- Это я.
Дверь открылась почти сразу. Возникший на пороге Кентон выглядел немного удивлённым и, казалось, был не слишком рад меня видеть.
- Заходи, - тем не менее произнёс он бесцветным голосом и посторонился, пропуская меня внутрь.
Маленькая комната, с простой, бедной мебелью, но чисто убранная; кровать, двухстворчатый шкаф, одинокий грубо сколоченный стул, в углу - умывальник; низкий потолок. Каково это - находиться в таком месте, пусть даже всего несколько дней, когда привык жить в роскошном особняке, со штатом слуг, ни в чём не зная недостатка?
- Не замок, - развёл руками он, должно быть, проследив за моим взглядом.
- Ну, зато в замке значительно холоднее, - рассудительно заметила я, пожимая плечами.
- Это правда?
Кентон смотрел на меня жёстким, хмурым взглядом.
- Что правда? То, что в замках безумно холодно?
- Нет. То, что ты собираешься проверить это сегодня в обществе Рейвена.
Ах, вот оно что. Оказывается, Гай умеет слушать. И бегать. Не умеет, правда, делать выводы, но ничего, он ещё совсем мальчик, со временем научится. Надо же, никогда бы не подумала, что о месте своего укрытия Кентон известит именно его.
- Правда, - просто ответила я.
- И ты идёшь к нему сама?
Я с усмешкой кивнула.
- Абсолютно. Силой меня никто не тащит, и даже к лошадиному хвосту привязывать не собираются.
- Понятно, - кивнул в свою очередь он. - И для чего в таком случае ты пришла сюда? Хочешь сообщить мне, что можешь в пылу страсти не удержаться и рассказать Рейвену, где я нахожусь? Я тронут такой заботой.
Да, так у нас разговора не получится. Вот только я пришла сюда не за разговорами.
- Ты говорил, что примешь меня в любое время дня и ночи, - напомнила я, чётко выговаривая слова и пристально глядя ему в глаза.
Если сейчас станет делать вид, что не помнит, о какой цели визита тогда шла речь, или начнёт отговаривать, или выяснять отношения, то я просто развернусь и уйду.
Но он не стал. Подошёл ко мне почти вплотную. Не моргая, встретил мой взгляд. А потом обхватил за плечи, впился губами в мои губы и подтолкнул к внезапно оказавшейся так близко кровати. На постель мы упали одновременно. Кажется, кровать оказалась довольно-таки жёсткой; впрочем, я помню это не слишком отчётливо. Кентон не дал мне возможности сосредоточиться на подобных вещах, гладя мои волосы, плечи, руки, покрывая поцелуями лицо. Потом, соскользнув с кровати, быстро стянул с моих ног короткие кожаные сапожки и отбросил их в сторону. Всё ещё стоя на полу, опираясь на одно колено, поцеловал мою щиколотку. Я села на постели и, обхватив его плечи, затащила обратно в кровать. Кентон принялся стягивать с меня платье; я изогнулась, помогая поскорее избавиться от этого ненужного предмета; он снова жарко поцеловал меня в губы, ещё прежде, чем мои руки окончательно выскользнули из рукавов. Оставшись в светло-голубом нижнем белье из плотной кружевной ткани, я всерьёз принялась за одежду Кентона. Быстро разделавшись с рубашкой и брюками, вернула его к тому же внешнему виду, что и в давешней ванной. Только на этот раз не нужно было притворяться, будто меня это нисколечки не интересует. Крылья за спиной при беглом осмотре так и не обнаружились, но, честно говоря, мне было глубоко на это наплевать.
Вполне натренированными движениями Кентон расстегнул крючочки корсета и осторожно, будто это было произведение искусства, положил его в сторону. А потом впился губами в мою грудь. Опираясь о кровать локтями, я откинула голову назад и тихо застонала, когда он принялся ласкать сосок языком. По телу побежали всё более настойчивые волны жара. Подтянувшись на руках, Кентон приблизил своё лицо к моему, навис надо мной, раздвигая мне ноги своими коленями, а потом крепко сжал в объятиях... И не выпускал до тех пор, пока я со стоном блаженства не рухнула головой на подушку.
