Ар разбудил его и заставил принять нас. Зашли. Хозяин-даккарец и все его женщины и даже дети сгрудились у стены. Ар вытащил всех без разбора. Зато можно быть уверенной, что больше в доме никого нет. Я отослала лишних.
Поставила мальчика на пол:
- Дэни, у тебя замечательные духи, но для маскировки нам временно нужно, чтобы ты не пах ничем. Хозяин покажет тебе здешнюю ванную. Просто вымойся.
Мальчик снова смотрит на меня удивлённо, как на неизлечимую сумасшедшую, но ни слова против.
Через полчаса он крутился у зеркала без косметики, волосы забраны в хвост обычным кожаным шнурком, тяжёлые военные ботинки, обычная даккарская одежда. Мимика его выдаёт, что наряд не нравится. Притворяться он не умеет. Но и послушанию обучен. Поэтому старается улыбаться и тихо смотрит на меня в хорошо читаемом ожидании ещё чего-нибудь ужасного.
Мне досталась очень странная жена. Вещи мои выбросили, телефон с компьютером сломали и выкинули, макияж, который Таси рисовал целый час, смыли. Одежду выдали какую-то балахонистую. У меня даже промелькнула мысль, что она чего-то опасается. Хотя странно, она такая сильная. На руках меня принесла сюда. Приятно! Меня на руках только фати носила, когда совсем малышом был. А тут я такой маленький, по сравнению с ней...
Я вздрогнул. Не заметил, как Лия сзади подошла. Она так бесшумно ходит. Мне даже казалось, что это я сегодня, как слон, топаю. Нет, женщины в этом доме тоже топают, а моя большая Лия ходит бесшумно, как пёрышко.
У неё имя красивое полное – Лиания. Это я иероглиф на груди прочитал. Лиания – это долгая равнина, открытая и безопасная местность. Певучее древне-неолетанское наречие. А ещё это одноуровневое имя. Просто Лиания, и ничего дальше. Как у Великих ами.
Она прижалась щекой к моей макушке:
- Тебе не нравится фасон?
Слабо сказано. Я в этой одежде такой широкий, и никаких намёков на талию. Штаны, как шаровары, да ещё и с карманами на бёдрах. Ни одного намёка на стройность и утончённость. Да и цвет – чёрный, без каких-либо ярких пятен. Я и так, сам по себе, чёрно-серый, а тут ещё в такой одежде и без косметики...
- Мне кажется, она мне не очень идёт. Но если тебе нравится...
Лия улыбнулась, почему-то очень довольная:
- Это временный вариант, пока мы не приедем домой. Как твоим натанцевавшимся ножкам эта обувь?
О, мои бедным ножкам эти ботинки очень понравились. Вид у них, конечно, абсолютно квадратный, но внутри они удобные, и каблука почти нет. Не надо было те туфли надевать, знал ведь, что ноги стёрты, а они жутко неудобные. Но кто же мог подумать, что я сегодня столько ходить буду.
Лия потрепала меня по волосам. Потом, улыбнувшись, подхватила мою старую одежду и протянула торговцу:
- Сожги. Сейчас же.
Вот как так? То она хорошая, на ручках меня носит, "малыш" зовёт, то просто берёт и забирает мои вещи. Я, между прочим, очень люблю этот плащик... любил. Торговец облил чем-то мои вещи и бросил в печь. Они вспыхнули почти мгновенно.
Лия обнимала меня, склонившись к самому уху:
- Так будет безопасней. Воспринимай это как приключение.
М-да, пока приключения те ещё.
Она опять потрепала меня по волосам. Мало того, что я без макияжа, так ещё и лохматым буду. Но всё равно приятно.
Моя жена подошла к торговцу. Плотный даккарец перед нею весь даже как-то вытянулся. Лия отсчитала ему деньги, а потом тихо сказала:
- Тебе не спалось. Пьяная парочка стучалась, и ты открыл. Молоденький солдат, из тех что тянут со своих любовниц деньги, испачкал одежду, и его подружка купила ему новую. Ты остался не в накладе.
Она хлопнула торговца по плечу, потом подхватила под локоть меня, и мы вышли.
- Аэр, думаешь, он никому не расскажет?
