Сильные руки стащили меня со стола, тут же крепко обняли, я узнала синий свитер Арэя, запах его туалетной воды, ощущение надёжности, которое познала только с ним, - Прекрати! Она ведь не знает, что эти стычки для вас вещь обыденная. Вы перепугали её до смерти.
- Неженка какая! - послышалось презрительное от хищной брюнетки в чёрном военном костюме, которая сидела рядом с ракшасом, изображавшим в моём доме следователя. Она тоже вырастила лишние руки, но ослабла буквально сразу после атаки белоглазого.
- Пошла вон! - звуки затрещин, визг, а потом дверь громко захлопнули. Коля прошагал тяжело к своему месту, упал на кресло, которое так скрипнуло, будто сейчас развалится.
Воцарилась настороженная тишина. Я не спешила отрывать руки, да и лицо тоже, от груди якшаса. Она мерно вздымалась от его дыхания, сильные руки дарили тепло, какую - то опору в этом сумасшедшем мире.
- Я должен успокоить жену, - сказал Арэй и поставил меня на ноги. - Мы выйдем ненадолго.
Пока мы шли к выходу, я старалась не смотреть ни на кого в этом зале. Меня от души воротило и от страшных, безумных ракшасов, и от замороженных якшасов. И те, и другие убивали с лёгкостью, не думая ни о чём. Да я таракана тапком хлопаю едва-едва, только чтобы он сбежал сам! С меня довольно на сегодня. Голова звенела от переживаний, наливаясь тупой болью. Бессонная ночь, безумный страх, да даже то, что было у меня с Колей, это выжгло в душе всё живое.
Арэй отвёл меня к окну, обнял, шептал что-то успокаивающее. Обещал защитить от всего мира, говорил, что теперь никто не посмеет меня обидеть. Якшауни, повторял он всё время, пока целовал мои губы, лихорадочно ласкал моё тело. Сначала я мало отвечала, но разве могло быть иначе? Самой себе я могла признаться: в тот день, когда я только увидела его в магазине, меня обидело не столько его отношение ко мне, как к продавцу, сколько пренебрежительность как к женщине. Да, я влюбилась. Снова, как тогда весной в Сеню.
Арэй остановился, заглянул в мои глаза, молчаливый наш диалог закончился моим удовлетворённым вздохом - мой теперь уже муж усадил меня на подоконник, вжался в меня так плотно, что я со вздохом и нетерпеливым стоном притянула его к себе. Снова поцелуи, жадные, частые, долгие и вкусные, без малейшего шанса на вздох, на побег. Руки Арэя уже под туникой, он ласкает грудь, сжимает соски пальцами. Судорожно хватаю воздух губами, настойчиво прижимая его голову к себе, ожидая сокровенной ласки. О, да! Какой же ты... Моя дрожь и удовлетворённые вздохи распалили мужа ещё больше. Лосины скользкими змеями сползли с моих ног. Тут же стало холодно. На миг. А потом неистовый жар охватил всё тело - холодный, безразличный даже якшас обрушил на меня столько страсти, нежности и любви! Когда я уже потерялась от ощущений, когда в перерывах между восторженными вздохами шептала ему просьбы и признания, заполнил меня всю, мгновенно вырвав крик из глотки. Когда он выпустил когти и располосовал мои бёдра, когда я успела исцарапать его плечи? Вдох, стон, искры из его глаз, по волосам мужа полз иней, мелкие снежинки падали мне на лицо, охлаждая горящие щёки. Никакого стеснения, всё так, будто мы созданы друг для друга. Яростные толчки сменились нежными, долгими движениями, я будто парила где-то, там, где только счастье и нега.
- Ещё... - попросила я. Надо запомнить, что такие слова делают его натуральным зверем!
