Тот недоуменно взглянул на меня, почесал нос и повторил:
- Я говорю, что часть заклинания не вышла из вас и будет иметь неприятные последствия. Вы же маг?
Я кивнула.
- Значит, вы должны знать о таких эффектах. Почему на вас не было личной защиты?
- Израсходовала последнюю при задержании преступника, а до конца месяца ещё неделя.
- Ох уж эти ваши внутренние инструкции, ради высокопарных слов о надежности управления, готовы даже своими сотрудниками жертвовать, - доктор презрительно скривил губы, - Мисс Увайт, я настоятельно советую сменить вам род деятельности. Вы, мягко говоря, не тянете…
Я подняла на целителя тяжелый «фирменный» взгляд, отчего он заерзал на стуле, явно испытывая неудобства:
- Не могли бы вы, господин доктор, дать мне рекомендации к выписке? Очень надо.
Целитель неловко улыбнулся и сказал:
- Вы ещё нездоровы, но, если пообещаете мне лежать в постели ещё минимум неделю…
- Безусловно, так и сделаю, - я сменила гнев на милость и очаровательно улыбнулась, изгнав с лица маску императорского следопыта.
Доктор поколебался, даже хотел что-то спросить, но потом молча сделал записи в истории болезни и протянул ее мне.
- Решает ваш лечащий врач, но я, по вашей просьбе, рекомендации сделал. Всего вам доброго, мисс Увайт.
- И вам, доктор, - облегченно попрощалась я и вышла в коридор, где царила обычная больничная суета. Сопровождавшая меня сюда медсестра не стала меня ждать, так что до палаты я добиралась в одиночестве. И раздевшись, наконец, осуществила мечту своего утра - растянулась на кровати, чувствуя, что мир перестаёт ходить ходуном.
Уверенными руками развязала тонкие ленточки и открыла папку, и лишь тогда затылком почувствовала как лопнула невидимая нить заклинания. Зря я наговаривала на министра, информация была защищена очень хорошо, открывалась адресно, лишь мне.
С первого листка на меня смотрел с магснимка молодой улыбающийся мужчина, приятной наружности, темные глаза, вьющиеся волосы, локонами лежащие на высоком лбу, густые брови и ресницы, почти как у девушки. Стройная, но сильная фигура. Парень производил впечатление любимчика женщин.
«Энтони Брукс, тридцать один год, образован, обучен воинским искусствам, имеет приятные манеры, на момент изысканий женат не был, законных детей не имел. Склонен к шулерству, лёгкой наживе и кутежам. Магические таланты не выявлены, к жрецам и магам относится презрительно, но в случае выгоды вполне может иметь с ними дело.»
Да уж, неприятный тип, даром, что наружность смазливая. Встречала таких вот молодых людей среди сутенеров ночных бабочек, несмотря на их кажущуюся мягкость- не один и не два клиента получали нож в живот при отказе оплатить услуги девушек. Сами пострадавшие, почти всегда уверяли нас, что это «я так нож неудачно точил, да поскользнулся и упал, прямехонько на него». Рок, фатум, судьба. И я лишь бессильно злившаяся при очередном «несчастном случае». Как можно защитить того, кто этого не просит?
«Последнее его известное место проживания в южном округе, местечко Сильвани, около полугода назад он вышел из дома и больше никто о нем ничего не слышал. Уход не был запланирован заранее, большинство вещей, в том числе и ценных, остались на своих местах.»
Далее шли последний известный адрес, возможные имена, которыми он когда-либо назывался, свидетельства соседей, их адреса и вероятные причины исчезновения Энтони Брукса.