Она рассмеялась:
- Малыш, я использую Ар. Он будет думать только о том, что я ему разрешила. Даже если захочет рассказать, вспомнит только это.
Ар? Не прикасаясь? Она – мастер дистанционного Ар! Как я сразу не подумал. Да! Конечно. Я просто совсем не думал ещё об этом. Конечно, какие ещё ами так вот легко ходят по землям Мевы. Как настоящие суперагенты. Конечно, мастера дистанционного Ар! Волшебники! Настоящие маги!
Мы вышли на улицу. Лия разрешила мне не прятать лицо и просто идти рядом. Я крутил головой. А она только улыбалась, глядя на меня. Я, наконец, смог по-настоящему рассмотреть этот город. Стильненький такой. Даже в чём-то красивый. Весь под старину. Грубоватый и простой. Небольшие каменные домики с плоскими крышами, высокие каменные заборы. Каменные дорожки, каменные бортики, каменные арки над толстыми металлическими воротами. Множество диких цветов, вьюнок по стене. В нескольких шагах от нас прошли три даккарских мужчины, громко разговаривая на непонятном языке. Не выше меня, но сильно шире. Спортивные такие. И очень немытые.
- Аэр, а это ничего, что они увидят, что я тоже даккарец? Агатея говорила...
Лия прижала пальчик к моим губам:
- Малыш, учись не употреблять в речи имена. Не стесняйся, придумывай людям прозвища. Так что говорила сводница?
- Что будет плохо, если они увидят, что я даккарец.
Лия снова обняла меня за плечи.
- В той одежде да. Но видишь ли, в чём дело. Даккарцы – варвары, но варвары очень честные. Они никогда не обманывают и не прикидываются теми, кем не являются. Поэтому им трудно предположить, что ты просто переоделся в похожую одежду, а на самом деле не являешься воином одного из их братств.
- А зачем сделали этот заповедник?
- Заповедник?
- Ну, мне... эээ… сводница сказала, что этот город – заповедник Даккарской культуры.
Лия опять очень по-доброму рассмеялась:
- Ты только при даккарцах этого не говори! Этот город – последняя цитадель даккарской культуры, столица крупнейшего военного объединения Даккара, «Остров богов». И единственный мирный город, принадлежащий даккарцам, – она указала на возвышенность, где каменные стены с антеннами силовых полей отделяли какую-то внутреннюю особо защищённую территорию – мирный город рода Об Хайя.
Я смотрел вокруг, и меня тоже, казалось, захватывало это приключение. Странный город, ночь, высветленная тусклыми фонарями, каменные мостовые, мимо проходят очень-очень странные люди. Лия улыбается и нисколько не ругается за моё любопытство. Просто рассказывает мне об этом абсолютно другом, таком фантастическом мире вокруг нас.
- Малыш, расскажи мне, что ты, вообще, знаешь о культуре Даккара? Ты, говорят, любишь книжки читать.
Я немного смутился:
- Ничего не знаю. Мама запретила нам читать про Даккар. Она говорит, что даккарцы были дикой необразованной расой, – я проводил взглядом ещё пару мужчин, проследовавших мимо нас с какими-то ящиками на плечах. Они тоже были даккарцами. И тоже были очень грязными и неухоженными. – Мама считает, что такое чтение только добавит нам комплексов. – Я перевёл взгляд на Лию. Говорить, не говорить? Ну, ведь аэр положено всё рассказывать, а она спросила… не могу же я начинать отношения со лжи? Даже маленькой. – Правда, немного я всё-таки читал. Только антропологические данные расы. Хотел узнать, сколько нам ещё расти. Просто все мальчики уже перестали расти, а мы с братьями каждые полгода ещё плюс пара сантиметров. Я заволновался и посмотрел. Но только это. Больше ничего не смотрел.
Лия улыбалась. Она не рассердилась и даже нисколько не нахмурилась:
- Мамы часто чересчур пекутся о своих детях. Но теперь ты уже взрослый и должен владеть информацией. Даккарцев в Свободных землях очень много, кое-кто из моих сестёр замужем за воинами Даккара. Так что тебе нужно понимать, с кем имеешь дело, и чего от этих людей можно ожидать.
