- Спасибо.
Мы не виделись и не разговаривали с ним с того самого дня месяц назад. Я умышленно не тревожила его, дала время успокоиться и привести мысли в порядок.
Несмотря ни на что, не держала на него зла. Может быть, потому, что понимала его чувства как никто другой. И была благодарна за время, что мы были вместе.
По привычке открыв дверь своим ключом, я вошла в квартиру. Из гостиной доносился звук включенного телевизора. Детская песенка из мультфильма.
Недоуменно нахмурившись, я скользнула взглядом по полу в поисках моих сумок и увидела валяющуюся у моих ног плюшевую розовую свинку.
В этот момент в дверях гостиной показалась женская фигура. Но, увидев меня в прихожей, она тут же исчезла в комнате.
Яна.
Мы не виделись с ней три года, но я готова была поклясться, что это она.
Вот только что она здесь делала?.. Насколько я знала, она давно замужем и растит ребенка.
- Здравствуй, Мила, - навстречу мне из спальни вышел Майкл.
В белой спортивной майке и светло-серых домашних трико он выглядел бледнее обычного.
- Привет, - тихо поздоровалась я и удивленно вскинула брови, когда из гостиной послышался заливистый детский смех.
Наверное, я уже не имела права задавать ему какие-либо вопросы, но удержаться не смогла:
- Что происходит, Майкл? Там же Яна?..
Он сжал челюсти и посмотрел на меня долгим взглядом, словно решая для себя, достойна ли я того, чтобы откровенничать со мной.
- Выйдем? – указал на дверь.
Пропустив меня вперед, он вышел следом и неплотно прикрыл дверь.
- Так это она?
- Она.
- Почему они здесь? – задала я резонный вопрос.
- Они скрываются от ее мужа, - Майкл скрестил руки на груди и оперся бедрами на перила лестничного пролета.
В памяти всплыли обрывки фраз, взбудораженный шепот девчонок, обсуждающих личную жизнь Яны. Действительно, я что-то слышала о проблемах в ее семье, но, поскольку мы с ней никогда близко не общались, внимания на этом не заостряла.
- У нее серьезные проблемы?
- Да, - кивнул он, глядя на меня из-под нахмуренных светлых бровей, - он бил ее… Ее и… мою дочь…
Я глупо хохотнула, несколько раз моргнула и уставилась на него, силясь понять, в чем же прикол.
- Твою… кого?..
- Дочь.
Когда смысл сказанного им достиг, наконец, извилин моего мозга, я онемела.
Дочь?!
- У нас с Яной общий ребенок, Мила.
- Как так? – едва сумела выдавить я, - почему ты мне не рассказывал?!
- Сам пару недель назад узнал, когда она позвонила с просьбой о помощи.
- Сколько ей лет?.. Дочке твоей?
- Два года. Яна забеременела перед самым моим отъездом в Америку.
Ну, конечно! Я вспомнила тот вечер в баре, когда Майкл сообщил всем о своем отъезде. Она тогда сама не своя была и даже, кажется, плакала.
Дверь открылась, и к нам в подъезд вышла сама Яна. Она выглядела очень смущенной и обеспокоенной.
- Здравствуй, Мила, - негромко заговорила она.
- Привет.
- Мила, между нами с Майклом ничего не было, ты не подумай ничего такого…
- Зайди в квартиру, Яна, - не глядя на нее, ровно произнес он, - не лезь не в свое дело.
Девушка вспыхнула и судорожно втянула в себя воздух. Очевидно, его слова больно задели ее.
- Зачем ты так с ней? – спросила я, когда за ней закрылась дверь.
- Ты тоже не лезь не в свое дело, Мила. Мы как-нибудь без тебя разберемся.
- Хорошо, позволишь забрать вещи?
- Забирай… - пожал Майкл плечами, отходя, давая проход мне в квартиру.
Их оказалось не так много, как я думала. Всего три объемные сумки. Вытащив поочередно их в подъезд, я полезла в сумочку.
- Вот, забери…
Протянула ему помолвочное кольцо. Я нашла его тогда в квартире и сейчас была твердо намерена вернуть.
- Оставь себе…
- Не стоит разбрасываться такими вещами, Майкл.