Среди них фигурировали и «маялся животом, ушёл в лес и заблудился», и «разозлил приезжего мага, а тот, поди его в хряка превратил». Информация, мало пригодная к обработке. Выхода не было, начать стоило с городишка Сильвани. Знать бы ещё как туда добраться…
Пришлось собрать в кучу мои небольшие знания географии и административного устройства империи. Округа делились на префектуры, величина которых зависела от величины городов, туда входящих. Самые крупные префектуры, включающие в себя центральные города округов, были и самыми влиятельными. Судя по адресу, город Сильвани относился к южному округу, префектуре Кина. Не самая богатая область, половину территории префектуры занимали горы, пустые изнутри и снаружи. Там не было обнаружено ни полезных ископаемых, ни ценных металлов, ни редких растений или животных. Мелкие селения лепились к горным речкам, берущим своё начало высоко в горах, в них водилась крупная форель, с нежным, удивительно вкусным и сытным мясом. Особенно хороша эта рыба была с чинийскими специями. Так что селения выживали, благодаря продаже ко столу аристократов этой самой форели. Да разводили коз, исключительно себе на нужды, так как даже эти неприхотливые животные с трудом находили себе в этих горах пропитание.
Несколько лет назад рыбы в реке убыло, настолько сильно, что селяне не смогли выручить за улов нужной суммы, чтобы рассчитаться с долгами. И до сих пор, насколько я знаю, эти долговые обязательства все ещё висят над некоторыми деревнями.
Следующие листки с информацией касались лично меня. Это была та самая легенда, которую мне обещал его превосходительство министр Цвирг.
«Николетта Блэк, учительница жреческой школы по предмету этикета. После смерти родителей взяла отпуск без оплаты жалования и ищет своего брата, с которым ее разлучили в глубоком детстве. Из-за бедности в семье его отдали на воспитание к тетке, живущей на границе с Иландией. Во время войны с Мерсией пограничное поселение было сожжено и разграблено, жители разбежались, и следы брата Николетты и ее тетки потерялись. Николетта подозревает, что Энтони взял фамилию тетки - Брукс, потому и напала на след Энтони Брукса, подходящего возраста и внешности.»
Я с недоумением взглянула в зеркало, висящее на внутренней стороне двери, там отразилась худая девушка, с острым подбородком и маленьким носом, серо-синие глаза и длинные каштановые волосы, сейчас заплетенные в косу. Вот, пожалуй, только цветом волос мы с Энтони и похожи. Ни черты лица, ни цвет и форма глаз, ничего не указывало на то, что мы родственники, впрочем это было правдой, так что не удивительно. Удивляло другое- какой умник выдумал эту историю ? Любой мало-мальски знакомый с Бруксом человек раскусит меня вмиг. А незнакомый с ним не даст никакой полезной информации.
Последними в папке оказалась бумага с выпиской по счету на мое новое имя. Что ж, хотя бы в этом министерство не поскупилось, средств у меня было достаточно, чтобы путешествовать хоть на частном драконе. Говорят, такие есть в Чинии.
И все же существовала одна незначительная, но проблема: в Мерсии женщина могла путешествовать одна лишь будучи замужем, либо овдовев, либо достигнув среднего возраста. Во всех остальных случаях, ей полагался провожатый. Вот такая архаичность встречалась в продвинутой и образованной Мерсии. Как имперский следопыт, я не обращала внимание на это нелепое правило, но как простая учительница я должна была иметь сопровождающего.
Можно было нанять такого, некоторые девушки именно так и делали, на время путешествия, но в моих поисках совершенно незнакомый и чужой человек будет только мешать. Это исключено, так что нужно было решать, кому я могла довериться.
Вопрос отпал сам собой, когда после обеда в палату робко заглянул Фьорк.
- Ты-то мне и нужен, - грозно рявкнула я, от радости, что он все же не послушал меня и пришёл, чуть громче, чем требовалось.
Парень вздрогнул и попытался закрыть дверь с той стороны.
- Фьорк, я уже тебя видела, заходи, - я сбавила тон и даже дружелюбно улыбнулась.
Помощник настороженно просочился в палату, аккуратно прикрыв за собой дверь и зачастил:
- Я случайно мимо проходил, не хотел вас беспокоить, тем более, что вы приказали отстать от вас…
- Расслабься, очень хорошо, что ты вернулся, и давай уже фрукты, которые ты за спиной прячешь.