А ведь я приходила сюда вовсе не ради удовольствия. А зачем...да трудно сказать, зачем. То ли для того, чтобы досадить Рейвену, то ли чтобы было что вспомнить, крепко зажмурившись сегодняшней ночью. Я повернулась набок и уткнулась носом в разгорячённое плечо Кентона. И почувствовала, как он поцеловал меня в макушку.
- Поехали со мной, - сказал он, обнимая меня за плечи.
Я улыбнулась. Раньше я никуда ехать не хотела, а теперь было слишком поздно. Но мне было приятно, что он это предложил. Хотя на самом деле что тут такого? Не замуж ведь зовёт.
- Не могу, - коротко вздохнула я в ответ.
Кентон немного отстранился и заглянул мне в лицо.
- Но ты же не собираешься идти сегодня к Рейвену? - нахмурился он.
- Почему? Собираюсь, конечно, - нехотя отозвалась я.
Ну, что тебе стоило ещё немного подождать с этой темой? Было так хорошо, а теперь всё в один миг закончилось.
- Собираешься? - недоверчиво переспросил Кентон. Взгляд его снова стал жёстким. - Тогда зачем ты пришла? Решила сравнить, кто из нас искуснее? Так будь добра, черкни мне хотя бы записку, чтобы я был в курсе.
Кисло ухмыльнувшись, я села на кровати и принялась застёгивать крючки корсета.
- Не беспокойся, - хмуро заверила я, - записка не понадобится. Могу заранее сказать, что ты лучше. А теперь мне пора.
Я опустила ноги на пол. Где там эти чёртовы сапожки?
- Подожди.
- Зачем? - пожала плечами я, не оборачиваясь.
Я собиралась встать - Бог с ним, с холодным полом, - но пальцы Кентона сомкнулись на моём запястье.
- Будет синяк, - холодно констатировала я, глядя в потолок. - И тебе опять придётся расплачиваться коктейлями. Станешь присылать их с другого конца королевства?
- Ты можешь всё объяснить, как нормальный человек? - желчно спросил он, не ослабляя хватки.
Я всё-таки обернулась. Надо же, а ему, оказывается, идёт ярость.
- Могу, но только зачем? От этого ничего не изменится.
- Посмотрим.
- Может быть, ты всё-таки отпустишь мою руку?
Кентон нехотя разжал пальцы. Я снова села на кровати, поджав ноги.
- Мои подруги, Тесс и Рози...вряд ли ты помнишь. Ты порадовал их бесплатной выпивкой тогда, в "Хмельном охотнике".
- Ну?
- Они у него в тюрьме. Он грозится их казнить через три дня, если за это время я к нему не приду.
Кентон выругался. Очень мудрёно, я бы даже сказала, высоко профессионально.
- Это часть вашего аристократического образования? - уважительно присвистнула я.
- Угадала. Гувернёры дают нам домашние задания - составлять новые грамматически правильные выражения.
- Вот теперь я готова поверить, что домашнее дворянское образование гораздо лучше академического. Нам на филологическом таких домашних заданий не давали, так что фактически мы вышли оттуда неучами. А ведь это гораздо интереснее иностранных языков. И полезнее. Меня, например, всегда поражал и одновременно восхищал тот факт, что слова с одним и тем же корнем могут означать как "очень хорошо", так и "очень плохо", в зависимости от используемых суффиксов и приставок...
- А если это пустая угроза?
- Не думаю. Что ему стоит казнить ещё двух женщин? Они не дворянки, так что резонанса на всю страну не будет.
- Всё равно, я тебя не отпущу.
- Кентон, это самые близкие мне люди. Одна из них беременна, ты понимаешь? Беременна! И так неизвестно, как отразится на ней вся эта история. А если дело дойдёт до казни, он убьёт не двоих, а троих. Нельзя отдавать их ему на растерзание.
- А тебя, значит, можно?
- При всём уважении это разные вещи. Их он убьёт, а меня - нет. Не скрою, это будет крайне неприятно, но это не смерть.
- Некоторые женщины считают, что это хуже.