- Оставь мне хоть каплю гордости, Мила, - с надрывом в голосе проговорил он, - пусть будет у тебя на память…
Почувствовав в сердце укол сожаления, я закусила нижнюю губу и опустила взгляд.
- Прости…
- Ты сейчас с ним?
- Нет.
Он исчез из моей жизни, как и обещал. Все вопросы, связанные с открытием филиала в его центре решались быстро и без проволочек, но без его участия.
- И кому ты сделала лучше?
- Нам, - тем не менее, уверенно ответила я, - невозможно всю жизнь бегать от себя…
- Может, ты и права… - взял в руки две моих сумки, - давай помогу…
- Да… спасибо…
Спустившись вниз, мы загрузили вещи в багажник такси. Водитель открыл передо мной дверцу, явно намекая, что устал ждать, но у меня был к Майклу еще один вопрос.
- Майкл… я хотела спросить… про пионы…
Он резко отвел взгляд и сунул руки в карманы трико.
Каждый год, что я жила в Новосибирске, в день моего рождения курьер приносил мне огромный букет нежно-розовых пионов. И в нем всегда была лишь записка со словами «С Любовью в День Рождения». Без подписи.
Три года я была уверена, что их присылал Майкл.
Пионы в середине января!!! Я безумно любила эти цветы и понять не могла, откуда он узнал об этом.
Думала, что курьер с благоухающей охапкой каждое утро моего Дня Рождения, - это наша милая традиция.
Но вчера мне принесли точно такой же букет в квартиру родителей с запиской – «С Любовью. Ник».
- Их Ник присылал… - признался Майкл, пиная носком кроссовка камушек.
- Почему ты молчал?!
- Не хотел бередить твою рану…
Горло стянуло болезненным спазмом. Я вспомнила, как радовалась всегда цветам, ждала именно этого букета, хотя обычно к торжеству Майкл приносил еще и розы.
- Мила, ты прости меня… - его голос звучал хрипло, - за то, что ударил… и вообще…
- Забудь…
- Все как в тумане было… Я сожалею…
- Я не в обиде, - перебила его, усаживаясь в машину.
- И еще… - он схватился за дверь, не давая мне закрыть ее, - он искал встречи с тобой… несколько раз мы встречались здесь с ним… я не позволял… Прости.
Я жутко нервничала. До открытия филиала агентства оставалось меньше суток. И, вроде бы, все готово, но внутри сидел страх, что в последний момент что-то пойдет не так.
Немного успокаивало лишь то, что Матильда все же согласилась прилететь заранее, не вечером, как договаривались раньше, а утром, чтобы самолично все перепроверить перед торжеством.
Последние дни мы были с ней на связи едва ли не 24 часа в сутки. Для этого мне даже пришлось приобрести наушник в ухо, чтобы переговоры с начальством не отвлекали от других важных дел.
К вечеру я совершенно выбивалась из сил, падая в кровать без задних ног. Только вот уснуть все равно получалось только под утро.
Я думала о Нике.
Думала, когда засыпала, когда просыпалась, принимала душ или ела.
И очень тосковала. Спустя три года он ворвался в мою жизнь, словно ураган, перевернул все с ног на голову и снова исчез.
Говнюк. Разве не должен он был бороться за мою любовь?! Ночевать под моей дверью, вымаливая прощение?! Почему я должна сходить с ума, гадая, где он сейчас и чем занимается?!
Я же люблю его! Теперь я это точно знаю! Моя любовь к нему безусловная, я люблю за то, что он это он… Все просто…
Совсем не так, как с Майклом. Наши с ним отношения – результат кропотливой работы и тяжелого труда.
Я, черт возьми, целый год училась любить его! Принимать и отдавать себя. Переслушала сотню тренингов, пока не смогла убедить себя, что наши чувства взаимны.
Училась получать удовольствие от секса с ним. Мы вместе искали мои эрогенные зоны, изучали техники эротического массажа и кунилингуса.
Дура… разве можно научиться быть счастливым?..
Зайдя вечером в квартиру, я бросила у порога бумажные пакеты из торгового центра и с глухим стоном повалилась в кресло.
В них были платье для завтрашнего торжественного мероприятия и туфли. Решив, что разберу их завтра, достала из кармана телефон.
Вот уже несколько дней я порывалась позвонить Нику. Поводов, связанных с работой, можно было найти дюжину, но что-то постоянно останавливало.
