Но Эрод не мог отделаться от мысли, что их предводитель, его друг вот уже пятьдесят два года, сломает эту нежную девушку в угоду их цели, которую, если честно, все они воспринимают не более чем легенду, сказку для малышей. Она боится за свою жизнь, за жизнь своих близких. А теперь ещё и Энки перепугал её своей грубостью.
- Знаю... После сегодняшнего...
- Я успокою её. Не лезь, - жёсткость тона показала, что друг на взводе, и отказа не потерпит. Даже руки частично трансформировались и лицо. На спине вздулся горб, знаменуя появление ещё одной пары рук - истинных рук ракшаса, с огромными когтями, синей кожей, увитой крупными венами.
- Ага. Вот так и скажи ей, когда очнётся! И руки ей покажи свои... - Энки глянул на свои когти, озлился снова. И сделал то, чего никогда себе не позволял - отбросил друга в дальний конец салона. Эрод тут же вскочил, настороженно замер.
На тренировках они часто сходились всерьёз. Так было нужно, да и не могли иначе - их злость была частью их самих. Если змеям от предков досталось хладнокровие, рассудительность, то они получили бешенство до того неистовое, что многие сходили с ума ещё в период полового созревания. Те, кому удалось обуздать себя, все они сейчас с Энки, все ждут перехода в Мир Богов, возможности больше не убивать своих любовников и любовниц, не вредить соседям и знакомым людям.
Но вот напасть... Что с Энки? И тут Эрод застыл от догадки! Говоришь, единственная, кто сбросил омним? Теперь всё ясно: их суровый, идущий к своей цели вот уже два века, лидер влюблён. И его сжигает ревность! Змеи получили от девушки так много: возможность быть с нею, пить её силу, она доверила им свою семью. И ещё... Энки рассматривал руку Лолы с таким холодным бешенством в глазах, что Эрод готовился ко всему. В том числе к тому, что придётся схватить объект и убегать от слетевшего с катушек друга.
Но тот только втянул воздух через синие ноздри, отвернулся к окну. Там мелькали тёмными силуэтами ели, столбы, вот и знак, что их убежище близко.
- На ней метка якшини, - сказал Энки. Голос был ледяным, но в горле клокотало рычание. Руку он уже отпустил, схватил угол пледа и смял когтями. Эрод медленно двинулся к нему, присел на корточки, заглянул в лицо.
- Этасу она сказала, что была в посёлке. Кто там живёт? - они знали, что семейство якшасов живёт в городе, в самом центре, рядом с ночным клубом "Аморэ". Они сползлись все в один клубок, чтобы экономить силы. И Энки, и Эрод относились к ним с презрением: ракшасы предпочитали всё брать силой, в том числе и энергию, которую боги вложили во всё живое.
- Арэй, - коротко бросил друг и встал, насколько позволяла высота салона, - Она умудрилась показаться единственному порядочному якшасу из всего клубка, - Энки вспомнил, как вышел из кабинета в "Тотошке", не нашёл её глазами.
Он подверг бесцеремонному и жёсткому допросу всех в магазине, даже уборщицу. Директор что-то мямлил, девицы ели его взглядами, единственным вменяемым человеком осталась пожилая Степановна. Она-то и рассказала в подробностях, как Лола обняла девочку, как богач с противной рожей выдрал ту из рук девушки и разорался на всю, что всякие тут их трогают. Много чего ещё добавила женщина, которая очень любила Лолу за добрый нрав и угощения в виде пирожков и тортов.
Главное Энкелай понял: в магазине был якшас. А единственный якшас в городе, у которого была дочь, к тому же больная и слабая настолько, что одно прикосновение одарённой насытило её тело надолго, это Арэй. Когда-то они были врагами, столь лютыми, как и предводители двух божественных армий. Но Энкелай спас Арэя, отдав тому всю скопленную за десять лет энергию, а через несколько десятков лет тот отплатил тем же. Не враги, но и не друзья. Это уже много, потому что их расы на дух не переносили друг друга. Казалось бы, война в прошлом, все в равном положении, но нет, генетическая память, кровь бурлила и толкала на конфликт.