Мне можно читать о своей расе? Всё? Это хорошо. Я ещё некоторые вещи хотел о своём взрослении посмотреть. Ну и вообще.
Мы долго шли по городу. Это была такая очень романтическая прогулка. Лия рассказывала о мужчинах Даккара и о Свободных землях:
- Даккарцы держатся армиями, братствами. Армии состоят из флотов, те из полков, и так далее до взводов. Но в братства входят мужчины, принадлежащие к разным родам. И сыновья одного рода, даже если служат в разных армиях, поддерживают друг с другом связь. Причём род не значит родственные узы. Даккарцы называют родом тех, кто их воспитал. Тех, кто научил их быть даккарцами.
У одного из маленьких грязных ресторанчиков мы остановились:
- Зайдём. Нам нужно закончить твою маскировку.
Здесь было узкое душное слабоосвещённое помещение. Пахло табаком и чем-то кислым. За столами сидело несколько мужчин. В основном, даккарцы по цвету кожи. Лия некоторое время поговорила с хозяином, и он вынес ей маленький свёрток. Грязный. Тут, вообще, всё грязное. Она подхватила меня под руку и потянула по узкому коридору за низкую деревянную дверь. Нам обоим пришлось нагнуться, чтобы войти в неё.
- Снимай курточку.
Это была какая-то комната для обслуги. В углу лежала куча грязных тряпок, на столике груда полотенец. Я снял курточку. Честно говоря, было немного неудобно. Под курточкой у меня была только чёрная майка. Вроде как и одежда, и вроде почти голый.
- Стой ровно.
Она развернула свёрток. Там оказалась коробочка с ещё несколькими татуировочными печатями. Аккуратно прицелилась и отпечатала две из них у меня на шее, чуть выше ключиц, и две на левом плече. Ну вот, теперь я весь в картинках. Аляповато и грубо. Она покрутила меня, разглядывая результат:
- Замечательно! Дома, если захочешь, сможешь их свести. Даккарцы всю информацию о своём положении наносят татуировками на тело. Честно и открыто. Сейчас на тебе знаки, говорящие, что ты воин братства Белые Скалы, рода Ан Тойра. Братство это погибло почти полностью много лет назад, да и от рода тоже мало кто остался. Но с этими знаками ты уже не бесхозный мальчик, а воин, занимающий чёткое место в мире Даккара. – Она опять взлохматила мои волосы.
Я очнулся в каком-то гулком, вязком состоянии. Тело ныло. Не так беспощадно, но зато везде. Какой-то всхлипывающий голос Мэй:
- Сега, попей, пожалуйста.
Что-то прижалось к моим губам. Горькое. Веки тяжёлые, а звуки отдаются в голове, как дубинкой бьют.
- Сега. Пожалуйста. Поправляйся. Я ведь не хотела, не знаю, как так получилось...
Меня опять накрыл сон.
Второй раз я проснулся уже более живым. Тело всё ещё болело. Теперь, правда, я уже понимал, что болит у меня именно в паху. Я открыл глаза. Свет. Птички чирикают. Какая-то тень двигается туда-сюда. Картинка немного стабилизировалась. Это дерево за окном машет ветвями.
- Сега, попей.
Мэй протягивает мне кружку. Испуганная какая-то, всклокоченная.
- Ты меня прости, ладно. Не знаю, как так получилось. Хрень-пень, я даже не поняла, что случилось! А доктор сказала, что это просто потому, что я мелкая совсем. Короче, я валенок, и бить меня палками... Ты бы знал, как я пуганулась! Ты так кричал, так плакал сильно!
Она прижалась щекой к моей ладони:
- Я больше никогда тебе больно не сделаю. Слово даю! Ты такой хороший... Ты выздоравливай, ладно?
Оставаться в Клинках больше не имело смысла. Поэтому, как только над городом показались первые лучи рассвета, мы с Дэни явились в космопорт, искать корабль, который почти что добровольно повезёт нас на встречу с мастером Зов.
Мой новый муж радостно, вертел головой. Кораблей, механизмов швартовки космопорта, ремонтных катеров он тоже, кажется, никогда не видел. И они тоже пленяли его взгляд, восхищая. Мальчик!