Нет времени на вдох, руки судорожно сжимают его плечи, безумие и сила, с какой он вбивался в моё тело, вырвали меня из мира, реальности, я выгнулась и закричала, эхо тут же подхватило мой голос и унесло вдаль по пустому коридору. Арэй замер, тяжело дыша мне в шею, мы так тесно сплелись, не желая отпускать друг друга. . Не хочу, чтобы ты уходил. Шепчу, обещаю, признаюсь. Ласка и нежность обрушились на меня, его губы благодарили меня за всё. И за мою любовь, и за силу, которая вихрем носилась вокруг - я отдала так много, как могла, ведь это мой выбор. И пожелала... возможно не стоило, нельзя было, но я так хочу, чтобы ты всегда был со мной, был моим... Я желаю тебе бессмертия, Арэй. И себе... и вечности для нас...
- Подай мне... - указала на лосины, тёмной кучей сваленные под окном. Якшас опалил таким жадным взглядом, что я тут же ответила предвкушающим стоном, но наклонился к моим вещам, - А-а-а-а!!!
В тот же миг стекло разлетелось на осколки, тут же вонзившиеся мне в спину и голые ноги, а вокруг талии обвилось что-то толстое и горячее, сдавило так, что едва не разорвало пополам! Несколько секунд мы глядели друг другу в глаза, я видела его боль, его тревогу, а потом меня дёрнули куда-то вбок и вверх, унося прочь от заснеженного двора базы. По ногам стекала кровь из глубоких порезов, туника задралась вверх, открыв всему миру, и особенно лютому морозу, мой зад. Холод был адский, я сделала ноги крестиком, чтобы не выстудить самое дорогое. Мне ведь и детей охота. Арэй... Как ты там? Ищешь меня? Я уже догадывалась, кто меня похитил. Эной. Смутно слышала какой-то треск на базе, а потом только ветер и хриплое дыхание монстра.
Над головой хлопали крылья, время от времени раздавалось хриплое рычание, меня встряхивали как куклу, проверяя, не померла ли я ещё. После моего полузадушенного писка на некоторое время внимание существа снова переключалось на полёт, а затем он тряс меня опять.
Огни города остались позади, ног я уже не ощущала совсем, хотя в спину жарко дышало огромное, волосатое нечто. Ракшас летел куда-то, видимо на восток, потому что показался аэропорт. Маленький, только для любителей прыгнуть с парашютом, он не мог похвастаться большими самолетами, но то было раньше. Сейчас здесь стоял огромный частный Боинг! Ничего себе ракшасы развернулись!
- Больно... - скулила я, когда эта скотина бросила меня на заснеженный асфальт с метровой высоты. Я ударилась боком и коленом, и теперь свернулась в калачик, пережидая вспышку боли. Никто не спешил меня поднять, накинуть тёплый плед на плечи. Дико саднили порезы на ногах и спине, я с глухими стонами нащупала осколки и вырывала их по одному. Я должна выжить... всем назло.
- Всё готово? - раздалось громоподобное над моей головой. Рядом остановились огромные лапы с десятисантиметровыми когтями. Кожа синяя, даже с оттенком фиолетового. А уж вонь от них! Меня замутило.
- Д-да... можем лететь! - прозаикался пилот, видимо.
- Тогда вперёд! - огромная ручища рванула ворот туники, отчего та сразу треснула и разорвалась, обнажив меня до пояса. С немым ужасом я встретила пристальный, жадный взгляд Эноя. Да, это тот самый мужик из церкви. То есть из Храма с Даром Богов. - Вот ты и попалась, мышка! Я помешал тебе с якшинамуни? Ничего... я заменю его... тебе понравится даже больше...
Как меня затрясло! И от жуткого холода, и от страха, и от отвращения. Пусть только тронет меня! Я лучше убью себя! Когти на звериной лапе царапали грудь, из порезов хлынула кровь, которую этот урод тут же слизал трёхметровым языком... Всё, я в обморок. Снова.
Эной презрительно оскалился и зашвырнул одарённую в салон самолёта. Она упала поперёк двух сидений и тут же скатилась на пол. Пилот дёрнулся было помочь, но был остановлен грозным рыком хозяина. Были и у Эноя свои ракшасы, те, кто из-за страха перед ним или из любви к власти, жестокости присоединились. Они служили ему уже пять столетий. Пришлось воспитать их, действуя силой и жестокостью.