Я боялась сделать первый шаг. Боялась довериться ему. Но очень хотела поговорить.
На его имя был выписан пригласительный билет. Завтра мы встретимся… и поговорим…
Звонок в дверь отвлек меня от тоскливых размышлений. Мысленно чертыхаясь, я поплелась в прихожую.
По ту сторону двери стояла Милана.
Если бы увидела в глазке Моргинштерна – клянусь, я бы удивилась меньше.
Какого черта она здесь забыла?!
Пока я раздумывала, открывать или нет, звонок повторился. Я открыла дверь и, вопросительно подняв брови, встала на пороге.
- Привет… Я Милана…
- Я в курсе, - произнесла, продолжая давить на нее взглядом.
У меня не было причин испытывать к ней симпатию, а скалиться через силу я не собиралась.
- Впустишь?.. – замялась она, видимо, сбитая с толку моим воинственным настроем.
Немного поколебавшись, я отступила в сторону, позволяя девушке пройти в квартиру. Наверное, ей нелегко было решиться прийти ко мне, но если она здесь, значит, на то были причины.
Разувшись, она стала осматриваться по сторонам.
- Проходи, - кивнула я в сторону кухни.
Пока она шла по коридору, мне удалось незаметно рассмотреть ее. Со времени нашей последней встречи живот ее заметно подрос. Ей шла беременность. На щеках цвел румянец, густые распущенные волосы шелком покрывали спину, а она сама, как будто, вся светилась изнутри.
- Чай, кофе, вода? – скороговоркой проговорила я.
- Воды, если не сложно…
- Не сложно… - буркнула под нос, подавая ей стакан, - чем обязана?
Милана опустилась на стул и, сделав глоток воды, подняла на меня глаза.
- Я пришла извиниться.
- За что?
- Я чувствую свою вину за то, что вы с Ником не вместе.
Усмехнувшись, я тоже налила себе воды.
- С чего ты решила, что я нуждаюсь в твоих извинениях?..
- Просто мы с Робом улетаем завтра в Лондон… не хотелось бы оставлять здесь долгов… мне жаль, что вы не смогли понять друг друга…
- Он тебе что-то рассказывал? – мне стало неприятно от мысли, что Ник, возможно, до сих пор обсуждает с ней наши с ним отношения.
- Нет, - дернула она плечами, - но раз он уезжает, то это и так очевидно…
- Куда уезжает? – выдохнула я, чувствуя, как из-под ног уходит земля.
- В Москву. Ты не знала?..
- Зачем?
- Его отец послал… Они там еще один банк открывают…
- Какой, на хрен, банк?! Он же не собирался… а как же КейКей?..
- Центр выставлен на продажу по смешной цене, - пробив броню моей невозмутимости, Милана явно стала чувствовать себя увереннее. На губах ее гуляла легкая улыбка.
- Когда, говоришь, он уезжает?..
- Самолет сегодня ночью.
Резко отвернувшись от нее, я вцепилась двумя руками в край столешницы.
Сволочь. Слабак.
- Пусть катится… - прошипела со злостью.
К горлу поднялся огромный ком, мешающий полноценно дышать.
- Мила… он не знает, что делать со своими чувствами… он любит тебя… он три года тебя ждал…
- Пусть летит в свою Москву… - упрямо повторила я.
- Я не представляю, как сама смогла бы такое простить, - тихо прозвучал ее голос совсем рядом, - я бы не хотела оказаться на твоем месте…
- Как тебя твой муж простил?..
- Он не знает. У меня никогда не хватит смелости признаться, что я изменила ему тогда…
- Не рассказывай…
- Останови его, если не хочешь расстаться с ним еще на три года, - давила она.
Видя мои сомнения, продолжила:
- Мила, я знаю его с пеленок, но как он плачет, видела лишь однажды – когда ты уехала…
- Хорошо! – я рванула в прихожую, - вызывай такси…
- Я на машине! Мы с Робертом отвезем тебя!
Пока мы ехали, Милана продолжала трещать без умолку, словно проверяя на прочность мои нервы. Ее муж, безмятежно улыбаясь, за всю дорогу не вставил ни слова.
- А когда мы с Робом узнали, что он надумал продавать КейКей, мы вообще обалдели! Он ведь хотел его тебе подарить, столько души в него вложил…
- Чего? – ошарашенно переспросила я с заднего сидения.