Я с удовольствием упала на кровать. Как я хочу спать! Нам лететь шесть часов. У дверей каюты запрограммированный солдат. На самом корабле весь экипаж под Ар. Можно и поспать... Дени как-то особенно напряжённо сжался у дверей, я поманила его к себе.
Он тихонько опустился рядом на кровать:
- Эти ботинки, конечно, удобнее, но я всё равно устал ходить. Хотя мне всё очень понравилось. Такой... необычный город.
Хорошенький мальчик! Осталось ещё с моей первой брачной ночью сегодняшней разобраться. Я, правда, уставшая жутко, но любой мужчина обидится, если им пренебречь в такой день.
Я повернулась на бок, приобняв мальчика:
- Ты очень красивый. Ты знаешь это?
Он мило смутился:
- Правда? Тебе нравятся даккарцы?
- Ну, не то чтобы особо нравятся даккарцы. Я не люблю в мужчинах грубость, непочтительность, неаккуратность. Но ты совсем другой. Ты даже без косметики и в военной форме элегантный и нежный.
Я погладила его по щёчке. Какое божественное сочетание. Краснеет от комплиментов, смущается. Смотрит мне в глаза преданно. Правильный мальчик!
Расстегнула на нём курточку. Аккуратно спустила её с тонких плечиков. Он замер. Побаивается? Это тоже правильно. Мужчина должен серьёзно подходить к сексу. Тогда он не спит с кем попало.
Даккарские ордена смотрелись на этом тоненьком тельце как-то чужеродно. Я подцепила майку и, смеясь, стянула её с мальчика. Он совсем напрягся. Надо отвлечь.
- Как тебе корабль?
- Интересно и жутко немного. Особенно коридор, по которому мы в порту на сам корабль проходили.
- Это называется рукав шлюза.
Я одним пальчиком подцепила ремень на его штанах. Мальчишка пискнул и соскочил с кровати. Отпрыгнул в сторону и испуганно прижался к стене.
- Ты зачем убежал?
Дрожит. Губки поджаты, смотрит в пол испуганно. Я встала, подошла, обняла одними ладошками за плечи:
- Не бойся. Всем страшно, и все потом говорят, что боялись зря. Я же не сделаю тебе плохого.
Он кивнул. Но на глазах слёзки. Доверчиво так прижался ко мне:
- Аэр, а можно я хотя бы маечку обратно надену?
- Зачем?
- Мне очень стыдно так... Прости... Можно, я оденусь? – Слёзка по щеке покатилась. В ремень вцепился крепко, кажется, со всем истинно даккарским рвением.
- Дэни, ты должен больше доверять мне. И вообще, как ты представляешь это делать одетым?
- Что?
- Ну то, что делают в первую ночь после свадьбы, и не только в первую.
Дэни поднял на меня абсолютно искренний, без капли лукавства, вопросительный взгляд:
- А что делают?
В этом месте я поняла, что или с моего последнего общения с мужчинами прошло слишком много времени, или я что-то пропустила…
- Малыш, эээ.... ты знаешь, что такое секс?
- Да. Конечно. Это процесс психо-физического взаимодействия между женщинами, мужчинами и ами внутри одной семьи.
- А подробнее?
Он пожал плечами, явно, не понимая намёка:
- Состояние человека определяется не только психологией, но и физиологией. Поэтому в семье для укрепления отношений используется не только психологическое взаимодействие, но и физическое. Например, мужчина выражает доверие своей ами не только словами и мимикой, но и садясь возле её ног и обнимая их. Таким образом, происходит одновременно психо-физический контакт.
Тааак. Всё занимательней и занимательней.
- А когда детей обнимают, это тоже секс?
- Нет. Это, конечно, тоже психо-физика, но она исходит из других чувств и других мотивов. С детьми – это воспитание. Выражение любви, заботы, одобрения или, наоборот, осуждения. Воспитание базируется на родительской любви и ответственности. А секс на семейной любви и верности.
Дэни смотрел на меня с некоторым непониманием, что же я от него собственно хочу услышать. Или я совсем устарела, или я чего-то не понимаю:
- Хорошо. Зайдём с другой стороны. Ты знаешь, откуда берутся дети?