Фьорк покраснел, с такой уликой трудно убеждать меня, что он случайно оказался рядом, но красные наливные яблоки положил на тумбочку.
- Я хочу, чтобы ты стал моим кузеном, - с места в карьер двинулась я, - ненадолго, вернёмся в Мерсию и снова станем начальником и помощником.
Затянувшиеся пауза заставила меня взглянуть внимательнее на Фьорка. Тот стоял красный и молча, как рыба, разевал рот от изумления. По моему, он раздумывал, не пострадала ли моя психика от всего происшедшего и в частности, моего увольнения?
- Ты не подумай чего, - пробормотала я, стушевавшись, а ведь меня не так легко смутить, - мне просто не к кому обратиться. Ты готов помочь мне и держать все в тайне?
- Что происходит? - наконец отмер Фьорк, мрачно на меня глядя, видимо, он все же решил, что я сбрендила.
- А происходит, дорогой мой, следующее, - я встала, снова ощущая волну гнева на обстоятельства, загнавшие меня в угол, - мне дали выбор: либо я ищу одного человека, либо моя жизнь полетит к чертям. Хорошо, если просто уволят.
Я остановилась и взглянула на помощника максимально серьёзно:
- Ты вправе отказаться, я найду другого, конечно, это займёт какое-то время…
- Я согласен, - чересчур поспешно выпалил Фьорк,- я сделаю, все, что нужно, чтобы помочь вам.
Он меня удивил и своей горячностью, и готовностью помочь, но я была не в том положении, чтобы разбрасываться людьми.
- На столе лежит папка, там вся информация, ознакомься сейчас и подумай, под каким предлогом ты уволишься с работы.
- Я? Уволюсь? - Фьорк не ожидал таких жертв со своей стороны, но больше ничего не сказал: сжал губы и сел на стул, знакомиться с объектом.
Яблоко было замечательным: сочным, сладким, с блестящим красным бочком. Мякоть хрустела каждый раз, как я вгрызалась во фрукт. Я уже почти съела его, когда Фьорк оторвался от чтения листков, с мелко напечатанным текстом.
- Надо бы самим опросить всех свидетелей и соседей, - он взглянул на меня.
- Правильно, - ответила я, прожевав, - я пришла к тому же выводу.
- Когда мы выезжаем?
- Как только будут готовы документы тебе, мои прибудут завтра.
Фьорк задумался, машинально теребя подвеску, которую никогда не снимал - тонкая серебряная цепочка с алой каплей рубина, странное украшение для молодого парня, но большинство знакомых уже привыкли видеть его на нем.
- Нет ли каких условий, что вы должны ехать в одиночку? - высказал он свои опасения.
- Вряд ли они смогут отказать моей просьбе, - зло усмехнулась я.
Так и случилось: наутро, когда прибыл курьер с пакетом для меня, где были документы: имперская карточка, аттестат об образовании, рекомендации с Первой жреческой школы, свидетельство о смерти моих родителей, я попросила его передать мою просьбу министру Цвиргу. Курьер был недоволен, но просьбу передал. Через полчаса медсестра попросила меня пройти в кабинет главврача, там стояло переговорное устройство с защищённой от прослушки линией.
- Я же маг, - хмыкнула я и для верности накинула «купол тишины», - Слушаю!
- Вам действительно так необходимо был наш разговор? Мне казалось, мы все выяснили в прошлый раз, - голос Цвирга был ровен, а слова неприятны.
- Мне потребуются документы на моего помощника Фьорка, он едет со мной, - мой тон не оставлял никаких надежд - в случае его отказа откажусь и я.
- Я не рассчитывал вовлекать кого-то ещё… - министр растерялся.
- А на что вы рассчитывали, наделяя меня подобной легендой, знали же, что женщина не может путешествовать одна, я не в том возрасте, да и не в том статусе.
В трубке воцарилась тишина, через минуту обдумывания, министр ответил:
- Вы правы, я решу этот вопрос, будьте готовы выдвинуться через четыре дня. К сожалению, мы не можем вам дать больше времени на подготовку, изменились обстоятельства и теперь присутствие этого человека в столице критично необходимо.