- Ошибаются. Впрочем, в любом случае скоро я смогу сказать наверняка. Послушай, в конце-то концов, я же не девственница. У меня были мужчины, и не все они - по такой уж огромной любви. Так что ничего от меня не убудет. Сожму зубы и перетерплю. Во всяком случае, зажмурив глаза, мне будет что вспомнить. Зато после этого он, наконец-то, отвяжется от меня раз и навсегда. - Ноги затекли, и я поменяла положение, на этот раз обхватив руками колени. И продолжила смотреть в сторону, стараясь не встречаться с Кентоном взглядом. - Если после этого ты больше не захочешь иметь со мной дела, я отлично пойму.
- Нельзя ли с этого места поподробнее?
- Нельзя, - огрызнулась я. - Я всё понимаю, и точка. Мне бы тоже не хотелось иметь дело с вещью, которой предварительно воспользовался Рейвен.
Мне показалось, что сейчас он меня ударит.
- Сама не видишь, что происходит? - заорал Кентон. - Ты презираешь себя уже сейчас, только за то, что собираешься к нему пойти. Что же будет потом?
Я передёрнула плечами.
- Переживу.
- Хотя бы остынь и подожди ещё пару дней.
- Поздно. Я уже пообещала, что приду сегодня.
Да и потом, к чему растягивать агонию?
- И кто тянул тебя за язык?!
- Послушай, это бессмысленный разговор, - устало сказала я. - К тому же уже темнеет. Мне пора.
- Ага, так я тебя и отпустил, - фыркнул Кентон.
- Извини, конечно, думаю, ты догадываешься, что я совсем неплохо к тебе отношусь, но в данном случае тебя никто не спрашивает.
- Надеюсь, и ты в таком случае не обидишься, если я скажу, что твоё мнение по этому вопросу меня тоже мало интересует.
- И что теперь, ты привяжешь меня к кровати?
- Если понадобится, даже не задумываясь.
- И чем ты тогда лучше Рейвена? - вскинулась я.
- Считай, что не лучше, - пожал плечами он. - Вопрос с крыльями мы, кажется, уже обсуждали. Давай лучше сперва проверим, есть ли у твоей идеи с кроватью альтернативы.
- Например?
- Ты можешь заключить с Рейвеном сделку: он отказывается от тебя и отпускает твоих подруг, а ты даёшь ему возможность получить то, что ему нужнее.
- Не сочти за нескромность, но что же, по-твоему, ему нужно настолько сильно?
- Я.
- Шутки про мужеложство можем пропустить? - спросила я, сердито прищурившись.
- Желательно.
- За кого ты меня принимаешь? Тебя Рейвен точно убьёт!
- Это уже моя проблема.
- Ну, так меня такой вариант не устраивает.
- Не хочешь сотрудничать, я пойду к нему сам!
- Молодец, давай, иди. То-то он порадуется: получит и тебя, и меня!
- Хочешь предложить какой-нибудь другой выход?
- Да нет никакого выхода, - вздохнула я. - Существует только один человек, который может приструнить Рейвена. Это король. И он, как это ни странно, не горит желанием поспешить мне на помощь. Очень, кстати сказать, неблагородно с его стороны: ведь я даже собиралась взять у него интервью! Но если когда-нибудь тебе удастся убедить его поотрывать руки этому мерзавцу, моей благодарности не будет границ. В любом случае сейчас об этом бессмысленно даже говорить. Король в Фолкрейде, это в двух днях пути отсюда, так что даже если бы ты отправился прямо сейчас, и даже если бы Рауль согласился тебя выслушать, сколько на это потребуется времени? Неделя? Ну, пять дней, если окажется, что королю совсем уж больше нечем заняться, кроме как решать проблемы Торнсайдской прессы? В любом случае будет уже поздно. У меня никак не больше двух дней.
- Ладно, во всяком случае два часа у тебя есть? - мрачно спросил Кентон, поднимаясь с кровати.
- Два часа, наверное, ничего не меняют, а что?
- Я хочу, чтобы ты меня дождалась. У меня есть одно срочное дело, которое нельзя отменить. Я скоро вернусь, и тогда мы ещё раз всё обсудим. Хорошо?
Я пожала плечами. Оттягивать экзекуцию не хотелось, торопиться на неё - тоже.
- Не знаю, что ещё тут можно обсуждать, но если хочешь, я подожду.