- Конечно. Их рожают женщины.
- А откуда они берутся у женщин?
Поставила мальчика на пол:
- Дэни, у тебя замечательные духи, но для маскировки нам временно нужно, чтобы ты не пах ничем. Хозяин покажет тебе здешнюю ванную. Просто вымойся.
Мальчик снова смотрит на меня удивлённо, как на неизлечимую сумасшедшую, но ни слова против.
Через полчаса он крутился у зеркала без косметики, волосы забраны в хвост обычным кожаным шнурком, тяжёлые военные ботинки, обычная даккарская одежда. Мимика его выдаёт, что наряд не нравится. Притворяться он не умеет. Но и послушанию обучен. Поэтому старается улыбаться и тихо смотрит на меня в хорошо читаемом ожидании ещё чего-нибудь ужасного.
Глава 4-2. Дэни:
Мне досталась очень странная жена. Вещи мои выбросили, телефон с компьютером сломали и выкинули, макияж, который Таси рисовал целый час, смыли. Одежду выдали какую-то балахонистую. У меня даже промелькнула мысль, что она чего-то опасается. Хотя странно, она такая сильная. На руках меня принесла сюда. Приятно! Меня на руках только фати носила, когда совсем малышом был. А тут я такой маленький, по сравнению с ней...
Я вздрогнул. Не заметил, как Лия сзади подошла. Она так бесшумно ходит. Мне даже казалось, что это я сегодня, как слон, топаю. Нет, женщины в этом доме тоже топают, а моя большая Лия ходит бесшумно, как пёрышко.
У неё имя красивое полное – Лиания. Это я иероглиф на груди прочитал. Лиания – это долгая равнина, открытая и безопасная местность. Певучее древне-неолетанское наречие. А ещё это одноуровневое имя. Просто Лиания, и ничего дальше. Как у Великих ами.
Она прижалась щекой к моей макушке:
- Тебе не нравится фасон?
Слабо сказано. Я в этой одежде такой широкий, и никаких намёков на талию. Штаны, как шаровары, да ещё и с карманами на бёдрах. Ни одного намёка на стройность и утончённость. Да и цвет – чёрный, без каких-либо ярких пятен. Я и так, сам по себе, чёрно-серый, а тут ещё в такой одежде и без косметики...
- Мне кажется, она мне не очень идёт. Но если тебе нравится...
Лия улыбнулась, почему-то очень довольная:
- Это временный вариант, пока мы не приедем домой. Как твоим натанцевавшимся ножкам эта обувь?
О, мои бедным ножкам эти ботинки очень понравились. Вид у них, конечно, абсолютно квадратный, но внутри они удобные, и каблука почти нет. Не надо было те туфли надевать, знал ведь, что ноги стёрты, а они жутко неудобные. Но кто же мог подумать, что я сегодня столько ходить буду.
Лия потрепала меня по волосам. Потом, улыбнувшись, подхватила мою старую одежду и протянула торговцу:
- Сожги. Сейчас же.
Вот как так? То она хорошая, на ручках меня носит, "малыш" зовёт, то просто берёт и забирает мои вещи. Я, между прочим, очень люблю этот плащик... любил. Торговец облил чем-то мои вещи и бросил в печь. Они вспыхнули почти мгновенно.
Лия обнимала меня, склонившись к самому уху:
- Так будет безопасней. Воспринимай это как приключение.
М-да, пока приключения те ещё.
Она опять потрепала меня по волосам. Мало того, что я без макияжа, так ещё и лохматым буду. Но всё равно приятно.
Моя жена подошла к торговцу. Плотный даккарец перед нею весь даже как-то вытянулся. Лия отсчитала ему деньги, а потом тихо сказала:
- Тебе не спалось. Пьяная парочка стучалась, и ты открыл. Молоденький солдат, из тех что тянут со своих любовниц деньги, испачкал одежду, и его подружка купила ему новую. Ты остался не в накладе.
Она хлопнула торговца по плечу, потом подхватила под локоть меня, и мы вышли.
- Аэр, думаешь, он никому не расскажет?
Она рассмеялась:
- Малыш, я использую Ар. Он будет думать только о том, что я ему разрешила. Даже если захочет рассказать, вспомнит только это.