Он ещё займётся девицей, услышит её мольбы, насладится её страхом. Она и нужна только для открытия Врат, так что убить её можно и после. Пора взлетать! Прокричал своему подчинённому, чтобы заводил двигатель, и сел на кремовый диван. Он уже принял вид человека, только когти и клыки остались - чем чаще он оборачивался, тем меньше оставалось в нём от людского облика. Самолёт вырулил на взлётную полосу, разогнался и взлетел. Осталось несколько часов, и он войдёт в Алаку, в город Богов! Те, кто так подло закрылись от своих верных слуг, скоро получат своё!
Звонок. Эной усмехнулся, принимая вызов от своего верного друга - Занна.
- Готово? - предвкушая новость о смерти полукровок и якшасов, спросил он.
- Не совсем, повелитель! - просипел Эварс, один из его воинов, - Один из якшасов... стал драконом! И-и... он летит к вам!
Арэй ощутил, как осыпалось осколками его сердце, впервые такое живое, болезненно - горячее. Только что в его объятиях было его счастье, он ждал её пять с лишним веков! Единственная, с кем делишь всё, в том числе и душу.
Почему никто из полукровок не увидел врага? Почему так, именно так они узнали, что их нашли? Он не был уверен, что получится, что никогда прежде не обретая облика дракона, как его чистокровные предки, он сможет использовать энергию, подаренную якшауни. Его пылкая, такая щедрая на любовь супруга, наполнила его силой. И теперь она струилась по венам, белоснежной стужей слетала с кончиков волос, высеребрила его кожу. Якшас смотрел на свои руки, которые покрывались крепкой, лазурной чешуёй. Первый раз всегда очень болезненный, особенно для полукровок. Сейчас боль - это самое меньшее, что его может испугать.
Тело стало огромным, оно не умещалось больше в здании. Голова змея выбила сразу два окна, снесла перекрытие крыши и вылезла во двор. Хвост снёс стену окончательно, позволив телу ощутить свободу. Якшас зашипел, так грозно и громко, он обещал смерть тому, кто украл его сокровище! С мерным шорохом, легко, как перышко, вспорхнул он с кирпичей и осколков стёкол в небо. Запах крови якшауни вёл его на восток.
В зале напряжение достигло своего апогея: Энкелай от ревности готов был убивать, прорваться с боем сквозь строй якшасов и отнять ... кого? Кто она ему? Если бы не Арэй, то была бы ракшаси! Когти взбешённого полукровки содрали стружку со стола.
Аидат выпустил свои ледяные щупы, остальные просто следили за действиями предводителей, чтобы не пропустить атаку. Санай же закрыл веки и тревожно в что-то вслушивался. Грохот и треск, который раздался спустя двадцать минут после ухода сладкой парочки, удивил всех. Энки радовался и предвкушал, как дерзкая одарённая с помощью желания оттолкнёт от себя змея. И ракшас клялся использовать этот шанс, загладить своё поведение перед девушкой. Аидат ставил на спонтанное превращение дяди. Тот умел трансформировать руки и частично голову. Если якшауни даст ему силу, то превращение может быть самопроизвольным, от эмоциональной встряски. Только бы с одарённой всё было в порядке! Если бы у Аидата было время всё обдумать, то он бы очень удивился своим мыслям. Убивать он любил, делал это легко, машинально даже. И вот так заботиться о ком-то, переживать было для него несвойственно.
Коридор был разрушен: выбиты окна, обрушена стена и часть крыши, всё укрыто осколками и обломками кирпичей. Ракшасы пробрались сквозь завалы во двор, позвали всех охранников. Те с таким благоговейным ужасом на лицах рассказывали, что после внезапного появления ракшаса, якшас Арэй превратился в дракона и сразу же улетел за врагом.