- Вот и отлично.
Он уже натягивал на ноги сапоги, по-прежнему оставаясь обнажённым выше пояса. Я не без сожаления проследила взглядом за тем, как он облачился в извлечённую из шкафа рубашку, а затем совсем уж целомудренно накинул простую куртку из светло-коричневой кожи. Колет, будучи одеждой знати, привлекал бы к себе в этой части города ненужное внимание.
- Я скоро вернусь, - повторил напоследок Кентон и, бросив на меня один прощальный взгляд, вышел за дверь.
А потом я услышала, как провернулся ключ в замке.
- Эй, что за шутки?! - крикнула я, подскочив к двери.
- Прости, Абигайль. - С той стороны голос Кентона звучал приглушённо. - Ты никуда не пойдёшь.
- Выпусти меня немедленно! Тоже мне тюремщик-самоучка!
- Рейвен поставил перед тобой слишком жестокий выбор, - проговорил он, игнорируя мои восклицания. - Какое бы решение ты ни приняла, потом будешь раскаиваться. Поэтому я принимаю решение за тебя. Ты остаёшься здесь. Возможно, потом ты возненавидишь меня за последствия. Но это лучше, чем если ты возненавидишь саму себя.
- Ты слишком много на себя берёшь, - сказала я безо всякой злости, прислоняясь плечом к двери.
- Возможно, но мне не привыкать. Прости, но я действительно должен идти. Да, и чтобы сэкономить тебе силы. Не пытайся кричать. Здесь этим никого не удивишь. В этих краях люди предпочитают ни во что не вмешиваться. Так что на помощь всё равно никто не придёт. Выбраться через окно тоже не получится. Здесь третий этаж, гладкая стена, ты просто-напросто разобьёшься. Впрочем, нет, не разобьёшься: ставни в любом случае заклинило намертво. Так что просто посиди и по возможности спокойно дождись моего возвращения. Если хочешь, можешь составить список страшных кар, которым подвергнешь меня, когда я приду. Кажется, я готов буду простить тебе даже интервью.
Я стояла, облокотившись спиной о дверь, и со слабой улыбкой слушала удаляющийся шум шагов и негромкое поскрипывание старой лестницы. Милый мальчик. Нет, я совсем на тебя не сержусь. Наверное, я была бы счастлива, если бы всё могло решиться так просто. Если бы ты взял - и вот так, одним поворотом ключа, снял с меня всю ответственность. Но ты оказался чересчур наивным. Я нашла способ вытащить тебя из тех проклятых колодок. Неужели ты думаешь, что я не сумею справиться с каким-то несчастным ржавым замком?
Приведя в относительный порядок свой внешний вид, я извлекла из волос шпильку и привычным движением просунула её в замочную скважину.
К тому моменту, как я добралась, наконец, до замка, окончательно стемнело. С темнотой пришёл и холод: весна всё-таки, не лето. Я поплотнее укуталась в плащ. Месяц, уже не новорожденный, но всё ещё тонкий, освещал Стонридскую башню сквозь колеблющуюся дымку облаков, тем самым придавая ей ещё более мрачный вид, чем обычно. Впрочем, широкая башня Торнсайдского замка выглядела не намного более привлекательно.
Высоко подняв голову, я решительно зашагала навстречу неприятностям. Хотя, как выяснилось впоследствии, даже не подозревала на тот момент, каким именно.
В замок меня в очередной раз пропустили без вопросов и сразу же провели к графу. На этот раз в опочивальню. Лакей вполне почтительно распахнул передо мной дверь, но, стоило мне войти, практически мгновенно захлопнул её за спиной. Я невольно прислушалась, не щёлкнет ли затвор. Не щёлкнул. Но это и не нужно. Рассмотреть дежуривших в примыкающей комнате телохранителей было несложно, хоть они и не стояли по стойке смирно у двери, а с обманчивой расслабленностью расположились в стороне. Да и вообще, можно подумать, что оказавшись в замке, реально сбежать от его хозяина.
Я окинула взглядом опочивальню. Просторно, внушительно, шикарно. Старинные гобелены, каждый из которых наверняка стоит кучу денег, картины в тяжёлых рамах, вычурные канделябры.