Ар? Не прикасаясь? Она – мастер дистанционного Ар! Как я сразу не подумал. Да! Конечно. Я просто совсем не думал ещё об этом. Конечно, какие ещё ами так вот легко ходят по землям Мевы. Как настоящие суперагенты. Конечно, мастера дистанционного Ар! Волшебники! Настоящие маги!
Мы вышли на улицу. Лия разрешила мне не прятать лицо и просто идти рядом. Я крутил головой. А она только улыбалась, глядя на меня. Я, наконец, смог по-настоящему рассмотреть этот город. Стильненький такой. Даже в чём-то красивый. Весь под старину. Грубоватый и простой. Небольшие каменные домики с плоскими крышами, высокие каменные заборы. Каменные дорожки, каменные бортики, каменные арки над толстыми металлическими воротами. Множество диких цветов, вьюнок по стене. В нескольких шагах от нас прошли три даккарских мужчины, громко разговаривая на непонятном языке. Не выше меня, но сильно шире. Спортивные такие. И очень немытые.
- Аэр, а это ничего, что они увидят, что я тоже даккарец? Агатея говорила...
Лия прижала пальчик к моим губам:
- Малыш, учись не употреблять в речи имена. Не стесняйся, придумывай людям прозвища. Так что говорила сводница?
- Что будет плохо, если они увидят, что я даккарец.
Лия снова обняла меня за плечи.
- В той одежде да. Но видишь ли, в чём дело. Даккарцы – варвары, но варвары очень честные. Они никогда не обманывают и не прикидываются теми, кем не являются. Поэтому им трудно предположить, что ты просто переоделся в похожую одежду, а на самом деле не являешься воином одного из их братств.
- А зачем сделали этот заповедник?
- Заповедник?
- Ну, мне... эээ… сводница сказала, что этот город – заповедник Даккарской культуры.
Лия опять очень по-доброму рассмеялась:
- Ты только при даккарцах этого не говори! Этот город – последняя цитадель даккарской культуры, столица крупнейшего военного объединения Даккара, «Остров богов». И единственный мирный город, принадлежащий даккарцам, – она указала на возвышенность, где каменные стены с антеннами силовых полей отделяли какую-то внутреннюю особо защищённую территорию – мирный город рода Об Хайя.
Я смотрел вокруг, и меня тоже, казалось, захватывало это приключение. Странный город, ночь, высветленная тусклыми фонарями, каменные мостовые, мимо проходят очень-очень странные люди. Лия улыбается и нисколько не ругается за моё любопытство. Просто рассказывает мне об этом абсолютно другом, таком фантастическом мире вокруг нас.
- Малыш, расскажи мне, что ты, вообще, знаешь о культуре Даккара? Ты, говорят, любишь книжки читать.
Я немного смутился:
- Ничего не знаю. Мама запретила нам читать про Даккар. Она говорит, что даккарцы были дикой необразованной расой, – я проводил взглядом ещё пару мужчин, проследовавших мимо нас с какими-то ящиками на плечах. Они тоже были даккарцами. И тоже были очень грязными и неухоженными. – Мама считает, что такое чтение только добавит нам комплексов. – Я перевёл взгляд на Лию. Говорить, не говорить? Ну, ведь аэр положено всё рассказывать, а она спросила… не могу же я начинать отношения со лжи? Даже маленькой. – Правда, немного я всё-таки читал. Только антропологические данные расы. Хотел узнать, сколько нам ещё расти. Просто все мальчики уже перестали расти, а мы с братьями каждые полгода ещё плюс пара сантиметров. Я заволновался и посмотрел. Но только это. Больше ничего не смотрел.
Лия улыбалась. Она не рассердилась и даже нисколько не нахмурилась:
- Мамы часто чересчур пекутся о своих детях. Но теперь ты уже взрослый и должен владеть информацией. Даккарцев в Свободных землях очень много, кое-кто из моих сестёр замужем за воинами Даккара. Так что тебе нужно понимать, с кем имеешь дело, и чего от этих людей можно ожидать.
Мне можно читать о своей расе? Всё? Это хорошо. Я ещё некоторые вещи хотел о своём взрослении посмотреть. Ну и вообще.