Если бы метку поставил Аигот или Аидат, Энки без малейших колебаний поставил бы поверх свою. Это вызвало бы довольно опасный эффект в крови девушки, но если она так сильна, что Дар выбрал её, то смогла бы выжить. И стала бы его ракшанаи. Покорной, полной энергии, такой красивой... Теперь прежний план летит к Хумбабе в задницу, ведь змеи приползут всем клубком за своей якшауни. Пожалел или понравилась? Энки усмехнулся. Конечно понравилась, кто бы спорил? Эта кожа, эти глаза, шёлковые волосы... длинные ноги... Конечно Арэй всё сделал с дальним прицелом. Дар - это хорошо, но спокойный, хитрый, холодный и такой дальновидный змей рассчитывал в будущем получить персональный источник. Этого хотели бы все, на тот случай, если Врата останутся закрытыми и дальше.
- Арэй? Наш бродяга Арэй? - удивился Эрод. Алые глаза с тёмно-бордовыми ресницами распахнулись так широко, что заняли едва ли не пол-лица.
Бродяга. Да, змей тоже блуждал по миру, впитывал боль и горечь, человеческие страдания. Это угнетало его, ведь по природе своей он был куда мягче сородичей. Те сгибали волю людскую, как прутья, выпивали жертв едва ли не до дна, оставив пустую оболочку. Дольше всего змеи жили и живут по сей день в горах Тибета, на границе с Непалом. Там они впадают в спячку, без которой их род уже вымер бы полностью - ничто не способно утолить их голод. Да и голод ракшасов тоже...
- Да. И они скоро будут у нас, - он включил рацию, - Этас. Готовим встречу роду Санай! Нет, пока на второй вариант. Но на всякий случай...
- Ты будешь договариваться? - осторожно спросил Эрод. Задумчивый командир настораживал хуже бомбы с тикающим механизмом.
- Пока не вижу другого выхода. Но возможно будет другой путь, - он бросил последний, внимательный, какой-то жадный взгляд на лицо спящей одарённой и вышел из остановившейся уже машины.
Густой снег щедро сыпал с небес, мгновенно укрывая лес, окружающий базу ракшасов, дома и дороги. Грузовики, броневики и джипы уже отогнали в гараж. В штабе, самом большом и укреплённом здании базы, проходило экстренное совещание Ордена. Единственная девушка из всех выживших, точнее переживших своё первое безумие ракшасов сидела на третьем от виртуального экрана кресле. Она пылала злостью. Чёрная злоба и ярость душили Элойру как никогда. Энкелай, самый желанный, самый невероятный из всех мужчин, когда - либо побывавших в её объятиях, вернулся ещё более холодным, жёстким и отчуждённым, чем раньше. Ракшасы по природе сродни вампирам, так что быть друг с другом им ещё сложнее, чем с людьми, которых их голод убивает. Но Элойра нашла лазейку в его сердце: без устали тренировалась, показывая свою силу, своё гибкое тело, свою страсть. Дважды ей удалось его затащить на маты, но вот уже год он или ускользает, или просто прямо говорит, что она помеха. Да, она действительно хватила лишку: в конце, когда мир взорвался от её крика, она по привычке забрала у партнёра энергию. Если бы не её полезность для их дела, Энки убил бы её, не задумываясь. А так она отделалась парой сломанных конечностей и ребёр. Малость, такая малость... если бы не саднившее сердце, которое он разбил вдребезги своим презрительным "ракашана". Безмозглая, живущая инстинктами, ракшаси. Худшего оскорбления себе трудно и представить!
Эрод ехидно ухмылялся, без труда читая в её гримасах все эти мысли. Когда он поднял Лолу на руки, намереваясь вынести из грузовика и отнести её в гостевые комнаты, Энки со злостью и холодным бешенством процедил, что отныне никто из присутствующих не должен касаться Дара. Ну-ну, подумал алоглазый. Вероятно, эти слова слышала и их демоница, ведь тут же, как Энки ушёл, бережно сжимая синими лапами стройные ножки девушки, побежала к стене и так врезала по ней, что булыжники размером с колесо от машины разлетелись картечью радиусом в пять метров. Минус дом. Опять латать завтра.