- Почему вы его не заметили?!! - бесился Энки, - Вы что, слепые?
- Мы никого не видели и не слышали! Ваш прибор тоже никого не нашёл! - молодой ракшас указал на металлический пятиугольник с крупным алмазом в середине, - Он буквально упал на нас с неба! И унёс девушку с собой...
- Что?!! - взревели сразу двое. Энки тут же стал ракшасом: выросли руки, человеческое лицо сменили две тигриные морды, тут же взревевшие. Из пастей изверглись облака пара и брызги слюны. Подчинённые опасливо отступили.
Глаза Аидата светились сталью. Оба подопечных главы со страхом отходили от палача, ожидая, что тот выпьет их всех за один глоток. Охрана базы, три ракшаса с десятой долей крови древних оборотней, видели всякое, но всё то, что произошло сегодня, разом перекрыло всё предыдущее по ужасу.
- Где Арэй? - ломким, взволнованным голосом спросил глава Рода Санай. Его перенесли Эрод и Этас через завалы, - Где мой брат, где одарённая? Придите в себя!
Его сила стегнула обезумевших мужчин ледяным кнутом. Энки сухо отчитался, что на базу напали, что Лолу утащил Эной, а её супруг принял облик дракона и улетел за нею. Санай грузно осел в кресло, схватился за грудь и задышал часто. Аидат тут же очнулся и припал около него на колени.
- Отец! Сейчас... - он сжал узловатые пальцы главы своими ладонями, между ними образовалось слабое вначале, а потом всё сильнее и ярче, желтоватое свечение. Энергия улучшила состояние пожилого якшаса, он расправил плечи и обвёл всех стальным взором.
- Найдите их! - приказал он, - Энкелай! Где ваш ангар?
- За городом, а что? - спросил враз пришедший в себя ракшас. Эрод уже подал ему новый комплект униформы, перевязь с клинками, пистолеты и патроны, сумку с боеприпасами. Они все вооружались, а вот провизию брать не стоит - в самолёте уже всё есть.
- Эной уже на пути в Непал, - сипел он, волнуясь, - Вылетайте немедля... Аидат, лети с ними! Нет! Нет времени на то, чтобы ехать к нам. Найдите наш лагерь, Аигота я предупрежу... И берегите наш Дар... - старый якшас сейчас боялся не за то, что всё рухнуло, не оттого, что не сможет присутствовать при Открытии мира Богов, как и планировалось изначально, а об этой хрупкой, такой нежной девочке, которая дала его брату возможность стать полноценным якшасом, которая, сама того не зная, пленила зверя в облике его сына. То, что Аидат влюблён, было очевидно для его отца. Просьба якшауни остановить бойню, только она смогла укротить голод их палача. Даже глава боялся сына. Но теперь есть та, кто может его не опасаться, он для неё сделает всё что угодно.
Элойру Эрод тихо впихнул под навес одного из грузовиков, в которых они выехали из базы. И приказал ни в коем случае не попадаться Энки на глаза до загрузки в самолёт. Та закивала, соглашаясь. Она должна быть рядом с ним, ведь это могут быть их последние дни на Земле. А там... пусть убивает! Она и так уже поняла, что между ними стена, никогда он не подпустит её к себе. И всё из-за подстилки якшасов! Если ту не убьёт Эной, то Элойра сама оторвёт её хорошенькую головку!
На дорогу попадали огромные булыжники. Машины взвизгнули тормозами, свернули на обочину. Энки и Аидат выбежали на дорогу, всматриваясь в небо. Значит, Эной оставил своих ублюдков наблюдать за ними. И не дать добраться до ангара.
- Неженка какая! - послышалось презрительное от хищной брюнетки в чёрном военном костюме, которая сидела рядом с ракшасом, изображавшим в моём доме следователя. Она тоже вырастила лишние руки, но ослабла буквально сразу после атаки белоглазого.