Мы долго шли по городу. Это была такая очень романтическая прогулка. Лия рассказывала о мужчинах Даккара и о Свободных землях:
- Даккарцы держатся армиями, братствами. Армии состоят из флотов, те из полков, и так далее до взводов. Но в братства входят мужчины, принадлежащие к разным родам. И сыновья одного рода, даже если служат в разных армиях, поддерживают друг с другом связь. Причём род не значит родственные узы. Даккарцы называют родом тех, кто их воспитал. Тех, кто научил их быть даккарцами.
У одного из маленьких грязных ресторанчиков мы остановились:
- Зайдём. Нам нужно закончить твою маскировку.
Здесь было узкое душное слабоосвещённое помещение. Пахло табаком и чем-то кислым. За столами сидело несколько мужчин. В основном, даккарцы по цвету кожи. Лия некоторое время поговорила с хозяином, и он вынес ей маленький свёрток. Грязный. Тут, вообще, всё грязное. Она подхватила меня под руку и потянула по узкому коридору за низкую деревянную дверь. Нам обоим пришлось нагнуться, чтобы войти в неё.
- Снимай курточку.
Это была какая-то комната для обслуги. В углу лежала куча грязных тряпок, на столике груда полотенец. Я снял курточку. Честно говоря, было немного неудобно. Под курточкой у меня была только чёрная майка. Вроде как и одежда, и вроде почти голый.
- Стой ровно.
Она развернула свёрток. Там оказалась коробочка с ещё несколькими татуировочными печатями. Аккуратно прицелилась и отпечатала две из них у меня на шее, чуть выше ключиц, и две на левом плече. Ну вот, теперь я весь в картинках. Аляповато и грубо. Она покрутила меня, разглядывая результат:
- Замечательно! Дома, если захочешь, сможешь их свести. Даккарцы всю информацию о своём положении наносят татуировками на тело. Честно и открыто. Сейчас на тебе знаки, говорящие, что ты воин братства Белые Скалы, рода Ан Тойра. Братство это погибло почти полностью много лет назад, да и от рода тоже мало кто остался. Но с этими знаками ты уже не бесхозный мальчик, а воин, занимающий чёткое место в мире Даккара. – Она опять взлохматила мои волосы.
Глава 4-3. Сега:
Я очнулся в каком-то гулком, вязком состоянии. Тело ныло. Не так беспощадно, но зато везде. Какой-то всхлипывающий голос Мэй:
- Сега, попей, пожалуйста.
Что-то прижалось к моим губам. Горькое. Веки тяжёлые, а звуки отдаются в голове, как дубинкой бьют.
- Сега. Пожалуйста. Поправляйся. Я ведь не хотела, не знаю, как так получилось...
Меня опять накрыл сон.
Второй раз я проснулся уже более живым. Тело всё ещё болело. Теперь, правда, я уже понимал, что болит у меня именно в паху. Я открыл глаза. Свет. Птички чирикают. Какая-то тень двигается туда-сюда. Картинка немного стабилизировалась. Это дерево за окном машет ветвями.
- Сега, попей.
Мэй протягивает мне кружку. Испуганная какая-то, всклокоченная.
- Ты меня прости, ладно. Не знаю, как так получилось. Хрень-пень, я даже не поняла, что случилось! А доктор сказала, что это просто потому, что я мелкая совсем. Короче, я валенок, и бить меня палками... Ты бы знал, как я пуганулась! Ты так кричал, так плакал сильно!
Она прижалась щекой к моей ладони:
- Я больше никогда тебе больно не сделаю. Слово даю! Ты такой хороший... Ты выздоравливай, ладно?
Глава 4-4. Лия:
Оставаться в Клинках больше не имело смысла. Поэтому, как только над городом показались первые лучи рассвета, мы с Дэни явились в космопорт, искать корабль, который почти что добровольно повезёт нас на встречу с мастером Зов.
Мой новый муж радостно, вертел головой. Кораблей, механизмов швартовки космопорта, ремонтных катеров он тоже, кажется, никогда не видел. И они тоже пленяли его взгляд, восхищая. Мальчик!