- Мы нашли её, - сказал Энки и сел в кресло. Он задумчиво побарабанил пальцами по столу, обвел всех пристальным взглядом, - Но есть и плохая новость...
- Да уж, - процедила Элойра, - Мы уже поняли, какая!
- Заткнис-с-сь! - прошипел, ощерив полный клыков рот, предводитель, - Тебе слова не давали. Ещё одна такая реплика, и я тебя выброшу за дверь! - Элойра стала бледнее полотна, склонила голову, униженно и покорно, - Так вот... На ней метка якшини.
- О! - театрально - многозначительное "о!" прозвучало от степенного, осанистого брюнета лет пятидесяти на вид. В щёгольском костюме - тройке цвета топлёного молока, коричневой, мягкой фетровой шляпе, он смотрелся несколько неуместно здесь, на собрании этих сильных, закованных в современную форму и броню, солдат, - Неожиданно. Но, полагаю, ты уже знаешь, что делать?
Энки кивнул. Да, он знал, что делать. Ждать. Им остаётся только ждать, когда якшасы явятся сюда под предлогом освобождения одной из рода. Никого из женщин они бы не оценили так высоко, как эту вот девицу - в ней сейчас бьётся самое настоящее море энергии, маня своей доступностью и необъятностью.
- Да. Мы немедленно сворачиваемся! Этас! - тот самый следователь, который делал вид, что он представитель властей в доме одарённой, с готовностью вскочил и подошёл к главе Ордена, - Бойцов оставь столько, сколько будет необходимо для охраны периметра. Остальным выдать снаряжение, пусть едут к ангару. Через двое суток мы вылетаем в Непал.
- И отдадим Дар якшасам? - возмутился Эрод. Он сузил глаза и стал поглаживать запястья, выпуская тучи иллюзорных насекомых, которые тут же обретали плоть.
- Не совсем... - усмешка командира стала донельзя коварной и мечтательной. Элойра с хрустом отломила кусок стола, а губы её вывернулись от больших, звериных клыков.
Поговорив о маршруте, который все и так знали до мелочей, ещё раз раздав роли и команды, глава покинул собрание. Стало тихо, слышно было рваное дыхание их демоницы, деликатное покашливание Эвладара, которому вся эта мышиная возня с ревностью казалась мелкой и немного отвлекала от собственных драм и разочарований. Этас искал в планшете нужную информацию о погоде в горах на ближайшее время, а также передавал приказы главы через личный код бойцам. Эрод развернул кресло в сторону Элойры и ждал финальной сцены.
- Убью! - процедила она и вылетела из зала, шваркнув дверью.
- Как думаете, что ей сломает Энки на этот раз? - ехидно спросил алоглазый. Этас не обратил внимания на происходящее, продолжая работать, Эвладар задумчиво погладил набалдашник трости.
- Ты бы лучше покормил кота, Эрод! - внезапно поднял голову от планшета Этас, - Насколько я знаю, бедное животное сидело на морозе три часа как минимум. И сюда мы ехали полтора. Он небось уже на последнем издыхании. Наша одарённая нам не простит, если с её любимцем приключится несчастье!
Театрально поклонившись, алоглазый сбежал вслед предводителю и его ревнивой обожательнице. Кот нашёлся в комнате Этаса. Странно, кто его сюда сгрузил? Пожав плечами, Эрод закопался в холодильник в поисках чего-то, чем можно накормить животное. Сам же зверь сидел в клетке, которая стояла на кухонном столике. Его жёлтые глаза пристально следили за руками парня. Едва Эрод взялся за вакуумную упаковку с сосисками, как со стороны питомца Лолы донеслось громкое "урл".
- Вкусно, вкусно! - прошипел он. Эрод подумал, что ему послышалось, и продолжил поиски, - Дай сосиску, дай!
- Ты говоришь?!!! - застыл с гирляндой сарделек в руке ракшас. Впрочем, что удивляться? Его хозяйка получила столько силы, самой крови божества, да и не одного, а нескольких, что хватило бы на столетие-другое безоблачного существования для целой армии ракшасов. - Я тебя выпущу, но ты будешь вести себя прилично, хорошо?