- Пошла вон! - звуки затрещин, визг, а потом дверь громко захлопнули. Коля прошагал тяжело к своему месту, упал на кресло, которое так скрипнуло, будто сейчас развалится.
Воцарилась настороженная тишина. Я не спешила отрывать руки, да и лицо тоже, от груди якшаса. Она мерно вздымалась от его дыхания, сильные руки дарили тепло, какую - то опору в этом сумасшедшем мире.
- Я должен успокоить жену, - сказал Арэй и поставил меня на ноги. - Мы выйдем ненадолго.
Пока мы шли к выходу, я старалась не смотреть ни на кого в этом зале. Меня от души воротило и от страшных, безумных ракшасов, и от замороженных якшасов. И те, и другие убивали с лёгкостью, не думая ни о чём. Да я таракана тапком хлопаю едва-едва, только чтобы он сбежал сам! С меня довольно на сегодня. Голова звенела от переживаний, наливаясь тупой болью. Бессонная ночь, безумный страх, да даже то, что было у меня с Колей, это выжгло в душе всё живое.
Арэй отвёл меня к окну, обнял, шептал что-то успокаивающее. Обещал защитить от всего мира, говорил, что теперь никто не посмеет меня обидеть. Якшауни, повторял он всё время, пока целовал мои губы, лихорадочно ласкал моё тело. Сначала я мало отвечала, но разве могло быть иначе? Самой себе я могла признаться: в тот день, когда я только увидела его в магазине, меня обидело не столько его отношение ко мне, как к продавцу, сколько пренебрежительность как к женщине. Да, я влюбилась. Снова, как тогда весной в Сеню.
Арэй остановился, заглянул в мои глаза, молчаливый наш диалог закончился моим удовлетворённым вздохом - мой теперь уже муж усадил меня на подоконник, вжался в меня так плотно, что я со вздохом и нетерпеливым стоном притянула его к себе. Снова поцелуи, жадные, частые, долгие и вкусные, без малейшего шанса на вздох, на побег. Руки Арэя уже под туникой, он ласкает грудь, сжимает соски пальцами. Судорожно хватаю воздух губами, настойчиво прижимая его голову к себе, ожидая сокровенной ласки. О, да! Какой же ты... Моя дрожь и удовлетворённые вздохи распалили мужа ещё больше. Лосины скользкими змеями сползли с моих ног. Тут же стало холодно. На миг. А потом неистовый жар охватил всё тело - холодный, безразличный даже якшас обрушил на меня столько страсти, нежности и любви! Когда я уже потерялась от ощущений, когда в перерывах между восторженными вздохами шептала ему просьбы и признания, заполнил меня всю, мгновенно вырвав крик из глотки. Когда он выпустил когти и располосовал мои бёдра, когда я успела исцарапать его плечи? Вдох, стон, искры из его глаз, по волосам мужа полз иней, мелкие снежинки падали мне на лицо, охлаждая горящие щёки. Никакого стеснения, всё так, будто мы созданы друг для друга. Яростные толчки сменились нежными, долгими движениями, я будто парила где-то, там, где только счастье и нега.
- Ещё... - попросила я. Надо запомнить, что такие слова делают его натуральным зверем!
Нет времени на вдох, руки судорожно сжимают его плечи, безумие и сила, с какой он вбивался в моё тело, вырвали меня из мира, реальности, я выгнулась и закричала, эхо тут же подхватило мой голос и унесло вдаль по пустому коридору. Арэй замер, тяжело дыша мне в шею, мы так тесно сплелись, не желая отпускать друг друга. . Не хочу, чтобы ты уходил. Шепчу, обещаю, признаюсь. Ласка и нежность обрушились на меня, его губы благодарили меня за всё. И за мою любовь, и за силу, которая вихрем носилась вокруг - я отдала так много, как могла, ведь это мой выбор. И пожелала... возможно не стоило, нельзя было, но я так хочу, чтобы ты всегда был со мной, был моим... Я желаю тебе бессмертия, Арэй. И себе... и вечности для нас...
