слезы веселья. – Ваше Величество могу я наконец-то узнать кто написал жалобу на меня и как я могу это исправить? – Рикхард расправил бумаженцию и стал зачитывать.
« Ваша Милость! Дражайшая и всеми любимая наша королева Еванджелия. Вы вытащили нас из самой погибели. И навели порядок в саду, но все же есть еще бессовестные нарушители порядка. Вчера ко мне на прием пришел огненный маг со страшными оранжевыми глазищами и шрамами по всему телу. Это особенные приметы мага. Он был со мной груб и ударил меня, сказал, что заплатил за это. Я храбро стерпела. А потом в грубой форме брал меня во все подходящие для этого места и неподходящие. А после всех мучений и испытаний он грубо выругался на меня. Но я снова стерпела и не это меня возмутило. После всего, что он сделал со мной, я совершенно без сил проспала до следующего дня. И что на следующий день узнаю? Представьте, что этот скряга еще и половину оплаты забрал! Я просто в ужасе. Вы можете все легко проверить, записи у нас ведутся. Покорнейше прошу Вас наказать нарушителя закона.
С любовью и уважением, ваша преданная подданная Клубничка»
После прочтения жалобы в зале ржали все до единого мужчины, а Гутрум просто горел уже, праведным оранжевым огнем.
– Ну-ну. Тише нарушитель, тише, спалишь мне тут все. – Пошутил Рикхард. – Ну? Что скажешь скряга? Как посмел забрать половину оплаты?
– Я не забирал! – Взревел тот. Клубничка! – Выплюнул словно обзывалку огненный.
– Ну так что там получилось? Ты был груб? Ударил? И облюбовал все места?
– О н-е-е-е-б-о-о-о! Я действительно должен подробности говорить?
– Ну если хочешь примериться с ней, то да. – Гутрум нахмурился. – Гутрум ты ведь знаешь, что Сладкий сад находится под покровительством моей королевы. В то время, как на всей Ценарии наоборот. В любом другом королевстве всегда мужчина покровитель таких заведений.
– К чему вы ведете? – Гутрум посчитал нужным быть на официозе на всякий случай.
– Я к тому, что эту нелепую жалобу я перехватил случайно. И дал ей просочится дальше. А всеми поверхностными делами, которые относятся к королеве, занимается Селена. А если дело серьезное и требует присутствия Ее Величества, она передает дело ей.
– Я понял, благодарю Вас…
– Ну? Я жду, что ты не поделил с…. Клубничкой. – Рикхард из уважения к своей возлюбленной не стал называть женщину плохими словами. А Гутрум вздохнул и понял, что не отделается.
– Я ничего не забирал, туда столько времени не ходил… Не знал их новых правил… А на утро пришла записка от администратора и половина денег, что я уплатил. Там было сказано, что по правилам заведения половина платы возвращается, поскольку гость ушел недоволен. Но время девушки было потрачено и старания нужно оплатить. По этому… Я вовсе не скряга и не забирал деньги. – Гутрум вздохнул. – Поверить не могу, она еще и жалобу накатала.
– Так ты же пожаловался, что не доволен.
– Я не жаловался… Э-э-э…
– Чего завис?
– Меня на выходе спросили доволен ли я. Я рявкнул, что она не справилась. В тот момент я не знал, что этими слова переполовиню ее заработок.
– А она и правда не справилась?
– Нет… Не справилась… В тот вечер я поссорился с Селеной…
– И пошел в бордель?
– А что мне еще делать? Шаатс бы побрал эту женщину! Она ничего не воспринимает, совсем. Чтобы я не делал, отталкивает и все тут. – И тут его понесло. – А в тот вечер и вовсе заявила мне, чтобы я сразился с ней, если я ее одолею, то шанс она мне даст. Тролева задница! Сражаться с женщиной за ее же внимание! Я такой херни в жизни не встречал! Я был не просто зол.