Дверь открылась почти сразу. Возникший на пороге Кентон выглядел немного удивлённым и, казалось, был не слишком рад меня видеть.
- Заходи, - тем не менее произнёс он бесцветным голосом и посторонился, пропуская меня внутрь.
Маленькая комната, с простой, бедной мебелью, но чисто убранная; кровать, двухстворчатый шкаф, одинокий грубо сколоченный стул, в углу - умывальник; низкий потолок. Каково это - находиться в таком месте, пусть даже всего несколько дней, когда привык жить в роскошном особняке, со штатом слуг, ни в чём не зная недостатка?
- Не замок, - развёл руками он, должно быть, проследив за моим взглядом.
- Ну, зато в замке значительно холоднее, - рассудительно заметила я, пожимая плечами.
- Это правда?
Кентон смотрел на меня жёстким, хмурым взглядом.
- Что правда? То, что в замках безумно холодно?
- Нет. То, что ты собираешься проверить это сегодня в обществе Рейвена.
Ах, вот оно что. Оказывается, Гай умеет слушать. И бегать. Не умеет, правда, делать выводы, но ничего, он ещё совсем мальчик, со временем научится. Надо же, никогда бы не подумала, что о месте своего укрытия Кентон известит именно его.
- Правда, - просто ответила я.
- И ты идёшь к нему сама?
Я с усмешкой кивнула.
- Абсолютно. Силой меня никто не тащит, и даже к лошадиному хвосту привязывать не собираются.
- Понятно, - кивнул в свою очередь он. - И для чего в таком случае ты пришла сюда? Хочешь сообщить мне, что можешь в пылу страсти не удержаться и рассказать Рейвену, где я нахожусь? Я тронут такой заботой.
Да, так у нас разговора не получится. Вот только я пришла сюда не за разговорами.
- Ты говорил, что примешь меня в любое время дня и ночи, - напомнила я, чётко выговаривая слова и пристально глядя ему в глаза.
Если сейчас станет делать вид, что не помнит, о какой цели визита тогда шла речь, или начнёт отговаривать, или выяснять отношения, то я просто развернусь и уйду.
Но он не стал. Подошёл ко мне почти вплотную. Не моргая, встретил мой взгляд. А потом обхватил за плечи, впился губами в мои губы и подтолкнул к внезапно оказавшейся так близко кровати. На постель мы упали одновременно. Кажется, кровать оказалась довольно-таки жёсткой; впрочем, я помню это не слишком отчётливо. Кентон не дал мне возможности сосредоточиться на подобных вещах, гладя мои волосы, плечи, руки, покрывая поцелуями лицо. Потом, соскользнув с кровати, быстро стянул с моих ног короткие кожаные сапожки и отбросил их в сторону. Всё ещё стоя на полу, опираясь на одно колено, поцеловал мою щиколотку. Я села на постели и, обхватив его плечи, затащила обратно в кровать. Кентон принялся стягивать с меня платье; я изогнулась, помогая поскорее избавиться от этого ненужного предмета; он снова жарко поцеловал меня в губы, ещё прежде, чем мои руки окончательно выскользнули из рукавов. Оставшись в светло-голубом нижнем белье из плотной кружевной ткани, я всерьёз принялась за одежду Кентона. Быстро разделавшись с рубашкой и брюками, вернула его к тому же внешнему виду, что и в давешней ванной. Только на этот раз не нужно было притворяться, будто меня это нисколечки не интересует. Крылья за спиной при беглом осмотре так и не обнаружились, но, честно говоря, мне было глубоко на это наплевать.
Вполне натренированными движениями Кентон расстегнул крючочки корсета и осторожно, будто это было произведение искусства, положил его в сторону. А потом впился губами в мою грудь. Опираясь о кровать локтями, я откинула голову назад и тихо застонала, когда он принялся ласкать сосок языком. По телу побежали всё более настойчивые волны жара. Подтянувшись на руках, Кентон приблизил своё лицо к моему, навис надо мной, раздвигая мне ноги своими коленями, а потом крепко сжал в объятиях... И не выпускал до тех пор, пока я со стоном блаженства не рухнула головой на подушку.