- Подай мне... - указала на лосины, тёмной кучей сваленные под окном. Якшас опалил таким жадным взглядом, что я тут же ответила предвкушающим стоном, но наклонился к моим вещам, - А-а-а-а!!!
В тот же миг стекло разлетелось на осколки, тут же вонзившиеся мне в спину и голые ноги, а вокруг талии обвилось что-то толстое и горячее, сдавило так, что едва не разорвало пополам! Несколько секунд мы глядели друг другу в глаза, я видела его боль, его тревогу, а потом меня дёрнули куда-то вбок и вверх, унося прочь от заснеженного двора базы. По ногам стекала кровь из глубоких порезов, туника задралась вверх, открыв всему миру, и особенно лютому морозу, мой зад. Холод был адский, я сделала ноги крестиком, чтобы не выстудить самое дорогое. Мне ведь и детей охота. Арэй... Как ты там? Ищешь меня? Я уже догадывалась, кто меня похитил. Эной. Смутно слышала какой-то треск на базе, а потом только ветер и хриплое дыхание монстра.
Над головой хлопали крылья, время от времени раздавалось хриплое рычание, меня встряхивали как куклу, проверяя, не померла ли я ещё. После моего полузадушенного писка на некоторое время внимание существа снова переключалось на полёт, а затем он тряс меня опять.
Огни города остались позади, ног я уже не ощущала совсем, хотя в спину жарко дышало огромное, волосатое нечто. Ракшас летел куда-то, видимо на восток, потому что показался аэропорт. Маленький, только для любителей прыгнуть с парашютом, он не мог похвастаться большими самолетами, но то было раньше. Сейчас здесь стоял огромный частный Боинг! Ничего себе ракшасы развернулись!
- Больно... - скулила я, когда эта скотина бросила меня на заснеженный асфальт с метровой высоты. Я ударилась боком и коленом, и теперь свернулась в калачик, пережидая вспышку боли. Никто не спешил меня поднять, накинуть тёплый плед на плечи. Дико саднили порезы на ногах и спине, я с глухими стонами нащупала осколки и вырывала их по одному. Я должна выжить... всем назло.
- Всё готово? - раздалось громоподобное над моей головой. Рядом остановились огромные лапы с десятисантиметровыми когтями. Кожа синяя, даже с оттенком фиолетового. А уж вонь от них! Меня замутило.
- Д-да... можем лететь! - прозаикался пилот, видимо.
- Тогда вперёд! - огромная ручища рванула ворот туники, отчего та сразу треснула и разорвалась, обнажив меня до пояса. С немым ужасом я встретила пристальный, жадный взгляд Эноя. Да, это тот самый мужик из церкви. То есть из Храма с Даром Богов. - Вот ты и попалась, мышка! Я помешал тебе с якшинамуни? Ничего... я заменю его... тебе понравится даже больше...
Как меня затрясло! И от жуткого холода, и от страха, и от отвращения. Пусть только тронет меня! Я лучше убью себя! Когти на звериной лапе царапали грудь, из порезов хлынула кровь, которую этот урод тут же слизал трёхметровым языком... Всё, я в обморок. Снова.
Эной презрительно оскалился и зашвырнул одарённую в салон самолёта. Она упала поперёк двух сидений и тут же скатилась на пол. Пилот дёрнулся было помочь, но был остановлен грозным рыком хозяина. Были и у Эноя свои ракшасы, те, кто из-за страха перед ним или из любви к власти, жестокости присоединились. Они служили ему уже пять столетий. Пришлось воспитать их, действуя силой и жестокостью.
Он ещё займётся девицей, услышит её мольбы, насладится её страхом. Она и нужна только для открытия Врат, так что убить её можно и после. Пора взлетать! Прокричал своему подчинённому, чтобы заводил двигатель, и сел на кремовый диван. Он уже принял вид человека, только когти и клыки остались - чем чаще он оборачивался, тем меньше оставалось в нём от людского облика. Самолёт вырулил на взлётную полосу, разогнался и взлетел. Осталось несколько часов, и он войдёт в Алаку, в город Богов! Те, кто так подло закрылись от своих верных слуг, скоро получат своё!