- Я про КейКей… ты же знаешь, откуда такое название?
- Нет…
- КейКей, - закатила она глаза, - это твои инициалы!
- Моя фамилия Петрова, - хмыкнула я, - не сходиться…
- Камила Кадарова… - растянула она губы, - такая была у него мечта…
- Надеюсь, мы не опоздали, - встревоженно сказала Милана, глядя на крохотный циферблат золотых часиков.
- Говори код домофона, - потребовала я.
- 2028.
Чем ближе подходила к его дому, тем слабее становились колени. Я снова прибежала к нему. Снова готова умолять не бросать меня.
Жизнь ничему не учит меня. Но, черт возьми, я снова наступлю на горло своим принципам, лишь бы застать его дома.
Живот сводило от страха, что я опоздала.
Остановившись у двери его квартиры, я сделала несколько глубоких вдохов и нажала на кнопку звонка.
- Мила? – на пороге возник Ник, одетый в джинсы и черную кожаную куртку.
- А ты кого ждал?..
- Консьержа… - ошарашенно проговорил он, не пытаясь скрыть удивления, - войдешь?..
Сердце забухало, скача от горла к пяткам и обратно. Руки тряслись так, что пришлось их спрятать в задних карманах джинсов.
- Уезжаешь? – деланно равнодушным тоном поинтересовалась, кивком головы указывая на сумки у порога.
- Да… такси подъедет с минуты на минут.
- Куда?
- В Москву, - Ник остановился позади меня, - хочу помочь отцу с открытием…
- Надолго? – не дав договорить, перебила его.
- Как получится…
- Годика на три, да?! – не сдержав злости, развернулась и с размаху ударила кулаком в грудь.
Ник, не ожидавший такого, качнулся и поднял на меня растерянный взгляд.
- Подумаешь, - взревела я, нанося второй удар, - тремя годами больше… тремя годами меньше! Это же такая мелочь, Ник! Мы и заметить не успеем, как они пролетят!
- Я не могу быть здесь! – вдруг рявкнул он, на лету ловя мой третий кулак.
- И поэтому ты решил снова бросить меня?! Ты опять это делаешь, Ник! Ненавижу! Ненавижу! Сволочь! – орала я, колотя его по всему, до чего могли достать руки.
- Мила! Успокойся!
- Да пошел ты! Вали, куда хочешь! Может, найдешь себе какую-нибудь Милену в Москве! Будет тебе еще одна Мила… для коллекции.
- Да уймись ты, ненормальная! – хорошенько тряхнув меня за плечи, обхватил, лишая возможности двигаться.
В этот момент его, лежащий на тумбе, телефон булькнул входящим сообщением.
- Такси… - тихо произнес он, глянув на экран.
- Езжай.
Ник подцепил пальцами мой подбородок и поднял лицо к себе. Я почти не видела его, из глаз соленым потоком хлынули слезы.
- Мила… Я не смогу здесь остаться… Я не справился, понимаешь?! – прижал мое лицо к своей груди, - у меня нихрена не вышло…
- Уезжай, - выдавила, захлебываясь слезами.
- Мила, - зашептал на ухо, - либо я тебя всю с потрохами забираю, либо сваливаю.
- Сваливай, - прошипела злобно.
- Дура… - сдавленно выдохнул он перед тем, как впиться в мои губы.
Я жадно вцепилась в волосы, притягивая его голову еще ближе. Больно прикусила губу, а только потом впустила в рот его язык.
Руки Ника уже шарили по телу в поисках молний и пуговиц.
- Ты никуда не поедешь, понял?!
- Останови меня, любимая… - прошептал он на ухо, расстегивая и стягивая с меня джинсы.
Если это единственный способ, я готова…
Подхватив под ягодицы, Ник усадил меня на высокую тумбу и широко развел ноги.
- Ты точно уверена, Мила?.. – коснулся кончиком указательного пальца промежности через тонкую ткань трусиков, - моя до конца дней…
- Да… - громко застонала я, двигаясь за ускользающим пальцем.
- Вместе навсегда, - палец отодвинул полоску белья, - одна фамилия на двоих, - по телу прошелся поток нестерпимого жара, - трое детей.