Я с удовольствием упала на кровать. Как я хочу спать! Нам лететь шесть часов. У дверей каюты запрограммированный солдат. На самом корабле весь экипаж под Ар. Можно и поспать... Дени как-то особенно напряжённо сжался у дверей, я поманила его к себе.
Он тихонько опустился рядом на кровать:
- Эти ботинки, конечно, удобнее, но я всё равно устал ходить. Хотя мне всё очень понравилось. Такой... необычный город.
Хорошенький мальчик! Осталось ещё с моей первой брачной ночью сегодняшней разобраться. Я, правда, уставшая жутко, но любой мужчина обидится, если им пренебречь в такой день.
Я повернулась на бок, приобняв мальчика:
- Ты очень красивый. Ты знаешь это?
Он мило смутился:
- Правда? Тебе нравятся даккарцы?
- Ну, не то чтобы особо нравятся даккарцы. Я не люблю в мужчинах грубость, непочтительность, неаккуратность. Но ты совсем другой. Ты даже без косметики и в военной форме элегантный и нежный.
Я погладила его по щёчке. Какое божественное сочетание. Краснеет от комплиментов, смущается. Смотрит мне в глаза преданно. Правильный мальчик!
Расстегнула на нём курточку. Аккуратно спустила её с тонких плечиков. Он замер. Побаивается? Это тоже правильно. Мужчина должен серьёзно подходить к сексу. Тогда он не спит с кем попало.
Даккарские ордена смотрелись на этом тоненьком тельце как-то чужеродно. Я подцепила майку и, смеясь, стянула её с мальчика. Он совсем напрягся. Надо отвлечь.
- Как тебе корабль?
- Интересно и жутко немного. Особенно коридор, по которому мы в порту на сам корабль проходили.
- Это называется рукав шлюза.
Я одним пальчиком подцепила ремень на его штанах. Мальчишка пискнул и соскочил с кровати. Отпрыгнул в сторону и испуганно прижался к стене.
- Ты зачем убежал?
Дрожит. Губки поджаты, смотрит в пол испуганно. Я встала, подошла, обняла одними ладошками за плечи:
- Не бойся. Всем страшно, и все потом говорят, что боялись зря. Я же не сделаю тебе плохого.
Он кивнул. Но на глазах слёзки. Доверчиво так прижался ко мне:
- Аэр, а можно я хотя бы маечку обратно надену?
- Зачем?
- Мне очень стыдно так... Прости... Можно, я оденусь? – Слёзка по щеке покатилась. В ремень вцепился крепко, кажется, со всем истинно даккарским рвением.
- Дэни, ты должен больше доверять мне. И вообще, как ты представляешь это делать одетым?
- Что?
- Ну то, что делают в первую ночь после свадьбы, и не только в первую.
Дэни поднял на меня абсолютно искренний, без капли лукавства, вопросительный взгляд:
- А что делают?
В этом месте я поняла, что или с моего последнего общения с мужчинами прошло слишком много времени, или я что-то пропустила…
- Малыш, эээ.... ты знаешь, что такое секс?
- Да. Конечно. Это процесс психо-физического взаимодействия между женщинами, мужчинами и ами внутри одной семьи.
- А подробнее?
Он пожал плечами, явно, не понимая намёка:
- Состояние человека определяется не только психологией, но и физиологией. Поэтому в семье для укрепления отношений используется не только психологическое взаимодействие, но и физическое. Например, мужчина выражает доверие своей ами не только словами и мимикой, но и садясь возле её ног и обнимая их. Таким образом, происходит одновременно психо-физический контакт.
Тааак. Всё занимательней и занимательней.
- А когда детей обнимают, это тоже секс?
- Нет. Это, конечно, тоже психо-физика, но она исходит из других чувств и других мотивов. С детьми – это воспитание. Выражение любви, заботы, одобрения или, наоборот, осуждения. Воспитание базируется на родительской любви и ответственности. А секс на семейной любви и верности.
Дэни смотрел на меня с некоторым непониманием, что же я от него собственно хочу услышать. Или я совсем устарела, или я чего-то не понимаю:
- Хорошо. Зайдём с другой стороны. Ты знаешь, откуда берутся дети?
- Конечно. Их рожают женщины.
- А откуда они берутся у женщин?