Кот поцарапал лапами стенки клетки, но кивнул. Ракшас открыл дверцу. Маркиз настороженно прижал ушки к голове, но мягко, неспешно стал выходить по шажку. Он уже обсох, даже успел вылизаться, хотя это было нелегко в таких условиях. Эрод порезал три сосиски, уложил их на блюдце веером, налил в самую мелкую чашку молока и поставил перед этим невероятным, уникальным теперь уже в своём роде, котом.
Энкелай тихо приоткрыл дверь гостевой спальни. Он мог бы и ворваться сюда, гордо и нагло, с видом победителя. Но не сейчас. Не тогда, когда метка якшини перечеркнула первоначальный план по привязке объекта. Теперь он должен быть в тысячу раз осторожнее, хитрее. Нужно проявить всю свою гибкость, соблазнить, уверить в том, что у него есть к ней чувства. И ни в коем случае не показать истины...
Лола всё ещё в обмороке. Присел на кровать, погладил нежную щёку. Ресницы девушки дрогнули, огромные, испуганные, зеленые глаза с ужасом и опаской перебежали сначала с него на комнату, затем она оглядела себя, уверилась, что её не раздели догола, подтянула одеяло к подбородку, задрожала осиновым листом.
- Боишься? - спросил меня ракшас. Феноменально! Задавать такие вопросы после того, как с грубостью и прямолинейностью заявил, что я всего лишь вещь, которую теперь могут как переходящий приз передавать, ну или же красть друг у друга, все кому не лень! - Боишься...
Встал, картинно повернулся в профиль. Я оценила сцену, но вся его привлекательность меркла, как застиранная, линялая тряпка, отдавала банальным самолюбованием и заносчивостью.
- Где я? - горло пересохло, так что после этих слов пришлось за него схватиться и скривиться от боли.
- Это база Ордена, - спокойно сказал Коля. Он встал и прошёл к мини бару, вытащил оттуда банку Колы и подал мне. Стараясь даже краем мизинца не тронуть его руку, я осторожно вытащила её и тут же открыла, чтобы с жадностью влить в себя, - Прости за то, что испугал тебя, Лола. Просто ночь вышла нелёгкой. Мы ждали тебя, чтобы увезти в безопасное место, но тебя всё не было...
Извинился, значит, не такой уж и скот. Как бы не так! Вон как скулы сжимаются, а руки покрываются синими пятнами. Не привык он просить прощения, это же очевидно. Однако, худой мир лучше доброй ссоры, так что нужно хоть сделать вид, что поверила в его искренность. Кивнула, показательно расслабилась на подушке. Коля настороженно проследил за каждым моим движением, но, видимо, поверил, потому что из его тела ушла натянутость взведённой пружины, улыбка стала мягкой, по-мужски соблазнительной.
- Я была в гостях...
- Да, об этом. У кого ты была? - снова сорвался на злобу. Я отвернулась к окну, посмотрела на снег, подивилась, как тихо и мирно проходит жизнь и этого леса, и просто человечества по сравнению с моей.
- Когда рабочий день уже заканчивался, в магазин зашли... - я пересказала свою историю знакомства с Соней и её отцом, - Раз уж ты в курсе, кто такой Арэй, то скажу сразу: ему я верю! А тебе - нет!
Со свистом выпустил воздух из лёгких, закрыл глаза. Неужели снова бросится?! Я потихоньку стала сползать с кровати. На мне только юбка и блузка, пальто сняли, сапожки тоже. Но если придётся, то побегу и босиком по снегу! Не успела... Когда я уже обошла это ложе невиданных размеров по кругу, сильная рука притиснула меня к мужчине. Жадные, горько-сладкие губы Коли впились в мои, разом выбив все мысли, ослабив мою волю. Затащил меня себе на колени, не отрываясь от меня ни на миг. Его руки были везде, они властно разорвали колготы, тут же нагло нырнули в трусики, горячие пальцы скользнули в меня. Всё тело пронзила дрожь. Дрожь желания, предвкушения и настоящей жажды! Вторая рука огладила бедро, острый коготь с треском разрезал юбку, сорвал все пуговицы на блузке, оцарапал сосок груди.