Мы не виделись и не разговаривали с ним с того самого дня месяц назад. Я умышленно не тревожила его, дала время успокоиться и привести мысли в порядок.
Несмотря ни на что, не держала на него зла. Может быть, потому, что понимала его чувства как никто другой. И была благодарна за время, что мы были вместе.
По привычке открыв дверь своим ключом, я вошла в квартиру. Из гостиной доносился звук включенного телевизора. Детская песенка из мультфильма.
Недоуменно нахмурившись, я скользнула взглядом по полу в поисках моих сумок и увидела валяющуюся у моих ног плюшевую розовую свинку.
В этот момент в дверях гостиной показалась женская фигура. Но, увидев меня в прихожей, она тут же исчезла в комнате.
Яна.
Мы не виделись с ней три года, но я готова была поклясться, что это она.
Вот только что она здесь делала?.. Насколько я знала, она давно замужем и растит ребенка.
- Здравствуй, Мила, - навстречу мне из спальни вышел Майкл.
В белой спортивной майке и светло-серых домашних трико он выглядел бледнее обычного.
- Привет, - тихо поздоровалась я и удивленно вскинула брови, когда из гостиной послышался заливистый детский смех.
Наверное, я уже не имела права задавать ему какие-либо вопросы, но удержаться не смогла:
- Что происходит, Майкл? Там же Яна?..
Он сжал челюсти и посмотрел на меня долгим взглядом, словно решая для себя, достойна ли я того, чтобы откровенничать со мной.
- Выйдем? – указал на дверь.
Пропустив меня вперед, он вышел следом и неплотно прикрыл дверь.
- Так это она?
- Она.
- Почему они здесь? – задала я резонный вопрос.
- Они скрываются от ее мужа, - Майкл скрестил руки на груди и оперся бедрами на перила лестничного пролета.
В памяти всплыли обрывки фраз, взбудораженный шепот девчонок, обсуждающих личную жизнь Яны. Действительно, я что-то слышала о проблемах в ее семье, но, поскольку мы с ней никогда близко не общались, внимания на этом не заостряла.
- У нее серьезные проблемы?
- Да, - кивнул он, глядя на меня из-под нахмуренных светлых бровей, - он бил ее… Ее и… мою дочь…
Я глупо хохотнула, несколько раз моргнула и уставилась на него, силясь понять, в чем же прикол.
- Твою… кого?..
- Дочь.
Когда смысл сказанного им достиг, наконец, извилин моего мозга, я онемела.
Дочь?!
- У нас с Яной общий ребенок, Мила.
- Как так? – едва сумела выдавить я, - почему ты мне не рассказывал?!
- Сам пару недель назад узнал, когда она позвонила с просьбой о помощи.
- Сколько ей лет?.. Дочке твоей?
- Два года. Яна забеременела перед самым моим отъездом в Америку.
Ну, конечно! Я вспомнила тот вечер в баре, когда Майкл сообщил всем о своем отъезде. Она тогда сама не своя была и даже, кажется, плакала.
Дверь открылась, и к нам в подъезд вышла сама Яна. Она выглядела очень смущенной и обеспокоенной.
- Здравствуй, Мила, - негромко заговорила она.
- Привет.
- Мила, между нами с Майклом ничего не было, ты не подумай ничего такого…
- Зайди в квартиру, Яна, - не глядя на нее, ровно произнес он, - не лезь не в свое дело.
Девушка вспыхнула и судорожно втянула в себя воздух. Очевидно, его слова больно задели ее.
- Зачем ты так с ней? – спросила я, когда за ней закрылась дверь.
- Ты тоже не лезь не в свое дело, Мила. Мы как-нибудь без тебя разберемся.
- Хорошо, позволишь забрать вещи?
- Забирай… - пожал Майкл плечами, отходя, давая проход мне в квартиру.
Их оказалось не так много, как я думала. Всего три объемные сумки. Вытащив поочередно их в подъезд, я полезла в сумочку.
- Вот, забери…
Протянула ему помолвочное кольцо. Я нашла его тогда в квартире и сейчас была твердо намерена вернуть.
- Оставь себе…
- Не стоит разбрасываться такими вещами, Майкл.
- Оставь мне хоть каплю гордости, Мила, - с надрывом в голосе проговорил он, - пусть будет у тебя на память…
Почувствовав в сердце укол сожаления, я закусила нижнюю губу и опустила взгляд.