Я положила трубку на рычаг и обхватила голову руками: я чувствовала, что влипаю во что-то неприятное, но не могла понять, как этого избежать.
Через час связалась со Фьорком по внутреннему каналу, который мне ещё был доступен и сообщила ему радостную новость.
Тот был спокоен, будто и не ждал иного, а также рассказал мне, что Бавре уже пришла разнарядка о том, что он, Фьорк, должен уйти в неоплачиваемый отпуск на неопределенный срок, рекомендация сверху, выполнять обязательно. Бавре жутко разозлился, но перечить не посмел, так что завтра, после всех подписей мой помощник будет свободен, как змея в пустыне.
Местом встречи определили городской вокзал, Фьорк рассчитал маршрут, при котором мы сможем достигнуть Сильвани за трое суток. На том и распрощались и я тут же начала решать вопрос с моей выпиской из больницы. Главврач попытался меня отговорить, но я сунула ему под нос рекомендации доктора Штейна и настоятельно просила главврача прислушаться к коллеге. Главврач долго бурчал, но после моего ультиматума, что я либо ухожу так, либо с выпиской, предпочёл все же поставить свою подпись на бумаге.
Оставшееся до отъезда время я посвятила покупке нового гардероба, «консервировала» свою квартиру и нанесла визиты немногочисленным друзьям.
В субботу утром я стояла под пронизывающим ветром на перроне номер два, с большим чемоданом, облегчённым бытовым заклинанием, но не ставшим от этого менее массивным. Я ждала поезд.
Сквозь клубы пара и с громким скрежетом, локомотив остановился точно напротив здания вокзала, это был модный нынче маговоз, энергией которому служил кристалл- накопитель. Драгоценный или полудрагоценный камень, который саккумулировал в себе энное количество единиц магэнергии. Для локомотивов подобные производили в промышленных масштабах и их всегда не хватало. Потому частенько маговозы заменяли привычными тепловозами и паровозами.
Фьорк, точнее, по новым документам - Мэт Кошунски, мой дальний родственник, выбирал нам места с точки зрения комфорта, поэтому сейчас мы восседали одни в двухместном купе первого класса. Нашими были два соседних купе, Фьорк настоял, чтобы мы ночевали в разных комнатах, ради приличия. Я согласилась, хотя не видела в том никакой нужды. Возраст у меня не девичий, а взгляд ищейки напрочь отбивает желание у людей сквернословить на мой счёт.
Других пассажиров не было, что позволяло нам общаться без страха быть услышанными. Для верности я все же поставила купол тишины.
- Долго ли нам ехать,Фьорк, тьфу, Мэт? - я поморщилась, стоит лишь раз ошибиться на людях и можно ставить крест на поисках Энтони Брукса.
- Мисс Увайт, я должен вам сказать, что точно не знаю, - почему-то шепотом сказал Фьорк-Мэт, наклонившись ко мне ближе.
- Мэт, - я добавила строгости в голосе, - как мой кузен ты можешь назвать меня Николь, и никак иначе, - а в конце прошипела, демонстрируя уровень своего недовольства, - забудь про «мисс Увайт», я - Николетта Блэк, если хоть раз ошибёшься - дальше я поеду одна!
Фьорк-Мэт покраснел, потом побледнел, но не полностью, в итоге, так и сидел с большими красными пятнами на лице.
- Простите, мисс… Николетта.
- Ещё раз: более близкое обращение, мы не чужие друг другу.
- Прости, Николь, - Фьорк смог выдавить из себя нужную форму.
Я сунула ему под нос бумаги для изучения и попросила не трогать меня, пока мы не прибудем в Штоллен, крупный город на востоке Мерсии, он славился своими оружейным заводом и фарфоровой мануфактурой.
Фьорк кивнул и уткнул свой довольно длинный нос в бумажные листки, а я, сняв ботинки, жакет, ослабила шнуровку верхнего платья и, наконец, прилегла на диван.