- Знаю... После сегодняшнего...
- Я успокою её. Не лезь, - жёсткость тона показала, что друг на взводе, и отказа не потерпит. Даже руки частично трансформировались и лицо. На спине вздулся горб, знаменуя появление ещё одной пары рук - истинных рук ракшаса, с огромными когтями, синей кожей, увитой крупными венами.
- Ага. Вот так и скажи ей, когда очнётся! И руки ей покажи свои... - Энки глянул на свои когти, озлился снова. И сделал то, чего никогда себе не позволял - отбросил друга в дальний конец салона. Эрод тут же вскочил, настороженно замер.
На тренировках они часто сходились всерьёз. Так было нужно, да и не могли иначе - их злость была частью их самих. Если змеям от предков досталось хладнокровие, рассудительность, то они получили бешенство до того неистовое, что многие сходили с ума ещё в период полового созревания. Те, кому удалось обуздать себя, все они сейчас с Энки, все ждут перехода в Мир Богов, возможности больше не убивать своих любовников и любовниц, не вредить соседям и знакомым людям.
Но вот напасть... Что с Энки? И тут Эрод застыл от догадки! Говоришь, единственная, кто сбросил омним? Теперь всё ясно: их суровый, идущий к своей цели вот уже два века, лидер влюблён. И его сжигает ревность! Змеи получили от девушки так много: возможность быть с нею, пить её силу, она доверила им свою семью. И ещё... Энки рассматривал руку Лолы с таким холодным бешенством в глазах, что Эрод готовился ко всему. В том числе к тому, что придётся схватить объект и убегать от слетевшего с катушек друга.
Но тот только втянул воздух через синие ноздри, отвернулся к окну. Там мелькали тёмными силуэтами ели, столбы, вот и знак, что их убежище близко.
- На ней метка якшини, - сказал Энки. Голос был ледяным, но в горле клокотало рычание. Руку он уже отпустил, схватил угол пледа и смял когтями. Эрод медленно двинулся к нему, присел на корточки, заглянул в лицо.
- Этасу она сказала, что была в посёлке. Кто там живёт? - они знали, что семейство якшасов живёт в городе, в самом центре, рядом с ночным клубом "Аморэ". Они сползлись все в один клубок, чтобы экономить силы. И Энки, и Эрод относились к ним с презрением: ракшасы предпочитали всё брать силой, в том числе и энергию, которую боги вложили во всё живое.
- Арэй, - коротко бросил друг и встал, насколько позволяла высота салона, - Она умудрилась показаться единственному порядочному якшасу из всего клубка, - Энки вспомнил, как вышел из кабинета в "Тотошке", не нашёл её глазами.
Он подверг бесцеремонному и жёсткому допросу всех в магазине, даже уборщицу. Директор что-то мямлил, девицы ели его взглядами, единственным вменяемым человеком осталась пожилая Степановна. Она-то и рассказала в подробностях, как Лола обняла девочку, как богач с противной рожей выдрал ту из рук девушки и разорался на всю, что всякие тут их трогают. Много чего ещё добавила женщина, которая очень любила Лолу за добрый нрав и угощения в виде пирожков и тортов.
Главное Энкелай понял: в магазине был якшас. А единственный якшас в городе, у которого была дочь, к тому же больная и слабая настолько, что одно прикосновение одарённой насытило её тело надолго, это Арэй. Когда-то они были врагами, столь лютыми, как и предводители двух божественных армий. Но Энкелай спас Арэя, отдав тому всю скопленную за десять лет энергию, а через несколько десятков лет тот отплатил тем же. Не враги, но и не друзья. Это уже много, потому что их расы на дух не переносили друг друга. Казалось бы, война в прошлом, все в равном положении, но нет, генетическая память, кровь бурлила и толкала на конфликт.