- Прости…
- Ты сейчас с ним?
- Нет.
Он исчез из моей жизни, как и обещал. Все вопросы, связанные с открытием филиала в его центре решались быстро и без проволочек, но без его участия.
- И кому ты сделала лучше?
- Нам, - тем не менее, уверенно ответила я, - невозможно всю жизнь бегать от себя…
- Может, ты и права… - взял в руки две моих сумки, - давай помогу…
- Да… спасибо…
Спустившись вниз, мы загрузили вещи в багажник такси. Водитель открыл передо мной дверцу, явно намекая, что устал ждать, но у меня был к Майклу еще один вопрос.
- Майкл… я хотела спросить… про пионы…
Он резко отвел взгляд и сунул руки в карманы трико.
Каждый год, что я жила в Новосибирске, в день моего рождения курьер приносил мне огромный букет нежно-розовых пионов. И в нем всегда была лишь записка со словами «С Любовью в День Рождения». Без подписи.
Три года я была уверена, что их присылал Майкл.
Пионы в середине января!!! Я безумно любила эти цветы и понять не могла, откуда он узнал об этом.
Думала, что курьер с благоухающей охапкой каждое утро моего Дня Рождения, - это наша милая традиция.
Но вчера мне принесли точно такой же букет в квартиру родителей с запиской – «С Любовью. Ник».
- Их Ник присылал… - признался Майкл, пиная носком кроссовка камушек.
- Почему ты молчал?!
- Не хотел бередить твою рану…
Горло стянуло болезненным спазмом. Я вспомнила, как радовалась всегда цветам, ждала именно этого букета, хотя обычно к торжеству Майкл приносил еще и розы.
- Мила, ты прости меня… - его голос звучал хрипло, - за то, что ударил… и вообще…
- Забудь…
- Все как в тумане было… Я сожалею…
- Я не в обиде, - перебила его, усаживаясь в машину.
- И еще… - он схватился за дверь, не давая мне закрыть ее, - он искал встречи с тобой… несколько раз мы встречались здесь с ним… я не позволял… Прости.
Глава 58.
Я жутко нервничала. До открытия филиала агентства оставалось меньше суток. И, вроде бы, все готово, но внутри сидел страх, что в последний момент что-то пойдет не так.
Немного успокаивало лишь то, что Матильда все же согласилась прилететь заранее, не вечером, как договаривались раньше, а утром, чтобы самолично все перепроверить перед торжеством.
Последние дни мы были с ней на связи едва ли не 24 часа в сутки. Для этого мне даже пришлось приобрести наушник в ухо, чтобы переговоры с начальством не отвлекали от других важных дел.
К вечеру я совершенно выбивалась из сил, падая в кровать без задних ног. Только вот уснуть все равно получалось только под утро.
Я думала о Нике.
Думала, когда засыпала, когда просыпалась, принимала душ или ела.
И очень тосковала. Спустя три года он ворвался в мою жизнь, словно ураган, перевернул все с ног на голову и снова исчез.
Говнюк. Разве не должен он был бороться за мою любовь?! Ночевать под моей дверью, вымаливая прощение?! Почему я должна сходить с ума, гадая, где он сейчас и чем занимается?!
Я же люблю его! Теперь я это точно знаю! Моя любовь к нему безусловная, я люблю за то, что он это он… Все просто…
Совсем не так, как с Майклом. Наши с ним отношения – результат кропотливой работы и тяжелого труда.
Я, черт возьми, целый год училась любить его! Принимать и отдавать себя. Переслушала сотню тренингов, пока не смогла убедить себя, что наши чувства взаимны.
Училась получать удовольствие от секса с ним. Мы вместе искали мои эрогенные зоны, изучали техники эротического массажа и кунилингуса.
Дура… разве можно научиться быть счастливым?..
Зайдя вечером в квартиру, я бросила у порога бумажные пакеты из торгового центра и с глухим стоном повалилась в кресло.
В них были платье для завтрашнего торжественного мероприятия и туфли. Решив, что разберу их завтра, достала из кармана телефон.
Вот уже несколько дней я порывалась позвонить Нику. Поводов, связанных с работой, можно было найти дюжину, но что-то постоянно останавливало.