- Я говорю, что часть заклинания не вышла из вас и будет иметь неприятные последствия. Вы же маг?
Я кивнула.
- Значит, вы должны знать о таких эффектах. Почему на вас не было личной защиты?
- Израсходовала последнюю при задержании преступника, а до конца месяца ещё неделя.
- Ох уж эти ваши внутренние инструкции, ради высокопарных слов о надежности управления, готовы даже своими сотрудниками жертвовать, - доктор презрительно скривил губы, - Мисс Увайт, я настоятельно советую сменить вам род деятельности. Вы, мягко говоря, не тянете…
Я подняла на целителя тяжелый «фирменный» взгляд, отчего он заерзал на стуле, явно испытывая неудобства:
- Не могли бы вы, господин доктор, дать мне рекомендации к выписке? Очень надо.
Целитель неловко улыбнулся и сказал:
- Вы ещё нездоровы, но, если пообещаете мне лежать в постели ещё минимум неделю…
- Безусловно, так и сделаю, - я сменила гнев на милость и очаровательно улыбнулась, изгнав с лица маску императорского следопыта.
Доктор поколебался, даже хотел что-то спросить, но потом молча сделал записи в истории болезни и протянул ее мне.
- Решает ваш лечащий врач, но я, по вашей просьбе, рекомендации сделал. Всего вам доброго, мисс Увайт.
- И вам, доктор, - облегченно попрощалась я и вышла в коридор, где царила обычная больничная суета. Сопровождавшая меня сюда медсестра не стала меня ждать, так что до палаты я добиралась в одиночестве. И раздевшись, наконец, осуществила мечту своего утра - растянулась на кровати, чувствуя, что мир перестаёт ходить ходуном.
Уверенными руками развязала тонкие ленточки и открыла папку, и лишь тогда затылком почувствовала как лопнула невидимая нить заклинания. Зря я наговаривала на министра, информация была защищена очень хорошо, открывалась адресно, лишь мне.
С первого листка на меня смотрел с магснимка молодой улыбающийся мужчина, приятной наружности, темные глаза, вьющиеся волосы, локонами лежащие на высоком лбу, густые брови и ресницы, почти как у девушки. Стройная, но сильная фигура. Парень производил впечатление любимчика женщин.
«Энтони Брукс, тридцать один год, образован, обучен воинским искусствам, имеет приятные манеры, на момент изысканий женат не был, законных детей не имел. Склонен к шулерству, лёгкой наживе и кутежам. Магические таланты не выявлены, к жрецам и магам относится презрительно, но в случае выгоды вполне может иметь с ними дело.»
Да уж, неприятный тип, даром, что наружность смазливая. Встречала таких вот молодых людей среди сутенеров ночных бабочек, несмотря на их кажущуюся мягкость- не один и не два клиента получали нож в живот при отказе оплатить услуги девушек. Сами пострадавшие, почти всегда уверяли нас, что это «я так нож неудачно точил, да поскользнулся и упал, прямехонько на него». Рок, фатум, судьба. И я лишь бессильно злившаяся при очередном «несчастном случае». Как можно защитить того, кто этого не просит?
«Последнее его известное место проживания в южном округе, местечко Сильвани, около полугода назад он вышел из дома и больше никто о нем ничего не слышал. Уход не был запланирован заранее, большинство вещей, в том числе и ценных, остались на своих местах.»
Далее шли последний известный адрес, возможные имена, которыми он когда-либо назывался, свидетельства соседей, их адреса и вероятные причины исчезновения Энтони Брукса.