А ведь я приходила сюда вовсе не ради удовольствия. А зачем...да трудно сказать, зачем. То ли для того, чтобы досадить Рейвену, то ли чтобы было что вспомнить, крепко зажмурившись сегодняшней ночью. Я повернулась набок и уткнулась носом в разгорячённое плечо Кентона. И почувствовала, как он поцеловал меня в макушку.
- Поехали со мной, - сказал он, обнимая меня за плечи.
Я улыбнулась. Раньше я никуда ехать не хотела, а теперь было слишком поздно. Но мне было приятно, что он это предложил. Хотя на самом деле что тут такого? Не замуж ведь зовёт.
- Не могу, - коротко вздохнула я в ответ.
Кентон немного отстранился и заглянул мне в лицо.
- Но ты же не собираешься идти сегодня к Рейвену? - нахмурился он.
- Почему? Собираюсь, конечно, - нехотя отозвалась я.
Ну, что тебе стоило ещё немного подождать с этой темой? Было так хорошо, а теперь всё в один миг закончилось.
- Собираешься? - недоверчиво переспросил Кентон. Взгляд его снова стал жёстким. - Тогда зачем ты пришла? Решила сравнить, кто из нас искуснее? Так будь добра, черкни мне хотя бы записку, чтобы я был в курсе.
Кисло ухмыльнувшись, я села на кровати и принялась застёгивать крючки корсета.
- Не беспокойся, - хмуро заверила я, - записка не понадобится. Могу заранее сказать, что ты лучше. А теперь мне пора.
Я опустила ноги на пол. Где там эти чёртовы сапожки?
- Подожди.
- Зачем? - пожала плечами я, не оборачиваясь.
Я собиралась встать - Бог с ним, с холодным полом, - но пальцы Кентона сомкнулись на моём запястье.
- Будет синяк, - холодно констатировала я, глядя в потолок. - И тебе опять придётся расплачиваться коктейлями. Станешь присылать их с другого конца королевства?
- Ты можешь всё объяснить, как нормальный человек? - желчно спросил он, не ослабляя хватки.
Я всё-таки обернулась. Надо же, а ему, оказывается, идёт ярость.
- Могу, но только зачем? От этого ничего не изменится.
- Посмотрим.
- Может быть, ты всё-таки отпустишь мою руку?
Кентон нехотя разжал пальцы. Я снова села на кровати, поджав ноги.
- Мои подруги, Тесс и Рози...вряд ли ты помнишь. Ты порадовал их бесплатной выпивкой тогда, в "Хмельном охотнике".
- Ну?
- Они у него в тюрьме. Он грозится их казнить через три дня, если за это время я к нему не приду.
Кентон выругался. Очень мудрёно, я бы даже сказала, высоко профессионально.
- Это часть вашего аристократического образования? - уважительно присвистнула я.
- Угадала. Гувернёры дают нам домашние задания - составлять новые грамматически правильные выражения.
- Вот теперь я готова поверить, что домашнее дворянское образование гораздо лучше академического. Нам на филологическом таких домашних заданий не давали, так что фактически мы вышли оттуда неучами. А ведь это гораздо интереснее иностранных языков. И полезнее. Меня, например, всегда поражал и одновременно восхищал тот факт, что слова с одним и тем же корнем могут означать как "очень хорошо", так и "очень плохо", в зависимости от используемых суффиксов и приставок...
- А если это пустая угроза?
- Не думаю. Что ему стоит казнить ещё двух женщин? Они не дворянки, так что резонанса на всю страну не будет.
- Всё равно, я тебя не отпущу.
- Кентон, это самые близкие мне люди. Одна из них беременна, ты понимаешь? Беременна! И так неизвестно, как отразится на ней вся эта история. А если дело дойдёт до казни, он убьёт не двоих, а троих. Нельзя отдавать их ему на растерзание.
- А тебя, значит, можно?
- При всём уважении это разные вещи. Их он убьёт, а меня - нет. Не скрою, это будет крайне неприятно, но это не смерть.
- Некоторые женщины считают, что это хуже.