Я боялась сделать первый шаг. Боялась довериться ему. Но очень хотела поговорить.
На его имя был выписан пригласительный билет. Завтра мы встретимся… и поговорим…
Звонок в дверь отвлек меня от тоскливых размышлений. Мысленно чертыхаясь, я поплелась в прихожую.
По ту сторону двери стояла Милана.
Если бы увидела в глазке Моргинштерна – клянусь, я бы удивилась меньше.
Какого черта она здесь забыла?!
Пока я раздумывала, открывать или нет, звонок повторился. Я открыла дверь и, вопросительно подняв брови, встала на пороге.
- Привет… Я Милана…
- Я в курсе, - произнесла, продолжая давить на нее взглядом.
У меня не было причин испытывать к ней симпатию, а скалиться через силу я не собиралась.
- Впустишь?.. – замялась она, видимо, сбитая с толку моим воинственным настроем.
Немного поколебавшись, я отступила в сторону, позволяя девушке пройти в квартиру. Наверное, ей нелегко было решиться прийти ко мне, но если она здесь, значит, на то были причины.
Разувшись, она стала осматриваться по сторонам.
- Проходи, - кивнула я в сторону кухни.
Пока она шла по коридору, мне удалось незаметно рассмотреть ее. Со времени нашей последней встречи живот ее заметно подрос. Ей шла беременность. На щеках цвел румянец, густые распущенные волосы шелком покрывали спину, а она сама, как будто, вся светилась изнутри.
- Чай, кофе, вода? – скороговоркой проговорила я.
- Воды, если не сложно…
- Не сложно… - буркнула под нос, подавая ей стакан, - чем обязана?
Милана опустилась на стул и, сделав глоток воды, подняла на меня глаза.
- Я пришла извиниться.
- За что?
- Я чувствую свою вину за то, что вы с Ником не вместе.
Усмехнувшись, я тоже налила себе воды.
- С чего ты решила, что я нуждаюсь в твоих извинениях?..
- Просто мы с Робом улетаем завтра в Лондон… не хотелось бы оставлять здесь долгов… мне жаль, что вы не смогли понять друг друга…
- Он тебе что-то рассказывал? – мне стало неприятно от мысли, что Ник, возможно, до сих пор обсуждает с ней наши с ним отношения.
- Нет, - дернула она плечами, - но раз он уезжает, то это и так очевидно…
- Куда уезжает? – выдохнула я, чувствуя, как из-под ног уходит земля.
- В Москву. Ты не знала?..
- Зачем?
- Его отец послал… Они там еще один банк открывают…
- Какой, на хрен, банк?! Он же не собирался… а как же КейКей?..
- Центр выставлен на продажу по смешной цене, - пробив броню моей невозмутимости, Милана явно стала чувствовать себя увереннее. На губах ее гуляла легкая улыбка.
- Когда, говоришь, он уезжает?..
- Самолет сегодня ночью.
Резко отвернувшись от нее, я вцепилась двумя руками в край столешницы.
Сволочь. Слабак.
- Пусть катится… - прошипела со злостью.
К горлу поднялся огромный ком, мешающий полноценно дышать.
- Мила… он не знает, что делать со своими чувствами… он любит тебя… он три года тебя ждал…
- Пусть летит в свою Москву… - упрямо повторила я.
- Я не представляю, как сама смогла бы такое простить, - тихо прозвучал ее голос совсем рядом, - я бы не хотела оказаться на твоем месте…
- Как тебя твой муж простил?..
- Он не знает. У меня никогда не хватит смелости признаться, что я изменила ему тогда…
- Не рассказывай…
- Останови его, если не хочешь расстаться с ним еще на три года, - давила она.
Видя мои сомнения, продолжила:
- Мила, я знаю его с пеленок, но как он плачет, видела лишь однажды – когда ты уехала…
- Хорошо! – я рванула в прихожую, - вызывай такси…
- Я на машине! Мы с Робертом отвезем тебя!
Пока мы ехали, Милана продолжала трещать без умолку, словно проверяя на прочность мои нервы. Ее муж, безмятежно улыбаясь, за всю дорогу не вставил ни слова.
- А когда мы с Робом узнали, что он надумал продавать КейКей, мы вообще обалдели! Он ведь хотел его тебе подарить, столько души в него вложил…
- Чего? – ошарашенно переспросила я с заднего сидения.