Если бы метку поставил Аигот или Аидат, Энки без малейших колебаний поставил бы поверх свою. Это вызвало бы довольно опасный эффект в крови девушки, но если она так сильна, что Дар выбрал её, то смогла бы выжить. И стала бы его ракшанаи. Покорной, полной энергии, такой красивой... Теперь прежний план летит к Хумбабе в задницу, ведь змеи приползут всем клубком за своей якшауни. Пожалел или понравилась? Энки усмехнулся. Конечно понравилась, кто бы спорил? Эта кожа, эти глаза, шёлковые волосы... длинные ноги... Конечно Арэй всё сделал с дальним прицелом. Дар - это хорошо, но спокойный, хитрый, холодный и такой дальновидный змей рассчитывал в будущем получить персональный источник. Этого хотели бы все, на тот случай, если Врата останутся закрытыми и дальше.
- Арэй? Наш бродяга Арэй? - удивился Эрод. Алые глаза с тёмно-бордовыми ресницами распахнулись так широко, что заняли едва ли не пол-лица.
Бродяга. Да, змей тоже блуждал по миру, впитывал боль и горечь, человеческие страдания. Это угнетало его, ведь по природе своей он был куда мягче сородичей. Те сгибали волю людскую, как прутья, выпивали жертв едва ли не до дна, оставив пустую оболочку. Дольше всего змеи жили и живут по сей день в горах Тибета, на границе с Непалом. Там они впадают в спячку, без которой их род уже вымер бы полностью - ничто не способно утолить их голод. Да и голод ракшасов тоже...
- Да. И они скоро будут у нас, - он включил рацию, - Этас. Готовим встречу роду Санай! Нет, пока на второй вариант. Но на всякий случай...
- Ты будешь договариваться? - осторожно спросил Эрод. Задумчивый командир настораживал хуже бомбы с тикающим механизмом.
- Пока не вижу другого выхода. Но возможно будет другой путь, - он бросил последний, внимательный, какой-то жадный взгляд на лицо спящей одарённой и вышел из остановившейся уже машины.
Густой снег щедро сыпал с небес, мгновенно укрывая лес, окружающий базу ракшасов, дома и дороги. Грузовики, броневики и джипы уже отогнали в гараж. В штабе, самом большом и укреплённом здании базы, проходило экстренное совещание Ордена. Единственная девушка из всех выживших, точнее переживших своё первое безумие ракшасов сидела на третьем от виртуального экрана кресле. Она пылала злостью. Чёрная злоба и ярость душили Элойру как никогда. Энкелай, самый желанный, самый невероятный из всех мужчин, когда - либо побывавших в её объятиях, вернулся ещё более холодным, жёстким и отчуждённым, чем раньше. Ракшасы по природе сродни вампирам, так что быть друг с другом им ещё сложнее, чем с людьми, которых их голод убивает. Но Элойра нашла лазейку в его сердце: без устали тренировалась, показывая свою силу, своё гибкое тело, свою страсть. Дважды ей удалось его затащить на маты, но вот уже год он или ускользает, или просто прямо говорит, что она помеха. Да, она действительно хватила лишку: в конце, когда мир взорвался от её крика, она по привычке забрала у партнёра энергию. Если бы не её полезность для их дела, Энки убил бы её, не задумываясь. А так она отделалась парой сломанных конечностей и ребёр. Малость, такая малость... если бы не саднившее сердце, которое он разбил вдребезги своим презрительным "ракашана". Безмозглая, живущая инстинктами, ракшаси. Худшего оскорбления себе трудно и представить!
Эрод ехидно ухмылялся, без труда читая в её гримасах все эти мысли. Когда он поднял Лолу на руки, намереваясь вынести из грузовика и отнести её в гостевые комнаты, Энки со злостью и холодным бешенством процедил, что отныне никто из присутствующих не должен касаться Дара. Ну-ну, подумал алоглазый. Вероятно, эти слова слышала и их демоница, ведь тут же, как Энки ушёл, бережно сжимая синими лапами стройные ножки девушки, побежала к стене и так врезала по ней, что булыжники размером с колесо от машины разлетелись картечью радиусом в пять метров. Минус дом. Опять латать завтра.