Звонок. Эной усмехнулся, принимая вызов от своего верного друга - Занна.
- Готово? - предвкушая новость о смерти полукровок и якшасов, спросил он.
- Не совсем, повелитель! - просипел Эварс, один из его воинов, - Один из якшасов... стал драконом! И-и... он летит к вам!
ГЛАВА 10. Плен
Арэй ощутил, как осыпалось осколками его сердце, впервые такое живое, болезненно - горячее. Только что в его объятиях было его счастье, он ждал её пять с лишним веков! Единственная, с кем делишь всё, в том числе и душу.
Почему никто из полукровок не увидел врага? Почему так, именно так они узнали, что их нашли? Он не был уверен, что получится, что никогда прежде не обретая облика дракона, как его чистокровные предки, он сможет использовать энергию, подаренную якшауни. Его пылкая, такая щедрая на любовь супруга, наполнила его силой. И теперь она струилась по венам, белоснежной стужей слетала с кончиков волос, высеребрила его кожу. Якшас смотрел на свои руки, которые покрывались крепкой, лазурной чешуёй. Первый раз всегда очень болезненный, особенно для полукровок. Сейчас боль - это самое меньшее, что его может испугать.
Тело стало огромным, оно не умещалось больше в здании. Голова змея выбила сразу два окна, снесла перекрытие крыши и вылезла во двор. Хвост снёс стену окончательно, позволив телу ощутить свободу. Якшас зашипел, так грозно и громко, он обещал смерть тому, кто украл его сокровище! С мерным шорохом, легко, как перышко, вспорхнул он с кирпичей и осколков стёкол в небо. Запах крови якшауни вёл его на восток.
В зале напряжение достигло своего апогея: Энкелай от ревности готов был убивать, прорваться с боем сквозь строй якшасов и отнять ... кого? Кто она ему? Если бы не Арэй, то была бы ракшаси! Когти взбешённого полукровки содрали стружку со стола.
Аидат выпустил свои ледяные щупы, остальные просто следили за действиями предводителей, чтобы не пропустить атаку. Санай же закрыл веки и тревожно в что-то вслушивался. Грохот и треск, который раздался спустя двадцать минут после ухода сладкой парочки, удивил всех. Энки радовался и предвкушал, как дерзкая одарённая с помощью желания оттолкнёт от себя змея. И ракшас клялся использовать этот шанс, загладить своё поведение перед девушкой. Аидат ставил на спонтанное превращение дяди. Тот умел трансформировать руки и частично голову. Если якшауни даст ему силу, то превращение может быть самопроизвольным, от эмоциональной встряски. Только бы с одарённой всё было в порядке! Если бы у Аидата было время всё обдумать, то он бы очень удивился своим мыслям. Убивать он любил, делал это легко, машинально даже. И вот так заботиться о ком-то, переживать было для него несвойственно.
Коридор был разрушен: выбиты окна, обрушена стена и часть крыши, всё укрыто осколками и обломками кирпичей. Ракшасы пробрались сквозь завалы во двор, позвали всех охранников. Те с таким благоговейным ужасом на лицах рассказывали, что после внезапного появления ракшаса, якшас Арэй превратился в дракона и сразу же улетел за врагом.
- Почему вы его не заметили?!! - бесился Энки, - Вы что, слепые?
- Мы никого не видели и не слышали! Ваш прибор тоже никого не нашёл! - молодой ракшас указал на металлический пятиугольник с крупным алмазом в середине, - Он буквально упал на нас с неба! И унёс девушку с собой...
- Что?!! - взревели сразу двое. Энки тут же стал ракшасом: выросли руки, человеческое лицо сменили две тигриные морды, тут же взревевшие. Из пастей изверглись облака пара и брызги слюны. Подчинённые опасливо отступили.