- Я про КейКей… ты же знаешь, откуда такое название?
- Нет…
- КейКей, - закатила она глаза, - это твои инициалы!
- Моя фамилия Петрова, - хмыкнула я, - не сходиться…
- Камила Кадарова… - растянула она губы, - такая была у него мечта…
Глава 59.
- Надеюсь, мы не опоздали, - встревоженно сказала Милана, глядя на крохотный циферблат золотых часиков.
- Говори код домофона, - потребовала я.
- 2028.
Чем ближе подходила к его дому, тем слабее становились колени. Я снова прибежала к нему. Снова готова умолять не бросать меня.
Жизнь ничему не учит меня. Но, черт возьми, я снова наступлю на горло своим принципам, лишь бы застать его дома.
Живот сводило от страха, что я опоздала.
Остановившись у двери его квартиры, я сделала несколько глубоких вдохов и нажала на кнопку звонка.
- Мила? – на пороге возник Ник, одетый в джинсы и черную кожаную куртку.
- А ты кого ждал?..
- Консьержа… - ошарашенно проговорил он, не пытаясь скрыть удивления, - войдешь?..
Сердце забухало, скача от горла к пяткам и обратно. Руки тряслись так, что пришлось их спрятать в задних карманах джинсов.
- Уезжаешь? – деланно равнодушным тоном поинтересовалась, кивком головы указывая на сумки у порога.
- Да… такси подъедет с минуты на минут.
- Куда?
- В Москву, - Ник остановился позади меня, - хочу помочь отцу с открытием…
- Надолго? – не дав договорить, перебила его.
- Как получится…
- Годика на три, да?! – не сдержав злости, развернулась и с размаху ударила кулаком в грудь.
Ник, не ожидавший такого, качнулся и поднял на меня растерянный взгляд.
- Подумаешь, - взревела я, нанося второй удар, - тремя годами больше… тремя годами меньше! Это же такая мелочь, Ник! Мы и заметить не успеем, как они пролетят!
- Я не могу быть здесь! – вдруг рявкнул он, на лету ловя мой третий кулак.
- И поэтому ты решил снова бросить меня?! Ты опять это делаешь, Ник! Ненавижу! Ненавижу! Сволочь! – орала я, колотя его по всему, до чего могли достать руки.
- Мила! Успокойся!
- Да пошел ты! Вали, куда хочешь! Может, найдешь себе какую-нибудь Милену в Москве! Будет тебе еще одна Мила… для коллекции.
- Да уймись ты, ненормальная! – хорошенько тряхнув меня за плечи, обхватил, лишая возможности двигаться.
В этот момент его, лежащий на тумбе, телефон булькнул входящим сообщением.
- Такси… - тихо произнес он, глянув на экран.
- Езжай.
Ник подцепил пальцами мой подбородок и поднял лицо к себе. Я почти не видела его, из глаз соленым потоком хлынули слезы.
- Мила… Я не смогу здесь остаться… Я не справился, понимаешь?! – прижал мое лицо к своей груди, - у меня нихрена не вышло…
- Уезжай, - выдавила, захлебываясь слезами.
- Мила, - зашептал на ухо, - либо я тебя всю с потрохами забираю, либо сваливаю.
- Сваливай, - прошипела злобно.
- Дура… - сдавленно выдохнул он перед тем, как впиться в мои губы.
Я жадно вцепилась в волосы, притягивая его голову еще ближе. Больно прикусила губу, а только потом впустила в рот его язык.
Руки Ника уже шарили по телу в поисках молний и пуговиц.
- Ты никуда не поедешь, понял?!
- Останови меня, любимая… - прошептал он на ухо, расстегивая и стягивая с меня джинсы.
Если это единственный способ, я готова…
Подхватив под ягодицы, Ник усадил меня на высокую тумбу и широко развел ноги.
- Ты точно уверена, Мила?.. – коснулся кончиком указательного пальца промежности через тонкую ткань трусиков, - моя до конца дней…
- Да… - громко застонала я, двигаясь за ускользающим пальцем.
- Вместе навсегда, - палец отодвинул полоску белья, - одна фамилия на двоих, - по телу прошелся поток нестерпимого жара, - трое детей.