Среди них фигурировали и «маялся животом, ушёл в лес и заблудился», и «разозлил приезжего мага, а тот, поди его в хряка превратил». Информация, мало пригодная к обработке. Выхода не было, начать стоило с городишка Сильвани. Знать бы ещё как туда добраться…
Пришлось собрать в кучу мои небольшие знания географии и административного устройства империи. Округа делились на префектуры, величина которых зависела от величины городов, туда входящих. Самые крупные префектуры, включающие в себя центральные города округов, были и самыми влиятельными. Судя по адресу, город Сильвани относился к южному округу, префектуре Кина. Не самая богатая область, половину территории префектуры занимали горы, пустые изнутри и снаружи. Там не было обнаружено ни полезных ископаемых, ни ценных металлов, ни редких растений или животных. Мелкие селения лепились к горным речкам, берущим своё начало высоко в горах, в них водилась крупная форель, с нежным, удивительно вкусным и сытным мясом. Особенно хороша эта рыба была с чинийскими специями. Так что селения выживали, благодаря продаже ко столу аристократов этой самой форели. Да разводили коз, исключительно себе на нужды, так как даже эти неприхотливые животные с трудом находили себе в этих горах пропитание.
Несколько лет назад рыбы в реке убыло, настолько сильно, что селяне не смогли выручить за улов нужной суммы, чтобы рассчитаться с долгами. И до сих пор, насколько я знаю, эти долговые обязательства все ещё висят над некоторыми деревнями.
Следующие листки с информацией касались лично меня. Это была та самая легенда, которую мне обещал его превосходительство министр Цвирг.
«Николетта Блэк, учительница жреческой школы по предмету этикета. После смерти родителей взяла отпуск без оплаты жалования и ищет своего брата, с которым ее разлучили в глубоком детстве. Из-за бедности в семье его отдали на воспитание к тетке, живущей на границе с Иландией. Во время войны с Мерсией пограничное поселение было сожжено и разграблено, жители разбежались, и следы брата Николетты и ее тетки потерялись. Николетта подозревает, что Энтони взял фамилию тетки - Брукс, потому и напала на след Энтони Брукса, подходящего возраста и внешности.»
Я с недоумением взглянула в зеркало, висящее на внутренней стороне двери, там отразилась худая девушка, с острым подбородком и маленьким носом, серо-синие глаза и длинные каштановые волосы, сейчас заплетенные в косу. Вот, пожалуй, только цветом волос мы с Энтони и похожи. Ни черты лица, ни цвет и форма глаз, ничего не указывало на то, что мы родственники, впрочем это было правдой, так что не удивительно. Удивляло другое- какой умник выдумал эту историю ? Любой мало-мальски знакомый с Бруксом человек раскусит меня вмиг. А незнакомый с ним не даст никакой полезной информации.
Последними в папке оказалась бумага с выпиской по счету на мое новое имя. Что ж, хотя бы в этом министерство не поскупилось, средств у меня было достаточно, чтобы путешествовать хоть на частном драконе. Говорят, такие есть в Чинии.
И все же существовала одна незначительная, но проблема: в Мерсии женщина могла путешествовать одна лишь будучи замужем, либо овдовев, либо достигнув среднего возраста. Во всех остальных случаях, ей полагался провожатый. Вот такая архаичность встречалась в продвинутой и образованной Мерсии. Как имперский следопыт, я не обращала внимание на это нелепое правило, но как простая учительница я должна была иметь сопровождающего.
Можно было нанять такого, некоторые девушки именно так и делали, на время путешествия, но в моих поисках совершенно незнакомый и чужой человек будет только мешать. Это исключено, так что нужно было решать, кому я могла довериться.
Вопрос отпал сам собой, когда после обеда в палату робко заглянул Фьорк.
- Ты-то мне и нужен, - грозно рявкнула я, от радости, что он все же не послушал меня и пришёл, чуть громче, чем требовалось.
Парень вздрогнул и попытался закрыть дверь с той стороны.
- Фьорк, я уже тебя видела, заходи, - я сбавила тон и даже дружелюбно улыбнулась.
Помощник настороженно просочился в палату, аккуратно прикрыв за собой дверь и зачастил:
- Я случайно мимо проходил, не хотел вас беспокоить, тем более, что вы приказали отстать от вас…
- Расслабься, очень хорошо, что ты вернулся, и давай уже фрукты, которые ты за спиной прячешь.