- Ошибаются. Впрочем, в любом случае скоро я смогу сказать наверняка. Послушай, в конце-то концов, я же не девственница. У меня были мужчины, и не все они - по такой уж огромной любви. Так что ничего от меня не убудет. Сожму зубы и перетерплю. Во всяком случае, зажмурив глаза, мне будет что вспомнить. Зато после этого он, наконец-то, отвяжется от меня раз и навсегда. - Ноги затекли, и я поменяла положение, на этот раз обхватив руками колени. И продолжила смотреть в сторону, стараясь не встречаться с Кентоном взглядом. - Если после этого ты больше не захочешь иметь со мной дела, я отлично пойму.
- Нельзя ли с этого места поподробнее?
- Нельзя, - огрызнулась я. - Я всё понимаю, и точка. Мне бы тоже не хотелось иметь дело с вещью, которой предварительно воспользовался Рейвен.
Мне показалось, что сейчас он меня ударит.
- Сама не видишь, что происходит? - заорал Кентон. - Ты презираешь себя уже сейчас, только за то, что собираешься к нему пойти. Что же будет потом?
Я передёрнула плечами.
- Переживу.
- Хотя бы остынь и подожди ещё пару дней.
- Поздно. Я уже пообещала, что приду сегодня.
Да и потом, к чему растягивать агонию?
- И кто тянул тебя за язык?!
- Послушай, это бессмысленный разговор, - устало сказала я. - К тому же уже темнеет. Мне пора.
- Ага, так я тебя и отпустил, - фыркнул Кентон.
- Извини, конечно, думаю, ты догадываешься, что я совсем неплохо к тебе отношусь, но в данном случае тебя никто не спрашивает.
- Надеюсь, и ты в таком случае не обидишься, если я скажу, что твоё мнение по этому вопросу меня тоже мало интересует.
- И что теперь, ты привяжешь меня к кровати?
- Если понадобится, даже не задумываясь.
- И чем ты тогда лучше Рейвена? - вскинулась я.
- Считай, что не лучше, - пожал плечами он. - Вопрос с крыльями мы, кажется, уже обсуждали. Давай лучше сперва проверим, есть ли у твоей идеи с кроватью альтернативы.
- Например?
- Ты можешь заключить с Рейвеном сделку: он отказывается от тебя и отпускает твоих подруг, а ты даёшь ему возможность получить то, что ему нужнее.
- Не сочти за нескромность, но что же, по-твоему, ему нужно настолько сильно?
- Я.
- Шутки про мужеложство можем пропустить? - спросила я, сердито прищурившись.
- Желательно.
- За кого ты меня принимаешь? Тебя Рейвен точно убьёт!
- Это уже моя проблема.
- Ну, так меня такой вариант не устраивает.
- Не хочешь сотрудничать, я пойду к нему сам!
- Молодец, давай, иди. То-то он порадуется: получит и тебя, и меня!
- Хочешь предложить какой-нибудь другой выход?
- Да нет никакого выхода, - вздохнула я. - Существует только один человек, который может приструнить Рейвена. Это король. И он, как это ни странно, не горит желанием поспешить мне на помощь. Очень, кстати сказать, неблагородно с его стороны: ведь я даже собиралась взять у него интервью! Но если когда-нибудь тебе удастся убедить его поотрывать руки этому мерзавцу, моей благодарности не будет границ. В любом случае сейчас об этом бессмысленно даже говорить. Король в Фолкрейде, это в двух днях пути отсюда, так что даже если бы ты отправился прямо сейчас, и даже если бы Рауль согласился тебя выслушать, сколько на это потребуется времени? Неделя? Ну, пять дней, если окажется, что королю совсем уж больше нечем заняться, кроме как решать проблемы Торнсайдской прессы? В любом случае будет уже поздно. У меня никак не больше двух дней.
- Ладно, во всяком случае два часа у тебя есть? - мрачно спросил Кентон, поднимаясь с кровати.
- Два часа, наверное, ничего не меняют, а что?
- Я хочу, чтобы ты меня дождалась. У меня есть одно срочное дело, которое нельзя отменить. Я скоро вернусь, и тогда мы ещё раз всё обсудим. Хорошо?
Я пожала плечами. Оттягивать экзекуцию не хотелось, торопиться на неё - тоже.
- Не знаю, что ещё тут можно обсуждать, но если хочешь, я подожду.
- Вот и отлично.