- Мы нашли её, - сказал Энки и сел в кресло. Он задумчиво побарабанил пальцами по столу, обвел всех пристальным взглядом, - Но есть и плохая новость...
- Да уж, - процедила Элойра, - Мы уже поняли, какая!
- Заткнис-с-сь! - прошипел, ощерив полный клыков рот, предводитель, - Тебе слова не давали. Ещё одна такая реплика, и я тебя выброшу за дверь! - Элойра стала бледнее полотна, склонила голову, униженно и покорно, - Так вот... На ней метка якшини.
- О! - театрально - многозначительное "о!" прозвучало от степенного, осанистого брюнета лет пятидесяти на вид. В щёгольском костюме - тройке цвета топлёного молока, коричневой, мягкой фетровой шляпе, он смотрелся несколько неуместно здесь, на собрании этих сильных, закованных в современную форму и броню, солдат, - Неожиданно. Но, полагаю, ты уже знаешь, что делать?
Энки кивнул. Да, он знал, что делать. Ждать. Им остаётся только ждать, когда якшасы явятся сюда под предлогом освобождения одной из рода. Никого из женщин они бы не оценили так высоко, как эту вот девицу - в ней сейчас бьётся самое настоящее море энергии, маня своей доступностью и необъятностью.
- Да. Мы немедленно сворачиваемся! Этас! - тот самый следователь, который делал вид, что он представитель властей в доме одарённой, с готовностью вскочил и подошёл к главе Ордена, - Бойцов оставь столько, сколько будет необходимо для охраны периметра. Остальным выдать снаряжение, пусть едут к ангару. Через двое суток мы вылетаем в Непал.
- И отдадим Дар якшасам? - возмутился Эрод. Он сузил глаза и стал поглаживать запястья, выпуская тучи иллюзорных насекомых, которые тут же обретали плоть.
- Не совсем... - усмешка командира стала донельзя коварной и мечтательной. Элойра с хрустом отломила кусок стола, а губы её вывернулись от больших, звериных клыков.
Поговорив о маршруте, который все и так знали до мелочей, ещё раз раздав роли и команды, глава покинул собрание. Стало тихо, слышно было рваное дыхание их демоницы, деликатное покашливание Эвладара, которому вся эта мышиная возня с ревностью казалась мелкой и немного отвлекала от собственных драм и разочарований. Этас искал в планшете нужную информацию о погоде в горах на ближайшее время, а также передавал приказы главы через личный код бойцам. Эрод развернул кресло в сторону Элойры и ждал финальной сцены.
- Убью! - процедила она и вылетела из зала, шваркнув дверью.
- Как думаете, что ей сломает Энки на этот раз? - ехидно спросил алоглазый. Этас не обратил внимания на происходящее, продолжая работать, Эвладар задумчиво погладил набалдашник трости.
- Ты бы лучше покормил кота, Эрод! - внезапно поднял голову от планшета Этас, - Насколько я знаю, бедное животное сидело на морозе три часа как минимум. И сюда мы ехали полтора. Он небось уже на последнем издыхании. Наша одарённая нам не простит, если с её любимцем приключится несчастье!
Театрально поклонившись, алоглазый сбежал вслед предводителю и его ревнивой обожательнице. Кот нашёлся в комнате Этаса. Странно, кто его сюда сгрузил? Пожав плечами, Эрод закопался в холодильник в поисках чего-то, чем можно накормить животное. Сам же зверь сидел в клетке, которая стояла на кухонном столике. Его жёлтые глаза пристально следили за руками парня. Едва Эрод взялся за вакуумную упаковку с сосисками, как со стороны питомца Лолы донеслось громкое "урл".
- Вкусно, вкусно! - прошипел он. Эрод подумал, что ему послышалось, и продолжил поиски, - Дай сосиску, дай!
- Ты говоришь?!!! - застыл с гирляндой сарделек в руке ракшас. Впрочем, что удивляться? Его хозяйка получила столько силы, самой крови божества, да и не одного, а нескольких, что хватило бы на столетие-другое безоблачного существования для целой армии ракшасов. - Я тебя выпущу, но ты будешь вести себя прилично, хорошо?