Фьорк покраснел, с такой уликой трудно убеждать меня, что он случайно оказался рядом, но красные наливные яблоки положил на тумбочку.
- Я хочу, чтобы ты стал моим кузеном, - с места в карьер двинулась я, - ненадолго, вернёмся в Мерсию и снова станем начальником и помощником.
Затянувшиеся пауза заставила меня взглянуть внимательнее на Фьорка. Тот стоял красный и молча, как рыба, разевал рот от изумления. По моему, он раздумывал, не пострадала ли моя психика от всего происшедшего и в частности, моего увольнения?
- Ты не подумай чего, - пробормотала я, стушевавшись, а ведь меня не так легко смутить, - мне просто не к кому обратиться. Ты готов помочь мне и держать все в тайне?
- Что происходит? - наконец отмер Фьорк, мрачно на меня глядя, видимо, он все же решил, что я сбрендила.
- А происходит, дорогой мой, следующее, - я встала, снова ощущая волну гнева на обстоятельства, загнавшие меня в угол, - мне дали выбор: либо я ищу одного человека, либо моя жизнь полетит к чертям. Хорошо, если просто уволят.
Я остановилась и взглянула на помощника максимально серьёзно:
- Ты вправе отказаться, я найду другого, конечно, это займёт какое-то время…
- Я согласен, - чересчур поспешно выпалил Фьорк,- я сделаю, все, что нужно, чтобы помочь вам.
Он меня удивил и своей горячностью, и готовностью помочь, но я была не в том положении, чтобы разбрасываться людьми.
- На столе лежит папка, там вся информация, ознакомься сейчас и подумай, под каким предлогом ты уволишься с работы.
- Я? Уволюсь? - Фьорк не ожидал таких жертв со своей стороны, но больше ничего не сказал: сжал губы и сел на стул, знакомиться с объектом.
Яблоко было замечательным: сочным, сладким, с блестящим красным бочком. Мякоть хрустела каждый раз, как я вгрызалась во фрукт. Я уже почти съела его, когда Фьорк оторвался от чтения листков, с мелко напечатанным текстом.
- Надо бы самим опросить всех свидетелей и соседей, - он взглянул на меня.
- Правильно, - ответила я, прожевав, - я пришла к тому же выводу.
- Когда мы выезжаем?
- Как только будут готовы документы тебе, мои прибудут завтра.
Фьорк задумался, машинально теребя подвеску, которую никогда не снимал - тонкая серебряная цепочка с алой каплей рубина, странное украшение для молодого парня, но большинство знакомых уже привыкли видеть его на нем.
- Нет ли каких условий, что вы должны ехать в одиночку? - высказал он свои опасения.
- Вряд ли они смогут отказать моей просьбе, - зло усмехнулась я.
Так и случилось: наутро, когда прибыл курьер с пакетом для меня, где были документы: имперская карточка, аттестат об образовании, рекомендации с Первой жреческой школы, свидетельство о смерти моих родителей, я попросила его передать мою просьбу министру Цвиргу. Курьер был недоволен, но просьбу передал. Через полчаса медсестра попросила меня пройти в кабинет главврача, там стояло переговорное устройство с защищённой от прослушки линией.
- Я же маг, - хмыкнула я и для верности накинула «купол тишины», - Слушаю!
- Вам действительно так необходимо был наш разговор? Мне казалось, мы все выяснили в прошлый раз, - голос Цвирга был ровен, а слова неприятны.
- Мне потребуются документы на моего помощника Фьорка, он едет со мной, - мой тон не оставлял никаких надежд - в случае его отказа откажусь и я.
- Я не рассчитывал вовлекать кого-то ещё… - министр растерялся.
- А на что вы рассчитывали, наделяя меня подобной легендой, знали же, что женщина не может путешествовать одна, я не в том возрасте, да и не в том статусе.
В трубке воцарилась тишина, через минуту обдумывания, министр ответил:
- Вы правы, я решу этот вопрос, будьте готовы выдвинуться через четыре дня. К сожалению, мы не можем вам дать больше времени на подготовку, изменились обстоятельства и теперь присутствие этого человека в столице критично необходимо.