Он уже натягивал на ноги сапоги, по-прежнему оставаясь обнажённым выше пояса. Я не без сожаления проследила взглядом за тем, как он облачился в извлечённую из шкафа рубашку, а затем совсем уж целомудренно накинул простую куртку из светло-коричневой кожи. Колет, будучи одеждой знати, привлекал бы к себе в этой части города ненужное внимание.
- Я скоро вернусь, - повторил напоследок Кентон и, бросив на меня один прощальный взгляд, вышел за дверь.
А потом я услышала, как провернулся ключ в замке.
- Эй, что за шутки?! - крикнула я, подскочив к двери.
- Прости, Абигайль. - С той стороны голос Кентона звучал приглушённо. - Ты никуда не пойдёшь.
- Выпусти меня немедленно! Тоже мне тюремщик-самоучка!
- Рейвен поставил перед тобой слишком жестокий выбор, - проговорил он, игнорируя мои восклицания. - Какое бы решение ты ни приняла, потом будешь раскаиваться. Поэтому я принимаю решение за тебя. Ты остаёшься здесь. Возможно, потом ты возненавидишь меня за последствия. Но это лучше, чем если ты возненавидишь саму себя.
- Ты слишком много на себя берёшь, - сказала я безо всякой злости, прислоняясь плечом к двери.
- Возможно, но мне не привыкать. Прости, но я действительно должен идти. Да, и чтобы сэкономить тебе силы. Не пытайся кричать. Здесь этим никого не удивишь. В этих краях люди предпочитают ни во что не вмешиваться. Так что на помощь всё равно никто не придёт. Выбраться через окно тоже не получится. Здесь третий этаж, гладкая стена, ты просто-напросто разобьёшься. Впрочем, нет, не разобьёшься: ставни в любом случае заклинило намертво. Так что просто посиди и по возможности спокойно дождись моего возвращения. Если хочешь, можешь составить список страшных кар, которым подвергнешь меня, когда я приду. Кажется, я готов буду простить тебе даже интервью.
Я стояла, облокотившись спиной о дверь, и со слабой улыбкой слушала удаляющийся шум шагов и негромкое поскрипывание старой лестницы. Милый мальчик. Нет, я совсем на тебя не сержусь. Наверное, я была бы счастлива, если бы всё могло решиться так просто. Если бы ты взял - и вот так, одним поворотом ключа, снял с меня всю ответственность. Но ты оказался чересчур наивным. Я нашла способ вытащить тебя из тех проклятых колодок. Неужели ты думаешь, что я не сумею справиться с каким-то несчастным ржавым замком?
Приведя в относительный порядок свой внешний вид, я извлекла из волос шпильку и привычным движением просунула её в замочную скважину.
Глава 13. Тюремные будни.
К тому моменту, как я добралась, наконец, до замка, окончательно стемнело. С темнотой пришёл и холод: весна всё-таки, не лето. Я поплотнее укуталась в плащ. Месяц, уже не новорожденный, но всё ещё тонкий, освещал Стонридскую башню сквозь колеблющуюся дымку облаков, тем самым придавая ей ещё более мрачный вид, чем обычно. Впрочем, широкая башня Торнсайдского замка выглядела не намного более привлекательно.
Высоко подняв голову, я решительно зашагала навстречу неприятностям. Хотя, как выяснилось впоследствии, даже не подозревала на тот момент, каким именно.
В замок меня в очередной раз пропустили без вопросов и сразу же провели к графу. На этот раз в опочивальню. Лакей вполне почтительно распахнул передо мной дверь, но, стоило мне войти, практически мгновенно захлопнул её за спиной. Я невольно прислушалась, не щёлкнет ли затвор. Не щёлкнул. Но это и не нужно. Рассмотреть дежуривших в примыкающей комнате телохранителей было несложно, хоть они и не стояли по стойке смирно у двери, а с обманчивой расслабленностью расположились в стороне. Да и вообще, можно подумать, что оказавшись в замке, реально сбежать от его хозяина.
Я окинула взглядом опочивальню. Просторно, внушительно, шикарно. Старинные гобелены, каждый из которых наверняка стоит кучу денег, картины в тяжёлых рамах, вычурные канделябры.