Кот поцарапал лапами стенки клетки, но кивнул. Ракшас открыл дверцу. Маркиз настороженно прижал ушки к голове, но мягко, неспешно стал выходить по шажку. Он уже обсох, даже успел вылизаться, хотя это было нелегко в таких условиях. Эрод порезал три сосиски, уложил их на блюдце веером, налил в самую мелкую чашку молока и поставил перед этим невероятным, уникальным теперь уже в своём роде, котом.
Энкелай тихо приоткрыл дверь гостевой спальни. Он мог бы и ворваться сюда, гордо и нагло, с видом победителя. Но не сейчас. Не тогда, когда метка якшини перечеркнула первоначальный план по привязке объекта. Теперь он должен быть в тысячу раз осторожнее, хитрее. Нужно проявить всю свою гибкость, соблазнить, уверить в том, что у него есть к ней чувства. И ни в коем случае не показать истины...
Лола всё ещё в обмороке. Присел на кровать, погладил нежную щёку. Ресницы девушки дрогнули, огромные, испуганные, зеленые глаза с ужасом и опаской перебежали сначала с него на комнату, затем она оглядела себя, уверилась, что её не раздели догола, подтянула одеяло к подбородку, задрожала осиновым листом.
- Боишься? - спросил меня ракшас. Феноменально! Задавать такие вопросы после того, как с грубостью и прямолинейностью заявил, что я всего лишь вещь, которую теперь могут как переходящий приз передавать, ну или же красть друг у друга, все кому не лень! - Боишься...
Встал, картинно повернулся в профиль. Я оценила сцену, но вся его привлекательность меркла, как застиранная, линялая тряпка, отдавала банальным самолюбованием и заносчивостью.
- Где я? - горло пересохло, так что после этих слов пришлось за него схватиться и скривиться от боли.
- Это база Ордена, - спокойно сказал Коля. Он встал и прошёл к мини бару, вытащил оттуда банку Колы и подал мне. Стараясь даже краем мизинца не тронуть его руку, я осторожно вытащила её и тут же открыла, чтобы с жадностью влить в себя, - Прости за то, что испугал тебя, Лола. Просто ночь вышла нелёгкой. Мы ждали тебя, чтобы увезти в безопасное место, но тебя всё не было...
Извинился, значит, не такой уж и скот. Как бы не так! Вон как скулы сжимаются, а руки покрываются синими пятнами. Не привык он просить прощения, это же очевидно. Однако, худой мир лучше доброй ссоры, так что нужно хоть сделать вид, что поверила в его искренность. Кивнула, показательно расслабилась на подушке. Коля настороженно проследил за каждым моим движением, но, видимо, поверил, потому что из его тела ушла натянутость взведённой пружины, улыбка стала мягкой, по-мужски соблазнительной.
- Я была в гостях...
- Да, об этом. У кого ты была? - снова сорвался на злобу. Я отвернулась к окну, посмотрела на снег, подивилась, как тихо и мирно проходит жизнь и этого леса, и просто человечества по сравнению с моей.
- Когда рабочий день уже заканчивался, в магазин зашли... - я пересказала свою историю знакомства с Соней и её отцом, - Раз уж ты в курсе, кто такой Арэй, то скажу сразу: ему я верю! А тебе - нет!
Со свистом выпустил воздух из лёгких, закрыл глаза. Неужели снова бросится?! Я потихоньку стала сползать с кровати. На мне только юбка и блузка, пальто сняли, сапожки тоже. Но если придётся, то побегу и босиком по снегу! Не успела... Когда я уже обошла это ложе невиданных размеров по кругу, сильная рука притиснула меня к мужчине. Жадные, горько-сладкие губы Коли впились в мои, разом выбив все мысли, ослабив мою волю. Затащил меня себе на колени, не отрываясь от меня ни на миг. Его руки были везде, они властно разорвали колготы, тут же нагло нырнули в трусики, горячие пальцы скользнули в меня. Всё тело пронзила дрожь. Дрожь желания, предвкушения и настоящей жажды! Вторая рука огладила бедро, острый коготь с треском разрезал юбку, сорвал все пуговицы на блузке, оцарапал сосок груди.