Я положила трубку на рычаг и обхватила голову руками: я чувствовала, что влипаю во что-то неприятное, но не могла понять, как этого избежать.
Через час связалась со Фьорком по внутреннему каналу, который мне ещё был доступен и сообщила ему радостную новость.
Тот был спокоен, будто и не ждал иного, а также рассказал мне, что Бавре уже пришла разнарядка о том, что он, Фьорк, должен уйти в неоплачиваемый отпуск на неопределенный срок, рекомендация сверху, выполнять обязательно. Бавре жутко разозлился, но перечить не посмел, так что завтра, после всех подписей мой помощник будет свободен, как змея в пустыне.
Местом встречи определили городской вокзал, Фьорк рассчитал маршрут, при котором мы сможем достигнуть Сильвани за трое суток. На том и распрощались и я тут же начала решать вопрос с моей выпиской из больницы. Главврач попытался меня отговорить, но я сунула ему под нос рекомендации доктора Штейна и настоятельно просила главврача прислушаться к коллеге. Главврач долго бурчал, но после моего ультиматума, что я либо ухожу так, либо с выпиской, предпочёл все же поставить свою подпись на бумаге.
Оставшееся до отъезда время я посвятила покупке нового гардероба, «консервировала» свою квартиру и нанесла визиты немногочисленным друзьям.
В субботу утром я стояла под пронизывающим ветром на перроне номер два, с большим чемоданом, облегчённым бытовым заклинанием, но не ставшим от этого менее массивным. Я ждала поезд.
ГЛАВА 4.
Сквозь клубы пара и с громким скрежетом, локомотив остановился точно напротив здания вокзала, это был модный нынче маговоз, энергией которому служил кристалл- накопитель. Драгоценный или полудрагоценный камень, который саккумулировал в себе энное количество единиц магэнергии. Для локомотивов подобные производили в промышленных масштабах и их всегда не хватало. Потому частенько маговозы заменяли привычными тепловозами и паровозами.
Фьорк, точнее, по новым документам - Мэт Кошунски, мой дальний родственник, выбирал нам места с точки зрения комфорта, поэтому сейчас мы восседали одни в двухместном купе первого класса. Нашими были два соседних купе, Фьорк настоял, чтобы мы ночевали в разных комнатах, ради приличия. Я согласилась, хотя не видела в том никакой нужды. Возраст у меня не девичий, а взгляд ищейки напрочь отбивает желание у людей сквернословить на мой счёт.
Других пассажиров не было, что позволяло нам общаться без страха быть услышанными. Для верности я все же поставила купол тишины.
- Долго ли нам ехать,Фьорк, тьфу, Мэт? - я поморщилась, стоит лишь раз ошибиться на людях и можно ставить крест на поисках Энтони Брукса.
- Мисс Увайт, я должен вам сказать, что точно не знаю, - почему-то шепотом сказал Фьорк-Мэт, наклонившись ко мне ближе.
- Мэт, - я добавила строгости в голосе, - как мой кузен ты можешь назвать меня Николь, и никак иначе, - а в конце прошипела, демонстрируя уровень своего недовольства, - забудь про «мисс Увайт», я - Николетта Блэк, если хоть раз ошибёшься - дальше я поеду одна!
Фьорк-Мэт покраснел, потом побледнел, но не полностью, в итоге, так и сидел с большими красными пятнами на лице.
- Простите, мисс… Николетта.
- Ещё раз: более близкое обращение, мы не чужие друг другу.
- Прости, Николь, - Фьорк смог выдавить из себя нужную форму.
Я сунула ему под нос бумаги для изучения и попросила не трогать меня, пока мы не прибудем в Штоллен, крупный город на востоке Мерсии, он славился своими оружейным заводом и фарфоровой мануфактурой.
Фьорк кивнул и уткнул свой довольно длинный нос в бумажные листки, а я, сняв ботинки, жакет, ослабила шнуровку верхнего платья и, наконец, прилегла на диван.