Глаза Аидата светились сталью. Оба подопечных главы со страхом отходили от палача, ожидая, что тот выпьет их всех за один глоток. Охрана базы, три ракшаса с десятой долей крови древних оборотней, видели всякое, но всё то, что произошло сегодня, разом перекрыло всё предыдущее по ужасу.
- Где Арэй? - ломким, взволнованным голосом спросил глава Рода Санай. Его перенесли Эрод и Этас через завалы, - Где мой брат, где одарённая? Придите в себя!
Его сила стегнула обезумевших мужчин ледяным кнутом. Энки сухо отчитался, что на базу напали, что Лолу утащил Эной, а её супруг принял облик дракона и улетел за нею. Санай грузно осел в кресло, схватился за грудь и задышал часто. Аидат тут же очнулся и припал около него на колени.
- Отец! Сейчас... - он сжал узловатые пальцы главы своими ладонями, между ними образовалось слабое вначале, а потом всё сильнее и ярче, желтоватое свечение. Энергия улучшила состояние пожилого якшаса, он расправил плечи и обвёл всех стальным взором.
- Найдите их! - приказал он, - Энкелай! Где ваш ангар?
- За городом, а что? - спросил враз пришедший в себя ракшас. Эрод уже подал ему новый комплект униформы, перевязь с клинками, пистолеты и патроны, сумку с боеприпасами. Они все вооружались, а вот провизию брать не стоит - в самолёте уже всё есть.
- Эной уже на пути в Непал, - сипел он, волнуясь, - Вылетайте немедля... Аидат, лети с ними! Нет! Нет времени на то, чтобы ехать к нам. Найдите наш лагерь, Аигота я предупрежу... И берегите наш Дар... - старый якшас сейчас боялся не за то, что всё рухнуло, не оттого, что не сможет присутствовать при Открытии мира Богов, как и планировалось изначально, а об этой хрупкой, такой нежной девочке, которая дала его брату возможность стать полноценным якшасом, которая, сама того не зная, пленила зверя в облике его сына. То, что Аидат влюблён, было очевидно для его отца. Просьба якшауни остановить бойню, только она смогла укротить голод их палача. Даже глава боялся сына. Но теперь есть та, кто может его не опасаться, он для неё сделает всё что угодно.
Элойру Эрод тихо впихнул под навес одного из грузовиков, в которых они выехали из базы. И приказал ни в коем случае не попадаться Энки на глаза до загрузки в самолёт. Та закивала, соглашаясь. Она должна быть рядом с ним, ведь это могут быть их последние дни на Земле. А там... пусть убивает! Она и так уже поняла, что между ними стена, никогда он не подпустит её к себе. И всё из-за подстилки якшасов! Если ту не убьёт Эной, то Элойра сама оторвёт её хорошенькую головку!
Глава Ордена, который назывался просто и без затей Орден ракшасов, сидел на переднем сидении в кабине грузовика. За руль сел Аидат, бесцеремонно подвинув ракшаса. Оба мрачно и сосредоточенно смотрели на пустую, грязно-серую ленту дороги. Оба делали вид, что соседа не существует, но ощущали друг друга всем существом. Древние враги, потомки враждующих армий, они сейчас были соперниками, оба не признавали над собой власть, любую. А уж власть женщины отрицали бы с применением кулаков и любого оружия. Но тем не менее, отныне всё изменилось, весь мир сошёлся на одной единственной девушке. Что в ней такого? Энки мучил себя этими сомнениями и увязал всё глубже. Арэй перевоплотился полностью... Она была с ним, отдала ему много сил, обнимала, отвечала на его страсть. Рычание ракшаса весьма органично дополнило голодное гудение мерцающих щупов, которые в полной прострации выпустил Аидат.
На дорогу попадали огромные булыжники. Машины взвизгнули тормозами, свернули на обочину. Энки и Аидат выбежали на дорогу, всматриваясь в небо. Значит, Эной оставил своих ублюдков наблюдать за ними. И не дать добраться до ангара.
